Gonchar

Которая любит наблюдать, как медленно объедают сомы и карпы трупы утонувших моряков, отбеливая их кости до белоснежного и чтобы потом осьминоги сложили их в бесконечно растущую вверх башню с самого дна морского?  Неплохо-неплохо 

Лондон Наверное, время уже успело перевалить за полночь. Ночные улицы Лондона начинали жить своей второй жизнью, наступавшей лишь тогда, когда большинство трудяг заканчивали смотреть свои вечерние шоу и заканчивали общение со своими домочадцами. И лишь в глазах не обременённых семейной жизнью всё ещё мелькали святящиеся бледно-голубые страницы сайтов и пустели одна за одной чашки с кофе в окружении сизого сигаретного дыма, вырывавшегося из озарённых полумёртвым сиянием приоткрытых дешёвых пластиковых окон или из форточек облупившихся краской старых деревянных рам с помутневшими стёклами. А другой Лондон продолжал тянуть собственное существование, сбиваясь стайками молодёжи с горящими глазами, что-то бурно обсуждавших, сбивавшихся в ещё большие стаи с ритмом музыки без слов и рычанием мерно горящих неоном машин. И только когда-никогда улицы освещали полицейские патрули, заставлявшие часть живности прятать лица и забиваться в более тёмные углы, куда не падал свет слепой Фемиды. И чем ближе был центр города, тем меньше становилось звуков и тем спокойней и глубже был сон добропорядочных граждан. Ведь им казалось, что в самом сердце тьмы их ждёт ничего кроме пустых холодных улиц и одинокого света уличных фонарей. Они ошибались. Небольшой зелёный джип тихо шелестел шинами по ровному дорожному покрытию одного из таких обманчиво тихих районов. Лицо водителя тонуло в темноте, которую не могла разбить недостаточная иллюминация и только стрелки и цифры торпеды разбавляли мрак тёплого салона. - Выходит, это не такая уж и ложь... - медленно проговорил он, сжимая колесо руля и смотря прямо на дорогу. - Контракт с дьяволом, чтобы получить знания, силу и вечную жизнь? - в темноте не видно было лёгкой ухмылки. - Отчасти - да. - расслабленно ответил приятный девичий голос от слегка размытого тонкого силуэта, очерченного светом фонарей, скользящих по краю улицы размытым белым пятном. - Но в ваших мифах и легендах лишь отдалённые намёки полуправды, не больше. Мы не можем дать слишком много, если в самом человеке нет веры в себя, бога, духов...не важно. А влияние даров зависит лишь от характера падшего. - В каком он будет настроении? - Можно сказать и так. - в голосе мелькнули улыбчивые нотки. - Видишь ли, вы - люди обладаете тем, чего лишены мы. Живой искрой Творца, возможностью верить и вдыхать своей верой жизнь в многочисленные узоры Вселенной. Мы же знаем или хотя бы знали абсолютно всё. Каждый закон, каждый атом, каждую частицу. Мы не можем верить, а если и будем - это не будет большим, чем самообман. Возможно, вы действительно венец творения Бога, а мы только инструменты... - плавный профиль лица развернулся в сторону окна и на мгновение в салоне повисла ядовитая нотка горечи. - Ну... - мужской голос прорезался хрипотцой и замялся. - Я бы не сказал, что люди сейчас такие уж "венцы творения". Они полны дерьма, если точнее. От них сейчас не дождёшься ничего кроме вялого трепыхания полудохлой жабы. Чаще всего. Их вера размазана тонким слоем слепоты и тупости, пока за них решают силы тех, кто продрал глаза и запрыгнул на верхушку системы. - и если горечь в голосе девушки была печальной, то в мужской резал ухо лишь едким презрением. - А остальные болтаются где-то посередине, не в состоянии собрать в кулак собственные яйца и запихать свою гордость поглубже в задницу. Мы сражаемся в войне с заранее известным концом. Если только у этого...Бога нет плана снизойти до своих детей и решить всё за них как за слюнявых бесполезных неудачников. - Некоторые падшие видят себя именно этой рукой Бога, которая расставит всё по своим местам и вернёт старый-добрый Эдем, когда мы жили среди вас и никто не знал печали. - женский голос не удержался и фыркнул в окно, заставив расползтись по стеклу небольшой круг сероватого конденсата. - Но прежде чем что-то делать нужно сначала понять, куда идти. Старые-добрые времена давно ушли и их не вернуть. - Если эти ребята наберут популярность, то у них может появиться шанс... - как вода на огонь нашла задумчивая серьёзность голоса мужского. - А пока я просто пытаюсь сохранить и спасти то, что есть. - Может быть. - не стала спорить девушка. - Возможно, мы сможем помочь друг-другу в этой борьбе. По крайней мере нам стоит держаться вместе. А если герцог вернулся...нам всем понадобиться очень много сил. - И ты можешь её предложить? Эту силу. - Могу. - не стала спорить она. - Но я бы не хотела делать это простым товаром. Неберу не создавали ни вас, ни Эдем, но сейчас мы можем научить вас многому. Новая краска в общей палитре, которая сможет раскрыть новые грани. - Поэтично..и философски. - с лёгкой улыбкой в тоне ответил мужской голос. - Я подумаю над этим и мы поговорим ещё. Машина стала медленно замедлять свой ход и тихо прохрустела скопившимся у тротуара снегом, замирая напротив всё ещё горящего окнами общежития. Студенческая жизнь не располагала к раннему сну. - Тебя хоть пустят? - тёмный мужской силуэт пошевелился и заложил руку за подголовник пассажирского кресла напротив. - У меня всё на мази-и. - протянул девичий голос и раздался тихий серебристый смех. - Ты же помнишь, куда мы скоро едем? Дождавшись не самого бодрого кивка Анна потянулась к Бернарду и чмокнула его в щёку, а затем повернулась назад, вылавливая взглядом притаившуюся Валери. - Удачи тебе, малыш, и до встречи. - в темноте не было видно улыбки, но зная Анну - та наверняка сейчас перечертила её светлое лицо, так что тёплые лучи дотянулись до девочки на заднем сидении даже сквозь темноту. Лабиринт Путь к убежищу вербен лежал через всё тот же заснеженный парк, который с каждым шагом в его глубь терял всё больше черт цивилизованности, превращаясь во всё более и более неухоженное и прекрасное в своей первобытности место. Ночью это место отдавало ещё большей загадочностью и пустотой. Казалось, сюда не ступает нога ни одного из лондонцев. Место, которое есть на картах, но при взгляда на ворота в голове появляется ворох других более важных вещей и занятий, так что незаинтересованный взгляд скользить дальше, а ноги уносят в более важные места. Магия, не иначе. Всё те же присыпанные камни с вязью полустёртых узоров не изменили своего положения с последнего посещения гостей и ни одного отпечатка не осталось на девственной снежной подстилке. Бернард медленно подошёл к грубо сложенной из трёх камней арке и протянул вперёд правую руку, исчерченную тонкими линиями шрамов в виде замысловатой вязи рун и браслетов. Постепенно узоры на коже стали проступать более чётко, нагнетаемые подступающей изнутри кровью до тех пор, пока сквозь шрамы словно сами по