Загородная прогулка
За неделю погода переменилась. Несмотря на характерные для середины февраля легкие заморозки, снег и ветер сменились звонкой капелью, воздух наполнился птичьим щебетом, а в небе скромно, словно проснувшись после долгого сна, сияло солнышко. Во всяком случае, так обстояло дело за городом, где небо не укрывал плотный слой смога из лондонских печных труб. Собственно, именно из-за этой чудной погоды Руперт променял игры в снежки и прогулки по городу на укрытые дымкой воды тихого озера.
Арендованная лодка рассекала водную гладь, повинуясь мерным толчкам; молодой аристократ греб уже больше четверти часа, и ставшее ненужным пальто лежало на деревянной скамье - было и без того жарко. Впрочем, Летике как даме пришлось обходиться без разогрева.
- Ты как? - Снова очередной взмах весел. - Не замерзла? - И еще один. - Я прихватил горячий глинтвейн и чай.
Продолжая грести, он кивнул на лежащую рядом с пальто сумку - ту самую, с которой был в Африке. Джим по-своему воспринял слова "он знает, что с ними делать", и вместо того, чтобы просто отвезти его вещи домой, зачем-то сохранил их у себя. Попытки осторожно извлечь удобоваримые объяснения из его разума с треском провалились, выдав какую-то невнятную мешанину из растерянности, желания сохранить память и надежды на возвращение. Впрочем, Руперту было грех жаловаться: помимо предметов первой необходимости вроде зубной щетки и порошка там обнаружилось несколько долговых расписок, и юноша смог возвратить себе некоторые старые долги, и таким образом более-менее протянуть до того времени, когда придут вести из дома.
Чувствовать себя женщиной, красивой, нужной. Леди. Не магом смерти, не другом или сестрой, хотя в последнем понятии тоже была своя нежность, недоступная ранее. Смотреть в глаза цвета расплавленного янтаря, и видеть в них нежность, тепло и что-то еще, заставляющее кровь быстрее бежать по венам. Гулять, совершенно по-детски играть в снежки, чувствовать на губах вкус его поцелуев... наверное, все происходило слишком быстро, но Летика уже и не хотела иного. Не позволив чувствам оформиться, она жалела о неслучившемся два года. В чем-то Адриан был прав - и она последует его совету. И больше не отпустит того, кто дорог сердцу.
По краям озера дымкой стелился туман, воздух совершенно по весеннему пах мокрой землей и прелыми листьями. Здесь, вдали от шумного, суетливого Лондона было хорошо и спокойно.
- Все прекрасно, - перчатки давно уже лежали в кармане, Летика улыбнулась, опустила в холодную темную воду ладонь, плеснула вдоль борта, - Я вообще редко мерзну, - подняв ладонь, она легко брызнула водой в Руперта, - Но от глинтвейна не откажусь. Люблю этот напиток. - серо-голубые глаза блеснули весельем, - Надеюсь, еды ты тоже захватил, и нам не грозит голодная смерть в этом лесу. - магесса с преувеличенным интересом окинула подступающую к озеру зеленую стену взглядом, - Предупреждаю сразу - охотиться я не умею, пожар в лесу нам ни к чему, да и обугленное мясо вряд ли съедобно.
Руперт прыснул и сбился с темпа, но тут же его выровнял. Выгреб чуть к берегу, под укрытие вековых ив, убрал весла и полез в сумку, где оставалось давешнее карманное убежище, в котором так успешно размещались во время путешествия тяжелые вещи.
- Там внутри есть еще и палатка, - насмешливо приподнял он бровь. Сосредоточившись, немного повозился с дырой в измерениях и выудил запечатанную глиняную бутыль с глинтвейном - теплая емкость приятно обогрела руки. - Сейчас все достану, погоди немного.
К бутыли присоединилась пара походных кружек, стопочка чистых салфеток и штук шесть горячих сэндвичей с ветчиной и сыром, завернутых в вощеную бумагу. Расставив все на деревянной лавке, Руперт перегнулся через борт лодки, чтобы ополоснуть в озере руки. В такие моменты, как сейчас, когда они с Летикой были вдвоем, он порой забывал и о планах, и о грядущей поездке домой (весьма ответственной, надо заметить) - словно все на свете переставало существовать, остановившись в одном долгом мгновении. Молодому мужчине все еще было трудно поверить, что счастье, о котором он раньше даже не смел мечтать, доступно здесь и сейчас и происходит с ним. Он словно пребывал в каком-то безмятежном сне, от которого не хотелось проснуться. От которого он боялся проснуться. Отряхнув чистые руки, он обернулся к Летике и принялся откупоривать бутыль с глинтвейном.
