Энди-с-Лицом

Учтиво наклонив голову на первое приветствие и, конечно же, напрочь проигнорировав второе, Оро, стараясь не морщиться, протолкнулся к свободному месту, сказал подавальщице: "Обед" и принялся ожидать. Как ему ни было неприятно задание, но он всё же старался наблюдать за теми, на кого глаза бы не глядели, примечая оружие, доспехи, манеры. "Ты должен узнать достаточно, чтобы, если это будет необходимо, стать шпионом среди людей". Ни Оро, ни его друзья не могли взять в толк, КАК можно было дать такое задание именно ему. Но вот он здесь, а значит должен выполнить поручение отлично. - Cead, - поздоровался Феанор с новым гостем. Тоже эльф. Чем прекрасна была столица Нильфгаарда, так это количеством эльфов. И судя по тому, как этот эльф смотрел на людей, он с Феанором был по одну сторону баррикад. К тому же, Феанору казалось, что где-то он этого эльфа видел.

Опять лайки кончились...

— Я смотрю, все собрались? — спросил он. — Хорошо, буду краток. Среди вас затаились предатели, решившие увеличить свои шансы выигрыша на арене. Они уже убили Арату и сделают это еще раз. Если мы их не остановим. Найдите предателей и передайте их мне. Иначе казнят всех.    - И почему я не удивлен? - патетично спросил пространство Феанор. - Ах да, вспомнил...

Хороший стрелок и хороший убийца - разные вещи - Да ну? - Феанор прищурил глаз, - Арбалет - это оружие. Оружие нужно, чтобы убивать. Или ты с арбалетом ходишь на охоту?

У нее есть, - Арбалетчик натянул тетиву своего арбалета, подбирая слова, - потенциал, - сухо сказал мужчина, даже не смотря на представителя высшей расы - гораздо больше его, арбалетчика до мозга-костей, интересовал его арбалет. - Повторюсь, - не меняя тона, ответил Феанор, - хороший стрелок - не тот, кто попадает куропатке в глаз с сотни шагов. А тот, кто может охотиться на дичь сильно крупнее куропаток. Такого потенциала я в ней не вижу, - при известии о том, что это все же она, Феанор бровью не повел. Он знавал таких женщин, которые всем мужчинам могли фору дать. - А я в этом разбираюсь.

- Жизнь - боль! - пафосно изрекла Пинки. Где она это слышала? Она не знала. Но фраза ей нравилась. Такая.. Трагичная и такая умная. - Я умею стрелять, правда-правда. Вот он видел! - Еще какая, Пинки, - эта фраза, которая могла стать шуткой, прозвучала довольно жутко в исполнении бесстрастного голоса Феанора. - Одно дело уметь стрелять по мишеням. Другое - по... движущимся мишеням. Когда знаешь, что на острие болта летит та самая боль, которая уже не жизнь. Арблетчик соизволил усмехнуться, когда слова эльфа дошли до него через остальной гул таверны Феанор изволил снизойти до хмыкающего человека. - Que suecc's? Что-то не так? - ледяным голосом поинтересовался он.

Драж, у нас явно расходятся позиции в области толкования книг))) Поэтому давай прекратим флуд, так как все равно ни до чего не договоримся)))

- Тебе нечего бояться малыш, драки не будет... пока - По крайней мере, мы постараемся, - тихонько пробормотал Феанор, сам не веря своим словам. Но драться на глазах у всех он и сам считал неразумным. Задача скоя'таэля - не погибнуть смертью храброго, защищая честь и достоинство своего народа, а заставить врага погибнуть смертью храбрых за честь и достоинство скоя'таэлей. От этого пользы больше. А я Пинки. Меня Мастер Дорно учит из арбалета стрелять и вообще.. Всякому. - Ты не похож на того, кто хотел бы научиться стрелять, - против воли вырвалось у Феанора. - Слишком мирно ты выглядишь... для всякого, Пинки.

— Сойдемся на арене, — улыбнулся им Ангус, принимая амулет и тщательно рассматривая его. Это действительно он. Что ж, теперь можно было вздохнуть спокойно. Рыцарь закрыл глаза и сжал медальон, чувствуя его вибрацию. После чего встал и вышел из таверны, чтобы прогуляться. - Yeah, Dh'oine. Очень на это надеюсь, - прошипел Феанор в спину уходящему Ангусу. После чего уселся обратно и взялся за оставленный кубок, одолеваемый мрачными мыслями. С трудом ему удалось утихомерить себя настолько, насколько это вообще было возможно. После этого информация из окружающего мира начала доходить до его сознания. В окружающем мире Ландоран разговоривал с низушком. Тем самым, который выглядел мило даже по меркам своего племени. Феанор переводил взгляд, полный холодного интереса, с Ландорана на низушка.

