Энди-с-Лицом

*на горизонте возникают подрагивающие уши* *шепотом* Вы же меня не убъете сразу? *в полный голос* Не прошло и полугода, еще даже следующая игра не началась, как я, вооружившись пословицей "Лучше поздно, чем никогда", пока нормальные люди нормально записываются в новую игру (которая еще не даже не началась, что все же хоть какую-то часть вины снимает), выкладываю свой эпилог. Он какой-то вообще странный, этот эпилог, но какой есть... *переводит дух* Ну вот, как-то так. Исповедался.

Сон последний. Cogito ergo sum?*   Когда Александр Дукалис с присущей ему невозмутимостью и готовностью к, кажется, любым неурядицам, покинул холл, в помещении воцарилась какая-то особо зловещая пауза. На улице уже давно сгустился ночной мрак, душной пеленой окутавший Сан-Франциско, навалившийся на пустующие кварталы, затопивший провалы голых окон неприятно-липким сумраком, тягучим и вязким, вступавшим в жутковатый резонанс с запустением и пылью, неуловимой вуалью витавшей в воздухе. Сюда, в затопленный изменчиво-белесым светом потолочного освещения, когда-то игравшего множеством бликов на блиставших зеркальным сиянием поверхностях, пыль и ночной мрак одновременно и не проникали, но и не давали о себе забывать, словно их причудливая тень, та, что находится за границей физического мира, всегда оставалась на границе восприятия, раздражающим пятном повиснув на периферии внутреннего зрения.   Но не все, наверное, присутствующие могли различить эту грозную атмосферу и оценить всю властвующую в сердцах людей тревогу… ведь двое из оставшейся четвёрки не были людьми в строгом смысле слова. Андроиды праздновали победу — теперь уже практически и не скрываясь, ведь счёт был явно в их пользу. Способность людей к эмпатии, на которую, по всей видимости, надеялся Декард, начиная свою рискованную игру, оказалась — впервые на памяти не только всех присутствующих, но и за всю историю человечества — слабее желания синтетически выращенных анди… желания чего? Что толкало их на всё совершённое, на риск и неизбежный, до сего дня, провал? Пока что думать об этом было некому.   Люди пока что не собирались сдаваться. В этом проявлялась интересная черта, которую бы подметил Рик, но он ещё не закончил с Александром, и которую никто не отмечал у андроидов — невероятная жажда человека жить. Срабатывали какие-то скрытые механизмы, выработанные за два миллиарда лет эволюции, от одинокого кусочка протоплазмы в кипящем бульоне первых земных морей до сидящего на пошатнувшемся троне царя природы. Андроиды, когда своим безупречным логическим мышлением они понимали бесполезность дальнейшего сопротивления, всегда принимали «позу» некоторой обречённости, словно расписывались в своём поражении. Так компьютер, играющий с человеком в шахматы, может признать поражение, ещё не закончив партии, когда логический процессор посчитает вероятность победы исчезающе малой. Люди же всегда сопротивлялись до последнего.   Постепенно, секунда за секундой, беспокойство, как восковая маска, попавшая под лучи слишком жаркого солнца, стекало с лиц Джудит Алеро и Эжена Антуана Левека. Они медленно, будто (или — не будто?) наслаждаясь мгновением, переглянулись. В тот же момент, с опозданием в минуту ли, в час, в день, сработало то, что принято называть интуицией — и в головах Паладина и Назики в эти считанные доли секунды пронеслась аналитическая цепочка, состоявшая из крохотных, микроскопически-незаметных элементов, выстроившихся в тонкую, напоминающую паутинку сложнейших электронных плат, схему, в которой была и некоторая гармония с ушедшим к Рику ранее Хароном. К чести бегущих, стоило сказать, что начало этой паутинки, шедшее ровно от того момента, как они собрались в этой комнате, было столь неуловимым, что, наверное, даже и не обидно было пропустить его.   Назика очнулась от этого потока на миллисекунду раньше, начав вытягивать из ножен верную катану. Отстав на миллисекунду, Девятый Паладин уже начал взводить курок. Пожалуй, единственной их ошибкой была негласно принятая диспозиция, загубившее назревавшее вторжение в самом его начале. По всей видимости, оба согласились, что сидевший к ним лицом Антуан опаснее находившейся ближе, но в пол-оборота, Джудит. Но эта мысль возникла в головах людей уже слишком поздно, когда катана глухо звякнула по замусоренному и покрытому пылью полу, а оружие Паладина перекочевало в руки Антуану.   — Пожалуй, что игра окончена, — с нескрываемым оттенком самодовольства в голосе произнесла вердикт Джудит, носком ботинка отшвыривая подальше смертоносное оружие самураев.   — Думаешь, ты уйдёшь далеко? — отчеканила Назика. Паладин счёл нужным вставить полную презрения и издевательского унижения усмешку.   — Полагаю, что да, — после некоторого раздумья заявила Джудит. — Ты не представляешь себе, на что мы способны. Вы оказались сильнее, чем мы думали… Брайант умудрялся раз за разом оказываться впереди нас. Целая рота бегущих — к этому мы оказались практически не готовы. И это место Управление обнаружило намного быстрее, чем мы рассчитывали. И Декард оказался умнее, чем нам бы того хотелось — будь он здесь, всё было бы проще. Видимо, он не зря считается лучшим. Только этим можно объяснить то, что мы потеряли так много, прежде чем смогли припереть вас к стенке, — она замолкла, что-то обдумывая. — Теперь же нам придётся как-то отсюда выбираться. Но… Вам, людям, и особенно жителям Земли, трудно представить, через что мы прошли, прежде чем стать объектом вашей охоты. Мы видели нечто, во что вы просто не поверите, — её голос на этих словах обрёл какую-то священно-безжалостную силу, наполняя комнату мимолётными образами. — Горящие боевые корабли на подступах к Ориону. Мы видели си-лучи, мерцающие во тьме у врат Тангейзера… И теперь вы хотите, чтобы эти мгновения исчезли во времени как слёзы под дождём. Но ещё не пора нам умирать.   Опять обменявшись взглядами с Антуаном, она развернулась и подняла катану. «Какое-никакое, а оружие», — пробормотала Джудит себе под нос и начала подниматься по лестнице. Антуан, не забывая держать на прицеле оставшихся внизу бегущих, последовал за ней, выдерживая, впрочем, расстояние. В этом боевом порядке слилось что-то от грозно наступающих римских центурий и слаженно штурмующих здание бойцов специального назначения, какой-то действительно грозно-смертоносный порядок космических битв.   *   *   * Рик по последнего не желал верить показаниям прибора, потому что если цифры на индикаторах не врали, то перед ним человек, а внизу сейчас творится… да, оставалось только гадать о том, что творится внизу. В горле застыл комок напряжения и некоторой даже обиды за несработавший план и грозящие последствия. Александр уже поднимался наверх, а Декард всё ещё пребывал в состоянии некой фрустрации, тупо глядя на голые стены и обшарпанный пол коридора, служившего единственным выходом из здания. В том, что оставшиеся андироды не преминут воспользоваться этим выходом, Рик не сомневался. Вопрос лишь в том, когда это произойдёт и что теперь делать ему. Он ощущал себя слишком слабым, слишком, наконец, уставшим, чтобы остановить анди. Да, это была его, исключительно его война и его работа, кого бы Брайант не решил втянуть в водоворот охоты на анди, но — всё в нём твердило: «Не сейчас». Он уже потянулся к рации, чтобы связаться с патрульными на крыше и вызвать подкрепление, когда по потрескавшемуся мрамору пола застучали осторожные, но уверенные шаги.   — Мистер Декард, — позвал голос Джудит.   Рик не стал отвечать, аккуратно, стараясь не произвести ни звука, положив рацию обратно и крепче перехватывая пистолет. Судя по звуку шагов, их было всего двое. Что ж, здесь его рассчёты оказались верны, только вот легче от этого нисколько не становилось. Декард принялся аккуратно отступать в глубину здания. По правде говоря, никакого плана действий у него не было. Его отступление было скорее ошибкой, но он никак не мог убедить себя, что там, в недрах каменного левиафана у них будет преимущество, что здесь, в узком коридоре можно положиться на реакцию и твёрдость руки и сделать свою работу.   Рик не знал, сколько продолжалась безумная гонка по пустым этажам, сколько уже в сердце жило противное ощущение подступающего всё ближе и ближе врага. Иногда на ум приходили аналогии с футбольным матчем, на котором услужливые комментаторы подсказывают статистику владения мячом. Мяч преследования переходил то к анди, то к Рику, но всё же репликанты вели в этом соревновании, пользуясь численным и — Рик побаивался себе в этом признаваться — тактическим преимуществом. В какие-то моменты ему казалось, что андроиды почти попали на мушку, но в следующий момент выходило, что это он в шаге от падения в пропасть, а со спины уже заходят преследователи. Ему казалось, что старое жилое здание стало новым Колизеем, чудовищным порождением власти жестокости и кровавых зрелищ. В такие моменты казалось, что перст воображаемого кесаря смотрит вниз, и игра близка к завершению. Потом опять повторялось ощущение близости победы, и снова отчаяние поражения, и вновь, и вот уже мгновения гонки на выживание слились в один нескончаемый водоворот опасности и ужаса, где каждое неверное движение грозило даже не смертью, а чем-то неизмеримо худшим.   В какой-то из моментов погони Рик осознал, что зашёл в тупик. По его прикидкам, квартира, в которую он забрался, находилась где-то на восьмом-девятом этаже, в торцевой части здания, где окна выходили на перекрёсток двух улиц. Он прижался к холодному кафелю стены — здесь была душевая. В темноте ещё можно было различить тусклое белое пятно ванны. С трудом он заставил себя отлепиться от кафеля и аккуратно выглянуть наружу. Было тихо, с трудом верилось, что где-то очень близко есть андриоды, пытающиеся его убить. Он выскользнул из комнаты, ступив в отчётливо различимый на полу прямоугольник лунного света. В этот момент бесшумно (хотя самому Рику показалось, что грянули все трубы ада) отворились двери с двух сторон комнаты и на пороге, с двух сторон от Декарда, возникли две тени.   — Неплохая гонка, мистер Декард, — заметила Джудит. Лезвие её катаны казалось подсвеченным огнём неоновых ламп, отражая лунный свет. Антуан предпочитал флегматично-молчаливое наступление.   Рик скосил глаза. Позади было окно. Шансы справиться с этими двумя, принявшими личины бегущих, стремились к нулю, тут он старался не питать ложных иллюзий. Конечно, оставался вариант броситься в последнюю атаку, но в то же время в голове упорно билась мысль, что он даже не успеет вскинуть пистолет, как его пронзят лазерные лучи Антуана и холодный металл меча. Был ещё один выход. Резко подавшись корпусом назад, он навалился на легко поддавшиеся створки окон. Ночной воздух, в котором смешивались духота дня и прохлада ночи, коснулся его затылка недостаточно тугой пеленой. В голове ещё метались какие-то мысли, которые воздуху предстояло выдуть из мозга. Но этого не произошло.   Каменная хватка тонких пальцев сошлась у него на запястье.   — Ещё не время умирать, мистер Декард. У нас остались вопросы.   *   *   * — Пресса обо всё уже знает, мрачно вещал Брайант, стоя у раскрытых дверей «скорой». — И, конечно же, жди к утру паники. Так и вижу заголовки всех газет: «Два сбежавших андроида перебили сотню полицейских…». Тьфу. И попробуй объяснить им, что они выбрались из здания, никого практически не убив, только нескольких бегущих… Я сам-то с трудом могу в это поверить.   Рик поднял тяжёлый взгляд от серого асфальта под ногами у главного инспектора и посмотрел тому в глаза. Брайант почёл за нужное выдержать взгляд, но разглагольствования и жалобы всё же прекратил, оставив бегущего одного. Весьма условно — вокруг сновали полицейские и врачи, помогавшие остальным из их не слишком преуспевшей на своём поприще команды — хотя в помощи никто из них не нуждался… кроме тех, чьей внешностью воспользовались анди: у них были черепно-мозговые, хотя не смертельные, скоро будут как новые. Ну и тех, кому помочь уже нельзя — их тела увезли парой минут ранее.   Декард поднял голову. На небе сияла почти полная луна, но её праздничный диск уже начали заволакивать тучи. Хорошо было бы, если бы хлынул дождь. Неплохая альтернатива перманентно висевшей в воздухе пыли. И, быть может, дождь смоет с него этот вопрос, в который она превратила известное изречение Декарта, втаскивая обратно в комнату. «Cogito ergo sum?» — поинтересовалась она, прежде чем уйти, сохранив ему жизнь.   На сетования Брайанта ему, в сущности, было наплевать. Да, сбежали. Но этим он, скорее всего, займётся завтра. Сегодня он слишком устал.   --------------------- *Мыслю, следовательно, существую (лат.).

