Alice von Bertruher

  Анвил   Получив смутные, но все же любопытные сведения от мертвеца, Сильвариил отправил его обратно в небытие. Сеанс длился не больше минуты. В целом некромант управился чуть большим десяти минут, а потому, вырвав Эразмо из приятных фантазий и мечтаний, почти за шиворот вытащил его из часовни, дав понять, что у них еще много дел, чтобы в пустую тратить время на каких-то там жриц, одна из которых старая карга с обвисшими сиськами, другая дурная собой и вся конопатая, а у третьей губы до безобразия толстые как у жабы. Да и вообще люди существа некрасивые и неуклюжие. За исключением, думал Сильвариил, Эстель, конечно, но она больше не человек, и только перешагнув смерть, она стала по настоящему прекрасной.     Поправив одеяние маленького эльфа, чтобы тот не выглядел как охламон, альтмер, наконец, объяснил что к чему.   - Да, мне удалось увидеть убийцу. Гуманоид - зверолюдов можем сразу отбросить, хвоста нет. Как и было заявлено ранее, в ординаторской маске. Сам облачен в темный кожаный костюм, а вооружен чем-то вроде сабли, но короче. Однако, самое важное: Седрик, который убитый, изловчился ранить убийцу в левую руку. Рана глубокая и серьезная, а это означает, что Ординатору даже с применением лечебных элексиров на восстановление поврежденной плоти потребуется не меньше недели. Руку он бережет, на это стоит обратить внимание. Было еще кое-что, точнее, кое-кто - нордка, видимо, подружка Седрика. Я хоть лица ее не разглядел, но стоит ее разыскать, может быть, она видела что-то еще подозрительное уже после смерти своего незадачливого кавалера.

 Анвил. Часовня Дибеллы   Оставив Эразмо наедине с жрицами, Сильвариил удалился в крипту, где и покоилось искомое тело, предварительно сообщив, чтобы ему не мешали, а также выпросил семь свечей, ибо ему нужно достаточно света для работы. С охапкой свеч, он поспешил затворить железные двери крипты, оставшись в полутемном помещении один. Мертвец лежал накрытый саваном на каменном столе в окружении лилий, - уж жрицы постарались. Расставив свечи вокруг тела особым образом, Сильвариил зажег их, а затем откинул плащаницу с головы покойного. Мертвенная бледность по своему украсила еще молодое лицо бретонца.   Прежде чем приступить непосредственно к ритуалу, некромант действительно осмотрел мертвеца, но не обнаружил предельно подозрительных следов или отметин, кроме тех, что описал капитан: багровый след на шее от петли, множественные резанные на теле и пара колотых. Затем он стянул перчатки и приступил к черному заклятью. Кинжалом с золотой рукояткой он проколол себе левую ладонь, чтобы затем своей кровью на кончике лезвия начертить на лбу покойного особый некромантовский знак. Потом еще пару таких знаков он прочертил в воздухе над головой и грудью мертвеца, повторяя зловещее заклинание. А затем он встал пред мертвым и, вскинув руки, промолвил, взирая в ту часть крипты, которая пребывала в темноте:   - Седрик Страуд, Седрик Страуд, властью дарованной мне, Сильвариилу Рейк-Андулу, знаками начертанными мной, приказываю явиться пред моим взором. Повинуйся, Седрик Страуд! Повинуйся моим словам. Н'агхог! Азок! Наттон! Сила моя опутывает тебя, сковывает тебя, притягивает тебя.     Постепенно заклинание стало монотонным и зазвучало как стрекот цикады.     Огонь на свечах тут заколебался как при внезапном сквозняке, хотя никакого сквозняка не было, и совсем погас. А в дальнем темном углу крипты тени сгущались, образовывая призрачный силуэт человека, чертами похожего на покойника. Тот скрючился и принялся рвать на себе призрачную плоть, будто испытывал ужасную муку.   - Покажи мне своего убийцу.

