Nomides

x

x

разбиваем посты (del)

The Woodsman  

Бз-бзз-бззз xD

Предыдущей ночью (при участии Osidius the Emphatic) Ранавалуна вышла поздним вечером из таверны. Там от прошедших споров и принимавшей в них участие толпы стало душно. Она прошла вперед, не желая становиться на пути у других выходящих, а на самом деле еще больше ища уединения. Остановившись и положив руку на угол одной из построек, устроенных в стороне от главной улицы, Рана запрокинула голову, вглядываясь в ночное небо - его кусочек был видел между деревьями, которые здесь были совсем не такими, среди которых она росла в Валенвуде.    Теперь, в разгар начавшихся зловещих событий, она чувствовала себя еще более одинокой, чем за много дней до этого. И ее манера держаться поодаль от остальных, приобретенная сама собой, лишь подтверждала и без того всем ясное. Кто она - среди остальных, нордов, каджитов, красавиц-бретонок, высокомерных данмери? А останься она здесь, среди аргониан ей самое лучшее это быть местной диковинкой, к которой пусть и попривыкнут спустя время. Будь она бравой наемницей, было бы легче? Но Ранавалуна не была ею, и ей хотелось не опасностей и приключений, а чтобы ее любили, чтобы в ней нуждались. Неприкаянность, наступившая после переломного для ее клана события, кажется, почти переломила ей хребет.    Звезды в безоблачном небе были так красивы, что щемило сердце. Или то была не красота, а тоска...?   - Ты далековато отошла, - раздался сзади шипящий голос, - это может быть опасно.    Рана вздрогнула и наскоро подняла ладонь к лицу, задержавшись на пару мгновений перед тем, чтобы обернуться.     - Ты, что, плачешь? - свистящий шипящими загадочный доброжелатель смутился и скоро перестал быть загадочным. Как только орсимерка обернулась, она увидела, что позади нее стоял Играющий-на-Воде.    Ей казалось, что она прошла недалеко, но теперь она заметила, что добрела почти что до края деревни.   - Нет, - постаралась просто ответить она. На миг внутри шевельнулся страх, но за ним пришло осознание, что пожелай аргонианин ей зла, он бы не стал тратить время на разговоры.    - Красиво тут, - заговорил он снова, делая шаг вперед и поравнявшись с ней. - И все же, - Джилус засмотрелся на сияющую красоту глядевших на них звезд, - я не чувствую себя здесь, как дома. Я ведь хотел побывать здесь, чтобы узнать, каково это, - пояснил он, заметив вопросительный взгляд Ранавалуны, - примириться с предками, послушать песню Хиста. Мне казалось, он зовет меня, что наше воссоединение - это важно, но теперь, когда я здесь, совсем рядом с ним, я ничего не чувствую. Мне кажется, Хист проживет свои тысячелетия прекрасно и без меня.    - Должно быть, это тяжело, - Рана постаралась заполнить образовавшуюся паузу. Лунный свет упал на фигуру ее собеседника, она же оказалась в тени пристройки, у которой стояла. - Когда твоя родина, твой дом потеряны для тебя, и ты понял, что не нужен им.    - О нет, дом у меня есть, - оживился аргонианин. - И там готовят чудные напитки, а еще есть большой очаг, над которым висит голова морозного тролля! Один заезжий приключенец оставил ее мне в уплату за склянку, которую я ему смешал, мой приятель-каджит не знал, что с ней и делать..., - Рана заслушалась.    Когда Джилус говорил о Хисте и Аргонии, кругом были земля и звезды, и звуки ночных насекомых, и тяжелый груз на душе от того, что происходило там, в деревне. Но когда он заговорил о своем жилище, ничего из этого не осталось, и их окружили зала, залитая мерцающим светом пламени, поблескивающие искуственные глаза тролльей головы, каджит, подходящий на льва с отрощенной гривой, гостьи, которые смеялись его шуткам, и скрипящая лестница, по которой спускался норд, не желающий почему-то оставлять свой меч в оплаченной комнате. Рана смеялась его рассказу, позабыв обо всем, и прежние очертания окружающий их мир приобрел для нее только, когда аргонианин, довершив историю, сказал:   - Пожалуй, когда экспедиция закончится, я вернусь туда. Люди говорят: "дом там, где твое сердце". Если они правы, то мое сердце там. А где твое, Ранавалуна? - имя орсимерки далось ему с трудом, но, живя в Сиродииле, Играющий-на-Воде поднаторел в произношении неудобных имен меров поболее местных.    - Я не знаю, Джилус, - растерянно произнесла она, не ожидав вопроса. - Мне еще не пришлось его доверить ни месту, ни существу.   - Ну, это не навсегда, - ответил аргонианин, изобразив такое выражение, какое Рана сочла подходящим принять за загадочную улыбку. - Но уже действительно поздно, и ходить здесь теперь действительно опасно. Возвращайся лучше к себе.   - Да, пожалуй, ты прав, - орсимерка вдруг ощутила для себя всю неловкость оборота, который принял их разговор. - У тебя потрясающий дом, Джилус, - сказала она, собираясь уходить.   - Это потому, что я сделал его таким сам, - все с тем же "улыбающимся" выражением сказал тот.    На том и расстались.

