Gonchar

Да, насчёт колдовства цимисхов. Судя по описанию, они обращаются к умбральным духам. Есть даже такой прикольчик про Сферу Духа магов - "Духи Умбры могут всё, а значит Сферой Духа можно получить и сделать всё." Заявление немного спорное, но зерно тут правда есть.  Элохим это духи, создавшие стихию и являющиеся их воплощением. Умбральные духи стихий это олицетворение веры людей в эти стихии. Собственно цимисхи и работают с последними, потому что они договариваются с этими духами и пропускают через себя кусочек их силы. Демоны же так делать не умеют. Они просто дарят обращения, а не пропускают свою силу при каждом касте своего избранного.   А ещё Путём Воды можно пилить водяных элементалей :D

Насчёт этого. Т.е. каждая единица потенциала веры может быть превращена в точку пути тауматургии?

Не столь принципиально, просто хочется разбавить небольшим намёком на супернатуральность. Ладно, подумаю уже завтра :з 

Несколько вопросов. Можно перераскидать Жозефину? Я генерил её слегка на мутную голову и поздно ночью. Хотелось бы взять достоинство: Другой вопрос - можно ли покуптать Нумину за контракт? (это которая телепатия, телекинез и прочее у охотников) Как бы формально запрета нет, но всё же. Впрчоем, там больше одной точки не поднимешь за 10 СО

Раскидаю, но это уже ближе к вечеру, как домой приеду

Блумзбэри, студенческий хостел   - Ты всегда была...такой? - тихо спросила Жозефина, неторопливыми движениями тонких пальцев расчёсывая золотые локоны Анны, положившей ей на колени голову и расслабленно растянувшейся на диване. Девушки подвинули его к широкому окну, чтобы наблюдать за пролетающим снегом, к середине дня припустивший сильнее прежнего, превращая пейзаж за окном в мешанину пролетающих снежинок в бесконечном вихрящимся танце. На полу остывал горячий шоколад рядом с раскрытой пачкой бело-розового зефира, присыпанного сахарной пудрой.  - Нет. - медленно покачала головой Баториэль, отрываясь от коленей девушки и облокачиваясь о мягкую спинку дивана. - Мы не рождаемся такими. Нас призывают обладающие знаниями и вселяют в...другие тела  Либо мы можем  попытаться занять тела умирающих, полностью опустошённых людей. - Значит... - в глубине зелёных глаз мелькнуло тревожное выражение, - Анна всё же мертва? Но как? Когда? - голос Жозефины предательски задрожал и она стала медленно отклоняться от Баториэль, постепенно стараясь осознать ужасную истину.  Но мягкая ладонь остановила её движение и падшая тепло обняла смертную, прижимая её голову к груди. - Она не мертва. Её мысли, чувства, мечты, воспоминания, надежды, её тепло и любовь живут вместе со мной, внутри меня и переплетаясь со мной. - ладонь успокаивающе легла на щёку посмотревшей вверх девушки, с искажённым в непонимании и беспомощности лицом. - Я - Анна и Баториэль одновременно. Я всё помню о жизни девушки и о жизни творца мироздания...хотя последнее, хм, всё же размыто. - падшая замялась и иронично улыбнулась. - Давай расскажу обо всём по порядку. - Давай. - согласно кивнула Жозефина, тяжело вздыхая, но всё же приникая к Анне и устраиваясь поудобней. Снежная королева спрятала свои шипы, стала тёплой и податливой под пальцами чуткой неберу и падшая понимала, что куёт одну из самых сильных и прочных связей. А оттого хотелось как можно большему научить о мире, о прекраснейших мелодиях, пронизывающих каждый элемент вселенной.  - В начале было абсолютное Ничто. Творец, Абсолют - тут ваши религии и вправду не заблуждаются, но дальше всё было...несколько иначе...   *** Под конец рассказа на улице уже стали расползаться сумерки, а снег немного утих. Кружки с шоколадом давно опустели, а от зефира остались лишь воспоминания. Жозефина подобрала под себя колени и обняла их, переваривая целый снежный ком информации, переворачивающий вверх дном все её представления. Ей нужно было время, но сомнения если и были, то сразу гасли, стоило вспомнить звёздную фигуру и открытый космос, раскинувшийся не так давно в комнате и заглянуть в синие глаза, иногда отражавшие себе ту самую манящую космическую бездну.  - Вот, значит, как. - девушка медленно покачала головой, смотря куда-то в пустоту и слегка щурясь. - Звучит очень по-сатанински. Выходит, демоны не такие уж плохие, а даже наоборот. - однако никакого благоговейного страха перед грехом в голосе Жозефины слышно не было, лишь циничную насмешку над тем, что она и так считала потоком дурманящей чуши. - Изначально - да, именно так, сейчас же не будь так уверена. - усмехнулась неберу. - Многие мои собратья извратились, стали самыми настоящими чудовищами, с которыми ты точно столкнуться не захочешь. - Это я тоже поняла. - кивнула девушка. - Но что насчёт призыва? Кто именно тебя выдернул из этой...Бездны? - Лайла, какая-то журналистка и фотограф, - неберу покачала головой, - я ей всё ещё должна одну услугу. И она далеко не человек. Отродье Каина, того самого первого убийцы, из-за которого началось время жестокостей. Бессмертные, не умирающие, жестокие. Вы их называете вампирами. - падшая слегка улыбнулась, вспоминая опыт Анны. - Не думаю, что в этих ваших сказках достаточно правды. Но общая мысль ясна. - Погоди. Лайла? - Жозефина нахмурилась и потянулась к лежащему на быльце кресла смартфону - продукту сумрачного гения Стива Джобса последней модели. Разблокировав его и забегав по сенсору пальцами, девушка развернула экран к Анне, показывая фото. Там стояла сама Жозефина в длинном белом платье и с каким-то сложным макияжем, отдающим духом высокой моды. Какая-то расцвеченная гримёрка с рядами одежды на подвижных вешалках сзади. А рядом с ней с хищным манящим видом стояла та самая безумная вампирша со своими безупречно идеальными чертами лица и в дорогой одежде, которая несла в себе следы стиля и роскоши, смешанными с немалой ложкой распутства. Только волосы были не белыми, а рыжими.  - Да, это она. - медленно кивнула Баториэль, беря в руку смартфон. - Откуда ты её знаешь? - Лайла работает в модельном агентстве. Там я хожу по подиуму время от времени. - Жозефина пожала плечами, словно этот факт был самим собой разумеющимся. - Она делает разные фотосеты. От арт инсталляций до съёмок моделей...в самых разных ракурсах. - коралловые губы дрогнули в циничной усмешке. - Хм...надо будет с этим разобраться. - тихим голосом произнесла Баториэль, мысленно прикидывая варианты. - Что-то конкретное? - Жозефина изогнула бровь, с лёгкостью вписываясь в план падшей без лишних препирательств и вопросов.  Видя такую привязанность Анна улыбнулась и погладила смертную по щеке, подвигаясь ближе и улыбаясь, словно довольная кошка. - Пока ничего. Потом разберёмся. Иди ко мне.  Жозефина улыбнулась в ответ и дала себя привлечь, утопая в новом чувственном поцелуе и тепле чужого тела.

