SnowK Опубликовано 15 января, 2015 Опубликовано 15 января, 2015 (изменено) [RottingSkeleton, SnowK – судьба Шпиля.] СпойлерНочь с двадцать седьмого на двадцать восьмое число Месяца Первого Зерна, Шпиль Фросткрег. Зал для собраний был очень большой комнатой, но даже он был слишком маленьким для эго более чем полусотни волшебников. В зале было четыре кресла для магистров, ещё пятьдесят кресел для волшебников, наконец, около сотни скамей для учеников, но никто не хотел сидеть на скамье, как ученик, и потому маги торопливо старались занять кресло волшебника, и спорили, где чьё. Лиландмон знал, что эта зала не вместит весь персонал Шпиля, и никогда не собирал абсолютно всех в этой комнате, но теперь он понял, что зря экономил на стульях, и, когда он взошёл на сцену для выступлений, первыми его словами было: - Кто не нашёл себе кресло, садитесь на скамью или стойте. Мы пришли сюда не развлекаться игрой со стульями, а обсуждать очень важный вопрос. Спеллус провёл глазами по четырём креслам перед сценой: Модистер Вудхарт, злой как медведь-шатун, сверлил архимагистра не закрытым спадавшими бинтами глазом, Бедастир Йомвинг тихо сопел в своём кресле, места Базила и Авры Орис пустовали. Данмерка переносила учеников из Шпиля в Университет в зале телепортаций, а вот почему вечно скаливший зубы босмер так неожиданно отправился в экспедицию в Хаммерфел, знали только Лиландмон и другие магистры... Спеллус вспомнил слова Базила и отмахнулся от них, как от назойливой мухи. Может, без босмера будет трудно придти к какому-то соглашению, но кто мог знать, чью сторону он выберет в этот раз. Архимагистр встал за кафедру и оглядел успокоившихся магов. Наконец, в залу торопливо вошла и магистр Авра в чёрной с красным мантии, которую она, должно быть, сшила сама по образу и подобию мантий некоторых некромантов. Лиландмон облизнул пересохшие губы: Вудхарт был известным любителем некромантии; Авра отличалась крайне радикальными взглядами в плане изучения Колдовства; наконец, Йомвинг, известный исследователь проблемы создания искусственной жизни, вполне мог стать сторонником назревавшей резолюции. Из всей четвёрки только Базил не был каким-то образом связан с некромантией, и то только потому, что он активно интересовался двемерскими технологиями. В таких условиях ограничиться голосованием магистров - значит, однозначно стать на сторону новой угрозы. Поддержат ли такое решение остальные маги? Отсюда придётся сделать обсуждение всеобщим и охватить как можно больший круг голосов. Лиландмон поднял голос и особенно сильно выделил первые два слова своего монолога, обращая на себя внимание всех присутствовавших: - Наша ситуация: защита Шпиля была пробита, и на крыше экспериментальной башни была замечена посторонняя. Все признаки указывают на то, что это - новый Король Червей, точнее, новая Королева Червей. Наша организация, как потомок Гильдии Магов, должна решить, продолжить ли светлое дело Ганнибала Травена и бороться с некромантией и дальше. Представитель имперской власти потребовал, чтобы мы задержали угрозу здесь до прихода специальной команды Синода и имперских боевых магов. Тишина. Две секунды, пять секунд, десять секунд. Потом маги начали переговариваться. Лиландмон сжал костлявыми пальцами трибуну, и вот уже поднимает голос самый болтливый из его магистров, поправляя бинты на голове, чтобы открыть второй глаз: - Светлое дело Травена? Лично я видел его в могиле, как и самого Травена. Королева Червей такой же маг, как и все мы. Мы сможем договориться. Позади послышалось одобряющее бормотание: несколько магов, которых Лиландмон знал как преданнейших из учеников Вудхарта, кивали головами и смаковали каждое слово своего бывшего учителя. Подняла голос Авра: - Угроза слишком высока. Вполне вероятно, что любая попытка контакта закончится непоправимым вредом для Коллегии. Жизнь каждого из нас драгоценна. Я на стороне того, чтобы избежать встречи. Это было неожиданно. Может, Авра после эвакуации прочувствовала весь ужас ситуации? Видимо, когда отправляешь в другой конец провинции паникующих учеников по одному и клянёшься каждому, что его личные вещи не попадут в руки дэйдра, это меняет взгляд на жизнь. Лиландмон потёр лоб: правда, Авра всегда была сторонницей сохранности Коллегии... Для неё, как и для него, каждый здесь был бриллиантом магической мысли. Наконец, поднял голос с трудом вставший из своего кресла Бедастир Йомвинг, и его дрожащие красные глаза налились кровью от какого-то внутреннего напряжения: - Это наш шанс доказать Империи наше превосходство над Синодом. Если мы без помощи Синода одолеем эту угрозу, тогда всем станет ясно, что Коллегия - превосходящая его по всем параметрам ветвь магического сообщества, истинный последователь Гильдии Магов! Вудхарт, казалось, вот-вот начнёт выплёвывать желчь: - Но послушайте, Гильдии Магов потребовались тысячелетия, чтобы до конца уничтожить правление Маннимарко, а для устранения его последней инкарнации были принесены огромные жертвы. Стоит ли оно того? Лиландмон потух. Авра предсказуемо встала на сторону неожиданно убедительной риторики забинтованного бретонца: - Я предпочту, чтобы умирали в борьбе с Королевой Червей только чужие маги, желательно - чинуши Синода, которые не способны даже сотворить нормальный огненный шар. Может быть, их элите вроде Бакингхорса и того Маджесто придётся вспомнить, что их задача - распространять магию, а не держать её в своих частных библиотеках под замком! - тут она обернулась к уж было восторжествовавшему Вудхарту, и Лиландмон воспрянул духом: - Однако, Модистер, невозможно предугадать, какие последствия будет иметь попытка вести переговоры для нашей стороны. Возможно, угроза не предприняла никаких действий просто потому, что мы ещё не помешали ей. Может, стоит только нашим магам приблизиться, как она атакует их! - Полностью согласен с магистром Аврой, - крикнул кандидат в магистры Рейн из-за её кресла, сильно удивив Спеллуса: бледный черноволосый бретонец с горящими зелёным светом глазами в первый раз поднял голос на собрании. Видимо, приближение к рангу магистра и личная поддержка Авры помогли ему отрастить собственный язык. - Некроманты были историческими врагами Гильдии Магов, и, скорее всего, новый Культ Червей видит и в нас лишь врага. - Ты даже не магистр, так что помолчал бы, - ядовито прошипел Вудхарт, но Лиландмон повысил голос: - Кандидат в магистры Эдгар Рейн! В отсутствие магистра Базила назначаю вас магистром Коллегии Шепчущих. Займите его кресло. А вам, магистр Вудхарт, я бы посоветовал вспомнить, что в этой комнате собрался весь обладающий посохами волшебника персонал Шпиля. В данной ситуации имеют право голоса абсолютно все. - Так вот, значит, как! Архимагистр, я не думал, что вы будете раздавать кресла из личных соображений. - бинты на голове бретона жутко смялись, казалось, ещё чуть-чуть, и его лицо схлопнется. - Вы случаем не решили продвигать практику Бакингхорса и выбирать лизоблюдов для того, чтобы продвигать собственные решения? - Доводы Рейна разумны, и я бы посоветовал прислушаться и к доводам рядовых волшебников, Вудхарт. - сказал со своего кресла Йомвинг. Вот тут уже лицо бретонца точно схлопнулось: рот раскрылся, глаза загорелись и агрессивно сжались, казалось, вот-вот, и он задохнётся от злости... Лиландмон остановил эту пугающую прогрессию: - Однако мы ещё не пришли к единому решению. Я вижу, что в рядах волшебников не все поддерживают точку зрения какого-то из магистров. Может быть, есть альтернативы? - Предлагаю эвакуировать из Шпиля всю аппаратуру перед боем! - крикнул длинноволосый бретонец, стоявший на скамье учеников в заднем ряду, опираясь спиной о стену. С другой стороны крикнула аргонианка с жёлтой чешуёй: - Объединить Коллегию с Культом Червя под руководством новой Королевы! И тут случилось то, чего Спеллус боялся: выкрикивать стали молодые маги, ещё не до конца сформировавшие своё собственное мнение. Причём кричать так быстро, что все их возгласы слились в единый шум. Магистры, в том числе и испуганный таким потоком криков Рейн, только следили за происходящим в зале сзади, не рискуя вмешиваться: - Долой кресельный режим! Долой Лиландмона! - Стойте, но ведь только архимагистр способен противостоять новой угрозе! Он самый могущественный маг в организации! - Да магистр Авра его положила на лопатки в четвёртом году в Лейавине, Авру в архимагистры! - Нам нужен единый лидер, который будет сам решать, что делать! - Я кричу, значит, существую! - Это экстренная ситуация, пусть архимагистр сам решит, что нужно делать! - У меня есть предложение! - крикнул одинокий голос со стороны входа в зал. - Да я сам так могу пойти и навалять этой вашей новоявленной Королеве Червей! - А кто сказал, что она вообще существует? - Пока мы тут сидим и жмёмся в креслах, можно было бы просто задавить её силой! - Да к скампу экспериментальную башню, обрушим её, и Королева Червей рухнет вместе с ней! - А вдруг она уже высосала наши души, и мы все на самом деле находимся в каком-то извращенном чёрном камне душ? Или под иллюзией?! - Господа, господа, дамы и господа! Все обернулись - на сцену вбежал... Хелбейн. Авра охнула, Лиландмон схватился за лоб: - Нишьен, ты же ученик! Тебе следовало эвакуироваться вместе с остальными! Но данмер уже не слушал престарелого альтмера и лишь перекрикивал всех остальных, топая ногами: - Я тоже могу помочь! Слушайте, вы все! Идея магистра Вудхарта не так уж и плоха, я могу с помощью ритуала, который уже продемонстрировал сегодня, наладить контакт с Королевой Червей, и у неё не будет возможности мне навредить напрямую. Мы сможем без опасности для нас заключить союз против Синода! Опять тишина - секундная, потом пятисекундная, потом... Наконец, Вудхарт встал и поднял руку: - Лиландмон, а парниша дело говорит! Кто за то, чтобы поддержать его идею? Йомвинг вскинул голову: - Мы не можем доверять Королеве Червей до конца! Кто знает, какими секретами она может обладать. В конце концов, кто может быть до конца уверен, что она не расторгнет ваш союз, как только Синод будет повержен? Однако было уже поздно: зал разделился на две половины. Магистры Вудхарт и Авра, последователи Вудхарта и даже весьма внушительное количество учеников Базила тянули руки вверх. Против них были остатки отдела по изучению двемерских технологий, ученики Йомвинга и, к облегчению Лиландмона, ученики Авры и его собственные: те, кто закончил обучение под его крылом до Лисории и Нишьена. Лицо каждого из них он знал, знал их имя, знал их душу, и сейчас в их глазах не было и следа той нерешительности, которая царила в сердце Лиландмона. Может, он не был таким уж и плохим учителем. - Сорок два, сорок три... Голоса разделились поровну! - закончил считать Рейн, - Решающий голос за архимагистром. Все устремили свои взгляды на Спеллуса, а тот, в свою очередь, на Нишьена. Если бы он дал ему посох волшебника после успеха ритуала, как и хотел, вся Коллегия оказалась бы в патовой ситуации: голоса бы так и остались разделены ровно поровну. Может, это была судьба данмера. Всё-таки Хелбейн был скорее талантливым организатором, чем талантливым волшебником, даже свой ритуал, которым он сейчас так хвалился, он создал за счёт трудов магистров Вудхарта и Йомвинга, а так же кандидата Рейна; что данмер в этом исследовании сделал сам? Он лишь знал, что должен делать ритуал, а остальное предоставил ловко манипулируемым им магистрам, которые сами сделали всю грязную работу. Ему осталось лишь выровнять края и привести всё к приличному виду, а потом продемонстрировать чужие результаты инспектору Хурмте, надеясь, что его имя попадёт в отчёт, который попадёт на стол кому-нибудь из Совета Старейшин. Да, у него с Лисорией было что-то общее, как и с Лиландмоном: они были магами абстракции, чистых и ничем не замутненных моделей, бесконечно прекрасных формул, слугами интеллекта. Однако у них троих не было мудрости. У них был ум, но ум без разума вполне мог уничтожать империи. Ум без разума был у Пелагия Третьего: в какой-то степени и Лиландмон был безумным императором, запертым в собственной должности лидера Коллегии, марионеткой, выбранной на эту роль только из-за своих возраста и способностей как мага. Но он не был лидером, и он не мог принять сколько-нибудь разумное решение сам, и потому опирался на голосования и магистров, боясь совершить ошибку, принять решение, которое навсегда очернит его имя в истории. Однако теперь он знал, какое решение будет правильным. Как он знал, что манипулировать Авидо ради блага Коллегии правильно, так он знал, что переговоры не состоятся. Его руки продолжали сжимать трибуну. Голос альтмера разрезал тишину залы: - Нишьен Хелбейн, твой ритуал не завершён. Прошлая попытка его применить закончилась, как ты сам сказал, ошибкой. Мы не знаем всех тонкостей ритуала. Вероятно, через связь с Королевой Червей она сможет сделать тебя своей слугой. Маннимарко был способен высасывать души людей одним простым заклятьем. Некроманты не признают своим лидером слабого мага, и наша новая угроза ничем не слабее предыдущего Короля. Данмер весь как будто съёжился, но Лиландмон продолжал чеканить слово за словом, будто забыв, что делает это на виду у всего Шпиля: - Тебе следовало эвакуироваться из здания Коллегии, как тебе было предписано. Однако ты встрял в обсуждение, к которому допущены лишь имеющие свой собственный посох волшебника маги. Ты же лишь ученик, который даже не закончил своё первое исследование. Я считаю, что твоё предложение диктуется не холодной нотой разума, а желанием показать свою пригодность остальным магам сообщества. Для тебя это лишь возможность прославиться и получить посох. Здесь все желают блага Коллегии... - Но я же тоже!.. - крикнул данмер, но альтмер его резко оборвал: - А ты желаешь лишь высокого положения волшебника! Сегодня я понял, что ты всё ещё не готов получить свой посох. Более того, я считаю, что мне следует продлить твоё обучение ещё на несколько месяцев, и в этот раз я займусь формированием тебя как личности! Возможно, тогда ты будешь хотя бы думать, прежде чем говорить. Нишьен стоял, разбитый. Лиландмон задыхался: он чувствовал, что воздух у него в груди кончился, но ему хотелось продолжать говорить... Он посмотрел в зал: маги с ужасом смотрели туда, где всего несколько минут назад стоял нерешительный архимагистр. Спеллус, страшный в гневе, сказал: - Решение принято. Я принимаю предложение магистра Рейна: Королева Червей будет заключена под защитный барьер, и мы воздержимся от каких бы то ни было контактов с ней. После прибытия отрядов Синода и Имперских боевых магов мы поможем им обезвредить новую угрозу. Таким образом, риск Коллегии навредить себе своими действиями в направлении Королевы Червей сведён к минимум. Собрание завершено. Трое добровольцев, за мной, будете прикрывать меня во время установки барьера. Лиландмон сошёл со сцены, не посмотрев ни на магистров, ни на данмера, ни на волшебников. Нишьен всё так и остался стоять на сцене, когда Авра и Вудхарт молча встали и вышли из залы, а Йомвинг и Рейн остались на своих местах. Помещение наполнилась гулом и гвалтом: молодые маги обсуждали произошедшее, и не одна пара глаз с интересом смотрела на Хелбейна, Блестящего Хелбейна, как его прозвали недоброжелатели среди учеников Авры, Нишьена Алмаза, теперь уже сломанного, разбитого камнем. Он был похож на молоток, который разбился о гвоздь. Данмер молча окинул взглядом залу и лишь тихо прошептал: - Коллегия больше никогда не будет прежней. После этого Хелбейн сбежал со сцены и выбежал из залы. Он задыхался и хотел найти место, где мог бы в полном одиночестве обдумать слова архимагистра. *** - Наладить контакт... Заключить союз против Синода... Что за бред. Лиландмон вышел на балкон с магическим жезлом в руке, накидывая поверх узких и костлявых плеч тёплую шерстяную мантию и щёлкнул пальцами: вокруг него замерцали пурпурные огни, и он плавно оторвался от земли. Вслед за ним вышли ещё несколько магов со своими посохами наготове, и альтмер тихо скомандовал: - Цель находится на башне с металлическими шпилями. В случае признака любой угрозы, стрелять на поражение. - Будет сделано, господин архимагистр, - молодцевато отдал честь придурковатого вида бретонец с длинными волосами, и его товарищи только закрыли лица ладонями. Сам же альтмер улыбнулся такой отзывчивости рядового мага и сказал, прежде чем улететь: - Волшебник Таррек, постарайтесь не убить себя вашей же Огненной бурей. Мягко говоря, Лиландмону на высоте Шпиля было слегка не по себе: одно дело ступать по балкону, совсем другое ходить по воздуху и знать, что между тобой и землёй нет никакой опоры, кроме твоего собственного заклинания. Это как держать самого себя за ниточку, тянущуюся до небес. В молодости он очень много летал, особенно в магических дуэлях, но в старости начал понимать, почему большинство магов предпочитает стоять ногами на твёрдой земле. Впрочем, его цель явно не предпочитала твёрдую землю - забальзамированный истукан в белой одежде сидел на крыше, касаясь позвоночником аппарата, который всего несколько дней назад демонстрировала Хурмте Лисория. Лиландмон тихо опустился на крышу прямо перед ней, но неизвестная даже не пошевельнулась. Спеллус посмотрел на поверхность металла: от нарушительницы по аппарату тянулась сеть пульсировавших белесых линий, чем-то похожих на те, которые он видел на карте Сиродиила, но только совсем иного вида. Неизвестная питалась энергией, задержавшейся внутри металла. - Ну что же, похоже, вы нашли где хорошо поужинать. - хмыкнул Лиландмон и взмахнул своим жезлом, и с него слетел похожий на большой пузырь сиреневый шар. Спеллус продолжал делать пассы рукой с жезлом, тараторя: - Ийя-нехт-сехт тайем-айем лир-лир ийя-нехт-гет. Бедт-айем-рохт рохт-ийя-экем рохт... Дохт-охт-нехт-экем. Пузырь защитного барьера стал просто невообразимых размеров: он поглотил как Лиландмона и Ариану, так и всю верхушку башни, вплоть до вершины аппарата Лисории. Наконец, Спеллус мягко спрыгнул с крыши, не поворачиваясь к Королеве Червей спиной, пролетел спиной же назад и взмахнул жезлом у самой границы барьера: - Пайем-айем сехт-сехт. Пузырь пропустил Лиландмона, и уже за его пределами альтмер позволил себе перестать следить за угрозой. Он тихо вернулся на балкон, к своим магам, и сказал: - Барьер продержится около трёх часов, однако после этого нужно будет его обновить. Я перезаряжу жезл, а вы продолжайте следить. Таррек, тебе место на главном шпиле, Кальдер, тебе на башне алхимической, Аллеций, на астрономической. Через два часа вас сменят. Вопросы? Разумеется, вопросов ни у кого из них не было. *** Тем временем Нишьен уединился там, где магов больше не было - в подземных общежитиях Шпиля, в одном из безликих каменных холлов, в который выходили несколько коридоров с рядами дверей в личные комнаты магов. Хелбейн не знал, куда идти. Слова Лиландмона продолжали эхом отзываться в его голове... Данмер даже не сразу заметил, что всё ещё держал мешок с морфолитом в руке. В голове Хелбейна промелькнула мысль: а зачем ему согласие архимагистра и Коллегии? Он может наладить контакт и сам. Кто ему мешает? Рука данмера даже не дрогнула - он вновь рассыпал на полу блестящую пыль, вновь прочел заклинание, и вновь она образовала поток. Призрак, заклятье на айлейдском, пассы руками и прикосновение к эктоплазме... Снова мороз и силуэт женщины, и вой вьюги. Хелбейн сглотнул: в этот раз он скажет совсем другие слова, и, может, его не прогонят так рано. Данмер открыл рот и крикнул через вьюгу: - Королева Червей! У Коллегии Шепчущих к тебе выгодное для обеих сторон предложение. - Какое совпадение. – сокрытый снегами силуэт взмахнул рукой, заставив метель отступить; теперь Нишьен оказался посреди ледяной равнины, один на один с Арианой. – Я слушаю тебя, мальчик. - Мы полагаем, что у нас есть... Три утверждения, которые верны для обеих сторон договора. - Нишьен поднял вверх три пальца, иллюстрируя свои слова. - Во-первых, мы не хотим вражды друг с другом. Во-вторых, мы желаем Синоду только дурного. Наконец, мы не хотим проблем с Империей. Мы предлагаем заключить союз Коллегии и, я так понимаю, Культа Червей: вы не нападаете на нас, мы не нападаем на вас, Империя об этом договоре ничего не узнает, а вы поможете нам одолеть Синод. - Мне нет дела ни до вас, ни до ваших соперников из столицы, но я не потерплю вмешательства в свои дела… - мимо Нишьена проплыли лица Лиландмона и магов, стерегущих барьер. - Впрочем, ты прав, мальчик, сейчас мы ещё можем уладить это дело… относительно мирным путём. Известно ли тебе что-нибудь о Нумидиуме, Медном Боге? Голем, чья сила способна предвосхитить даже самые смелые ожидания… Но только люди могли додуматься использовать его как оружие. – дама щёлкнула пальцами, и у неё за спиной вырос иллюзорный исполин, сокрушающий целые армии и разрушающий города в мгновение ока. - Последний раз он был пробуждён во время так называемой “Деформации Запада”, в ходе которой этот мир чудесным образом преобразился и принял ту форму, в которой пребывает и по сей день. Впоследствии, Нумидиум был уничтожен, но имперские боевые маги заполучили его останки и предприняли попытку реконструировать голема; затем, по неизвестной мне причине, проект был заморожен, а остов надёжно сокрыт. Из-за наложенных на гробницу защитных чар, Медного Бога невозможно обнаружить при помощи магии, впрочем, его всё ещё можно услышать… - окружение резко поменялось, и теперь парочка оказалась на вершине Шпиля Фросткрег, в том самом месте, где восседала личиха. Ночная мгла рассеялась, и взору данмера предстала орда зомби, движущаяся в сторону его дома. - Обратившись к мощностям вашей башни, я намереваюсь выйти на связь с Нумидиумом, дабы наконец определить его точное местоположение. Но, к моему глубочайшему сожалению, мышиная возня твоих коллег не позволяет мне сосредоточиться должным образом. – Ариана приподняла подбородок Нишьена своей ладонью и заглянула в его кроваво-красные глаза. - Если я дам тебе армию, ты сможешь приструнить этих выскочек и заставить их не совать свои длинные носы в наши дела? Потом, можешь делать с ними всё что угодно... Орда мертвецов... Армия, способная защитить Коллегию не только от Синода, но и от Империи. С её помощью можно было бы разрешить все проблемы, разрезать жуткий узел политики, переломить тонкий баланс сил, в котором Коллегия всегда вторая за Синодом... Данмер думал так быстро, что даже сам не успевал следить за изменявшимися вокруг пейзажами: вот он в ледяной пустыне стоит во главе огромной армии безликих магов в капюшонах и мертвецов в латах, вот его армия марширует по мосту Талоса, вот они захватывают Университет. Знамёна Синода падают к его ногам, а знамя Коллегии гордо поднимается над всем Сиродиилом, нет, всей Империей: никто больше не посмеет диктовать Шепчущим условия, никто больше не посмеет их притеснять, никаких ограничений на исследования, никаких законов и цепей, полная свобода для магов. Они пролетели через бесчисленные лаборатории Шпиля, и везде были смеющиеся и радостные колдуны в рабочих мантиях, занимающиеся любимым делом, а идол Империи, этот жуткий каменный дракон, был повержен и лежал, разбитый, глубоко в подземельях Шпиля - в анналах истории, там, где и следует быть устаревшему режиму. Наконец, они вернулись на вершину Шпиля, однако теперь это была не тихая ледяная пустыня: горел весь лес. Горела вся провинция. Вдалеке падала Башня Белого Золота, уступая место новой Башне - Башне магов, исследователей, магократов. - Я воспользуюсь аппаратом архимагистра, с помощью которого он говорит на всю башню. Небольшое изменение в зачаровании, и заклятье Шума изменится на заклятье Тишины; это очень надолго заглушит шум внутри башни. Однако... Карта. - Он нахмурился, вокруг начали проплывать лица Хурмте, мерцающая белесая сеть поверх карты Сиродиила, марширующие солдаты Легиона. - Нельзя, чтобы Империя узнала. Если они получат контроль над машиной архимагистра... Они смогут отслеживать перемещения и дальше. - Какое прекрасное наблюдение. – дама лукаво взглянула на мага; в этом царстве грёз даже ей удавалось без проблем имитировать эмоции. – В твоих же интересах будет вывести из строя этот проклятый механизм. Данмер отвернулся: - Дайте слово, что вы не станете врагом Коллегии, и ни один из наших магов не пострадает. Тогда я дам слово, что ни один из них вам не помешает. - Клянусь. – дама взмахнула рукою, призывая печать договора. Мерцающие сферы, связанные заострёнными полумесяцами и кривыми линиями, поплыли перед глазами её нового сообщника. – Отныне, я получаю право использовать вашу башню в своих целях, а вы – управлять моей армией. Никто из ваших коллег не пострадает от моей руки, а вы, в свою очередь, обязуетесь защищать меня и моих сподвижников от посягательств Империи. – Ариана коснулась магического круга и предоставила Нишьену возможность проделать то же самое. - Условия приемлемы, контракт заключён. Действуйте, партнёр. – иллюзорный мир растворился, уступая место реальности, и Хеллбейн вновь очутился посреди комнаты. На его здоровой руке оказалась выжжена метка, подтверждающая, что договор между ним и Королевой Червей вступил в силу, а сам он отныне является главнокомандующим Её армии. Изменено 19 апреля, 2015 пользователем SnowK 1
