Дорога страха страшной совсем не выглядела. Просто тропа, разве что лес стал темнее, среди лиственных деревьев все чаще попадались хвойные. Пролетев с полкилометра до поворота направо, и не обнаружив ничего, привлекающего внимание, сова поднялась вверх, над лесом, как только темно-зеленый шатер над головой расступился в стороны. Успевая отметить, как из переплетения ветвей "выстрелили" в ее сторону две гибких, черных лозы. Но сова уже взмыла над лесом, и плети опали, схватив лишь воздух.
Сверху лес казался безбрежным зеленым океаном - возможно, именно его они видели с обрыва?
Болото выделялось прогалинами, в которых виднелась вода, более низкими и редкими деревьями, с темно-зеленой, почти черной листвой. Тропа бежала между кочек, увенчанных осокой, отмеченная в нескольких местах вехами-палками, их стало видно, как только сова спустилась к верхушкам деревьев. Затхлый, стоячий воздух бил в ноздри запахами гнили и водорослей, вызывая в памяти слова исчезнувшего Курта о том, что им следует избегать болот. Туман скрадывал расстояние, не позволяя определить, как далеко раскинулось болото. Сова уже повернула назад... Показалось, или внизу, на островке, она увидела ребенка? Светловолосого мальчика, лет шести...
Птица спустилась ниже, но на островке уже никого не было. А из воды навстречу рванулись черные щупальца, схватившие сову поперек туловища. Еще немного - и они утащат ее вглубь, под воду.
Но мощный клюв и острые когти даны хищнице не просто так - и вот уже разорванное щупальце падает в темную воду, а чуть помятая сова взлетает над низкорослыми деревьями, торопясь вернуться к оставленным ею спутникам.