Как о Лайле х) как о вампе вряд ли знает

Кстати, Жозефина, раз уж она подрабатывает в агенстве моделью, может что-то знать о нашей тореадорше-инферналистке?

Хм... *ушёл пересматривать*

Лабиринт туманов   - А что она сказала, какое-то заклинание? - Шепотом спросил парень у Бернарда, кивая в сторону отошедшей ведьмы.   Бернард проводил взглядом плывущую над древесным полом Ядвигу, что-то напевающую себе под нос и подхватившую из чаши огромного цветка глиняный кувшин. - Заклинание? - мужчина упёр руки в бока и немного насмешливо хмыкнул, - Когда она начнёт колдовать - ты почувствуешь это. - Бекерт взмахнул рукой в сторону пританцовывавшей ведьмы и сейчас, не обременённый лихорадкой погони, Джимми смог увидеть, что вся правая кисть и лицевая сторона ладони Бернарда исчерчена алыми шрамами, рисующими круги и браслеты, внутри заполненные такими же рубцами, но уже в виде причудливых северных рун и рунограм.  - Насколько я помню... - он немного нахмурился, напрягая память, - это было что-то вроде "Получите и распишитесь, господа". Она полячка. - мужчина пожал обнажёнными мускулистыми плечами. - Они довольно странно говорят. Как и все, кто из восточной Европы. Ладно, пойдём. Она уже должна была приготовить стол. Почесав рыжую щетинистую бороду, Беранрд размашистым шагом направился к арке перехода в комнату, в которой скрылась Ядвига. Непонятно, как можно было за такой короткий промежуток времени что-либо достать (не говоря уже о приготовить) но в более уютной комнате, напоминавшей столовую посреди лесной поляны, но каким-то образом ведьма управилась. Явно не без помощи магии. Белая скатерть укрывала стол, окружённый фигурными стульями, выращенными из дерева и завитыми в причудливые узоры спинок.  На столе можно было найти весьма экзотичные на лондонский вкус блюда. Ватрушки с мёдом и творогом, пряники, запечённые яблоки, парящий пирог с мясом, соленья, орехи, блины и стоящая рядом чаша с мёдом и сотами, овощи, каравай, красная и чёрная икра, вареники истекающие вишнёвым соком и набитые картошкой, немало места занимала тушка индейки, а центром композиции был бокастый отливающий бронзой самовар. - А нам не многовато будет? - усмехнулся Бернард, усаживаясь на стул и, первым делом, отрывая себе ногу индейки, с аппетитом вгрызаясь в неё как голодный медведь. - Эту скатерть зачаровывал Дмитрий, - уже сидящая за столом Ядвига подпёрла кулаком щёку и закинула ногу на ногу, наблюдая за застывшим Джимом, - падай и ни в чём себе не отказывай. Потом уже всё обсудим. 