Внешний осмотр не дал важных улик, а кроме тех, которые стража обнаружила, но ритуал дал свои плоды

Как два кубика бросить? Потом объясню зачем

  Анвил   Прежде чем немедля торопиться в часовню Дибеллы, где, как стало известно со слов капитана Лекса, находится в ожидании погребения тело убитого таинственным маньяком Седрика Страуда, Сильвариил и Эразмо, Эстель покинула их сразу же, направились на рынок, с целью маленькому эльфу неизвестной, ибо высокий не спешил его просветить. Рыба, которую тут торговали на каждом углу, некроманта не интересовала, как и горшки, посуда, всякие побрякушки, инструменты и рыболовные снасти. Еще по утру он заприметил маленький прилавочек, где симпатичная кареглазая редгардка торговала красивыми цветами, перед которым крутились как благородные матроны, так и молоденькие девушки с кавалерами. Сильвариил был тут не единственный альтмер. Среди покупательниц была статная красавица двух метров ростом с золотыми пышными локонами, которую редгардка называла "Лориэлл". Оказывается, Лориэлл местный скульптор, проживающая неподалеку от "Графского кубка". Когда-то проживала в Кватче, пока город не разрушили орды даэдра, но ее вместе с сыном Авэлином спас какой-то наемник и даже оказал финансовую помощь.   Здесь Сильвариил купил букет лилий - символ богини красоты, и всучил его Эразмо, дав понять, что это подарок жрицам Дибеллы. Следует продемонстрировать всю свою доброжелательность и вежливость. Остальное дело за босмером. По большей степени богине служат девушки и женщины, редко мужчины, но чаще красивые мальчики. Ибо Дибелла покровительница женщин, а также художников, поэтов и прочих творцов, кто в своем творчестве превозносит красоту и гармонию. Имперский культ отмечается определенной скромностью и воспитанностью, но существуют отдельно взятые культы Дибеллы, в центре чего стоит секс и эротика. Возлечь с жрицей одного из таких культов все равно что причаститься. Жрицы Анвильской часовни, конечно, придерживаются имперского воспитания, но Эразмо достаточно смазлив, чтобы втереться к ним в доверие.    В зале ярко освещенной часовни, где в 3Э 433 года пролилась кровь невинно убиенных предыдущих служительниц культа, и где на грязном оскверненном полу убийцы оставили ужасающее послание: "As oiobala Umarile, Ehlnada racuvar", эльфов встретила настоятельница, милая дама с красивой родинкой над губой и две хорошенькие послушницы: одна рыженькая с веснушками, вторая большеглазая с пухлыми губками. Псевдодозорные представились, обменялись со жрицами любезностями, цветы, разумеется, были розданы женщинам, а затем Сильвариил сообщил цель своего визита:   - Как нам стало известно, в часовню поступило тело Седрика Страуда, убитого на днях неизвестным убийцей, делом которого Дозор, как вы, должно быть, понимаете, дамы, незамедлительно занялся, покуда стражи правопорядка бездействуют. Нам было поручено осмотреть убитого на возможные улики и внести в протокол. В прошлом я служил при часовне Аркея и осмотр мертвых было моей обязанностью. 

- Я пойду с тобой, - вызвался маленький босмер.     Сильвариил кивнул, хотя ему приятна была бы исключительно компания с очаровательной вампирессой, но конкретно в этой ситуации пригодится и эльф. Затем снова подошли к капитану.   - А вы не могли бы назвать полное имя убитого "брата аристократа"? Это необходимо для...отчета.   [SnowK, собственно такой видится мне ситуация. Если Сильвариил успешно совершит ритуал и свяжется с убитым, поэтому-то ему и нужно его имя, то либо мертвый сам расскажет что помнит в день убийства, либо он не ответит буквально, но покажет Сильвариилу последние минуты своей жизни перед убийством, но тогда необходим облик замаскированного убийцы]

  Сильвариил отвел товарищей в сторону и шепнул:   - Я возьмусь за тело, а вы расспросите следующую цель, кузнеца то есть. Однако же, наверное, один из вас мне пригодится. Мне нужно совершить ритуал, чтобы связаться с мертвым, а лишние глаза в лице жрецов Дибеллы мне ни к чему. Я был бы признателен, если один из вас отвлечет этих святош. Для ритуала мне понадобятся свечи, черная курица и кровь молодой девушки, разумеется, девственницы. И это, конечно же, шутка. Нужны только свечи.