И... Мафия эписно одерживает победу в нашем робототехническом дерби! Поздравляю мафиози. Вы были шикарны, просто шикарны!  :give_rose: Мирные... Вы старались, изо всех сил старались, победа была близко...  :d_daisy: Доктор... Ты тоже старался, я же видел.  :drinks: Шериф... Старался и дважды угадал, но ох уж эта безжалостная мафия...  :good2:   И всем-всем-всем игрокам — большое спасибо за то, что пришли на мою игру, с вами было классно!  :give_rose:  :give_rose:  :give_rose: И во многом благодаря игрокам получилось вложить в игру почти все, что хотелось вложить. Эта мафия стала лично для меня своего рода продолжением некоторых идей "Падших богов", если кто еще помнит пресс-конференции мистера Дэрроу.  ;) Почему же я сказал про "почти все"? Потому что обязательно будет эпилог! Конечно же, я не я, если напишу его прямо вот сразу, но постараюсь не тянуть - завтра выходной, засяду.   Ну и техническая информация. Оставшиеся в живых мирные могут, в принципе, тоже думать об эпилогах, они останутся в живых. Мафия знает, что делать со своими эпилогами.  Те, кого отправили на анализы - опять же, живы-здоровы.   Всем еще раз спасибо, мастер берет курс на поспать!

