Энди-с-Лицом

Читеры.

А... кхм. Сорри.  :sweat:  Ну, в любом случае, в мафии всегда и у всех персонажей обостряются чувства.

Она, кстати, просила передать, что Дориан тихо свалил в неизвестном направлении, но обещал вернуться.

Прогулочная палуба   -  Признаться, я разочарована вашими взглядами на них.  Мы верим только в себя и свое предназначение.   Исенгрим уловил едва заметную тень сомнения в словах Лиары. Таков был его долг Империуму: уметь слушать и слышать все, что говорят. И кое-что из того, что думают. Разумеется, речь шла вовсе не о телепатии - его сигма-уровень псайкерских способностей был чуть ниже среднего. Но за время исполнения своего долга ему пришлось научиться полагаться на куда более примитивные средства. И они его редко подводили.   Разумеется, об этом он сейчас не стал распинаться.   - Все, что предначертано и вам, и мне - служение Императору, - он приблизил лицо еще на дюйм. - А в каком-то далеком моменте прошлого, затерянном во времени и пространстве, люди думают, что и Варп - сказка.   Он мягко улыбнулся и отстранился, прервав зрительную дуэль. На палубе произошла ракировка участников драмы. Дориан в какой-то момент ушел, не попрощавшись, зато добавились астропат, проповедница, которая вела себя на корабле еще тише и незаметней Исенгрима (редкое свойство для людей ее профессии) и парень из свиты Инквизитора, дознаватель, с которым, видимо, стоило свести знакомство поближе - все же, потенциальный коллега.   - Чарующий пейзаж манит все больше людей, - ни к кому конкретно не обращаясь, сказал он буднично. - Капитан планирует высадку на планету? - видимо, вопрос был задан астропату, как самому приближенному к планам командования из присутствующих.

Прогулочная палуба   - Откуда Вашей Лорелее знать про долг? - ни по голосу, ни по лицу нельзя было сейчас прочитать то, о чем она думает - они были вновь безупречно холодны.  - А Вы сами верите в эти сказки? Вы, всю сознательную жизнь отдавшие служению Императору? Не знала, что в Адептус Арбитрес учат сказкам.   - А нас и не учат, - Исенгрим выдержал новый поток холода от Лиары, вновь не опустив взгляд. Хотя костяшки пальцев, сжимающих перила смотровой площадки, едва заметно побелели. - Лорелея - лишь выдумка, предупреждающая людей об опасности речных водоворотов, вы правы. Но дело ведь не в том, сколь правдива история, - он не без труда разжал пальцы и сделал быстрый шаг вперед - как в фехтовальном поединке, одним текучим движением оказавшись слишком близко от Лиары. Теперь он смотрел на нее сверху вниз. - Дело в том, что сказки тогда и становятся частью жизни, когда в них начинают верить. Особенно такие как мы. Помнящие о долге.

Прогулочная палуба   - Абсолютно с Вами согласен, - он наклонил голову.   - ...сказал он с оттенком оскорбленной гордости, - ремаркой отозвался Исенгрим. - Или я ошибаюсь, - он склонил голову набок, копируя жест Дорина, - но, вероятнее, я прав, и вы мной недовольны, мистер Дориан. Поведайте, - тон стал мягко-вкрадчивым.   - Что такое любовь?  Эмоции. Величина непостоянная. - с какой-то задумчивой отрешенностью произнесла Лиара, поворачиваясь к Дориану. - Есть долг, есть честь, есть обязательства.  Перед Императором. Перед своим народом. Перед собой.   Всегда прохладный взгляд метнулся к Лиаре. Улыбка сошла на нет, сменившись странной сосредоточенностью.   - Мы любим себя, и оттого берем обязательства. Мы любим наш народ. Императора. Каждое обязательство - немного любовь, - без тени шутки выдал он. - Лорелея бы спорила с вами. Не о речных же водоворотах эта старая история. Лорелея бы с вами не согласилась, - он оборвал фразу резко, подчеркивая невысказанный вопрос: "А вы верите в свои слова?".

Прогулочная палуба   - Красивая, история, да.  У нас в Великих Домах рассказывают другие предания и сказки. Одна из них - о девушке, которая для того, чтобы спасти свой род, стала женой чудовища.   Исенгрим не отвел взгляда, когда Лиара отвернулась, и теперь любовался точеным профилем. Несмотря на мелькнувший в ее глазах холод, он, кажется, только обрадовался тому, что "сказочная" тема нашла отклик в собеседнице. Пусть даже сменившийся прохладой.   - Помнится, у этой сказки конец, напротив, счастливый, - в голосе еще оставались следы грусти. - Поэтому я ее всегда находил слишком... приторной, - он наконец перевел взгляд на планету, чей диск разливал отраженное сияние светила по палубе.   - Любовь – меч обоюдоострый, - громко произнес Дориан.   - У обоюдоострых мечей есть одна прелесть, - заговорил он чуть громче, опять нисколько не смутившись появлению Дориана. - Два лезвия сходятся, иначе этот клинок нелеп, - он повернулся и облокотился о перила так, чтобы можно было держать в поле зрения и Лиару, и Дориана. Тонкие губы изгибались в обычной ироничной усмешке.