— Я хотел получить свой медальон назад и всего, — Анус уставился эльфу в глаза. — Я убивал эльфов, да, если уж так сильно хочется тебе знать. Точно также, как ты убивал людей. Концепция поменялась. Теперь Феанор думал не о том, заслуживает ли Ангус смерти, а о том, достоин ли он чести запачкать эльфийский клинок своей кровью. - Мелкие грехи твоего прошлого меня слабо волнуют. Мне гораздо ближе настоящее. И в нем я вижу типичного, столь отвратительного мне человека. Ландоран, верни ему медальон, пусть подавится. Эта сабля сделана из слишком хорошей стали, он ее не заслужил, - Феанор с силой вдвинул клинок обратно в ножны. - Деньги можешь отдать Дельтану, он, в отличии от тебя, этого достоин.

— Правильно, потому что расисты здесь вы. - Абсолютно верно, Dh'oine. Мы расисты. Мы считаем, что убийство эльфа и убийство человека - это не одно и то же. Я не желаю сейчас перечислять те сотни причин, по которым мы имеем право на ненависть и расизм. Ты и так можешь догадаться. Меня волнует сейчас, намеренно ли ты отправил нас убивать своих братьев или просто по присущей всем вам, людям, глупости. Я хочу узнать, есть ли на твоих руках хоть капля Старшей Крови. Я понятно изъясняюсь, человек?

— Конечно, знал, но что с того? — пожал плечами рыцарь. — Бандиты - есть бандиты, и кто я такой, чтобы разделять их на категории? Я же не расист. Серьезно, давайте медальон. Дюйм блестящей стали показался над темной кожей ножен. - Знал, значит. Ты, который не делит бандитов на категории. А мы тупо поперлись туда, попытались найти с ними общий язык, а потом все равно начали резать наших братьев. Из-за твоей толерантности, - каждая фраза была похожа на взмах сабли, раз за разом поражающей цель. Сначала отвеь на несколько вопросов сказал эльф, в ладони был зажат нож, уж руку он его смог бы пригвоздить к столу, а потом вторую Феанор поднял руку в предупреждающем жесте. Если уж убивать посреди людного города, то для начала хорошо бы убедиться, действительно ли этот человек издевался над ними (тогда он только поможет собрату) или просто у него мозгов нет. - Видишь ли, - ядовито продолжил Феанор, - ты не расист и для тебя состав банды ничего не значит. Но значит для нас.

Если бы это была не проблема, то Йен бы так не парилась. А из переживаний Йен, которой ни в опыте, ни в силе, ни в связях и богатстве отказать нельзя, следует, что это сделать почти невозможно. Случаи, когда чародейки становились матерями, единичны. И мать Сабрины, и мать Геральта - это те самые редкие исключения.

— А, Феанор, выглядишь не очень. Достал амулет? — беззаботно спросил Ангус. - Спасибо, со мной все в порядке, - произнес Феанор тоном, красноречиво желающим мучительной смерти собеседнику. - Не иначе как чудом. Но это не суть, я умею терпеть боль. Мне гораздо больше хочется вот на какой вопрос ответ получить: знал ли ты, что в том отряде есть Aen Seidhe? - пылающий ледяным огнем взгляд эльфа приковал Ангуса к месту. Рука сама собой легла на рукоять сабли. И хотя это было не эффекта ради, а из-за рефлекса, получилось более чем красноречиво.

Что ж, желаю найти дом, где подобного гостя привечают лучше. - Не в людских царствах я буду искать этот дом, - Феанор понимал, что его слова тоже нельзя заносить в учебники придворного этикета, но здесь и не двор королевы Энид, куда он был пару раз допущен в те краткие дни, когда его отряды спасались в густых лесах Доль Блатанны. Там вежливость уместна. Но не здесь, в городе, который Феанор с удовольствием предал бы огню. За ту же королеву, например, хоть он и не мог похвастаться близким с ней знакомством (пара аудиенций не в счет, такой чести удостаивались все бывалые командиры скоя'таэлей). - Да мы эльфы умеем удивлять противников своей живучестью. - Если бы мы умирали легко и просто, люди бы с ума сошли от счастья. Много чести, - тут ему на глаза наконец попался тот самый Dh'oine, Ангус, кажется. Глаза сверкнули недобрым светом. Феанор стремительно поднялся и направился к человеку, стараясь до времени держать себя в руках.

Поэтому мне каждый раз жалко остроухих. Про импотенцию да, такого нет. Но вопрос в книгах ставился так, что после двухсот-трехсот лет жизни эльфам уже просто не хочется. Они пресыщены любыми утехами. Хотя я допускаю наличие основательных исключений...