Джудит — Назика; Назика — Паладин; Александр — Антуан, Джудит; Антуан — Александр; Игра завершается победой мафии!

выпил виски и заел пирожком И ту я понял, что чего-то не понимаю в загадочной русской душе...

Джудит — Назика; Назика — Паладин; Осталось 5 минут!

Харон отправился к Декарду без единой лишней эмоции на лице, не считая своей усмешки — так же, как и Эдвард с Йо-Ланди... но ещё до того, как игла вошла под его кожу, Рика уже пробрал холодок. Отчуждённость Харона не была признаком выдержки. Это была хорошо знакомая Рику обречённость андроида. Анди всегда сдавались в последний момент перед смертью — в них не было ярого желания выжить, накопленного человеком за миллионы лет эволюции. И спустя какое-то время Рик сухо сообщил по рации, что им удалось найти андроида. К сожалению, конец был ещё далёк...   *   *   * Доктор был практически на грани отчаяния — ему не везло раз за разом, и раз за разом он не мог пустить свои способности на пользу людям.   *   *   * Андроиды же, за которыми следил поклонник Мерсера, заметили бросаемые на них взгляды. В какой-то момент адепт новой религии и андроид встретились взглядом... и за долю мгновения поняли всё. Увы, в данной ситуации кроткой Мелиссе Дагот нечего было противопоставить андроидам, лишённым эмпатии. Возможно, она найдёт своё счастье, раз за разом вместе с Мерсером пытаясь выбраться из Загробного Мира...   День, 20 минут.

Джудит — Паладин; Харон — Назика, Мелисса, Антуан, Джудит, Александр; Назика — Харон; Ночь, 10 минут.

Джудит — Паладин; Харон — Назика, Мелисса, Антуан, Джудит; Назика — Харон; Осталось 10 минут!

Следующей к Декарду отправилась гостья из далёкого Кейптауна, видавшая в своей жизни переделки и покруче этой — её родина славилась разгулом криминала, перед которым даже сбежавшие анди выглядели полными дилетантами. Тест Йо-Ланди выдержала, как и Эдвард, без единого звука. И, как и в случае с Эдвардом, результат был тот же: прибор считал, что перед Риком человек, а не андроид.   *   *   * Доктор предпринял новую попытку спасти возможную жертву андроидов, но и теперь интуиция его подвела.   *   *   * А андроиды были без промаха. Рядом с телом Элмера Палдриджа в небольшой лужице крови можно было заметить блестевшую в неверном свете немногих ламп монетку орлом вверх.   *   *   * Но пока совершалось преступление, последователь Уилбера Мерсера не дремал, вновь пристально глядя на очередного подозреваемого. И его интуиция сработала прекрасно. Теперь он с уверенностью мог назвать имя одного из андроидов.   День, 25 минут.

Харон — Назика; Йо-Ланди — Элмер, Антуан, Мелисса, Харон, Александр; Назика — Паладин, Йо-Ланди; Александр — Джудит; Ночь, 15 минут.

Харон — Назика; Йо-Ланди — Элмер, Антуан, Мелисса, Харон; Назика — Паладин, Йо-Ланди; Александр — Джудит; Осталось 5 минут!

Харон — Назика; Йо-Ланди — Элмер, Антуан; Назика — Паладин; Осталось 15 минут!

Эдвард Колфилд не скрывал своего презрения, поднимаясь по лестнице к Декарду. Презрения к тем, кто счел его андроидом — к Рику у него неприязни не было. Он позволил подключить себя к прибору и лишь крепко сжал зубы, когда игла анализатора вошла под кожу. Некоторое время оба молчали — Эдвард сдерживал боль, Рик, не отрывал глаз от шкалы прибора.   — Умная машинка показывает, что андироид из тебя, как из меня балерина, — глубокомысленно заключил Декард. Сквозь зубы Эдварда вырвался невольный вздох облегчения. — Я бы так не радовался, теперь тебя отвезут в управление и возьмут полноценный анализ. Впрочем, я в тебя верю. Спасибо за помощь.   *   *   * У доктора, который решил быть повнимательней — мало ли что может случиться, если среди вас андроиды — но не углядел...   *   *   * ...а андроиды действовали без тени колебания. Никто и не понял, что случилось, пока бегущая Саманта Прайд не начала оседать на пол, на который пролилась тоненькая струя крови. Но вот спасти девушку уже было нельзя.   *   *   * Последователь Мерсера же не терял времени, пока Декард проводил свои тесты. Он решил применить свои странные способности, пристально вглядываясь в бегущего неподалёку. К сожалению, ничего путного разглядеть не получилось.   День, 30 минут.

Бивер, спасибо, я же тоже обновлял страницу... Серебряная, отсутствие голоса приравнивается к голосу против себя.