себе стали проступать мелкие кровавые бусины. Медленно проведя ладонью по камню и оставив короткий карминовый след, почти тут же схватывающийся ледяной коркой. - Пойдём, - Бернард обернулся к Валери и положил ей на плечо тяжёлую ладонь, - не бойся и внимательно за всем наблюдай. Может, поймёшь и так. Бекерт привлёк её к себе и повёл вперёд, делая первый шаг на тропе между камней и дальше - сквозь кустарники и низко опустившие свои ветви деревья. Он не проявлял привычных знаков поддержки и одобрения, к которым привыкли многие люди здесь. Он не улыбался, не рассыпался ободряющими словами или историями. Только тяжесть ладони на плече, тепло тела и уверенное движение вперёд как будто ничто и никто не мог стать поперёк их дороги. Лабиринт встретил их своим привычным первобытным уютом живой природы, спрятанной между узлами и переплетениями его зелёных путей. Но только вместо привычного тумана и полумрака их встретило высокое звёздное небо какое бывает только в самых отдалённых от цивилизации уголков без вечной иллюминации от рук человека. Длинная туманность млечного пути предстала во всём великолепии а древесные дома освещала полная луна, превращавшая тихую тёплую ночь в подобие дня, тонущего в тихих тенях и чарующем бархате таинственности. Мягкая трава льнула к ногам с налипшими на обувь кусочками начинающего таять снега. И то тут, то там начинали распускаться мягко-пурпурные цветы с пушистыми колокольчиками лепестков и слегка мерцающей жёлтой пыльцой. Перед входом в главное дерево со освещёнными узорчатыми окнами стояла невысокая рыжеволосая девушка, на лице которой застыло спокойное, как гладь ночного озера, выражение. Её тонкие пальцы невесомо касались лепестков одного из цветков и словно повинуясь невидимой воле тот постепенно наливался всё более глубоким цветом, становясь почти чёрным и заметно вырастая в размерах, достигая почти что высоты подсолнуха. Бернард едва заметно улыбнулся и подошёл к девушке. - Мария. - тихо позвал он и девушка медленно, словно плывя по течению вод, повернулась к гостям, отвечая невесомой, слегка не от мира сего улыбкой. - Бернард. - тихо прошелестела она с лёгким интересом смотря на стоящую рядом Валери. - Приятная встреча. - в её голосе сквозил акцент чем-то похожий на акцент Ядвиги, но менее выраженный, сглаженный, текучий. - Твоих рук дело? - Бекерт окинул жестом все преобразования, произошедшие с лабиринтом. - Да... - Мария слегка дёрнула уголком рта. - Мне надоели бесконечные снега и холод. Хочу тёплой летней украинской ночи хотя бы здесь. - Николай тоже с тобой? - Угу. - на её лице проступила уже более широкая улыбка, обнажившая ровные белые зубы. - Сидит сейчас с остальным за столом и наверняка рассказывает свои истории. А кто с тобой? - Это Валери. - Бернард привлёк к себе девочку, придерживая её за плечо. - Она из Сирот но скоро, думаю, будет вместе с нами когда обо всём узнает получше. Девушка чуть склонила голову и сощурилась, внимательно рассматривая гостью и медленно кивнула. - Да, я вижу...сильная девочка. Ну, покажи её Ядвиге. - в синих глазах мелькнула задорная хитринка. - Она отлично умеет рассказывать и показывать. - О, да. - невольно рассмеялся Бернард, вербены явно говорили о чём-то своём, играя полунамёками и одним им известными историями. Мария кивнула и, не проронив больше ни слова, развернулась к своему цветку, склоняясь к его венцу и начиная что-то тихо и ласково шептать, поглаживая его чёрные пушистые лепестки подушечками пальцев. Внутри древесного дома на этот раз было тепло и уютно. Высокие потолки были завешаны причудливыми переплетениями омелы и различных цветков, прямо из пола росли пушистые синие ёлки, украшенные пурпурными колокольчиками, которые без своих стеблей начинали испускать переливчатый свет. Большой зал у самого входа заливал приятный жёлтые свет, который источали причудливые светильники, похожие на высокие цветки с огромными люминисцирующими шарами. Впрочем, эти светильники, как и почти всё вокруг, были живыми и настоящими растениями. В воздухе стоял непередаваемый запах зелени, хвои и свежей горячей еды. - Пойдём, поприветствуем наших друзей. - обратился к Валери Бернард, снимая со своих ног ботинки и отставляя их к вороху разномастной обуви у входа, движение руки предлагая девушке сделать то же самое. За круглой аркой открывался вид на ещё более пышно украшенную столовую с белой скатертью на слегка кривоногом дубовом столе и с невообразимым количеством блюд, так что невольно рот заполнялся слюной предвкушения. А уж какая разномастная компания собралась там... Во главе стола сидел фривольно развалившись поджарый седоволосый мужчина в простых джинсовых штанах и полурасстёгнутой клетчатой алой рубашке. Рукава были подкатаны по самые локти, обнажая жилистые сильные руки. Не смотря на цвет стянутых в узел длинных волос его лицо больше походило на лицо сорокалетнего мужчины с острыми, хищными чертами, которые дополняла широкая улыбка с зубами больше под стать волчьим. В его чуть желтоватых карих глазах сверкали весёлые искры, а сам он что-то воодушевлённо рассказывал, не забывая размахивать дубовой чашкой в которой находилась жидкость явственно отдающая живым хмелем. Чуть поодаль сидели двое молодых парней, которые больше походили на молодых викингов-братьев, только один из них был веснушчатым и рыжеволосым, а другой золотым блондином. Напротив них слегка ссутулившись расположился человек в гавайской рубахе и накинутом поверх неё халате, который смотрелся тут так же естественно, как балерина в пачке посреди Бронкса. Его седые волосы были растрёпаны и торчали под разными углами, а в глазах плескалось какое-то маниакальное веселье. Ещё дальше сидел хохотавший во всю лужёную глотку толстяк, одетый под стать офисному клерку на пенсии. И ещё примерно дюжина самых разных людей, мужчин и женщин всех возрастов и классовых принадлежностей, которых можно было принять за фермеров, неоязычников, городских сумасшедших, простых горожан среднего класса. Судя по всему, в этот день тут собрались едва ли не все лондонские вербена, включая гостей. - Бернард! - заприметил новоприбывшего мужчина с волчьей улыбкой и радушно развёл руками. - Вот так встреча! - рассмеявшись, он оглушительно грохнул своей кружкой по столу и широкими шагами подошёл к Бекерту и заключил его в крепкие объятья. Сам Бернард тоже не сдержал широкой острозубой улыбки и ответил такими же объятьями. - Тише-тише ты! - пропыхтел "волк" и похлопал Бекерта по плечу. - Сломаешь же! - Сломаешь тебя! - утробно рассмеялся "медведь" и отпустил Николая на свободу. - Всё как на собаке заживает. - А то ты не знаешь! - лихо подмигнул он ему и обратил уже внимание на Валери. - Ба, а это кто? Я тебя не знаю. Этот здоровяк решил таки обзавестись ученицей...или кем поближе? - глаза мужчины хитро сузились и блеснули живой желтизной.

