BornToSeek

Если на словах о том, что её товарищи пробрались в святилище вампиров, девушка несказанно удивилась, то на последних внезапно ощутила жгучую тревогу. Тревогу пока лишь потому, что она ещё не до конца поняла, что это всё значит. — Какой ещё... мандрагоре? Что это? Я тут... сама четырёх вампиров убить успела, пока сражалась. Когда вы успели пройти к ним? И... — голос её вздрогнул, — что значит "прыгнул в неё первым"? Где Руперт, Эндрю? Я... я не понимаю. 

Солдаты не знали вообще ничего, растянутые по фронту маги тоже много сказать не могли. Выяснилось, что кто-то из "своих" пришёл со стороны атакующих и, переговорив с Зобеком, забрал несколько человек и ушёл обратно. Яснее от этого не становилось вообще ничего. Момент, когда в разбиваемый лагерь принесли её товарищей, Лили упустила. И только сейчас она задумалась над тем, что не видела их в битве. Да, увлеклась, думала они где-то в других местах. Может так и было? Побродив по уже разбитому лагерю у отдельного куска магов, культистка нашла палатку преподобного вместе с ним самим. Выглядел он... не лучшим образом. Джунгли истерзали? — Эндрю! — позвала священника девушка, подходя ближе. — Вы не знаете, почему бой прекратился? Тени ушли куда-то... Кто это приходил вообще от врагов?

Битва внезапно закончилась, хотя цели армия так и не достигла. Пришли приказы остановиться, тени прекратили нападать и начало складываться такое ощущение, будто война уже действительно выиграна. В чём дело? Лили не могла понять. Враги ещё оставались, путь вперёд не был проложен, солдаты могли идти. В чём, демоны побери, дело?! Успев вернуться в человеческий облик и вернуть себе одежду, культистка ходила среди растянутых по джунглям войск, пытаясь выяснить причину прекращения боя.

Окей, завтра так завтра)

У нас переход обратно опять 2 недели же займёт? Просто странно будет, что не было возможности отреагировать за столько времени.   Торка нет, поэтому прямо сейчас не выйдет. А Селена? 

Лили обязана будет отреагировать на жертву. Это обязательно во флешбек?

Мы же можем не сразу уехать в интерлюдию, а поотыгрывать ещё в Африке?

Эндрю, Нейтан и Линда пятерых вампиров не уложат 100%

Зачем просить, если у нас и так при малейшем разделении идёт бросок инки?

Лили ничего не знает о том, что происходит у вас, она воевать осталась.

Джунгли   Да, да, да! Вот оно, вот оно! Жар битвы и пламени, ярость и уничтожение, буйство и смерти, наконец-то Лили почувствовала себя в своей истинной среде. Бой шёл целый день, и сколько крови за это время успела пролить культистка, даже ей было трудно представить. Живые джунгли обратились против британской армии с особым неистовством: могущественные звери, куда сильней и хитрей своих обычных диких собратьев, рвали и метали, лианы словно из стали утягивали солдат под землю живьём, подвешивали на ветвях, душили и ломали кости, пока у самых ног нападали ядовитые змеи и питоны. Маги сжигали флору и фауну дотла, падали один за другим животные, рвались под воздействием магии лианы, а часть Лили умудрялась подчинять себе и направлять против врагов. Вот что такое раздолье.   Но самое главное началось лишь ближе к ночи. Когда солнце зашло за горизонт и джунгли погрузились во мрак, в тишине ожили смертоносные тени. Они метались от одного дерева к другому, тянули свои худые лапы из деревьев и безжалостно убивали всех, до кого могли дотянуться. Вспоротые глотки, сломанные шеи — жертв становилось больше. Крики и хрипы, Лили могла буквально вдохнуть витающий в воздухе страх и ужас смертных солдат. Но её саму испугать было невозможно. Она намеренно ушла вперёд остальных, во тьму, готовясь встретить незримых врагов. Зверь рвался наружу, он хотел крови, крови во имя Мастера! Когда первая лапа протянулась к красному чудовищу, тот успел отреагировать и тут же перехватил её, вырывая скрывающуюся в дереве фигуру:     Тощее создание взвигнуло, когда Зверь начал рвать его на части. Вокруг появились новые, тоже начали маячить во тьме. Это была не битва человека и хозяев джунглей, это был бой чудовищ, повелевающих природой. Раздавались рыки, хрипы, звуки ударов, ломающихся костей и разрываемой плоти. Вкус их крови был слаще и приятней любого вина. Зверь вкусил её ещё на первом противнике, и сразу стал ощущать, как ускоряются его и без того стремительные рефлексы. Каждый рывок, каждая атака стали выверенными и точными, а не бездумно размашистыми и яростными, и укусы изменились на ничуть не менее быстрые, чем у безжалостных теней. Они погибли одна за другой, все три. Четыре "призрака" лежали разодранными на части рядом с окровавленным и потрёпанным Зверем. Ярость. Смерть. Разрушение. На фоне пьянеющего в своей победе разума слышался приглушённый смех. Лили чувствовала его одобрение. Наконец-то! Наконец-то она снова показала свою силу! Слава Мастеру!