Ну что же, дорогие мои мафиозники. Пришла пора и мне говорить вам в этой игре до свидания. Жаль, конечно, я бы задержался здесь подольше. Спасибо всем вам за игру и за отыгрыш. Спасибо Юми, Фёрсту и всем тем без кого эта игра не стала бы такой, какой стала. Юбилейная Мафия - это, конечно, всегда особенная Мафия. И в этот раз это особенно заметно. Масштаб, классика, хардкор!   Обязательно продолжу следить за игрой и буду незримо присутствовать при всех обсуждениях. Может даже вернусь на пару ролеплейных ночных постов (не бросать же непися, убежит в Морровинд ведь). Мирные, светлые, напарник-шериф — держитесь вместе и победите. :give_heart:    Мафии и любителям сладких рулетов — всего того же, но в обратную сторону.  :zloradstvo:   Всем спасибо, Джилус - аут!  :bye:

— Цинтия, несомненно, как-то связана с бандой вероломных пекарей, иначе зачем им её спасать, правда? — прохрипел жалкий мошенник, закусывая пойло одним из сладких рулетов, которых тут было как-то даже слишком много.   — Не думаю, ведь Цинтию мы видим в рядах культистов Ситиса, сколь указывают на неё распознанные знаки. Шайка пекарей могла спасти её лишь для того, чтобы потянуть время и избавиться от как можно большего количества путешественников.   Относительно других возможных культистов, не думаю, что все они действовали однородно. И вероятность того, что кто-то из них лез с ложным мнением, дабы посеять сомнения в умы ищущих ответ на послание Брендана Стойкого, пока другой сливался с тенью, не выделяясь, либо поддакивая толпе, крайне высока.   — Сама ведьмачка почтит нас своим присутствием или уже вздумала куда сбежать? Но вокруг непролазные топи и кто знает, что лучше - предстать перед нашим судом либо быть погребенной в болотистой жиже заживо.

Джилус до поры не вмешивался в обсуждение ситуации. Заботливо поглаживая склянку с алхимической настойкой, он только думал о том, зачем он вообще отправился в эту треклятую глушь. Ведь мог бы сейчас себе спокойно разливать приготовленные напитки в собственной таверне. Но не думать о той препоганейшей ситуации, в которой они все оказались, он не мог.     Аргонианин старался не особо обращать внимание на тех, кто начинал разводить спор или выдвигать совершенно странные доводы, высосанные, казалось, из ничего. Был ли то продуманный план или просто от нечего делать они хотели дать полёт своим мыслям - кто знает.   -  Считаю, что плодить излишние подозрения при таком наборе указывающих на Цинтию улик - бессмысленно. Как еще одну, может спорную и косвенную, могу привести цитату из  "Песни о Тайбере Септиме", в одном странном, доселе невиданном мной издании, а именно на строчку:   "Лишь двадцать минуло ему когда он отправился в Старый Хрол’Дан. И там победив ведьмаков из Хай Рока он стопы направил свои в Сиродил."   - А откуда у нас Цинтия? Правильно! Чем не своеобразная месть, уничтожить имперскую экспедицию?     По поводу главенствующего среди нас не буду выдумывать много. Ам-Алази , даже помимо того, что является моей дальней соплеменницей, выделяется ещё и крайней мудростью ума, да будут дождливыми её дни.

1) Неплохо было бы заранее узнать, какие административные меры будут применены к игрокам, нарушивших правило "глушилки" насильника или громилы на следующий игровой день и все-таки принявшего участие в обсуждении логички. Один раз прощаем, рецедив - выводим из игры?   2) С которого времени игрок, который должен "заткнуться", должен замолчать о логичке? С момента оглашения ему в личке, что на него действует эффект громилы/насильника и до 22:00 следующего дня?