Самое время для ритуалов вербен ( ͡° ͜ʖ ͡° )

Лондон, парк   - Да уж, если бы я не знала всей подоплёки - то подумала бы, что кто-то не слишком сильно любит поцелуи. - слегка ошарашенно произнесла Баториэль, смотря на ловящего разряды из камня Лайлитама. - Ну правда, есть более простые способы убежать из-под...венца.  Девушка хмыкнула, глядя на, собственно, огненный венец, все ещё задорно пускавший огненные искры на макушке нуску. Она могла бы делать отличную рекламу. Куда там всякому неону и голографическим экранам. Вот где будущее светотехники! Расслабленно выдохнув, она откинулась на скованную кусочками льда и снега спинку скамейки и спрятала ладони в глубокие карманы своей длинной куртки, благодарно кивая Фелиции. Та могла сколько угодно ворчать и злиться, но работала на износ, до последней капли. У этой девушки был немалый потенциал.   - "Вербена" это очень большая группа магов по всему миру. - чуть кривовато усмехнулся Бекерт, кивая Рори и с нерушимым покровительством держа руки на плечах Валери, почти обжигая ту собственным теплом, которое излучалось им без всякого внутреннего огня, чистой первобытной силой. - В отличии от остальных мы не считаем Сирот магами второго сорта как в старом-добром Рейхе. У нас вы всегда можете рассчитывать на помощь и поддержку.  Последние слова уже были больше адресованы девочке в его куртке. Что-то было в ней дикое, звериное, отдающее приятным резонансом под тяжёлыми ладонями. Что-то похожее ощущал сам Бернард. Изначальную свободу, дикость, принятие собственных желаний. Да, Валери могла получить невероятную мощь от своего демона. Такую же, как получили Предтечи, немалым числом состоящие из лишь чуть более взрослых детей. Но суть лежала далеко не всегда в силе. Жизненный опыт приходил лишь с болью и кровью прожитых лет. И именно этому он хотел научить маленького зверька. Быть по-настоящему сильной. - Тогда будем держать связь через Анну. - мужчина перевёл взгляд на свою племянницу, сидящую на скамейке. - И пойдёмте тогда, не хочу увидеть свою машину на штрафной стоянке и лишний раз объяснятся с чинушами.

