Джим только тихонько вздохнул. Эндрю при всей своей нефандийности все же был прав: леди могла бы вести себя более подобающим образом и высказаться в защиту магистра в вежливой и корректной форме, а не сыпать оскорблениями в адрес его гостей, будучи при этом у него в гостях. Или хотя бы сделать вид, что не считает дом Джима общественным местом вроде какого-нибудь вокзала Кингс-кросс, откуда можно уходить когда вздумается, даже не извинившись и не попрощавшись с хозяевами. Впрочем, за проведенное в разношерстной компании время юноша уже успел пообвыкнуться с особенностями своих невольных спутников и не был слишком уязвлен таким отношением. В конце концов, аристократы тоже люди, и тоже могут разнервничаться, забыв обо всем на свете.
- Уверен, Линда ничего такого на самом деле не думает, Лили, - снова извинился за своих гостей Джим, допивая какао. - Это больше похоже на нагромождение навязываемых обществом страхов и предрассудков, чем на собственное аргументированное мнение. Все мы видели отца Эндрю только с хорошей и достойной стороны, поэтому не стоит принимать злые слова близко к сердцу. - Он улыбнулся священнику и снова обернулся к магессе. - Но будет лучше, если мы воздержимся от острой критики тех вещей, которые важны для наших товарищей. Особенно, если это их задевает. Без этого ведь можно обойтись.