- Палатка - это хорошо, - весело отозвалась Летика, - Но пока ни к чему. Разве что сделаем из лодки плавучий домик? - да, у нее было хорошее настроение, и девушка этого не скрывала, радуясь прекрасной погоде и не менее прекрасной компании. Проследив, как появляются на деревянной скамейке между ними кружки, сэндвичи (скорее всего горячие, Руперт был очень внимателен к мелочам) и кувшин с глинтвейном, магесса улыбнулась, поднимая кружку и протягивая ее вперед, наблюдая, как льется из кувшина карминовая, парящая струя, наполняя сосуд источающим изумительный аромат напитком.
Сделав глоток, потом еще один, Летика потянулась за сэндвичем. Да, он действительно оказался горячим, и на воздухе был особенно вкусным. Улыбнувшись Руперту, Летика отвела взгляд, рассматривая озеро, и клочки тумана над темной водой. Раньше она никогда не отличалась нерешительностью... прожевав последний кусочек сэдвича, Летика бездумно смяла бумагу в руке. А потом вдруг резко бросила в центр озера - и клочок пергамента вспыхнул маленьким факелом, секундой позже комочком пепла растворяясь в воде. Хватит держать все в себе.
- Руперт, - серо-голубые глаза взглянули в янтарные, - С момента твоего возвращения я все хочу спросить... что у тебя с Лили? После твоих откровений я отбросила мысль об удовольствиях плоти. Но столько эмоций... привязанности не появляются сами по себе. - чуть грустная улыбка тронула губы, - Я не ревную, нет. Просто хочу знать. Но если ты не захочешь говорить, я пойму.
Руперт едва не поперхнулся сэндвичем - столь врасплох застал его вопрос Летики. Весь его мир, сузившийся до размеров лодки, в которой они сидели вдвоем и перекусывали на свежем воздухе, вдруг оказался потревожен напоминанием извне.
- С Лили? - Что значит "если не захочешь говорить"? Разве он не сказал, что у него больше нет никаких секретов? С другой стороны, дать какой-то однозначный ответ на этот вопрос оказалось не так-то просто для него самого. - Хм. Мы друзья. Настоящие друзья, а не просто приятели, которые видятся с тобой пару раз в неделю в знакомом клубе. Такие друзья, которым не безразлично, что происходит с другим, и которые всегда готовы протянуть другу руку помощи. - Все еще держа в руке забытый недоеденный сэндвич, юноша заинтересованно посмотрел на магессу, слегка склонив голову набок. Янтарные глаза полыхали привычным теплым багрянцем, как всегда бывало, когда он испытывал приязнь или другие теплые эмоции, однако в них проскальзывало легкое беспокойство. - Погоди, наверное, я что-то упускаю. О каких откровениях речь? Я не против обо всем рассказать, и не только об этом - обо всем, о чем спросишь. Но я не совсем понимаю, что именно тебя смущает в данной ситуации.
Наверное, это будет познавательно - взглянуть на вещи глазами Летики. Руперта всегда завораживали новые грани, которые один человек, один взгляд мог легко пропустить. Взять те же мысли об удовольствиях плоти... Ах, черт! Дошло. Как до жирафа.
- Подожди, ты имеешь ввиду то, что я был... Неправильным? - переспросил юноша, развивая про себя мысль дальше. - Но ты зря отбросила, у нас была близость. Просто не совсем так, как к этому привыкли обычные люди. Скажем так, - юноша заметно смутился, - она была полностью обнаженной, а мне даже не нужно было снимать штаны. Ну и потом еще пару раз было. Уже после моего возвращения. - Руперт объяснял медленно и спокойно, наблюдая за реакцией девушки, чтобы понять, не причиняет ли ей боль. - Думаю, между нами вполне сформировалось то, что можно назвать привязанностью, но это совсем не те чувства, которые испытываешь к женщине, с которой хочешь прожить до гробовой доски и растить общих детей. Это все-таки ближе к дружбе, просто с более разнообразным досугом, если можно так выразиться. - Обеспокоенный тревожный взгляд не отрывался от лица девушки. - Я... Я ведь не причинил тебе боль?