Лондон, парк   — Я... я знаю, что это прозвучит странно, но... может, среди вас найдется место для ещё одного мага? — неуверенно спросила Валери, приобняв себя за плечи. Лондон всё ещё оставался холодным, её одежда всё ещё оставалась не очень теплой. — Если Гимми... — она судорожно сглотнула, — придется вернуться в Бездну, то мне... попросту некуда податься. Я могу попросить Клода или Лукаса, но...   - Не волнуйся, малыш. - пробасил Бернард, подходя к жмущейся Валери и укладывая тяжёлую массивную ладонь на миниатюрное плечо девушки. Как медведь кролика за ушком почесал. - Если что, тебе всегда помогут среди вербен. Но, кажется, эти маги тоже вполне приличные ребята. - Бекерт встретился взглядом с Рори и коротко кивнул. - Да и в связях с... - неожиданно для себя он замялся, не зная какое слово лучше подобрать, - ....падшими они смыслят куда как больше. Обмен опытом мог бы пригодиться. Усмехнувшись и обнажив ряд небольших, чуть заострённых зубов он стянул с себя джинсовую, подбитую мехом на воротнике и рукавах куртку и накинул её на дрожащую от холода девушку. Сам Бернард не был похож на человека, который страдал от холода. Под верхней одеждой у мужчины был один тонкий синий свитер, который не скрывал, а наоборот - подчёркивал характерную треугольную фигуру и сильные руки. Теперь обе ладони опустились на плечи Валери, довершая образ ухватившего добычу медведя. Или просто большого плюшевого медведя.   Тем временем Лайлитама не ожидал покой. По крайней мере полноценный. Всё из-за весёлой хитринки, поселившейся в глубине синих глаз неберу, искоса наблюдавшей за сидящим на лавке экс-герцогом. Слегка переминаясь с ноги на ногу и растаптывая остатки свежих кучек снега, падшая чуть сощурилась, концентрируя взгляд на рыжеватой макушке нуску. В своём и без того подвижном воображении она создавала языки пламени, живые, подвижные, но не порождения слепой стихии. Скорее эрзац, подобие стихии, в оболочку которой наполнялись мысли и образы. И постепенно из собственного воображения Баториэль стала переносить этот образ в реальность, как мастеровитый художник щедро смазывающий кисть в палитре окружающего мира. В тонких лучах скрытого за серой мглой небес солнца, в слепящей даже в пасмурную погоду белизне лежалого снега, преломляя это через призмы льда, сковавшего тонкие ветви кустов деревьев. И подвижная материя вселенной поддалась этой изначальной невидимой песне, сплетаясь с ней и следуя за переливами её гудящих нот.   Бодрой походкой Анна направилась к лавке и плюхнулась рядом, сметая краями длинной зелёной нейлоновой куртки кусочки налипшего на дерево снега. Светлое лицо озарила широкая жемчужная улыбка и, ни с того ни с сего, в щетинистую колючую щёку Лайлитама прилетел короткий, но оглушительный поцелуй. На мгновение мир вокруг окрасился невесомым, живым ароматом цветов, не пряным, а подвижно-скользящим где-то на переферии восприятия. - Ты большой молодец. - вдохновлённо поздравила она дьявола, отклоняясь обратно и не переставая улыбаться.   Макушку же герцога венчала самая настоящая корона, сотканная из призрачных языков пламени, иногда выстреливающих вверх искры, складывающиеся в одну и ту же надпись: "Нуску #1"

Кхм...4 Узоры, я выбираю вас!  20-15=5 опыта в остатке

«Хранилище»   Баториэль облегчённо вздохнула, когда яростное жгучее пламя Голубки пропало по другую сторону закрывшегося портала, ведущего в какой-то уютный зал, навевающий мысли о викторианской Англии, дубовой мебели и тарелочках с малолетней королевой. По крайней мере там она наверняка сможет получить хорошенькую дозу чая без сахара. И станет хотя бы на пол градуса менее кислой. Маловероятно, но всё же. Но на этом их проблемы не заканчивались. Засмотревшаяся Анна слегка вздрогнула, когда в неё врезалась едва не срывающаяся Валери. Слегка приобняв девушку за плечи, падшая мягко надавала пальцами на её ладонь, сжимающую звезду. - Мы обязательно поможем ему. - уверенно проговорила падшая, ловя взгляд запавших зелёных глаз. Сквозь те как сквозь мелкие трещины в истёртом камне постепенно прорывались лихорадочные искры разума, идущего в полный разнос. Как очень долго работающий двигатель начинает опасно нагреваться и светиться на металлических сочленениях так и буквально горела последним издыханием ставшего мягким и пластичным разума подрагивающая девочка.  - Вы ведь связаны куда большим, чем дружески узы, правда? - тихо сказала неберу, проницательно смотря на Валери с совершенно нечеловеческой глубиной и проницательностью. У девятнадцатилетних девушек просто-напросто не бывало такого взгляда. Пожалуй, ни у кого из смертных. - Поверь, это не стоит того. Если Гимми ещё не сдался окончательно, то ты ему дорога... - Баториэль мягко, почти с материнской заботой улыбнулась, проведя пальцем по веснушчатой щеке девушки. - И мы можем найти более безболезненный метод вернуть его. Не нужно жертвовать собой, когда уже нет нужды. В приглушённом голосе завихрились гулкие, раскатистые бархатистые нотки, отдающие басовитым гудением далёких звёзд и неспешным движением небесных тел, которые следовали вечным законам творцов вселенной.

Хранилище   Баториэль переводила взгляд поочерёдно с нуску на фанатичку и с каждым падающим в звонкую копилку светловолосой головы напротив на лице падшей появлялась всё более и более заметная улыбка, мелькнувшая на своей грани жемчужными зубами. Волей-неволей, а изверг сама начинала наполняться этим пламенным, едко-ироничным но, одновременно, властным и уверенным духом. Что же, его пример показывал отчего первый дом был первым домом.  Спрятав улыбку, девушка ощутила, как постепенно снижается накал в воздухе и как едкие пальцы невидимого присутствия начинают ослаблять своё давление на тело неберу. Взгляд глубоких синих глаз, в которых мелькали отсветы звёзд, мазнули по неподвижной белой маске Голубки. По ней не было возможным что либо прочитать, так что Анна скорее ощутила каким-то шестым чувством, чем реально увидела сомнение и...очарованность фанатички, которая сквозила в почти светящихся глазах. Похоже, у них появлялся шанс. Но убедить фанатика...девушка сама себе качнула головой, поражаясь талантам Лайлитама. Ах да, ещё небольшая деталь - им приходилось распинаться перед самой обыкновенной иллюзией. Умно, чёрт побери, умно.    Тем временем Бернард, который уже намеревался резко и быстро прервать начинавший уходить вникуда диалог замер и уставился куда-то за спину Голубки. Поражённый неземным, нечеловеческим сиянием, пронизывающим пространство вокруг пронзительно-острыми корпускулами синего света. Сгусток света собрался за спиной женщины, обретая формы, очертания и вот уже не просто лучи невероятно яркого солнца, а длинные полы серого одеяния, ниспадающего до самой земли. Живые водопады переливающихся невероятной глубиной седых волос и лицо, одновременно изборождённое морщинами и, вместе с тем, излучавшее молодость и силу. Голову гигантского человека, уходящего куда-то в бесконечность покрывала широкополая шляпа, а на мощных плечах восседало два красноглазых чёрных ворона, которые по размерам не уступали молодому жеребцу. Пустая глазница слепо уставилась вперёд, а один живой глаз пронзительно и с лёгким сердитым неодобрением пронизывал Шавуа и Баториэль, которые в сравнении с ним были ничем, кроме пары песчинок на ветру. - Ну них-хера себе... - пробормотал себе под нос Бекерт, шумно сглатывая и стараясь не начать трясти головой, чтобы отогнать внезапно нахлынувший "трип". - Умбра играет в игры...

