Князь Вольтецкий

Роджер "Анубис" Фицрой-Лейквуд, военный врач. Сорокалетний коренной англичанин, прошедший Вторую Мировую войну. Родился в центре Лондона в богатой семье аристократа. Отец страдал от генетического нарушения психики, что стало причиной поступления Роджера в медицинский институт, на факультет психологии. По окончании обучения устроился работать в частную клинику. Работал он не долго – началась война. На фронте получил  звание капитана. После войны вернулся работать в частную клинику, заместителем главврача. Но виды больных пациентов напоминали Роджеру об отце, и вскоре он ушел из медицинской практики. Вечера проводит в игровых клубах, пользуясь своими психологическими познаниями, чтобы обмануть других игроков, или выступает перед публикой, устраивая гипнотические шоу для интеллигенции. В один из обыкновенных для него вечеров, судьба, в которую он никогда не верил, преподносит ему подарок в виде необычного объявления в газете.  

Глава 4 Солнце уже находилось высоко в небе и сильно пекло голову. Пит, насквозь промокший и провонявший потом, от непривычки ерзал в седле. Он старался держаться как можно ближе к своему спутнику, но силы его медленно покидали, и поэтому он плелся в нескольких метрах позади Вольмарка, уныло рассматривая окрестности. В дороги они с самого рассвета. Пит вчера перебрал лишнего, и сегодня с утра не смог вовремя встать. Когда он, не позавтракавший прибежал к конюшням, Вольмарк, с выражением лица, в котором не было даже намека на доброе, уже ждал его там, нетерпеливо поглаживая свою черную лошадь с белой гривой. Кобыла Пита была коричневого цвета и на порядок меньше в размерах. Юноша, приблизившись к ним, заметил, что у лошади Вольмарка на вьюках прикреплены ножны с длинным мечом. Пит отметил, что рукоятка меча была украшена также, как и кинжал, который рыцарь носил на спине. Также он заметил какой-то длинный предмет, обернутый плотной тканью и обвязанный веревкой. Парень давно понял, что Вольмарк никакой не рыцарь, но продолжал, обращаясь к нему, говорить "сир", скорее из страха, чем из уважения. Вольмарк дал ясно понять, что может случиться, если Пит не будет делать все, что ему велят, и затем ловко запрыгнул на лошадь. Юноша попытался сделать тоже самое. Сказать, что он плохой наездник - ничего не сказать. Оттолкнувшись недостаточно сильно, он свалился на землю, угробив свой почти новый дорожный костюм. Успешно залезть на лошадь Пит смог только с третьего раза, и то - под влиянием пронизывающего насквозь взгляда Вольмарка. Все это время они ехали молча, лишь изредка юноша нарушал тишину, но по большей части получал короткий ответ, отбивающий все желание на дальнейший разговор. Пит почувствовал, как глаза перестают ему подчиняться, против его воли веки слипались, вызывая желание ко сну. Он ударил лошадь по бокам, нагоняя Вольмарка. Рыцарь спокойно сидел в седле и, казалось, был вовсе не уставшим. Он внимательно смотрел по сторонам, всматриваясь в каждый куст, вслушиваясь в каждый шорох. - Сир Вольмарк, - осмелившись, начал юноша, - Когда привал? Я устал и проголодался, да и в сон меня тянет. Думаю, неплохо было бы остановиться, хотя бы на час. Рыцарь резко посмотрел на него, закатил к небу глаз, затем наклонился к вьюкам и пошарил в них. Оттуда он достал солонину и протянул ее Питу со словами: - На, ешь. Привал ночью, а коли хочешь поспать, можешь подремать в седле. Юноша неуверенно взял соленое мясо, пролепетал невнятное "спасибо", и, пожевывая первую пищу за день, вернулся к привычному темпу езды, позади Вольмарка. Дремота потихоньку одолела его, и он, доверившись лошади, отправился в мир иллюзий. Ему снилось, что он провел Вольмарка до Рогова Холма и богатый вернулся в Старомест, где его ждала прекрасная Дия в своем простом, но очень красивом платье. Ее слегка рыжеватые волосы, словно огонь в ночи, обворожительно развевались по ветру, закрывая не менее прелестное личико. Большие голубые, как небо, глаза, зачаровывая невиданной силой, с любовью смотрели на него. Она улыбалась, обнажая свои белые зубы. В уголках глаз кожа складывалась в легкие морщинки. Он понимал, что это был всего лишь сон. Шутка богов, не более. Нет, Дия бы не стала его ждать. Так всегда - сначала они тебя любят, а потом ты полумертвый валяешься в канаве, а им плевать. "Нет. Закончу это путешествие и вернусь к ней, сделаю все возможное. Обязательно." - сказал голос во сне. Его голос. Толчок в плечо разбудил его. Он открыл глаза и увидел Вольмарка, показывающего знаками, что надо остановиться. Рыцарь ловко спрыгнул с лошади, юноша попытался сделать тоже самое. Отряхиваясь от свежей грязи, Пит с любопытством посмотрел на Вольмарка. Тот неподвижно стоял посреди дороги, посматривая по сторонам и, юноша готов был в этом поклясться, принюхиваясь. Рыцарь припал на одно колено, что-то разглядывая. Они уже поднялись в горы: крутые склоны величественно возвышались над головой. На них росли небольшие, но часто встречающиеся деревья. Пит знал эту дорогу наизусть, но все равно не мог перестать удивляться природной красоте. "Вот, где боги не поленились, это точно." - подумал юноша, разминая затекшую спину и возвращая взгляд к Вольмарку. - Неподалеку отсюда есть место, где можно устроить привал? - спросил рыцарь, поднимаясь на ноги. - Да, сир, в получасе езды, - быстро ответил Пит, но посмотрев на солнце, поинтересовался, - Сир, но ведь солнце только начало садиться. Разве вы не говорили… - Говорил, - сухо прервал его Вольмарк и подошел к своей лошади, - Запрыгивай в седло. Пит, предвкушая славный отдых и более-менее нормальный обед, с первого раза залез на лошадь, и, под ритмичный стук копыт путники двинулись дальше. - Пит? - после недолгого молчания, спросил Вольмарк. - Что? - Ты говорил, о разбойниках в этих местах, помнишь? - Конечно, я даже разговаривал с человеком, который разговаривал с человеком, который… - Все понятно, - отрезал Вольмарк, - Расскажи мне больше про самих бандитов, а не о их жертвах. Пит был охотником рассказывать истории, особенно сейчас, когда он почти весь день провел в молчании, поэтому он оживился, уселся, насколько это было возможно, поудобнее в седле, вспоминая все, что знал о местных разбойниках. - Так вот, - начал он, - Разбойники эти, неуловимые. Понимаете? Они могут быть где угодно - от Горного Приюта до Рогова Холма. Но к Хайгардену они и близко не подходят. Нет. Я, правда, не знаю почему. Боятся гнева лорда Простора или жить не могут без гор? Кто знает? Говорят, что грабят они только торговые телеги, а награбленное отдают простым жителям деревень, коих в горах очень много, но я этому не верю. Бандит он добрым быть не может, я прав? - Почему ты в этом так уверен? - поинтересовался Вольмарк. - Ведь, если ты совершаешь плохие дела, то кто ты такой, как не плохой человек? - говорил Пит быстро, словно боги вот-вот запретят это делать. - Я, конечно, понимаю, разные ситуации бывают и все такое. Но вредить людям, - он покачал головой, - Это…это недопустимо. - Разные бывают ситуации и люди, юнец, - в голосе рыцаря прозвучали нотки злобы. - Но откуда тебе знать: врут или нет те, кто рассказывали тебе о разбойниках? - Люди известны своим стремлением приукрасить действительность, - пожал плечами Пит. - Правда для них всегда…слишком жестока. Вот они и выдумывают, чтобы жить в иллюзии, где все не так плохо. - То, что для одного человека является иллюзией, для другого, вполне может быть, - реальность. - холодно ответил Вольмарк. - Как бы то ни было, разбойники существуют, и они опасны. - Есть вещи поопаснее, чем бандиты на дорогах. - с определенной загадочностью произнес рыцарь. Место, которое они выбрали для привала, представляло собой небольшую долину, с трех сторон окруженную невысокой цепью скалистых гор. Солнце еще больше наклонилось к горизонту, едва касаясь вершин скал. Пока Пит таскал хворост для костра, Вольмарк расседлал лошадей, напоил их из маленького ручейка, льющегося откуда-то с севера, и пустил их пастись. Когда юноша вернулся с охапкой деревяшек в руках, рыцарь подошел к сумке, возле которой лежали меч и длинный сверток, и принялся развязывать веревку, которой была обвязана ткань на непонятном длинном предмете. То, что рыцарь достал оттуда, оказалось луком. Украшенный в том же стиле, что и кинжал с мечом, лук казался на вид очень крепким и тяжелым. Вешая кожаный колчан со стрелами на спину, Вольмарк посмотрел на Пита, и, отвечая его недоумению, произнес: - Я пойду подстрелю что-нибудь поесть. Скоро буду. - Сир, но что если разбойники… - встревожился юноша, складывая хворост на землю. - Успокойся. Я не думаю, что они могут сюда прийти. - ледяным голосом, пронизывающем насквозь, тихо произнес рыцарь. - Подготовь дрова, но не разжигай, пока я не вернусь. - Хорошо, сир. - опустил юноша голову в согласии. Рыцарь ушел, оставив Пита наедине со зловещей тишиной окружающего мира. Юноша подвинулся поближе к сумке, где лежал меч Вольмарка. "Он оставил свой меч. Они найдут его, непременно, а он даже не сможет защититься. Лук его не спасет." До слуха дошел тихий звук падающих камней. Пит кувырком прыгнул к ножнам, быстрым движением выхватил клинок, и, оперев дрожащие руки на согнутое колено, направил острие клинка в сторону источника звука. Никого. -Успокойся, Пит. Успокойся. Ветер подул, вот камни и полетели. - сказал сам себе юноша, и, с легкостью встав на ноги, принялся готовить место для костра. Меч он положил рядом с собой, чтобы в любой нужный момент можно было до него дотянуться. Покончив с дровами, он сел на невысокий, высотой в локоть, камень, положив клинок на колени и, чтобы не было скучно, принявшись его рассматривать. Валирийская сталь почти не блестела на солнце. Сталь, которая, как говорили в Вестеросе, была создана с помощью магии. Пит не знал правда это или нет, но меч был невероятно острым и легким, что давало владельцу решающее преимущество в бою. Инкрустированная драгоценными камнями рукоятка ярко блестела на солнце. Руки плавно скользили по эфесу в виде змеи. Внимание юноши привлекло лезвие меча: на него были нанесены какие-то знаки. "Валирийский." - мелькнуло у Пита в голове. Внезапно он почувствовал легкое головокружение, в глазах помутилось, резко потянуло в сон. Ему еще никогда не хотелось спать так сильно, как сейчас. Через мгновение Пит услышал, как земля зовет его в свои объятия. Последнее, что он помнил, это как он летел им навстречу. И звон стали о камень. И больше ничего. * * * - Я тебе говорю: к нам каждый день приходит дюжина новобранцев, желающих воевать. Возможно, твои парни и были тут. - сказал главарь наемников, смачно сплюнув на пол. - Что значит, были? - нахмурился Титос. - Думаешь, мы принимаем каждого олуха, который только захочет к нам вступить. Эн нет, необходимо выполнить…процедуру. - последнее он произнес с особенно ехидной ухмылкой. Главарь одной из многочисленных групп наемников, расползшихся после поражения Блэкфайра по всему Эссосу, быстрее, чем шлюхи разбегаются по богатым клиентам, был человеком большим, и в высоту, и в ширину. Лысина, которую он очень часто поглаживал с такой лаской, с какой не каждый ребенок гладит свою кошку, блестела на свету. Борода коричневого цвета была по тирошийскому обычаю расчесана натрое. Улыбался он мерзко, вызывая отвращение видом дырок на месте выбитых зубов. Накаченные руки он держал на своем мече, который, похоже, никогда не снимал. Когда сыщик, без приглашения, изрядно уставший пришел к нему в палатку, помешав свершению важных дел, главарь долго смотрел на него, как на врага народа. Затем, прогнав девку со своих колен, представился: "Итринто Касус". И первым вопросом было, как Титос незамеченным к нему пробрался. Обменявшись короткими любезностями, мужчины приступили к делу. По счету это уже был третий лагерь, в котором побывал Титос, поэтому слышать одно и тоже ему изрядно поднадоело. - Не мог бы ты посмотреть в книге учета, кто за эти два дня присоединился к вам. - Для этого надо найти казначея. - он опять мерзко ухмыльнулся. - А это дело нелегкое… - Было бы несчастье, узнай Таргариены, где сейчас находятся их бывшие враги. - надавил следопыт. - И завязать войну с Пентосом? Ради небольшой группы наемников? - не испугался угрозы Итринто. - Выход вон там. - сказал он тоном, не терпящим ослушания, и указал пальцем на выход. "Чтоб тебя!" - ругнулся сыщик, выходя из палатки и осматриваясь по сторонам. - "Неужели все наемники сделаны из одного и того же куска дерьма?" Лагерь был небольшой: вокруг сыщика стояло около ста палаток, настолько ветхие, что казалось будто их снесет легким дуновением ветра. Со всех сторон доносился смех, звон стали и крики. Наемники самых разных видов ждали, пока их кто-нибудь выберет для войны. В терпеливости ждать, пока тебя купят, с ними могут сравняться, пожалуй, только девушки из борделей. Тут были и закаленные боями воины и еще не испробовавшие