Я внимательно слушаю, поглощаю каждое слово Волка, словно губка. Я чувствую гнев окружающих меня панков, их жестокость пытается просочиться в меня и вынудить проломить Волку лицо прежде чем он закончит свою речь. Но сейчас ничто не может заставить меня ослабить хватку собственной воли.
Последнее слово срывается с губ Салливана и я заношу биту над головой. Будто в замедленной съемке она опускается на голову лидера панка и он с тихим вздохом начинает заваливаться назад. Однако прежде, чем пламя принимает Волка в свои ласковые объятия, я хватаю его за воротник и резко кидаю в центр круга. Вновь делаю взмах битой и она опускается на его лицо в очередной раз. И снова. И ещё раз. Я продолжаю наносить удар за ударом, медленно но верно уродуя лицо... нет, не Волка. Волка больше не было.
Я не считаю время, но десяток ударов спустя заставляю себя остановиться. Не смотрю на результат своей работы - совсем другое меня волнует сейчас. Не особо задумаюсь даже о том, что только что одержал победу. На уме было совсем иное.
В один шаг оказываюсь по ту сторону огненного круга. Радостно-обезумевшие вопли панков доносятся до меня словно сквозь пелену. С особой ясностью доходят лишь слова Джессики про группу зачистки, которая будет здесь через минуту. Это фраза словно отрезвляющий душ.
- Тебе нужно выйти и поговорить с ними, Джессика. Ох№%тельно большая партия взрывчатки находится у нацистов, они заложат бомбы в метро под небоскребы, ты должна убедить копов что нужно в первую очередь позаботиться об этом. Сделай все, что возможно, иначе весь этот еб***ый город взлетит на воздух. Выйди и поговори с ними. С кем-нибудь. Иначе мы уничтожим друг друга прямо здесь . Я поговорю со своими о том же. - легко толкаю девушку к выходу, надеясь, что она что-нибудь придумает, после чего поворачиваюсь к своей банде.
- Завалились все, ублюдки! - до хрипа кричу я и в моем голосе звучит такая злоба, что они подчиняются и замолкают. - Сейчас мы как можно быстрее и незаметнее сваливаем отсюда, и нет, прежде чем начинать орать, выслушайте меня. Через сорок секунд тут будет еб###ная армия спецназовцев, которые загасят нас как нечего делать. Мы не будем с ними драться, потому что сегодня мы покажем всем - офисному планктону, ублюдкам на вершинах небоскребов, каждому копу и каждому бомжу, что мы заботимся об этом городе больше, чем кто бы то ни было ещё. Мы пойдем и набьем рожу кучке нацистов, которые считают, что могут просто так взрывать наш город. Мы остановим их и покажем всем и каждому в этом городе, что панки - это не просто куча безумных ублюдков, охочих до чужой крови. Мы докажем, что здесь собрались те, кто хочет спасти миллионы невинных жизней от гниения и смерти и кто готов рискнуть всем ради других. Разве это не покажет людям, насколько правильны наши идеи лучше, чем любой поджог и любой коп с переломанными руками и ногами? - я оглядываю панков и указываю битой в сторону города, столь же холодного внешне, как и всегада, но полыхающего изнутри. - Я отправлюсь туда и покажу, чего на самом деле стоят "Хищники" и насколько мы лучше их всех. Наши намерения дадут угнетенным надежду, а наша сила вселит страх за свою шкуру в каждого лживого ублюдка, с которыми мы боролись все это время. Я пойду туда один, если надо будет, чтобы показать, что Хищник никогда не позволит потревожить его логово и его стаю безнаказанно. И если вы тоже считаете себя одним из тех, кто не просто выходит на улицы чтобы избить парочку копов, но хочет действительно что-то поменять и показать миру свой настоящий звериный оскал, если вы хотите показать, что смерть Нэнси, из-за которой я сейчас стою здесь, не напрасна - вы пойдете со мной, - голос начинается срываться от очень быстрого и громкого крика, а секундомер в моем мозгу отмеряет последние пятнадцать секунд. Я подтверждаю свои слова тем, что действительно собираюсь уйти.