Verina

Лаки даже не пошел на площадь на этот раз. За свои годы он перевидал столько Голодных Игр, что давно перестал чему-либо удивляться и на что-нибудь негодовать. О том, что трибутами выбрали обоих победителей прошлых игр ему сообщил сынишка зеленщика, пробегавший мимо со щенком на поводке. Сказать, что старик не удивился - значит, ничего не сказать. Учитывая "богатый" выбор кандидатов, других вариантов, судя по всему, даже и не было.   Мучительно почесывая культю, оставшуюся от его левой руки (проклятая, болела даже 10 лет спустя после ампутации!), Лаки раздумывал, стоит ли сегодня идти на рынок, или население дистрикта, взволновенное последними событиями, все равно разбредется по домам. Наконец, он решил не мудрствуя лукаво отоспаться в коробке из-под холодильника, ставшей ему домом пару недель назад. Это была хорошая коробка - плотная, из гофрированного картона, с внешней стороны покрытая тончайшим слоем воска. В дождь она не мокла, а в холода - согревала старое дряблое тело своего обитателя на пару со рваным клетчатым пледом. Порывшись в небольшом баке, стоявшем рядом с коробкой, Лаки достал оттуда потертую замусоленную бутылку, сильно пахнувшую алкоголем и блевотиной. Трактирщик по доброте душевной разрешал старому бродяге время от времени сливать себе остатки из недопитых кружек и стаканов своих посетителей.   Лаки пролез в свою коробку и внезапно задрожавшими пальцами откупорил зажатую между коленей бутылку. "Ну что ты будешь делать!" - Подумал он. - "Я ведь не алкоголик вовсе! В любой момент завязать могу. Да и пью-то далеко не каждый день! Но все равно руки слушаться перестают, когда  выпивку вижу..." Сделав небольшой глоток (дрожь в пальцах тут же куда-то пропала), старик улегся на грязную, пропитанную запахом пота подстилку и блаженно прикрыл глаза.

- Кстати, а где тот парнишка, высокий эльф с женским именем? - поинтересовался менестрель. - Он вообще жив?   - Он спит, - отмахнулась дикарка. - Прошлую ночь мы провели в одной комнате... и часть дня тоже. Судя по всему, пуховые одеяла интересуют его больше, чем собственная судьба. Ох уж эти изнеженные эльфы! Фай потянулась и встала из-за стола.  - Надо бы пойти и проверить, как он там. Вдруг, задохнулся, уткнувшись лицом в подушку?

- Кто-то из голосовавших за Триш - поклонник Шеогората! - Ну, ты открыл для меня Сиродиил! - Фыркнула изгойка. - А я о чем еще утром говорила?.. Хотя тебе, как я поняла, мои телодвижения интереснее, чем мои же мысли! Девушка положила в рот пару снежных ягод и с чувством облизала пальцы.

- О, а тут уже подтянулись здравомыслящие люди, как я погляжу! - довольно крикнул бард, спускаясь по лестнице. - А то я слышал только бормотание изгойки, и решил, что вступать с ней в дискуссию после вчерашних предложений, - бард подмигнул девушке, - чревато лишением чего-нибудь интересного в будущем. Изгойка показала барду язык - Так вот, - продолжил он. - Если вспомнить, то Триш поначалу проголосовала за этого некроборца, Грюнделя или Крюнделя, не важно. Разве это не странно? Обычно свои темные делишки они стараются скрыть, присоединившись к чужому мнению, а тут вдруг - ни дать, ни взять! У меня есть одна мыслишка на этот счет, могу поделиться, если интересно. Девушка передернула плечами: - Валяй. Время у нас есть... по крайней мере - до вечера.

Юми подтвердила мое предположение. 