вкус битвы юнцы, но никого хоть немного подходящего по возрасту. "Это последний лагерь из тех, что остались в Пентосе. Все остальные двинулись дальше. Их мне уже не догнать." - с нескрываемым огорчением заметил сыщик. Но что все-таки случилось? Парни, начитавшись книг о великом войне, тоже захотели поблистать в бою. Но зачем им нужно было красть деньги, ведь вступить в ряды наемников можно бесплатно? Он услышал громкий смех, доносившийся от трех наемников, сидящих у костра в ста шагах от него, и, решив, что непременно нужно хотя бы попытаться, направился к ним. Они выглядели, как обычные наемники: изуродованное лицо, шрам тут, шрам там и наглая ухмылка, вызывающая труднопреодолимое желание треснуть по зубам. Сидящие у костра, которых Титос смог отличить только по волосам, что-то пили, скорее всего - пиво, и что-то оживленно обсуждали. …- Я тебе говорил, что сработает! - кричал тот, у кого были длинные черные волосы. - Теперь мы богаты! - Да разве богаты? - ответил лысый. - Надо было больше найти… - Да где б ты их нашел? - вмешался третий, у которого были кучерявые русые волосы. - Нам и с этими-то повезло, - он понурил голову. - Если это можно назвать везением. - Крен, у тебя что? Совесть проснулась? - спросил черноволосый. - Они сами виноваты. После подписания контракта обратной дороги назад нет. - Зачем ты…? - начал было Крен, но заметив приблизившегося Титоса, обратился к нему. - Кто такой будешь? Как звать? - Я, стало быть, новенький. - соврал сыщик присаживаясь рядом с лысым. - Звать Эйегоном. Хожу, знакомлюсь. А вас как кличут? - Тремор. - буркнул черноволосый. Лысый протянул руку и произнес: - Роберт. - Крен. - завершил знакомство русоволосый. - Что делаешь у нас? - С детства мечтал о приключениях, - начал Титос. - Помню, как зачитывался похождениями Эйегона Завоевателя. - сыщик едва заметно улыбнулся, заметив, как побледнел Крен. - А вы? Чем вы тут занимаетесь, пока не с кем воевать? - Пытаемся заработать, - ответил Тремор. - Скоро двинемся дальше на запад, может, там на нас будет спрос. - Но если быть честным, то половина лагеря против. Они все еще верят в возвращение Блэкфайра. - сказал Роберт, отпив из своей кружки. - Разве его не напичкали стрелами Вороньи Клыки? - поинтересовался Титос. - Так говорят, но никто не верит, ведь нас не было в центре битвы. - пояснил Роберт. - Много людей к вам приходит? - сыщик медленно приближался к цели. - Сегодня только ты, а вчера было четверо, - начал отвечать Крен, но, получив толчок в плечо от Тремора, замолчал. - Неплохой клинок, - заметил Роберт, кивнув на валирийский меч, висящий, как обычно, на спине сыщика. - Это? - Титос притронулся к эфесу, - Благосклонность богов, не более. - Вот как? - лысый прищурился. - Мне бы такую благосклонность, а то те железяки, с которыми мы ходим, и оружием назвать нельзя. - Никакой меч не поможет, если сам бездарность. - пожал плечами следопыт. - Прошу меня извинить. Мне надо, эмм… отлить. - Он встал и ушел, пока те трое его не раскусили. Следопыт бродил по лагерю, стараясь найти хоть какие-то зацепки. Хотя бы доказательство их пребывания тут. "Казначей." - мелькнуло у него в голове. - "Надо найти казначея." Он прошел еще немного по лагерю, пытаясь догадаться, где могла находиться нужная ему палатка, как вдруг его внимание привлек резкий, отвратительный пробирающий насквозь запах. "Трупы." - догадался Титос и направился к источнику вони. Он подошел к небольшой яме, в которой лежало три тела. Три юноши, не старше пятнадцати лет. Титос почувствовал, как гнев наполняет его, как резко возрастает желание воткнуть меч тем трем между глаз. - Инициацию проходят все, - сказал кто-то за его спиной. Сыщик быстро повернулся, на лету доставая меч из ножен и направляя его в сторону источника голоса. Это был русоволосый наемник, который сидел у костра. - Нужно лишь согласиться сражаться, - спокойно продолжал Крен, игнорируя острое лезвие клинка, находившееся рядом с его лицом. - Они, узнав о том, что нужно драться, подняли панику. У нас не было другого выбора. - Вы их обманули, - сказал Титос, делая шаг вперед так, что острие меча оказалось очень близко к горлу наемника. - Сказали им, что для вступления нужно внести золото. Золото вы забрали к себе, а парней отвели к главному. Я прав? - Прав. - сухо подтвердил Крен. - Но ты ничего не можешь сделать. Ты в лагере наемников. Один против трех сотен. Уходи, пока можешь. - он развернулся и начал уходить. Сыщик представил, как он делает два шага вперед, заносит меч над головой и диагонально рубит наемника по спине. Но всех ему не перебить. С дюжиной он еще сможет справиться, а потом… Нет. Ничего нельзя было сделать. - Их было четверо! - крикнул следопыт наемнику вдогонку. - Почему в яме три тела? Крен развернулся и очень тихо, почти не шевеля губами, произнес: - Уходи… * * * - Одноглазый, загорелый, не из Вестероса. Был он тут? - в третий раз спросил Титос, стараясь говорить как можно спокойнее. Трактирщик весело поглядел на следопыта, в глазах у него словно что-то сверкнуло и он опять пожал плечами. - Слушай ты! - не сдержался Вильям, и, перегнувшись через стойку, схватил хозяина таверны за рубаху. В заведении сразу стало тихо: все наблюдали за происходящим. Два рыцаря, сидящих в конце комнаты, встали, протянув руки к рукояткам мечей. Трактирщику, видимо, не в первый раз угрожают. - Спокойствие, капитан. – Титос нехотя достал мешочек с монетами и положил на стойку. - Будьте добры, - обратился он к хозяину. - Помогите нам. - Так бы сразу, - трактирщик радостно взял предложенное ему золото. - Нет нужды быть таким жестоким. Я прав, капитан? - Поговори мне тут! Закрою твое заведение ко всем чертям. Что ты потом будешь делать? - Капитан! - громко произнес сыщик. Командующий что-то буркнул в ответ, но все-таки успокоился. - Давайте присядем. - трактирщик указал на свободный стол и направился к нему. - Эй, Марва, принеси пива мне и господам. - Мне не надо, - сказал Титос, садясь напротив. - За счет заведения, - в голосе хозяина таверны прозвучал укор. - Я не пью, - отрезал сыщик. - А я бы с радостью… - сказал капитан, присаживаясь рядом со следопытом. - Начнем с имен, - сыщик показал на себя, а потом на командующего. - Титос Блэкблад и Вильям Хилл. Трактирщик весело нахмурил брови. Следопыт знал, о чем он подумал: "Бастард, а командующий городской стражи”. - Меня звать Петир. - Он глотнул из кружки, которую принесла служанка. - Скажи нам, Петир, - сыщик по привычке сложил пальцы домиком. - Был ли он тут? - Был, - трактирщик утвердительно кивнул головой. - Вчера вечером сидел тут с одним парнем. Сидел долго. - Что за парень? - Лет шестнадцати-семнадцати, длинные пепельные волосы, не местный. Да и все вроде? - Куда они ушли? - Одноглазый ушел раньше, а парень еще некоторое время сидел. - Трактирщик улыбнулся. - Он купил у нас две лошади, можете спросить у конюха. Он, гляди, что-нибудь и видел. - Где конюх? - допив свое пиво, спросил Вильям. Титос, уже вставший из-за стола, громко вздохнул: - В конюшне, капитан. В конюшне. До свидания, Петир. - Ну, в таком случае, спасибо, что помогли. - сказал командующий и пошел догонять уже уходящего сыщика. - Всегда рад! - вслед им крикнул трактирщик и вернулся к своей стойке. Конюха они заметили сразу, он поглаживал одну из лошадей, пока та ела. Это был одетый по-крестьянски человек лет двадцати с мускулистым телом, которое блестело от пота. Черные, как уголь, короткие волосы также были мокрыми - жара стояла нестерпимая и каждый, у кого была возможность, старался облиться прохладной водой. Заметив приближающихся коллег, он вышел навстречу им: - Добрый вечер, уважаемые. Желаете приобрести лошадей? У меня они лучшие. Пришли бы вы вчера днем, я б вам пару отличных кобыл продал, а так, увы, я их сегодня утром, еще до рассвета, отдал. - Кому отдал? - капитан никогда не церемонился, допрашивая людей, но сейчас он поступал правильно - крестьяне до смерти боялись рыцарей и хранителей правопорядка. - Продал. - ответил конюх, немного охладив свой пыл. - За большой кошель с монетами. Получил только мало, поскольку пр… пер…как его… Ах, точно. Прецент трактирщику отдал. - Меня не волнует, сколько ты там получил! - обозлился капитан и, словно бык, угрожающе надвинулся вперед. - Кому продал? В глазах юноши отчетливо промелькнул испуг, он, недолго поразмышляв, сглотнул и слегка дрожащим голосом ответил: - Одноглазый, загорелый, в коричневой накидке. И парень с ним был. С такими серыми длинными волосами. - Куда они направились? - холодно спросил Титос. Конюх немного постоял, что-то вспоминая, зажмурив глаза, посмотрел на солнце, потом, сориентировавшись, махнул рукой на северо-восток: - Туды. Они не пошли по той дороге, по которой обычно ходят люди. По этой, как его, Дороге Роз, вот, - поняв, что от него требуют только ответов, он немного успокоился и проявил любопытство. - А они что, что-то натворили, да? - Не твое дело, - капитан махнул рукой на лошадей и тоном, который нельзя ослушаться, приказал. - Возвращайся к работе. Да видят Семеро, ты был нам чертовски полезен. Сыщик в благодарность, молча, кивнул головой и посмотрел на дорогу, ведущую на северо-запад. Он знал, что дальше, за лесом, находятся горы. Местность, о которой он еще в Староместе наслышался разных историй. "Что же ты там ищешь?" * * * - Вставай! - слова были едва слышны, словно шли откуда-то издалека. Пит усилием воли открыл глаза: все вокруг было туманным и нечетким, чья-то, до боли ему знакомая, фигура стояла перед ним. Фигура повторила свои слова, но уже громче: - Вставай! Пит почувствовал, как кто-то слегка ударил его по щеке, в попытке разбудить. Он очнулся, ватными руками протер глаза и снова посмотрел на фигуру: - Вы? - Я. - лицо Вольмарка было каменным не выражающим никаких эмоций, он кивнул на меч, который уже лежал в ножнах на своем старом месте. - Зачем? - Я услышал шум, испугался и… - Ясно, - закончил за него рыцарь. Он встал и подошел к уже горящему костру. - Есть хочешь? - Угу, - промычал юноша. Пит присел и осмотрелся. Только сейчас он заметил, что солнце почти село. - Где вы так долго были? Вольмарк оглянулся на юношу, отблески языков пламени оживленно играли у него на лице. Крутя вертело с мясом какого-то животного, он буркнул в ответ: - Поесть нам добывал. Подстрелил птицу. Пит подошел к костру и удобно уселся. Взяв протянутую рыцарем аппетитно пахнущее мясо, он, за целый день изрядно проголодавшийся, принялся за еду. Есть он старался медленно, тщательно прожевывая кусочки. Еще его мама говорила, что торопится никогда не стоит в трех вещах: смерти, женитьбе и еде. Рыцарь, закончив поглощать свой ужин, выбросил косточки в сторону и потянулся к сумкам. Достав оттуда мех с вином и попив оттуда, он предложил его юноше: - Хочешь? Пит, тоже закончивший с птицей, радостно взял мех. - Борское. - сказал он, попробовав вино. - Купили в Староместе? Вольмарк едва заметно кивнул. На время воцарилась тишина, нарушаемая потрескиванием поленьев и уханьем совы. Рыцарь, казалось, наслаждается этой тишиной, смотря в небо, на первые звезды. - Сир Вольмарк? - М? - Что это за меч? Я имею в виду, я знаю, что валирийская сталь ковалась с помощью магии, но чтобы такое… - Секрет некоторых Эссоских мастеров. Он зачарован специально под меня. - не отрывая взгляда от звезд, ответил рыцарь. - Разве такое возможно? Вольмарк испытывающе посмотрел на юношу, затем со свойственной ему загадочностью сказал: - Все в этом мире возможно… В сложившейся ситуации Питу многое казалось странным, и, поскольку полный желудок придавал ему смелости, он поинтересовался: - Сир Вольмарк, вы ведь не только птицу ловили, да? Рыцарь одарил его тем же взглядом, взял лежащую на земле палку, и начал что-то чертить на земле: - Ладно, я все равно планировал все тебе рассказать. В поллиги отсюда находится лагерь разбойников, один из многих. - он провел палкой линию на земле, а недалеко от нее начертил кружочек. - Откуда вы? - Не перебивай! Я был там, рядом. Видишь ли, люди не врали, пуская слухи. Разбойники действительно передают награбленное другим людям. - О, Семеро… - Я сказал, не перебивать! На этом правдивость слухов заканчивается: товары передаются дальше, возможно к кому-то из купцов. Скажи мне, Пит, ты владеешь мечом? - Я? Ну, наверное. - засомневался юноша. - Ясно. К ним в лагерь сегодня пришел гонец. Мне нужно письмо, которое он принес. - Что за письмо? - Тебе не обязательно это знать, - сухо произнес Вольмарк. - Все, что ты будешь делать, я скажу позже. - Письмо… оно, наверное, хранится у самого главного в их лагере? - догадался Пит. Рыцарь посмотрел на него глазом полным огня, но это было не отражение костра. Нет, это было что-то другое, что-то пугающее и завораживающее одновременно. Вольмарк бросил палку в костер и, наконец, произнес: - Да, я собираюсь убить их главаря и забрать письмо, а ты мне в этом поможешь.