Изогнувшая губы усмешка была скрыта кружкой с глинтвейном. Значит, Лили знала. Занятно. Глоток ароматного горячего вина с пряностями опалил гортань, согревая изнутри. Кусочек мозаики встал на место, завершая картину.
И после возвращения тоже. Летика задумчиво смотрела вдаль, избегая янтарных глаз. Голубизна не ушла, она еще проглядывала в серой дымке глаз, как чистое небо в прорехи облаков, но уже не была столь явной. Летика пыталась разобраться в себе. Больно? Обидно? Никак?..
- Нет, мне не больно. - наконец отозвалась она, отрицательно качнув головой, возвращая взгляд к Руперту, - Неприятно, немного. - в пару глотков допив глинтвейн, магесса поставила кружку обратно на деревянную лавочку, - Но ты не вещь, у тебя есть собственная воля и свои желания. Я все понимаю и не обижаюсь. Нам просто хорошо вместе. - и она не будет думать о том, что хорошо ему не только с ней. И не скажет, как хочет тепла и объятий. Летика поднялась, аккуратно перешагивая через бортик и спрыгивая на чуть пружинящую, влажную землю, укрытую прошлогодней листвой.
- Пойдем, погуляем немного? - обернувшись, произнесла она.
- Конечно! - Руперт спрыгнул следом и в два счета догнал Летику. Разговор весьма разволновал его, и хотя это не было чем-то прямо-таки неприятным, эмоции требовали выхода. Мягко обхватив магессу за талию, он притянул ее к себе и впился в любимые губы. - Все мои желания сейчас - быть с тобой. - Слегка отстранившись, юноша ласково заправил за ухо волшебницы выбившуюся прядь волос. - А какие желания у тебя?
Поцелуй немного исправил ситуацию, возвращая тепло и улыбку. Она же знала о том, что происходит, чувствовала, почему же теперь, когда ее мысли подтвердились, никак не может понять, что с ней творится?
- Я хочу гулять, - чуть жмурясь, улыбнулась Летика, - А потом мы разведем на берегу костер. - девичья ладонь нашла мужскую, переплетая их пальцы, - И поджарим на нем твои сэндвичи.
- Как прикажет моя дорогая графиня. - Шутливо улыбнувшись, Руперт поцеловал ее тонкую руку и, не отрывая взгляда от серо-голубых глаз, опустил руки вниз. Пальцы переплелись - почему-то ему было приятнее гулять вот так, держась за руки, а не подставив локоть, словно на официальном приеме. Летика и правда была особенной.
- Графиня. - фыркнула Летика, подцепляя носком сапожка разлапистый пожухлый лист и подбрасывая его в воздух, - Скажешь тоже. Если мой отец и был аристократом, то явно не в этой жизни. Он торговал тканями. - в задумчивых глазах не промелькнуло ни тени печали, - До тех пор, пока его главный склад не сгорел. Вместо поисков выхода он покончил с собой. - холодная усмешка скользнула по губам, и Летика вдруг подняла свободную ладонь, в пару движений вытаскивая из пучка шпильки и встряхивая головой, позволяя волосам рассыпаться по плечам. - Извини. - подавшись к Руперту она мягко коснулась его губ своими, - Я больше не буду портить тебе настроение.
Руперт прижал палец к губам девушки и мягко покачал головой, отсекая ее извинения. Янтарные глаза были полны нежности, а на лице блуждала загадочная улыбка.
- Malo mori quam foedari. Лучше умру, чем запятнаю себя. - Молодой аристократ продолжил прогулку за руку с Летикой. - Знала бы ты, сколько отцов и братьев из знатных семейств покончило с собой из-за меньшего. Правда, редко случалось так, чтобы оставляли вдову и детей одних - обычно о них было кому позаботиться из других родственников. Я не был в шкуре твоего отца, поэтому не могу ничего сказать по поводу его решения, но твоей вины нет в том, что он оставил тебя без будущего. И в то же время, - Руперт искоса с хитрой улыбкой посмотрел на волшебницу, - теперь ты достаточно взрослая, чтобы сама создать будущее для себя, не обременяя себя хвостом из прошлых долгов и цепей. В этом есть своя привлекательность, не находишь?