Кину-ка я страсть, может Маста накинет чего. Порог 3.   Еее, бои-и-и.

Ближний бой 11 кубов 8 успехов...

Посражаюсь-ка я в Звере.   Оккультизм 6

Лили остаётся, ей надо сражаться.

Да сейчас, кажется, один останусь сражаться.

У Лили даже и мысли не возникло о том, чтобы сбежать от грядущей схватки. Намечался бой, и она намеревалась собрать столько смертей, сколько вообще получится, и чем больше, тем лучше. Слишком много времени прошло без жертв, слишком мало битв произошло. Тем более местные Пожиратели явно были не из Жаждущих, и выступление против них могло бы стать небольшим, но всё же проявлением силы со стороны более разрушительного собрата. Во всяком случае так надеялась Лили. Время, выделенное для передышки, она решила потратить на небольшую разминку перед грядущим боем. Поскорей бы, поскорей бы.   Лили намерена пробиваться вместе с армией

Ну мы всё, закончили. Простите за задержку)

Вот это... новости. Да уж, догадаться об этом было бы очень трудно. Лили, внезапно приняв крайне сосредоточенный вид, попыталась переварить услышанное. — Так значит... ладно, я поняла. Да уж, о таком каждому точно не расскажешь, — сказала она и, потупив взгляд, выпила вино из бокала практически залпом. — Я никому не сдам, обещаю. И... — набрав полную грудь воздуха, девушка помотала головой и выдохнула, всё ещё застанная врасплох, — я не думаю, что секрет хоть как-то повлияет на моё отношение к тебе. Это немножко слишком необычно, но ты всё равно мой друг, Руперт. И мне приятно, что я заслужила такое доверие. — Спасибо! — с огромным облегчением выдохнул Руперт, убедившись, что Лили не собирается его клеймить позором или бежать сдавать кровожадным солдатам. — Ты не представляешь себе, насколько мне сейчас легче. — Юноша помотал головой, еще не готовый обсуждать эту тему — слишком много переживаний ему сейчас пришлось перенести. — Теперь ты понимаешь, почему такие условия? Прости, я не мог сказать сразу. Я и сейчас едва решился. Это был какой-то шаг отчаяния, не иначе. — Не переживай, всё в порядке, — улыбнулась девушка, не желая смущать немца. — Мне только немного попривыкнуть к сказанному надо и всё. Съев напоследок ещё один кусочек сыра, она поднялась из кресла. — Спасибо большое... за всё. Ночь потрясающая выдалась всем сразу, — искренне сказала она. — Проводишь? Руперт вскочил и едва не опрокинул кресло, в котором сидел. — Подожди! — Как будто она могла вернуться в привычное измерение без его помощи! — Можно! То есть, — юноша смутился и встал как вкопанный, не зная, как сказать. — Я позволяю. Если ты захочешь с таким... как я. И вновь на лице культистки возникла тёплая улыбка. Обойдя стол, она приблизилась к Руперту и взглянула на него снизу-вверх. — Понял всё-таки, — сказала она и тут же обняла мага, притягивая его голову к себе и страстно, в свойственном ей стиле и с превосходным опытом, припадая к губам, протягивая вперёд язык, чуть разрывая поцелуй и снова воссоединяясь. И так раз за разом, неспешно и горячо. Закрыв глаза, она позволила себе просто принести немцу немного удовольствия. Да и самой испытать, чего греха таить. Это было совсем не похоже на поцелуй с Пуллвиком. Вместо радостного изумления — томительное предвкушение, вместо душевного трепета — горячая страсть. Сладкая и тягучая, как растопленный воск на влажной от пота коже. Руперт отозвался на поцелуй со всем юношеским пылом, накопившимся и не растраченным за всю свою жизнь. Поначалу учась, он затем стал и сам проявлять инициативу. Покусывая губы девушки, отпуская их и снова лаская, проводя языком прежде чем нырнуть навстречу поцелуям Лили, молодой барон отдавался со всем упоением страсти и крепко сжимал маленькую магессу в руках. — Еще немного, — голос юноши стал хриплым от нарастающего возбуждения, — и ты никуда не уйдешь. Только это все равно ни к чему не приведет. Руперт отчетливо понимал это и, собрав волю в кулак, подхватил магессу на руки и прошел через барьер. Та, вскоре оказавшись на ногах, перед уходом провела рукой по щеке немца. — Спокойной ночи, — сказала она с ухмылкой, прежде чем отправиться к себе. Спать.