Лабиринт туманов   - Было бы и правда неплохо это... полечить меня. Как его, - Джим кивнул в сторону Бернарда, от ран которого не осталось и следа. - Мне раздеваться?   - Ишь, какой шустрый! - заливисто рассмеялась Ядвига, встряхивая головой и заставляя каштановые объёмные пряди упруго пружинить. В уголках тёмных глаз собрались улыбчивые морщинки. - Не терпится раздеться?  Длинным изящным пальцем она надавила на нос Джима, поддразнивая его, словно маленького несмышлёныша. Возможно, таким он ей и мог казаться, если бы не тёмный огонёк интереса, который, казалось, мелькнул в обращённом на него взгляде. - Успеешь ещё, мне как раз нужен кто-то вроде тебя для одного...ритуала. - ведьма интригующе понизила голос до шёпота и заговорщически наклонилась к парню, став на мгновение очень близко. По коже Джима прошёлся жар, как будто Ядвига была сама по себе источником сильного тепла, ощутимого даже на расстоянии, а вместе с тем ноздри вместе с вездесущим запахом зелени защекотали более тонкие цветочные ароматы, навевающие образы о чём-то диком, свободном, чистом, каком-то раскидистом лесе с влажными топями и благоухающими полянами, а тёмные глаза манили тишиной и загадочным бархатом ночи, таившей у своей груди нечто волнительно-первобытное. - Не наседай так уж усердно, спугнёшь ещё, - хрипло хмыкнул Бернард, тоже вставая на ноги и подходя к парочке. Ядвига разогнулась, разбивая мгновение странного волшебства. - Не недооценивай меня, Bruine. - насмешливо фыркнула ведьма, с вызовом ухмыляясь, глядя на Бернарда. Посмеиваясь и совершенно не в состоянии сохранять хотя бы подобие мрачности рядом с этой подвижной, словно ветер, ведьмой, Бекерт запустил руку в задний карман джинс и нашарил там погнутую проволоку, которая раньше, судя по всему, была скрепкой. - Давай я сниму с тебя это... - немного нахмурившись, мужчина развернул запястье Джима с браслетом и запустил конец проволоки в небольшое чёрное отверстие замка, стараясь нащупать зажим и поддеть его. Железо защёлкало о железо, однако никакого эффекта не последовало. - Да чтоб тебя! - начал уже злиться Бернард, как его руку остановила Ядвига. - Всему вас, молодёжь, учить надо! - взяв проволоку в свои длинные пальцы, ведьма одним ловким неуловимым движением руки заставила замок громко щёлкнуть и раскрыться. Тот же самый фокус она проделала с другим браслетом, тут же ослабившим свой хват на запястье. - Proszę, pane. - сделала насмешливый реверанс Ядвига, не менее ехидно улыбаясь.

Может вполне. Прообраз я брал с русской модели :D    CВ Жозефины  Один день х)

Понятно, буду теперь знать :з 

А нельзя нескольких за раз бросать? >.> Я думал на одного человека один бросок в день Там больше успехов, чем самого СВ. Статы не кидал, но там будут сначала социальные, потом ментальные, а потом физические. Ну и больше социальные таланты вроде хитрости, экспрессии, актёрства