Но я бы, на вашем месте, сосредоточился на поисках того, кто надругался над Скалозубом - иначе Ординатор ОПЯТЬ сделает всю работу за нас.    - О, это все проделки проклятых некромантов. Наверняка, бедняга Скалозуб был отмечен каким-то нечестивым заклятием или проклятием, которое и изничтожило его изнутри, - посетовал Сильвариил. - А вот скажите, капитан, ваши люди осматривали тела убитых? Случайно, не обнаружили каких-либо подозрительных следов? Где они сейчас находятся, в часовне Дибеллы? Я в прошлом служил при храме Аркея, оказывал необходимый уход за покойными перед погребением, так что выявление любых подозрительных следов, отметин или пятен на теле моя непосредственная обязанность, ибо я сомневаюсь, что ваши люди в этом разбираются, да и жрецы Дибеллы мало понимают в подобном.

Ну дык мой последний пост и изменен, ибо изначально неправильно мной написан.

  Прежде чем идти на собрание, Сильвариил приобрел небольшой набор необходимых зелий: снадобье силы, на тот случай, если болезненная усталость застанет его в самый неподходящий момент, пара фиалов магического субстрата, а также пузырек лечебного настоя. На собрании он хранил полную безмятежность и безразличие, либо это было показное притворство. Однако, выслушав предположения о маньяке и его жертвах, Сильвариил все же высказал свое предложение:   - Меня прежде всего интересует, как давно произошло последнее убийство? Быть может, еще не поздно допросить саму жертву этого маньяка? Не смотрите на меня так, я слышу мертвых, а потому могу воззвать к их духу. Возможно, это даст хоть какие-то улики. Я, так полагаю, следствие еще ведется, а значит, тела убитых еще не захоронили. Где они, интересно, находятся? Давайте навестим этого...как бишь его?..Иеронима Лекса да расспросим подробнее.

Я только с завтрашнего дня могу нормально отвечать.

А что у нас с Валерикой? Что-то Рейни куда-то пропала. И, Кайра, таки будешь описывать чего на рынке?

  По утру Сильвариил, отдохнувший, но недостаточно набравшийся сил, ибо для того ему был необходим контакт с мертвым телом или душой, либо эманацией смерти, позавтракал блюдом из водорослей, рыбы и крабьего мяса и решил таки погулять по городу да сплетни послушать. А убитого Скалозуба, похоже, еще не обнаружили. Однако, скорее всего, старый Вилбур сегодня же вечером заподозрит, что орк целые сутки не показывается из своего номера, да и сам пойдет проверить и обнаружит гору праха на простынях. Вот тогда люди и начнут шушукаться.     Здесь в Анвиле проживала одна дама по имени Туллия, у которой могли бы быть свои личные счеты к Сильвариилу, если бы ей было известно его имя, ибо некромант стал убийцей ее любимого брата Трималгиона Мариуса. Сильвариил совершил множество убийств, не испытывая при этом ни малейшего угрызения совести, однако большинство из них несли вынужденную или ритуальную необходимость. В отношении же Трималгиона убийство строилось на его личном отвращении к этому человеку. Молодой человек был грязным садомитом, мужеложцем, чего воспитанный в консервативных традициях альтмер не понимал и резко осуждал. Прознав, что такой извращенец объявился в Чейдинхоле, когда начинающий некромант еще только осваивал черную магию, работая смотрителем кладбища, Сильвариил ночью подкараулил и зарезал сластолюбца. Для Туллии Мариус это было настоящим горем, и, обращаясь к богам, она проклинала неизвестного ей убийцу, не подозревая, что тот и так уже проклят. И вот сегодня она столкнулась с ним на улице, направляясь на рынок, и едва не задела своим плечом. Но ни тот, ни другая не знали друг друга и только разошлись по своим делам, хотя колючий холодок пробежал по спине женщины, отчего она ускорила шаг, чтобы быть подальше от странного пугающего человека. А Сильвариил даже не обратил на нее никакого внимания.