Весь порядком затянувшийся момент приручения вамасу Медин стоял в противоположной стороне пещеры и под небольшим магическим шаром, служившему ему источником света, изучал найденный древний свиток. Тратить как свиток, так и слиток золота на приманку представитель дома Дрес не хотел, как и вообще не горел желанием принимать участие в этом сомнительном мероприятии. Пускай н'вахи занимаются своими прямыми обязанностями. -----------   Всё "приручение" Джилус провел в рассматривании отдавленного хвоста, поглаживании пострадавшей части тела в попытке избавиться от саднящей боли, а также безрезультатному поиску в темноте пещеры причастной к этому орсимерки.   Однако, когда появилась необходимость привести наконец усмиренное животное в деревню, аргонианин без колебания предложил свою помощь.

- Я тут!  - вскричал Брендан. - Вы видели? Видели? Мы тут не одни!   Джилусу и без того было не по себе в этих темных пещерах, а тут еще и "не одни". Захотелось вернуться обратно, в уютную таверну, где можно было спокойно, попивая местные отвары, развлекать себя разговорами с жителями деревни. Как будто этого было мало, Играющий-На-Воде послышал позади себя хлухой топот и учащенное дыхание. Что-то неизвестное приближалось к нему. Еще мгновение, резкая боль в хвосте.    - Аааа, мне наступили на хвост! - рефлекторно резко повернув назад голову, аргонианин разглядел в темноте, не до конца разогнанную светом экспедиционных факелов, отблеск орихалковой кожи.

- И что? - орсимерка повернулась к данмеру на пятках, уперев руку в бок. - Что именно со мной бы сделали, будь я на твоей земле, полной пепла и смрада, идущего от вонючей кипящей горы?     Пропустив оскорбление своей Родины, данмер повернул голову в сторону Раны, пристально посмотрел ей в глаза и размеренно произнес, наблюдая за реакцией орсимерки:   - Выпороли бы. Непременно выпороли бы, -  по лицу Медина расплылась неприятная улыбка.

! Ося   — Эй, ты! Какого-то скампа творишь? — взъярилась она. — Сначала преследуешь меня в темноте! Теперь швыряешься в меня своими артефактами! Если вдруг забыл, то здесь тебе не Морровинд, и я — не твоя служка, чтобы сносить твои богатейские прихоти! — выдав гневную речь, орсимерка собралась пройти вперёд.     — Да что эта зеленокожая себе позволяет? - от такой дерзости данмерские глаза, сохранявшие до этого расслабленно-умиротворенное состояние, вспыхнули, что угольки, потревоженные кочергой.   — Тебе очень повезло, дитя Малаката, что мы сейчас не в Морровинде. О, ты даже представить себе не можешь, что бы произошло с тобой за твою дерзость в мой адрес, будь ты на священной земле данмери, - по лицу Медина проскользнула едва заметная улыбка, а угольки глаз опять прикрылись веками в хитром прищуре.   ----- — Скользкие ящерицы даже не знают цену золота, о какой цивилизации может идти речь? — Надо непременно отдать сей золотой слиток старосте деревни по нашему возвращению, он обязательно пригодится.

Очередной свиток упал упал буквально на голову Медину в тот момент, когда неизвестная крупная птица, обитающая в этих густых лесах, переполошившись, задела чей-то спрятанный на ветке тайник, откуда и выпал злосчастный список.   - Да что за бардак творится в этих забытых лесах, - от негодования данмер со всей силы откинул свиток подальше от себя, отчего тот уже в свою очередь приземлился на логову одного из путешественников.     !

Представитель дома Дрес не горел желанием отправляться в какие-то старые заброшенные руины древних ящеров, наверняка такие склизкие и скользкие, воняющие тиной, как и все в этой деревне. Что он там не видел? Пфф, да тут все здания выглядят как руины, далеко ходить не надо.   Но такое оживление по поводу предстоящей прогулки не могло не заинтересовать Медина. Тем более, что предполагаемая деловая встреча случится еще нескоро и может даже не в этой деревне. Надо же себя как-нибудь развлечь. Прислушаться к другим участникам экспедиции.    Остановив жестом руки своих помощников, намеревавшихся сопровождать его до руин, он перехватил свой магический посох другой рукой и двинулся к руинам, проклиная про себя всех чешуйчатокожих за столь неровные дороги.   -----   Медин заметил в небольшом отдалении от тропы древнее то надгробие, уже почти полностью разрушенное временем. Заинтересовавшись, он подошел поближе, освещая себе путь заклинанием. Какого же было его удивление, что на старом искрошенном камне он обнаружил таинственный свиток, по внешнему виду той же эпохи, что и надгробие. Удивительно, как он сохранился при таком влажном климате?