Блумзбэри Снег укрывал этот район Лондона таким же пушистым белоснежным покровом, как и весь остальной город. Невысокие кирпичные постройки тянулись в разные стороны улиц, разбавленные магазинчиками самого разного пошиба, приветственно мерцающие подсветкой витрин и маня внутренним тёплым убранством. Немногочисленные прохожие прохаживались от кафе к кафе или просто наслаждались погожим зимним днём. Конечно, немало число предпочитало проводить субботний день собравшись в тёплых квартирах, урывая из городской ежедневной суеты мгновения покоя и блаженной прокрастинации. Анна с Марком вынырнули из переулка и остановились рядом с одним из припаркованных чёрных кэбов на стоянке такси. - Тебе лучше спрятаться до поры, - немного сощурившись от дуновения холодного воздуха, произнесла неберу, глядя снизу вверх на своего спутника, - я решу твою проблему...постарайся не пользоваться кредитной карточкой и не злоупотребляй телефоном. - хоть Анна и не была знакома со следственными делами, но была достаточно умна, чтобы помнить различные детали из криминальных сводок, проскакивающих на телеканалах под вечер и подробности детективных сериалов. - У меня есть несколько друзей, у которых я могу отлежаться, - Марк усмехнулся, по-свойски обнимая падшую за плечи, - я же увижу тебя ещё? - с наглостью домашнего кота, он наблюдал за реакцией падшей. Однако Баториэль не отстранилась, а только легко улыбнулась, пряча руки в карманы и перекрещивая ноги, давая привлечь себя ближе. - Насмотришься...и не только. - в синих глазах спряталась лисья хитринка. - А пока притворись хорошим мальчиком и не геройствуй. Я увижу и услышу тебя, если ты назовёшь моё имя - Баториэль. - Ба-то-ри-эль. - неспешно повторил парень, словно смакуя каждый слог во рту. - Я запомню. - А ещё вот мой номер телефона. - слегка фыркнув, девушка протянула Марку заранее записанный на оторванном листке блокнота код своего сотового, который, вместе с бумажником, был тем немногим, что сохранилось после зажигательной ночки. К счастью, в сумочке не было чего-то действительно ценного, кроме вороха женских мелочей. Когда Марк потянулся за зажатой между пальцами Анны бумажке, девушка ухватила его за руку и дёрнула вниз, встречая его страстным горячим поцелуем и требовательным нажимом пальцев на подбородок. Насытившись, Баториэль оттолкнула Марка и, слегка запыхавшись, широко улыбнулась, вторя расплывшейся довольной ухмылке парня. - Иди давай и не заставляй меня поджечь тебе пятки для скорости. - шутливо пригрозила она ему пальчиком. Нужно было вернуться в расположенный неподалёку студенческий хостел и как можно быстрей, так как желание ухватить смертного и приволочь в свою комнату росло с каждой минутой. *** Четырёхэтажное строение, выложенное из кирпича и раскрашенное в бордовый цвет, горело редким светом окон. Кому-то пасмурный лондонский день создавал слишком много тени. Бодро забежав по расчищенному пути под козырёк, Анна отряхнула нападавший снег и постучала сапогами, сбивая комки снега. Стащив тёплую шапку, девушка ухватилась за ручку двери и оказалась в тёплом протопленном проходном зале с консьержкой за огороженным столом и мягкими диванчиками по кругу. - Добрый день, миссис Пиклз! - широко улыбнувшись и помахав ладонью, Анна подошла к окошку, откуда выглянула голова седой полной дамы, которая, мазнув взглядом по раскрасневшемуся лицу девушки тепло улыбнулась в ответ. - Анна! Привет, красавица. - миссис Пиклз подвинулась ближе в своём кресле на колёсиках и облокотилась о стол. - Как погуляла? Всё хорошо? - Ох, - девушка вздохнула и закатила глаза, - опять Жозефина всё растрезвонила, да? - Ну-ну, не серчай на неё... - примирительно произнесла консьержка, поправляя округлые очки на носу. - Да и дремора с ней, - устало вздохнула Анна, отмахиваясь, - как вам печенье, что я вчера занесла? - Спасибо, деточка, очень вкусные, - старушка мягко улыбнулась, - твоя соседка сейчас в комнате, так что ключ можешь не брать. - Хорошо, удачи вам. - кивнув и улыбнувшись на прощание, девушка отошла от окошка и направилась по коридору и свернула на лестницу, ведущей на третий этаж. Внутренности общежития были обставлены весьма добротно. Не без некоторой старомодности, тянущейся корням к девяностым, но университет следил за тем, чтобы всё своевременно обновлялось и проверялось. От проводки до ковров. Выйдя в коридор своего этажа, Анна остановилась перед глянцевой деревянной дверью комнаты 37 и дробно постучала, дожидаясь ответа. Долго ждать не пришлось и вскоре замок холодно щёлкнул три раза, отсчитывая обороты запоров. Дверь отворилась вовнутрь и перед Анной предстала Жозефина в домашнем наряде и распущенными светлыми волосами. - Это ты... - буквально ощупав взглядом Анну, девушка отошла в глубину комнаты, усаживаясь на стоящем в миниатюрном коридорчике тумбу для обуви. - Как всегда сама доброжелательность. - хихикнула Баториэль, вспоминая все подробности жизни с этой светловолосой стервочкой. Жозефина была...занимательна. В большинстве случаев ледяная, словно снежная королева, порой внезапно вспыхивающая колючей пылающей злостью. Казалось, ничто не может растрогать эту ледышку, взиравшую на мир с оттенком извечного презрения и собственного достоинства. Но всё же...