Прогулочная палуба   - Миф о Лорелее? Не слышала. Кто это?   Исенгрим не сразу ответил на вопрос, вглядываясь в зеленые глаза навигатора. Наверное, искал следы ответа на старую сказку, которую предстояло рассказать. То, что удалось найти, видимо, его устраивало. Он мягко улыбнулся.   - Есть несколько версий мифа. Все они начинаются с прекрасной девушки, жившей на берегу реки с отцом. Ее жизнь могла бы быть безоблачной и счастливой, но ее сгубила любовь и обман. Полюбив, она оказалась обманутой, и столь черна была ее тоска, что Лорелея решила утопиться в бурных водах реки. Но ее горе тронуло старого коварного речного бога. Тронуло по-своему. Он наделил песни девушки губительной силой и завещал ей мстить людям, сидя на скале и заманивая рыбаков в опасные речные водовороты. Условием было, чтобы не знала Лорелея жалости и не ведала пощады, а первая же слеза погубит и чары, и саму ее. По всей округе разнеслась молва о роковой скале. Дошла она и до ее возлюбленного, терзаемого муками совести. Он отправился прямо в сети Лорелеи, и, когда ввокруг его лодчонки взбурлила речная вода, стал звать возлюбленную. И окаменевшее сердце девушки дрогнуло. Она протянула руку, жаждя спасти любимого, и взбесновавшиеся волны захлестнули обоих.   Он замолк, давая тишине вступить в свои права, а потом негромко продекламировал пару четверостиший:   - Над страшной высотою Девушка дивной красы Одеждой горит золотою, Играет златом косы.   Златым убирает гребнем. И песню поёт она: В её чудесном пенье Тревога затаена.   Красивая, но печальная история. Во всех красивых историях есть маленькая толика печали. Иначе в них не получается поверить.

ВОТ ПОЭТОМУ И ВЗДРАГИВАЮ.

Я подумал об одной чудесной комедии, где тоже был Фрейд и полезные консультации от Фрейда, но потом я сдержался и даже не стал кидать ссылки на соответствующие консультации. Поэтому ответ стандартный: в Вархаммере мало позерства, должно быть еще ПРЕВОЗМОГАНИЕ и БОЛЬ.

Пишешь ты такой простыню. Пишешь. Отправляешь. Она отправляется, отправляется, отправляется... ты идешь в другую вкладку, обновляешь там страницу, она начинает грузиться, ты случайно мышкой задеваешь вкладку с простынкой, та закрывается, а новая выдает тебе "502 Bad Gateway". И две минуты этого 502 ты наслаждаешься диким ангстом от осознания того, что твоя простынка могла сейчас погореть где-то на пути к серверу. TESALL, спасибо за седины на моей голове.