А не Шегги ли ей все эти истории подсказывал?  :sweat:

- И, знаешь что? - прямо перед воровкой из самого воздуха возник чайный сервиз, вырезанный из тыкв. Ноктюрнал ведает, о чём её служанка думала в этот момент. - Я, пожалуй, до сих пор хочу посмотреть, кто действительно скрывается под лавкой. Хотя и эти твои мысли мне симпатичны. Вот только вряд ли бы Азура, любительница трактовать сложнейшие загадки будущего и судьбы, столь... топорно указала на представителя племени каджитов. С наших точек зрения можно подозревать Коло.   - Было еще кое-что, о чем я вчера умолчала. - Фай наклонилась поближе к воровке с трактирщиком и понизила голос. - Меня смутила дополнительная подсказка... ну та, с "Зеркалом". Считайте это бредом безграмотной изгойки, но не была ли книга намеком на еще одного сыролюба? Кто из нас мог бы вспомнить все те буклеты и тома, которые щедро разбросаны по просторам Скайрима? Кто мог вспомнить о рассказе "Зеркало", написанное автором с зубодробительным именем? Только тот, кто все это помногу раз перечитал. Кто-то хорошо образованный и, - скорее всего, - гордящийся своей просвещенностью. А кто у нас здесь главный книгочей?

Я так поняла, что "уходят к своим даэдра" те, кого удаляют из игры (из-за неучастия) и те, кто выбывает в результате голосования. Если же этот персонаж - жертва мафов, то он отправляется к Шегорату. 

Ого! А если участников так и останется 9?

Но какое минимальное количество мафов? 2? 3?

Алис, а сколько членов Мафии будет в игре? В шапке темы не указано.

В роли ворча. Их ведь тоже он озвучил.

Сон в холодильнике - полезное дело, особенно если ты хочешь поразмышлять утром на свежую голову.Фай бодро выпуталась из медвежьей шкуры, умылась и с аппетитом умяла часть копченого хобота. Вообще, вкус у мамонтятины был не слишком приятный, но рисковать здоровьем, питаясь в общем зале, девушка не захотела. Мало ли, чего ей в стакан подсыпят? Затем она решила все-таки подняться наверх.   Проходя мимо золотой статуи Гулахана (или только Фай видела его золотым? Да, наверное... иначе Талита бы его давно распилила и спрятала в своих темных закутках), изгойка щелкнула данмера по носу.   - Ну что, сможешь мне ответить пощечиной, истукан? - Вполголоса пробормотала девушка. - Как же удачно ты под руку сыролюбам подвернулся! Теперь они, поди, локти с досады кусают, лишившись одного из своих и убийцы в придачу. Интересно - чем же таким ты их допек? Кивнув на ходу трактирщику, Фай села за ближайший к бару столик и попыталась припомнить подробности вчерашнего вечера. Она старательно морщила лоб и загибала пальцы, подсчитывая голоса Довакиинов. - Я бы предложила своим... кхм, товарищам по несчастью, запертым в этой таверне, обратить пристальный взгляд на две небольшие группы участников, - вслух сказала она, надеясь привлечь чье-нибудь внимание.   - Первая группа - это те, кто проголосовал против Триш под конец, когда уже стало ясно, что она проигрывает. Будь я сыролюбом, я бы слила ее, чтоб отвести от себя подозрения. Кто у нас в этой группе? Амари, М'Аффри и Р... святая троица каджитов! Вторая группа - это те, кто дружно проголосовали против М'Аффри, причем настолько дружно, что двое выкрикнули ее имя одновременно, словно по договоренности - это еще один пушистик До'Наджи и мой вчерашний подозреваемый босмер Коло. Удивительное совпадение, или предварительная договоренность, м? Плюс местный острила, бард Номад, поддержавший их несколькими минутами спустя. Что это с его стороны - стадный инстинкт, или попытка вызвать этот самый стадный инстинкт у пока еще не голосовавших? Так или иначе эта группа подозрительна еще по одной причине: только глупый или очень невнимательный Довакиин мог бы подумать, что Клавикус Вайл напрямую назвал бы "фигуранта дела". Проще было бы только написать: "Алиса с М'Аффри не согласна".   Девушка сделала паузу и скушала твикс налила себе немного бренди. - Так или иначе наряду с особо подозрительными хочется выделить наименее подозрительных: это Сарэль, Риннон и пожалуй Лиане. Те, кто проголосовал за Триш в первую очередь. Конечно, и они могли получить в наследство от сыроедки ее работу, но шансов на это не много. Кроме того более-менее вышел из-под моих подозрений Грундвиг. Голосовать против того, кого и так собираешься убить ночью... это странно. Хотя, это странно лично для меня, человека практичного. А кто может знать, что творится в голове норда, да еще и Довакиина?