«Хранилище»   - Они живы и передают тебе привет. - беззаботно улыбнулась Баториэль, помахав Голубке ладонью, как будто передавая поздравления родственников своей любимой бабушке. - Знаешь, ты не очень популярна среди них. Там собралась такая толпа, что можно было заполнить нижний ярус королевского театра.  Девушка пожала плечами, скользя равнодушным взглядом по словно вбиравшей в себя окружающий свет женщине. Наверное, так выглядят все безумные тираны. Может, она родственница Торквемады? Говорят, тот парень отлично умел сочетать благость на лице и в словах вместе с пытками, массовыми убийствами и прочими весёлыми вещами. Фанатики, мэм. - Так что - сложишь регалии сейчас или мы пойдём по пути непонимания? - слегка нахмурилась Анна, сама удивляясь, откуда появились такие слова. Но что-то внутри так и горело желанием затолкать эти звёзды куда поглубже дорогой Голубке...и откуда это взялось?

«Хранилище»   Бернард тихо присвистнул себе под нос, когда его взгляду открылся самый настоящий лабиринт. По правде он ожидал нечто более...библиотечное. Но, видимо, живым святым нравились магические трюки ничуть не меньше, чем самим магам. Поэтому тихо переставляя шаги, он последовал за остальными, держа оружие наготове. Кто знает, что могло поджидать в этих джунглях? Конечно, не исламисты, но чем дьявол не шутит...он покосился на Лайлитама. Мда. - Королева умерла - да здравствует республика? - донёсся до спины Голубки бодрый голос Анны, которая уже по привычке скрывала волнение. Слишком много стресса, так почему бы не рассмеяться ему в лицо? Да и ей уже изрядно стали надоедать эти святоши с их манией обвешиваться артефактами и заряжаться нерафинированным фанатизмом, от которого чесалась кожа и хотелось лезть на стену.

 Бастион охотников   "Оставшаяся не у дел" Баториэль оказалась вполне довольна своим положением, предоставляя бремя славы и власти более приспособленному к этому нуску. В конце-концов бремя королей было создано не для её дома и не для неё лично. Ей было достаточно созданного ей хрупкого,  но всё же сработавшего узора плана, постепенно изменившего истончившуюся ткань Вселенной в то состояние, которое нужно было неберу. Этот урок им пришлось выучить перед лицом неизбежного поражения. Когда Рок наполняет движением симфонии мироздания неберу не должны покорно ждать предсказанного, нет, они должны бросить все свои силы чтобы изменить реальность. Быть может, в этом их новая роль? Девушка сама себе покачала светлой головой, отгоняя тягучие, словно патока, мысли и отходя с дороги охотников, всё ещё опираясь на руку Марка.    Их шаги отзывались в длинном и до крайности зловещем коридоре почти громовым эхом. Никаких огненных ловушек или разверзающихся под ногами ям с острозаточенными кольями — лишь коридор. Даже не бесконечный, вроде: вот уже перед ними стояла простая, пусть и ладно сбитая дверь из светлой древесины. Были ли они готовы к тому, что ожидает их за этой дверью?   - Ну, что, поговорим с нашей дорогой святошей? - немного кисло улыбнулась Анна, обводя взглядом своих спутников. - Набрасываться она не будет. Но и предложения будет толкать...горьковатые. - Я пока подожду тут. - Бернард хмыкнул и опёрся спиной о стену. - Поговорите там, а я послушаю. - мужчина криво ухмыльнулся, потирая рыжую щетину и поудобнее закидывая лямку ремня, за который был подвешен УЗИ.  - Это обнадёживает. - немного спёрто выдавила девушка, тяжело опуская руку на ручку двери и толкая её вперёд. Петли лишь едва слышно скрипнули, проворачиваясь в своих всё ещё блестящих свежих петлях, пропуская демоническую делегацию на встречу со вторым пришествием.

Не только .-.