 Благодарю)) Больше хочется писать, когда знаешь, что хоть кому-то интересно, а то так и до хандры не далеко))

Милый яд Глава 3. Муха, облетев таверну несколько раз, наконец, выбрала место посадки - она спикировала на нетронутую кружку пива, стоявшую на столе. Человек, который заказал его, не постарался прогнать насекомое, лишь с любопытством разглядывал его своим единственным глазом. Человек, сидящий за этим столом, имел загорелый цвет кожи, красивый прямой нос, густые, черные как уголь брови и еще более черные волосы, спадавшие со лба. Единственный глаз был мерзко холоден и имел цвет ржавого железа. Его закрывала черная тряпка, которая также покрывала часть головы и завязывалась на затылке. Одет он был в черный камзол, а рядом с ним на скамейке лежала запачканная грязью коричневая накидка с капюшоном. На его указательном пальце левой руки красовался серебренный перстень, украшенный красным камнем, отшлифованным в форме квадрата с затупленными углами, а на квадрате - искусно сделанная змея с красными глазами, кусающая свой собственный хвост. Солнце уже почти зашло за горизонт и окрасило облака в ярко-красный цвет. Вероятно, боги напоминают ему о его кровавом прошлом. Таверна была забита многочисленными и, как понял одноглазый, постоянными посетителями. Несколько рыбаков сидело возле самого входа, попивая противный эль и разговаривая друг с другом. Далее сидели два друга, судя по одежде крестьяне, и спокойно, изредка перекидываясь друг с другом словами, ели свой остывший ужин. Поскольку трактир находился неподалеку от пересечения дорог из Медовой рощи, Брайтуотера и Хайгардена, сюда также заходили отдохнуть уставшие с долгого пути странники, торговцы, священники и направлявшаяся в Цитадель молодежь. Оперевшись на стойку и потягивая вино, два межевых рыцаря разговаривали с трактирщиком. Хозяин таверны был плотным мужчиной преклонных лет с густыми седыми усами, грязной, но тем не менее элегантной, кучерявой шевелюрой и темно-карими глазами, весело глядящими по сторонам. Скрипнула тяжелая входная дверь - в таверну вошел коренастый юноша лет семнадцати. У него были длинные, до самых ушей, пепельного цвета волосы, широкие зеленые глаза, рыскавшие по трактиру в поисках кого-то, на нем были надеты мешковатые брюки черного цвета, льняная рубаха и коричневая жилетка. Откинув волосы со лба, он оглядел всех присутствующих, остановился взглядом на одноглазом страннике и уверенными шагами направился к его столику. Муха все также неподвижно сидела на кружке с пивом, когда юноша сел напротив бродяги, посмотрел ему в глаза и тут же опустил их. Одноглазый пододвинул пиво к собеседнику, и вопрошающе посмотрел на него. - Ну, как? Юноша осторожно посмотрел по сторонам, словно кто-то следил за ним, затем взял кружку и, предварительно смахнув рукой муху, отпил от нее. Утолив жажду, он утвердительно кивнул. Одноглазый слегка ухмыльнулся: - Очень хорошо, Пит, - сказав это он кинул ему один золотой дракон. Юноша с трудом поймав монету, попробовал ее на зуб. - Сир Вольмарк? - голос его был высоким, можно сказать, идеальным для менестреля. - Да? - Что теперь? - спросил юноша,пряча монету в кошелек. - Мы расходимся, - говорил он мягко, лениво растягивая слова, - Я продолжаю свой путь на север, а ты возвращаешься к чему бы ты там ни делал раньше, мне все равно. Денег тебе я дал больше, чем ты заработаешь за месяц. А теперь оставь меня, - закончил он властным тоном и потянулся к лежавшей на скамье накидке, собираясь уйти. Юноша понурил голову: - Вы правы, я выполнил ваше поручение и все, но я всегда мечтал о жизни, полной приключений. - Ты думаешь моя жизнь полна приключений? - Думаю, да. Я видел ваш кинжал, он очень необычен. - Лишь средство самообороны, - отмахнулся одноглазый. - Из валирийской стали? Страннику нечего было ответить, юноша был слишком наблюдателен. "Хотя, может, он будет полезен." - мелькнуло у него в голове. - Еще пива! - крикнул Вольмарк хозяину и слегка наклонился вперед, чтобы лучше видеть лицо собеседника в полутемной таверне. - Пит? - Ау? - Ты же дорниец, верно? - Да, сир, верно, - радостно закивал головой юноша, но затем, с меньшим энтузиазмом, добавил, - Наполовину. Моя мама была из Староместа. Подождав, пока трактирщик поставит кружки с пивом на стол, Вольмарк поинтересовался: - Тебя никогда не тянуло на родину отца? - Это в Дорн, то? Я там нередко бываю, мой отец живет недалеко от Принцева перевала, и, когда у него есть время, приезжает сюда и забирает меня с собой. - А кто он, твой отец? - Торговец, сир, - сказал юноша и потянулся к кружке с пивом. Вольмарк очень долго смотрел на дверь, словно ожидая кого-то. Его зрачок расширялся каждый раз, когда она открывалась и кто-то входил в таверну. Просидев таким образом несколько минут, он и не заметил с каким любопытством юноша разглядывал его, попивая пиво. Наконец, одноглазый спросил: - Проведешь меня через Рогов холм? - Через Рогов холм… - задумчиво повторил Пит, поправляя свои пепельные волосы, постоянно спадавшие на глаза, - Думаю, да. А куда провести? - В Хайгарден, - сухо сказал Вольмарк. - Но, сир, идти в Хайгарден через Рогов холм - не самая лучшая идея. - Это почему? - прищурил глаза странник. - Ну… Начнем с того, что это не самый короткий путь, - юноша загнул один палец на руке, - Дальше, значит, - бандиты, они обожают нападать на немногочисленных путников, обдирать их до нитки, а затем вешать на деревьях, ну, или скидывать с гор, если деревьев рядом нет, - он загнул третий палец, - Слышал я об опасных зверях, которые водятся в тех кругах и атакуют людей. Вот-так-вот, разве недостаточно причин, чтобы идти по Дороге Роз? - Нет, - холодно ответил одноглазый, и, немного помолчав, добавил, - Пятьдесят золотых драконов. Лицо юноши вытянулось в удивлении, рот слегка открылся, а глаза в изумлении вылезли из глазниц. Он почесал свои волосы, о чем-то размышляя или подсчитывая, насколько богатым может стать, затем длинными пальцами погладил легкий светлый пушок на подбородке и поднял кружку с пивом. - Неведомый меня побери, - пробормотал он и выпил пиво. - Да я за пятьдесят драконов… Да я многое готов сделать. Мне этих денег хвати на всю мою жизнь. - Мы отправляемся завтра на рассвете, - сказал Вольмарк, вставая из-за стола и надевая свою коричневую накидку. Он повернулся и перед взором предстал прекрасный горизонтально висящий на пояснице кинжал с золотой рукояткой, в виде змеи, обхватывающей тело голого мужчины. Ножны клинка были инкрустированными различными кристаллами, весело поблескивающих от слабого света. - На рассвете, возле конюшни, - сухо повторил он и пошел к выходу из таверны. - Сир, а вы куда? - поинтересовался юноша, и, увидев злобный взгляд странника, сразу пожалел о своем любопытстве. Вольмарк некоторе время смотрел на Пита, и, повернувшись лицом к двери, тихо сказал: - Выспись, нас ждет долгая дорога. Юноша послушал совета своего необычного знакомого, и, не интересуясь происходящим вокруг, допивал свое пиво. Он уже мечтал, как богато заживет на пятьдесят драконов, женится и откроет свое собственное дело, поэтому он не мог видеть, как вышел Вольмарк, а вслед за ним, немного погодя, какой-то знатно одетый иностранец. * * * "Лучший способ избежать вопросов - это смерть." - подумал Титос, глядя на размозженное тело школяра, лежавшее на каменном постаменте в Звездной септе. Мертвый юноша был одет по-школярски: балахон и недокованная цепь мейстера. Сыщик стоял, погруженный в свои мысли, почти не слушая священную болтовню септона. Что-то было не так. Неизвестное ранее чувство сжигало его изнутри. Вид убитых редко волновал Титоса, гораздо чаще ему доводилось глядеть на трупы совершенно равнодушно. Сгоревшие заживо дети, целое поле дотракийцев, словно попавших под огромный нож мясника, купцы отравленные Цветком Неведомого, да и много еще чего. Но в этот раз он не был равнодушен и ненавидел себя за это. Может, все потому, что школяр был так похож на… - Титос Блэкблад? - женщина лет тридцати вошла вслед за служанкой, первым делом хорошенько разглядев сидящего за письменным столом сыщика, и затем посмотрела вокруг, словно оценивая кабинет. Позже следопыт понял, что все это было от волнения, но в ту секунду, женщина ничем не отличалась от обычных клиентов. Титос поднял глаза от письма, которое он читал, и, не опуская его, тихо произнес: - Да, да. - он указал ей на два шикарных красных кресла, стоявших возле окна с видом на центр города. - Присаживайтесь, пожалуйста. - Сп…спасибо - дрожащими губами пролепетала женщина, усаживаясь поудобнее. Только сейчас сыщик увидел, что у нее заплаканные красные глаза, и, поругав себя за невнимательность, сел напротив нее, тактично осматривая ее. Одета она была в белоснежное платье, отражающим солнечные лучи, на запястье у нее сидел кожаный браслет, который она, время от времени, потирала. Коричневого цвета волосы были нерасчесаны и немыты, и короткими прядями спадали до ее худых плеч. Несмотря на жалость внешнего вида, лицо ее было очень симпатичным, словно нарисованным искусным художником, который очень старательно подбирал очертания лица. Они были идеальны: прямой маленький носик, широкие зеленые глаза, длинные ресницы и тонкие губки. Но кожа выглядела неестественно, очень много мелких, почти неразличимых морщинок, усеивали лицо, словно пшеница усеивает поле. Если б не это, она могла бы выглядеть на все двадцать пять лет. - Итак, - после долгого молчания сказал Титос. - Что вас сюда привело? - Мой сын…он, - она словно с трудом вытягивала из себя слова. - Он пропал. Сыщик с сочувствием в глазах посмотрел на даму, затем, щелкнув пальцами, позвал служанку: - Мэри, будь добра, принеси успокаивающего чая, - голубоглазая девушка лет семнадцати, вестеросского происхождения, кивнула головой и вышла. Титос наклонился вперед, опершись локтями о колени и сложив пальцы домиком. - Как вас зовут? - Сандра. - Расскажите мне все, Сандра. Как можно подробнее. Она достала шелковый расшитый платок, протерла им глаза и крепко сжала его в руке. Затем начала свой рассказ: - Все началось месяц назад, когда он стал очень поздно приходить домой. Он помогает грузить товары на корабли и дома обычно еще до темноты. Я пыталась с ним поговорить, но он только отмахивался. - Сколько ему было лет? - прервал ее Титос. - Два месяца назад прошли его пятнадцатые именины. "Во сколько же она родила?" - Хорошо, продолжайте. - Как-то раз я нашла книгу у него в комнате. Читать он не сильно любил, хоть и был одаренным мальчиком, поэтому эта книга мне показалась странной. - Что за книга? - Про Эйгона Завоевателя… Ой, спасибо. - последнее было обращено к служанке, принесшей чай. Приятный успокаивающий запах распространился по всему немаленькому кабинету. Трясущимися руками Сандра поднесла чашку к губам и осторожно отпила обжигающую жидкость. - У нас небедная семья - мой муж работает торговцем и имеет неплохую прибыль, а два дня назад пропал Рорик, мой мальчик, вместе с золотом, которое мы хранили дома. Пропажу я нашла сегодня утром и сразу отправилась к вам. - Много золота пропало? Несмотря на ромашковый чай, Сандра вышла из себя: - Какая разница много ли? Найдите моего сына! - чашка с чаем выпала у нее из рук и звонким звуком разбилась о пол, разливая горячую жидкость. Произошедшее еще больше разозлило женщину. - Или вас интересует только деньги? Она смело посмотрела в черные осуждающие глаза сыщика, и, неожиданно успокоившись, опустила взгляд. Затем тихо добавила: - Много. На шум прибежала служанка, и, увидев разлитый на полу чай, охнула и убежала. Она была немного странной, но свои обязанности выполняла с отличием. Все свои обязанности. Титос некоторое время смотрел в окно, постукивая пальцами друг об друга и слегка подрыгивая ногами, затем, усевшись поудобнее в кресле, он продолжил: - А много у вашего сына друзей? Зрачки Сандры переместились в правый нижний угол, смотря на пол так, словно там был написан ответ. Немного подумав, она ответила: - Трое или четверо. Титос встал и подошел к висящему на стене мечу из валирийской стали, и, сняв его с крючка вместе с ножнами, одел на спину. Перетягивая ремень, он спокойным голосом обратился к Сандре: - Надо с ними поговорить. Собирайтесь, заодно покажите мне, где живете. Она с удивлением посмотрела на его меч: - Зачем вам оружие? Вы же следопыт. Сыщик невозмутимо пожал плечами: - Я к нему привык, к тому же, в Пентосе ныне небезопасно. Вы ведь слышали о волне наемных солдат, собравшихся тут? - Да, мой муж говорит, что торговать стало опаснее. Никогда не знаешь, чего они могут выкинуть. - она встала с кресла, показывая, что готова к выходу. - Откуда их столько? - Остатки войска Блэкфайра, я полагаю. По времени подходит. Повесив кинжал на пояс, он кивнул Сандре на дверь и вместе с ней вышел из своего кабинета… - Сир Титос, вы меня слушаете? - старый септон с беспокойством глядел на сыщика, поднеся свечу к его лицу. - Разумеется, - гладко соврал следопыт. Септон повернулся к телу, продолжая размышлять о жизни и смертти: - Всем нам предназначена смерть. И, по-моему, глупо переживать по этому поводу. Двум смертям не бывать, одной не миновать. Здравый смысл и холодное рассуждение говорят мне, что все тут правильно, но… - он сделал небольшую паузу, грустными глазами цвета оникса посмотрев на сыщика. - Но, когда столь молодые люди погибают… Боги совсем разочаровались в нас. "А может наоборот? Может это нам пора разочароваться в них? Убийства, грабежи, нескончаемые войны, эпидемии смертельных болезней, резко сокращающих численность человечества: все это говорит о том, что боги либо жестоки, либо им попросту на нас плевать, и мы предоставлены сами себе." - Сир Титос… Следопыт обернулся и увидел капитана, незаметно подошедшего к нему. В глазах его читалось, если не гордость, то довольствие о проделанной работе. Это все объясняло без слов, но сыщик, второй раз за день обругав себя, для уверенности, или для вежливости, спросил: - Все готово? Вильям с гордой ухмылкой кивнул головой: - Большинство моих ребят этим занимаются. Обходят каждый корабль, прочесывают каждый кабак, допрашивают каждого, кто им покажется подозрительным. Также я поставил посты на все дороги, ведущие из Староместа. Живым ему отсюда не выйти. - гордо закончил он. - Капитан, вы верите в справедливость? - неожиданно спросил Титос. - Справедливость? - тупо повторил командующий, - Ну, да. Наверное. А что, по-вашему, делает городская стража, как не восстанавливает справедливость? - Справедливостью было бы, если б преступники были пойманы, до того, как они нарушат закон. Тогда матери или жены не проливали бы слез над телами убитых, не переживали по