RottenSkeleton Опубликовано 15 января, 2015 Опубликовано 15 января, 2015 (изменено) 28 Первого Зерна, первый час ночи, Шпиль Фросткрег - Барьер вокруг Королевы Червей установлен. Ожидаем прибытия отрядов Синода и Имперских боевых магов.Спойлер Лиландмон положил небольшой позолоченный жезл на стол - артефакт, с помощью которого он распространял свой голос на всё здание - и достал из шкафа очередной заполненный чёрный камень душ. Жезл, с помощью которого он создал барьер, всё ещё не был заряжен до конца. Архимагистр не знал, сколько ещё душ живых людей ему придётся обречь на жалкое существование в Каирне Душ, чтобы спасти его людей от ярости Королевы Червей. Он даже боялся думать о том, что она делала там, на экспериментальной башне. Может, она впитывала мощь аппарата Лисории для создания крайне могущественного заклятья. Может, она поддерживала за счёт него приближавшуюся к Коллегии армию мертвецов. Архимагистра ужасало то, что он даже не знал, что личиха делает на крыше здания: слишком много было возможных вариантов, всё даже и не учтёшь. Снаружи послышался шум, и архимагистр отложил жезл и чёрный камень душ, так и не начав перезарядку. Альтмер вышел из кабинета на винтовую лестницу основной башни. Внизу развернулась странная сцена: на двемерском аппарате, висевшем прямо над постаментом с картой Сиродиила, стоял Нишьен, а вокруг него, на винтовых лестницах, в выходах из подземелий, в общем, повсюду стояли около полусотни магов с посохами и в мантиях. Альтмер нахмурился: неужели его ученик всё ещё не умерил свой пыл? А данмер продолжал свою речь, сопровождая её гулкими ударами кулаком по поверхности аппарата Лиландмона: - ...Если мы уничтожим карту и обернем Шум в Тишину, то мы сможем разбить отряды Синода и Империи ещё до того, как они займут Шпиль и победят Королеву! - Но кто сказал, что она исполнит своё обещание? - вмешался в происходящее первый магистр: к облегчению Лиландмона, это магистр Йомвинг продирался через толпу магов, спускаясь по винтовой лестнице на один уровень с Нишьеном, - Ты заключил союз, но не тебе судить, будет ли он долговечным. Может, она обрушит башню на нас, как только получит желаемое. Среди молодых волшебников начались шепотки и недоверчивое бормотание. Все вспомнили сцену, разыгравшуюся в зале собраний считанные минуты назад. Однако данмер торжествующе поднял здоровую руку, показывая при свете аппарата оставшуюся после договора с Арианой печать: два штриха, как от масляной краски, похожие на двух свернувшихся в одну змей. Страшная метка, но ещё страшнее было наказание, которое она несла в себе на тот случай, если договор будет нарушен. Голос данмера звенел в установившейся тишине: - Магистр Йомвинг, заключение союза было проведено по всем правилам сообщества. Мы поклялись на печати. Одобряющий гул, однако теперь поднял голос выходивший из боковой башни магистр Рейн: - Если она смогла заключить с тобой печать в ходе ритуала, где гарантия, что она не смогла сделать чего-то ещё? Возможно, условия договора были совсем иными, а ты сам был под действием мощных иллюзий. - Послушайте, Королева Червей раскрыла мне свои планы, и я только что раскрыл их вам. Я сомневаюсь, что она стала бы это делать, а потом заключать договор печатью. Скован ей один я, вам никто не мешает помешать её планам самостоятельно. Полная свобода действий! Одобряющий гул. Лиландмон схватился за лоб: что же наделал его недостойный ученик! Вот уже встревает Вудхарт: - Слушай, Рейн, я не знаю как вы с Лиландмоном, но этот парень что-то сделал, более того, сделал сам, без всяких обсуждений и резолюций, не то что вы, любители сидеть в креслах и обсуждать всё за чашкой чая. Я считаю, что условия договора более чем справедливые. Нарушить установленный таким образом союз - значит, обречь Нишьена на санкции, предусмотренные печатью! - Да уж, теперь мы не сможем расторгнуть союз, не навредив ни единому магу из нашего числа, - Орис встала прямо на постамент с картой, - Я считаю, что нам следует сделать так: оказать видимую поддержку Синоду и Империи, но использовать армию нежити, предоставленную нам Королевой, чтобы выполнить все её требования, и тогда она сдержит своё слово! У Лиландмона пересохло в горле: одобряющий гул толпы магов превратился в рёв и аплодисменты. Почти все присутствующие одобряли предложение Авры Орис! Он выбежал из кабинета на лестницу и прокричал: - Ни в коем случае! Господа, вы что, забыли наши устои? Верность Империи, чистота разума, никакой политики в магии! На него обратили взоры абсолютно все присутствующие. Модистер торжествующе оскалил зубы, заметив одинокую фигурку архимагистра далеко внизу: - Политика кончилась, архимагистр! Твой ученик разрешил все наши проблемы. Больше никаких переговоров с Синодом в душных залах для конференций, больше никакого вылизывания задницы Империи. Маги Коллегии станут независимы, как мы и хотели изначально! - Вы хотите ударить ножом по руке, которая вас кормит! - крикнул Рейн, и Орис выкрикнула: - Вы хотите вечность терпеть угнетение со стороны людей, которые ничего не смыслят в магии! - Коллегия создавалась для того, чтобы учить людей магии, без связей с государством мы будем вне закона, мы прекратим существовать! - всплеснул руками Йомвинг, и Нишьен крикнул, подняв один кулак высоко вверх и стукнув другим по аппарату Лиландмона: - Теперь мы будем диктовать законы Империи, а не она нам! Нам нужно только обеспечить тишину в здании и уничтожить эту машину! - Ни за что! - Лиландмон почти на уровне инстинкта произнёс заклятье Левитации и спрыгнул вниз, и Нишьен крикнул, отставив больную руку: - Не вмешивайтесь! Это дуэль магов. Архимагистр, вы не дали мне посох как учитель ученику, так я заберу его у вас, как победитель у побежденного! Оба мага послали друг в друга по снаряду, и магические заклятья столкнулись и разорвались, заполняя воздух радужными брызгами. Нишьен спрыгнул с аппарата на постамент, и Лиландмон приземлился туда же. Ох, не зря Хелбейна прозвали Блестящим - архимагистр не успевал следить за каждой ослепительной вспышкой, сопровождающей заклятья его ученика. Все только охали: раз, два, три раза старый альтмер, неуклюже уворачиваясь, получил разряд молнии в туловище! Однако вот Лиландмон, которого в молодости знали как Золотую Звезду Востока за его отточеную способность управлять своим телом в состоянии левитации, воспарил над землёй и начал осыпать своего ученика ледяными заклятьями, уворачиваясь от его заклятий. Две крупных сосульки попали прямо в руку Хелбейна, и тот взвыл и взмыл вверх, убегая из-под света аппарата и из взора учителя, прячась от того за двемерским аппаратом. "Нишьена сложно победить, когда ему даёшь возможность для маневрирования... Он побеждал Лисорию не за счёт превосходящих способностей к магии, а за счёт нестандартного мышления. Он попытается использовать обстановку против меня... Он же не думает--?!" Лиландмон запаниковал и взлетел вверх. За аппаратом послышались звуки разрезаемого металла, и двемерская машина накренилась. Нишьен, торжествующий, тут же скрылся за машиной, а там, где он только что читал заклятья, было видно сломанное крепление. Спеллус закричал: - Он пытается обрушить аппарат! Не дайте ему этого сделать! Рейн и Йомвинг, до того завороженно наблюдавшие за, вполне возможно, исторической битвой ученика и учителя, схватили посохи и начали посылать заклятье за заклятьем за Нишьеном. Данмер, уворачиваясь от заклятий со всех сторон, сбросил мешавшую ему маневрировать в воздухе громоздкую мантию, и её тут же пробила молния Рейна. Лиландмон краем глаза заметил, как Вудхарт и Орис посылают свои заклятья уже в Рейна и Йомвинга, и вот уже все зрители дуэли разделились на два лагеря, и повсюду - вспышки заклятий и шум боя! Но где же Нишьен? За аппаратом его нет, над ним тоже, на постаменте его не видно. Лиландмон, уворачиваясь от шальных заклятий, сделал круг вокруг машины, но голос Рейна отвлёк его от раздумий: - Громоглас! Архимагистр, он сбежал за-- Вся Башня погрузилась в полную тишину, и Лиландмон поднял глаза. Он видел на стенах вспышки заклятий, но не слышал их. Всё вокруг стало настолько тихо, что альтмер даже слышал, как течёт кровь у него в голове. Но всё это было не настолько страшно. Нет, совсем не страшно. Нишьен стоял у входа в его кабинет с позолоченным жезлом в поврежденной, омертвевшей руке. В другой, здоровой, с печатью в виде двух змей он держал посох волшебника: метр и четыре пятых, ровный, из берёзы, с золотыми кольцами в основании и в вершине. Посох, который за годы использования стал частью тела архимагистра. Посох, который был теперь направлен против него. Посох волшебника Лиландмона. *** - Спеллус, вы точно уверены, что хотите именно такое заклятье? Молодой альтмер крепко сжал подлокотники кресла и посмотрел прямо в глаза зачарователю Гильдии Магов: - Я хочу стать магом, которого боятся. В дуэли я не смогу применять подобную вещь, но если я пойду на войну против магов, я буду использовать что-то, после чего мне уже не смогут причинить вред. - Учтите: с таким посохом вы станете для ваших врагов, полагающихся на магию, мрачным жнецом похуже Ситиса... - Зачарователь вытер лоб платком, а потом склонился над заготовкой посоха, - Но даже у мрачного жнеца можно отобрать его косу. Если она попадёт в руки вашего врага - берегитесь. Я боюсь, что обрекаю вас не только на великую славу на поле брани, но и на верную смерть от собственного оружия. Не всякого любителя полетать называют Золотой Звездой. Для этого нужны ещё свет... И недосягаемость. *** Лиландмон увернулся от бесшумной жёлтой молнии, разрубившей пространство между его учеником и им самим, и спрятался за аппаратом; снаряд, предназначавшийся для архимагистра, ударил в какого-то молодого имперца, и он тут же с безмолвным криком превратился в пыль. Мощный удар молнии вкупе с заклятьем, высасывающим всю магическую силу мишени и передающим её пользователю, да ещё вдобавок и с Безмолвием на несколько секунд... Лиландмон никому и никогда не раскрывал тайны своего посоха, зная, что когда-нибудь им воспользуются против него. Но откуда, откуда Нишьен знал, какой из палок в его шкафу воспользоваться против него?! Однако уже следующее заклятье ударило по Лиландмону - в абсолютной тишине Нишьен облетел аппарат снизу и ударил в спину архимагистра огненной стрелой. Эльф закричал, и он слышал свой крик, слышал, как трясутся голосовые связки, но дальше его глотки он так и не вылетел. Лиландмон развернулся и послал в Хелбейна ледяную сосульку, и та разрубила штаны и поцарапала бедро, но данмера было трудно остановить - ещё одна жёлтая молния и ещё один огненный шар, и Лиландмон, увернувшись от молнии, столкнулся с другим снарядом, улетел на несколько метров и остановился лишь в двух дюймах от каменной стены. Тем временем Хелбейн уже исчез, а аппарат вновь начал медленно накреняться. Эльф полетел наверх: Нишьен не успел разрезать крепление, как в него ударила молния. Данмер, сжавшись от боли, упал вниз и, читая заклятье в полёте, обновил Левитацию; Лиландмон же потерял его из виду. Хелбейн облетел аппарат снизу и, оказавшись прямо под Спеллуса, послал в него мощнейший шар, который мог создать, и архимагистра отбросило далеко вверх. Выдохшийся данмер увернулся от нескольких снарядов и с злобным оскалом послал жёлтую молнию из посоха в метившего в него Йомвинга, и его маленькую фигуру разорвало в клочья, и эти клочья в клочки, и эти клочки в пыль. Лицо Рейна исказилось, и Вудхарт ловко призвал грозового атронаха прямо за спиной кандидата в магистры, и ещё одного прямо перед его лицом. Орис, командовавшая группой мятежных магов, поднялась в воздух и уничтожила ещё одно из креплений двемерской машины, а в то время по магистру с винтовых лестниц начали стрелять молниями её же ученики. Всё это Лиландмон видел в жутком круговороте, пока его вертело и вращало в воздухе: альтмер всё никак не мог взять контроль над своим телом. Наконец, Спеллус начал падать и торопливо зачитал новое заклятье Левитации - пурпурные нити вылетели из его пальцев и потухли. Лиландмон, задыхаясь от ужаса, прочёл заклятье ещё раз... И остановился в метре от голов сражающихся магов. Тем временем машина накренилась и начала падать. Нишьен, торжествующий, спустился прямо на её вершину и начал топать по двемерскому металлу. Альтмер взвыл и понёсся прямо к фонарям, а потом схватил машину и начал лететь вверх, тщетно пытаясь удержать огромный вес аппарата. Вот к нему присоединяется ещё один лоялист, и ещё, и ещё... Десять, двадцать магов летят вверх, замедляя падение драгоценного двемерского аппарата, возможно, единственной в своём роде оптической системы, которой в мире больше нет и не будет аналогов. Но с другой стороны летят вниз, давя сверху изо всех сил, другие маги, мятежники, которые и слышать не слышат истошные крики Спеллуса про то, что он эту вещь вывозил из Морровинда по детали и собирал вместе с Базилом, и что эта вещь - единственное, что полезного сделала Коллегия для инспектора Хурмте в последние несколько лет... Повсюду продолжали мерцать вспышки заклятий - лоялисты стреляли по мятежникам снизу, мятежники осыпали лоялистов градом заклятий сверху. Жёлтая молния продолжала бить по их маленькому отряду, и вот один, два, три мага рассыпаются в прах. Но била она снизу. Лиландмон посмотрел вниз и увидел Нишьена. Данмер стоял прямо на постаменте, спокойно смотря, как дюйм за дюймом вниз опускается машина Лиландмона. Вот он стреляет по молодой бретонке по левую сторону альтмера: спокойно, тихо, без дрожи в руке. Вот он нацеливает посох Лиландмона на престарелого хаджита-библиотекара, и Ра'Чех исчезает, как будто его и не было. Вот данмер смотрит прямо на своего учителя и что-то говорит, направляя твёрдой здоровой рукой посох прямо на альтмера и твёрдо смотря ему прямо в глаза... Огненная буря окатила весь первый этаж Коллегии, охватывая немногочисленные трупы магов. Лиландмон колдовал так быстро, как только мог, и огненное заклятье продолжало вырываться у него из рук. Если бы весь шум в Шпиле не был заглушён, его бы сотряс рёв, сравнимый с грохотом лесного пожара на фоне вопля умирающего дракона. Но огненная волна не производила звука, и Лиландмон знал - Нишьен всё ещё там, внизу, под огненным щитом ждёт, когда альтмер выдохнется. Огонь сменился ледяной бурей, потом в постамент ударила настоящая молния - Спеллус черпал все силы, какие только мог, лишь бы уничтожить своего противника. Удар, удар, удар, удар, удар: по Нишьену били все заклятья, которые Спеллус знал. Самые разрушительные, самые затратные чары. Те, которые он берёг именно на такой случай. Те, которые он стал бы использовать только загнанным в угол. Но даже после всех этих заклятий, когда пыль, мороз и пепел осели, Лиландмон понял истинное значение слова "ужас". Нишьена на постаменте не было. Он просто увернулся. Альтмер уже мог дотянуться ногой до каменного постамента, и вот машина уже опускается на три, четыре, пять дюймов каждые несколько секунд. Альтмер согнулся в три погибели под своей тяжёлой ношей. Он читал заклятья, делавшие его сухие и тонкие руки сильнее рук портового рабочего, а спину крепче крепостной стены, но тщетно: его лучшее творение, труд, которым он гордился не меньше, чем своей библиотекой, тихо падал вниз, а его силы истощались. Наконец, Лиландмон почувствовал, что скорость падения уменьшилась, всего лишь незначительно, на четверть дюйма в секунду... И увидел в последний момент своей жизни, как постамент окружили сражающиеся друг с другом маги, а Нишьен стоит рядом с ним и направляет молнию прямо в Лиландмона. А потом - ослепительный свет, как от солнца, и куда не повернись, везде он. Огромный двемерский аппарат рухнул, фонари и линзы разбились, двемерские металлические пластины смялись, детали полетели в разные стороны, а под всем этим осталась горстка пыли: последняя память об архимагистре Коллегии Шепчущих, Лиландмоне Спеллусе. Мятежники взлетели вверх, к вершине башни, и начали осыпать лоялистов рикошетящими от стен заклятьями. Нишьен нашёл в числе своих сторонников Вудхарта в почерневших от чего-то бинтах и Орис, у которой из левой туфли торчала больших размеров сосулька: ничего такого, что нельзя было бы вылечить. Лоялистами, отступавшими в подземные общежития, безмолвно, с помощью знаков руками командовал Рейн, чудом целый после того трюка с грозовыми атронахами. Лоялистов было меньше. Нишьен направил посох прямо в Рейна, но молнии из него не вылетело. Данмер с отвращением бросил разряженный посох прямо в лоялистов. Чьё-то заклятье пробило её ровно посередине, а потом ещё раз попало в падавшие половины посоха, превращая их в жалкие щепки.В Шпиле было тридцать пять мятежных магов и двадцать девять лояльных. Вдобавок Хелбейн отдал армии мертвецов приказ следовать в Шпиль, намереваясь просто задавить своих врагов числом.В это время, совсем в другом месте... Рядом с Эдуардом Лионом появилась записка со следующим текстом: "Эдуард, если ты читаешь это, то это значит, что я уже мёртв и не закончил свои исследования, как я обещал. Боюсь, наша договоренность отменяется. Бедастир." Вампир застыл. Его надежда, что исследования в направлении создания искусственной крови увенчаются успехом, развалилась, как карточный дом. Теперь он был один. Совсем один. В это время, в канализации Имперского города... Послышался хлопок, и Авидо отбросил полупустую бутылку вина и отложил эбонитовый кинжал. Позади него, на каменной плите, лежал свёрток. Ингений прочёл надпись и ответил: - Золотая. Бумага развернулась и рассыпалась в пыль, и в руках Авидо лежала ровная трость из чёрного дерева, и его довольный смех эхом пробежал по коридорам канализации Имперского города Изменено 15 января, 2015 пользователем RottingSkeleton 2