 

  При всей своей сдержанности Сильвариил все же решил избежать мучительной пытки дикими воплями инфантильной эльфийки, которой он когда-нибудь рот забьет грязью или илом или вообще зашьет, а потому предпочел найти место куда более спокойное. Хотя до того, как исчадие Шеогарата начало издеваться над когда-то замечательным музыкальным инструментом и разявило рот для кощунственного гнусного исторжения из своего нутра какофонии наотвратительнейших звуков и слов, некромант успел утолить голод хорошо приготовленным блюдом из морепродуктов, чего в Анвиле было достаточно. Такая еда напомнила о детстве. Сильвариил чаще всего употреблял в пищу фрукты и некоторые овощи, а также водоросли, рыбу и моллюсков.    Гуляя по пристани города и вдыхая соленый морской воздух, Сильвариил вспоминал прежние годы, как точно так же гулял по берегу своей родины, наслаждаясь звуками моря; как скрывался от обиды и унижений в своем особом месте, на отлогом песчаном берегу среди черных мокрых камней, раковин моллюсков и плавника, провожая уходящие вдаль корабли, на одном из которых покинул свой дом, уничтожив собственное прошлое.      Между тем из приоткрытого окна небольшой ночлежки для моряков под названием "Кубрик" он слышал разговор каких-то посетителей. Разговор был, как не трудно догадаться, из разряда морских баек и удивительных историй, однако послушать было интересно. Один рассказывал, а еще какой-то поддакивал, и судя по замечаниям третьего, явление то и правда случилось в Анвиле, в порт города год тому назад прибыл имперский фрегат "Непобедимый", принадлежащий Восточной имперской компании, путешествие которого из Сиродила в Хай Рок и обратно не должно было превысить двух месяцев, однако же корабль пропал на целый год, а затем вдруг объявился на пристани Анвила, но что самое странное - его экипаж бесследно исчез. При этом личные вещи моряков, оружие и груз оказались не тронутыми, но никаких следов, которые могли бы указать на причины исчезновения целого экипажа судна, не обнаружили. Особо суеверные даже прозвали фрегат "кораблем-призраком", ведь судно вернулось же назад по заданному курсу, хотя никто им и не управлял.   Другой же рассказчик, который присоединился к обществу этих трех, после дружного приветствия, поведал уж совсем фантастический рассказ. Четыре месяца назад он работал матросом на рыбацкой шхуне "Златовласая Юлия", названная так в честь дочери капитана, имени которого Сильвариил не запомнил. Улов был чудесный, и корабль таки ломился рыбой до самой кормы. "Юлия" шла прямым курсом в Анвил, а моряки уже откупоривали бутылки, предвкушая горы септимов за столь ценный улов. Будто сами боги благоволили им, и погода была ясная и солнечная. До материка еще было два дня пути, а весь экипаж "Юлии" пребывал в веселом настроении. И тут рассказчик сделал паузу, откашлялся, прочищая горло, и продолжил. Внезапно, хотя ничего не предвещало к беде, налетел шторм. Небо заволокло грозовыми черными тучами, а гигантские волны беспощадно швыряли корабль из стороны в сторону. И вдруг днище шхуны заскребло о твердую поверхность. "Юлия" встала на мель и это посреди моря! Сквозь ревущую непогоду моряки разглядели невообразимым образом поднявшийся со дна морского мелкий островок, на котором они и оказались. На острове горой возвышались странные руины из острых черных камней неизведанной архитектуры. Кто-то из моряков спрыгнул на заиленный берег с факелами и мечами в руках чтобы посмотреть получше. Другие остались на борту "Юлии". А в руинах открылся проход, из которого вырвалось какое-то многоногое непонятное создание, а за ним еще такие же. Завязалась драка. Чудовища орудовали смертоносными клешнями и быстро передвигались на длинных щупальцах. Их шкуры были таки твердые, что мечи моряков просто отскакивали от них. Судя по описанию, предположил Сильвариил, существа были дреугами. Но тут рассказчик описал еще какое-то чудовище, огромное и зубастое, которое одним махом разломило шхуну надвое. Рассказчик чудом спасся, уцепившись за обломок мачты и какое-то время дрейфовал, пока его не выловили матросы из какого-то другого судна. О судьбе других моряков с "Златовласой Юлии" он ничего не знает.      Вдоволь наслушавшись морских историй, Сильвариил вернулся в трактир, откуда уже некоторые знакомцы разошлись, и нашел себе пристанище в одной из комнат. В прочем, он вернулся не с пустыми руками: там на побережье ему попалась знакомая раковина, такие он часто находил в детстве на своем родном острове, а чтобы ее заполучить, пришлось войти в воду. Раскрыв плотные створки кинжалом с золотой рукоятью, извлек наружу красивую жемчужину - наверное, выпала из сетей с уловом. Именно эту жемчужину Сильвариил подарил Эстель в качестве скромного подарка, чего не делал никогда.