поводу украденного состояния, дети бы не остались сиротами, вынужденные выжить любой ценой. - Как-то вас потянуло на философию, - Вильям был очень проницательным человеком, потому и стал командующим городской стражи. - Выпил, вот и потянуло. - отмахнулся Титос. - Я мечтаю о том, что ученые или септоны найдут способ предотвращать преступления. Только представьте: специально обученные люди видят где и когда будет совершено убийство или кража. Станем ли мы тогда жить в идеальном мире? - Не, так будет неинтересно. - покачал головой капитан. - Люди не могут не ненавидеть друг друга. Они ведь даже оставаясь вдвоем умудряются пырнуть друг друга. Нет. Я думаю такое невозможно. - И все же. Хочется верить. - Верьте в Семерых и все будет хорошо, - вставил септон. - Они посылают нам испытания, дабы проверить силу нашего духа. И только самые стойкие и верные найдут умиротворение, после смерти. Титос знал, что спорить со священниками было абсолютно бесполезно. Они вставали в боевую позу, словно волки щетинились и скалили зубы, ловко отражая любой удар здравого смысла, который мог быть нанесен. Поэтому сыщик просто кивнул головой, давая септону понять, что соглашается с ним. - Думаю пришло время помолиться за душу усопшего. - священник подошел ближе к телу, и, сложив ладони вместе, произнес: - Давайте мы все прочитаем молитвы, - он обратился к сыщику. - Сир Титос, вы ведь тоже помолитесь Семерым? - Да. - соврал следопыт. А про себя добавил: "Валор Моргулис." * * * - Успокойтесь, прошу вас, вот, давайте присядем. - Титос усадил женщину лет сорока за свободный стол, а сам сел напротив. - Джейна, да? Вы пьете? Нет? Очень хорошо, я тоже. Она молча сидела и кивала головой вместо ответов. Джейна была матерью одного из трех друзей пропавшего Рорика, и единственная, кого сыщик не допросил. У всех остальных он уже побывал, и имел более-менее ясное представление о случившемся. - Когда ваш сын пропал? - как можно ласковее спросил Титос. - Три дня назад, - всхлипнула она, и вытерла слезы грязным рукавом зеленого платья. Следопыт глубоко вздохнул, из всех матерей она была самая несговорчивая и самая эмоциональная. Она разрыдалась еще сильнее, и Титос, ожидая, пока она успокоится, принялся разглядывать ее. Волосы у нее были черные замасленные, спадавшие до самых грудей. Большие карие заплаканные глаза смотрели в пол. Она шмыгала своим изогнутым, как у орла, носом, издавая протяжной свист. Ее нельзя было назвать красивой, но какую-то симпатию она, все же, вызывала. Сыщик собрал всю свою сдержанность воедино, для надежности глубоко вдохнув несколько раз. Джейна, успокоившись, оглядела таверну, в которой они сидели, и продолжила рассказ: - Мы небогатые люди, Титос, но если вы найдете моего сына, мы заплатим. Клянусь. - Никогда не клянитесь, - сухо прервал сыщик. - Из дома что-нибудь пропало? Женщина кивнула. - Ваш сын… - продолжил следопыт. - Он ничего домой не приносил? Она внимательно посмотрела на него своими глазами и снова кивнула. "Ну вот." - Книгу про Эйгона Завоевателя? Ее зрачки сильно расширились от удивления, несмотря на то, что в таверне было очень светло. - Как вы узнали? - Работа у меня такая, - тактично ответил Титос. Она больше не плакала, в глазах у нее горела надежда. - Есть еще пропавшие? Сыщик утвердительно кивнул. - Что с моим сыном? "Он стал наемником. И, возможно, мертвым." - но вслух соврал: - Я пока не знаю… Интенсивный стук в дверь и крики разбудили его. Он медленно встал с кровати, протер глаза и посмотрел в окно. Все еще было темно, но солнечные лучи начали пробиваться через горизонт. Мелодичные звуки, исходящие с другой стороны двери не прекращались. Судя по голосу, это был капитан. Поборов очень сильное желание завалиться обратно в постель, Титос не спеша встал с кровати. - Одну минуту! - крикнул он и принялся одеваться. Подумав, что не будь дело срочным, капитан бы не пришел в такую рань, сыщик перекинул ремень с ножнами через плечо, воткнул кинжалы за пояс. И пошел открывать дверь. Вильям еще более довольный, чем вчера, в храме, стоял и глупо улыбался. Осмотрев все еще спящего следопыта с головы до ног, он громким голосом, в котором были слышимы нотки гордости и самоуверенности, заявил: - Мы его нашли, сир. - выпалил он и кулаком стукнул себя по груди. - Кого его? - приказав своим глазам не закрываться, спросил Титос. - Вашего отравителя, кого же еще? Эти слова подействовали на сыщика лучше самой холодной воды. Сон сняло, как рукой. - Где он? Капитан махнул рукой: - Не так далеко от Староместа. Сегодня ночью примчался один крестьянин, возящий продовольствие в Вышеземье и обратно. Сказал, что ваш убийца заставил его вывести из города. Но как только тот ушел, сразу примчался к нам. - Когда это произошло? - Днем, сир. До того, как мы поставили посты. Сыщик стиснул зубы: - Он сказал до куда доехал убийца? Капитан кивнул головой: - Угу. Недалеко от Староместа есть трактир. Так он туда и направился.

Милый яд Глава 2 Стены темницы, испачканные селитрой, слабо отражали свет факела, прикрепленного к стене за решеткой. Здесь было сыро и холодно, поэтому Титос старался сидеть как можно ближе к огню, чтобы хоть как-то согреться. Конечно, это не сильно помогало, он все равно дрожал и стучал зубами от пронизывающего насквозь холода. Взгляд сыщика, против его воли, падал на пустую жестяную миску, где еще недавно была безвкусная овсяная каша. Он не знал, как часто им носят еду - часы превратились в дни. По его подсчетам, их тут держат около трех дней. Если так, то еду приносят два раза в день, утром и вечером, но всякое может быть, их могут кормить и раз в сутки. Когда он, закованный в ручные кандалы, шел по староместским улицам, подталкиваемый стражниками, он думал, что все разрешится достаточно быстро - ведь есть целая таверна свидетелей. Но, по прибытии в тюрьму, ему даже не дали поговорить с капитаном стражи - отняли все его вещи, вручили грязные, забрызганные чьей-то кровью лохмотья, и пинками проводили в камеру, по пути "объяснив", что он виновен в драке в общественном месте. Это еще повезло, что наемники были не местными, ведь убийство здешних - страшнейшее преступление. Титос полагал, что он и его сосед - единственные заключенные, потому что кроме наемника, который молчал, только когда ел и спал, никого другого слышно не было. Следопыт знал, что их охраняет всего один стражник, да и тот стоял возле самой лестницы, шагах в тридцати от их камер. Разумно было предположить, что смена караула происходит на закате и рассвете, когда приносят еду. Эта версия считалась самой правдоподобной, поэтому Титос ее и придерживался, и считал, что с момента заключения прошло три дня. К ноге сыщика кто-то притронулся, он опустил взгляд к голой ступне и увидел крысу, рыскавшую в поисках еды. Его единственный посетитель и нормальный собеседник - наемника Титос терпеть не мог, да и крыса, похоже, тоже, камеру сыщика она почему-то любила больше. Обнюхав пустую миску, крыса пискнула и убежала куда-то в темноту, оставив заключенного наедине со своими мыслями. За стеной послышалась ругань - проснувшийся наемник опять проклинал стражников и весь мир, по поводу еды. Однако, успокоившись, он быстро съел свою кашу. Такое происходило постоянно. Стена камеры слегка задрожала от яростных ударов кулака и криков: -Эй, ищейка, ты не спишь? "Ну что на этот раз?" - тихо простонал Титос. Тим, как он себя звал, рассказывал следопыту много историй своих похождений. Его любимым рассказом, было его участие в подавлении Восстания Блэкфайра. В первый день их заключения, наемник рассказал, как он героически сражался в авангарде лорда Аррена в Битве на Краснотравном поле. В его следующем повествовании, он уже храбро бился в войсках Бэйлора Сломи Копье, и собственными глазами видел, как Черное Пламя сразил Гвейна Корбрея. А вчера Тим убеждал сыщика, что был членом отряда Вороньих Клыков, и имел честь под руку с Бринденом Риверсом, обрушить град стрел на Дэймона Блэкфайра. Ну что еще можно сказать об этом "герое войны"? Его полубредовые истории, как ни странно, были не самой худшей его чертой. Он любил петь, но не героические стихи о рыцарях и драконах, нет, он пел непристойные, пошлые песни. Вот и сейчас наемник решил, что Титосу скучно, и запел, в прямом смысле этого слова, душераздирающую песню. Затыкать уши или звать стражу было бесполезно, поэтому следопыт ушел в себя: поудобней рассевшись на жесткой соломе, он глубоко вдохнул и ушел в мир, где ни время, ни место не имели значения. В этом Дворце Разума, как он его называл, можно было спокойно поразмыслить над насущными проблемами. Отправляясь из Пентоса в Старомест, Титос боялся, что обречен на провал: из слуг и семьи убийцу никто не видел, и как яд попал в тело убитых они и понятия не имеют. Все это говорило о высоком мастерстве и интеллекте исполнителя. Безликие вполне способны на такое, но зачем самым искусным убийцам в Эссосе красть отраву из Цитадели? У них есть свои методы, более действенные, а главное проще. То что цветки украли из Вестероса, а не из Лисса или Асшая, могло дать подсказку о происхождении убийцы, если б не слова наемника о его невестеросском говоре и цвете кожи. Эта таинственная Алиса тоже не давала следопыту покоя. Может ее и вправду сейчас зовут леди Блэквуд. Но что если это была ложь? Воспоминания, догадки и улики никак не хотели сливаться в одно целое - не доставало слишком много звеньев цепи. Он мысленно перенесся в комнату Аллена. Вспомнил каждую деталь обыска, который он провел: стол с раскиданными на нем рукописями, комод с книгами, Марвина, наблюдавшего за каждым его движением… Тут его осенило, он вскочил с ног и начал быстро расхаживать по комнате. Тим перестал петь и, видимо, опять лег спать, оставив сыщика в столь необходимой ему тишине. -А ведь я и не заметил, - сказал он вслух, - очень хитро придумано. Все, что оставалось сейчас, это выбраться из этой треклятой тюрьмы. Но как? Стража на зов не приходит, не отвечают на расспросы, когда приносят еду. Тут Титос замер посреди комнаты. "Побег!" - мелькнула в голове безумная мысль, - "Но как?" Сыщик решил, что у стражи должен был быть ключ, а раз их охраняет один человек, то устранить его - проще пареной репы. С другой стороны: если он сбежит, его объявят в розыск и он не сможет спокойно провести допрос. Самым главным сейчас было не упустить след убийцы, раз он так ошибся, вернувшись в Старомест. Остается только ждать, когда его вызовут на допрос. Следопыт улегся на холодной соломе, поджав ноги к себе в безрезультатной попытке согреться, и закрыл глаза. Проснулся он от звука шагов - стражник принес еды. "Должно быть уже вечер" - подумал Титос. Охранник аккуратно просунул миски с едой в их камеру. Он казался молодым, среднего роста мужчиной, не старше тридцати, широким в плечах. Кожа на щеках была натянута, словно тетива лука. Стражник постучал по решетке Тима: -Просыпайся! - он почти кричал, - Просыпайся, капитан хочет тебя видеть. "Они все-таки будут разбираться" - обрадовался сыщик. Наемник что-то пробурчал в ответ - видимо, он не хотел уходить из замечательного мира иллюзий. Стражник, терпеливо подождав, пока тот проснется, произнес: -Ешь, у тебя есть двадцать минут, - он повернулся к Титосу. - Тебя будут допрашивать завтра. -Как свидетеля? - поинтересовался следопыт. -Как одного из преступников, - сухо отрезал стражник, - пока не докажешь обратное. Слышен был стук ложки о миску - наемник на скорую руку поглощал свой ужин. Стражник развернулся и пошел на свой пост, ожидая, пока наемник прикончит свой ужин. Титос уже насчитал десять шагов, когда услышал другой звук: словно кто-то всасывал воздух, не получая его. "Черт!" - мелькнуло в голове у следопыта, он вскочил и подбежал к решетке: -Стража! Стража! Эй, он задыхается! - кричал он , изо всех сил. Он слышал, как наемник царапает стену камеры, будто это могло спасти его жизнь. Из его горла шел ужасный тонкий звук, который потом прервался. Стражник прибежал назад и посмотрел в камеру Тима, в его глазах отразился ужас. Он открыл решетку и осмотрел, как уже предполагал Титос, бездыханное тело. Сыщик вплотную прижался к решетке, стараясь узреть, что там происходит, но, увы, ничего не мог видеть, только слышать безудержную ругань охранника. Стражник, наконец успокоившись, подошел к Титосу: -Твоих рук дело? - голос был грубым, резким, и, вполне мог сойти за властвующий, если б не тупость вопроса. -Как бы я это сделал? - вздохнув, спросил следопыт. Охранник нахмурился и слегка сжал зубы, глаза его стали стеклянными - видимо, в голове у него бушевали мысли, в попытке найти правильное решение. -Ладно, - махнул он рукой. - будешь говорить с капитаном. Он ушел, оставив Титоса наедине с мертвым наемником и увеличившимся количеством вопросов. "Неужели убийца заметает следы?" - он посмотрел на свою нетронутую чашку. - "Или…" Послышался громкий писк - вернулась крыса. Еще никогда сыщик не был так рад ее возвращению. Он присел на одно колено и подождал, пока грызун подбежит к нему, затем аккуратно схватил его и поднес к миске с кашей. -Давай, кушай. - нежно сказал он. Крыса отведала его ужин и результат не заставил себя долго ждать. Она начала быстро бегать по комнате и громко пищать. Но все это не долго продолжалось - через несколько секунд она умолкла и бездыханно свалилась на каменный пол. "Как я и думал" - улыбнулся следопыт, хотя радость была излишней, ведь его только что пытались убить. Послышался звук нескольких пар ног, спускавшихся по лестнице. "Ага, теперь мой черед" - он отошел подальше от решетки, готовясь выйти на волю. К решетке подошли стражник, который принес отравленную еду, и еще два блюстителя закона. Эти двое были крепкие мужчины, видимо, побывавшие на войне - у одного был шрам на лице, а другой прихрамывал на правую ногу. Или же это могли быть обыкновенные служебные травмы. Как бы то ни было, они явно были закалены жизнью, и, судя по всему, мало кто мог их напугать. Охранник открыл решетку и с важным видом произнес: -Капитан ждет тебя. Титос вышел из комнаты, где он бессмысленно провел четыре дня своей жизни, и, в сопровождении знакомого охранника отправился на допрос. Двоим другим, по-видимому, было приказано отнести тело в башню к мейстеру. Темница находилась под землей, и все стены здесь были запачканы селитрой, однако при подъеме наверх, все менялось. Это больше не было мрачное помещение с отвратительной сыростью и холодом. Здание городской стражи по ухоженности могло сравняться с замком не очень знатного лорда. Высокий потолок, гобелены на стенах, многочисленные факелы, прекрасно освещающие помещения: удивительно, что тут могли быть подобные