Gorv Опубликовано 15 января, 2015 Опубликовано 15 января, 2015 26 число Первого Зерна, утро, Лейавин, северный квартал, дом Сейдро. Старый имперец, насвистывая себе под нос, аккуратно развешивал детали отмытых от всяческой дряни доспехов на манекене, ставил на пол сапоги, и развешивал накидки на веревках в кладовой, в то время как Гвилор с Хэксоном одетые в простую одежду прилаживали новое окно, которое Веллиндус чудом добыл на местном складе, взамен выбитого при атаке. Костициан что-то колдовал над камином и таскал кружки, а Торке изучал фолианты на полках. - Вот мне интересно, Сейдро, на кой зомби понадобилось твое окно?- осведомился босмер. - Не знаю. Блестит, наверное, красиво... Тебе не скажу я за весь Тамриэль... - Ну, у них же не от ворон мозги? - У тебя он вороны мозги, выше держи! О, Зенитар...- оборвал Хэксон. - Вон, Торке возьми, раз я такой криворукий! Он все равно ничего не делает.- в ответ эльф получил лишь гневный взгляд бретонца. Работа продолжилась. Рама входила туго, но пара ударов молотка ее быстро урезонили. Дверь отворилась и вошел Джубен в своей "безрукавке", со свертком в руках, остриженной головой и улыбкой на лице. - Ох, ты! - Да. Тонзура подзаросла и я решил ее сравнять. Надеюсь, примас не сожжет меня на костре... И смотрите-ка! Священник извлек из свертка новую робу из синего сукна с кожанными наплечами, а также пару льняных сапог-обмоток. Торке одобрительно кивнул. - Пора переодеться. Бретонец скинул рубище, демонстрируя окружающим тело куда более подходящее для бойца подпольных боев, нежели для монаха. Дверь отворилась и на пороге возникла Лайла – как всегда бодрая и развесёлая, чего никак нельзя было сказать о её спутнике, Потае Маджесто, с трудом волочащемся следом. Сегодня девушке стоило огромного труда заставить его подняться с кровати – но ещё большей пыткой для неё стало выслушивание гневных тирад мага по поводу вчерашней операции. - Здрастье! – войдя в дом, волшебница приветливо помахала рукою всем присутствующим и остановила свой взгляд на священнослужителе. – О, что это тут у нас!? Какие мы… - Лайла чуть склонилась и пару раз ткнула пальцем в пресс на животе Джубена, после чего ехидно улыбнулась – но самодовольство от найденного клада вдруг сменилось недоверием и опаской. – Эй, а вы случайно не..? Я конечно слышала, что в легионе принято “прикрывать друг другу тыл” но… это же ни в какие ворота! Дружок, как можно променять, ну, скажем, меня… - девушка приобняла парня за руку и раздражённо ткнула пальцем в его товарищей. - На это!? - Э, пф... я, в общем, не...- слова проносились в голове покрасневшего бретонца с невообразимой скоростью, но ни одно из них не подходило к данной ситуации. Ему вообще начинало казаться, что к данной ситуации слова не подходят. Куда быстрее нашелся его соотечественник Торке, он схватил первый попавшийся том и бухнулся на табурет в углу, закрыв лицо книгой, будто там он и был. - Прум-прум-пум-пум.- протрубил Сейдро, будто ничего не произошло и принялся осматривать окно. - Вот в этом месте примас уже заготавливает дровишки.- отпустил шуточку Хэксон, ставшую последней каплей для босмера, который уже надулся до предела. Высокий смех эльфа был слышен, пожалуй, на всю улицу. Хоть и длился он недолго. В широком пассе рукой тот выронил молоток и притом прямо себе на ногу, после чего принялся ойкать и прыгать по комнате на другой, внося еще больше идиотизма в момент. - Я... Видишь ли, моя одежда... Беда, в общем, с ней... требовала незамедлительного решения... мои извинения, м-миледи.- наконец выдавил он, спешно натягивая верхнюю часть мантии. - Извиняться ты должен не за это представление, а за то, что поимел мои мозги, тогда, в Корроле. – надувшись, Лайла покрутила пальцем у виска. – Я всё прекрасно помню! Ведь это твоих рук было дело, да? – девушка вцепилась в новёхонькую ткань и принялась мять её своими ручонками. - Это было… омерзительно! Теперь ты просто обязан… – оголодавшая колдунья на секунду отвлеклась от своего собеседника и принялась рыскать по шкафам. - Да, господин Веллиндус, у вас есть чего пожевать? Умираю с голоду! Кстати, мы ведь так и не представились. – волшебница протянула монаху руку. – Лайла. Просто… Лайла. - Джубен. Ах да, отпугивание нежити... неприятно вышло. Обещаю, я что-нибудь придумаю, дабы загладить вину. Да, определенно. - Хватит разговоров, дама желает кушать! Костициан, будь другом.- скомандовал Сейдро и хлопнул в ладоши. Рыцарь, выйдя из некоторого оцепенения, схватил перчатки, висевшие на стене и принялся выкапывать из углей картофелины, а затем положил их на блюдо и аккуратно надрезал. Хозяин же сбегал в кладовку, принеся с собой совсем маленький бочонок соленых томатов, буханку хлеба и треугольник сыра. - Прошу к столу! Кстати, как там чай?- старик подбежал к огню и зачерпнул кружкой из котелка, попробовал и ответил сам себе,- Испорчен. - Погоди-ка...- священник приложился к сосуду и поболтал жидкость во рту,- Я мог бы его спасти. У тебя есть немного бергамота? - Обижаешь. - Доставай, я сейчас!- Маталь вылетел на улицу и через минуту вернулся с листьями алоэ, потом порылся в сумке и, достав ступку и пестик, растолок их вместе с семенами, одолженными Сейдро. Добавив это все в котелок, он помешал чай и вновь предложил имперцу попробовать. - М-м! Другое дело! И как бодрит! Откуда..? - Алхимия в действии.- ответил Джубен, садясь за стол,- Слышали о Талане, брате Тамики из Скинграда? Он делал алхимические вина. За это его исключили из Гильдии... Но ведь я в ней не состою, а?- он улыбнулся и принялся за еду. - Кстати о винах. У меня есть бутылочка-другая Сурили 399-го, из погребов Эла, между прочим... Потай, не желаешь? Хотя, тебе все же лучше чаю.- добавил Веллиндус, осмотрев синодовца. - Только он немного ослабит ваши магические способности,- вставил монах,- Не пейте много. - Теперь к делу.- сказал Сейдро, убедившись, что все обеспечены едой и питьем и заняв свое место,- Потай, что ты знаешь о шпиле Фросткрэг? Оказалось, что о Фросткрэге Потай ничего не знал и не слышал в силу своего отсутствия в Сиродииле на протяжении долгих лет. Да и настроение, по всем признакам, было у него не очень. Видимо, сказалось вчерашнее истощение. Тем не менее, были и хорошие новости: маг сообщил, что обратная телепортация возможна, несмотря на некоторые трудности, и затем удалился. Проблема стягивающихся в горы Джерал мертвецов оставалась открытой, и Сейдро твердо решил по возвращении обсудить ее с легатом. 2 Хорошие лороведы тесно соприкасаются со вселенной. Посредственные — лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют ее и оставляют растерзанную на съедение мухам. (с) Рэй Брэдбери feat. ГорвЛюди действуют из благих побуждений. Нации — никогда. (с) Эзмаар Сул о нордах
Gorv Опубликовано 17 января, 2015 Опубликовано 17 января, 2015 28 число Первого зерна, час ночи, форт Каптор. - Инспектор Хурмте. Вы вызывали? - редгардка вошла в кабинет легат-магистра в форте Каптор в чуть ли не парадной форме: тёмная кожаная броня застегнута на все ремешки, никаких вольностей вроде чёрного плаща, дреды собраны в какое-то подобие пучка на затылке. Лицо у бравого инспектора было крайне заспанное: редгардка едва успела вздремнуть минут на пятнадцать, как к ней прибыл курьер с предписанием явиться в форт по указанным координатам. Хурмте точно не знала, где сейчас находится: мастер телепортации во Дворце, разбуженный посреди ночи и оттого очень немногословный, перенёс её прямо в зал телепортаций, по всей видимости, на нижних уровнях форта. Лишь по символике на знамёнах она могла предположить, что попала в секретный форт Имперских боевых магов. Следовательно... - Это по делу о Королеве Червей, верно? Кабинет... впрочем, это был скорее зал, освещался магическим огнем в больших каменных чашах. По обоим стенам справа и слева от двери стояло по три старших боевых мага, ни один не шевельнулся, когда женщина вошла. Собственно, как и легат-магистр Фиард Желес, сидевший за огромным гранитным столом в конце зала. Лица бретонца видно не было, лишь острая седая бородка показывалась из-за низкого капюшона. - Да, инспектор.- начал он вкрадчивым голосом,- Ваш доклад был передан мне. Вы утверждаете, что появилась новый Король червей, более того, королева... Это меня нисколько не удивляет. Мне кажется странным, что она явилась прямо в Шпиль. Вы уверены, что это так? - Всё указывает именно на это, - Хурмте потёрла висок, - У меня два варианта: либо Шепчущие прятали у себя какой-нибудь артефакт, который Королева Червей пришла забрать, либо она почувствовала, что её сеть отслеживают... У неё уже хватает наглости открыто атаковать Империю, не просто Гильдию Магов, как её предшественник, но само государство. Если Королева Червей не боится Легиона, с чего бы ей бояться Шепчущих? - Да. Если за нападением на Лейавин стоит она, в чем я не сомневаюсь, то наглости, как и военной мощи у нее предостаточно... Когда вы покидали Фросткрэг, что собиралась делать Коллегия? - Присутствие Королевы помогла обнаружить им я, я же дала инструкцию её держать в Шпиле до прихода подкреплений. Глава Коллегии разумный человек и... Глупостей совершать не будет, в нём я уверена, но как бы среди его людей не было агентов Королевы... Бывших аколитов Культа Червя в верхушке Коллегии нет, я лично проверяла их прошлое. Правда, теперь придётся теперь проверить их и на причастность к новому Культу: вполне возможно, что у Королевы в этой организации есть как минимум информаторы. - То есть, часть может встать на сторону Культа? И это тоже меня не удивляет. Гильдии возомнили о себе слишком много, они постоянно забывают, кто они такие.- глаза неестественного фиолетового цвета сверкнули из под капюшона,- Они слуги Империи и должны быть смиренны. А наша задача еще и в том, чтобы напоминать им об этом... Так или иначе, стоит разобраться с королевой как можно быстрее. Воспитанием займемся позже. Господа. Стоило ему произнести последнее слово, как неподвижные маги разом сделали шаг от стены и обратили свой взор к командиру. - Подготовьте две трети наших сил к телепортации. Маги поклонились и вышли из комнаты. - Пойдемте, инспектор. Легат встал из-за стола и вновь повел редгардку по длинным коридорам и крутым лестницам, спускаясь все ниже и ниже. Вокруг сновали боевые маги, изредка слышались команды офицеров, но остальные молчали. Этим и был странен форт Каптор: здесь всегда тихо. Наконец, пара оказалась в Большом зале телепортаций. Зал был полукруглым. Выходы на лестницы находились в прямой стене и уровень пола около нее был выше, образуя своеобразный балкон-трибуну. В центре находились ступеньки, идущие к основной части. Здесь, в изогнутой кладке были видны выемки глубиной в пару футов, как будто здесь должны были быть шкафы, но не было дверец. Над ними располагались узкие окна бойницы, сделанные здесь, как и железные решетки над всеми входами, на случай незваных посетителей. Навстречу гостям вышел еще один старшина. Но он был не из тех, что присутствовали в кабинете. - У нас мобилизация, магистр?- спросил он, не обращая внимания на женщину. - Да. Следует переправить полсотни магов к шпилю Фросткрэг, но не в него.- собеседник на секунду закрыл глаза, что-то припоминая. - В десятке миль к востоку есть остатки врат Обливиона. - То, что нужно. Приступайте. - Есть, сэр. Старший маг подозвал двоих рядовых и, указав на проем в стене, отдал приказ. - Врата в горах Джералл, центрально- восточная часть. Легионеры заняли боевые стойки и синхронно выбросили правую руку вперед. Магические печати у нижней части двери ответили белым свечением. Еще удар. На этот раз засветились печати, находившиеся выше. Тогда управляющий порталами (а именно им являлся старший маг) резко воздел ладони к потолку, и воссияла последняя печать четко над выемкой. На пару секунд все звуки исчезли. Не было слышно ни шагов магов по лестницам, ни гудения из глубины. Портал открылся. Заливая белыми всполохами всю комнату, магическая дверь колыхалась и сквозь нее можно было увидеть искаженные картины заснеженных гор. - Удивительно, насколько стабильными якорями могут служить Врата, инспектор. Энергия Обливиона поддерживает их с той стороны, а энергия Мундуса- с этой. Забавно, не правда ли?- он посмотрел на занимающих свои места и проходящих в портал магов,- Ну что ж. Пора вернуться к своим обязанностям. Уверен, мы еще встретимся.- добавил бретонец и скорыми шагами спустился к остальным, готовясь последовать за ними. - Порвите их как тряпку, - Хурмте отошла на шаг назад и уступила дорогу сурового вида магу в тяжёлых доспехах. Перед ней только что открылся новый секрет правительства, правда, она не знала, как к нему относиться. Получается, Дагон подарил боевым магам Империи удобную систему телепортации. Но почему они ей пользовались? Да, это было удобно, это было практично... Но полагаться в чём-то на Обливион? Правда, что-то в том, как имперские боевые маги могут появиться в любой точке не просто Сиродиила, но всего Тамриэля, Хурмте всё-таки нравилось. Карающая длань настигнет врага Империи в любой её точке... Хурмте слабо улыбнулась: но всё-таки даже карающей длани нужно знать, по чему бить. Сегодня она помогла найти Королеву Червей, но была ли она единственным червём в теле Империи? Да, Королева Червей падёт, но Элдарион всё ещё на свободе, в Бравиле бушует чума, всякие обманщики дурят простой народ, наконец, есть просто те, кто не платит налоги... Редгардка пошла в Малый зал телепортации, тот, через который прибыла. Сейчас она хотела только вернуться в свою постель, а на следующее утро выпить с Лиландмоном чего-нибудь тёплого и обсудить Элдариона. Может, старый альтмер даже знал лидера бунтовщиков, а она даже и не поинтересовалась... Преступная оплошность для инспектора, которую она должна будет исправить первым делом. 3 Хорошие лороведы тесно соприкасаются со вселенной. Посредственные — лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют ее и оставляют растерзанную на съедение мухам. (с) Рэй Брэдбери feat. ГорвЛюди действуют из благих побуждений. Нации — никогда. (с) Эзмаар Сул о нордах
Arkadros Опубликовано 18 января, 2015 Опубликовано 18 января, 2015 27-28 число Первого Зерна. Скинград. Давно Дирмах так не работал, причём стараясь не только ради себя и "Септима", но и для народа. Добившись чрезвычайных полномочий от Лиандра, что не стало проблемой, пределец стал без устали работать на город. Деньги в казне были, благодаря стражникам Скинграда, которые удержали замок. Плюсом было то, что у убитых вампиров были разнообразные украшения, оружие, одежда, что добавило денежек в "копилку". Пришлось выпустить листовки в ответ на "Вороной Курьер", где красноречиво описывалась личность сына Уриэля, даже придраться не к чему. Для этого бретон нанял трёх мастеров каллиграфии, а сам создал первую листовку. Про цифру "XIII" Дирмах долго раздумывал - угораздило же эльфа сказать "тринадцатый" - теперь выходило, будто эта цифра взята по семейному древу матери-босмерки: тринадцатое поколение одного из кланов лесных эльфов - кто их босмеров разберёт с их долгим сроком жизни?! Также здесь было отражено нежелание Совета признавать наследника, которое в тонкой манере было повинно в узурпировании власти. Кратко было описано положение вещей в стране и в городе. Следом за этим пришлось проводить столь необходимые военные реформы в Скинграде, дабы собрать личную армию. Призывались здоровые люди, способные держать оружие, колдовать и прочее. Из самых верных была сформирована личная гвардия графа, этих уважаемых воинов Дирмах выбрал благодаря их известности и заслугам перед Скинградом и Сиродиилом. Также поручив каменщикам и строителям укрепить стены города, Дирмах не забыл о нуждающихся, которым были выделены еда и кров в обмен на дешёвую рабочую силу. Население было обложено небольшим налогом, а торговцы, виноделы и фермеры налогом среднего размера. Скинград открылся для торговли, вообще данный город имел хорошее стратегическое положение. Двадцать седьмое число было объявлено праздничным и Дирмах с помощью команды поваров, виноделов организовал полудневную пирушку, не забывая про караул, который сменялся, чтобы повеселиться. В общем пришлось постараться, чтобы жизнь жителей вернулась в прежнее русло, но всё-таки режим был несколько тоталитарным, что было объяснено смутой в стране. Всё делалось ради безопасности Лиандра Септима XIII и ради любви народа к новому графу. 3 электронная подпись
RottenSkeleton Опубликовано 18 января, 2015 Опубликовано 18 января, 2015 (изменено) Десятый час утра, 26 Первого Зерна, Арена Имперского городаАдлейн не соврала - новый работодатель Ракке понравился, правда, не из-за бледной кожи и иссиня-чёрных волос, натянутых поверх золочёной маски, и не из-за изящного чёрного дублета, а совсем по другим причинам. Что-то было в том, как он острыми глазами из-под маски читал письма, разложенные на столике, как он неторопливо и бережно открывал бутылку вина "по случаю встречи", как он неторопливо произносил тост за здравие того гладиатора, на которого поставил, и пил кисло-сладкое яблочное вино, почти не морщась, как он почти не следил за боем, от которого зависели его деньги. Правда, "Томадасу Бенсорсу" не очень понравились его новые работники: если Ракку можно было бы в тёмном переулке принять за головореза, то Кассий выглядел просто смешно. Но Реж только улыбался: он уже видел эту серую мышь в деле, и было лишь вопросом времени, когда увидит её в деле их работодатель.- Да уж, вас точно надо чем-то занять, если у тебя такое дело с костями... - Томадас задумчиво отставил бутылку с надписью "Златоглот, 1 г." и через маску тихо хлебнул из кубка. Кассий, не способный закончить первый кубок "Златоглота", только бубнил какие-то высокопарные речи себе под нос.. Бенсорс дочитал последнее письмо и отложил его:- Хм, это Маджесто хитрый игрок... Сначала игра в Корроле... А потом бьёт молния в Лейавинне. Не знаю, сам ли он перемещается, но так мы его не поймаем.- Это влияет на наши миссии? - поинтересовался Кассий, и Бенсорс кивнул:- Я хотел, чтобы вы поближе познакомились с неким Потаем Маджесто, так же, как с конюхом. Но, видимо, не судьба: очень... Мобильный. Его ничто не сковывает, что достаточно неприятно... Нужно зацепить его, чтобы он был прикован, как якорем, к одному месту.Томадас задумчиво отпил из кубка, а потом сказал:- Если мы не можем его обхитрить как врага... Притворимся другом. Воспользуемся его же трюками против него. Вы будете моим посольством. Моими посланниками. К роду Маджесто.Кассий и Ракка переглянулись, а "бретонец" разделил один из листов с докладами информаторов на чистую и исписанную части и достал чернильницу:- Кассий, ты идёшь к нему в замок с подарками: купишь бутылку вина поприличнее, и корзину фруктов. Следуй чётко инструкциям, заучи их, а потом бумажку съешь, а потом проверь, не осталось ли от неё следов, - Бенсорс посмотрел на Атрия: - Ну, или сожги, раз уж ты маг. Но никаких ниток не оставлять.- А мне что съесть? - с живым интересом спросил босмер, и Томадас, не переставая писать, сказал:- Судя по всему, в Коррол скоро направится наследница графини из Лейавинна. Маджесто оказываются на испытательном сроке... Легион им не особо доверяет, новая графиня ничего не знает. Пока Кассий будет налаживать контакт, ты сорвёшь голубым кровям приятное первое впечатление друг о друге, очень близко познакомившись с кем-нибудь... А потом скормишь ложную ниточку к Маджесто легионерам. Если получится, конечно: главное, чтобы было убийство, а следы не вели к нам.- Чем заслужили они столь серьёзный удар? Неужели моей руке суждено поразить невиновного? - уныло прошептал Кассий, и Томадас поднял палец вверх:- Невиновными их назвать язык не повернётся. Они будут пострашнее грабителей: сборщики налогов и бюрократы! К тому же, один из них - первый лейтенант преступника номер один.- В таком случае его кости будут только слаще... Чернее душа, белее кости. Как лунный сахар... - облизнул губы босмер, и Кассий скосил на него глаза: даже после того, как он услышал объяснение всей ситуации, жуткая привязанность босмера к чужим костям его несколько пугала. Тем временем Томадас закончил свои инструкции и передал их Кассию:- Ну что же, я полагаю, ваша ситуация вам ясна. Если закончите... За конюха вы получили полсотни? Если провернёте операцию без заминок, получите триста золотых, и кости несчастного... Кого-нибудь.- Но что мне делать, если они меня будут угощать вином? - спросил Кассий, не найдя соответствующего пункта в инструкции; Томадас - "бретонец" поверх - поморщился:- Я же не должен тебя учить ходить, верно? Тебя попытаются отравить, или напоить сывороткой правды местного розлива, или что-нибудь ещё. Пей только то вино, которое принесёшь, и следи за бутылкой: если что-то скрытно подмешают, дай сперва другим, и уже потом пей сам. Если будут слишком нагло вливать, зови стражу, вплоть до мордобоя и членовредительства. Всё понял?- Да... Кажется, да.Томадас встал, взял трость и потрепал Кассия по плечу:- Ничего, все когда-то начинают. Не нужно быть самым хитрым, просто будь хитрее тех, кто сильнее тебя. На остальных есть сила и осмотрительность.- Томадас... А кого вы убили первым?"Бретонец" умолк, как будто в нём тут же пропал тот запал, который вынудил его так уверенно давать советы имперцу. Потом он сказал:- Сборщика налогов.- У него были белые кости? - спросил Ракка, и "бретонец" фыркнул:- Нет, я не смотрел на его кости, я забрал его деньги и убежал. А теперь - удачи.- Вы что, даже не посмотрите бой до конца? - Кассий уныло посмотрел на арену: боец, на которого он поставил, бретонец с катаной и в кожаной броне, уже пять минут еле-еле избегал ударов стеклянной секирой данмера в тяжёлых доспехах. Спасали гладиатора Жёлтой команды лишь скампы, которых он то и дело призывал под ноги врагу. Бенсорс даже не обернулся:- Этот бой? Кончится через два удара. Этот человек умеет хитрить.Имперец обернулся, и у него начала отвисать челюсть: вот данмер, замахнувшись, бьёт... По призванному ледяному атронаху, и его топор глубоко вязнет в теле даэдры, и вымотанный данмер уже не может его вытащить... А бретонец наносит режущий удар по шее, а потом поднимает окровавленный меч высоко вверх. Заревели трибуны, заревел и Кассий, заревел и глашатай:- И на-а-а-а-аш победитель... Ле-е-е-едяное сердце-е-е!Ракка скрестил руки на груди и улыбнулся: новый работодатель ему понравился.Полдень, 26 Первого Зерна, Коррол, "Дуб и патерица"- Вот это наше, спасибо, - похлопала чем-то огорченного хозяина таверны по плечу Адлейн. Гоборра отставила молот в сторону и подняла сундук с эбонитовой бронёй, а потом вышла из здания таверны и понесла его по направлению к их повозке. На выходе из заведения Голгетия подмигнула владельцу:- Приятно иметь с вами дело... Рубен, верно? Я поговорю с теми ворами, о которых вы говорили, и обещаю, они вас больше не побеспокоят.- Но... Ведь...- Или вы всё же хотите, чтобы вас беспокоили? - голос Адлейн даже не изменился, но хозяин всё равно вжал голову в плечи:- Нет, нет, конечно же, нет.- В таком случае прощайте, - Голгетия махнула платочком и вышла из таверны, подошла к повозке, села в неё и широко зевнула:- Весёлая была ночка! Гоборра, а Гоборра, объясни мне, почему Ингений вроде бы и умный, и всех хитрее, а следы за ним заметать приходится?- Не знаю, должно быть, потому что он мужчина, - пожала плечами орсимерка, и Адлейн звонко рассмеялась:- Да уж, он считает, что прибираться лучше, чем просто не сорить... Выбросил такой замечательный сундук, а ещё и Меркурио выбросил... Ну, ничего, я эбонит уже вернула, Меркурио верну, да и Авидушку... Перевоспитаю. Трогай!Повозка выехала из Коррола и направилась в сторону Брумы: нищие за десять золотых не хуже корреспондента "Вороного курьера" описали, как имперец в плаще и с луком направился на север. Изменено 19 января, 2015 пользователем RottingSkeleton 1