она завидовала Анне и всячески старалась насолить. Девушка из богатой семьи, балованная дорогими вечеринками и короной в любой кампании начинает жить с какой-то дремучей провинциалкой (по её субъективному мнению), да ещё эта провинциалка смеет быть талантливей её величества. Оскорблённое самолюбие кровило при каждой встрече. А значит - почти каждый день. - Я слышала о том, что произошло в доме Марка, - Жозефина сощурила свои цепкие зелёные глаза, - а ты выглядишь излишне уж жизнерадостной и довольной. - Ну-ну, сколько много мы знаем. - сделала губки бантиком Анна и наклонилась, чтобы расшнуровать ботинки. - И я не припомню на тебе такой одежды... - Это допрос? - неберу отошла от сброшенной обуви и сняла куртку, оставляя её на вешалке. В глубине синих глаз поселилась насмешка. Сложно было ожидать от падшей Элохим уважения и внимания к тому, кто пытался диктовать ей свои правила. - Ты трахалась с ним? - опасно сощурилась Жозефина, поднимаясь с тумбы и почти что переходя на шипящий шёпот. - Ты знаешь, о ком я, не держи меня за дуру. Баториэль приоткрыла рот, словно собираясь ответить, но затем опустила взгляд вниз, улыбаясь одними уголками рта и прижимая указательный палец к губам. Исподлобья она бросила взгляд на свою соседку и улыбнулась уже шире. - А что если...так? - последнее слово она прошептала, подойдя на шаг ближе к Жозефине. - Ты...ты...как ты смела! - в глубине глаз Жозефины плескалось удивление с кипучей злостью, кораловые губы задрожали от сдерживаемых противоречивых эмоций, а ладони с длинными изящными пальцами сжались в кулаки. - Что? Что? - жемчужное рассмеявшись, переспросила Анна, подходя ещё ближе к дрожащей девушке и склоняя в голову в чистом любопытстве. - Да, всё было именно так. Я была с ним. И мне понравилось. И я хочу повторить это. Лицо Жозефины исказилось нечеловеческим бешенством и щеку Анны обжёг хлёсткий удар ладонью. Падшая дёрнула головой и ощутила, как начинает расползаться по коже обжигающая боль, а на светлой коже расцветать алый отпечаток руки...тут же ставший угасать, как будто и не было. Нужно было приложить куда больше усилий, чтобы причинить вместилищу неберу хоть какой-то вред. Баториэль медленно подняла дёрнувшуюся в сторону голову и лишь мягко улыбнулась. - Сучка. - дрожащим тихим голосом произнесла Жозефина, дрожа от чёрной ненависти всем телом. - Как ты могла? Но вместо ответной вспышки неберу лишь подошла ещё ближе, протягивая руки и мягко беря в них щёки девушки, гипнотическим взглядом проникая в глубину зелёных глаз, в которых мелькнуло...удивление? - Ты жестокая маленькая девочка, которая не может сказать, чего хочет, Жози. - Анна коснулась грудью соседки и приблизила своё лицо к ней, наблюдая всё более усиливающееся удивление на грани со ступором. - Иди ко мне... Хват пальцев на щеках усилился и потянул голову девушки немного ниже, ближе. К приоткрытым алым губам, встретивших её губы мягкостью и влагой скользнувшего вовнутрь язычка. Она не сопротивлялась, не пыталась вырваться, а с упоением повиновалась, зажмурившись изо всех сил и требовательно укусив Анну за губу, не веря в происходящее. Зависть, презрение, ненависть переплетались в душе смертной тугим тёмным комком, Баториэль чувствовала это, и чувствовала выкристаллизовавшуюся в извращённом синтезе...ревность. Пекучие тёмные страсти разрывали душу Жозефину не как у Марка. Да, оба были испорченными успехом и достатком, оба были жестоки на свой манер. Но Жозефина не понимала и не принимала себя, вечный максимализм, вечная необходимость быть лучше всех не давали вырваться наружу природе, скрывая это за толстой коркой острого льда. А когда из всей этой мешанине к объекту ненависти вспыхнуло совершенно неожиданное чувство - Жозефина не могла себе этого простить. И уж точно не могла простить Анну. Неберу едва ли не билась в экстазе от такого безумного и манящего клубка страстей и горящих узорах вероятностей, рождавших чувства. Столь прекрасна в своей противоречивости, столь восхитительна в сложности и запутанности. Чистый нектар человеческой парадоксальности был лучшим из всех вин. Жозефина утёрла губы и отстранилась от Анны, тяжело дыша и опираясь спиной о стену. Не в силах что-либо сказать, лишь неотрывно смотря на свою любовницу. Баториэль неспешно согнулась и взяла руку девушки в свою, неспешно вставая на ватных ногах и утягивая смертную за собой. - Мне нужно ещё кое-что показать тебе... - отпустив руку привставшей девушки, Баториэль прикрыла глаз и дала скользнуть наружу своей демонической сущности. Кожа - звёздный небосвод, волосы - шлейфы от комет. В одно мгновение обнажённая девушка посреди комнаты превратилась в наполненную немым величием фигуру чего-то неземного, внушавшего трепет и страх одним свои присутствием, вызывавшим ощущение, будто бездна двумя сияющими белыми звёздами решила заглянуть в твою душу. Глаза Жозефины широко распахнулись, а рот невольно приоткрылся. - Кто ты? - неверяще уставилась она на Баториэль. - Я - Баториэль. - пропели многоголосым эхом кристаллы белых звёзд. - Осколок существования, которое дало начало этой вселенной. Я сотворила потоки звёздного света, сплетала нити судеб многих миллионов миров. И мне нужна ты со своей страстью, любовью, преданностью и силой. Я предлагаю тебе пойти вместе по пути жизни. Я сделаю тебя сильнее, лучше, подведу тебя к пределам человеческих возможностей в том, где ты хочешь быть лучшей. - слово за словом постепенно окружение застилала призрачная дымка, превращающая пол, стены, потолок в прекрасные картины природы и глубокого космоса. Драгоценные камни планет, застывшие мгновения рождения сверхновой, всё это обретало форму и приходило в движение, кружа вокруг Неберу своеобразным хороводом жизни и величия космоса. - Мне нужна лишь твоя вера и верность. Девушка поражённо хлопала глазами, словно загипнотизированная покачиваясь на волнах неземной мелодии, что сплеталась в самую величественную музыку, поражавшей своей безграничностью, силой, давящим грузом вечности, заставляющим чувствовать себя чем-то настолько мелким и незначительным, что по всему телу пробегала пряная волна ужаса. - Ты...прекрасна... - обнажённая девушка встала на ноги и как зачарованная прошла сквозь раскинувшуюся бездну и туманности газа и звёзд. Она медленно протянула руку к звёздной фигуре не решаясь коснуться. - Я согласна. Тёмная фигура падшей задрожала и вновь обрела плотность и плоть. - Да будет так. - прошептала Анна, закрепляя договор глубоким поцелуем.