удобства. Блюстителей порядка ведь сейчас считали символом гнили и похоти. Им пришлось пройти несколько коридоров, прежде чем они попали в кабинет капитана. Это помещение также казалось уютным: окна с видом на маяк Хайтауэра, приятно потрескивающий дровами камин, шкафы с многочисленными книгами и еще куча мелких деталей, которые придавали этому месту гостеприимный вид. Хоть тут и было уютно, тюремные лохмотья Титоса немного поддувало снизу. Посередине комнаты стоял огромный дубовый стол, чем-то похожий на тот, что был в кабинете у архимейстера Марвина. За столом сидел статный мужчина лет сорока, одетый в обыкновенный коричневый камзол. У него были черные короткие волосы, кое-где уже показывались седые волосы, и это в сорок лет. Большой орлиный нос вместе с узкими зелеными, как у хищника глазами, придавали ему вид голодающего зверя, который никак не мог поймать добычу. Он улыбался, показывая свои белые зубы, читая какое-то письмо. Титос заметил на нем печать из Пентоса. Капитан на секунду перевел взгляд на сыщика, затем дальше продолжил читать письмо. Не церемонясь, сыщик подошел к столу и сел напротив капитана, по своей привычке сложив пальцы домиком. Командующий городской стражи испытывающе посмотрел на следопыта, и, подождав несколько секунд, заметил: -Я не предлагал вам сесть. -Вы, сир, и не представились. - он кивнул на письмо. - Ну как? Они подтвердили мою личность? Капитан сжал свои тонкие губы: -Как вы…? -Ваш кабинет, сир, - не самое подходящее место для допросов, тут слишком уютно, и вряд ли допрашиваемым пленникам он внушает страх, значит, допросы проходят в другом месте. Следовательно тип нашей с вами беседы будет другим. Это плюс к тому, что на меня не надели кандалы. Какой же я заключенный без кандалов? Ах да, на письме, что вы сейчас читаете стоит печать Пентоса, а моя контора именно там и находится. - он немного подождал, переводя дух и давая капитану осмыслить сказанное, затем продолжил. - Именно поэтому вы меня тут так долго держали? Вы ждали подтверждения моей личности. Командующий отложил письмо: -Не только, сир Титос, - он отложил в сторону письмо. Мы также опрашивали всех свидетелей, чтобы иметь лучшее представление о происшедшем в таверне. Но где мои манеры? Вы правы. - он встал, подошел к комоду, взял стоящий на нем мех с вином и два бокала, затем он сел на место и, разливая вино, представился. - Меня зовут сир Вильям Хилл, - он передал один бокал Титосу. - командующий староместской стражи. О, так вы не пьете? - спросил он после того, как сыщик отодвинул бокал. - Могу поинтересоваться почему? -Считаю это отравой, дурно сказывающейся на ясности разума. Вильям покачал головой: -Зря вы так, сир, зря. Я вот, считаю вино прекрасным напитком. -Смотрите не переусердствуйте, вы капитан стражи в конце концов. - съязвил Титос. Командующий расхохотался, его смех эхом отражался от стен кабинета, создавая впечатление того, что смех шел отовсюду. В приступе смеха капитан хлопнул ладонью по столу. -Уверяю, на моей работе это никак не сказывается. - сказал он, удобнее устраиваясь на своем похожем на трон кресле. - Старомест в безопасности. - при последних словах, в голосе прозвучали нотки гордости. -Скажите это мертвому наемнику, там внизу. Вильям нахмурил брови на своем широком лбу: -Да, очень жаль, что мы его не сумели допросить. На то воля Семерых, храни Матерь его душу. -Еда в моей миске тоже была отравлена… - начал сыщик. -Но однако вы живы! - воскликнул капитан. - Разве это не доказательство справедливости богов? Хорошие люди живут, а плохие получают по заслугам. За это стоит выпить. Титос с разочарованием посмотрел, как командующий залпом выпивает бокал с вином. Решив, что его поддержки надо добиться, пока он еще находится в трезвом состоянии, сыщик спросил: -Когда мейстер скажет результаты вскрытия? Вильям пожал плечами: -Думаю, завтра утром. Следопыт встал и подошел к окну. Солнце уже зашло за Высокую Башню, и большая тень отбрасывалась на здание стражи. Держа руки скрещенными за спиной он смотрел на староместские дома, пытаясь себе представить, где сейчас находится убийца. -А что повар? - спросил сыщик, повернувшись к командующему. - Кто у вас готовит еду? -Один из стюардов, молодой паренек, но готовит замечательно. - похвалил его капитан. "Бросить бы тебя в темницу на пару дней, ты б велел ему руки отрубить." -Мне надо с ним поговорить. -Хорошо, пойдемте. Вильям встал, подошел к висящим на манекене доспехам, и взял ножны с мечом. Сыщик отметил, что оружие капитана, ничем от обычного солдатского не отличается. Капитан уже подошел к двери, когда заметил, что Титос за ним не пошел: -Ну, что стоите? Идем. -Я так, - он показал на свои лохмотья. - Никуда не пойду. Капитан хлопнул себя по лбу: -Простите меня, видимо, что-то ударило мне в голову. Сейчас вам принесут ваши вещи. - он открыл дверь и обратился к одному из стражников, охранявших кабинет. - Эй, ты! Давай быстрей хромай в хранилище и принеси вещи сира Титоса. Стражник произнес четкое "Я мигом" и отправился вперед по коридору, по которому сыщик сюда пришел. Вильям повернулся к сыщику и с довольным лицом произнес: -Ну вот, сейчас будет. Его веселое поведение уже начало откровенно бесить Титоса. Пытаясь побороть свой гнев, он сильно сжал правую руку в кулак. -Мне нужно еще кое-что. - тихим голосом сказал следопыт. -Да, я слушаю. Титос сел обратно на стул: -Пошлите своих солдат за архимейстером Марвином. Пусть скажут, что от меня. При упоминании архимейстера, глаза капитана словно увеличились в диаметре: -Зачем? Следопыт проигнорировал его вопрос: -Также пусть скажут, чтобы вместе с ним пришел один школяр. Марвин должен понять про кого я говорю. Пусть приведут Джона. * * * Приятно было чувствовать легкий вес валирийской стали за спиной. Теперь он не чувствовал неудобства, пытаясь сжать рукоятку отсутствующего кинжала - ему вернули все его вещи, даже Цветок Неведомого. Одетый как до заключения, Титос сидел вместе с капитаном в столовой, где ежедневно ели пятьсот стражников. Столовая располагалась западной части здания, в крыле, противоположном тому, где находится кабинет командующего. Помещение нельзя было назвать просторным. Несмотря на высокий потолок, пустые каменные стены будто сдвигались на тебя, со звериным желанием придавить всех, кто находился внутри. Если еще где-то западнее маяка Хайтауэра было светло, то сюда солнечный лучи уже не проходили, и свет обеспечивали десяток факелов, висящих на стенах. Два длинных стола стояли параллельно друг другу. Стражники уже отужинали, и потому сыщик с капитаном сидели одни, терпеливо ожидая повара. Наконец, он появился. Паренек с русыми волосами и светлыми глазами лет семнадцати-восемнадцати, одетый в обыкновенные брюки и запачканный едой фартук, надетый на грязную рубаху, направлялся к ним, вытирая о брюки мокрые руки. Он был достаточно широк в плечах - видимо, стюард не все свое время проводил на кухне. Загорелая кожа поблескивала в свете факелов. Стюард подошел к их столу и сел напротив. Вильям представил стюарда: -Сир Титос, это Ричард ммм… - он вопрошающе посмотрел на юношу. -Флауэрс, сир. - ответил тот. -Да, точно. - подтвердил капитан. - Ричард, мы бы хотели у тебя кое-что спросить. Повар слегка побледнел, на секунду у него задрожал правый верхний уголок рта, он поерзал на скамейке, усаживаясь поудобнее. -Спросить что? - поинтересовался Ричард. -Мне интересно, не захерил ли ты ужин для пленников? - начал Титос, он, как обычно, сложил пальцы домиком и уставился на стюарда. -В каком смысле, захерил? - юноша избегал взгляда сыщика, смотря то по сторонам, то в стол. -Испробовав твою кашу, погибли наемник и бедная крыса. -Я ничего…! Нет, правда, я всегда старался готовить вкусно. - Ричард панически замотал головой. -Еда была отравлена, предположительно Душителем. А ты старался, чтобы вкусно было! - Титос наклонился вперед, увеличивая давление на юношу. -Отравлена… - тихо пролепетал повар. - Я не знаю как, сир, чес-слово. Ах… - юноша словно что-то вспомнил. - А знаете, ведь кто угодно мог отравить. Я оставляю еду для заключенных на столе, а сам продолжаю заниматься другими делами - мне ведь не только готовить надо. Понимаете, сир? -Ну да, кто угодно. Это ведь не здание городской стражи, а проходной двор какой-то! Я прав, капитан? - разозлился сыщик. -Нет, здание превосходно охраняется, и никто посторонний без моего ведома сюда не может пройти. - запротестовал Вильям. -А это мы сейчас проверим. - следопыт встал и обратился к повару. - Веди меня на кухню. -Да, сир, сию минуту. - юноша, как будто, стал меньше волноваться. Они прошли через всю столовую в дверь, откуда пришел стюард, и попали в небольшое помещение. Кухне, определенно, требовался хороший ремонт: исшарканные стены, капли воды, стекающие из дырок в потолке, несмотря на отсутствие дождя, ветхая деревянная мебель, готовая развалиться в любой момент по щелчку пальца, один из столов был завален грязной посудой. "Тут вдвоем с трудом можно передвигаться, не говоря о троих." - подумал Титос. -Капитан, прошу вас, выйдите. - обратился он к Вильяму. У командующего на лице появилось выражение удивления, смешанное с оскорблением, но решив не задавать вопросов, он склонил голову: -Буду ждать вас снаружи. Титос огляделся по сторонам. В кухню вели две двери: одна из столовой, и другая в коридор. Через вторую, как понял позже сыщик, ввозили продукты. Он подошел и дернул за железную ручку двери - заперто. -У кого есть ключи от этой двери? - спросил он Ричарда, который все это время молча наблюдал за действиями следопыта. -Эмм, у грузчиков, сир, - он почесал свои русые волосы. - И у меня. Титос нагнулся к замочной скважине: небольшие царапины виднелись на металлической полости - ключ такие царапины не оставляет. -Расскажи мне, - сыщик прижался спиной к двери. - Что тут происходило, после того как ты приготовил ужин для заключенных? Юноша замешкался, вспоминая подробности сегодняшнего дня. Следопыт терпеливо подождал. -Ну, я приготовил целую кастрюлю овсяной каши, - он прошелся по кухне. - Положил миски для заключенных сюда. - он указал на стол, находящийся рядом с ведущей в столовую дверью. А сам ушел. Сыщик нахмурился: -Ушел? Куда? Юноша развел руками: -Знаете, сир, завтра в городе будет ярмарка, а продукты сюда привозят именно оттуда, вот я и пошел договариваться с рабочими. Но я никого не травил, Семеро мне свидетели. -Ты свободен, пока. Титос вышел из кухни и обратился к неподвижно стоящему возле двери капитану: -Сир Вильям, а где сейчас находится мейстер, забравший тело? Командующий задумался: -Наверное, в своем крыле здания, проводит вскрытие. -Проведите меня к нему. -Хорошо, следуйте за мной. Они прошли к двери, позволявшей выйти из столовой, и, по бесчисленным коридорам, направились к мейстеру. Крыло мейстера делилось на две комнаты: спальня, и что-то вроде лаборатории, совмещенной с кабинетом, где капитан с сыщиком и застали его. Лаборатория была обставлена комодом, в котором предположительно лежали склянки с лекарствами, небольшим столом, за которым и сидел мейстер, стоявшим возле окна. Особенное внимание следует уделить телу, накрытому слегка окровавленной простыней, лежавшему на каменной возвышенности, напоминавшей кровать. Сам мейстер читал книгу. Для мейстера он был довольно молод, лет тридцать пять, не больше. Он был полного телосложения, а голова издалека напоминала приплюснутое яблоко. Лысина на голове красовалась среди слегка поседевших черных волос, словно выгоревшая местность после лесного пожара. Титос, пообщавшись с одним целителем из Квохора, стал считать, что люди с высоким лбом очень умны. Если это так, то этот мейстер один из самых умных людей, которых сыщик когда-либо встречал. Глаза, маленькие как у хорька, бегали по громоздкой книге, которую он сейчас читал. Заметив вошедших, он отнял взгляд от книги и высоким голосом, почти не раскрывая своих тонких губ, заговорил: -Сир Вильям, а я уже хотел идти к вам. - он перевел взгляд на сыщика. - А вы, должно быть, тот самый следопыт? Наслышан, наслышан. Спрашиваю чисто из любопытства, каково это побывать на той стороне закона? "Знал бы ты, что мне пришлось делать в прошлом, ты бы побоялся спрашивать." - подумал сыщик, но, улыбнувшись, ответил: -Довольно увлекательно, эмм… -Левир, - мейстер учтиво улыбнулся. - Знаю, что вы подумали: "Редкое имя, его родители, должно быть, были чудаками". -Наоборот, я сторонник всего экзотичного. - Титос кивнул на тело. - Я так понимаю, вы провели вскрытие. Мейстер встал изо стола, подошел к трупу и сорвал простыню, предоставляя на обозрение разрезанное горло наемника. -Как и ожидалось, кусочков еды в горле не было обнаружено, но вряд ли можно подавиться кашей. Я бы сказал, что это Душитель, редкий яд. Растение, из которого его делают, встречается только на Летних островах. - он выдержал паузу, давая возможность осмыслить все им сказанное. - Похоже, убийца, которого вы ищете - искусный алхимик и отравитель. Ведь приготовить яд недостаточно, нужно еще убедиться, что он попадет в тело жертвы. Там скажите мне, сир Титос, вы же понимаете, что, вероятно, охотитесь за Безликим. Сыщик покачал головой: -Безликий не стал бы заметать следы через несколько месяцев после убийства - он бы их попросту не оставил. -Извините, не подумал. - он закрыл лицо наемника простыней. - Пожалуй, вы правы. Уровень нашего развития не позволяет с точностью определять яды. Возможно и придет время, когда мейстеры смогут лечить любую болезнь, а пока… Это все, что я могу вам рассказать. -Благодарю вас, мейстер Левир. - сыщик слегка поклонился. -Сир командующий! - в комнату вбежал запыхавшийся стражник. - Архимейстер Марвин прибыл. Он вас ждет в вашем кабинете. -Он? Один? - спросил сыщик. -Один, сир. Титос выбежал из лаборатории, оттолкнув по пути стражника. Дорогу назад он помнил хорошо, благодаря исключительной памяти. Сыщик слышал, как вслед за ним бежал Вильям, на ходу выкрикивая проклятия. Стражники, охранявшие кабинет капитана, закрыли собой дверь, не давая следопыту пройти. -Все в порядке. - подбежал изрядно вспотевший капитан. - Ну вы и побегать, сир. К чему такая спешка? Сыщик оставил вопрос без внимания и буквально ворвался в кабинет командующего. Возле окна, оперевшись одной рукой об стену, стоял Марвин. Казалось, что он сильно похудел за эти четыре дня. Да и лицо было намного бледнее. -Где Джон? - был первый вопрос сыщика. Старик посмотрел на него своими зелеными глазами, медля с ответом. -Архимейстер, где школяр? - переспросил Титос. Поправив окуляры, Марвин, наконец, ответил: -Джон упал с башни Цитадели, ухаживая за оранжереей. Его тело нашли сегодня утром.