SnowK Опубликовано 19 января, 2015 Опубликовано 19 января, 2015 [SnowK, Potay.] Двадцать шестое число Месяца Первого Зерна, вторая половина дня, Лейавин. Город потихоньку поднимался из пепла; жители покинули свои убежища и принялись очищать улицы от трупов и мусора. На то, чтобы горевать и устраивать похороны попросту не хватало времени – угроза очередной вспышки чумы заставляла горожан скидывать тела в одну общую кучу и придавать их пламени. Маги Синода занялись сбором камней-сердечников, и хотя, большинство из них оказалось повреждено, чародеи всё равно намеревались использовать полученные в процессе изучения сего минерала знания на благо своей организации. Жертвы некромантов так же были избавлены от последствий магического вмешательства и теперь трудились вместе с остальными выжившими, стараясь не вспоминать о событиях минувших дней. Графиня Алессия Каро покинула замок и теперь в окружении своих телохранителей направлялась в сторону бывшего отделения Гильдии Магов, дабы вместе с героями прошлой ночи вернуться в Коррол и занять место законной наследницы графского рода. Её муж, Мариус Каро, бодрствующий вот уже более суток, продолжал руководить восстановительными работами, не смотря на разбитость и полную истощённость. Расставание с женой он принял как должное, ибо в эти тягостные времена каждому из них надлежало быть рядом со своими людьми. Сэр Мазога, даже будучи раненной, в поте лица трудилась рядом с простыми гражданами – сказывалась не то орочья выносливость, не то волевые качества самой воительницы. Сейдро, Джубен, Лайла, Потай с учениками, а так же графиня со свитой явились в отделение Синода; к обратной транспортировке уже всё было готово. Повторив ритуал, маги переправили героев обратно в Коррол, а следом за ними были высланы и Рыцари Девяти вместе с городским гарнизоном и остальными представителями Легиона. Двадцать шестое число Месяца Первого Зерна, вечер, Коррол. Первым делом после возвращения, Лайла направилась в церковь, дабы организовать похороны своего отца. Вечером того же дня, многострадальный охотник был предан земле, и хотя его мятежной душе предстояло пройти ещё немало испытаний, тело северянина наконец обрело покой, тот самый, которого никогда не знало при жизни. Потай трубно высморкался и мизинцем смахнул слезу. Похороны всегда вызывали в нём депрессивно-поэтические настроения. Вот и теперь, хотя его знакомство со старым охотником было чрезвычайно коротким, но интенсивным, он был огорчен и полон мрачных дум. - Спасибо вам за всё, господин Маджесто. – промямлила волшебница, созерцая грязь на своих туфлях. – Эти пять дней, проведённые в вашей компании были поистине незабываемыми, но думаю, теперь каждый из нас должен отправиться своей дорогой. – Лайла улыбнулась и потёрла шею. – Я чувствую, что не смогу раскрыть весь свой потенциал, оставаясь рядом с таким человеком, как вы. - Спасибо? Но за что? Вот если бы ты меня слушала... - собирался было начать отповедь Маджесто, но передумал и обнял за плечи свою недавнюю ученицу. - Я буду скучать, что уж тут скажешь, хотя и вздохну с некоторой долей облегчения. - он хмыкнул и улыбнулся. - Надеюсь, ты хоть что-то почерпнула из моих методов, Морровинд, он, знаешь ли, формирует немного иное мировозрение, не столь... прямолинейное. Может быть, это тебе чем-то пригодится, смотри шире, всегда есть несколько путей, необязательно идти самым прямым, пусть он и несет немедленные выгоды. И, возможно, на старости лет я, седой и старый, буду рассказывать своим внукам, что обучал саму Лайлу Легендарную, ну или какое прозвище ты себе выберешь, а они будут говорить, чтобы я перестал врать и принял своё лекарство. - он снова хмыкнул. - У нас и впрямь слишком разный подход к решению вопросов, но когда дело доходит до драки… Понимаете, мы ведь с вами отнюдь не команда, мы… - глаза девушки загорелись, почти так же, как в ночь их первого знакомства. - Соперники! Сейчас я собираюсь пойти и надрать задницу этой гнилой ведьме, а после… Вернусь и поведаю вам обо всех своих достижениях! Именно так! - Ох, не нужно быть мудрецом, чтобы увидеть в тебе огромный потенциал, только помни об осторожности, а то ведь Посмертие полным полно нереализованными волшебниками. Я бы не хотел, чтобы и ты пополнила их ряды. И он тоже. - волшебник кивнул на свежую могилу. - Смотри, чтобы эта жертва не стала напрасной. - Уж постараюсь. – Лайла улыбнулась и протянула Потаю руку. – Засим наш договор можно считать расторгнутым? По истечении трёх дней связь оборвётся, и вы вновь сможете безраздельно властвовать над… своими силами. - Кстати… - маг прищелкнул пальцами, словно бы что-то припомнил. - Эта Бабуля оперирует печатями контроля на основе Колдовства и Разрушения. Конечно, это не твой стиль, но все-таки, может быть будет полезно, если вдруг решишь вспомнить про обходные пути. Не играй на силе, постарайся переловчить, она использует эффективные, но устаревшие алгоритмы... В общем, если меня никто не остановит, я могу так болтать целый день, ты же знаешь. Удачи тебе! Передавай ей мой пламенный привет! И привези сувенирчик! Череп или палец этой карги будут в самый раз! - Обязательно! – волшебница кивнула и горячо обняла бывшего хозяина на прощание. – Ваши напутствия не пропадут даром, обещаю! Я сражусь с ней… – вознеся указательный палец к небесам, Лайла встала в устрашающую позу и заставила свою мантию драматично развиваться на ветру. - В духе Маджесто! Потай потрепал свою воспитанницу за волосы и добродушно улыбнулся, после чего оставил её на попечение крутящегося неподалёку Джубена, а сам направился в замок, на встречу со свалившейся как снег на голову законной правительницей. 4
Potay Опубликовано 19 января, 2015 Опубликовано 19 января, 2015 (изменено) Двадцать шестое число Месяца Первого Зерна, вечер, Коррол, Совещательный покой. - В духе Маджесто - тихо пробормотал Потай, оглядываясь на свою ученицу, после чего запахнулся в плащ и поспешил в замок - В духе Маджесто... Это очень, очень просто... Для начала встань на колени и плачь как женщина, а когда он отвернется от отвращения, ударь его в спину, наступи на горло, а затем беги. Как говаривал мой дедушка - Всё делай - дури, обманывай, хватай, воруй - только стань порядочным человеком! Кстати, он ведь, наверное, ждёт. А во дворце уже вовсю кипела жизнь! Новая графиня Алессия Каро вступала в законные права владения, в главном зале был собран почти весь персонал замка, а так же городские чиновники, сборщики податей и даже несколько старост подвластных деревень и бригадиров шахт. В общем, Анатоль Маджесто расстарался на славу. Среди всей этой братии было подозрительно много рыжеволосых и упитанных, а перечень должностей, казалось, был оккупирован одним словом. Маджесто. Селена Маджесто, глава службы по сборам податей, Алан Маджесто, первый секретарь её Светлости, Роберт Маджесто, второй секретарь её Светлости, Анатоль Маджесто, первый советник её Светлости, Сергио Маджесто, глава городской стражи города Коррола, Айвар Маджесто, кастелян замка, глава дворцовой стражи... Так продолжалось довольно долго, впрочем, среди всех этих Маджесто мелькали и Стауты, и Бродвиги, и прочие. Кончался список на мажорной ноте - Экли Маджесто, второй помощник повара. К слову, главным кулинаром был назначен тот самый Маро Маджесто. Потай вошел в залу как раз к середине списка и тихонько пристроился к толпе, стараясь не привлекать лишнего внимания. Тут и без него хватало Маджесто, воздух был буквально пропитан Маджестовостью, казалось, еще немного и у собравшихся начнут пропадать без причины ценные вещи и моральные принципы. Впрочем, Алессия не выглядела обеспокоенной или рассерженной. Или же хорошо владела своим лицом. Она спокойно и даже с интересом прослушала весь список, любезно улыбаясь каждому, чьё имя называл запыхавшийся герольд, кивала и тем больше пугала Анатоля, который только теперь осознавал, что, пожалуй, переборщил с протекцией. Она произнесла впечатляющую речь, поблагодарила всех за поддержку и за борьбу с узурпатором (очень выразительно посмотрев на своего нового первого советника) и пообещала, что теперь все наладится. После чего, младший персонал разошелся по рабочим местам, а руководителей попросили в Совещательный покой, бывшую столовую, для подробного разбора бумаг. Потай вздохнул и двинулся следом, ему был нужен легат Денар и совсем не нужна головомойка от новой хозяйки города, но, увы, одно было неотделимо от другого. - Впечатляющая работа, господин Маджесто - Алессия улыбалась - Замечательный список. И как быстро вы сориентировались в ситуации. - Я... Да, Ваша Светлость, действовать нужно было решительно, и мы... - И вы так и действовали. Конечно, потребуются некоторые коррективы вашего правления военного времени, но в целом, хорошо. - Да, конечно, это были просто вынужденные меры, сейчас, да, да, сейчас в них нет никакой нужды. - Как мне сообщают, вы подняли народное восстание против узурпатора. - Да, мы, Маджесто, мы патриоты, мы... - Вот только прямо перед этим, как мне опять же сообщают, ваши люди распространяли другие слухи. Мне только неизвестно, какие именно. Так какие? - Очевидно, ей уже было известно, какие именно. Новая графиня откровенно наслаждалась ситуацией, она невинно улыбалась и разглядывала своих чиновников. - Э-э-э, ну... Они были разные, Ваша Светлость, - старик переглянулся со своими сыновьями - Мы, мы подогревали людей... Мы... - и тут ему в голову пришла отличная мысль, которую он, как и водится у Маджесто, вывалил более не раздумывая - Мы, видите ли, вылавливали предателей, подумали, раз в замке такое, то и в городе, наверное, у них приспешники имеются, да, да! - пораженный собственным вдохновением, Анатоль продолжал, теперь он обаятельно улыбался и сверкал глазами - Мы охотились на тех, кто поддержит призыв особенно рьяно и... - И многих поймали? - продолжая улыбаться, перебила его графиня. - Эм... Наш город крайне патриотически настроен, Ваша Светлость! - выпалил Анатоль и принял вид лихой и придурковатый - Народ с гневом отметает различные гнусные предложения и мы... - То есть, ни одного, верно? - Была парочка. - Анатоль вовремя вспомнил про Зено и Кентула, которые, по его мнению, томились в камерах - Задержали. Сержант, как там наши пленнички? - Бежали, господин Маджесто, как есть бежали. - Лихо отрапортовал стражник. Алессия рассмеялась, Анатоль нахмурился - Дык, Ваша Светлость, тут же, того, неразбериха была, только немного улеглась после боя, так тут же в Лейавин давай народ отправлять, все суетятся, маги эти опять же... - Ваша Светлость, моё почтение. - В этот момент Потай решил таки подать голос, нужно было пользоваться ситуацией - Признаюсь, тут выгораживают меня, а я в вашей власти. - Он даже драматично склонил голову. - Вот как? А я-то думала, что это будет скучно. - Она улыбнулась - Вы тот самый маг? Специальный из Синода? Который привел подкрепление в Лейавинн? - Потай невольно расправил плечи и улыбнулся - Который ослушался приказа графа и не уничтожил башню? - Улыбка немного скисла - Который уничтожил древнее городское кладбище? - Небольшая поправка, Ваша Светлость, кладбище я не трогал... - А кто тогда? Все говорят, что вы. - Ну, это была... была... моя ученица. - О-о-о, ученица, так нам еще повезло! - Тут улыбнулись все собравшиеся, обстановка как-то разрядилась - И тем не менее, вы поступили великодушно и смело. - Потай удивленно посмотрел на графиню - Так почему же вас выгораживают здесь? Потай основательно и подробно поведал свою историю, о том, как он героически вычислил Элдариона, как втёрся в доверие к нему, как готовил ловушку из целого города и как заманил его таки туда. Легат Денар подтвердил его слова. - Ну что же, в таком случае, переходим к административным вопросам. - Алессия хлопнула в ладоши, и чиновники словно по волшебству достали огромные пыльные гросбухи - Ваш перечень, господин первый советник, придется немного изменить. - Все задержали дыхание. - Но в целом, он меня устраивает - И выдохнули. - Перейдем к вопросу о дорожных податях, итак... Изменено 19 января, 2015 пользователем Potay 4 Табель лиц и масок. Потай Маджесто, имперец, мужчина хоть куда в самом расцвете сил. Весьма в меру упитан, рыжеволос и бородат. Маг и чародей, оратор, торговец неуказанным товаром, душа компании, а так же её же желудок и глотка. Облачён в алую мантию восточного покроя, обвешан многочисленными побрякушками магического толка разной степени полезности. Характер демонстративный. Неженат. Гилберт Копперхарт, бретон. Некромант, демонолог, алхимик и закомплексованный эгоист с эдиповым комплексом на подходе. Тощ, бледен и черноволос. От собственных комплексов страдает сам и заставляет страдать окружающих. В одежде чувство вкуса отсутствует напрочь, в данным момент таскает старую черную мантию призывателя, место которой на свалке. Характер скрытный. Неженат. Моку, имперо-бретон. Паломник, вольный путешественник и алхимик-самоучка. Самопровозглашённый певец и музыкант, добродушный, простоватый и упитанный мужчина лет тридцати в бело-розовом халате и соломенной широкой конусообразной шляпе. Постоянно таскает с собой старенькую лютню, на которой бренчит незатейливые мелодии прямо на ходу. Характер открытый. Неженат. Горазд Завидо, доринало-северянин. Купец, полномочный представитель Коммерциума везде, где ступит его нога, руководитель грейсвилльской экспедиции. Знает цену вещам и охотно называет её. Высок, широкоплеч, действительно в меру упитан. Русоволос и сероглаз, носит окладистую бородку "лопатой". Облачен в бурую меховую шубу и шапку, на ногах остроносые сапоги до колена, подпоясан золотистым кушаком поверх белой свободной рубахи. Характер имеется. Неженат. Для бросков: [dice="1d30"]
RottenSkeleton Опубликовано 20 января, 2015 Опубликовано 20 января, 2015 (изменено) Утро 27 Первого Зерна, пещера Песчаник- Генерал... Попытка проникнуть в город была провальной. Я потеряла Жарвиса. Мы ничего не узнали, нас просто остановили у ворот.Лион даже не посмотрел на Каелу: он изучал карту Кватча, на которой постоянно двигал самодельные красные и синие фишки. Красных фишек было много меньше, чем синих, и они старались избегать часовни, но при этом не дать синим войти в неё. Синие группировались в замке, и как попасть в замок, минуя подъёмный мост, Лион помнил лишь смутно - в последний раз в городе он был десятки лет назад, если не больше. Наконец, была проблема с старым зданием Гильдии магов напротив часовни: отстроенное здание могло легко стать базой для волшебников, и из его окон отлично простреливалась вся площадь перед часовней. Так что оставался вопрос - закрывать путь к часовне или нейтрализовать волшебников? И как решить проблему с замком, в котором выжившие легко могут спрятаться?Наконец, "генерал" сказал, не переставая в уме решать дилемму с часовней, замком и Гильдией Магов:- Завтра попробуешь снова, одна.- Генерал, я не смогла этого сделать с Жарвисом, если они меня снова поймают...- Это приказ.По лицу Эдуарда пробежала странная волна, как будто из него что-то внутри него высасывало всю жизнь, и он сморщился. Каела, только что пытавшаяся что-то сказать Лиону, умолкла и ушла в коридоры пещеры.Эдуард провёл рукой по лбу: это внушение истратило много его крови. Видимо, скоро ему придётся бежать вместе со своими вампирами к основным силам Элдариона, так и не взяв Кватч...Город на холме становился для вампира чем-то вроде Хризамера для рыцаря: недосягаемой мечтой. Он хотел сделать его сердцем своей новой утопии, но как же трудно было его взять!Лион смахнул красные фишки и перестроил синие фишки вновь: он не знал, сколько врагов его будет ждать в Кватче, не знал их расположения, не знал вообще ничего. В Корроле он хотя бы жил и просто по старым привычкам считал количество дозорных на башнях у стен; здесь он был чужаком. Чужаком в родном городе.Замок, часовня, Гильдия магов. Всего три точки во всём городе. Как же расположить красные фишки так, чтобы они выдержали любое направление движения синих фишек? Как вбить колья в артерии города, чтобы кровь текла только наружу и не попадала к конечностям, парализуя их? Его людей было слишком мало, слишком мало солдат, слишком мало верных вампиров, силы графа Савлиана легко бы их перебили.Опять обращаться к тактикам южан? Больше огня, свободный строй, беглый обстрел? В замке Коррола это не помогло, не поможет и сейчас: бронированные стражники города просто раздавят его солдат. Перевес сил был слишком большим. Слишком большим.Лион посмотрел в сторону красных фишек. Может, следовало ещё раз пополнить его силы? Не за счёт горожан, так ещё больше бандитов, больше головорезов сделать кровопийцами. Может, влиться в силы Элдариона и заражать союзников? Нет, их быстро обнаружат... Может, заключить союз с Сиродиилами? Нет, они не будут вести переговоры с "жалкой попыткой отколоться от основной ветви"... Что же делать в этой безнадёжной ситуации?Эдуард теперь жалел о том, что тогда, на ферме отпустил ту семью. Хотя бы женщина ему постирала заляпанную мантию...Полдень, 28 Первого Зерна, пещера Песчаник- Генерал... Каела не вернулась с задания.- Что ты этим хочешь сказать, командир гвардии?Снова красные и синие фишки. Лион даже не переставал кружить вокруг этой маленькой логической задачи. Тайтус, заглянувший к нему в покои, хмыкнул:- То, что вы послали её на верную смерть, и она умерла.- Она выполнила свой приказ.- Что теперь нам делать? Кватч уже знает, что кто-то пытается пробраться в город. Теперь они будут осторожны. Наши шансы тают.Часовня, замок, Гильдия магов. Где слабое звено, где вбить кол? Лион потёр иссохшую щёку. Ему нужна была свежая кровь. Йомвинг был мёртв, и с ним последний союзник, кроме Элдариона, на которого Лион мог бы рассчитывать...Лион почувствовал в Тайтусе какую-то резкую перемену и попытался её подавить - тщетно, бывший стражник уже поднял копьё и направил его на Лиона:- Генерал. Вы проиграли. Просто признайте свое поражение и дайте себя убить.Эдуард поднял глаза от фишек:- Неужели ты думаешь, что сталь навредит мне? Вампиру, который может тягаться в древности с некоторыми из патриархов этой провинции?- Нет ничего, что не истекает кровью, если сделать в нём достаточно много дыр, - Тайтус нанёс удар... Звук резко ломаемого дерева, и через секунду Глабрио оказался спиной на полу, а его командир стоял над ним, держа сапог у горла:- Я лишаю тебя звания командира гвардии, и лишаю тебя нежизни, которую сам подарил.Эдуард занёс кусок древка с наконечником и воткнул его в лоб Глабрио.Он нашёл артерию, в которую следовало вбить кол.- Пениций? - обратился к заглядывавшему в залу вампиру Эдуард, - Ты новый командир гвардии. Зови Постумию и Секунду, будет военное собрание. Изменено 20 января, 2015 пользователем RottingSkeleton 2
Prisoner-Boratino Опубликовано 20 января, 2015 Автор Опубликовано 20 января, 2015 (изменено) 28. Месяц Первого Зерна. День. Брума - Дорогие соотечественники! – заголосил глашатай с огромной снежной насыпи, расположенной подле церкви. - С прискорбием вынуждены вам сообщить, что прошлым вечером наша глубокоуважаемая графиня Нарина Карвейн была зверски убита бандой злоумышленников, состоящей из её нерадивого племянника Руфуса Карвейна, коварной Гвендолен де Лавальер и подлого Меркурио Ноктюро. Так же, несколько стражников пало при попытке задержания их предполагаемых сообщников, безумного Зено Феруса и кровожадного Кентула. – по телу говорящего пробежали мурашки, не то от холода, не то от страха. - Все пятеро приговорены к казни через обезглавливание, которая должна состояться сегодня, ровно в три часа дня на площади перед замком. Если вам что-либо известно о людях, состоящих с ними в сговоре, просим немедленно сообщить капитану Бурду, временно исполняющему обязанности градоправителя. На этом всё. – глашатай неуклюже соскользнул вниз и поспешил обратно в замок, где его начальство обсуждало важные вопросы с прибывшими из Коррола представителями Легиона. Отряду Сейдро Веллиндуса, направленному исследовать активность армии мертвецов в районе Шпиля Фросткрег, пришлось разделиться, поскольку куда большую угрозу для Брумы сейчас представляли силы мятежников, засечённые на подступах к городу. Разведчики уже были высланы во всех направлениях, дабы предугадать манёвры врага и позволить подкреплениям Легиона без происшествий добраться до своей цели, а местный гарнизон и ополченцы тем временем принялись готовиться к возможному вторжению. За прошедшее с момента побега время Элдарион так и не нанёс ни единого удара лично, а потому никто не знал, чего следовало ожидать от сумасбродного смутьяна. Обрушит ли он на город огненный шторм, что растопит вековые снега? Призовёт ли тысячи даэдр, что принесут бед даже больше, чем во время Кризиса? Попытается ли сравнять Бруму с землей, или захочет захватить её и сделать своим оплотом? Горожане пребывали в страхе и смятении, но никто из них не желал сдаваться на милость того, кто посмел нанести удар в самое сердце графства. Днем в городе царило необычайное для этого северного города оживление. Жители, обычно предпочитающие проводить провозгласил весенние дни в своих теплых домах или тавернах, сновали по улицам тут и там, суетясь, крича, получая указы стражи и немедленно их выполняя. Издали могло показаться, что горожане разделились на два фронта. Первое и меньшее столпотворение наблюдалось недалеко от памятника Герою Брумы, воздвигнутого здесь после событий более чем десятилетней давности. В этом месте возились плотники, возглавляемые капитаном Бурдом. Под его чутким руководством груда досок и балок на земле постепенно обретала форму небольшой, широкой, и не слишком высокой сцены. На краю ее расположилась странной формы каменная глыба с углублением у одного из концов. Проходящие мимо бездельники, коих, впрочем, было совсем немного, с удовлетворением отмечали про себя: "Лучшего места для казни этих извергов, убивших нашу обожаемую графиню, и не сыскать". Второй фронт работ развернулся у городских ворот, как у северных, так и у восточных, к которым прилегали конюшни. Именно из них в последний год Третьей Эры выходили под командой Мартина Септима и Защитника Сиродила солдаты, которые нанесли сокрушительный удар мерзким прислужникам Мерунеса Дагона. Мужчины всех возрастов: от четырнадцатилетних юнцов, над верхней губой которых только-только начинали проклевываться жидкие черные усики, до стариков, которые, несмотря на убеленные сединой головы, все еще были в состоянии носить бревна, пусть и небольшие. Работа кипела в руках мастеров и подмастерьев, лавочников и нищих, даже члены Гильдии Бойцов спустились с небес на землю - все понимали, что в этот день решится судьба их города, и от того, как они сейчас будут действовать, зависит все их будущее. Уже к обеду городские ворота были обшиты дополнительным слоем досок, укреплены металлическими пластинами снаружи и стволами молодых сосен, использовавшихся в качестве подпорок, изнутри. Сразу за воротами возникли, словно бы из-под земли, баррикады - на случай, если враг все-таки сможет прорвать первый рубеж обороны. На и без того высоких каменных стенах настроили маленькие деревянные башенки для лучников. Трудились не только на улицах - в оружейной замка, а также в кузнице Фьотрейда не замолкали молоты, а печи выпускали в воздух клубы густого серого дыма, который устремлялся из труб ввысь, видимый даже далеко от Брумы. Дарий Старрис, имперец лет двадцати, служил помощником норда. В этот день работы было хоть отбавляй, и парень радовался, что северянин, который обычно не позволял парню самостоятельно изготавливать оружие и доспехи, дал свое добро, а сам, вытирая обильно выступивший на жирном лице пот, присел отдохнуть и глотнуть холодного пива из бочонка в углу. Единственным, что не нравилось молодому человеку, была подозрительная активность местного населения, редко посещавшего их заведение. Приходили не только стражники, заказ на дополнительные стальные клинки для которых был выполнен еще задолго до полудня, но и обычные горожане. Некоторые из них подолгу шептались о чем-то с Фьотрейдом, затем забирали нужное оружие или броню и покидали здание. Вроде бы, в этом не было ничего удивительного: каждый хотел бы защитить свой дом от мародеров и бандитов Элдариона, который, несомненно, пожелает разжиться добром из подвалов и сундуков честных жителей Брумы. Но приходили и те, кого юноша видел впервые. И некоторые ему совсем не нравились, а другие вели себя слишком уж странно. Суурутан из Новаромы, например, приобрел в "Молоте и топоре" почти десяток палиц и булав! А Хелвиус Сисия, который славился своим умением боя без оружия и доспехов, унес с собой три меча, кинжал и закрытый стальной шлем. Все это настораживало юношу, и в перерывах между ударами молотом по куску железа или стали он недовольно посматривал на своего наставника, который отлип, наконец, от кружки пива, и принялся раскладывать только что выкованное оружие по практически опустевшим полкам. Изменено 20 января, 2015 пользователем Prisoner-Boratino 1