Джилус пристально всматривался себе под ноги, дабы не задеть очередную низкую лиану и не растянуться на пути. Через несколько шагов он заметил давно знакомый ему ингредиент - стержневой корень. Чешуйчатый алхимик сразу же сорвал его и засунул в поясной мешочек.

- Сейчас мы идем в руины! Да да именно сейчас! Известно, что там обитает нечто, что похищает яйца, но увидеть ее можно только ночью. Поэтому мы отправляемся прямо сейчас. Нам нужно несколько воинов, но мы не будем совершать насилия, а сначала попробуем договориться с тем, что там обитает. В бой вступаем только при явных признаках агрессии.     Джилус, проторчавший в таверне почти весь день, не мог не заметить объявление, которое Брендан Стойкий повесил на самом видном месте. Потому оглашенный в установленное время сбор для аргонианина не был внезапной новостью. Он с искренным желанием и с чрезмерной поспешностью, не прихватив с собой ничего из своего скромного инвентаря, кроме небольшого увеличительного стёклышка и выдвинулся в направлении руин.   - Вдруг удастся найти неизведанные алхимические ингредиенты? Но еще лучше, если бы в тех руинах была возможность спросить Хист, зачем они меня звали.

Юми, а непись может поднимать по дороге в руины лут?

Джилус вышел из таверны, когда большой золотой шар уже стал заваливаться за горизонт. Его, как аргонианина, родившегося вдали от Хист, вне болот Аргонии, принято было называть "лукайул" - отверженный, подчинившийся, очеловеченный, но всё же не до конца потерявший связь с Хист чешуйчатокожий. Джилусу до сих пор не хватало опытного проводника в его родную, но заблудшую в глубинах подсознания культуру. Проводника к Хист. Ведь именно за тем он прибыл сюда, слыша в своих снах тот странный зов. Быть может, это было ни что иное как знамение? Но зачем и для чего? Агронианин все так же растерянно ходил о деревне, перебирая в руках небольшую склянку, заполненную непонятной алхимической жидкостью и смотрел по сторонам, вглядываясь а местные лица, ища среди них того, кто мог бы ему помочь.

Медин продолжал потягивать принесённый ему ранее аргонианский настой местных трав, что по вкусу напоминало знаменитый чай из собачьего корня. Горячий напиток приятным теплом разливался по всему телу, напоминая данмеру о его родине. Допивая душистый напиток, он не мог не заметить двух молодых данмеров, увлечённых собственной дилеммой. Опытный глаз данмере не мог не заметить и крутобедрую представительницу орсимерского народа, за столь короткий срок привлекшую внимание нескольких посетителей таверны. Да настолько, что один из них даже поспешил ей на помощь в трудную минуту. - Да уж, этакую орсимерку я бы сам с превеликим удовольствием назначил в личную охрану, - Медин скосил глаза в сторону удаляющейся Раны и ухмыльнулся. Помимо уже упомянутых молодых данмеров, в данный момент в трактире присутствовал ещё один сын Морровинда. Облокотившись на трактирную стойку, молодой повеса и мот, обладал большим самомнением, но Медин не осуждал его за это. Каждый был в своём праве на то, как проживать столетия своей жизни и расходовать полученные богатства, доставшиеся ему от семьи.