Эйрин всегда говорит серьезно.

- Там и так теперь ледник,неужели ты будешь спать в таком холоде? Тем более тело очень быстро начнет  портиться в тепле и тогда Гулхан будет по всей таверне не говоря, что придется выкинуть все вино, продукты.   - Гулахан превратился в золотую статую... если мне глаза не изменяют. Так что ему самое место в углу у входа. Пусть стоит вместо вешалки. - Изгойка фыркнула. - А подвал с ледником оставьте мне.  С этими словами Фай, наконец, спустилась по лестнице и прикрыла за собой дверь.   Х до завтра.

- Отнесем в подвал и  я сделаю ледяной гроб. Это лучше, чем тело будет под ногами валяться.   - Ты хочешь, чтобы я там спала в компании мертвеца? - изгойка поморщилась. - Я и с живым Гулаханом в одной комнате не легла бы - что уж говорить про труп Гулахана!

Он сейчас мертв. так что вы в расчете, надо позаботиться о теле раз душа попала в Обливион.   - А что мы можем с ним сделать? Выкинуть его из окна? Сжечь в камине? Разрезать на куски и съесть?..

Обращаясь к Фай негоже, чтобы наш товарищ будь он даже на стороне  врага,  так тут валялся.   - Это ты о ком? О Гулахане? Ну кому товарищ - а кому и заноза в заднице. Разве не ты мне примочки к синякам прикладывала, когда он мне скулу подбил? 

Антоха, ты молодец. Я не ожидала даже, что у тебя так здорово получится.  :give_rose:   Дарк, ну я даже не знаю))) Учитывая тот факт, что теперь изгойку некому тузить - будет она радоваться или плакать? Пф! Она и сама бронелифчиком неслабо может трясти.

- Звучит как пари, дорогие друзья, - гоготнул вновь Номад, переведя взгляд на дикарку. Да что сегодня с ними?.. Фай подавила желание ответить барду непристойным жестом, и вернулась на лестницу.   - А не прогуляться ли и мне голышом в подвал?! - Не забудь взять с собой иголку подлиннее. Или шило. Если чей-то любопытный глаз приникнет к замочной скважине... ну ты понимаешь.

Селена, айда к нам. Устроим девичник со свечами и гаданием на кофейной гуще.

Дарк, я сочувствую((( Уверена - ты был бы отличным маньяком и убил бы меня с особой жестокостью!

Ндя... если б и хотела - уже бы не смогла  :gopnek:

Сегодня вообще какой-то оргаистический вечер. Талита с дармеркой Гулахана того гляди посредь зала раздевать ночнут. Я уже молчу про кошачьи игрища))

- О! Если Номад пойдет смотреть - то я просто обязан видеть его лицо. Думаю, это созерцание принесет массу удовольствия и веселья. - хохотал данмер. - О Мефала! Девочка-маг, прости, я прослушал, как тебя зовут?..И ты всегда занимаешься алхимией раздетой? - Но он же представлял меня и Фай голой. Что же не удовлетворить его любопытство.   - Боюсь, он такого зрелища не выдержит, - усмехнулась Фай. - Держу пари, этот юнец испугается, если увидит что-то кроме материнской титьки.