Достаточно взрослая. Летика весело улыбнулась данному утверждению, блеснули лукавыми искорками серо-голубые глаза.
- Я рада, что ты считаешь меня привлекательной. - тонкие пальцы чуть сжали мужскую ладонь. - Но я не испытываю вины за смерть родителей. И никогда не испытывала. Эвтанатос не сожалеют о смерти. И не несут за собой долгов чужих жизней. - развернувшись, Летика некоторое время шла спиной вперед, не размыкая их рук, насмешливо глядя в сияющие янтарные глаза, - Я сама отвечала за свое будущее с двенадцати лет. - она резко остановилась, опуская свободную ладонь на грудь едва не впечатавшегося в нее Руперта, взгляд посерьезнел, не теряя голубых проблесков в стальном море, - У меня никогда не было отношений. Никогда не было мужчины. Лили бы, наверное, посмеялась... Никто не знает об этом, но я хочу, чтобы ты - знал.Ты снова будешь первым - и единственным, кто знает обо мне недоступное остальным. Если правда хочешь того, о чем говорят твои глаза.
Руперт накрыл своей ладонью руку девушки у себя на груди. Юноша ничуть не удивился сказанному - он и сам подозревал подобное, но даже если бы у Летики были мужчины до него, он бы не стал любить ее меньше. Обвив другой рукой ее за талию, он притянул магессу к себе.
- Хочу. - Взгляд его был вдумчивым, спокойным и, в то же время, решительным. - Но не так. Я хочу, чтобы все было идеально. Хочу, чтобы наша первая ночь была особенной. Как и ты. - Молодой мужчина тяжело втянул носом воздух. - Будет жаль испортить ее, уступив нетерпению и желанию. Ты подождешь, когда все будет готово? Это очень важно для меня, Летика. Я бы хотел, чтобы мы подождали вместе.
Серо-голубые глаза смотрели в янтарные, позволяя сознанию раствориться в их пылающей глубине. Ей скоро двадцать шесть, она ждала его так долго, что еще несколько месяцев ничего не изменят.
- Я не девочка для постельных утех, - тихо отозвалась Летика, - Конечно, я подожду. Хочу быть уверена - в тебе, в себе, в нас. И тебе в любом случае нужно сперва решить свои семейные дела. - взгляд на долю мгновения блеснул лукавством, - Чтобы нас ничего не отвлекало.
И еще для того, чтобы счастье не стало разочарованием. Возможно, об этом она ему тоже скажет.
- Да, без этого ничего не получится, - согласился Руперт, обрадованный, что нашел в ее лице понимание. - Сначала нужно уладить семейные дела, восстать из мертвых и все такое. А потом найти способ избавиться от этого дурацкого запрета на выезд в другую страну. - Юноша тихонько вздохнул, сокрушаясь об очередном препятствии на его пути к счастью. - Я буду над этим работать. - Он снова поцеловал Летику и улыбнулся. - Ладно, пойдем еще немного пройдемся, пока нас тут не продуло.
- Идем, - согласно кивнула Летика, вновь завладевая теплой мужской ладонью и увлекая Руперта в лиственную чащу. Просто гулять, вот так, взявшись за руки - в этом тоже было счастье. Некоторое время спустя они вернулись к озеру. Летика остановилась в паре шагов от воды, с улыбкой бесцеремонно привлекая Руперта к себе и он обнял ее со спины, окутывая теплом заботы. Кусочек тумана на противоположном берегу напоминал маленького зверька.
- Руперт, а как создаются гербы? - озвучила она вдруг пришедший в голову вопрос. - Почему у тебя именно горностай? - не размыкая его объятий, Летика развернулась к парню лицом, с любопытством ребенка глядя в почти кошачьи глаза, - И именно белый?
Обнимая свою избранницу, Руперт любовался видом озера, и не сразу ответил на ее вопрос.