Джилус резво сбежал в таверну, едва не расталкав локтями стоящих у входной двери гостей, так уж сильно хотелось есть. Вытянуть морду принялся жадно вдыхать вкусные запахи аргонианская кухни располагающиеся по залу. Он готов был, казалось ему, съесть хоть целого крокодила, выловленного, как он уже успел заметить, одним умелым охотником. Он уже почти было решил подозвать кого-нибудь Местного трактирщика чтобы заказать себе еду Но тут его взгляд упал на полку позади, заставлеую всевозможными бутыльками, плещущими в себе разноцветные жидкости. - Это просто... Восхитительно... Никогда в жизни не видел такого количества аргонианских настоек, - работа в таверне навсегда оставила свой отпечаток на и без того любопытном сиродиильском сыне Саксхилл. --------------------------------- Тем временем с верхнего этажа таверны где располагались комнаты спустился статный данмери. Едва остановившись на лестнице, он окинул взглядом зал, где собралась уже порядком разношерстная компания. Скривился, пройдя сквозь толпу к дальнему столу, присел за него и попросил принести ему те блюда, максимально похожие на традиционную данмерскую кухню. Отчего прослуживающий в таверне аргонианин вытаращил на него свои небольшие зелёные глаза. Представитель дома Дрес молча достал из складок одежды пару дополнительных монет и заказ был тот час же принят. Вокруг данмера бесновалось какое-то невообразимое, по его мнению, для такой небольшой таверны, количество н'вахов. Некоторые из них даже были уже пьяны и наверняка вот-вот начнут развязно себя вести, распускать руки, и бить посуду. Белый н'вах, зелёный н'вах, лесной н'вах, мохнатый н'вах, чешуйчатый н'вах, просто н'вах - да когда же всё это закончится?! - так и мелькало в мыслях, окидывая взглядом всех посетителей. Но цель, поставленная Великим Домом перед Медином была превыше всего, поэтому приходилось терпеть.     - Хорошего дня всем! - жизнерадостно и оптимистично поздоровалась Кларисса, входя в таверну, - Чем тут потчуют? Стиббонс, ты еще не снял пробу местной кухни? Леди Кларисса огляделась, выбирая, куда бы сесть.     - И вам хорошего дня, - быстро поменяв гримасу на улыбку добродушно сказал данмер. - Пусть  яркое солнце освещает ваш путь, леди Кларисса.   !

Неужто сам Джиуб открыл в аргонианской деревне свою таверну? Название, случаем, не "Скальный наездник"? xD

Джилус.   Несмотря на тяжелую дорогу, аргонианин с нескрываемым интересом осматривал аргонианскую деревню в которую зашёл караван экспедиции. То и дело ловя на себе взгляды местных жителей, Джилус никак не мог дождаться того момента, когда его предположительно дальние родственники посвятят во все тайны и секреты аргонианского народа, в подробностях дадут прикоснуться ко всем местным традициям. Смотрел по сторонам глазами совершенно далёкого от Аргонии сиродиильца, не больше чем какой-нибудь гладкокожий имперец. Осознание этого немного удручало Джилуса.   С другой стороны, с тем количеством неизведанных алхимических ингредиентов, находившихся тут практически за каждым кустом, даже от одной мысли о том количестве новых рецептов зелий, которые можно приготовить и попробовать, у нашего алхимика уже закружилась голова. В растерянности, он даже не удосужился найти себе место для ночлега, продолжая хлопать глазами по сторонам на торговой площади.   ! - на будущее --------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- NPC - Медин Дрес   Едва успев стереть с лица вредную ухмылку, слезая с богато украшенного ездового гуара, важный представитель одного из великих данмерских Домов окинул взглядом аргонианскую деревушку и экспедиционный обоз, приумноживший и без того излишний шум и гам торговой деревенской площади. После отдачи указаний о разгрузке вещей двум своим помощникам, с непрошибаемым взглядом поверх голов, данмер подошёл к стоящей чуть поодаль ярко накрашенной аргонианке, одетую, к тому, в столь же яркую одежду. - Под этим солнцем и небом я тепло приветствую вас! Вы - староста деревни, сколь я понял? Я - Медин Дрес, представитель великого данмерского Дома Дрес, прибыл в вашу страну для развития и укрепления торгового сотрудничества и культурных связей, - дружелюбная улыбка не сходила с данмерского лица. - Рад знакомству с вами, сэра, и надеюсь в будущем мы вместе увидим добрые результаты плодотворного сотрудничества наших народов.  - ‎Я думаю, с дороги нам всем следует отдохнуть. Потому, чтобы не тратить ещё время попусту, прошу предоставить необходимую мне отдельную комнату для ночлега. На худой конец, я могу остановиться в таверне. О деньгах не беспокойтесь. Медин почтительно откланялся, махнул рукой помощникам, чтобы те поторопились с перетаскиванием сумок, остановился на мгновение перед дверью в таверну, оглянувшись назад. На его лице уже не было дружелюбной улыбки, которая на секунду сменилась куда более хищным выражением.   - Грязные Н'Вахи, - подумал Медин и захлопнул дверь.   ! - на будущее На сегодня  - всё X

Я наконец-то сделяль.  :whistling: