Торк

Но пообщавшись с Эндрю, я переменил мнение. - Он перевел взгляд на священника. - Помнишь, как я то и дело расспрашивал тебя о взглядах на жизнь, на религию, считывал ощущения? Я использовал это все, чтобы изменить сознание и мировоззрение Ролана так, чтобы он стал... Хорошим священником. - Юноша улыбнулся. - Это не гипноз, ничего подобного. Я просто изменил само его понимание и взгляды на вещи. Я даже оставил память, так что он прекрасно осознает теперь, каким был говнюком.   - Коварно-то как. - Удивленно отозвался Эндрю. - Я грешным делом думал, что ты ему мозги промыл и отправил на вечное покаяние, а ты грешника  в праведника решил превратить. Это очень интересно - если ты эту технику усовершенствуешь, сколько людей можно будет исправить. - Задумался над перспективами преподобный. - Эдак можно идеальных правителей сделать.

- Вижу, вы с Ренни нашли общий язык, - заметил он, присаживаясь на койку и с наслаждением вытягивая уставшие ноги. - Как она вам?   - У тебя чудесная сестра, Руперт. - Улыбнулся Эндрю. - Она очень легко сходится с людьми и обладает замечательно стойким духом. Именно из таких людей и получались святые на заре христианства. Но надеюсь, Ренэйт мы от этой участи избавим.

Я бы сказала даже, что мне в радость, если бы не печальные обстоятельства возникновения необходимости. Без священника в таком опасном деле никуда, так что вас нужно беречь.   - Тогда заварите мне еще чашечку вашего чудесного чая, он прекрасно успокаивает. - Попросил Эндрю. - Вы главное, себя берегите. А меня пусть Бог хранит.

Вам удобно сидится, Эндрю? - обратилась к священнику немка. - Может, подать подушечку? Или воды?   - Вполне удобно, благодарю вас за заботу, Ренэйт. - Вежливо ответил Эндрю, задавив вертевшееся на языке "Подайте мне голову этого драного аластора!" В конце концов, девушка никак не могла эту голову добыть и хотела помочь, а кое кому следовало смирять гордыню. - Лучше расскажите как вы себя чувствуете, ваше недомогание удается терпеть?

Эндрю с удовольствием устроился на стуле и вытянул усталые ноги. День выдался напряженный и насыщенный, но не сказать что бесполезный. С тех пор как они вытащили Руперта ,было по крайней мере кому думать, что делать дальше и направлять их маленький отряд.   - Нам надо посидеть и как следует подумать, есть ли какой либо способ избежать Очищения. Руперт любезно согласился подумать после того, как отдохнет. - Сдал он девушкам барона. 

Эндрю за договоренности с вербенами, но если не выйдет - можно поддержать Лили и устроить Очищение.

Ага, в землю уйдут. Не люблю Апачей.

Вместе с Опачами!

- Я еще пока серьезно не думал, Эндрю. На данный момент мне хочется поесть, как следует выкупаться и... Не важно. - Внезапно немец подумал, что Эндрю приходится еще хуже. - Кстати, ты сам-то как управляешься левой рукой? Помощь нужна? Ты мне тогда сразу исцелил все, так что я даже не представляю, каково это - мыться или одеваться с половиной руки. Наверное, тяжело?   - Тяжело, привыкаю. - Эндрю помахал культей в воздухе. - Помогать не надо, рано или поздно привыкну. Что же до чудес - просить о чуде для друзей мне намного легче, чем для себя. Так что пока похожу без руки.

- Да ни черта она не умеет лечить, эта Чарли, - фыркнул юноша. - Заражение Ренэйт не имеет никакого практического смысла, так что это скорее всего какой-то побочный эффект или на ней проклятие. В саботаж для целой армии я еще готов поверить, но в то, чтобы нарочно сделать зачумленным еще кого-то - это как слону дробина, прости Господи. - Мысли Руперта перетекли немного в иное русло. - Можешь считать меня подонком, но болезнь одного человека, пусть даже очень близкого и дорогого, не годится в качестве аргумента. Я готов рассматривать этот вопрос в масштабах армии или страны, но состояние Ренэйт на мой выбор не повлияет. - Молодой барон тяжело вздохнул. - Пойми меня правильно: она моя сестра, очень близкий и дорогой человек, любимица всей семьи, и я ради нее готов на многое, но не в тех вопросах, где нужно отбросить личное и поступать так, как должно.   - Я то умею. - Насупился Эндрю. - Но я ее вылечить не могу. С интересом выслушаю твое мнение о том, как же поступать должно - я пока ничего из должного не вижу.

Фолс, мы в субботу уезжаем в закомпьютерье примерно на недельку. Писать будем с мобильников. Нельзя ли отыграть бой в кубике в пятницу авансом?

Не представляю, как она держится. Она что-то говорила о своем самочувствии, пока меня не было? А то мало ли, вдруг не хочет меня расстраивать, зная, что я приму это близко к сердцу. Есть ли что-то, на что мне нужно обратить внимание?   - Плохое у нее самочувствие. - Признался Эндрю. - Если в ближайшее время мы что-то не предпримем, она умрет. Моих сил исцелить ее недостаточно, иначе я давно бы попытался еще раз. Поэтому нам надо либо проводить ритуал с очищением, и тогда, как я понял, чума исчезнет и здесь и в Лондоне. Либо ловить Чарли и требовать или выпрашивать у нее исцеление для Ренни. Но учитывая наши проблемы с требованиями, этот вариант кажется мне нереальным. Ради тебя мы готовы были заточить двух добрых Престолов, ради Ренни похоже придется убить здесь все живое. - Грустно подытожил Волкер.

- А ведь аласторы как раз-таки на древних скотин и охотятся. - Руперт пристроился поудобнее на кипе тюков с припасами и оперся спиной о стену сарайчика, у которого сидели друзья. - Вот если бы ты достиг равновесия и сначала прикинул варианты - глядишь, не только узнал бы, кто тут разбой учиняет, да и привалил бы. И я сейчас не о том, чтобы выбирать из двух зол меньшее, - заметил юноша и вытянул уставшие ноги. - А о том, что сердце нужно держать в тепле, а вот голову - в холоде. Знать, чего хочешь добиться, помнить об этом и не терять самообладание. Впрочем, не подумай, что я пытаюсь тебя учить, это я так, рассуждаю вслух. Не нужно путать равновесие с равнодушием   - Тот солдат древним не был. - Снова насупился Эндрю. - Убивать надо таких охотников, вместе с разбойниками. А добиться я хочу того, чтобы эти гады боялись носа на свет высунуть, а не выпивали людей средь бела дня. Впрочем, мы уже начали повторяться. Я в курсе что у меня нет сил чтобы это изменить и что надо быть скромнее ради великих целей. И что каждая тупая, злобная, нечестивая тварь, что нам попадается сильнее меня и поэтому надо быть умнее и делать вид, что все в порядке. Буду молить Бога о ниспослании мне сил и смирения, потому что сил и могущества я от него точно не дождусь.

- Что если твоя задача - не искоренять чужое зло, а достичь равновесия внутри себя в сложных обстоятельствах? Бог дает каждому ровно ту ношу, которую он может вынести, так может быть ты пытаешься нести то, что твоей ношей не является, не замечая лежащий рядом куль с подписью "Эндрю Волкер"? Подумай об этом, друг. Ибо я тоже не вижу смысла пытаться прободать стену лбом, я бы поискал ворота.   - Пфф! - Сердито выдохнул Эндрю. - Конечно, это не моя задача. Я разве похож на Мерлина или Ланселота? Покажи мне того, кто возьмется искоренять чужое зло и я с радостью и умиротворением отправлюсь достигать равновесия. А пока все вокруг обходят зло и игнорируют его - кто из-за высших целей, кто из-за того что это не его ноша, кому- то все равно, а кто-то и сам не прочь позлодействовать. В итоге зло процветает и множится. И ты предлагаешь мне поискать равновесия внутри себя, чтобы когда я его найду я обнаружил вокруг царство Сатаны? Но меня это уже не будет трогать, потому что мне будет все равновесно. - Волкер фыркнул и нахмурился. - Люди уходят искать умиротворения в монастыри, подальше от суеты. Я же нахожусь на пути боевого священника и наставляю и оберегаю наш маленький отряд. Я не могу искать равновесие, пока вы сражаетесь. И мне тяжело сражаться, когда всем плевать на злодеев. Я, конечно, с этой тяжестью справлюсь и смирение в конце концов постигну, надеюсь с оставшимся числом конечностей. - Преподобный махнул культей и ухмыльнулся. - А еще я надеюсь ,что мы для разнообразия убьем какую нибудь древнюю скотину, которая давно этого заслуживает. И может быть тогда я обрету гармонию и умиротворенность.

- Ты сам как себя чувствуешь? Я не только о физическом состоянии, если что. - Внимательные янтарные глаза осмотрели священника. - Если что-то наболело или накипело внутри, то не держи это в себе. Ты же знаешь, мне всегда можно высказаться.   - Плохо чувствую. - Признался Эндрю. - Мне не хватает смирения. Я в ярости от собственной беспомощности - зачем Господь даровал мне такие силы, если они все равно не могут повергнуть древнее зло? И зачем я постоянно с этим необоримым злом сталкиваюсь? Если бы мне нравилось наблюдать за тем как бесконечно творится зло и несправедливость, я бы просто мог устроиться воспитателем в приют. Теперь еще и руки нет, а этот драный аластор разгуливает, как будто так и надо. Мне надо успокоиться и принять свое испытание, понять Божий промысел и волю, но как только я вспоминаю эту нежить, так тут же впадаю в ярость и все смирение улетучивается. Поэтому мне плохо, Руперт, мой дух борется с моей же волей.

- Отбой тревоги, я вернулся, жив и здоров, - доложил он, протягивая руку. - Давай сюда рапорт, отнесу его в штаб. Надо еще подумать, что делать с этими апачи завтра. - Тяжко вздохнув, юноша забрал исписанный лист. - Прогуляемся?   - Отчего бы не прогуляться, - задумчиво произнес Эндрю возвращая рапорт Руперту. - Пойдем пройдемся. Судя по всему, нам придется поддержать Зобека, потому что лучшего плана у нас нет? - Поинтересовался преподобный.

ну значит ничего не пробивает, походит без руки.

Бросок на страсть (1 из 3) порог 3  

Эндрю тем временем провел время в мучительных размышлениях и в итоге решил не терзаться бесплодными мыслями, а обратиться напрямую к Богу с молитвой:   "Господь всемогущий и всеблагий, подскажи мне путь и освети дорогу мою: должно ли мне стать щитом для слабых и гонимых и принять венец мученический, или же надлежит затаиться и закрывать глаза на зло малое, ради предотвращения зла великого? Пошли мне знак и не введи меня во искушение."   После чего, рассудив что лучший знак это тот, который сам священник организовал, Эндрю попробовал обратиться к Казарону и исцелить утраченную руку - как ни заманчив был ореол мученика, превращать себя в обузу для товарищей не хотелось.   Однако веры было недостаточно, или знак был совсем другим - у преподобного ничего не получилось.

Эндрю тратит одну веру и добавляет значение оккультизма к следующему броску на исцеление руки(бонус+5)  

- Постараюсь не уходить слишком далеко, но если через час не вернусь, - отнеси это в штаб и... действуйте по обстоятельствам, в общем. - Юноша задумчиво всмотрелся в темный горизонт за пределами лагеря. - Судя по словам вампирши, убивать меня ей незачем, но с этими никогда не угадаешь наверняка. Позаботьтесь о Ренэйт. - Молодой барон улыбнулся и ободряюще хлопнул Эндрю по плечу неповрежденной руки. Он надеялся, что его опасения окажутся излишними. - Попробую отыскать этого аластора и поговорить. Преследовать общие цели можно и без того, чтобы терпеть личное присутствие рядом, знаешь ли. А информация нам нужна просто катастрофически.   - Хорошо, Руперт, удачи тебе. - Эндрю зажал рапорт под между культей и поясом и перекрестил барона левой рукой. - Я буду молиться недалеко от нашего дома, дабы Господь указал нам путь.

Но ради вас, моих друзей, я готова идти против того, что считаю правильным. Готова на сделки со светлыми созданиями, готова помогать кому попало, готова мешать разрушителям. Мы уже, между прочим, двум Престолам помогли! А если вдруг меня прямо тянет что-то наворотить, то я хотя бы остальными вами стараюсь не рисковать понапрасну. Шумно фыркнув, Лили сложила руки на груди и демонстративно повернула голову в сторону.   - Нас было трое магов, против одного вампира. - Вздохнул Эндрю. - Как по мне риском было позволять ей трогать Ренэйт и заключать сделки с существом не способным обуздать собственный голод. Я рассчитывал, что мы дружно ее развоплотим. Но если считать смертельной опасностью для нас любого мимопроходящего кровососа, то наверно надо завязывать с приключениями и прекратить подвергать нас риску. В последнее время мы только и делаем что связываемся с могущественными существами уровня архимага или престола, как будто без нас они не обойдутся. - Волкер еще раз вздохнул и надулся. - Все же, ты права, Лили. Я должен был сдержаться и не подвергать никого риску, все равно из моей выходки ничего хорошего не получилось. Просто если я буду ходить молча, вера покинет меня и я стану совсем бесполезным.