А в метафору речи вы, конечно же, не умеете?

  В отличие от своего молодого сородича, который, как можно было судить, остался крайне недоволен выбором Фатиса, Сильвариил изрядно же повеселился над картиной, представшей перед его глазами. Они взаправду сыграли в кости! Может, теперь и империя начнет себе новых императоров в азартные игры выбирать? А потому некромант тихонько поражался происходящим идиотизмом. Однако же Эстель скромно поздравил с новой должностью.   Ночь выдалась весьма продуктивной, можно так сказать. Пора бы и на отдых.

Давайте перекинемся в кости.     Сильвариила чуть было не скрючило от смеха и презрения, когда услыхал какую несусветную чепуху сморозил остроухий наркоман.   - Так, значит, вы дела решаете - играя в кости? Может еще и монетку подбросите или сыграете в считалочку? Мда, ничего умного от наглухо окуренного  недоанархиста, который еще и трус к тому же, я не ожидал услышать. Я не собираюсь принимать участие в это цирке.

 Над истеричными визгами мелкой босмерши Сильвариил только лишь расхохотался, как мог бы посмеяться сам Молаг Бал над угрозами смертного, перед тем, как распылить его на крошечные частицы, ибо некроманту не составило бы труда вырвать ее жалкую душонку из хлипкого тельца, а затем обратить труп в своего раба. Да только не желал тратить силы на такие мелочи и вообще неохота, он и так уже изрядно устал, да и чего возиться с дураками.   анархия - мать порядка!   - Это удел зверья. Но даже у зверей есть свои вожаки. Сиродил лишился императора, но что-то я не наблюдаю в стране порядка, - возразил скучающий Сильвариил, который решился таки поужинать.

Негры

Чего все притихли-то? Дальше чего делаем, куда идем?

- Тогда, быть может, её приемник поверит в то, что вы тоже из Дозора - если им окажется не Скалозуб, конечно же.   - Кстати говоря, Скалозуба больше нет. Он внезапно умер во сне. Такое случается иногда, - признался Сильвариил, пытаясь разыскать чернильницу и перо.     Отыскав писчие инструменты и относительно целую бумагу, записал себя как Рейк-Андул. Свое второе давно не используемое имя кроме самого Сильвариила в пределах Сиродила и не знал никто. Добавил несколько выдуманных фактов о гибели семьи от рук пиратов, о своем стремление помочь нуждающимся, и все такое прочее. Затем передал перо Эстель, предварительно отодрав от нее дурную эльфку как пиявку, хотя, наверное, к названному существу он проявил бы куда меньше презрения, чем к этому мелкому недоразумению.