SnowK Опубликовано 21 января, 2015 Опубликовано 21 января, 2015 (изменено) Двадцать седьмое число Месяца Первого Зерна, раннее утро, озеро Румаре. Три отправленных некромантами корабля, засечённых ещё у Лейавина, продолжали медленно, но верно двигаться в сторону столицы. Утренний туман потихоньку рассеивался, и вдали уже можно было разглядеть смутные очертания башен Имперского Города. Сонный экипаж собрался на верхней палубе, чтобы выслушать новые приказы своей капитанши, боевитой лесной эльфийки с отсутствующей рукой. Та бодро прошлась перед своими товарищами, отвесила пару подзатыльников самым нерадивым лентяям, которые всё никак не могли продрать глаза и, наконец, начала свою речь. - В этот раз нам действительно повезло – работёнка оказалась не пыльной, судна были предоставлены заказчиком, а плата обещана просто сказочная. – дама сняла шляпу и приложила её к груди. - Разумеется, из-за вездесущих патрулей Легиона наш путь оказался не столь гладким, как хотелось бы, и далеко не все из нас прошли его до конца, но, тем не менее, цель достигнута, господа! А теперь, всем покинуть корабль! – скомандовала капитанша, после чего извлекла из патронташа свиток и начала зачитывать описанное в нём заклятье. Судно задрожало, а по его деревянному корпусу начали расходиться трещины, заставляя контрабандистов впасть в ступор. – Вы чего-то не поняли? К шлюпкам, живо! Очухавшись, экипаж принялся метаться из стороны в сторону, стремясь как можно скорее набиться в лодки и покинуть опасную зону. На двух соседних кораблях точно так же началась суматоха; со страшным скрежетом они разваливались и постепенно шли ко дну, утягивая за собою зловещего вида ящики. Эльфийка произнесла заклятье хождения по воде, и, дождавшись пока воды не поглотят вверенную ей посудину, зашагала вслед за своими подопечными в сторону Портового Района. *** - Что за дела, Вилья? – уже на берегу запричитал босоногий редгард, по всей видимости, выступавший помощником капитанши. - Ты совсем из ума выжила? Почему товар отправился на корм рыбам? - Потому что таково было желание клиента, дубина! “Затопите корабли посреди озера Румаре”, что я, собственно, и сделала. – дама вцепилась в рубаху буяна и заглянула тому в глаза. - Какие-то проблемы? - Да мы чуть не обделались с перепугу! – редгард оттолкнул эльфийку и уселся на камень. – Могла бы хоть заранее предупредить, сучка! - Пф, так ведь было куда веселее! – Вилья потрепала кудрявую голову своего помощника. - Или ты со мною не согласен, а, Питси? - Да пошла ты! – матрос поднял гальку и метнул её в капитаншу; та перехватила снаряд и запустила его в озеро, заставив несколько раз отскочить от поверхности. – Что за груз-то хоть был? Может, следовало его загнать кому-нибудь? - Меньше знаешь – крепче спишь, и поверь, среди твоих знакомых нет людей, которые возжелали бы приобрести подобное. – Вилья заметила, как передёрнуло Питси. – Что, поджилки затряслись? И правильно, но по сравнению с Шестым Домом эти некроманты - настоящий подарок. По крайней мере, говорят они доступным языком, и расплачиваются деньгами, а не всякими побрякушками. – эльфийка взглянула на свой амулет – “подарок” одного из младших Даготов. Ей нравилась эта безделица, но всё же, звонкую монету она любила куда больше. – Так или иначе, новый Культ Червя в конце концов постигнет та же участь, а их золотишко будет согревать наши карманы. - Лучше бы в Анвил наведались… - редгард подложил ладонь под голову и захандрил. – Братва сейчас, наверное, веселится на всю катушку… Подобных набегов уже лет сто не планировалось! - Тьфу ты! Да они и за неделю не награбят столько, сколько мы получили за один жалкий рейс! К тому же, скоро по их души явится Имперский Флот, помяни моё слово! Заглянем-ка мы лучше к Жарвису и Пеницию, но для начала… - Вилья столкнула Питси с насиженного места и вскочила на камень. – Хорошенько гульнём в столице! Контрабандисты ответили одобряющим гоготанием – сейчас их финансы действительно позволяли устроить настоящий праздник, с морем выпивки, горами мяса и продажными кралями. Один лишь помощник капитанши, лёжа в песке и созерцая водную гладь озера осознавал, что проделанная работёнка рано или поздно выйдет им боком, а заработанное золото окропится кровью – и возможно, их собственной. Изменено 21 января, 2015 пользователем SnowK 1
RottenSkeleton Опубликовано 21 января, 2015 Опубликовано 21 января, 2015 (изменено) Третий час дня, 26 Первого Зерна, Коррол Кассий и Ракка разделились: Атрий приехал в Коррол в три, в то время как Ракка должен был прибыть к пяти. Спойлер- Где я могу здесь найти господина Анатоля Маджесто? - Кассий задал вопрос буквально первому стражнику, которого увидел в замке Коррола. Сам имперец представлял собой что-то невообразимое: самая дорогая мантия, какую он мог найти в местном магазине одежды, в руке корзина с яблоками, апельсинами и даже земляникой, всё из Имперского города, под мышкой - бутылка "Сурили", вокруг - запах дешёвых духов. Даже паричок почистил от пыли. Имперец с самой обаятельной улыбкой, какую мог только осилить, осмотрел интерьер замка: везде, куда он не смотрел, спешили люди, готовясь к приезду графини... Сделает ли Реж свою часть работы? - Я к нему с... Деловым визитом. - Ага. - заметил стражник, пристально разглядывая гостя. Его, наверняка, не было в списках, но последние дни к господину Маджесто ходило много таких. Без списка, но с деловым визитом. И пухлым кошельком, очевидно, чтобы визит прошел успешно. И уже несколько стражей получили нагоняй от самого Анатоля за излишнюю бдительность, поскольку тот считал, что выпроваживать взяткодателей, даже если их нет в списке нельзя. Стражник вздохнул и кивнул - Вы можете найти господина Маджесто в Совещательном покое, вверх по лестнице, вторая дверь направо. Анатоль Маджесто и впрямь расположился в Совещательном покое, бывшей столовой. Он сидел за столом вместе со своим сыном, Сергио Маджесто, судя по всему, они разбирали рапорты городских стражников. Впрочем, стол ломился от различных яств и еще не развязанных кошелей, принесенных, очевидно, во время прошлых деловых визитов. - ... И это всё надо убрать, отец. - донёсся до Кассия один голос, негромкий, но твердый, принадлежавший Сергио. Ему вторил другой, громкий и низкий, полный ярких ноток, голос Анатоля - Ерунда, ты лучше скажи, как сгорел дом Мотьеров? До сих пор расследования не было. Тут разговор прервался, и они посмотрели на вошедшего. Атрий вздрогнул и остановился было на секунду, увидев, что был тут далеко не первым с гостинцами, но быстро взял себя в руки и расплылся в улыбке: - О, вы, должно быть, Анатоль Маджесто! Видимо, придётся выложиться посильнее, чтобы создать... Неповторимое впечатление? Хотя, конечно, ключевой смысл переговоров был куда важнее... - Извините, что отрываю вас от важных дел, практически государственной важности... Вот, скромный презент по случаю приближающегося триумфа всего графства... Так сказать, после смерти графини всё возрождается вновь, верно? - Атрий приметил даже точно такую же, как у него, корзину, правда, там вместо апельсинов были груши, а вместо земляники виноград. И как Маджесто собираются всё это употребить? Небось во время визита графини устроят знатную пирушку... - А вы, должно быть... Сергио! Я и с вами бы хотел поговорить... Об одном очень важном вопросе, но простите меня: мне придётся начать всю историю с самого начала, обещаю, это не займёт больше трёх минут. Позволите? - Большое спасибо за поздравления и за подарок тоже - Анатоль тепло улыбался и алчно оглядывал гостя, прикидывая, какие прибыли тот может сулить, - Я действительно Анатоль Маджесто, а это, как вы верно заметили, мой сын, Сергио Маджесто. Прошу, - широкий жест рукой. - Присаживайтесь, мы с удовольствием, - Кассий сел, Маджесто переглянулись. - С удовольствием выслушаем вашу историю. Атрий вдохнул поглубже: - Спасибо... Моя история начинается вот с чего: я бродячий артист, и меня зовут Родерик Голденберд. Раньше у меня была небольшая труппа, и мы давали в Нибенее неплохие сценки, "Похотливая аргонианская дева", разыгрывали "Биографию Барензии", фокусы, анекдоты про нынешнюю власть... Дело скромное, но прибыльное: народ любит развлекаться. Но краеугольным камнем у нас была одна вещица... Знаете, золотая маска, наденешь, и ты - бом! - хоть аргонианская дева. Иллюзия. Досталась мне от деда, семейная реликвия. Кассий как-то сам открыл бутылку вина: слова Томадаса про выпивку откровенно отказывались покидать его голову, да и что-то в горле пересохло. Он оглянулся в поисках какой-нибудь тары, а тем временем продолжал: - Но не повезло мне связаться с одним проходимцем, Юлиусом Гларио... Не знаю, настоящее ли это имя, но, похоже, он был тем ещё лгуном... Зато хорошим актёром! Однажды мне не посчастливилось ему отдать свою драгоценность, чтобы он сыграл роль Соловья в нашей постановке, знаете, очень трудно сойти за высокого красавца, когда ты коротышка. Но он исчез, даже не явившись на, собственно, представление! А потом я узнаю, что по провинции, понимаете, ходит какой-то другой "господин Голденберд", и он использует маску не чтобы развлекать народ, а чтобы делать жутковатые такие подставы на других... И вот, я услыхал, что золотую маску видели здесь, да и вся эта история с Франком Лавальером... Знаете, его почерк. Имперец взял какой-то попавшийся кубок, проверил, нет ли в нём яда, и налил своего вина, а потом выпил залпом. Говорить стало гораздо легче. - И мне, знаете ли, повезло! Открою вам секрет нашей семьи, секретнее некуда: масок было две! Просто одна отошла моему папе, а другая - дяде... И вот встречаю я своего кузена, и он предлагает мне вступить в свою компанию наёмников... Скажете, наёмных убийц? Ха! Добрейшей души человек: и мухи не обидит... Ну, в общем, вы про него слышали, должно быть, хоть он и скромный нибенеец. Кассий поставил пустой кубок, его голос слегка прояснился: Имперец вспомнил, что следует говорить дальше. - У нас есть общая проблема: этот "Голденберд", который одурачил графиню и пытался одурачить весь народ Коррола, к счастью, безуспешно. Я пришёл очистить своё светлое имя и, так сказать, светлый образ "золотой маски". Не знаю, где может быть второй Голденберд... Должно быть, очерняет ещё одно светлое имя... Я прошу прощения за то, что моя неосмотрительность в тот день, когда я отдал свою маску тому проходимцу, привела к такой катастрофе. Могу ли я чем-то искупить свою вину? - Хм, однако. - пробормотал Анатоль. - Интересную историю вы нам поведали, господин Голденберд. В самом деле, как сообщил мой внук, когда молния его ученицы разворотила ворота замка, многие маги видели коротышку в золотой маске, улепётывающего за укрепления. Вы знаете... - Как вы докажете, что это были не вы? - резко перебил Сергио, внимательно изучая гостя прищуренными глазами. "Голденберд" добродушно усмехнулся, встал и показал примерно рост миниатюрного Томадаса: - Да он же коротышка, а я смотрите какой! Гларио ведь всегда прятался за высоких людей, своего роста стыдился, да и боялся, очень заметная черта в толпе... Говорите, его видели здесь? Может, случайно не находили его труп? Юлиус такой, мелкий, загорелый, чёрненький, - имперец изобразил самое неприятное существо, которое мог только придумать, какого-то мелкого сгорбленного крысёныша с прищуренными глазками, сам не осознавая, что изображает Ракку, - И ещё очень громко визжит, знаете, как крыса, я даже таких ноток взять не смогу... - Атрий попытался повысить голос, правда, вышел он с хрипотцой, - Вы такого за ложным Франком не замечали? - Да, визжал он громко. - подтвердил Сергио, который присутствовал при выступлении лже-лже-Голденберда на воротах замка. - Хотя, надо признать, голос у него хорошо поставлен. Теперь понятно почему. Он артист. - Что ж, господин Голденберд, полагаю, я мог бы помочь в деле восстановления вашего доброго имени. - Маджесто плотоядно улыбнулся, и "Голденберд" улыбнулся в ответ. - Ну, а раз уж речь зашла о том, чем бы вы могли искупить свою вину, то, полагаю, вам следует навестить моего внука, он у меня башковитый, Специальный маг Синода. - не упустил возможности похватсться внучком Анатоль (гость оживленно закивал, будто понимал, какая это важная должность, хоть и слышал о таком звании в первый раз). - Он, кажется, как раз искал людей подобных вам. Лицедеев и ораторов всяческих. Не знаю, для чего именно, но, полагаю, на этом вы еще и заработаете. С ним так всегда, свою выгоду через два печных заслона видит. Весь в меня пошел. - Хм, мой кузен был бы только за, так что... Когда мне с ним поговорить? Я слышал, что сегодня у него какой-то траур. - Кассий тактично опустил, что слышал это он от вездесущих нищих, которым скормил изрядное количество золота, - Если... Потай, верно? Если Потай не может встретиться сегодня, я могу придти в замок завтра, тем более что комната в "Дубе и патерице" уже оплачена, - Атрий соврал: никакой комнаты в "Дубе и патерице" ему за четыре золотых не дадут. Может, Ракка на свои десять золотых случайно найдёт им комнату на окраине? Это сомнительно... Босмеру же по плану нужно бежать из города после убийства. Значит, Кассий здесь застрянет на ночь, а Томадас даже не узнает причины. - Совершенно верно, приходите утром, я сообщу сыну, и он встретит вас здесь, - немного сухо ответил Сергио и выразительно посмотрел на дверь. Если бы не прибытие графини и жуткая нехватка людей, он бы отрядил кого-нибудь последить за этим господинчиком, хотя бы просто для душевного спокойствия. Анатоль же был вполне доволен визитёром и его историей, ничего подозрительного не заметил и вполне доброжелательно попрощался. Улыбающийся до ушей "Голденберд" поклонился им почти в ноги и чуть ли не выбежал из комнаты, так и оставив бутылку с корзинкой на полу около стула... А когда Атрий выходил из замка, иллюзия растаяла, и под миловидным улыбающимся лицом проступили волнение, ужас и пот - много пота, на лбу, на носу, на подбородке, под рубахой. О, как же заставили его поволноваться эти двое! Но ничего, самое страшное позади, контакт налажен... Только как отреагирует Бенсорс на эту сделку? Он не написал в своих инструкциях, что делать, если Маджесто примут желание очистить своё имя поступками как что-то помимо пустой риторики. Если задуматься... Таких слов в листке Томадаса даже и не было! Вот так переплёт! - Что же за люди эти Маджесто? Опасный, опасный народ... И при этом, кажется, милые люди. Хм. Кассий остановился напротив Великого Дуба - он даже и не заметил, как добрался до него от замка - и пошёл дальше, подальше от района приличных людей, в трущобы. Почему-то Атрию всегда лучше всего жилось рядом с крысами. Приближался четвёртый час дня, а за ним ночь.Одиннадцатый час ночи, 26 Первого Зерна трущобы Коррола Харчевня "Лев и Кастрюля" была старым и весьма традиционным заведением, тут подавали простые напитки и простую еду для самых простых посетителей. Сюда приходили крестьяне, каменщики и прочий рабочий люд. Захаживали сюда и стражники, хотя район считался и не самым благополучным, но когда владелец таверны отец твоего командира, выбирать не приходиться. Квадратное одноэтажное здание, большую часть занимает общая зала и стойка, за перегородкой скрыта кухня, небольшой склад, комната управляющего и общие спальни, койка в которых стоит дешевле, чем где бы то ни было в славном городе Корроле. Общая комната обшита темным деревом и освещена множеством толстых дешевых свечей, изрядно оплывших и расставленных где ни попадя. И именно в этой самой комнате за темным и довольно грязным столом сидел невзрачного вида бретонец. Его звали Норберт Бролес, и некогда он был важным человеком, человеком ни за что бы не согласившимся посещать заведение подобное этому. Ну а теперь Норберт Бролес был пьян. Самым отвратительным образом. Тем самым, когда сознание и речь еще держатся, а критическое мышление уже успело собрать вещи и попрощаться. Он сидел в харчевне принадлежавшей самому господину Действительному Первому Советнику Анатолю Маджесто и нещадно ругал господина советника и всю его семью распоследними словами - Эт-та д-дрянь! Дрянь... Тьфу, сидит в мао... моём к-кресле! Ч-чертова спо... соплячка! - он карикатурно скривил губы и продолжил нарочито тонким пьяным голосом - Си-илена Мадже-есто, глява слюжбы сбора по-одатей, тьфу, дрянь! Я б... Яб таких... Я б... И на полставки секретарём б... не взял б... А этот её д-дедуля? П-п-предатель! Д-да! Я был тут! Я... Я слышал! - расшумелся господин Бролес. Собутыльники затихли. Обведя их бешенным пьяным взором, Норберт взревел так, что услышали, должно быть, даже снаружи, - Он п-подделал в-ведомости! Я знаю, подделал! Сидевший в таверне в тёмном углу чужак не сразу обратил внимания на ругань пьяного бретонца: ну мало ли что, во всякий режим найдётся человек, который, напившись, будет его ругать. Но стоило ему только услышать про ведомости, как неспешным шагом черноволосый босмер подозвал слугу: - Что пьёт этот бретонец, сколько стоит? А, тогда вот - каждому за столом по кружке, и ещё мне такую же. Потом босмер как-то незаметно подсел к пьянице: - Подделал, говоришь? Это же карается законом, верно? Ну и дела у вас в Корроле творятся, приятель. Ракка изо всех сил пытался казаться симпатичным и даже выпил совсем немного местного алкоголя, правда, поморщившись: уж больно местное пойло не было похоже на "Златоглот" Авидо, или на мясные напитки Вваленвуда, или на сладкие наливки Эльсвейра. - К-кнешно карается! - Без обиняков заявил Норберт, поворачиваясь к своему новому другу. Его мозг плыл в тумане алкогольного опьянения, потому даже такой простой вопрос как "А т-ты хто такой?!" не пришел в его голову. Будучи трезвым, господин Бролес побоялся бы даже подходить к такому человеку, слишком уж опасным и странным был его взгляд, да и вообще, Норберт недолюбливал и побаивался босмеров. - Д-да, дела... В... в один день фсё... фсё переменилось! И закона как не бывало! Я! Я был Главой Служб... Службы Сбора П-податей! Я! Я решал... Я б-брал и... и увольнял. Эт-то всё эти чертовы М-маджесто. Ф... Ф каждой б-бочке затык... затычки! А хуже всех этот ихний сынок, скамп его подери, явился из своего М-морровинда... Ил... Или где он т-там обретался.... Так с-сразу тут и началось. З-заткнись, Эван, т-так фсё и было! - резко рявкнул Норберт на одного из своих товарищей - А п-потом этот его дедушка несувс... невсус... несусветный п-полез во в-власти. В-весь город з-задурили, п-провократ... провокаторы. А с-сначала к-кричали "Долой графиню!" я-то п-помню! Всё помню! Я говорю, закт... заткнись, Эван! Я в-вот завтра п-пойду на приём... приём... К Её Светлости гопс... госпоже Каро и фсё ей и... того, расскажу. И б-бумаги принесу. В-вот тогда... тогда-а мы псмотрим... псмотрим, грю... Трижды этот п-паскудник, Анатоль, п-пытался в мою с-службу пропихнуть своих бфез... бездарей. Т-трижды! И г-говорил со мной и д-деньги сулил! Никогда...