Очень интересно)) Аж зачитался...  Ждем-с продолжения)))

Глава 1 -Можно мне сорвать один? - Спросил Титос архимейстера, после того как они вошли в оранжерею. Оранжереей в цитадели называли площадку на крыше одной из башен. По периметру стояли деревянные столбы, чтобы ее можно было накрыть плотной тканью, в случае дождя. Кругом, в горшках с землей, больших и маленьких, были рассажены разные растения, со всех уголков света. Здесь росли и повсеместные травы, и диковинные алхимические ингредиенты с Андалоса и даже Сотороса. Они подошли к ковру из красных цветков. Пестрые кроваво-красные лепестки с мелкими, едва заметными белыми точками, на тонком желтоватом стебле приятно радовали, и вполне могли украсить любой сад. Какая ирония, что такая красота, заставляет людей умирать такой страшной смертью. Боги смеются над нами всеми. Титос приблизительно подсчитал количество - около тридцати штук. Затем он обратился к архимейстеру: -Так что скажете? Марвин одарил следопыта испытывающим взглядом: -Ты чужак. Поделиться знаниями - одно, отдать часть имущества Цитадели - совсем другое.Тебе здесь и быть то не положено. И ты спрашиваешь, можно ли тебе взять с собой, возможно, одно из самых смертоносных растений в Вестеросе? -Я заплачу. За один цветок - десять драконов. Старик покачал головой: -Деньги нам не нужны. Казна короля Эйериса обеспечивает нас достаточными средствами. Титос попытался найти другой подход: -Ну, а что вор? Разве вы не хотите узнать, кто их украл? -Что было, то было - больше не повторится. Отец пошлет нам справедливость, если посчитает нужным. Сыщик вцепился взглядом в старика: -А что если, я и есть вестник справедливости? Может Отец и прислал меня. Трое людей убиты, архимейстер, трое жен остались одни с детьми. Разве вам не безразличны люди? Старик все так же бесстрастно смотрел на Титоса, но что-то в его взгляде изменилось: -Ты также хотел посмотреть комнату Аллена. Еще есть время. Не дожидаясь ответа, Марвин пошел к двери. Сыщик склонился к горшку и сорвал Цветок Неведомого. На ходу кладя растение в мешок, он пошел вслед за архимейстером. Они спустились по винтовой лестнице на два этажа ниже и вышли на мост, соединяющий две башни. У Титоса возник вопрос: -Я думал, он живет этажом ниже оранжереи. Старик, и так идущий слишком быстро для своего возраста, прибавил ходу: -Жил, но после инцидента мы его переселили в общие комнаты. Теперь за растениями он не следит. Они зашли в зал с большим количеством дверей. "Тут живут школяры," - понял Титос. Возле входа сидел прыщавый юноша и читал книгу. На вид ему было лет одиннадцать. Одет он был, как прислуга. При виде архимейстера, он вскочил и залепетал: -Архимейстер Марвин, чем могу помочь? -Ключ от двери Аллена, Льюис. Юноша недоверчиво посмотрел на сыщика. Будь бы он в положении задавать вопросы, несомненно, он бы задал целую кучу. Вместо этого он покорно поклонился, и достал огромную связку ключей. Каждый ключ был помечен цифрой - номер комнаты. Отыскав нужный, Льюис протянул его архимейстеру. Старик взял ключ и они вдвоем направились к комнате Аллена. Титос заметил: -У него превосходная память, раз он способен запомнить у кого какая комната. К тому же он читал книгу. Он не хочет учится на мейстера? Марвин отмахнулся: -Он парень умный, но ленивый. Чтобы стать мейстером ума недостаточно, нужно еще очень много трудиться. Они подошли к нужной двери. Архимейстер повернул ключ в скважине, и открыл ее. Рыцарю оставалось только удивиться силе и энергии старика. Титос оказался в тесном помещении. Деревянный стол, стоящий у окна, незастеленная кровать, шкаф с одеждой и комод с книгами и прочими бумагами: это все было единственным, что заполняло эту комнату. Абсолютно голые, без единой картины, стены придавали ей сходство с темницей. Хоть света поступало достаточно. Следопыт повернулся к архимейстеру: -И много у вас таких комнат. Тот пожал плечами: -Еще два этажа в этой башне и один в другой. Те у кого хватает денег предпочитают снимать комнату в городе. "Король Эйерис обеспечивает деньгами, говоришь?" Решив не отвлекаться Титос вернулся к делу: -Вы его комнату уже обыскивали? -Не было оснований. -А для допроса основания были? Архимейстер поглаживая свой чисто выбритый подбородок, ответил: -Допрос всегда действеннее. Сыщик приступил к осмотру. Он решил начать со стола. На нем лежали перо, с засохшими на острее чернилами, чернильница, исписанные корявым почерком бумаги и раскрытая книга. Титос взял книгу и посмотрел на название: "Алхимия как наука врачевания". Дальше он просмотрел бумаги. Ничего особенного: рецепты снадобий, да выдержки из книги. Обыск шкафа не дал никаких результатов. Там было всего два костюма: бриджи и рубаха, и выходной костюм. Следопыт также осмотрел заднюю стенку шкафа и низ - на случай тайников. Но, увы. Теперь он подошел к комоду с книгами. Три ряда научных трудов и летописей стояли нетронутые: довольно большой слой пыли лежал перед всеми книгами. Кроме одной. Титос достал книгу из комода и открыл ее. Оттуда с шелестом повылетали десяток писем. Почти все из них с негромким шлепком упали на каменный пол. Архимейстер, все это время внимательно наблюдавший за следопытом, увидев письма, выпучил глаза и бросился помогать их собирать. Но сыщик его остановил: -Нет, не мешайте. Титос собрал письма и осмотрел их. Их присылали каждую неделю, в один и тот же день. В правом верхнем углу у каждого письма была приписана дата. Он начал быстро прочитывать их содержание. Письма были от некой Алисы. Обычная любовная переписка, но сыщик решил, что архимейстеру о ней лучше не знать. Внимание следопыта привлекло письмо, датированное чуть позже шести лун назад. Оно заканчивалось словами: "…Мы ведь сможем встретиться у нашего дуба, завтра ночью. Ты ведь сделаешь это для меня, правда? С любовью. Алиса." После этого, письма прекращались. Возможно, именно эта девушка и была нужна Титосу. Не было ничего удивительного, если в последнем письме она требовала свидания. Но почему переписка прекратилась? Был ли Аллен бесщадно обманут? Девушка жила в Староместе, это очевидно. А как они передавали друг другу письма? Титос обратился к Марвину: -Каждый школяр имеет доступ к клетке с воронами? Архимейстер покачал головой: -За отправку писем у нас отвечает один школяр, Уиллос. Я думал, у Аллена нет семьи, от кого же эти письма? - поинтересовался он. -От священника, который его приютил. - отрезал сыщик. - Мне нужно поговорить с Алленом, где я сейчас могу его найти? Старик запротестовал: -Мы ведь его уже допрашивали, и результаты я тебе уже сообщил. Зачем ворошить прошлое? "Почему он мне препятствует?" -Эй, Аллен ты тут? - кто-то яростно стучал в дверь обоими кулаками. - Я знаю, что ты там, я слышал голоса. Незнакомец, открыв дверь, ворвался в комнату. Это был невысокий школяр с черными волосами, растрепанные, словно иголки у ежа. Его лицо было вытянуто, покатые щеки блестели на свету, круглые как колодец глаза, бегали по комнате. Увидев архимейстера, юноша принял серьезный вид, выпрямил спину и слегка поклонился: -Архимейстер Марвин, - только сейчас он заметил Титоса. Лицо его еще сильнее вытянулось в удивлении. - А где Аллен? Что-то случилось? Сейчас Титос пожалел, что на нем надет дублет с кольчугой. Как объяснить школяру, что вооруженный рыцарь делает в комнате его друга? Надо было одеться по-аристократски, Неведомый его дернул подумать, что в кольчуге будет безопаснее. Напряжение в этой комнате накалилось до предела. Трое человек, молча, переглядывались между собой. Еще не ясно, кто чувствовал себя более неловко - школяр, увидевший архимейстера со странным незнакомцем в комнате своего друга, или сыщик, который не мог придумать оправдания, для своего здесь нахождения. Только Марвин спокойно стоял и думал. Времени прошло не более нескольких секунд, но было ощущение, что все это длилось очень долго. Архимейстер первым нарушил молчание: -Джон, это сир Титос. - кивнул головой в сторону сыщика, тот, в свою очередь, приветствовал школяра, слегка качнув головой вперед. - Он здесь по поручению лорда Хайтауэра, осматривает комнаты. "Ого, ну он и загнул. Хотя, что еще тут можно было придумать?" Юноша неправдоподобно удивился: -А зачем вам осматривать комнаты, сир? "Действительно, какое лорду дело до того, как живут в Цитадели?" - подумал Титос, но вслух сказал другое: -К лорду приехали знатные гости из Хайгардена, и один из них очень заинтересовался жизнью Цитадели, но сам, увы, приехать не смог - неожиданно заболел. Школяр ухмыльнулся: -Глубоко надеюсь, что вам очень понравилось, передайте лорду, что мы проходим обучение в самых благоприятных условиях. - Сказав это, он иронично оглядел маленькую комнату Аллена. "Что-что, а он не глуп. Не зря он учиться на мейстера. Может он что-то слышал?" - быстро промелькнуло в голове у следопыта. -Я искал Аллена, - сказал Джон. - думал, что он тут, но, наверное, он где-то еще. Я, это, пойду дальше его искать. Сир, приятно было познакомиться. - Последни слова он проговорил очень быстро, затем развернулся и вышел из комнаты. Титос посмотрел на спину уходящего школяра, после чего обратился к архимейстеру: -Лорд Хайтауэр? На лице старика всплыла небольшая улыбка, обнажившая его наполовину беззубый рот: -Почему бы и нет? Все же лучше, чем знатные гости из Хайгардена. Теперь улыбались они оба, Титосу даже начал нравиться этот старик. Может не каждый человек плох, если его узнать поближе? "Пора уходить отсюда, больше тут я ничего не узнаю." - подумал сыщик. -Вы мне очень помогли, архимейстер. - они пожали друг другу руки. -Надеюсь, мы больше не увидимся? - подмигнул Марвин. Следопыт засмеялся: -Не думаю, по крайней мере, я не планирую возвращаться в Цитадель. Они вместе вышли из комнаты, архимейстер запер дверь на ключ, и они пошли к Льюису. Старика что-то волновало: -Как я тебя увидел, одно меня сразу заинтересовало… -Мой шрам? - Уж больно сильно он бросается в глаза. - заметил Марвин. -Ну конечно, шрам то ведь на пол лица. - Они дошли до