Бастион охотников   — Насколько бы мне не было неприятно иметь дела с подобными вам, особенно после кончины нашего Преподобного, отчаянные времена требуют отчаянных мер. Уверен, вы чувствуете по отношению к Ловцам не меньшей антипатии. Однако собрались мы здесь, очевидно, не для этого, — человек сощурился, исподлобья воззрившись на главного переговорщика в лице неберу. — Итак… в чем же причина вашего присутствия в нашем бастионе?   Спокойный и рассудительный охотник, который не норовит сразу же запихнуть в какой-нибудь артефакт и не разбрасывает падшим приказы, словно те его собачонки? Баториэль едва не прослезилась от умиления смотря на блондина так, как обычно смотрят на умилительные видео с котиками в интернете. Лёгким движением руки, девушка заправила золотую прядь за ухо и очаровательно улыбнулась, рассчитывая что природное обаяние сможет пробить...хм, предрассудки. Ну или её захотят сжечь на костре. Сложно быть красивой девушкой в окружении фанатиков, ох как сложно. - Мы пришли договориться с вами. Обстановка в городе становиться всё напряжённей, один могущественный и совершенно безумный падший начинает распускать свои щупальца по всему Лондону. Боюсь, останавливаться он не собирается. А война с Ловцами нам, - падшая обвела всех присутствующих рукой, - совершенно не нужна. Так, может, вместо того чтобы бессмысленно убивать друг-друга нам нужно сесть за стол переговоров? Падшие не так плохи, как вы, быть может, представляете. - Анна мастерски понижала голос, делая нотки голоса более глубокими, обволакивающими и гулкими, так чтобы её голос мог дойти до каждого на этой встерче. - Да, среди нас есть чудовища, но есть и немало тех, кто хотят мирно сосуществовать в этом мире рядом с людьми и прочими..существами.  Баториэль незаметно перевела дыхание, окидывая взглядом свою аудиторию...надо бы добить чем-то попроще. "Стукай тех, а этих - не стукай".  - Привязанный - неоспоримое зло, против которого мы сражаемся по одиночке. Так почему нам не объединить силы? Вместе у нас есть шанс защитить свои жизни, жизни тех, кого мы любим и жизни и души невинных.

Бастион охотников   Баториэль немного покачнулась, и приложила пальцы к виску. - Ч-чёрт, да чтоб я ещё раз... - не успев закончить жалобу, падшая невидимым движением ладони стала медленно распускать свою иллюзию нить света за нитью.  Постепенно черты Голубки стали вымещаться настоящим обликом Анны, как будто ускоренная метаморфоза, а не сотканная из света бутафория. Неберу считала ниже своего достоинства так грубо работать с материей света, заставляя свои иллюзии жить самой настоящей жизнью, а не топорным подобием реальности.  - Что, опять этот мутный парень? - участливо спросил Маркус, подставляя девушке широкую ладонью, за которую та с благодарностью ухватилась. - С друзьями, как слышишь. - через силу улыбнулась Анна, поднимая голову вверх и проводя тонкими пальцами по предплечью парня. - Будь готов ко всему. Тот лишь мрачно кивнул, крепко сжимая челюсти и нащупывая под курткой рукоятку своего меча.

Фел, возвращайся, у нас есть развратные рыжие гномки!

Бастион   - То, что эта дверь выглядит как сейф ещё не значит, что за ней есть золото. - падшая немного скептически изогнула бровь, складывая тонкие руки голубки на практически ровной груди. - Но я посмотрю, что с этим можно сделать... Расслабленно выдохнув, неберу медленно прикрыла укрытые иллюзией как второй кожей веки и погрузилась в окружающее пространство. На этот раз она не старалась уловить отблески будущего в леденящей пропасти всех вероятностей и возможностей, иногда стремящихся к абсурдности. Вместо этого неберу пошла глубже, в оставленные прошлым глубокие отпечатки дней минувших, которые уверенно складывали из своего узора картину настоящего. В редкие мгновения, особенно ночью, в снах, Баториэль видела, как узоры прошлого..меняются, изгибаются в невероятных далях седой древности, съедаются туманам и постепенно трансформируются в нечто совершенно иное. Мир определённо сошёл с ума за время их отсутствия. Но ей не были интересные события такой давности. Кое-что ближе, живее, почти что ощутимое теплом и вибрацией звуков, пробегающейся по невидимой коже духа...   Женщина, одетая с намёком на принадлежность к монашескому ордену, но не Голубка. В окружении охотников к алтарю медленно ступила монашка с грубоватым лицом, на которым застыло почтение напополам со смирением. Невидимым движением руки она послала вперёд мужчин и те аккуратно сняли гобелен со стены, укладывая его поверх алтаря. Женщина неспешно проплыла к монолитной двери и вскинула вверх руки, давая рукавам серой рясы упасть вниз и обнажить жилистые руки. В ладонях она сжимала две звезды с изогнутыми лучами, сделанными из чего-то напоминающего лунный камень. В "ядре" же была инкрустация янтарём и в глубине этих камней было что-то...что-то, от чего спина падшей покрылась мурашками от подсознательной тревоги, граничащей с безотчётным ужасом. Монашка прислонила одну звезду к двери, за её спиной раздался звон бьющегося стекла и дверь медленно стала открываться. Охотники подобрались и гуськом нырнулись в открывшийся проём, после чего тот так же беззвучно закрылся за их спинами.   - Ох... - Анна вынырнула из видение и помассировала виски, жмурясь. - У меня есть то, что вам нужно. Но, по-моему, лучше сыграть в карты, чем грабить сокровищницы в ожидании наших друзей.

Бастион охотников   Баториэль-Голубка внимательно выслушала доклад своего верного гонца и целомудренно нахмурила брови, отчего на уже ставшем терять черты молодой упругости лице пролегла сеть мелких, едва заметных морщинок.  - Значит, нам лучше не попадаться на глаза...моим верным детям. Пока что. - невесомо улыбнулась неберу, пугающе идеально повторяя бархатный контральто безумной святой местного разлива. Настолько идеально, что могла бы обмануть её собственную мать...если та не появилась непорочным зачатием из пробирки Серых, конечно. - Фелиция, дорогая моя, - проворковала Голубка, поворачиваясь к волшебнице со слегка безумным блеском в насыщенных зелёных глазах, - будь так добра - проложи нам безопасный путь без лишних глаз до нашего места встречи у Хранилища.  Магичка слегка ошарашенно уставилась на вошедшую в роль Анну, но всё же пришла в своё привычное настроение, после чего тихо фыркнула и сделала круговое движение руками, делая широкий шаг вперёд. - Идите за мной. - коротко бросила она через плечо. Пространство вокруг стало течь и сжиматься, обретая какое-то безумное размытие окружающих предметов. Те словно обретали дополнительную грань, новое измерение, становясь более выпуклыми, приходя в движение и замирая, плывя в чём-то напоминавшем бугры холмов и глубокие расщелины скал никогда не существовавших в этом мире.  - Какой-то Интерстеллар. - ошарашенно покачал головой Маркус, шагая за остальными и с опаской поглядывая на завихряющийся за своей спиной конец "кишки" пространственного коридора, ведущего сквозь пустынные коридоры, стены и дверные проёмы, размывающиеся в бесконечной череде становившихся всё более безумных картин. Но вот движение резко оборвалось и мир вокруг ослепил всех вывалившихся из перехода людей и демонов. Ослепил правильностью и неподвижностью форм. 