Тир -> прогулочная палуба   Как мы видим мир это сложно объяснить все равно что зрячий начал бы объяснить незрячему какого цвета небо. Незрячие в этом примере человечество лишенное способностей. Представь что бы ты всю жизнь носил повязку на глаза, а все представлял через другие  органы чувств и вдруг ее сняли и ты увидел вот примерное наверное с этим можно сравнить.   Исенгрим выслушал, чуть ли не затаив дыхание. И ответил не сразу, укладывая объяснение астропата и рассматривая его про себя со всех сторон. Кивнув каким-то выводам, он потянулся за поясом с собственным клинком.   - Думаю, я понял, что вы хотите сказать. Не могу похвастать тем, чтобы представил... - он пожал плечами, застегивая пояс и оправляя сбившиеся манжеты. - Но даже так - благодарю за объяснение и за спарринг, - он легко поклонился. - Надеюсь, нам еще доведется повторить, если вы не против. А сейчас, с вашего позволения, я откланяюсь. После тренировки неплохо бы прогуляться.   Еще раз кивнув всем присутствующим, он уверенной походкой отправился к шлюзу, за которым вился коридор вглубь корабля. Навстречу понеслась голова манекена, от которой Исенгрим отклонился, не поведя бровью.   - Отличный удар, мисс, - сообщил он, обгоняя Николь, посылая ей самую любезную улыбочку и размышляя, не является ли это тем самым лишним превышением допустимого риска. К счастью, его не убили на месте. Сегодня удачный день.   Не то чтобы обычный тренировочный бой всколыхнул в нем бурю приятных и не очень воспоминаний. Но в последнее время на него частенько нападала хандра. Вряд ли виноваты были длинные корабельные коридоры, навевавшие уныние, но не способные, в теории, поколебать его уверенности. И даже безделье было не при чем - он всегда знал, чем себя занять, даже если занятий не было. Но размышления о дальнейшей собственной судьбе преследовали его неотступно, и спасения от них не было.   С легким удивлением он обнаружил, что ноги занесли его на прогулочную палубу. Пожалуй, тут было сейчас еще красивее, чем в обсерватории. Огромные обзорные окна позволяли в подробностях разглядеть прихотливый ландшафт планеты, до которой, казалось, можно дотянуться рукой. Он замедлил шаг, без всякого выражения на лице позволяя виду захватить себя. Это было сродни погружению в холодную воду, когда оказывается, что вокруг тебя есть нечто много важнее твоих переживаний. И он плыл в этом разлитом по палубе космическом пейзаже, отдавшись на волю невидимых течений.   Лиара, задумчиво стоящая на краю мостика, как будто парила в этой черноте светлым контрастным изваянием: легкий светлый комбинезон, свободно ниспадающий мягкими складками по фигуре и не скрывающий худобы и угловатости, в тон ему повязка на лбу, прикрывающая варп-глаз и одновременно изящным перехлестом прихватывающая волосы в виде "хвоста" ,  тонкие руки сложенные на груди.   - Я уже во второй раз за сегодня нарушу ваши планы любоваться звездами в одиночестве, - совсем тихо произнес он, подойдя вплотную к Лиаре, - но вы слишком красивы в это мгновение, чтобы молчать об этом. Вам знакома одна старая-старая сказка, почти миф о Лорелее?

Тир   Каким - то хитрым финтом  арбит смог выбить клинок из рук астропата, который был больше привычен к своему посоху, но в бою ты поднимаешь любое оружие или используешь иногда даже камни.  Так что победа арбитра была заслужена, но теперь  им надо было залечить раны. Хоть Квил и был одарен даром телепатии, но  вот в лечение ран мог только остановить кровь  чтобы хоть как- то стабилизровать когда надо раненого товарища.   Этому приему он научился в заварушке на заштатной планете. Ту стычку он запомнил, потому что это было первое полноценное покушение на его жизнь. Не просто нападение уличных бандитов или столкновение с головорезами, вставшими на пути, а именно покушение, направленное против него лично, зашедшего слишком далеко в своем расследовании. Тогда киллеру точно так же удалось выбить клинок у него из рук. И тогда он впервые был действительно на грани знакомства с костлявой. Но убийца оказался невнимательным и слишком быстро расслабился, дав безоружной жертве лишнее мгновение. Исенгрим перебрал все эти мысли, опуская учебный клинок. Сейчас вокруг была не улочка города-улья.   - Благодарю за великолепный бой, мистер Квиллам. Сражаться с вами - честь и удовольствие.   — Позвольте помочь, — приблизившись к ним, произнесла она.   - Как это любезно с вашей стороны, - он мило улыбнулся Николь, наблюдая за ответным отсутствием эмоций на лице блондинки. Можно было только позавидовать такой выдержке. Или посочувствовать. Разумеется, и то, и другое - про себя. - Благодарю, мисс Николь, - сказал он, с интересом наблюдая за манипуляциями псайкера. Ощущение было... необычным. Исенгрим никак не мог решить, одобряет ли он это экстренное вмешательство: холод и жар в ранах смешались в причудливый коктейль, заменивший боль и напоминавший о себе каждое мгновение.   - Я бы сказал, что ваши умения поразительны, - он повернулся к астропату. - Можете не отвечать, если вопрос покажется слишком грубым... но я рискну. Как... как вы воспринимаете мир так тонко? На что это похоже? - в голосе сквозило волнение, что было не слишком характерно для арбитра.