Льюиса. Стюард принял ключ и попрощался с ними. Архимейстер продолжил разговор: -Не поделишься, откуда он? Сыщик пожал плечами: -Подарок одного любезного дотракийца. Архимейстер и его гость вышли на мост, соединяющий две башни. Остановившись Марвин спросил: -Не думал, что дотракийцы могут быть любезными. -Любезным с его стороны было оставлять меня в живых. - Следопыт улыбнулся. - Зря, между прочим. Я, после, не остался в долгу. Поняв, что старик никуда не собирается идти Титос обратился к нему: -Мне нужно идти. Прощайте. Архимейстер повернулся к нему: -Солнце здесь заходит поздно. - зачем-то сказал он. -А школяры любят погулять. Прощайте. - махнул он рукой, словно прогоняя его. Сыщик пошел к выходу из Цитадели. Вновь найдя зацепки, он стал чувствовать себя намного лучше. Может найти убийцу - не такое уж и гиблое дело, как утверждали его знакомые в Пентосе. Ему нужно было найти Аллена и поговорить с ним. Уже стоял вечер, а где школяры любят проводить время? "Правильно," - сказал он сам себе. - в "Перо и кружка". * * * Таверна в вечернее время, по большой части была заполнена школярами. Юноши от тринадцати лет и старше сидели, веселились и распивали эль. Помимо школяров в кабаке находились еще несколько рабочих и бард, игравший замечательную мелодию на своей арфе. Удивительно, какую чудесную мелодию могли создавать всего лишь семь нот, сыгранные в определенном порядке. Менестрель, со спокойным видом, своими длинными пальцами натягивал и отпускал струны. Но музыка была лишь фоном, внимательно ее почти никто не слушал. За самым дальним столиком, там же, где и в прошлый раз, сидел Аллен со своими приятелями, Томом и Беном. Как и в прошлый раз, они оживленно болтали. Аллен, все так же, что-то рассказывал, похоже, он был чем-то вроде местного шута для этих двоих. Титос подошел к их столику и положил руки на плечи Тома и Бена: -Не оставите нас наедине? Они переглянулись между собой, закивали головой и встали со скамейки. Подождав, пока они уйдут, сыщик сел на их место, вцепился взглядом в Аллена, и, переплетя пальцы рук, начал: -Я знаю про Алису, Аллен. - Говорил он грозным, почти угрожающим голосом. Кружка эля, которая в этот момент находилась в руке школяра, выпала из рук и с грохотом ударилась о деревянный пол, разлив содержимое. Благодаря шуму в таверне и игре барда этого почти никто не заметил, кроме самого музыканта, который слегка улыбнулся при виде этой сцены. Титос отчетливо видел, как у юноши лихорадочно задрожали губы. Он немного собрался с мыслями, прежде чем ответить.: -Откуда вы узнали об этом, сир? - он нагнулся и поднял упавшую кружку. Сыщик старался не прерывать зрительного контакта: -Я читал ее письма тебе. Нервничая, он водил кружку по столу. Сделав попытку успокоиться, он провел рукой по вспотевшему лбу: -Вы были у меня в комнате, никакой вы не алхимик. Это давно забытая история, она уехала отсюда. - он не слишком сильно стукнул кружкой по столу. - Все кончено. Следопыт заметил, как намокли круглые глаза юноши. Видимо, он многое тогда пережил. Титос изменил голос на более спокойный: -Расскажи мне все, Аллен. Тот интенсивно замотал головой: -Я…я не могу. Сыщику стало жаль юношу, но информацию надо было получить: -Об этом узнаю либо только я, либо архимейстер и все твои друзья заодно. В глазах юноши застыл испуг, он посмотрел глазами вокруг, подозвал к себе служанку и заказал себе еще эля. Титос понял, что школяр начнет рассказ, как только ему принесут выпивку, поэтому он терпеливо ждал, посматривая по сторонам. Какое-то предчувствие беспокоило его: иногда, когда его подстерегала опасность, шрам начинало импульсивно дергать, но он мог болеть и просто так. Слегка поморщившись от боли, сыщик потер рукой старую рану. Пятнадцатилетняя служанка принесла им две кружки эля. Аллен, поблагодарив ее, передал одну сыщику. Отпив от своей, он начал: -Это было около восьми лун назад. В Староместе каждую неделю проходит ярмарка, там торгуют разными товарами, даже теми, что из Вольных Городов. Я, обычно туда не хожу, но в тот день мне нечего было делать, и я решил ее посетить. Я даже подумывал что-нибудь купить, если приглянется какая-то безделушка. Иду я, значит, по ярмарке и вижу очаровательную леди. Ее шикарные длинные черные как ночь волосы развевались на легком ветру. А ее личико, эх, сир, видели бы вы ее личико. Веснушчатое кругленькое, с очаровательным маленьким носиком: оно было прекрасно. Одета она была в прекрасное расшитое платье, сразу видно - дочь знатного человека. Она стояла возле лотка с фруктами и о чем-то разговаривала с торговцем. Я, набравшись смелости, подошел поближе. Знаете, как у меня стучало сердце? Да я влюбился в нее с одного взгляда. Когда я приблизился к ней, она уже купила яблоки и пошла дальше. А я ходил за ней, целый день ходил. Казалось, она была хорошо знакома со всеми людьми на ярмарке, так легко и приветливо она со всеми разговаривала. Я купил для нее цветок - прекрасную красную розу. Позже, когда она уже собиралась уходить, я сумел застать ее одну, и объяснился ей. Я стоял на коленях, держа в руках эту жалкую розу, и шептал ей, как я ее люблю. Она улыбнулась и приняла эту розу. Приняла, понимаете? Сказала, что увидится со мной на следующей ярмарке. Через неделю мы с ней встретились. Мы стояли возле большого ветвистого дуба, где она сказала, что мы не сможем открыто разговаривать и передала письмо, попросила оставить ответ на него в дупле этого дерева на следующий день. Так мы и переписывались, из ее писем я узнал, что у нее очень строгий отец, и, что он хочет выдать поскорее ее замуж. В своем последнем письме она просила встретиться, это было неожиданно, поэтому я решил, что что-то случилось. Архимейстера Марвина не было в Цитадели, так что я без труда выбрался оттуда. Когда я пришел к дубу, Алиса уже была там, из ее глаз текли слезы, увидев меня, она бросилась ко мне, обняла меня и начала очень быстро говорить. Я понял, что отец нашел ей жениха, кого-то из отпрысков лорда Блэквуда. Это была очень выгодная партия для ее семьи, и скоро она уедет в Древорон. Она попрощалась со мной и ушла, больше я ее не видел. А потом, когда вернулся архимейстер, меня обвинили в краже цветков. Дальше вы, я полагаю, знаете. Титос отпил от своей кружки с элем, с сочувствием посмотрел на школяра и сказал: -Мне очень жаль, Аллен. Но тебе все равно приносить обет безбрачия. Юноша, вконец расчувствовавшийся за время своего рассказа, всхлипнул: -Легче от этого мне не становиться. Проскрипела входная дверь - в таверну вошли два вооруженных мужлана, искавших кого-то своими маленькими глазами. Остановив взгляд на Аллене, они направились к нему. Аллен, за избытком чувств, их не заметил, он продолжал сидеть и смотреть в деревянный стол. Это были два типичных воина: первый был на две головы выше второго, широкоплечий и носил тяжелый двуручный меч за спиной; второй был щупленьким, лысым, но ступал он достаточно легко, за его спиной красовался длинный охотничий лук. Наемники уже вплотную подошли к их столику. Один из них, тот что повыше, толкнул следопыта рукой. Второй остановился чуть поодаль, словно никого больше к ним не подпуская. Титос повернул голову и встретился взглядом с незваным собеседником. Он никогда раньше его не видел. Наемник, посмотрев на лицо сыщика, в улыбке оскалил красные зубы - признак любителя пожевать кислолист, и обратился к своему напарнику: -Смотри, а наша ищейка и вправду уродец. - он повернулся к Титосу. - У нас для тебя сообщение. Сыщик поморщился - от воина сильно пахло ромом. Следопыт незаметно коснулся пальцами рукояти кинжала. Интересно, что ему будет за убийство двух мужчин в таверне? Оставаясь хладнокровным, он поинтересовался: -Что за сообщение? Наемник сплюнул на пол и замахнулся кулаком, целясь прямо в голову Титоса. Сыщик, вовремя уклонившись от удара, вскочил со скамейки, на ходу вытащив кинжал из ножен, и, нанеся режущий удар противнику по щели между доспехами в области подмышек, кинул один клинок в лучника, который уже натягивал тетиву. Затем, сильным пинком в живот, он сбил нападавшего с ног. Вместе со своим товарищем упал и лучник, с торчащим из левого глаза кинжала, вошедшего по самую рукоять. Титос обнажил свой полуторный меч, и приставил лезвие клинка темно-серого, почти черного цвета, к горлу поверженного противника. К этому моменту на них уже были обращены все взгляды. Кто-то убежал звать городскую стражу, менестрель посчитал смешным сыграть "Песнь о Лукаморе Сильном". Аллен, очнувшись от своих переживаний, с шоком смотрел на финал драки. Наемник словно и не замечал своего положения, он нагло ухмыльнулся и громко произнес: -Удивительно видеть валирийскую сталь у нелорда, у кого ты ее украл? Сыщик приблизил острие меча ближе к горлу противника, после чего пристально посмотрел своими черными как ночь глазами: -Кто просил тебя передать "сообщение"? Наемник, похоже, осознал в какой ситуации оказался, он сглотнул комок страха и так тихо, что только Титос мог его услышать, произнес: -Я не знаю кто он. Он просто заплатил нам, и сказал, где мне вас найти, имени я не знаю. Следопыт стиснул зубы: -Лицо. -Он скрывал его под капюшоном, - на лбу наемника выступил пот, - но он не вестероссец, это точно - говор у него другой. Кожа такая загорелая, и, кажется, у него нет левого глаза. -Кажется? -Я заметил конец повязки, чуть ниже левого… Договорить он не успел, в таверну яростно ворвались стражи городского порядка, держа в одной руке меч, в другой - щит, как всегда, вовремя. Увидев Титоса, стоящего с обнаженным мечом, они сомкнулись в полукруг, отрезая путь к бегству. Один из них, видимо самый смелый, крикнул: -Бросьте оружие, сир. Даже бард перестал играть, на своей арфе. Титос, отведя взгляд от наемника, посмотрел на блюстителей закона. Сражаться с ними было бы идиотизмом, только больше проблем наживешь. Стражник повторил свое требование, только после этого сыщик в сторону отбросил свой меч, слушая как валирийская сталь с приятным звоном ударилась о пол.