Кхе-кхе...

Бастион Охотников Как только давящее поле исчезло, Баториэль облегчённо вздохнула, аккуратно придерживая Валери и сама едва не подкашиваясь от накатившей волны свежести и облегчения. Как будто где-то в позвоночнике забили кучу гвоздей, а потом взяли и вытащили их одним махом, разгоняя со скоростью гоночного болида облегчающее покалывание во все части бренного тела. - Так-то лучше. - на выдохе улыбнулась девушка, благодарно кивая Клоду и прикрывая глаза, позволяя своему разуму скользнуть в уже ставшие привычными спустя века заточения нити Узора. Тёмные воды вселенского закона настоящего, прошлого и будущего приятно омывали успевший застояться разум, унося приятным потоком остатки серой мути, которые окружали падшую несколько мгновений назад как дурной сон без конца. Но вовсе не за очищением и спокойствием Баториэль нырнула сюда, нет. Они всё ещё были заперты в паршиво сколоченной крепости, полной убийц демонов. И на самый яркий маяк этого фанатичного безумия падшая настраивалась, подбирая простые формулировки и нити, как жадный паук притягивая образы и события будущего, пока те не сплелись в невероятно чёткий до рези в несуществующих глазах образ... ...просторное помещение, голый камень, не успевший покрыться мхом от вездесущей в таких замках влаги и сквозняков, буквально каждый квадратный сантиметр этого места был завален разнообразным хламом: книги, этнические маски, детские игрушки, обломки мечей и копий, которым самое место в британском музее, полотна и гобелены, мебель, антикварные вазы, песочные часы, высотой с десятилетнего ребёнка и ещё целое множество самого безумного мусора. За письменным столом стоит чёрный вращающийся стул с высокой спинкой. В мягкую ручку упирается рука, затянутая в полосатый деловой костюм, а тонкие женственные пальцы сжимают каменную звезду с ветвистыми "лучами". Бархатный женский голос - контральто, не меньше, - тихо и растерянно вопрошает о том, кто "понадобится на этот раз". Звезда неожиданно вспыхивает, отбрасывая отсветы на нагромождения всевозможных вещей, небрежно сваленных повсюду. "Он... что-то чувствует?" - спрашивает мужчина стоящий по ту сторону стола с настороженностью и отвращением в голосе. Кресло незамедлительно поворачивается и перед внутренним зрением изверга предстаёт светловолосая женщина с острыми чертами лица и слегка неземным, отдающим глубоко скрытым безумием или просветлённостью неподвижными глазами. "Похоже на то.." - растерянно ответила Голубка, взирая на покрывающие руку с филактерием волдыри...и тут же ставшие исчезать с такой же лёгкостью, как и появились. Поднеся звезду к груди, женщина закрыла глаза. И вместе с этим движением видение погасло, разбившись на сотни тысяч бритвенно-острых паутинок. Баториэль слегка судорожно вздохнула, как будто выныривая на поверхность после длительного погружения в холодные тёмные воды океана и, слегка скользнув ладонью по спине Валери, медленно отстранилась. - Ну, попробуем. - изверг повела рукой перед собой и стала довольно резко меняться. Её одежда стала превращаться в строгий и сидящий ровно по худой поджарой фигуре костюм. Волосы подскочили вверх и обрели более тёмный соломенный оттенок, а бледная кожа стала покрываться узорами морщинок. Изверг изменялась до тех пор, пока перед всеми гостями туалетной комнаты не предстала та самая Голубка, до последнего сбитого локона повторявшая свой неподражаемый оригинал. Обведя всех взглядом слегка рыбьих насыщенных зелёных глаз, она остановилась на Клоде и раздвинула тонкие сухие губы в подобии улыбки, обнажившей мелкие ровные зубы. - Слава Сатане, сын мой. - пропела святая бархатным голосом и чётким уверенным шагом направилась сквозь проём в стене.

Бастион охотников   После слов охотника Анна не выдержала и прыснула в ладошку, сдерживая смех изо всех сил.  - Ну нееет,  - весело подрагивающих голосом протянула она, - конечно, я могу и войти во вкус насиловать всех плетью с распятием, но это уже как-то слишком. У меня есть дела поинтересней, чем притворяться вашей Голубкой. Я имею ввиду конкретно здесь и сейчас выйти в её образе, чтобы никто не бросился на нас докладывать и всё в таком духе. Вообще ваша пресвятая монашка сейчас где?  Падшая покосилась на Рейна и мелко кивнула. - Да, так более доходчиво касательно нашей позиции...наверное? 