Тир   Блестяще выполненный финт позволил серьезно достать Квиллама, но и Исенгрим расслабился. Правая рука занемела от тупого удара. Вежливость на лице арбитра стала чуть более напряженной. Не проигрывать же в шаге от победы. Даже если проиграть астропату не было столь уж обидно.   14 ХП

Тир   Астропату не удавалось толком задеть Исенгрима, но теперь у абритра побаливало еще и плечо. И он прокручивал в голове все те изящные ругательства, которые на него обрушились бы, наблюдай за поединком его наставник. Усмехнувшись собственным мыслям, Исенгрим опять пошел в атаку.   22 ХП

Тир   Исенгрим хотел было вставить комментарий о том, что дубина чаще показывает себя с куда более достойной стороны, но руку обожгла короткая вспышка боли. Он привык к небольшой круглой гарде своего клинка, и не заметил, как новый выпад астропата почти пробил его защиту из-за отсутствия этой гарды. Затолкав комментарии поглубже, он сделал шаг назад, затем влево, сбивая противника, и резко атаковал справа.   26 ХП

Тир   У архимилитанта много обязанностей   сказал астропат, так что пока не  буду его отрывать  от дел.   Клинок астропата скользнул по мечу Исенгрима, не причинив арбитру особого вреда.   - Разве следить за безопасностью экипажа - не его обязанность? А лучшее средство поддержания безопасности - научить экипаж сражаться, - вообще-то, Исенгрима приучали молчать во время боя. Разговор сбивает дыхание и ослабляет внимание, а это верный путь к поражению. Но это же учебный бой. Он сделал шаг в сторону и вновь выбросил вперед руку в легком финте.   29 ХП

Тир   Я мало занимался  возможно вы можете мы меня поучить  сказал астропат ибо  стрелять ему быстро надоело. Квил взял в клинок  и сделал пару взмахов приглашая арбитра к спаррингу.   - Вы мне льстите, мистер Квиллам, - улыбка вышла несколько хищной. - Я вовсе не мастер клинка. Просто люблю фехтование больше стрельбы. Вот ваш архимилитант - мастер. Не хочу даже представлять, что сделает со мной катачанец в бою на мечах.   Исенгрим почти не лукавил. Любовь к ближнему бою ему привили в Схоле Прогениум, где наставник ближнего боя был любимым преподавателем будущего арбитра. Хотя сам Исенгрим не находил нужным об этом распространяться, мастеру Сирио он был обязан не только великолепными навыками в обращении с клинком, но и манерами, и, отчасти, образом мысли. Даже когда формально курс ближнего боя завершился, он продолжал во внеурочное время проводить с наставником вечерние часы за тренировками и беседами. А иногда - одновременно за тем и другим.   С сожалением сняв с пояса свой собственный клинок, Исенгрим аккуратно пристроил его на вешалке для одежды. Он не сомневался, что в нужный момент успеет остановить клинок и не задеть астропата, но лишние риски никому не нужны. Да и всякое бывает. Налетит тот же архимилитант, заподозрит в покушении на жизнь члена экипажа, разделает на ремни, потом станет разбираться.   Взяв учебный меч, он вошел в "клетку" для спарринга. Клинок, чуточку тяжеловатый на его взгляд, но неплохо сбалансированный, со свистом рассек воздух в быстрой восьмерке. Исенгрим встал в стойку, повернувшись к противнику боком, чтобы по нему было максимально трудно попасть. Правая нога выдвинулась вперед, левая ушла назад. Полусогнутая рука легко направила клинок в грудь противника.   - Мистер Квиллам, я изволю вас атаковать, - сообщил он и скользнул вперед.   30 ХП

Джедай Кайра, , просто литературно отыграем или настало-таки время боли, и покидаем 1d10 при 30 ХП чисто на урон? 

Тир   Да, все было, как он и боялся. В тренировочном отсеке было все для тренировок. И ничего, представляющего научный интерес. Кроме, правда, людей: центр внимания экипажа и пассажиров сместился сюда. Но в остальном - пейзаж, который он видел слишком часто: мишени, барьер, неприятный запах оружейной смазки, разнокалиберное рявканье огнестрельного оружия, над которым царило громыхание болтера.   Лазган  сказал астропат  не задумываясь и свой табельный пистолет   - Жаль... - несколько растерянно отозвался Исенгрим, не сумев до конца сдержать досадную гримасу. - Я всегда тяготел к оружию ближнего боя. Есть в этом свое благородство. И теория, что, видя глаза жертвы, ты понимаешь, что делаешь, лучше, - он пожал плечами и критически осмотрел свой наряд. При нем был пистолет и любимый раздвижной клинок, но в остальном он никак не рассчитывал пачкать смазкой рубашку. Но раз уж пришел...   Арбитр подошел к стойке с оружием, вынул лазган со стволом, специально удлиненным для лучшей точности стрельбы на большие расстояния. Повертев в руках оружие и удостоверившись в его надежности, он уверенными движениями проверил все системы, вставил батарею и снял предохранитель. Возможно, у многих остальных присутствующих это получалось делать с большей грацией и смертоносностью, в случае с Исенгримом было заметно, что душу в оружие он не вкладывает. Но и новобранцем он не был.   - Господа. Дамы, - он кивнул присутствующим с преувеличенной вежливостью - особенно мисс Тигг, чей характер его забавлял, и вскинул ствол.   Выстрелы звучали размеренно, ровно с той частотой, какая требовалась для высокой скорости стрельбы без потери точности. Прицел практически ни разу не дрогнул. Разрядив батарею, он спокойно опустил ствол и щелкнул переключателем на барьере. Мишень с металлическим дребезгом подъехала к стрелку. Не все выстрелы были в "яблочко", но потенциальной жертве Исенгрима едва ли удалось бы уйти от арбитра.   - Далеко от идеала, но недурно, - хмыкнул он скептически, щелкая предохранителем.