Слушайте, а про тысячу лет и стерильность после ста - это канон или частное мнение?.. Цифры, возможно, не совсем канон, но то, что эльфы могут оставлять потомство только в относительно юном возрасте - факт неоспоримый, он встречается в книгах, только я не помню, где именно. Причины этого не объясняются, но это так. Как сказала Кайра, во время последней войны Элерена (Айлиренн) повела в бой большую часть молодых эльфов, которые погибли. В этом одна из причин упадка расы - молодняк погиб, а более пожилые эльфы уже не могут иметь детей. Плюс у многих нынешних молодых эльфов болезнь, которая и им не позволяет иметь детей (в частности, у Торувьель).

- Если бы тварей, на которых я охочусь, было так же легко удивлять, жизнь складывалась бы куда проще, - сказала ведьмачка в пустоту и только после этого посмотрела прямо на Феанора. Стоило признаться, наблюдательности эльфа, ведьмака и чародейки можно было позавидовать. Интересно, когда наступит черёд остальных блеснуть своим цепким взором? - Что-нибудь ещё? - А если бы они могли отпускать подобные остроты, жизнь ведьмаков была бы невыносима. Даже мечи бы не спасали. А вот если бы вежливость была более желанным гостем в домах людей, мир был бы гораздо приятнее, - он вернул взгляд с процентами.

С этими мыслями он спрятал обратно письмо и спустился вниз, потребовал еды и сел  рядом с Феанором - Живой? - коротко осведомился Феанор. В уме он уже прикидывал, как бы найти потом давешнего противника. Чтобы сойтись один на один. У эльфов долгая память. Ведьмаки обладают чутким слухом и в данный момент Тесса об этом серьёзно пожалела, когда услышала покаяние одного из посетителей перед эльфом. Девушка даже позволила себе повернуться в их сторону и внимательно выслушать их разговор.  Взгляд, отрешенно блуждающий по таверне, наткнулся на сидевшую неподалёку девушку. Поначалу Феанор не придал ей значения - на каждую человеческую женщину в этом городе внимание обращать, так это даже жизни эльфа не хватит. Тем более что женский пол его не интересовал лет уже сто как. Но тут он заметил цвет глаз этой особы. Он пригляделся. В неверном свете сверкнул медальон. - Vatt'ghern? Beanna?! [Ведьмак? Женщина?] - Не особо скрываясь, присвистнул он.

- Я... Феанор, прости, что из-за меня всё вчера так плохо вышло - С одной стороны, зря ты так рискуешь, подходя на расстояние вытянутой руки, - в привычной "вежливой манере" ответил Феанор. - Когда мы сошлись с этими уродами, я очень хотел прикончить тебя своими руками. Не могу сказать, что это желание полностью выветрилось. С другой... Черта с два мы бы миром разошлись. Этот гад, их главарь, ничего не собирался отдавать по-хорошему. Сволочь. Поэтому забыли. Кстати, мечом ты неплохо машешь, - такое в устах Феанора, тем более сказанное в адрес человека, могло считаться выражением высшей похвалы и благодарности.

Кстати я одна хочу потом когда- нибудь большую мафию по   Ведьмаку? Не одна :3 Представители презренного рода людей и чуть менее презренных всех остальных родов могут поприставать к Феанору.

Несмотря на то, что благодаря регулярным мрачным взглядам, адресованным трактирщику, обед принесли довольно быстро, Феанору это время все равно показалось слишком долгим. Он уже успел перебрать в голове немало весьма мучительных смертей. К счастью трактирщика и служанок, тарелка на стол перед эльфом легла как раз вовремя. Еще бы чуть-чуть, и от таверны мало что осталось. Наскоро пообедав чем Dh'oine послали, Феанор пополз наверх, никого не замечая. Там его ждала горячая ванна. Не без боли отодрав лоскутья, заменявшие бинт, Феанор осмотрел раны. Ничего смертельного, но приятного мало. Зато теперь если шрамы украшают мужчину, то Феанор - просто писанный красавец. Только вот почему-то это было слабым утешением. Горячая вода облегчила страдания, пусть и не особо эффективно. Но достаточно, чтобы Феанор вновь почувствовал прилив сил. А еще он был в состоянии нормально передвигаться. Наскоро перебинтовав рану заново ("Ничего, одна простынь - не фатально, вон их тут сколько. Мне нужнее "), Феанор без чувств повалился на кровать. Поспать долго не получилось. Пришлось спускаться вниз. Тем более что надо было отдать амулет. Людей в зале было больше, чем эльфов. Пробормотав что-то невразумительное, в чем фигурировали Dh'oine, он опустился за дальний стол, делая сигнал хозяину. !в таверне

Дааа????       А что у них репродуктивный возраст так мал по сравнению с длительностью жизни? Сколько лет вообще они живут? В этом-то и проблема эльфов. Они живут очень долго, примерно тысячу лет, но при этом детородные функции действуют примерно до ста лет.

Себ, он честно-честно руки не распускал! Потому что мы их отрубили. (С) Департамент нравственности ПОФЭГ.