Бастион охотников   — За дверью — наши бараки с чутко спящими собратьями. Даже те, кому не по душе политика Голубки, не станут столь радушно встречать внезапных демонов из толчков, которые желают изничтожить уже второго их лидера. Лидеры, знаете, после дождя не растут словно грибы. А уж после случая-то с Преподобным… — он сокрушенно мотнул головой и окинул присутствующих настороженным взглядом. — Каким же образом вы планируете предотвратить бойню и… договориться со всеми о перемирии на время борьбы с «великим герцогом»?   - Мы не планируем договариваться со всеми. Слишком силён стайный инстинкт, знаешь ли. - невинно улыбнулась девушка, словно пряча за милым личиком прожжённого дьявола-политикана. На самом деле это было не совсем так. Сейчас Баториэль целиком и полностью положилась на познания Анны о людях, подчерпнув кое-что из её жизненного опыта, а что...из сериалов, книг и фильмов. Всё равно это лучше, чем отсутствие мыслей и идей!  - Ты знаешь людей, которые так же, как и ты, не очень довольны Голубкой? - девушка чуть склонила голову набок и сощурилась. - Если получится собрать достаточно поддержки среди группы Ловцов, то уже будет дело. Нам нужно любым образом заставить эту фанатичку потерять власть и влияние и, быть может, наконец показать вашим людям, что диктатура одного авторитета - это путь в никуда. А что до твоих братьев... - Баториэль чуть скромно потупила взгляд, - я могу выдать себя за неё. Только если ты сможешь на какое-то время, кхм, перестать убивать любой намёк на "магию" вокруг себя?

Бастион охотников   — Теперь… — Клод с мрачным вздохом потёр переносицу, — отбрасывая бред о канадском спецназе в сторону. Кто вы такие, как вы тут оказались, и зачем вам понадобилась Голубка?   Анна повторила вздох Клода, оплакивая в душе утонувшую в пучине непонимания такую изящную аллегорию войны "родителей" и "детей" в виде проведения тонкого намёка на взаимосвязь Великобритании и сохранившей, спустя года, верность Канады. Ну да не всем дано понять такое...чуть сощурив синие глаза, вокруг радужек которых можно было едва увидеть практически прозрачные пластинки линз, Баториэль сложила перед собой руки. - Мы, - падшая медленно обвела всех присутствующих в туалете людей, - друзья. Маги и демоны, если точней. И у нас нет других целей кроме как создания места, сообщества, кружка по интересам, где первые и последние с щепоткой всех остальных желающих могли бы мирно и спокойно сосуществовать. Без всяких дворцовых интриг, без навязывания, как хорошие соседи, ага? - девушка кивнула своим словам, и почти бессознательно потёрла переносицу. В голове как будто стоял белый шум, смущая и путая мысли, делая их вязкими и слабо липнущими друг к другу. Как пересоленная овсянка. - Но, конечно, просто жить нас никто в покое оставить не захотел. Конкретно Ловцы либо пытались, либо уже поймали нескольких наших друзей, а с приходом к власти этой Голубки нам и вообще стало думаться, что до заброшенных в окна гранат и взрывов посреди Лондона недалеко. - неберу чуть поморщилась, буквально ощущая на языке этот привкус оголтелого религиозного фанатизма. - Так мало этого - ещё и в городе стал орудовать один из не самых лучших наших представителей. А точнее могущественное и до очумения злобное существо, которое когда-то было великим герцогом. На предпоследнем слове в слегка осипшем голосе Анны проскользнули циничные нотки падшей. Азриэль и вправду был великим. Великим предателем и эгоистом. Но сейчас это всё стало не таким уж важным. - Вот мы и решили - а отчего бы не заглянуть в гости? - девушка широко развела руки и не менее лучезарно улыбнулась. - Всё-таки можно договориться с адекватными и более дальновидными Ловцами отринуть глупую вражду и сосредоточиться на проблемах поважнее. Такими Ловцами, как ты и твои друзья, я имею ввиду. Падшая уверенно кивнула светловолосой головкой, как будто она уже всё заранее знала. Отчасти, это действительно было именно так.

Ок, а то я думал, что мб мы опять что-то недопоняли и ждём друг-друга xD

Фел, так ты продолжишь за нашего не очень умного парня? 

Бастион охотников, толчковые приключения   Если бы Баториэль могла, то проломила бы себе ладонью миловидное личико от воодушевления творчеством Теи. Наверное, должно произойти что-то действительно невероятное, чтобы эти дети стали воспринимать жизнь хотя бы капельку серьёзней. Даже с наивностью юной Анны падшая понимала, что на дело они идут серьёзное, полагаясь немалой частью на удачу и случай так как предугадать абсолютно всё не было в силах падшей...пока что. По крайней мере она недялась, что память продолжит возвращаться.  Ну а пока она была слишком занятой ужиманием себя до математической точки, пролетая сквозь бесцветное подпространство. Сведение, растяжение и прочие приятности межпространственного перехода через канализационные трубы настигли разом и тут же прекратились, буквально выплёвывая падшую вместе со всеми остальными.  Поведя немного очумелым взглядом синих глаз, девушка отряхнулась и осмотрела знакомую обстановку. Стараясь дышать через раз, девушка переступила через сомнительную лужу и оказалась перед..красноречиво обнажённым мужчиной. - Очуметь. - немного обречённо пробормотала Анна, но дальнейшее налаживание контакта с постепенно сходящим с ума охотником было грубейшим образом прервано насмешливым глухим окликом, раздавшимся по ту сторону двери туалета. - Эй, чё у тебя там случилось? - за молодцеватым голосом тут же раздался глумливый многоголосый смех. Глаза Анны забегали по сторонам, а мозги заработали на полную мощность, стараясь родить ответ на ровном месте, так как мелко дрожащий от второго толчкового пришествия "паренёк с не очень умным лицом" отвечать не спешил. К счастью. А поэтому...точно!  Быстро прокашлявшись, девушка сложила руки рупором и глухо крикнула неразборчивым, грубым и совершенно не девичьим голосом. - Крысы, мать их! Крысы в унитазе!  Если бы преподаватель ораторского искусства сейчас увидел Анну, то прослезился бы от гордости. Но аплодисментами послужил очередной взрыв хохота и выдавленный через смех вопрос: - Тебе там не отгрызли чего важного, а?! Ахахаха!  - Хватит уже доставать человека, Гарри, - проворчал более грубый и недовольный голос, - иди уже спать ложись. Как ни странно, но это сработало. За дверью раздалось какое-то сопение и шуршание, сменившиеся размеренными шагами по коридору. Баториэль медленно опустила руки и выдохнула. Пальцы немного подрагивали.