Спасибо за добрые слова))

За объективность - низкий поклон)) В дальнейшем, постараюсь уменьшить количество подобных ошибок))

Ну, вам менестрель, отдельное спасибо :3

Благодарю, буду стараться)

Милый яд. Пролог. Красивый торговый корабль, рассекая воды залива Шелеста, приближался к огромному порту, известного на весь мир города. Судно, шедшее из Пентоса, казалось величественным и совсем не поддающееся штормам. На корпусе корабля было вырезано его название - "Одинокая дева". Пурпурные паруса, ранее вздымающиеся под порывами сильного ветра, сейчас были свернуты. Команда матросов, в основном состоявшая из чернокожих, вовсю была занята работой, подгатавливая корабль к причаливанию. На палубе, глядя на порт, стоял высокий мужчина средних лет, с суровым худощавым лицом. Его орлиный нос свободно вдыхал свежий воздух летнего бриза. Он был небрит и не стрижен, его черные как смола волосы спадали до самых плеч. Пожалуй, самым необычным в его внешности были его глаза. Полностью черные, в них можно было смотреться, как в зеркало. Лицо было довольно обычным и неприметным, уродовал только длинный вертикальный шрам, проходящий от лба через левый глаз и заканчивающийся на щеке. Он уже надел свой коричневый дублет, плотно облегающий его мускулистое тело, а под него, разумеется, кольчугу. На его спине располагались дорожная сумка и полуторный меч, слишком длинный для ношения на поясе. На самом поясе у него было четыре кинжала - два по бокам и два сзади. Плюс еще по одному было спрятано в каждом сапогу. Он с силой сжимал перила палубы, в ожидании окончания его плавания. Древний город, полностью каменный, приближался со временем. Путник уже мог различить людей, во всю работающих в порту. Рабочие перетаскивали грузы на торговые судна, готовящихся к отплытию. Судя по флагам - в Тирош и Волантис. Местная рутина его ничуть не интересовала, однако натренированный и наблюдательный взгляд без его воли подмечал мельчайшие детали, какие только можно было заметить. Но даже слепой не мог не заметить высокий маяк, перерезавший своей тенью город, как меч. Высокая башня, также известная, как Хайтауэр, была самым высоким строением во всем Вестеросе. Многие даже полагали, что она выше самой Стены. Корабль вошел в порт, моряки скинули якорь и готовились к вылазке на берег. Веселый смуглый капитан с Летних островов, одетый в бархатную куртку, бриджи из тафты, шелковую рубаху и плаще из разноцветных перьев, нахлобучил изящную фетровую треуголку и подошел к путнику. -Добро пожаловать в Старомест, сир. - Говорил на вестеросском он почти без акцента, что было удивительно. - Как и обещал, я доставил вас в целостности и сохранности. -Да, спасибо. Премного благодарен тебе, Квухуру Нокс. - С этими словами рыцарь протянул ему кошель с монетами. Капитан, улыбнувшись своей белоснежной улыбкой, взял кошель и, растягивая слова, заговорил: -А вы мне кажитесь странной личностью. Интересной, но странной. Вы ведь даже имени своего не говорите. - Сказав это, он улыбнулся еще шире. Рыцарь, нахмурившись, посмотрел ему в глаза. Поняв, что капитан замышляет недоброе, он сжал рукоять кинжала и спокойно ответил: -Что ты хочешь сказать? -Я не думаю, что лорду Хайтауэру не понравиться, что в город хотят проникнуть тайно, понимаете? - С этими словами, он протянул руку, ожидая еще одного кошеля с золотом. Но к его удивлению, руку отяжелил не вес золотых и серебряных монет, а рука рыцаря, обхватившая локоть капитана, и силой сжавшая. Несмотря на всю грубость и быстроту действий, путник оставался абсолютно спокойным: -Слушай меня сюда, черномазый. По-моему у лорда и так слишком много дел, и ему не до чужаков. - Он пальцами надавил на руку капитана, чуть ниже локтя. Квухуру побледнел, в глазах отразился ужас. - Мы же друг друга понимаем? В этот момент, как-будто, что-то изменилось в черных глазах рыцаря. Что-то нехорошее промелькнуло в этой бездне. Капитан, словно боясь провалиться в эту пропасть, закивал головой и быстро пролепетал: -Да, кон-н-нечно сир. Я…я, вас даже не было на борту, д-д-да, точно. - Промолвив слова спасения, он упал на колени и заплакал. Матросы, видевшие эту сцену, лишь качали головами. Но на помощь не спешили - этот гость на корабле, определенно внушал им страх. В последний раз оглядев корабль, где он провел несколько недель своей жизни, рыцарь сошел с корабля. Сейчас ему больше всего хотелось перекусить и помыться. Он даже не знал, чего ему хотелось больше. Но совладав с собой, он двинулся к высоким башням, стоявшим западнее реки. Старомест жил бурной жизнью портового города. Сотни кораблей и шхун в течение года сменяли друг друга в гавани, привозя и увозя фрукты, вино из Бора, перья с Летних островов, перец, выделанные кожи, мирийские кружева, зеркала и арфы, и многое, многое другое. Сотни людей наводняли город: приезжие и местные, лодочники и моряки, кузнецы и музыканты, священники и принцы, торговцы всех мастей, шлюхи, школяры и кандидаты из Цитадели. Неудивительно, что человеку желающему остаться неузнанным, легко было затеряться в Староместе. Найти Цитадель было несложно, ее башни возвышались над всем городом, уступая лишь маяку Хайтауэра. Но особенностью Староместа были улицы, полностью вымощенные из булыжников. Сплетаясь вместе, они образовывали своего рода лабиринт, заблудиться в котором не стоило никакого труда даже местным жителям. Не говоря о путешественниках и рыцарях. Особенно о рыцарях. Поняв, что он ходит по кругу, путник остановился. Он посмотрел на Цитадель - он совсем к ней не приблизился. Изрядно выругавшись на всех известных ему языках, он пошел дальше, в надежде встретить кого-нибудь из школяров. На улице было очень жарко, солнце находилось в зените, и почти все жители попрятались по домам и кабакам, если не были заняты работой. Побродив по улице, рыцарь остановился возле дома, из которого исходил громкий шум и стук кружок. "Кабак." - Подумал он, и поднял глаза на вывеску, чтобы проверить свою догадку. Надпись гласила - "Перо и кружка". Обрадовавшись, путник вошел в него, в одно мгновение, очутившись в другом мире. Из духоты, где раскаленные на солнце камни грели ноги, он переместился в прохладное помещение, где во всю веселились люди. "А ведь только середина дня." Он окинул взглядом помещение. Довольно просторная комната, казалась переполненной из-за количества людей в ней. Не было ни одного свободного стола. Симпатичная, на вид лет пятнадцати, девушка с длинными русыми волосами, милым личиком с маленьким носиком, разносила выпивку и еду. Подойдя к двум мужчинам в кольчуге, жующих жареного цыпленка, она подмигнула им, поставила две кружки с элем и пошла дальше. Один из наемников успел одарить девушку смачным нежным шлепком по одному из ее прекрасных мест. Здесь сидели и матросы, приятно проводившие время на суше, будучи изрядно пьяными они рассказывали истории о своих плаваниях. За стойкой стояла женщина лет сорока, пересчитывая деньги. Несмотря на свой возраст, она была довольно недурна собой. Рыцарь отметил ее сходство со служанкой, они явно были матерью и дочерью. Наконец, он нашел, что искал. В самом дальнем углу сидели трое молодых парней, оживленно что-то обсуждая. Им было лет от пятнадцати до двадцати, еще школяры. Они были одеты в черные рясы, как и подобает ученикам Цитадели. Надеясь на помощь с их стороны, путник направился к им. По мере его приближения к их столу, до него доносились обрывки их разговора. Самый старший из них - светловолосый коренастый парень размахивал руками, неприлично выражаясь: …-Я говорю вам, архимейстер Вилстейм полный козел. Он заставляет тебя читать толстейшие книги, а затем спрашивает их содержание. И попробуй ошибиться… - Его ругань перекрыл громкий хохот со стороны моряков. Но слова школяра все же дошли до рыцаря, он мог свободно читать по губам. Двое других учеников одобрительно закивали головами. Но тут один из них заметил рыцаря, и широко разинув рот, уставился на него своими большими глазами. Теперь на него пялились все трое, видимо, его шрам делал его уродом. Путник решил прервать эту неловкость, и первым нарушил молчание: -Добрый день, я могу к вам присоединиться? - Не дожидаясь ответа, он сел рядом со старшим школяром и продолжил. - Мне нужна ваша помощь. Старший школяр первый вышел из оцепенения: -Чем я и мои друзья можем быть полезны, сир… - Он протянул последнее слово, ожидая ответа от рыцаря. -Титос. Титос Блэкблад. -Приятно познакомиться, сир. Меня зовут Аллен, а это мои друзья, - Он показал на двух других. - Том и Бен. Что вас сюда к нам привело? Рыцарь, слегка прищурившись, улыбнулся: -Для начала… - Он подозвал молодую служанку и заказал ей три кружки эля. Школяры, шокированные таким знаком щедрости, переглянулись. Титос сделав вид, что не заметил их недоверие, начал: -Я - странствующий алхимик. Раньше я был очень хорошим рыцарем, даже выиграл один турнир, но потом меня потянуло к растениям. - Он постарался сделать ударение на слове "растения". - Я любитель, но могу приготовить некоторые снадобья, так что за неимением мейстера, люди в моей деревне иногда обращаются ко мне. И где могу, я помогаю. Спасибо. - Последнее было сказано девушке, принесшей эль. - И мне бы хотелось поучиться у вашего архимейстера в области алхимии. Не могли бы вы проводить меня до Цитадели и устроить встречу с ним? Аллен, отпив немного эля, сказал: -Понимаете, сир, чтобы учиться, вам нужно стать учеником и… Титос прервал его: -У меня есть деньги, я заплачу. -Архимейстера Марвина не волнуют деньги, сир, он человек глубоких принципов. Рыцарь достал кошель с монетами и положил на стол: -А кто говорит про архимейстера? Устрой мне с ним встречу, я умею убеждать людей. Школяры раскрыли рот, у Тома даже эль из носа пошел. Воспользовавшись возможностью, Титос посмотрел Аллену в глаза, словно гипнотизируя его: -Ну, что скажешь? * * * Слабое свечение многочисленных свечей, не могло достаточно хорошо осветить помещение. В этой части здания окон было мало, и солнечный свет сюда еле проходил. Титос сидел на неудобной деревянной скамейке. И как только школяры тут учатся? Рыцарь осмотрелся. Он находился в просторном помещении, в следствие уличной жары, камин не работал. Да его, наверное, редко используют летом. Комната, скорее всего, предназначалась, как зал ожидания. Но разве много может быть посетителей у архимейстера? Сюда в основном приходят только школяры, и то так мало, что ждать нет нужды. Это была комната-призрак. Рыцарь подошел к окну. Старомест ослеплял своей величественностью. Благодаря близости моря, здесь было прохладнее, чем в в остальном Вестеросе, за исключением Дорна, пожалуй. К тому же, безопаснее города не найти во всех Семи королевствах. Титос ждал, пока Аллен договорится с архимейстером. Заполучив кошель с золотом, молодой человек изменился, он стал намного доверчивее по отношению к рыцарю, и, что было важнее, намного услужливее. Он отсыпал по золотому дракону Тому и Бену, и сразу отправился сопровождать Титоса в Цитадель. По дороге, он без умолку говорил о себе и своем прошлом. Он родился в обычной крестьянской семье из Простора. Жил в небольшой деревне, неподалеку от Хайгардена. Аллен, как, наверное, и все мальчишки мечтал стать оружейником, а потом и рыцарем. Он научился молиться Воину, и постоянно просил его послать ему мужества, удачи и сил, чтобы какой-нибудь проезжий рыцарь заметил его. Ему было восемь, когда Весеннее Поветрие забрало всю его семью. Вымерла почти вся деревня, все его друзья и знакомые скончались в страшных муках, но у богов на Аллена были другие планы. Он сбежал из деревни, пробрался в Хайгарден. Начал воровать, чтобы выжить. Теперь он молился еще и Матери, чтобы та его опекала. На день его девятых именин, он уже стал достаточно хорошим карманником, он мог обокрасть любого богача так, что тот и не сразу заметит. Но однажды Аллена поймали. Ему повезло, это был священник, служитель Семерых. Священник сказал, что Аллену предначертано стать великим человеком и забрал его в септу. Там он прослужил два года. Но вера не устраивала Аллена, он понял, что хочет изучать мир, и попросил священника, отправить его в Старомест. С тех пор прошло уже шесть лет, и Аллен потихоньку выковывал звенья своей цепи. Туда уже входили чугун, золото и медь. Но иногда он сожалел, что у него никогда не будет семьи. Иногда. Титосу стало жаль парня. С другой стороны Весеннее Поветрие забрало жизни многих людей, и то как развилась жизнь Аллена - не самый худший вариант. Послышался скрип тяжело открывавшейся двери, оттуда с сияющим лицом вышел Аллен. Он подошел к рыцарю и сказал: -Он вас примет, сир. Титос похлопал юношу по плечу: -Спасибо тебе, Аллен. Ты мне очень помог. -Вы мне тоже, сир. Титос зашел в кабинет архимейстера. Это была просторная комната, хорошо освещенная, что было удивительно, учитывая освещенность зала ожидания. Три стены были заставлены полками с книгами. Рыцарь отметил полное отсутствие пыли - все книги, более или менее, постоянно читались. На четвертой стене располагалось широкое окно - основной источник света в этой комнате. Возле окна стоял большой дубовый стол, расписанный мастерами Вольных Городов - Пентоса или Кварта. За столом сидел старик дет семидесяти. Его седые локоны были коротко пострижены, лицо начисто выбрито. На прямом длинном носе располагались стеклышки в металлической оправе. Узкие зеленые глаза, как у хорька, быстро бегали по пергаменту. Заметив рыцаря, он отнял взгляд от письма, и начал с недоверием разглядывать неожиданного гостя. Титос первым нарушил молчание, поклонившись: -Архимейстер Марвин, мое почтение. От наблюдательного взгляда рыцаря не ускользнуло появившееся на долю секунды недоверие во взгляде старика. -Аллен говорил - ты алхимик. Он хороший парень, вполне обучаемый, но слишком доверчивый. Так кто ты? Титос на секунду застыл, пораженный проницательностью ученого. Что ж, на то он и архимейстер. -Вы правы я не алхимик, хотя и имею некоторые познания в этой науке. Марвин нахмурился, задумчиво глядя мимо рыцаря. Выйдя из оцепенения, он ответил: -Что тебя интересует? - Он указал на стул. - Целительные снадобья, али зелья с противоположным эффектом? -Да, мне интересны яды. - Он присел. - Точнее, один. С очень специфическими эффектами на жертве. - Выдержав паузу, чтобы собраться с мыслями, он продолжил. - Убитые этим ядом словно сгорали заживо. Еще при жизни у них повышалась температуры, переходившая в горячку, которую не могло утихомирить даже маковое молоко. Люди мучились перед смертью, они умирали в страшной агонии. - Архимейстер слегка наклонился вперед, стараясь не упустить ни одной детали. - А после смерти… -Их тела были как будто сожжены. - Прервал рыцаря Марвин. Титос почувствовал облегчение - значит старику известен этот яд. Хоть какое-то продвижение. -Но сначала, - Продолжал архимейстер. - зачем ты спрашиваешь про него? Кто ты? -В Пентосе были убиты трое крупных купцов, их отравили. -А ты - следопыт. - Последнее звучало скорее как утверждение, чем как вопрос. -Да. - Сознался Титос. -Очень хорошо. - Старик встал со стула и подошел к окну. Не смотря в сторону сыщика, он продолжал. - Этот яд не из наших краев. Цветок из которого его делают здесь не растет. Но лиссенийские алхимики описывают его в своих трудах, как "Красная смерть". А один мой знакомый привез мне его семена из Асшая. Видимо, тамошние жрецы также используют его. Нам удалось вырастить из семян растения, в Цитадели их называют "Цветками Неведомого". Мы испытывали его на приговоренных к смертной казни пленных, ради науки, разумеется, и действия яда схожи с описанными вами. -Значит Асшай или Лисс. - Нахмурился Титос. -Видишь ли, сир. Около шести полных лун назад, несколько цветков у меня украли. Следопыт не мог поверить своим ушам: -Хотите сказать, что кто-то пробрался в Цитадель и выкрал столь опасное растение? Архимейстер изменился в лице: -Я не знаю. -Что значит вы не знаете? - Такого поворота событий он не ожидал. Марвин снова сел на стул: -В то время я был в Королевской Гавани по созыву Великого мейстера. И о всем, что случилось, я узнал позже. Титос по привычке попытался сжать рукоять кинжала, но, увы, все оружие у него отняли при входе в Цитадель. Немного подумав, он спросил: -И у вас нет подозреваемых? Архимейстер махнул рукой: -Был, он следил за оранжереей, пока меня не было. Его комната находится, как раз этажом ниже, мы думали, что он должен хоть что-нибудь знать. Мы провели на нем Визуальный допрос, или Хипносис, как его называют в Браавосе. Он ничего не знает. Следопыт пристально посмотрел на ученого. А вдруг… -А где он сейчас? -О, он недавно ушел отсюда. Вы с ним знакомы. Это Аллен. Следопыт слегка ухмыльнулся, а ведь ему юноша показался добропорядочным.