Таурус Орест Маро, "Том" турианин
32 года
разведчик (солдат-инженер)
N4
- Знаете, что говорил мой отец? Как можно чего-то ждать от расы, эволюционировавшей от пыжаков своей планеты. Он прекрасно всё понимал, но в глубине души был сердит на Совет за то, что из отличного военного, способного быстро принять и исполнить жёсткое решение во имя галактического закона, он в глазах многих превратился в карателя, который открыл огонь по ничего не подозревающим наивным землянам. Оказались бы они хотя бы не такими симпатичными.. Что, простите? Да, я считаю землян эстетически привлекательными. Но дело не в этом. А в том, что пыжаки или нет, был ли обижен мой отец или нет, но именно землянин спас всех нас. Один из этих "пыжаков, спрыгнувших со своей пальмы прямо в Совет". Отец уже был на пенсии, когда произошло массированное вторжение Жнецов, но он мобилизовался одним из первых, и я знаю, что не последнюю роль тут сыграло широкое освещение роли Шепарда в расследованиях, касающихся Жнецов. Для отца это было чем-то вроде личного соперничества.. возможно за меня, да. Но он нелепо погиб, а Шепард спас всех и всё. Как мне понять, кто победил в этом соперничестве?.. Это нелепо, если задуматься.
Я единственный сын в семье, век за веком дававшей Иерархии выдающихся военных. Карьера моего отца оказалась смазана неоднозначной Войной Первого Контакта. Я - рос слишком мечтательным и слишком восторгался людьми и их ценностями. К слову, сейчас я так долго и хорошо живу среди людей, что на "Том" откликаюсь привычней, чем на "Таурус". Мой сын.. может быть он покажет, на что способны гены, что я ему передал. Нет, я не вижусь с ним. Десять лет назад нас с семьёй раскидало в разные части галактики. Мама и моя жена с маленьким Гором были эвакуированы, отец остался на Палавене.. навсегда, а я рванул к Земле, едва стало понятно, что всё смещается туда. Потом отключились ретрансяторы. Никто не знал, как скоро они восстановятся.. В общем, ни с сыном, ни с женой я не виделся. Знаю, что у них всё в порядке, что в эвакуации ей посчастливилось встретить кого-то, и она не одна.
Послушайте, я уже привык к подобным разговорам и даже, признаться, начал испытывать от них определённое удовольствие. Можно представить себя звездой, чьё мнение о любой мелочи, о том, нравилась ли ей в детстве пижама в горошек, а теперь - контрастный душ или ханарийские фильмы для взрослых, вызывает неподдельный интерес у миллионов. Но знаете, что мне портит это удовольствие? Я рассказываю вам о самом главном в моей жизни, всё яснее вспоминая, всё лучше анализируя и переосмысливая, пытаясь разобрать спутанный клубок под названием "я" и стать чем-то лучшим. А в сухом остатке нашей беседы останутся только три фразы: глубокая рефлексия. Лёгкое нарушение расовой самоидентификации. Способности лидера, не подкреплённые амбициями. Можно подумать, что всё это мешает мне в выполнении боевых задач. Я турианин, а значит - хороший солдат. Замечательный.