Салун   Он начал рассказывать про безграничную мудрость Императора который создал их чтобы помочь  своим поданным именно  бесконечная мудрость  и величие его духа ведет как маяк человечество, но собственно сейчас бы хотел присоединиться к Титу  и немного потренироваться . Не составите компанию спросил он арбитра   Таро интересовало Исенгрима куда больше тренировочного полигона, хотя бы потому что он и правда мало что знал об этом даре Императора. А на тренировочном полигоне он был. К собственному страшному удивлению, он нашел там... все для боевых тренировок. Тир, арсенал, специальные площадки для спарринга на всех видах оружия и без оного. Все это было так неожиданно для тренировочного полигона, что Исенгрим оттуда ушел в упавшем настроении.   - Если вы настаиваете, - разумеется, даже легкой досады в голосе не было, только готовность рвать боевые манекены на части во славу боевого безумия и Императора.   - Я думал что веры в нашего императора достаточно для знания своей светлой судьбу ибо с верой в императора любая судьба светлая, кроме судьбы быть соблазенным ересью и быть сбитым с пути истинного. Я думал, это и так всем известно.   - Я не специалист в теологии, - скромно вставил Исенгрим, - но именно поэтому нам и стоит интересоваться всеми дарами Императора своим подданным. Не так ли, мистер Фелиций? Хотя к предсказаниям судьбы я отношусь с подозрением. Они имеют неприятное свойство сбываться. Это раздражает, - он решительно встал. На столе осталась сложенная из фольги фигурка журавлика. Наверное, заметь это криговец, он бы не одобрил. Но криговца не было. Поэтому журавлик остался.   - Какое оружие предпочитаете, помимо своих способностей? - поинтересовался он у астропата, направляясь к выходу.

Салун   - Я могу принести Имперское Таро   - Звучит достаточно интригующе, - смотрел он на Квиллама, а пальцы жили своей жизнью, складывая из фольги какую-то фигурку. Или просто издеваясь над куском тонкого алюминия. - Я много слышал об Имперском Таро, но в живую видеть не доводилось. С их помощью можно до некоторой степени проникнуть в сплетение судьбы конкретного человека?

Кто ересь давит по утрам, Тот поступает мудро. Давите ересь по утрам -  На то оно и утро! (С) Кажется, у школы юного Инквизитора "Огонек" начал рождаться гимн.

Надо кого-нибудь сжечь?

Салун   - О, музыка  у нас есть на корабле вокс- фонограф, но конечно вы же не против однажды продемонстрировать  ваши таланты собравшимся.   - Я далеко не виртуоз. Но если вы настаиваете, то как-нибудь я принесу сюда инструмент. Когда народу будет поменьше, - он обезоруживающе развел руками. - А чем еще принято коротать досуг в команде? Ведь полеты - дело не быстрое, - в голосе был неподдельный интерес.   - Как говорили раньше..  - Лиара чуть задумалась, вспоминая. - Поспешишь -  еретиков насмешишь? Не буду ручаться за точность формулировки, но суть примерно такая.  - она отставила пустую чашку и улыбнулась, и,кажется, даже искренне.  - Было приятно познакомиться ближе, господин Дальтус.  Но прошу меня простить, я пойду к себе. Несколько суток в варпе дают о себе знать, мне нужно отдохнуть.  До встречи.   - Раньше знали толк в метких высказываниях, - усмехнулся он, пожалев, что пришлось прекратить дуэль взглядов. Но возражать не стал: дуэль любезностей утихать не спешила. - Спасибо за беседу.  Приятного отдыха, мисс Лиара, - на словах прощание вышло суховатым, но взглядом он проводил навигатора до выхода, гадая, чувствует ли это слепой астропат.   Остатки шоколада были доедены, Лиара ушла, и он повернулся к Квилламу, ожидая ответа. Пальцы принялись разглаживать ломкую фольгу, в которую была завернута плитка.