Ваншотный контракт Жозефины хДД Почему бы не совместить контракт с юри? Не вижу никаких преград х))

У Марка из 3 Веры 1 беру себе в качестве дани :з 1 на передачу иммунитета к контролю над разумом и иллюзиям, 1 перевожу в 10 СО и повышаю Драку, Атлетику и Вождение до 5 и Бдительность до 4

Коттедж Морганов - Да будет так! - прогремел глубокий голос рычанием червоточин, разрывающих само пространство и время в клочья, и тёмная фигура, впитавшая в себя тёмную бездн ночного небосвода вспыхнула заревом разорвавшихся в цепной реакции сверхновых, ослепляющих своей изначальной мощью и перетекающих от ледяного касания в тело смертного. Огонёк веры вспыхнул в нём и запылал с новой силой, когда Неберу получила доступ к этому восхитительному костерку, едва тлеющему, но такому согревающему. Ловкие пальцы из тёмной материи плели нити, замыкающие потоки белого огня творца на себя, уводя их во все стороны света, собирая саму суть творения и давая ей течь беспрепятственно в тело человека, наполняя его разум и плоть силой и знанием, которого никогда не было. Опыт борцов, атлетов, гонщиков и многих других тёк водянистой рекой в сознание Марка, оседая там неощутимой плёнкой, перегорающей и переплавляющейся в новые образы и мысли, которые человек стал принимать за свои, вместе с лёгкой волной преображения, пробежавшей по всем клеткам организма как волна электричества. Последним штрихом стала чёрная нить - копия одной из тех, что лежала клубком в самой Баториэль. С аккуратностью и тщательностью она вплела его в общее полотно, довершая белое плетение чёрной подвязкой из вакуума, тьмы и звёзд. - Встань и иди. - донёсся до носимого волнами экзальтации и видений Марка мягкий голос и тонкие пальцы мазнули парня по щеке. Анна широко улыбалась, немного хитро щурясь сверху вниз, - Нам правда пора собираться. Падшая вновь вернулась к своему человеческому облику, только золотистые волосы напитались мерцающим отливом, а в глубине ставших ещё более насыщенными глаз иногда можно было увидеть мелькнувшее отражение звёзд. *** Приминая хрустящий снег, Анна вместе со своим спутником подошла по вытоптанной снежной дорожке к стене коттеджа, где уже не раз чертили овал портала. Решив не особо насиловать фасад здания, Баториэль пришла к выводу, что воспользоваться проторенной во всех смыслах дорожкой будет логичней всего. Взвесив в замерзающей ладони мелок, девушка примерилась и с лёгким глухим скрипом провела белым стержнем по древесине. Белый след вышел кривым и подрагивающим, и больше напоминал яйцо ксеноморфа или Хермеуса Мору, чем овал, но черчение и рисование не были одним из талантов Анны. - Сойдёт. - фыркнула она, взмахивая ладонью и пряча мелок в карман куртки. Портал тут же вспыхнул белым сиянием и тут же погас. Кривой-косой портал пропускал потоки воздуха из самого сердца Лондона, открывая вид на пустынный узкий переулок с рыжими кирпичными стенами какого-то старого здания. Не задерживаясь, Анна шагнула вперёд, не ощущая ровным счётом ничего. Просто шагнула и ладно. Никакого выворачивания кишок, растяжения и прочих гиперпространственных аномалий. Девушка задрала голову вверх, наблюдая извечно свинцовые небеса, узко зажатые между двумя стенами викторианских построек, чьи переулки превратились в занесённые мусором руины. По правую руку стоял мусорный бак, до отказа наполненный мешками, из которых под порывами ветра вылетали новые ошмётки бумаги и ещё какой-то дряни. Следом за падшей шагнул Марк, инстинктивно разминающий плечи и обращающий внимание на более приземлённые вещи вроде непосредственного окружения, а не далёкие небеса. - Мда, живописный пейзаж. - протянула Баториэль. - Я помню это место куда более чистым. - Ох, блядь! - раздался от стены противоположного здания хриплый восклик гудящего словно тромбон голоса и то, что казалось ворохом газет пришло в движение, превращаясь в закутанного по самый нос бродягу с красной меховой шапкой на макушке, дававшей отличную маскировку с кирпичной кладкой сзади. - Вы откуда взялись, на... Однако закончить фразу бродяга не успел, так как миниатюрная светловолосая девушка исчезла и превратилась в сияющую звёздную фигуру с белоснежным шлейфом парящих сзади волос. - Смертный, - раздался шелестящий шёпот, когда невесомая фигура стала продвигаться к онемевшему от удивления бездомному, - ты! - указующий перст протянулся в сторону мужчины, который тут же активно закивал, подтверждая, что это он. - Прожигаешь свою жизнь зря, живя в помоях и грязи, кто ты перед величием звёзд и бесконечности? - звёзды в теле неберу вспыхнули ещё ярче, а по всему переулку пронёсся ещё более холодный ветер, чем обычный зимний, который изредка залетал сюда, а бездна манила всё сильней, повергая в восторг своим немым величием и ужасом. - Лишь прах и пыль, ничтожная песчинка. Но я - воплощение этих сил, пришла к тебе напомнить о том, что каждое существо несёт ответственность перед Космосом своими мыслями, поступками. Маленькие нити ваших судеб сплеатются и формируют реальность божественную, наполненную жизнью и смыслом - и в этом твоя ответственность равная ответственности любого человека на этой планете! Неберу взмахнула тёмной рукой и в воздухе задрожал силуэт бездомного, сидящего на фантомном подрагивающем стуле. Только мужчина этот, в отличии от оборванца, был одет в добротную одежду, красный свитер с рождественским оленем и на руках он держал, словно в застывшем кадре, весёлую рыжеволосую девчушку, сжимающую подарок. - Мир готов раскрыть для тебя свои просторы, тебе только нужно поверить в силы космоса и мироздания, что направят тебя в этом нелёгком пути. Баториэль ощутила, как лёд души бездомного тронулся и его глаза влажно заблестели, неотрывно следя за призрачным силуэтом перед лицом. Вспышка тепла и чистой веры потекла от человека чистым горным ручьём, освежающим и наполняющим силой и лёгкостью всё тело и сущность падшей. - С-спасибо! - покачиваясь, бродяга встал, громко шмыгая носом и утирая с глаз предательскую влагу. - Спасибо...я...должен... Кивнув на прощание, мужчина пониже натянул шапку и уже более твёрдым шагом направился в сторону выхода из тупика переулка. - Ничерта себе... - тихо пробормотал Марк, наблюдая со стороны, - И зачем было это представление? Но вновь принявшая форму Анны падшая лишь улыбнулась и покачала головой. - Всему своё время. Держи свои глаза и сердце открытыми, если хочешь чем-то научиться. Или пытайся быть внимательным хотя бы теми местами, которыми лучше всего умеешь управляться. Рассмеявшись и шутливо ударив кулачком парня в плечо, Баториэль неспешным шагом направилась следом за уже скрывшимся бездомным.