никогда бы не п-подумал, что этот... этот... может столько п-предложить! Но у м-меня принципы... - Норберта понесло, он был счастлив вывалить все свои горести своему же новому лучшему другу, поскольку остальные его лучшие друзья уже были сыты этими горестями. Теперь господину Бролесу его страх и неприязнь к босмерам казалась смешной и постыдной - П-панимаш... Я ф-фсегда... ты ток... только не обижайся... фсегда терпеть не м-мог б-босмеров, ну, ты панимаш... хитрые жуликоватые... жулики... Б-без обид, ага? Ну, я и говорю, терпеть н-не мог... И взгляд т-такой, с-словно... Но т-теперь я в-вижу, к-как я был непрв... не прав. Т-ты в-вот, к примеру, с-славный парень! - В порыве дружелюбия Норберт хлопнул своего собеседника по плечу. - Спасибо... При-иятель, - Ракка не выдержал и вытер плечо, по которому его только что хлопнули, и попытался разрядить обстановку: - Но я тебя всё-таки не виню. Знал я одного босмера, ещё когда в Лейавинне жил... Подлюк такой! В "Чёрном лесе" работал, и даже там никому не нравился. Говорят, пока на них работал, людей убивал и ел! Мне из "Чёрного леса" друг говорил, что этого гада отослали в Чернотопье, чтобы он там в болоте подох... С тех пор ничего о нём никто не слышал, авось действительно утонул где-нибудь, или ящеры в рабство угнали. Нет, я, конечно, не такой! Дикари вроде него портят впечатление о нашем народе, прямо как эти твои Маджесто о... А кто они, кстати? Имперцы, или бретонцами будут? - ловко перевёл разговор с обсуждения куска, в общем-то, своей собственной биографии на обсуждение "больного вопроса" Реж. - В-вот и я грю... Жуткие т-типы, но эт я не про т-тебя, ты с-славный м-малый! - заключил Норберт и тут же неуклюже спохватился - Т-то есть не м-малый, а т-того р-размера, к-который и н-нужен, в-верно? Эт я к тому, что б-босмеры, они же ф-фсе н-недомерки, пфхт... Тьфу... О чём это я? М-маджесто? П-проклятые грязнокровки, в-вот кто они! Адская с-с-смесь! Этот, Анатоль, он в-вроде как на четв... чертв... четверть бретонец, а остальное... этот... Имперец. А в-вот жена его из С-скайрима, ч-чертова д-дева Севера, хотя и х-хрошая женщина, хотя бабка её, грят, с редгардом с-спуталсь, а вбще... вбще у них там ч-чего только нипанаешана... Ох... Грят, грят даже... д-даже мерской крови... имеется. Хы, ну ты понял? М-мерской! Ха, от слова мер, но звучит т-так же, как и... мерзкой, ну, ты понимаш... Хе-хе. А с-сам этот П-потай вбще не пойми кто такой... Ха! Его мать-то сама наполовину б-бретонка, а п-приехала из столицы - Норберт плавно "втекал" в заключительную стадию опьянения, полную бессознательность. - О, думаю, с тебя хватит выпивки на сегодня, - Ракка учтиво улыбнулся и обратился к одному из собутыльников бретонца, - Эван, верно? Помоги ему добраться до его дома... Знаешь ли, человеку с таким длинным языком нужно держаться друзей ночью, верно я говорю? Потом он встал (и покачнулся: всё-таки выпивка слегка повлияла): - Ну, было прия-ятно поболтать, а я поеду дальше в... в Вэйрест, город ветров и портов и канатов, ву-ху! Не у-унывай, дружище! Все чёрные полосы в конце концов кончаю-ются... Босмер, изменившись в лице, торопливо пожал ладонь нового товарища, а потом, слегка покачиваясь, вышел, опасаясь, что уже и так привлёк слишком много внимания... Когда Норберт, Эван и прочие люди из компании вышли из таверны, маленькая фигура сидела на крыше одного из домов так, чтобы был виден их путь. Босмер поправил маску поверх лица, которую накидывал "на деле": чёрный кусок ткани с вшитыми в него белыми хрящами, образовывавшими какое-то подобие зубастой пасти, закрывал всё лицо ниже глаз. - Учитель Гнилокоготь, направьте мою руку, помогите мне пролить кровь... - Ракка сложил три белых кости в треугольник в темноте собственной тени, и через несколько секунд кости исчезли, а из черноты выросла тёмная фигура даэдры с рыбьей головой, того самого даэдрота, у статуэтки которому сидел Ракка в хижине Квинтии-Камелии. - Что-то часто ты зовёшь меня. Сначала тот маг, теперь... Это. Не обнаглел ли, смертный? Сначала кормишь меня костями жалкого конюха, а теперь хочет скормить черепушку пьяницы? - О, этот пьяница - душа чернее чёрного... Я видел её. Его кости вам понравятся. Эльф натянул лук: Норберт приближался к своему дому. К тому дому, на крыше которого расположился Ракка. "Один выстрел, и Рыбья-кость парализует пьяницу, а потом его ударит паника. Может, он и не умрёт. Но тогда я не получу кости. Не получит кости Гнилокоготь. И всё будет очень плохо." - Выше держи, выше... - даэдра, шипя, спустился вниз по крыше, избегая лунного света, и посмотрел на человека, чьими останками будет лакомиться через несколько часов... Его разум направлял разум Ракки, но его разум не мог очистить его тело. Рука босмера дрогнула, стоило лишь почувствовать алкоголь в крови... Стрела пролетела в дюйме от шеи Норберта и воткнулась в грязь прямо позади него. - Идиот! - прошипел даэдра, резко развернувшись и ударив босмера по щеке: послышался звук разрываемой ткани, и босмер что-то едва слышно прохрипел, - За такую ошибку ты должен будешь мне ещё двадцать костей! Стреляй ещё раз! Стреляй, ну же! Ракка спокойно достал ещё одну стрелу и выстрелил... Снова мимо. Имперец убежал в какой-то переулок, а вот самого Ракку заметил какой-то стражник. - И почему мой чемпион такой бездарь?.. - прохрипел Гнилокоготь, растворяясь в тени. Реж торопливо открыл сумку и выбросил ложную улику: записку, якобы написанную Маджесто. "Норберт слишком много позволяет себе. Если убьёшь его, получишь золото из казны. Стража будет смотреть в другую сторону." А тем временем стражник уже почти настиг босмера, загорелось окно в доме Норберта, обратили внимание на происходящее его пьяные друзья...Когда стражник всё-таки взобрался с помощью жены усопшего на крышу дома, он не нашёл там "убивца". Правда, рядом с записочкой он нашёл чёрный кусок ткани с вшитыми в него хрящами... Над Корролом воцарилась ночь.Ночь с 27 по 28-е Первого Зерна, Шпиль Фросткрег... Ну, то есть главная Путеводная звезда... Шпиль Фросткрег, в общем. - Персивальд! Чем обязан такому... Неожиданному визиту? - архимагистр торопливо набросил мантию и вышел на балкон Шпиля, а потом в уме посчитал количество магов в свите гостя... Да уж, это не Хурмте, которая всегда приходила в гордом одиночестве. Видимо, Бакингхорс был настроен достаточно решительно. Лиландмон обернулся и отдал первому попавшемуся магу приказ повесить в зале для встреч флаги Синода и Коллегии, умолчав, что ещё эта команда означала "спрячьте все ценности".Спойлер- Лиландмон, старый друг, разве мне нужен пово... - Лицо Персивальда послушно и привычно изобразило любезность, и он раздраженно мотнул головой. Маска лицемера начинала прирастать к коже и это его раздражало. - Конечно же, нужен. Черт, так привыкаешь говорить любезности, что отвязаться практически невозможно. Ладно, к делу. До меня дошли слухи, что вам не помешала бы помощь. Это, как я понимаю, правда? - Советник оглядел пейзаж с балкона и плотнее укутался в мантию. Он вздохнул. - Но почему вы не обратились к нам? - Помощь? Какая помощь? Ситуация под полным контролем, Персивальд, - спокойно соврал Спеллус, тут же закрыв дверь выхода с балкона: если Бакингхорс увидит беспорядок в Шпиле, то его ложь станет очевидной, а значит, нельзя ни под каким соусом ему нельзя впустить Синод в Шпиль, - Смотрите, барьер вокруг угрозы уже установлен, практически, мы её обезвредили. Осталось только дождаться имперских боевых магов, чтобы они допросили её, а ещё и её армию, - Спеллус показал на едва заметные фигурки далеко внизу, среди деревьев - то были мертвецы Арианы, собиравшиеся вокруг Шпиля. - Мы всего лишь эвакуировали младших членов персонала... Чтобы молодые маги не видели мертвецов. Думаю, всем нам известно, что если достаточно рано в своей карьере маг увидит Короля Червей в деле, то рано или поздно станет некромантом... Если хотите помочь, пожалуйста, разметите наших учеников в Университете. Вижу, вы пришли всей боевой командой? Гм, боюсь, что могу лишь предложить чаю и хороший вид на Башню Белого золота. Уверен, с мертвецами Легион и сам отлично справится. - Хм... - засомневался Персивальд. Тут что-то было нечисто, но он пока не мог понять, что именно. С другой стороны, в словах Лиландмона был смысл. Проблема и правда выглядела разрешенное, а кроме того, советник знал, что боевые маги и правда уже близко. Он что-то прикинул в уме и, словно решив для себя что-то, кивнул. - Разумеется, мы разместим ваших неофитов, это будет полезный опыт как для них, так и для наших собственных учеников. Пусть даже и недолгий. - Что же... Значит, чай и хороший вид? - улыбнулся советник. Часть его свиты растаяла, отправившись раздавать указания касательно учеников Шепчущих, с ним осталось только трое волшебников. - Пожалуй, мы бы не отказались, кроме того... У меня есть небольшой разговор к тебе, который должен был случится гораздо раньше, но лучше поздно, чем никогда, верно ведь? - Полагаю, что да. На балкон вбежал маг и конфиденциально, на ушко сообщил Лиландмону, что все знамёна Синода в Шпиле куда-то пропали. Спеллус нахмурился и дал приказание принести стол и пять стульев, и ещё чаю, и лимонных долек. Маг с посохом, сильно оскорбленный тем, что его используют как служанку, исчез в глубинах Шпиля, а тем временем Лиландмон наконец-то посмотрел Персивальду в глаза: - Разговор? О чём? Если ты хочешь обсудить порталы, то вроде бы мы уже всё решили... А, я же цены не согласовал. Сейчас скажу принести расчёты, вот только тот молодой человек вернётся. - Нет, нет. Не порталы, с ними всё ясно, взаимный обмен колкостями и шпильками, битва цифр. - Персивальд помотал головой. - Я думал о другом и думал об этом последние пять лет. Разделение Гильдии. - Он выразительно посмотрел на Лиландмона, наблюдая за его реакцией. Старый архимагистр недоуменно посмотрел на Бакингхорса. - Разделение Гильди не пошло на пользу ни одной из организаций. Конечно, поначалу перспективы были радостными, но теперь наблюдая за ситуацией, я могу вполне обоснованно заявить, обе коллегии обречены, если не будут приняты меры. И знаешь что? По большому счету только мы с тобой можем, пока еще можем, повлиять на сложившуюся ситуацию. Лет через десять большинство постов и в твоей, и в моей организации займут молодые маги, вступившие в их ряды после Раскола, они просто не смогут быть обьективны. Разделение произошло по... идеологическому принципу, как ты знаешь. Молодые, перспективные исследователи, те самые юноши бледные со взором горящим, ушли к вам. Старательные и прилежные приспособленцы - к нам. Казалось бы, все довольны, но... Посмотри, обе коллегии гибнут, хотя пока что это не слишком заметно! - Персивальд говорил страстно, хотя и негромко, в кои-то веки он говорил искренне. - Синод в стагнации, пока что это не слишком заметно, но это так. Нам не хватает свежей крови, неординарных магов, одаренных самоучек, таких людей как... Как Потай Маджесто, например. У вас же, и ты это знаешь, перебор подобных личностей, они хороши, когда есть кем их уравновесить, но в таком количестве они раскачивают лодку, хотя поначалу и гребут каждый за троих. Им не хватает верности и прилежания. Вам грозят расколы и внутренние войны в будущем. Возможно, не в ближайшие годы, но так или иначе, это случится. Нам светит упадок и гниение. Наши организации связаны теснее, чем это кажется, но скоро будет некому это понять и что-то сделать. - Он прервался, поскольку, наконец, принесли чай, и советник жадно припал к чашке, желая смочить пересохшее горло. Он кашлянул и обвел рукой пространство перед Шпилем, где бродили мертвяки Арианы. - И это вот первые ласточки. Короли Червей всегда выбирают талантливых, способных и тех, кого можно легко повернуть на свою сторону. А потом они попытаются уничтожить нас вашими руками. И потому я примчался сюда, едва услышал обо всем этом. - Звучало так, словно советник лично скакал сюда на перекладных сквозь бурю и мороз, а не шагнул через открытый портал из одного здания в другое. - Я предлагаю, рассмотреть возможность восстановления прежнего порядка. - Он предупредительно поднял ладонь. - Просто рассмотреть! Попробовать найти хоть какие-то сферы совместных интересов, в которых люди из обоих коллеги смогут работать совместно. Спеллус выслушал внушительный монолог Бакингхорса молча, но зато с плохо скрываемым интересом: рассеянный архимагистр даже не заметил, что бросил в чай три дольки лимона вместо одной. Правда, это эльфа совсем не расстроило - всё-таки он не чувствовал вкуса чая, только температуру, и это было главным. - Персивальд, твоё предложение разумно, но, как ты сам уже сказал, нам грозит раскол... Но вдруг мои попытки привести Коллегию к этому приведут к расколу? Лучше всего начать обсуждение, когда все Путеводные звёзды соединит новая система порталов, а все части Коллегии вновь станут едиными, под моим контролем. Это дело времени... Не больше недели. Плиты, заклятья и координаты, цены и сметы: всё готово. Лиландмон посмотрел на барьер вокруг крыши экспериментальной башни: - Но тогда нам понадобятся общие сферы... Конечно, можно было бы объединиться против общего врага. Всё-таки старая-добрая Гильдия магов крепко держалась на ногах в том числе за счёт того, что она противостояла Культу Червей, и стоило ему не стать, как всё кануло в лету. Но вот, получается, Королева, и вот приближается момент, когда она будет повержена, причём не полумифическим, историческим Галерионом, а простыми боевыми магами, может, при помощи простых магов Коллегии. Кто же тогда станет нашим общим врагом, если всё получится? Практиканты запретной магии, той же некромантии? Но какую магию тогда запретить, и кончится ли это тем, что какая-то часть Коллегии просто встанет и уйдёт, узнав, что их исследования запрещены? Скажу прямо - я не хочу создавать новый Культ Червей из отколовшейся ветви Коллегии просто потому, что нам нужен свой Культ Червей. Что ты думаешь? - Эльф действительно не знал, как действовать дальше в этом направлении. Может, Бакингхорс, живший в совсем ином мире, видел решение? - Нет, разумеется, нам не нужен рукотворный Культ Червей, такие... големы имеют неприятную тенденцию выходить из под контроля. - Персивальд хмыкнул и кинул себе в рот дольку лимона, на мгновение сморщился, втянул носом воздух и поморгал. - Я полагаю, что в ближайшее время внешних врагов будет предостаточно. Смута захлестывает Империю, ты же видишь, повсюду восстания. Всегда можно обьединить людей вокруг государства, проверенный способ, между прочим. Но все это недолговечно и неправильно, нужно найти что-то кроме внешней угрозы, что могло бы удержать коллегии вместе. Я понимаю твоё опасение, что раскол может произойти как раз на почве сближения, более того, я сам сейчас действую по собственной инициативе, никто из Совета Синода не знает об этом. Ну, во всяком случае пока что. И тем важнее начать сближение, пока коллегии не дошли до открытого противостояния. Возможно, портальная система и могла бы быть тем самым звеном, которое вынудило бы Синод и Шепчущих работать сообща. А потом придумаем что-нибудь еще. Совместные экспедиции, система взаимных беспроцентных денежных сдержек, разделение грантов, разработка улучшенной теории групп, в конце концов. Так или иначе, этот шаг необходим. Лиландмон мрачно кивнул головой: открытое противостояние уже назревало, вот, только что на собрании он слышал голоса против Синода... Бакингхорс даже не знал, что сроки уже исчисляются не годами, а часами, и что они оба сидят на бомбе. Лиландмон додумался: если в Шпиль проникнет информация, что здесь маги Синода, то быть беде. Тем временем молодой человек, которым Спеллус командовал, уже вернулся, и архимагистр спросил у него, слегка волнуясь: - Кто-нибудь в Шпиле знает, что здесь есть маги Синода? - Только я. Флаги тоже вешал один я. И стол нёс один я, - состроил невероятно кислую мину молодой человек, и Лиландмон, почувствовав облегчение, звучно рассмеялся: - Ну в таком случае, молодой человек, назначаю вас ответственным... Как это у вас называется, Персивальд? Агентом, специальным магом, секретарём? В общем, теперь ваша задача - сидеть в Университете, заниматься своими делами и передавать лично мне в Шпиль, из рук в руки всё, что передаёт советник Бакингхорс. И никому об этом ни слова, слышите! - Но... Мои исследования... - Гораций Требоний, верно? Учились под началом магистра Йомвинга, закончили с отличием. Помню-помню вас. Лаборатория в экспериментальной башне, номер... Четырнадцать. Вы изучали поведение воды в свободном падении, верно? Учеников своих найдёте в Университете и скажете, что вам выделили место под исследования... Поближе к воде. Какие-нибудь пожелания? Требоний почесал затылок: - Мне бы хоть учеников... - Найдутся, Гораций, найдутся ученики ещё на твою голову, - Лиландмон ещё сильнее помрачнел, вспомнив Нишьена, - Ещё что-нибудь? - В общем-то, больше ничего, - молодой имперец уже начал нервничать в присутствии Бакингхорса, и Лиландмон кивнул: - Персивальд, отдаю этого человека в твоё личное распоряжение, заберёшь его с собой и найдёшь место где-нибудь поближе к ученикам. Первый мост между двумя коллегиями, можно сказать. По любым предложениям слать вести через него, а не обычными путями: иначе перехватят в два счёта. Лиландмон встал и отряхнул мантию: - В общем, к договоренности мы, получается, пришли... Надо пойти проверить, не спалили ли мои молодчики чего лишнего случаем. В любом случае, было приятно повидаться, - Лиландмон, конечно же, врал: приход Бакингхорса хоть и сулил некоторую общую выгоду для Коллегии и Синода, но самого Спеллуса понервничать заставил изрядно. Правда, это не помешало архимагистру протянуть Персивальду руку и почувствовать себя жалким, ведь обычно всё было совсем наоборот: врал Бакингхорс, а теперь приходится юлить Лиландмону... Ради блага Коллегии, конечно же. Как он притворялся лоялистом и патриотом ради блага Коллегии, теперь он притворялся, будто всего-то пару дней назад не желал больше всего увидеть Университет подожжённым, а головы магов Синода на кольях. Как будто этого не было совсем. - Я рад, что мы столь... продуктивно пообщались. - Советник ослепительно улыбнулся, хотя никак не мог отделаться от навязчивой мысли, что его собеседник чем-то сильно озабочен, ну, разумеется, помимо того, что штаб-квартиру его коллегии окружают толпы пугающе разумных зомби ведомых древним безумным личем, такие проблемы являются для магов уровня Лиландмона обычным делом, не сложнее, чем с утра вынести мусор. Персивальд пожал протянутую руку. - Если с этим, - кивок в сторону чахлых силуэтиков зомби, - будут какие-то неприятности, то моё предложение о поддержке в силе, тем более теперь, когда у нас есть связной. Верно, господин Требоний? - Персивальд положил руку на плечо своему новому сотруднику и повёл его к порталу, который с каждой секундой становился всё четче и четче. Советник продолжал что-то рассказывать и рассказывать, но его голос становился все тише и тише. - Конечно, верно. Думаю, нужно придумать для вас особую должность, что-то, что будет отражать суть вашей миссии. Ладно, ладно, этим займёмся позже. А знаете, у меня есть блестящая идея, просто блестящая! Половину учеников вы возьмёте у своей коллегии, а половину у Синода. А? Как вам? Ну хорошо, хорошо, это надо будет обсуди-и-и... - Пока не затих совсем, портал выждал положенные инструкцией две секунды и тихо схлопнулся... А Лиландмон тихо выдохнул и пошёл назад в Шпиль.Час дня, 28 Первого Зерна, пещера Песчаник Четыре вампира ютились вокруг стола с картой Кватча. Пениций то и дело то смотрел на потолок, то на пол, то прямо в глаза Лиону, пытаясь поймать его взгляд; он был похож на пса, которого недавно посадили на цепь. Постумия, смирная и тихая, изучала карту и внимательно слушала каждое слово Эдуарда. Наконец, Секунда с интересом рассматривала кожу на руках, и Лион искренне надеялся, что она действительно понимает, что происходит.Спойлер- Наши действия должны быть максимально скоординированными. Я вхожу в замок с Пеницием; Постумия, ты сразу за нами, на площади перед часовней прикрываешь наш отход, твои три подопечных как раз закроют вход к часовне. Секунда, ты с Постумией, и не забудь своего мага, пусть он контролирует толпу своими заклятьями. Если всё получится удачно, наша вылазка с Пеницием приведёт к тому, что город будет обезглавлен, а ваша закроет им единственный способ избежать встречи с нами. - Когда выступаем, генерал? - спросила Постумия, рассудительно изучая расположение фишек на карте. - Завтра днём. В эти день и ночь они будут нас ждать; кроме того, для выполнения этого плана нам потребуется кровь. Вы не сможете ходить по городу средь бела дня. - Белое есть чёрное, - мечтательно произнесла Секунда, а Пениций громко и вызывающе спросил: - А откуда мы кровь достанем, генерал? Все в пещере - вампиры, больше никого нет. - Этим мы и займёмся в следующую ночь. Если Каела следовала моим инструкциям, определить, с какой стороны она приходила к городу, было достаточно трудно; если граф пошлёт ополченцев прочёсывать дикую местность - это наш шанс. - А если они ушли в глухую оборону и зовут Легион?! - Пениций задрожал и захохотал, и Эдуард нехотя признал: - В таком случае придётся искать новую ферму, или покинуть район полностью. Не Кватч, так Анвил, или Коррол. - Дуб не согнётся, - прошептала Секунда, и Постумия кивнула: - Да, Коррол мы уже не возьмём... Но там можно укрыться. По крайней мере, там не бродят силы Синода... И "Горные орлы", - прошипела она с ненавистью. Пениций тихо прошептал: - Кто такие "Горные орлы"? Секунда приложила палец к губам: - Железный град, кровавые осадки. - Есть ли ещё какие-нибудь предложения? - спросил Лион. Наступило молчание, а потом Постумия тактично произнесла: - Генерал, наших сил слишком мало, и в городе мы будем разделены на две части. Почему нельзя всем пойти в замок? - Потому что тогда нас попросту запрут в замке, а когда мы выберемся оттуда, уже подоспеют силы Легиона. Я не хочу повторять ошибок Коррола. - Однако в этот раз мы можем поступить совсем иначе. - Например? Постумия передвинула все красные фишки к синим фишкам в замке: - Мы не будем пытаться занять замок. Лишь нападём, убьём и обратим как можно больше, а потом сбежим. - Ты что, умеешь лазать по отвесным стенам?! - завопил Пениций, бешено вращая глазами, и Секунда лизнула ладонь: - У холодных людей очень липкие руки. - Может быть, вампиры и превосходят обычных людей по возможностям тела, но лазать по камням без подготовки вы не будете, - покачал головой Лион, - Либо вы готовитесь к такому испытанию, либо вообще не пытаетесь. Сорваться и разбиться, или быть подстреленным лучником с земли, или сброшенным сверху - это ли смерть воина? - В таком случае беру свои слова обратно. Но генерал, не боитесь ли вы сами оказаться запертыми в замке, захваченными в плен или убитыми серьёзно превосходящими силами противника? - Постумия посмотрела на лицо Лиона, и Эдуард только покачал головой: - Нет, нисколько... Со мной пойдёт Пениций, у меня будет мой меч, всё будет в полном порядке. - Тебе следует меня бояться, кровосос! - крикнул Пениций и в следующую же секунду закрыл рот руками. Лион покачал головой: он был безнадёжен. Хотя, пожалуй, куда лучше предыдущего командира гвардии... Как его звали? Эдуард не помнил. - Итак, решено. Готовьтесь выйти на охоту в эту ночь. Чем больше крови мы найдём, тем больше шансы пережить завтрашнюю схватку. Если найдёте живого человека - выпейте кровь и несите сюда. Если найдёте эльфа - выпейте кровь и убейте. Если найдёте зверолюда... - Убьём. Просто убьём, - кивнула Постумия, и Пениций, радостный, вскрикнул: - Сжечь всех дотла! Решь-круши-бей-убивай! За Генерала-Кровососа! Лион встал: - Этого подожди до завтрашнего дня. Ну, с Девятью. Всем усердно разминаться, а потом отдыхать, нужно, чтобы ночью и днём после неё вы были в хорошей форме. Вольно.Утро, 28 Первого Зерна, Брума. - Колдунишка. - Хоть бы помог! - Ну и сиди со своим порталом. Эмиль, угрюмый и с в предыдущий день купленном за бесценок старом полушубке поверх мантии, даже не успевал отвечать горожанам: в общей атмосферы работы и подготовки к осаде он был лишним, занозой, торчавшей посреди города со своим порталом. Разумеется, после смерти графини больше никто город покидать не хотел: каждый считал своим долгом умереть, но Бруму не отдать. В таких условиях Эмиль чувствовал себя не только бесполезным, но ещё и презираемым. Презираемым и бесполезным себя чувствовал и лежавший в камере тюрьмы Брума Руфус Карвейн, убийца графини Нарины Карвейн. Норд даже не знал, действительно ли он убил свою кузину или нет... Он не помнил ни одного человека в камере, не помнил, что произошло после того, как он вошёл в замок Брумы, лишь то, как он проснулся на следующее утро в тюрьме. Меркурио даже не вспоминал события предыдущей ночи и считал в уме до миллиона и дальше. Больше в камере было заняться нечем, а разборками между другими заключенными он не интересовался. Изменено 31 мая, 2015 пользователем MadSkeleton 4
