Nomides

- О! О! Господин Художник, милейший! - Тычинка резво сменил объект своего внимания, - Можно попросить вас нарисовать наш семейный портрет? Алхимик притянул к себе Малвари. - Вот: муж и жена! Ну и деточек штук пяток припишите! Хм, деточек, говорите? - оценивающе бросив взгляд на альтмера и кимери, нараспев проговорил Адриан, - это не совсем мой профиль, конечно. Какая скука одолевает, лишь стоит взглянуть на эти чопорные классические портреты. Я приверженец Красоты, оттого предпочитаю творить исключительно обнаженную натуру. Ведь что может быть красивей нагого человеческого тела, прекрасного от самой матушки-природы? Имперец мечтательно поднял глаза к потолку таверны, начиная представлять общую композицию. Потребовалось некоторое усилие, чтобы переключиться обратно на собеседника. - Ну так что, господин альтмер, вы согласны с такими условиями? Если да, вносите задаток и можем начинать прямо сейчас.

- ... и девочка, так и девочка, и девочка, ага и девочка, эта девочка, та девочка, и девочка, и девочка... - уже еле слышались удаляющиеся звуки. - Какой замечательный семейный портрет мог бы получиться...

Работа над набросоками к будущей картине, которой был так занят последнее время Адриан, продвигалась с трудом. В голову то и дело опять лезли голоса. Вернее, голос был один, но вот звучал он случая к случаю совершенно по-разному, затрудняя творчество. - Ни одно искусство не может развиваться из-под палки, ни один шедевр не может быть создан в угнетении. Лишь свобода рождает красоту! Только при свободе мысли и дела красота может существовать! В другую минуту голос, меняя интонацию, вещал: - Разве не точной рукой великого художника создается шедевр? Разве может он сравниться с бездарностью, возомнившей себя мастером? К чему приводит это, можно лицезреть на примере так называемого "современного искусства", которое ни что иное, как извращения и испражнения никчемных создателей. И красоты в этом нет никакой. А вот настоящий Мастер может вылепить из этого мира истинную шедевр. Казалось, будто сама Дибелла до конца не определилась с точкой зрения. - Уважаемый каджит, не могли бы вы отодвинуть свой хвост от стола и перестать им размахивать? Он совершенно не вписывается в композицию! - повернувшись к Котику, сказал художник. После он сделал знак рукой так, чтобы Ирэн наверняка заметила этот жест. - Милая бретонка, не могли бы вы немного приподнять голову и повернуть её чуточку влево. ! Звёзд, Фёрст, Ося

- Что не говори, а вспомнить Лорхана лишний раз определенно стоит, ну или выпить за него, по крайней мере. За Лорхана! - Адриан поднял свою кружку с мёдом и добавил, - И за Красоту!   На стол упал лист с рисунком, нанесенным на него угольком. Изображение было под стать выпитому напитку... или персонажам, присутствовавшим в таверне – голова огромного древнего дракона хитро подмигивала зрителю, пока две обнаженные красавицы-нордки обнимали и нежно поглаживали морду грозного создания по бокам. На краешке драконьего носа виднелось колесо сыра.  

Тем временем,основательно подкрепившись и продолжая возливать в себя очередную порцию горячительных напитков, вперемешку закусывая сыром, Адриан выпросил всё у той же девицы, видимо хозяйки таверны, несколько чистых листов грубоватой, но приличной бумаги, взял из ящика за камином несколько небольших угольков, аккуратно выточил их ножом, придав им несколько продолговатую форму и принялся легкими, плавными движениями ,создавать рисунок, периодически припадая к стоящей рядом кружке нордского мёда, одновременно поглядывая по сторонам, прикусывая язык и улыбаясь.     - КТО! ЕЩЕ! НЕ ВЫПИЛ! ЗА! ЛОРХАНА? - Да, кстати, Лорхана тоже можно будет изобразить, - продолжая потягивать густой мёд, он чуть не поперхнулся от резкого безумного крика.

- Приветствую, хунне... герои - Что тут такое наливают? - художник покрутил в руках бокал с душистым вином и добавил. - Всегда хотел написать дракона вживую, с натуры.