Коттедж Морганов    Баториэль кивнула Ахрималю и неспешно встала, прошлёпав босыми стопами по паркету и вновь утонув в мягком ковре, пробежавшись напоследок перебором тонких пальцев по спинке кресла. Она не была в обиде на падшего, вовсе нет. Неберу отлично понимала его мотивы и сама бы поступила так же, будь на его месте.  Люди должны научиться жить сами научиться жить, а постоянно садить себе на шею лишний баласт - оказаться погребённым под ворохом требований и ответственности, которая не играет на руку большому делу. Люди сами их забыли, сами ввергнули себя в это безумие, сами виноваты... - Ох, чёрт. - глухо пробормотала Анна, хватаясь за перила и прислоняясь лбом к прохладной деревянной стене, давая мыслям остынуть, а вспыхнувшей и гудящей разъярённым солнцем обиде дать утихнуть и подёрнуться пеленой человечности, мягкости, спокойствия, трепетания сердца. Выдохнув, она продолжила свой путь наверх, к комнате, где сейчас отдыхал Марк. Аккуратно толкнув дверь, она вошла, встреченная тут же довольной улыбкой и хищностью дикого ката в тёмном взгляде. - Не сейчас, - усмехнулась Неберу и прикрыла глаза, становясь немного выше и превращаясь в подобие обнажённой женской фигуры, впитавшей в себя бездну космоса и россыпь бесчисленных звёзд. Ледяное касание космоса растеклось по комнате, напитывая всё и вся своим безграничным величием. - Маркус, - прогудели пульсары, - нам настало время двигаться дальше. Мы не можем больше остаться здесь, мир за пределами ждёт своего часа, - тёмная фигура подплыла к парню и коснулась его груди покалывающим касанием ледяной поверхности Плутона, - и он полон опасностей. Опасностей о которых ты даже не можешь вообразить, но ты не должен бояться. Я буду рядом с тобой, как была рядом той ночью. Мне нужны верные, сильные люди, которые не будут бояться... - голос стал стелиться шелестом северного сияния в магнитных полях полюсов планет, забирающимся под кожу и наигрывающим на струнах души, - я могу дать тебе силу сопротивляться дурману тёмных существ, больше их тёмная магия не будет причинять тебе боль, не будет окутывать дурманом твой разум, их чары не обманут твои глаза, а слова не заставят подчиниться. Взамен же я прошу от тебя послушания...и веры.

Аве - адекватное восприятие! ^^

Лабиринт туманов Бернард усмехнулся, глядя на реакцию парня и похлопал его по плечу. Словно медведь потрепал лапой. - Ничего, привыкнешь, меня по началу всё тоже не слабо удивляло, - Бекерт запустил руку во внутренний карман куртки и достал новую сигарету, протягивая её Джимми, - только не разбрасывай бычки тут. Урны тут есть, мы же не дикари какие. Развернувшись и вновь ухватившись за бок, не желая ронять драгоценные капли крови попусту, мужчина неспешно зашагал в сторону одного из самых массивных проходов, плавно сливавшийся с выступающей из дерева постройкой, которая отдавала духом старых эльфийских сказок, смешанных с электричеством, так как освещали это всё добро отнюдь не магические кристаллы или факелы с жаровнями. Не было похоже, чтобы приближением гостей кто-то был так уж сильно взволнован. Насколько было известно Бернарду тут постоянно можно было найти с дюжину членов традиции, живущих постоянно в городе. Вербенам нужно было место, где можно прикоснуться к пульсу живой природы, избавиться ото всех оков цивилизации и вдохнуть свежий чистый воздух, а не бесконечную гарь городов. Сам же Бекерт не причислял себя к таким уж неженкам и придерживался куда более жёсткой и, порой, жестокой философии. Кровь, боль - всё это было частью жизни, неотъемлемой. И современный человек бежал от них как трусливый заяц бежит от волка. Но зачем лгать самому себе? Он на собственной шкуре почувствовал вкус настоящей жизни, которая бьёт тебя копытом по зубам и добивает ударами по почкам, пока ты стараешься собрать рассыпавшиеся кусочки костей. Бернард тяжело толкнул круглую деревянную дверь и ввалился в хол, ощущая себя крайне паршиво и в который раз роняя капли крови, всё не думавшие переставать сочиться из ран, в которых ещё до омерзения холодили свинцовые головки пуль. Внутри всё было наполнено живостью и плавностью природных контуров, вся мебель, уходящие в разные стороны лестницы - всё было словно выращено, а не вырезано из дерева. Неровные округлые стены увивали цветы и плющ, а где-то вдалеке журчала вода. - Ч-чёрт, неужели нельзя сделать это место чуть менее влажным? - прошипел он сквозь зубы. - В нашем обиталище не всё столь однородно, брат. - раздался сверху глубокий женский голос с очень выразительным восточноевропейским акцентом. Мужчина слабо усмехнулся и поднял голову, обращая взгляд на статную женщину, замершую на лестнице. Однако едва девушка...женщина увидела окровавленный бок Бернарда и ногу Джима, то тут же отбросила долгие приветствия и сбежала вниз, словно живой воздушный поток, ловко перебирая босыми подвязанными стопами. - Быстро, снимай одежду, - указующе взмахнула рукой с задрожавшими браслетами похожая на ведьму женщина, - kotra kurwa вас так достала? Джинсовая куртука полетела на пол, а за ней и окровавленная продырявленная футболка, неприятно обжёгшая рану напоследок трением ткани. Под одеждой Бернард представлял собой сплошную вязь тугих рельефных мускулов, а на коже хватало других рубцов и швов. От мелких, словно россыпь соли, до длинных резанных и округлых пулевых. Но всё переплюнул огромный шрам, словно оставленный от четвёрки когтей, тянувшихся и въедвашихся прямо в плоть от левой ключицы до правого бока. Тяжело рухнув на лавку, Бекерт развёл руками. - Копы, - мужчина усмехнулся, упираясь затылком в стену, - визит в Лондон не задался. Ведьма трудноопределимого возраста тряхнула копной каштановых волос и изогнула тёмную стрелу брови, склоняясь над двумя ранами и внимательно их изучая. - Это плохой способ знакомства с этим местом, druzhe. Не произнеся больше ни слова, девушка стала водить ладонью над раной Бернарда и что-то нашёптывать на своём странном шипящем языке, для восприятия англоязычного сознания больше смахивающее на невероятную тарабарщину. Однако эффект не заставил себя ждать. Как по волшебству (а это явно оно и было) раны стали бледнеть и уменьшаться, пока не вытолкнули на поверхность кожи две свинцовые пули, с металлическим стуком скатившиеся на пол. Бернард расслабленно задышал и прикрыл глаза, благодарно кивая. - Что бы я без тебя делал, Ядвига. - Истёк бы кровью или сидел за решёткой, это ясно как божий день. - хмыкнула ведьма, упирая руки в бока и оправляя белую холщовую рубашку, обращая взгляд маняще-тёмных глаз на Джимми. - А ты, герой, кем будешь? - Ядвига чуть вздёрнула острый подбородок и лихо улыбнулась. - Новенький в нашей дружной семье? - Полечи парня, дорогая, - оторвался от стены Бернард, - и наручники на нём немного не к стати. - Полечить? - ведьма опять изогнула бровь. - Да он же здоров как племенной бык. - хитро сощурившись, она ухватилась за щёку Джима и потрепала его как несмышлёного внучка.