Gorv Опубликовано 23 января, 2015 Опубликовано 23 января, 2015 26 число Первого зерна, ранний вечер, Коррол. - Никогда не видел столько нежити, господин Веллиндус. Прямо нашествие какое-то!- сказал Станус, выходя из здания Синода. - Я тоже, признаться. И прямо за Элом. Беда не приходит одна... - О, Сейдро! Вот и вы! Как все прошло? Пойдемте, легат просил встретиться с ним.- навстречу им вышел капитан Аксий. - Более или менее. Ах, а я только хотел немного поспать. Ладно, пойдем. Денар был в дальних гостевых покоях и, извещенный о скором прибытии наследницы, просто ждал. Лейтенант Дин стоял подле него. - Добрый вечер, господа офицеры. Вы еще живы, а значит, в Лейавине мертвецов нет. Я прав? - Живых нет.- отрезал Сейдро. - Хорошо сработано, друг мой. Значит, я все таки не зря корячился с этими треклятыми бумажками. - Бумажками?- имперец удивленно поднял брови. - Да. Читай. Командир передал конверт. - Постой... ты выхлопотал мне восстановление? - Выхлопотал? Ха-ха-ха! Скажешь тоже. Я просто приказал. Правда, я заодно оформил и перевод. Надеюсь, ты не обидишься. Так что приветствую вас в рядах Первого сиродиильского легиона, центурион Веллиндус! - Благодарю, сэр! - Ладно, ты здесь не один. А указания у меня найдутся для всех. Как видите, в городе дела обстоят очень даже неплохо. Маджесто- хитрые лисы, но дело свое знают. И держать тут без малого две сотни солдат я не буду. Поэтому... Аксий, завтра утром возьмешь вторую когорту уйдешь с Лончалом к Эшу. Там и останешься. Наведешь порядок, подметешь, отмоешь, не знаю, что там еще и приготовишься к набору людей. А ты,- он указал на Стануса,- Доведешь ту самую когорту до Вуденхэнда и вернешься в Имперский город. Отдохнешь, сходишь в баню. А то вон какой потрепанный. Вопросы есть? - Никак нет! - Нет, сэр! - Разрешите?- вновь заговорил ветеран. - Что разрешить? - Перед тем, как отойти на тот свет... второй раз, Ральд Хриплый успел сообщить, что Лейавин- не единственное место скопления зомби. Есть второе- шпиль Фросткрэг. - Фросткрэг? В горах Джералл? Это же здание магов. И дела это не наши. - Но есть предположение, что именно там находится их предводительница. - Вот это уже интересней.- редгард поднялся со стула,- То есть, можно закончить все одним сильным ударом. - Ну-у... - Да, это подходит. Конницу передаю под твое командование. Поедешь в Бруму. - Есть, легат Денар!- улыбнулся Сейдро,- Я могу быть свободен? - Да. - Спасибо. Если буду нужен, я в часовне. Сплю.- добавил старик и удалился. 3 Хорошие лороведы тесно соприкасаются со вселенной. Посредственные — лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют ее и оставляют растерзанную на съедение мухам. (с) Рэй Брэдбери feat. ГорвЛюди действуют из благих побуждений. Нации — никогда. (с) Эзмаар Сул о нордах
SnowK Опубликовано 23 января, 2015 Опубликовано 23 января, 2015 (изменено) [SnowK, RottingSkeleton. Впереди планеты всей…] СпойлерДвадцать восьмое число Месяца Первого Зерна, графство Кватч. Вдоволь покутив в Имперском Городе, Вилья и её товарищи-контрабандисты отправились на встречу со своими подельниками, обосновавшимися в пещере Песчанник. Уже вечером они разбили лагерь неподалёку от города и ожидали появления посыльного – но в условленном месте никто так и не объявился. Питси бродил по окрестностям и жаловался, что ощущает в здешних местах присутствие нечистой силы, но атаманше не было никакого дела до слов своего помощника. В конце концов, она собралась и в компании пары крепких детин отправилась лично разыскивать недобросовестных партнёров. Солнце скрылось за горизонтом, а тучи, сгущавшиеся с самого вечера, теперь плотной пеленой покрывали небеса, не позволяя лунам освещать путь контрабандистов. На лагерной поляне вспыхнули костры, и Вилья громко выругалась – подобные вещи всегда привлекали к их стоянкам излишнее внимание, как со стороны патрулей Легиона, так и прочих омерзительных созданий. Следующий за ней бритый имперец, вооружённый увесистым молотом, что-то жевал и косился в сторону; какие-то тени сновали между деревьями, вселяя тревогу в сердце бывалого авантюриста. Его товарищ, здоровенный орк с торчащим из-за спины копьём держал в руках факел, чей согревающий свет был единственной причиной, по которой наёмник ещё не бросился наутёк. У входа в пещеру не было выставлено дозорных, и это стало для контрабандистов весьма недобрым знаком. Имперец предположил, что их товарищи уже покинули своё убежище, либо их схватили дозорные – но по данным Вильи, товар должны были переправлять не раньше, чем тридцатого числа, а патрули в этих краях были ещё более жалкими, чем в Бравиле. Стало быть, покинуть своё логово контрабандистов должно было вынудить нечто совершенно иное… Троица вошла внутрь и продолжила двигаться по неприветливым подземным галереям, обнаруживая следы недавнего пребывания своих товарищей. Вскоре, перед ними собственной персоной предстал новый хозяин пещеры, который навскидку оказался самым настоящим вампиром. Имперец выхватил свой молот, но, вместо того, чтобы кинуться на кровососа, бросил своё орудие и с воплями побежал к выходу. Орк сплюнул и приготовил копьё, но эльфийка отрицательно покачала головой и попыталась наладить контакт с незнакомцем. - Нам не нужны проблемы… - заявила Вилья. – Раньше это место было логовом моих товарищей, ты, часом не знаешь, куда они могли запропаститься? Человек в окровавленной одежде священника, держа двемерский клеймор наготове, уже открыл было рот, чтобы ответить, как из дальней галереи послышался знакомый Вилье голос: - Сдохли, все до единого, как жалкие крысы! - комнату вбежал крайне бледный Пениций с тесаком Жарвиса, и тут же резко остановился и закричал, как будто увидел в эльфийке что-то ужасное. - Генерал, да это же Безрукая Вилья! Она без банды за спиной вообще не ходит, небось её братки снаружи сидят! Нас тут всех замочат! - Молчать, солдат, - напрягся вампир, и имперец моментально заткнулся, правда, всё ещё бешено вращая глазами и размахивая тесаком. Хозяин пещеры же обратился к лесной эльфийке: - Все твои товарищи - люди, не звери - были обращены в вампиров, и повезло же вам на них не наткнуться по пути сюда... Сколько человек у вас в отряде, кроме того позорящего своих предков имперца? Контрабандистка задумалась – ей уже доводилось оказываться в подобных ситуациях, и большинство кровососов оказывалось достаточно благоразумными, чтобы отпустить её. С некоторыми даже удавалось заключать выгодные сделки, но стоявший перед ней фанатик к таковым явно не относился. - Со мною около тридцати наёмников, и все они вооружены до зубов. – блефовала Вилья – на самом деле, вместе с ней и этой парочкой их было всего девятнадцать, а сражаться могло всего семеро, точнее… уже шестеро. – Этот отброс… Неужели Пениций? – эльфийка кивнула в сторону безумца. – Мне всё ясно. С твоего позволения, мы покинем вашу территорию, вампир. Вилья прикинула свои шансы на победу – если орк отвлечёт “святошу”, то сама она без труда разделается с Пеницием, и вдвоём им удастся завалить главаря вампирской шайки… Но что если у входа их уже поджидает кровожадная паства? Не добрались ли ещё эти подонки до её собственных людей? Положение, в котором они оказались, было крайне незавидным, впрочем, эльфийка старалась не терять самообладания и всё ещё рассчитывала выбраться из пещеры живой, и главное – незаражённой. - Тридцать наёмников... И сколько из них людей? Хотя, узнаю потом. А вот ты не уйдёшь отсюда живой. - Лион поднял клеймор. - Пениций, взять. Имперец с оглушительным визгом бросился на орка. Сосредоточенный на “святоше”, наёмник никак не ожидал, что жалкий кровосос посмеет напасть на него, а потому не успел вовремя среагировать на атаку. Здоровяк резко взмахнул копьём, но то вильнуло в сторону и впилось в образовавшийся на стене пещеры слой песка. - Займись главарём, Пениций на мне! – контрабандистка зарядила арбалет, служащий ей вместо ручного протеза, спешно прицелилась и выстрелила в безумца – тщетно! Имперцу повезло: с жутким хохотом он увернулся от пущенного прямо в лицо болта, да ещё развернулся и резко рубанул орка по плечу. Тот взвыл от боли, но перехватил своё копьё оставшейся рукой и обернулся к кровососу в одеяниях священника. - Зеленокожий, раб, зверь. – Эдуард Лион с клейморой наготове направился к орсимеру. - Неужели тебе хватает наглости поднимать руку на человека? Я поставлю тебя на твоё место... - Заткнись, выродок, ты ничем не лучше меня! – заорал орк, разворачиваясь и выискивая глазами Пениция. – Где этот маленький ублюдок? Он ответит мне за это! - Святоша, твой противник святоша, идиот! – кричала Вилья, продолжая стрелять в безумца, который всё так же ловко уклонялся от её снарядов. – Да что за невезение? - У тебя меткость хромает… - наёмник сощурил глаза и метнул копьё в Пениция – то прошло насквозь в районе ребра и пригвоздило бедолагу к ящику, из которого посыпался окроплённый кровью лунный сахар. – Для того чтобы хорошо управляться с арбалетом, требуется две руки, ты в курсе? - Кто бы говорил? – эльфийка нахмурилась и кивнула в сторону лежащего под ногами вампира обрубка. – Ладно, одна рука у тебя, одна у меня… Как-нибудь справимся. - Баклан, ты вообще в курсе сколько это стоило?! - в ужасе завопил Пениций, пытаясь вытащить древко из себя и задержать драгоценный поток крови. - Уймись! – орк заехал имперцу в челюсть и подобрал тесак, выпавший у того из рук, но в тот же момент, в глазах у наёмника потемнело, и он потерял сознание следом за безумцем. В какой-то мере, это его и спасло – Лион попытался отсечь зелёному ублюдку голову, но умудрился промазать и повалиться следом, запнувшись о здоровенную тушу. Вилья воспользовалась этим незамедлительно – пробормотав себе под нос какое-то заклятье, она призвала из Забвения устрашающего вида клинок и бросилась на вампира, намереваясь поразить его в спину. Тот неловко перевернулся, избегая первого удара эльфийки, и вскочил: его клеймор так и остался лежать на каменном полу, а контрабандистка уже наносила очередной удар... Не будь у Лиона рефлексов вампира, он бы и сам лишился руки, но так зазубренный меч лишь разорвал ткань на его рукаве. Эдуард, шипя, рванул мимо босмерки, тщетно пытаясь схватить лежащий на земле клеймор, но девушка уже наступила на лезвие ногой и, лукаво улыбаясь, навела на своего противника арбалет. Вампир не растерялся и резко рванул за рукоять: контрабандистка стояла ближе к кончику лезвия, и Лион использовал длинный меч как рычаг, а потом вырвал оружие из-под её ступней и бросился на свою противницу. Дрожащими руками Вилья вновь попыталась прицелиться, но кровосос оказался быстрее и вонзил клеймору ей в грудь – та тихонько взвыла и начала харкать кровью. - Ну и мразь же ты… - девушка расслабилась, призванный клинок в её руках растаял, а глаза закатились. – Глупо проклинать тебя, да? Ты же и без того… обижен богами. Я не стану желать тебе смерти… Прошу, проживи долгую… И мучительную жизнь, ублюдок! – собрав оставшиеся силы Вилья плюнула в Эдуарда, и на сей раз, не промазала – окровавленные слюни начали медленно стекать по его бледному лицу. - В таком случае могу лишь обеспечить тебе долгую и мучительную смерть. - не сразу ответил вампир, а потом развернул клеймор и вонзил его кончиком лезвия в каменный пол пещеры, пригвоздив эльфийку, а затем потянулся к арбалету и резко рванул за него, заставив бедолагу взвыть и скорчиться от боли. - Ты умрёшь от потери крови, прямо как твой друг. А все твои товарищи станут моими солдатами. Верными слугами. Тридцать человек? Тридцать редгардов, имперцев, бретонцев, нордов? Ты не представляешь, какую услугу ты мне оказала! - Ха-хаджиты... десять из нас... хаджиты... - девушка ухмыльнулась и покосилась на вампира. - Один аргонианин, два трусливых имперца, редгард, который, тоже вероятно уже сбежал, трое нордов, я... и этот здоровяк. - Вилья кивнула в сторону своего напарника. Оклемавшись, орк с большим трудом поднялся и уставился на Пениция, который, так и не придя в сознание, стоял присыпанный сахаром. В руках наёмник до сих пор сжимал тесак, которым он не побрезговал нанести старому знакомому удар милосердия – голова безумца отделилась от тела и покатилось под ноги Лиону. Вампир замер на секунду, уставившись на ухмыляющуюся эльфийку и голову Пениция... А затем издал оглушительный вопль и, вытащив клеймор из босмерки, прыгнул прямо на орка и разрубил того от плеча до бедра. Эдуард секунду смотрел, как истекают кровью останки зелёного исполина, а потом развернулся и пошёл к эльфийке: - Ну что же... Я сказал, что обеспечу тебе долгую и мучительную смерть...- Лион обратил внимание на рану в груди... Неприятная деталь. Когда-то его учили останавливать кровь, как с помощью магии, так и с помощью подручных средств, однако он не знал, сможет ли туго затянутой верёвкой сдержать кровь из такой раны. Вампир поднял руку и провёл ею над грудью босмерки, шепча единственное целительное заклятье, которое знал. Сосуды затянулись, и, к счастью, меч вампира всего лишь пробил лёгкое, не задев сердце. Она могла бы выжить... – Но вампиры ведь тоже мертвы… Имперец резко дёрнулся и укусил шею, крепко удерживая здоровую руку босмерки. Та вновь взвыла, но постепенно её стоны переросли в какое-то мурлыкание, и вампиру даже могло на секунду показаться, что его жертва испытывает удовольствие; впрочем, лицо контрабандистки не выражало ничего, кроме смирения и некоторой доли разочарования. Лион встал и вытер лицо. Он испытывал отвращение к девушке, однако что-то его успокаивало в том, что у него есть новая пешка, даже если эта пешка и эльф. Она не доживёт до самого конца, в этом он был уверен, но даже так вполне могла быть полезной. - Генерал, что произошло?! - В пещеру вбежал Хасфат... Лион показал на босмерку: - Сделай так, чтобы раны не было видно. Где остальные? - Мы обнаружили какой-то лагерь с кострами... Вы ранены? - Поздно же ты прибежал, - холодно произнёс вампир. Перциус уже колдовал над босмеркой, и через несколько секунд раны действительно не стало видно, но залечил ли её Хасфат или же скрыл под иллюзией, Лион не знал. Судя по жесту Перциуса, кровь на одежде и отсутствие арбалета уже нельзя было исправить. Ну и ладно. Вампир потрепал разорванный рукав: - Эльфийка! Иди в свой лагерь и веди своих дружков сюда. Хасфат, веди солдат сразу за ними, но не дай им обнаружить себя. Если они не пойдут за босмеркой или атакуют её, нападайте, воспользовавшись суматохой... И обратите всех, кроме зверолюдов. Этих оставьте на кровь. - Да, генерал, - пробормотал Хасфат, не понимая до конца, что же случилось в пещере. Эдуард, мрачный и сомневающийся в правильности своих решений, забрал клеймор и ушёл ещё дальше в пещеры, подальше от трупа орка и головы Пениция, умершего, защищая своего господина. - Будет исполнено, мой… хозяин… - прошипела Вилья, стоя на коленях и глядя Эдуарду вслед. – Отвратительно, и всё же, я до сих пор жива… Чудесно… - новообращённая вампирша подобрала с земли свой арбалет и кое-как приделала его обратно. – Я помню тебя, Хасфат. Дай мне какое-нибудь… одеяние. Имперец протянул эльфийке грубый плащ и шёл за ней до самого лагеря, где она отдала своим людям приказ следовать в пещеру. По всей видимости, беглый имперец так и не объявился, не было среди контрабандистов и Питси, а посему, никто не заподозрил неладное. В первой же крупной зале товарищи Вильи увидели Лиона с клеймором в руке, а позади, в коридоре, появились жутковатые фигуры Секунды и Хасфата. Эдуард злобно оскалил зубы и крикнул: - В атаку! Бой был сумбурным и хаотичным; через пятнадцать минут беспорядочной борьбы всех удалось скрутить... Наконец, Постумия отрапортовала: - Генерал, у нас нулевые потери. У врага: четыре погибло в бою, среди выживших есть как люди, так и хаджиты. Ваши приказания? - Зверолюдов на скот, людей я буду обращать сам. Вилья... - Лион посмотрел на окровавленный клеймор в своих руках... Убить эльфийку, или оставить? Она могла бы пригодиться в ходе битвы. Пусть останется. - Ты будешь моим новым командиром гвардии. Постумия, объяснишь новичкам наш план. Это всё. Приступаем. Контрабандистка улыбнулась – по какой-то причине, на душе у неё было тепло и приятно. Неодобрительные взгляды бывших товарищей словно бы проходили насквозь; для Вильи больше не существовало ни друзей, ни врагов, все стремления улетучились, а смыслом жизни вдруг стало служение своему новому господину. И хотя, новое положение вампирши казалось ей омерзительным, она радовалась – тому, что выжила, и тому, что ей был оказан подобный почёт. Изменено 23 января, 2015 пользователем SnowK 4
Potay Опубликовано 25 января, 2015 Опубликовано 25 января, 2015 (изменено) {Писано совместными усилиями RottingSkeleton, Gorv, SnowK и Potay} 27-й день месяца все еще Первого Зерна. Утро. Коррол. Перед часовней Стендарра. (Играет "Прощание славянки") Восход. Столь обыденное и, в то же время, столь прекрасное явление природы... Спойлер Совсем не об этом думал лейтенант Лончал, глядя на едва выглядывающий из-за горизонта Магнус. Он думал о том, как хорошо будет снова вернуться в Имперский город и отдохнуть в теплых комнатах вместо палаток с жесткими спальниками. Станус потянулся, и разболтавшиеся доспехи ответили негромким скрипом. "И эту рухлядь сменить"- мысленно добавил он и направился к городским казармам, где еще спал капитан Аксий. Последний был в более благоприятном расположении духа, вероятно, потому что спал не первую ночь подряд. - А, Станус, уже рассвело? - Да, сэ-ур!- младший офицер зевнул. - Тогда пора собираться. Сбегай за Сейдро, я подниму солдат. - Хорошо... сбегаю. Ох. В крипту часовни, как и в казармы, солнечный свет не проникал и здесь еще царил сон. На этот раз все кровати, коих, по не совсем понятным причинам, в сиродиильских церквях всегда раза в три больше, чем обитателей в этом самом здании, были заняты. Джубену даже пришлось расположиться на мешках в углу. Шаги Лончала лязгом прокатились по каменным сводам, что сразу же разбудило чутко спавшего Торке. - Доброго утра вам.- поприветствовал он гостя, сев на постели,- Нам уже пора, как я думаю? - И... вам.- замялся от такой вежливости лейтенант,- Ну, я пришел за Сейдро. Вы идете с ним? - Ну, кто там еще?!- взвыл Гвилор, закутываясь в одеяло, от чего проснулись Веллиндус и Хэксон. - Мы же вчера все решили, а ты опять ноешь.- Тут же отвесил редгард, спуская ноги на пол. - М-хм... Через пару минут будем.- Наконец отозвался Сейдро, поднимаясь с кровати и натягивая стеганый поддоспешник,- Торке, буди остальных. Лайла, которая была вынуждена провести эту ночь в компании солдатни, встала, кое-как расчесала свои волосы и отправилась умываться. К её собственному удивлению, никто не посмел потревожить покой волшебницы – сказывалась не то усталость новых товарищей, не то воинское благочестие, не то царящая под сводами церкви аура чистоты и непорочности. Девушка хмыкнула – ещё пару дней назад от пребывания в подобном месте её могло вывернуть наизнанку, сегодня же она чувствовала себя здесь почти как дома. Тем временем старик уже успел выйти на улицу, раздобыть ушат воды и основательно умыться. Разбуженные Аксием солдаты начинали потихоньку сворачивать тенты и собирать мешки. Легион поднимался. Тут Сейдро заметил и самого капитана. - Пиан! Не подойдешь на секунду? - Конечно, Сейдро. Что такое? - Я тут вспомнил, что я вчера ушел, так и не справившись о состоянии вверенных мне людей. - Можешь не волноваться. Я обо всем позаботился. Ревизию провели еще вечером. Снаряжение, съестное, здоровье состава - все в полном порядке. - Хм, это... очень предусмотрительно. Спасибо. - Ну, мне же теперь фортом заправлять.- Улыбнулся Аксий,- Твои, кстати, уже на ногах. Во дворе замка собираются. Тебя ждут. - Тогда самое время их навестить!- заключил имперец и направился в сторону графского оплота. Кавалеристы и правда уже были здесь и связывали свои тюки, негромко переговариваясь. - Доброе утро, бойцы!- поприветствовал их Сейдро. - Здравия желаем, сэр!- хором ответили солдаты. - Выходим через двадцать минут. Так что седлайте коней. - Сэр, есть, сэр!- вновь гаркнули легионеры и, подхватив вещи, направились вниз по улице к конюшням. Площадь у ворот все более и более заполнялась людьми, колонны занимали свои места согласно указаниям командира. Один за другим выбирались из часовни и шли готовить лошадей рыцари. Доедал скудный безвкусный завтрак Джубен, затягивал доспех Сейдро. Наконец, все было готово. Вышедший из замка легат в сопровождении второго лейтенанта наблюдал за строем, улыбаясь сам не зная чему. - Давай, Сейдро, ты первый.