Лишь переступив порог таверны, гнетущее ощущение, неподвластное разуму Адриана, словно испарилось. Казалось, будто неведомая сила влекла его именно сюда, в эту глушь, ко всем этим незнакомца на их столь странное празднество. В таверне царила умиротворяющая атмосфера: приятные звуки музыки, смех танцующих, обрывки голосов, ведущих неспешные беседы, в сочетании с аппетитными запахами разнообразных яств и ароматами алкогольных и пряных напитков, успокаивали Арбониуса. Помимо того, его творческая натура жаждала утолить голод и выплеснуть накопленные за последний день эмоции в том виде, который удавался художнику больше всего. Претворить эмоции в изображение истинной красоты. Что может быть прекрасней? А что может быть красивее такого реального, грешного, но в то же время, божественно прекрасного человеческого тела? Тем более, у красоты столь бесчисленное множество ликов, что для каждого именно его - истинна. И каждый прав. Окинув взглядом собравшуюся в таверне компанию, Адриан с радостью для себя заметил, что в представленном разнообразии видов красоты всем присутствующим не занимать. Ужасно хотелось присоединиться к веселому танцу, но не с порога, не в таком состоянии. Сначала требовалось с толком вкусить прекрасных блюд. И, несомненно, выпить. Поэтому, помигнув одной миленькой прислуживающей девице, он шепнул ей на ушко нечто, от чего на её щеках появился легкий румянец смущения, и потянулся к бокалу с вином.

А моего персонажа забыли добавить в шапку со всеми.

- До сих пор не верится, что Она общалась со мной. Этой ночью Она сама явилась ко мне. Это был знак! Её знак, моей Богини, - молодой имперец возбужденно вел диалог с самим собой, уже который раз пересказывая сегодняшние сновидения, не желая упускать их от себя. Его внимание было оторвано от происходящего вокруг. Все больше погружаясь в воспоминания сегодняшней ночи, он еле смотрел себе под ноги. Счет времени, когда он вышел за пределы Имперского города, был уже безвозвратно потерян. - Она выбрала меня, ведь точно! Наконец-то она услышала все мои обращения и мольбы к ней. О да, я до сих пор ощущаю тот трепет и те эмоции, такие яркие и сильные, будто будто она явилась мне наяву несколько минут назад, - Образы, всплывающие в мыслях, заставляли его дыханию то прерываться, то бешено учащаться, заостряя на формах и изгибах той, которая явилась ему в ночи, рисуя поразительные картины в творческом разуме. Адриан лишь сейчас вспомнил, что выбежал из дома, не захватив свой небольшой альбом в кожаном переплете, предназначенном специально для зарисовок, с которым никогда не расставался. Сейчас, пока горячие ночные образы еще не остыли, этот предмет пригодился бы художнику как никогда. Однако нечто более важное влекло юношу вдаль от мирских поселений, в глубокую чащу тамриэльских лесов. - Быть может, на самом деле, это никакая не благосклонность Богини ко мне, может наоборот, желание поскорей избавиться от надоевшего почитателя, чрезмерно восхвалявшего её Красоту отнюдь не в том виде, как привыкла Она и как твердят ее жрецы и пророки. В их глазах я выгляжу отступником, еретиком. Быть может, теперь и Она думает так же, - Адриан встряхнул головой, отгоняя тревожные мысли и накинул капюшон черной мантии. Со стороны он действительно мог больше походить на очередного фанатика еще одного даэдрического культа, желающего уничтожить весь Нирн и всех его обитателей, но никак не на сторонника Дибеллы. Тем временем тропа начала петлять по лесной чаще, извиваясь меж оврагов и крутых склонов, ведя все дальше вглубь. - Хватит сомнений, сейчас для них совсем не подходящее время. Наверняка Она испытывает меня, дает мне тот шанс, о котором я мечтал уже давно. Доказать свою преданность Красоте, свою преданность и любовь к Ней. И уж после, смею надеяться, Она оценит мои старания и сполна отблагодарит меня! Да будет так! Целиком поглощенный своими мыслями, Адриан и не заметил, как тропа вывела его к одинокой таверне. Место ее расположения было выбрано столь странно, что казалось, будто сами даэдра решили открыть это заведение, но в споре так и не решили, где именно хотели бы эту таверну расположить. И тем более странно, внутри горел свет и доносились звуки речи. Слегка толкнув тяжелую дубовую дверь, Адриан вошел внутрь.

Всем привет, я тут добил пост с анкетой.  :whistling:

Дибелла & Адриан Арбониус Имперец, потомок некогда влиятельного, но обедневшего аристократического рода, художник и не совсем правильный последователь богини Красоты.