- Для этого существует целая наука, Летика. Геральдика называется. Там обширный свод всяких правил, начиная от цвета, размещения, положения и заканчивая остальными нюансами. Но в общем и целом все завязано на символизме. Горностай считается символом чистоты, поскольку сам зверек настолько чистоплотен, что предпочтет сдаться охотнику, чем запачкаться. В человеческом применении коротко идею можно выразить как "лучше смерть, чем позор". Мило, не правда ли? - Немец грустно усмехнулся. - Если что, герб не я придумал. Его корни растут еще из тех времен, когда рыцари отправлялись в крестовые походы, дабы сражаться за Престол Господень и нести еретикам божью волю. Мои славные предки высоко ценили честь, знаешь ли.
- Да, это заметно. - с легкой усмешкой Летика качнула головой, прижалась к мужской груди, мягко поцеловала теплые губы, - Смерть - самый простой и легкий выход из любой ситуации. Если не думать о тех, кто остается. Я привыкла отпускать уходящих... Но не хочу отпускать тебя, Руперт. - одного раза было более чем достаточно. - И, надеюсь, ты несколько раз подумаешь, если вновь захочешь меня оставить во имя какого-нибудь высшего блага.
- Ты бы еще добавила "выбирай: или я, или он", - насмешливо фыркнул Руперт, приподняв пальцем ее подбородок и глядя в глаза. - Не волнуйся: я слишком ценю эту новую полноценную жизнь, чтобы просто так ею разбрасываться. А что до фамильной чести, то сейчас мне нечего стыдиться, и достаточно просто ее не пятнать. - Руперт мягко поцеловал ее губы. - Мы должны жить, Летика. Ты, я, Эндрю, Лили, Линда с Нейтаном - все. И получить свободу. Ты ведь не слишком привязана к Англии?
Нет, она бы спросила, кто "он". Долг? Или нечто подобное.
Но Летика не стала задаваться столь бессмысленными вопросами.
- Нет, в Англии меня ничего не держит. - улыбнулась она, отзываясь на поцелуй и не отказывая себе в удовольствии погладить щеку Руперта ладонью, - Пожалуй, я все еще хочу побывать в Индии, но теперь уже не сильно желаю остаться там жить. - в глубине посветлевших до чистого неба глаз на миг проявилась нежность, - Германия сейчас привлекает меня гораздо сильнее.
Немец просиял, услышав эти слова. Издав короткий счастливый смешок, он обнял Летику еще крепче.
- Для начала нам бы найти возможность свободно покинуть страну, но кроме этого запрета о невыезде ничто не мешает путешествовать куда хочется. Хоть побывать во всех уголках мира. Так что... Почему бы и нет?
Да, им пока еще многое предстояло сделать. И если честно, не было никаких гарантий, что все получится. Но Руперт уже не боялся мечтать. И в этих мечтах была Летика.
Руперт вдруг вспомнил, как впервые задумался о ней как о женщине. Этот момент словно отпечатался в его памяти, и теперь всплыл так, как будто это было вчера. "Я вам нравлюсь, Руперт?" Он с интересом посмотрел на волшебницу.
- Послушай, я давно хотел у тебя спросить... Помнишь, как вы впервые пришли ко мне в дом, и мы сидели, обсуждали предстоящую поездку в Африку? Ты тогда спросила, нравишься ли мне. Зачем? Почему? Сколько прошло с тех пор времени, а я все еще не понимаю, к чему тогда был этот вопрос. - Слегка склонив голову набок, юноша ожидал ответа, сам не зная, что он хочет услышать.
Качнув головой, Летика тихо рассмеялась, вновь разворачиваясь к Руперту спиной, прижимаясь к груди, откидывая голову ему плечо.
- Мне было интересно. - ответила она. - На меня так раньше никто не смотрел.Ты не раздевал меня взглядом, несмотря на явно мужской интерес, в тебе не было ни капли похоти. А еще, - подняв руки, магесса запустила ладони в короткие соломенные пряди, пропуская их сквозь пальцы, - Ты так мило смущался, я просто не могла удержаться.
- Ох... - только и смог выдохнуть Руперт. Мило смущался. Знала бы она, в какую панику повергла тогда вопросом! - Я с самого начала запретил себе даже думать о чем-то таком. С определенного возраста. Понимал, что мне все равно ничего не светит. Разве что только читать вместе учебники по ночам, - улыбнулся он старой шутке. Как же все-таки хорошо, что это больше не актуально. Он словно только сейчас начал жить. И хорошо, что рядом с ним была Летика.