Они упоролись цветными шрифтами *жалуется* х)

Коттедж Морганов   Поленья уютно потрескивали в сложенном из алого кирпича камине, отгороженный небольшим чернёным витым заборчиком...или как там назывались эти железные штуки, что не давали очагу слишком уж разбрасываться искрами и кусками горящих поленьев.  Тепло приятно растекалось по всему телу от кончиков пальцев ног и рук и оседая приятным покалыванием в груди. Устроившись в мягком кресле, Баториэль подложила под голову руку и неотрывно следила за пляшущими языками огня. Неберу не чувствовала близости к этой хаотичной стихии пылающей энтропии вселенной, однако огонь давал свет, потоки разбивающихся о любую материю фотонов - а оттого даже в этом сплетались нити творения, которых касалась падшая очень и очень давно, во времена скрытые туманом и намёками манящих звёзд.  За спиной раздались шаги, однако падшая ещё раньше ощутила присутствие нового гостя в уютном пространстве перед камином. Знакомый холодок и переливы мелодии цвета индиго. Немного посвежевший детектив сел в стоящее рядом кресло с высокой спинкой, опуская пожелтевшие от табака ладони над подлокотники. - Рори говорил, что ты хочешь поговорить со мной. - произнесла Анна, переводя взгляд синих глаз на Ахрималя, чуть поджимая розовые губы. - Это насчёт Марка, да? Я видела, какие ты бросаешь взгляды на него... - неберу легко улыбнулась, - то, что люди называют "женской чуткостью" сложно обмануть и от неё сложно что-то утаить. Особенно мужчинам. Парень не гармонирует с этим местом, ни моралью, ни сущностью.

Я ещё хочу Марка обработать и веры пойти собрать в городе. Но это уже завтра. Но сначала с Ахрималем поговорим, да :з 

Вест-Энд, улицы Парень рванул с места, однако Бернард медлил, прикрыв глаза и отпуская на волю собственный разум, позволяя темноте перед подрагивающими глазными яблоками окраситься в алый. Кровавые линии протянулись, повинуясь потоку почти ощутимой энергии, пронизывающей тело и мир вокруг в каждом мгновении, каждом потоке времени и вне его. Линии вспыхнули и стали превращаться в бесконечную вязь мерцающих северных рун. Мысленно коснувшись нескольких, Бекерт стал переплетать их, двигать, словно шахматные фигуры, оформляя одну за другой в сложную рунограмму, переплетающуюся различными понятиями, силами, спрятанными многослойными смыслами языка вселенной - энтропией. Когда мужчина раскрыл глаза в реальном мире прошло несколько тягучих, но ценных мгновений. Раздался гулкий хлопок и одна из полицейских машин внезапно остановилась, а из-под капота повалил густой белый дым. Двери распахнулись и оттуда стали вываливаться кашляющие бобби. Не медля больше ни секунды, Бекерт рванул следом за Джимом, особо медлить не дала другая машина, из которой раздалось несколько глухих хлопков. Однако пули лишь обтрепали кладку дома, за угол которого свернули беглецы. *** Почти что час лихорадочного петляния по переулкам Лондона от любопытных глаз и патрулей полиции наконец увенчались успехом. Бернард и Джим оказались у входа в заснеженный пустующий парк. - Вот мы и пришли. - хрипло выдавил Бернард, все ещё держащийся за окровавленный бок. Ткань футболки насквозь пропиталась тёмно-алой кровью, однако, к счастью, кровотечение не оказалось слишком сильным и лишь иногда не белый настил капало несколько парящих алых капель. Голова начинала кружиться и во рту сохло - верный признак кровопотери. - Ненавижу парки... - судя по исказившемуся лицу причины для нелюбви к таким местам были довольно весомыми. Слегка пошатнувшись, Бернард уверенно пошёл вперёд, петляя между чёрными стволами заснеженных деревьев и едва ли не по колено утопая в нетронутом настиле снега. Они всё больше углублялись в глубину парка, к которой, казалось, очень давно в последний раз притрагивалась рука человека. Дорожки были неубранными, перила изъядно поедены ржавчиной, а часть фонарей была разбита напрочь. Деревья же тут росли раскидистые и ветвистые без регулярных бреющих пил городской службы. Удалившись на достаточное расстояние от последних намёков на цивилизацию, Бекерт с Джимом оказались в круге покошенных и хаотично разбросанных камней, словно сломанный хребет древнего чудовища, свернувшегося калачиком в своей снежной усыпальнице. На фоне выделялась лишь каменная арка, сложенная из трёх грубо тёсанных каменных плит. Под снегом едва можно было различить полустёртую вязь причудливого барельефа. Сощурившись, Бернард подошёл к этой арке и протянул правую окровавленную руку, проводя пальцами по камню и оставляя на нём след из четырёх карминовых полос. Немного отойдя назад, он осмотрел арку, словно выискивая какой-то ему одному известный рисунок. - Готово, - он обернулся к Джиму, - иди за мной и никуда не сворачивай, усёк?