Я тут запоздал маленько, так уж получилось :whistling: ЗОЛОТЫЕ МОМЕНТЫ Знаете, я люблю, когда мне выпадает роль маньяка. Может быть, именно эту игровую роль я люблю больше всего. Поэтому, когда мне в личку пришло заветное письмо от Мастера, Оси, я был весь в приятном предвкушении. Когда ты представлен лишь самому себе, когда именно ты сам вырываешь, выдираешь, выгрызаешь для себя эту победу, когда меж ежедневных "-1" от твоего выбора, помимо остальных выводов из игры и паники города, которая все нарастает с каждым днем, ты пытаешься найти свою собственную правду... Одновременно с этим мне было не по себе, поскольку именно в этой игре, с таким составом игроков, в этом сеттинге, на Севере, мне не хотелось быть тем классическим мафиозным маньяком, каким его представляют. А та призрачная возможность превратиться из ночного убийцы в мирного... будоражила. И манила. И только. Я вполне себе понимал, что даже теоретические шансы на то, чтобы в первой половине игры именно я выведу из игры нужную мне цель для превращения, я, а не кто либо иной, были настолько малы, что уже был готов к другим действиям. И я действительно стал действовать так, чтобы помочь мирным. А какой толк мирным от маньяка? Только один, если он вместе с ними станет выискивать мафию, по ночам охотясь на ее членов и, если бы нас сопровождал успех, вероятнее всего я бы открылся городу ровно тогда, когда ему не угрожала бы столь серьезная опасность, предлагая мирным самим решить судьбу моего персонажа. Мог ли я предположить, что за свою мафиозную карьеру я принесу вреда ровно настолько, чтобы избавиться от этого образа, переродившись в новый, светлый? Конечно же нет. Это было столь внезапно, что я чуть не подавился горячим чаем, читая итоги второго дня. Но стечение ли обстоятельств, либо звезд на небосводе, но определенно это был знак. И шанс, за который надо было хвататься без раздумий, дабы принести победу той стороне, на которую надеялся с самого начала.. И я надеюсь, что шанс этот я не упустил. :good: Мирным, шерифам, мафии, доктору - всем огромное спасибо за игру. Осе отдельный комплимент за мастерски исполненную роль Мастера. С вами удивительно приятно проводить время, дамы и господа! :hi:

Урааа! Мирных - с победой, с самого начала за вас топил. Искренне ваш, мирный маньяк.  :hi:  

А дракон-то все-таки прилетел! 

Что же там за краткие итоги такие, что Ося до сих пор их не скинула? Всё, драконы прилетели или Стена рухнула? Только не говорите, что и одно, и другое. :blink:

— Да, да, все верно, лорд Рейн и лорд Редвин, все действительно случилось именно так, как вы и говорите. Сначала - перебежчик, потом проверка, что-то на меня нашло, у нас тут на севере, дворцовые интриги не столь изящны,как в более южных землях. Можно сказать, что тут на Севере они куда прямолинейней. Быть может действительно надо почаще приобщаться к играм престолов  - Хьюго замолк и задумчиво почесал бороду.

- Вы так уверены в этом, Эртур? А я бы не зарекался и не радовался раньше времени. - Джон огляделся. - Что ж, теперь могу сказать, что не только лорд Амбер был доверенным лицом Эдмара Блэквуда. Пусть я не так давно с ним знаком, но я знал Мику и раньше.. путь не так хорошо, как желалось, но доверился и поддержал их. Мы успели проверить .. одного.. когда.. я остался один. Я перечислю тех, кого проверяли: 1. Тирелл Алестер. 2. Эдвин Рейн 3. Форрестер 4. Толхарт 5. Мормонт. Все они были невиновны. Но во второй день появился еще один.. перебежчик.. так что теперь выбирайте, кто для вас страшнее - тесть, брат, зять.. или кто-то еще. Выбирайте и не промахнитесь. Хайтауэр насмешливо глянул на Редвина. - можете оставить выбор за другими. Я выберу Рейна, и дай вам боги, чтобы я ошибся   — Лорд Хайтауэр, если вы проверяли во второй день Рейна и он  предположим, действительно является перебежчиком, то именно в вашу проверку второго дня ночью он бы выглядел мирным, ибо примерил бы плащ заговорщиком он только утром третьего дня.

Кордвайнер

— Не теряя времени и переходя к делу, - лорд Сервин практически влетел в зал, основными подозреваемыми в моих глазах, как и вчера я говорил, следом за Болтоном, от которого мы вчера избавились, остаются лорды Хайтауэр и Кордвайнер, после - Редвин, но подозрений против него значительно меньше, а если бы у Дейла не было убитого Толхарта в качестве алиби, я бы подозревал его куда больше. Аккуратно спланированное убийство для дальнейшего алиби? Хм..   — Вне подозрений Форрестер, оба Тирелла, младший после вчерашнего вообще отпал, а также Рейн. Леди Ламина Мормонт? Хмм, пожалуй нет, заслуживает доверия.   — И да, не жалает ли открыться народу Доверенное лицо Эдмара Блэквуда?   - вижу, вижу, желает, только отчего лорд Рейн?

Хьюго, не говоря ни слова, кивком головы попрощался с лордом Редвином, хватил со стола бутыль северной медовухи и присел в кресло напротив угасающего камина. Сервин взял кочергу, поворошил угли, отчего мгновение спустя над ними зарделся первый язычок пламени, подкинул сверху сухих дров, насколько это было возможно в этой болотной дыре, и откинулся на спинку кресла. Прикусив край неплотно закупоренной высокой пробки, Хьюго выдернул ее из бутылки и приложился к горлышку, вливая в себя крепкий душистый напиток.    Он всеми силами хотел надеяться на то, что вместе с хмелем начнут рассеиваться дурные мысли, ставшие в последние дни все чаще посещать его, но этого не происходило, как бы Сервин не желал.  С момента смерти Амелии Болтон прошло уже несколько дней, но лорда Хьюго, как бы он не старался, все сильнее тяготило это чувство. Чувство вины вперемешку с жалостью, приправленные хладнокровием, с каким он совершил далеко не первое в своей жизни убийство, а в довесок еще и странной, почти маниакальной радостью от чувства выполненного долга, в исполнении которого он на свою голову поклялся и тем самым запятнал свои руки кровью невиновной.   Потрескивающий камин играл светом и тенью, отблески пламени отражались в задумчивом взгляде лорда Сервина.. 

После вчерашних потрясений Хьюго чувствовал себя прескверно, потому, зайдя в зал, хотел без промедления поделиться своими мыслями.   — В первую очередь, приняв во внимание вчерашний вечер и начало сегодняшнего, да, кое что я услышал еще до того, как зашел в зал, я с большим доверием отношусь к леди Мормонт, лорды Форрестер и старший Тирелл, который Алестер, а также сиру Эдвину Рейну. Лорд Редвин так и хочет в моих глазах оказаться в доверительном списке, но да, его рыжая морда, а также вчерашнее и позавчерашнее странное поведение на голосовании мешают этому. С другой стороны, исчезновение Толхарта, зачем оно ему?   — Насчет лордов Кордвайнер и Хайтауэр я пока затрудняюсь сказать с какой-либо точностью, на чаше весов они застыли посередине.   Мейстер Оливер Болтон настолько наплевательски машет рукой на обвинения в свой адрес, что вкупе с невнятными, будто залитыми маковым молочком, мыслями, которые он озвучивает день за днем, просто заставляет выкинуть его на допрос. С такими невиновными и убийцы не нужны. Причем я больше уверен, что мейстер исполняет вторую роль, нежели  первую.   До сегодняшнего дня младший Тирелл, Эртур, был бы кандидатурой в заговорщики рядом с Болтоном, но сегодня он первый против него проголосовал...

Добрый вечер всем! Фух, только прибежал. Вот за это я и не люблю понедельники. Сейчас вникну в обсуждение и подключусь.

Как же я терпеть не могу понедельники. Всем до завтра!  :bye:

Ранее, утром во дворе.

- На самом деле, мейстер Оливер, я бы хотел принести вам свои извинения. Терять близкого человека всегда тяжело, особенно когда ты никак не можешь на это повлиять. Вам лишь остается смириться и принять это. И, если вы сможете, простить меня. Впрочем, вы в праве не делать этого. От себя лишь добавлю, что был лишь орудием в руках правосудия и исполнял последнюю просьбу Хранителя Севера. Вы должны понять, что от слова, которое я дал лорду Старку, в этом случае не отказываются. Это была бы измена не только перед Бероном Старком, это была бы измена Северу. И уж если я выяснил, что за покушением на Элиссу Хилл стояла ваша сестра, надо было действовать. От себя добавлю, что она не мучилась, ее смерть была быстрой. Мужайтесь, мейстер Оливер, а мне остается лишь молить богов за то, что я выполнил свой долг так быстро, как это было возможно.