— На! — с огромным трудом сдерживаясь, чтобы не выплеснуть всю злость, она всучила оружие ему в руку и направила её себе на голову, стальной хваткой сжимая и не давая отвести. — Убей меня. Или для друзей-чудовищ исключения делать будешь? Сколько я уже лишила жизни? А скольких лишу за свою жизнь?   - Да! - Воскликнул Эндрю, - Ты, ты вообще слышала меня? - Произнес священник оставив револьвер у головы девушки. - Я знаю, что жизнь среди людей дается тебе не просто, я знаю, что тебе надо убивать время от времени, я пытаюсь возместить ту боль, что ты приносишь в мир, но ты действительно не видишь разницы? - Эндрю убрал револьвер в кобуру и вздохнул. - Ты убиваешь потому что должна, ты можешь выбирать жизни злодеев, ты не делаешь это демонстративно и способна скрывать, то есть у тебя есть понимание, что спутники такое поведение не одобрят. А эта тварь  этим хвастается. Все равно, что джентльмен пришел бы знакомиться и прилюдно испражнился бы в вазу. - Попробовал объяснить он. - Я знаю что ты добра, Лили. Я знаю, что ты не виновата в том, какую роль тебе приходится играть, я знаю, что иногда ты убиваешь людей. Но ты же не убиваешь друзей, это уже отличает тебя от той твари. - Волкер тяжело выдохнул и осунулся. - Твои грехи я готов замолить, Лили. Но не свои. Дело не в вампирше ,дело в моей реакции на них. - Преподобный покачал головой и безнадежно продолжил. - Если ты убиваешь, ты делаешь это ради Мастера, ради выживания или ради нас. Ты делаешь это потому что не видела нормальной жизни, и в этом есть моя вина. Тварь сделала это ради того, чтобы представиться - эдакий подростковый нигилизм, кого хочу, того сосу,  Но она же не подросток, она прожила многократно больше.   Пока я жива, любые люди будут находиться под угрозой. Так избавь мир от этого чудовища! — рявкнула она, задрожав ещё сильней, но с места не двигаясь.   - Не так давно, ты сказала то, что было у тебя на душе, Лили. - Серьезно произнес Эндрю. - Ты признала что не убьешь друзей даже по требованию. Почему ты считаешь меня не способным на подобное?- Волкер поглядел в глаза девушки. - Я не стану убивать тебя, Лили, даже если ты на моих глазах начнешь жрать младенцев или убивать меня. Да, я буду страдать и пытаться замолить эти грехи, но не стану препятствовать тебе. И если ты доверяешь моему суждению - ты не чудовище, ты жертва, Лили. - Выдохнул Волкер.

- Значит, вампир учел возможные способы выживания. Я понимаю твои душевные метания, Эндрю - мне и самому подобное не по душе, но зачем так то? Ты церковник или нет, в конце концов? Даже великий Торквемада, уж на что был фанатиком - даже он понимал важность допросов. Прежде чем убивать или пытаться убить, следует получить информацию. А теперь мы имеем еще какую-то заинтересованную сторону, и в то же время не знаем ни черта! - Немец мотнул головой и сделал глубокий вдох. - Я не виню тебя в твоем порыве, друг, хотя о нем мы еще поговорим. Но это очень важный момент - с этой вампиршей. А мы тычемся словно слепые котята. В каком направлении она ушла?   - А как так-то?! - Эндрю вскочил и принялся прохаживаться по комнате. - Как?! - Воскликнул он снова. - Я опять промолчу, вы опять заключите сделку с адским чудовищем, я приму обоснованность вашей сделки и буду способствовать пожиранию людей! - Волкера передернуло и его лицо исказилось от ненависти. - Но ведь ни вы не виноваты, ни я не виноват. Всему есть объяснение, только людей жрут твари! - Волкер махнул культей так что рукав рассек воздух. - Но мы уже привыкли, жрут и жрут, приятного аппетита, мы же веееежливые. - Протянул он. - я бы убил этого Торквемаду, за его двуличность, я бы убил всех пожирателей людей, из тех что кичаться этим, я бы простил техх, кто страдает от пожирания, но я слишком слаб и ничтожен чтобы прощать и  и убивать. Поэтому я буду бить тварей там где их встречу и если Бог не дарует мне победы, я готов умереть. Лучше так, чем превратиться в пособника тварей и их кормильца.. - Эндрю стукнул костью культи о стол и скривился от вспышки боли. - Лучше так! - Произнес он упрямо и убежденно.

- Я бы тебя поссселовала, но не ты мой враг, - приблизив лицо к магу, прошептала вампирша. Запах земли и гноя из её щербатого рта добавил к чувству ужаса почти неодолимую тошноту. - Шшшаль, шшшто мы не мошшшем быть полесссны друг другу. Она сссокрушшшит вашшш расссум, расссобьёт на осссколки. Вы бесссащщщитны. Прямо как сссейчассс   - Она сказала что выпила бы меня, но раз я не враг то ей не положено. - Вспомнил Эндрю. - От нее несло землей и гноем, она разлагалась, она добавила что наш общий враг нагонит на нас ужас, так же как она. - Припомнил Эндрю. - Короче изобразила огорчение от моих манер и намекнула на свою полезность. То есть без нас она облажается, если по человечески.0