— Так нечестно, только интересней стало! — обиженно сказала девушка, одновременно прокручивая в голове все всплывающие варианты, что это могут быть за места такие и почему их нельзя трогать. Не щупальце же с бомбой привязанной у него в штанах? Ну и секрет, нашёл где заводить. — Ты бы мог просто не говорить, остановиться там на ожиданиях и качественном деле, а нет, про странные места тоже сказал. Доверяешь мне только настолько, чтобы подразнить? — кисло усмехнулась она и снова печально вздохнула.

Девушка просидела ещё столько же, не разрывая взгляд. Ну же, о позволении всего раз речь заходила. — Эх, ладно, забудь, — вздохнула она и сделала глоток вина. Не хотелось слишком навязываться, особенно учитывая, что Руперт выстраивал вокруг себя особые границы. К слову о границах... — Почему ты, кстати, такие ограничения выставил для меня? Только потому, что хотел побыть главным в процессе, или потому что не любишь, когда кто-то может на тебя... воздействовать?

- Стало быть, интереснее вариант с магами, - подытожил он услышанное. - Буду иметь ввиду, спасибо.   — Вряд ли тебе эти знания понадобятся, — хихикнула культистка. — Если только не попадёшь на какое-нибудь арканумное собрание по всяким техникам достижения Экстаза у анафем.   - Тебе тоже налить? Хочешь еще вина?   — Да, давай. Дождавшись, когда бокал вновь станет полным, девушка взяла его в руки и задержала взгляд на Руперте. — Что, всё-таки не позволишь? — спустя секунд десять разглядываний, наконец спросила она.

— Потому что когда самка может сломать тебе хребет одним движением и весит в три раза больше, при этом она яростно осёдлывает тебя, то внешне это похоже именно на изнасилование: когтистые лапы вдавливают в пол, над тобой огромная зубастая морда, иногда норовящая укусить за плечо или шею, а низ после нескольких минут начинает покрываться синяками. Но это только с человеком. Если это маг в облике, то всё начинает напоминать дикие брачные игры чудовищ, где надо не только поиметь, но и вообще удержать яростную самку. Борьба такая происходит. Вот тут уже грубость и боль становятся наоборот возбуждающими, а не унылыми и серыми.

Несколько секунд девушка молча разглядывала Руперта, а затем звонко рассмеялась. Ох уж эта реакция, маг удивлял Лили всё больше и больше. — Ну-ну, найди мне тогда либо мага Жизни, умеющего обращаться каким-нибудь зверем крупным, либо кого-нибудь согласного стать жертвой изнасилования огромным красным чудовищем. Это ж довольно больно, сразу говорю, а Зверь ещё и цапнуть легонько в процессе может. Обычный человек там со страха откинется, тут нужна подготовка, уверенность и, желательно, хорошее отношение к боли. Но опыт того стоит, точно говорю.

— Стоять сможет, но если неоткуда будет брать ярость, то мне очень трудно будет поддерживать себя в таком виде. Так что либо надо будет очень быстро рисовать, либо дать что-то, что будет постоянно бесить, но не настолько, чтобы захотеть сорваться с места и порвать это на мелкие клочки. Выдержки в Звере нужно много. А использовала... как тебе сказать... — Лили задумалась над тем, как можно высказать мысль, чтобы точно не шокировать немца, — ай, не знаю как лучше, в общем ради блуда. Неподготовленному человеку такое трудно будет представить, но Зверь неплохо справляется и с людьми, и с другими магами в их диких обликах. Только это прям грубо и яростно получается, довольно опасно.