- отдал приказ Денар,- Да ведет твой клинок Онси. - Я сам веду свой клинок, Денар. - Тогда просто удачи. Друзья по-хаммерфеллски обхватили друг друга за наручи чуть ниже локтя и хлопнули по плечам, после чего Сейдро подозвал коня и занял место в седле. - Все готовы? - Постой, Сейдро.- подал голос Джубен,- У Лайлы нет коня. - Тогда пусть сама решает, с кем поедет.- ответил центурион. "Ральд бы меня за это убил." - Есть, вообще-то. – Девушка указала рукой в сторону вороного жеребца, некогда принадлежавшего Зено. Ещё прошлым вечером она наведалась на конюшню и приметила бедолагу, который вот уже несколько дней простаивал без седока. – Один мой знакомый… В общем, ему эта прелесть ещё не скоро понадобится. – оседлав коня, волшебница заботливо потеребила того за гриву и мрачно уставилась на замок, в чьих казематах должен был томиться прежний владелец её новой собственности. – Ну что, в путь!? - В колонну по двое, рысью марш!- зычным голосом скомандовал Сейдро и, обменявшись с Аксием прощальными кивками, первым выехал в ворота. За ним - рыцари, потом Джубен и Лайла, а затем и легионеры. Полминуты спустя их примеру последовала и пехота. Площадь опустела. И лишь легат Денар с лейтенантом Дином, несколькими стражниками и Потаем с его отрядом остались стоять на мостовой, провожая уходившую когорту взглядом. - Вот так вот. Не успел, нет, ну это же надо, не успел. - Потай явно не желал быть услышанным. Остатки войск покидали площадь. Волшебник заметил легата и замахал рукой. Ему так и не удалось побеседовать с ним вчера, потому теперь его просто распирало, несмотря на огорчение. - Господин легат! Мне нужно с вами переговорить. Еще вчера собирался, но совещание слишком уж затянулось. - Да, Маджесто, я слушаю. День назад бы слушать не стал, но своими действиями в Лейавине вы мое уважение заслужили. Почти. Так что там у вас, выкладывайте. - Это был мой гражданский долг. - Проникновенно ответил Потай и сделал выразительные глаза - Но я здесь не поэтому. Вы знаете, что всего час назад в отделении конклава появился человек из Скинграда? Он сообщает весьма тревожные новости, говорит, что город захвачен каким-то самозванцем, сумевшим неведомым образом перетянуть на свою сторону всех в городе. Я не знаю, кому еще я могу сообщить, потому говорю вам, разумеется, мы передадим сообщение в столицу, руководству Синода, а они уведомят всех, кого следует, но я подумал, что лучше вам узнать это пораньше. Может быть... Мы можем что-то предпринять? Я подумал, ведь конклав в Скинграде все еще верен Империи, а значит, они могли бы перебросить туда людей или средства. Правда такой же фокус, как с Лейавинном не пройдет, но хоть что-то. - Вести из Скинграда знаю. Пока командование в курсе, что я здесь, почтой меня просто заваливают. Я, по приказу, должен оставаться в Корроле, чтобы помогать графине и защищать ее... и чтобы было удобней продолжать заваливать меня письмами. В Скинград посылают легата Аскаре. И, на вашем месте я бы сперва договорился с ним. Не хотите же вы оказаться в городе во время штурма? Вы с ним споетесь, это точно. Дин! Карту! Лейтенант, стоявший совсем близко вздрогнул, и, порывшись в заплечном мешке, вытащил потрепанный свиток, который легат развернул перед Потаем. - Вот. Это форт Хастрел. Аскаре пойдет оттуда. А вот Скинград. Тут целый день пути. Если поторопитесь, перехватите его во-от... здесь!- легат примерился и ткнул пальцем в карту, проделав в ней дыру, от чего лейтенант сразу поник, ведь это была его карта,- Проклятье! Вечно эти карты такие непрочные! - Форт Хастрел? Прилично топать... - Засомневался волшебник, потирая подбородок. - Признаться, у меня была немного иная мысль. Проникнуть в город через конклав Синода, сформировать в здании конклава ударно-разлагающую группу. - Чародей хихикнул. - И начать действовать прямо оттуда. Я собирался использовать против него его же приёмы. Агитация, слухи и подлог. А раз туда уже направляется Легион, то можно было бы подогреть население гораздо быстрее! И во время штурма у легата было бы преимущество в виде поддержки населения, которое сейчас каким-то образом лояльно этому самозванцу. - Это как раз в его стиле. Все время пытается сделать омлет, не разбивая яиц... Но предупредить-то его надо, а? Впрочем, раз уж вы так боитесь длинных переходов и болтовни Неция, то поступайте, как знаете. Только не удивляйтесь, когда в разгар вашей деятельности на голову начнут сыпаться горящие стрелы. Аскаре, если не получается действовать эффективно, действует эффектно. Тут у вас тоже есть что-то общее. - Черт, он уже мне нравится. - Рассмеялся Маджесто. - Полагаю, мы с ним сработаемся, однако, вы могли бы уведомить его о моей скромной персоне и нашей деятельности. Я не могу сделать это сам, ну... Вы понимаете, я не военный и вообще, откуда ему знать меня? Однако, если вы поручитесь, то... - Потай выразительно развел руками. - Если вы согласны, то я приступаю к поиску добровольцев, дедушка как раз говорил, что у него есть человек на примете. - Рекомендацию вам, что ли, написать? О!- он указал на печально вертевшего в руках карту,- Дин! Он за вас и поручится! - Я? - А ну-ка... - Сэр, есть сэр!- вытянулся в струну лейтенант. - Вот, видите, возьмете моего молодца, он вас проведет. Он в картах разбирается. И легату вас представит. Так что берите, кого вам там надо и направляйтесь на юг. У вас все? 27-й день месяца Первого Зерна. Коррол, Главный зал дворца. Время, когда завтрак давно закончился, а обед еще и не думал начинаться. - Они там с ума посходили что ли?! - Грохотал Потай, громко распахивая двери. Рядом с ним шёл человек в форме следователя Городской стражи. За ними спешили трое ассистентов мага, Галдир, как обычно полная гнева, ухмыляющийся Гастон и раздражающе спокойный Гуралзоб. - Ну это же чистой воды фикция! Вы слышите?! - Бушевал волшебник, размахивая руками. Лицо его налилось кровью, борода топорщилась, а пальцы то и дело сжимались в кулаки. Следователь являл ему полную противоположность. Он был сдержан и хладнокровен. - Я слышу. И именно потому сообщил вам эти сведения, что разделяю ваше негодование. Вам нужно убеждать не меня, а имперских следователей. - Хорошо, хорошо... - Потай потёр лоб и обвел тяжелым взглядом залу. Заметив Кассия Атрия, он кивнул и натянуто улыбнулся. - Я поговорю с легатом, посмотрим, что думают об этом столичные власти. Кстати, если встретите Маро, передайте ему, что я хотел бы его увидеть. Хорошо, спасибо, не смею вас больше задерживать. Да, мы ценим вашу верность, уверяю, это не будет забыто. - Теперь, когда следователь удалился, волшебник приблизился к Кассию, пытливо разглядывая будущего соратника. - Господин Голденберд? Я не ошибся? А я тот, кого вы ожидаете, ха-ха. Я Потай Маджесто. Тот самый. - Маг многозначительно выпятил губу после чего рассмеялся, желая показать, что это не более, чем шутка. - Дедушка рассказал вашу историю, и, признаться, я впечатлён. Не многие бы решились на такой шаг. Так значит, вы лицедей? - Напротив, мне такой шаг показался единственным правильным, - вскочил Кассий, поправляя в третий раз за минуту парик, - И да, я был актёром, если вы про это. Если быть точным, иллюзионистом: практически дело нашей семьи, это в крови. Но что вы хотите мне предложить? Мне кажется, давать выступление в честь приезда новой графини уже поздно. - Это точно! - Потай рассмеялся и довольно бесцеремонно пару раз хлопнул собеседника по плечу. Он вообще легко нарушал пределы личного пространства, когда случайно, а когда и намеренно, желая раздражить и уязвить собеседника. Впрочем, сейчас он действовал без всякого умысла. Отсмеявшись, волшебник продолжил. - Но, все же, нас ждёт другой кхм... спектакль. И, как бы то ни было, хочу предложить вам роль. Премьера состоится в Скинграде, через неделю, самое большое. Нам потребуется несколько дней на подготовку, ну, знаете, набрать массовку, докупить реквизит, определиться с декорациями. А в главной роли у нас будет сам Септим Тринадцатый, новоявленный узурпатор Скинграда, представляете себе? Будет играть самого себя. Сюжет будет лихо закручен вокруг его прихода к власти, краткого времени правления, около недели, я полагаю, низложения и, очень на это надеюсь, скорой казни. Придётся импровизировать, как водится, но основная канва повествования такова. Как вам задумка? - Потай уставился на Кассия, лукаво улыбаясь. Ему было очень интересно, как тот отреагирует. Кассий на секунду умолк и уставился на Потая. Свергнуть того наследничка, о котором он слышал, пока прожигал время в "Дубе и патерице"? Это же, получается, связаться с небольшой армией его последователей... Что за игру ведут Маджесто? Опасные люди, определенно опасные! Однако в следующую же секунду он кое-как собрал губы в некое подобие улыбки: - Вам не кажется, что это может быть... Весьма опасно для жизни? - Зато, какие будут овации! - Парировал Маджесто. С одной стороны, ему нужны были люди. С другой, он все же немного опасался идти на такое дело с незнакомцем. - Выступление потрясёт всю Империю. Кроме того, нам, в основном, предстоит административная работёнка за кулисами, главные роли, если можно так выразиться, исполнят другие ребята. Смелые, сильные, решительные и... недостаточно осведомлённые. Согласно моим данным, их будет предостаточно. Нам нужно лишь разрешить несколько организационных вопросов, подкорректировать сценарий и подготовить спецэффекты, это ведь современная постановка! Именно потому, мне и нужны талантливые актёры, ораторы и специалисты по работе с хм... с общественностью. А боевые сцены оставим специалистам. - А, тогда меня более чем устраивает, - искренне улыбнулся и кивнул Кассий, - но есть ли у вас план? - Никогда не составлял планов. - Признался Потай. При этом Галдир устало вздохнула и закатила глаза, а Гастон с Гуралзобом закивали. - Импровизируй, не пытайся противостоять потоку, позволь ему нести тебя, лишь изредка корректируя его направление. Впрочем, это все поэзия. Никогда не стоит до конца полагаться на импровизацию. - Непоследовательно заявил он. - Для начала мы будем собирать информацию старым добрым трактирно-рыночным способом. Уверен, вы с ним знакомы. По итогам этих... сборов, мы решим, что будем делать дальше. Вполне возможно, что пожмём плечами и вернемся сюда. А дальше, поглядим. В любом случае, силовых столкновений я не планирую, это вредно для фигуры, знаете ли. - Волшебник хохотнул. Кассий рассмеялся в ответ: - Но это и есть план, и он меня вполне устраивает: устраивать переворот, ничего не зная о происходящем в городе, куда более сложное занятие, чем сначала с кем-нибудь познакомиться в городе, а уже потом его использовать как точку опоры... Кстати о знакомствах! - Атрий хлопнул руками, заметив сопровождавших Потая магов, - Это, должно быть, ваши ученики? "Трое... Орк, бретонец и босмерка. Ну и наборчик: орк-тихоня, бретонец, который не открывает рот при любой открывшейся возможности, и, кажется, весьма неприятная эльфийка... Интересно, если бы я с ней встретился в переулке, не принял бы за Ракку? Все эти босмеры на одно лицо, особенно когда они раздраженные..." - таковы примерно были мысли "Голденберда". Правда, он всё равно продолжал улыбаться, скорее по инерции. - О, да, они мои аспиранты, я их научный руководитель, а все вместе мы занимаемся научными изысканиями в различных областях. - Потай засмеялся, ученики натянуто улыбнулись. - Это Галдир, моя любимица... - Стала ею после того, как вас бросила предыдущая любимица? - Едко осведомилась Галдир и отрывисто кивнула Голденберду. - Очень рада. - Кхм, да... - Неуклюже пробормотал волшебник и продолжил. - Гастон, голос разума в нашей компании, верный приверженец всех тех идеалов, что символизирует Синод. - Только вы, учитель, можете так изысканно оскорбить, что сразу даже и не поймешь. - Язвительно заметила Галдир, усмехаясь. Гастон неодобрительно посмотрел на нее и с улыбкой пожал протянутую руку. - Теперь вы понимаете, почему я ее так люблю? - Вздохнул Потай и представил последнего из троих. - Гуралзоб, наш целитель и третейский судья в одном лице. Верно? - Да, наставник, кто-то же должен. - Окр мягко улыбнулся, невольно продемонстировав длинные белые клыки. - Гуралзоб. Надеюсь, мои услуги вам не понадобятся. - Кроме нас пятерых, в постановке участвует еще несколько человек. - Продолжил Потай, когда все приличия были соблюдены. - И я очень надеюсь, что сегодня соберу их всех. - Как по мне, команда завершённая, - улыбнулся Кассий, - а любителей помахать кулаками и острыми предметами в любом городе найдутся, такова уж природа человеческая... Но это, конечно, на ваше усмотрение: вам из своего кресла видно всю сцену, а я ещё даже не вышел из-за кулис! - "Голденберд" как можно более театрально поднял руку в воздух, правда, пожалуй, на этом моменте изрядно переиграл и, поняв это, смущенно спрятал руки за спину: - Среди этих нескольких человек есть представители закона? Вообще, как много знают об этом инициативе власти? Я не против участвовать в этом чисто из патриотического желания помочь городу, - правда, по голосу "артиста" было легко догадаться, что на самом деле он действовал только ради денег, - но вдруг мы своими действиями помешаем какому-то плану Совета Старейшин на этот город? - О, уверяю вас, у нас полный карт-бланш. - Волшебник нехорошо улыбнулся и потёр руки. - Наше патриотическое желание полностью одобрено, согласовано и оплачено. Фактически, это операция Легиона. - Подумав, добавил Потай. Он врал, поскольку его инциативу с Легионом связывало только одно маленькое письмо одного легата другому, да еще человек, выделенный ему Денаром. Но волшебнику было нестерпимо интересно понаблюдать за реакцией своего нового подельника. Кроме того, если тот решит переметнуться, то лучше уж скормить ему ложные данные, которые, в том случае, если этого не будет, никак не повредят выполнению. - Точнее, ее часть. Я сам не знаю, сколько в ней частей и уровней, но мы должны сыграть свою скромную роль в этом действе. - Понимаю... Пути власти неисповедимы, но мне всё равно спокойнее, что хотя бы про нас уже знают, - "Голденберд" улыбнулся и кивнул, а услышав шаги, повернулся приветствовать нового "актёра постановки". - Брат, ты искал меня. - Утвердительно заявил спускающийся по ступенькам Маро Маджесто, сержант Коррольских скаутов. Поджарый с цепким прищуренным взглядом и короткой военной стрижкой, он чем-то напоминал волка. Да, у него были прекрасные, ровные и белые зубы. - Все готово? - Да, практически. Кстати, разреши представить тебе, Родерик Голденберд, он... - Я знаю, знаю, дедушка рассказывал. Похоже, мистер Голденберд, вы произвели на него огромное впечатление. Приятно познакомиться с вами лично. Маро Маджесто. - Скаут протянул руку и слегка наклонил голову, изучая нового знакомого. - Сержант? В таком юном возрасте? - Кассий, разумеется, понятия не имел, насколько высоко в иерархии Легиона был "сержант", однако это совсем не помешало ему неуклюже сделать комплимент новоприбывшему. Пожалуй, здесь больше Маро он побаивался только Потая, и то, потому что он не знал, чего ожидать от мага; а от этого можно было ожидать только хоть и весьма справедливо настигнувшей его, но всё же беды, прямо как от отца Потая. - О, мы с братом почти ровесники! - С беспричинной радостью поведал Потай. Маро действительно был младше своего брата всего на несколько лет, но понять господина Голденберда было несложно. Бородатый и толстый Потай выглядел почти вдвое старше своего подтянутого и чисто выбритого родича. - Хотя, должно быть, с виду и не скажешь. - Ну что, господин Маджесто? Всех собрали? Тогда я еду к легату Аскаре и прошу его не равнять город с землей, пока вы внутри. Если он будет похож на Денара, сдается мне, задача это точно будет не из простых. Точно не хотите встретиться с ним сами?- сказал подошедший лейтенант, обведя взглядом команду Потая. - Ага, а вот и наш куратор, хе-хе. - Пошутил Маджесто. - Сообщите легату, что мы постараемся выйти на связь с ним, когда его войска подойдут к городу. Хотел бы я поехать к нему прямо сейчас, но, увы, не могу. Нужно начать как можно раньше. Итак, мы все готовы? В таком случае, приступаем. Лейтенант, передавайте мои наилучшие пожелания легату. Кому-нибудь нужно что-то сделать в городе? - Нет, наставник. - Ученики переглянулись, и орк ответил за всех. - Я давно готов, брат. - Маро скрестил руки на груди. - Господин Голденберд, а вы? У вас остались незаконченные дела в Корроле? - Поинтересовался Потай. - Кстати, могу ли я обращаться к вам по имени? - Нет, я готов хоть сейчас, и да, можете, но я вот бы воздержался объявлять наши имена при людях Скинграда, хотелось бы остаться там в некотором роде неизвестным, - кивнул Атрий, на секунду вспомнив, как ещё предыдущим вечером зарабатывал колкой дров в трущобах, лишь бы оплатить комнату на ночь... Да уж, дел в Корроле у него точно больше нет. Имперец спросил: - Уже время выезжать? - Раньше сядем, раньше выйдем. – Ответил волшебник странной поговоркой из оркского лексикона, чем вызвал молчаливое одобрение Гуралзоба. – Оцените иронию, господа. На север идут сотни брутальных солдат, а на юг наша скромная компания разносторонне одаренных деятелей. А цели-то одинаковые. Полагаю, к исходу недели мы узнаем, что эффективнее. Слово или меч. Прошу за мной, нам и правда пора. Наши союзники из конклава Синода уже все подготовили для нас. Печать Врат призывно мерцала в темноте здания конклава, хотя после операции в Лейавинне дееспособными оставались только двое мастеров Врат и то, обоих Потай с трудом выписал из столицы. – Отправляемся по двое, в три захода, все детали обсудим уже на месте. Негоже заставлять Его Лже-Величество ждать так долго! 27 число Первого зерна, десять часов утра, Оранжевая дорога. Сейдро втянул воздух носом. Спустя одиннадцать с лишним лет он снова в рядах Легиона. Он неожиданно для самого себя понял, что никак не мог позволить себе остаться в Лейавине среди книг и чайных сервизов. Ему нужно все это, походы, движение и жар боя. Старые друзья... Он посмотрел назад и увидел убаюканного цокотом Гвилора, который давно бы уже свалился с лошади, если бы не поддерживающий его Торке. Веллиндус снова поднял глаза на дорогу и увидел идущих навстречу легионеров. Но что-то с ними было не так. "Он что, в бинтах? И где их оружие?"- подумал центурион. - Сто-ой! Эй, ребята, с вами все в порядке? Где ваш командир? - Погиб, сэр.- вперед вышел имперец,- Мы это все, что осталось от гарнизона "Тихое плато". На нас напали войска Элдариона. Они превосходили нас числом во много раз. - Он не остановится.- ветеран прищурился,- Куда они шли? - По направлению к Бруме, сэр. - Как можно скорее доберитесь до штаба и оповестите генерала. - Так точно, будет исполнено. - Нам придется поторопиться. Рысью, марш!- старик дернул поводья и тронулся, увлекая за собой весь остальной отряд. - Удачи, сэр!- крикнул вслед кто-то из пехотинцев. Джубен пришпорил свою лошадь и поравнялся с офицером. - Наш план изменился? - Да. Нам придется разделиться. Шпиль важен, но защита города- первейшая цель. Я с рыцарями останусь в Бруме, а вы с Лайлой доберетесь до Фросткрэга. Местные маги не слабаки и с вашей помощью должны устоять под напором зомби хотя бы день. Нужно лишь выиграть время. - Я понял... Да, удача нам понадобится. Изменено 29 января, 2015 пользователем Potay 4 Табель лиц и масок. Потай Маджесто, имперец, мужчина хоть куда в самом расцвете сил. Весьма в меру упитан, рыжеволос и бородат. Маг и чародей, оратор, торговец неуказанным товаром, душа компании, а так же её же желудок и глотка. Облачён в алую мантию восточного покроя, обвешан многочисленными побрякушками магического толка разной степени полезности. Характер демонстративный. Неженат. Гилберт Копперхарт, бретон. Некромант, демонолог, алхимик и закомплексованный эгоист с эдиповым комплексом на подходе. Тощ, бледен и черноволос. От собственных комплексов страдает сам и заставляет страдать окружающих. В одежде чувство вкуса отсутствует напрочь, в данным момент таскает старую черную мантию призывателя, место которой на свалке. Характер скрытный. Неженат. Моку, имперо-бретон. Паломник, вольный путешественник и алхимик-самоучка. Самопровозглашённый певец и музыкант, добродушный, простоватый и упитанный мужчина лет тридцати в бело-розовом халате и соломенной широкой конусообразной шляпе. Постоянно таскает с собой старенькую лютню, на которой бренчит незатейливые мелодии прямо на ходу. Характер открытый. Неженат. Горазд Завидо, доринало-северянин. Купец, полномочный представитель Коммерциума везде, где ступит его нога, руководитель грейсвилльской экспедиции. Знает цену вещам и охотно называет её. Высок, широкоплеч, действительно в меру упитан. Русоволос и сероглаз, носит окладистую бородку "лопатой". Облачен в бурую меховую шубу и шапку, на ногах остроносые сапоги до колена, подпоясан золотистым кушаком поверх белой свободной рубахи. Характер имеется. Неженат. Для бросков: [dice="1d30"]
SnowK Опубликовано 25 января, 2015 Опубликовано 25 января, 2015 (изменено) [Prisoner-Boratino, SnowK. Фарс и дуракаваляние.] СпойлерДвадцать седьмое число Месяца Первого Зерна, Великий Лес. Отряд Эраноса двинулся, вопреки всем ожиданиям, не вдогонку остальным силам Элдариона. Удалившись на пару часов неспешной ходьбы от Коррола, альтмер повернул своих ребят на северо-восток. Он не преследовал никакой цели и не придерживался определенного направления. Во всяком случае, именно так могло показаться со стороны непосвященному во все планы наблюдателю. Маги делали остановки в самых неожиданных местах, часто сворачивали с тракта, заглядывали на часок в придорожные таверны и поселения. И в каждом новом месте к походу присоединялись новые лица. Где-то это был одинокий норд. В другом месте к отряду примкнули братья-босмеры. А в одном из редких поместий, широко раскиданных по Имперскому заповеднику, местный лорд выделил им сразу десяток своих слуг и охранников. Почти всюду, куда бы ни ступала нога пешеходов, их встречали с распростертыми объятиями, угощали и делились выпивкой. Это не было счастливой случайностью или везением, вовсе нет. Все объяснялось старой крепкой дружбой командира повстанческого войска с населением этой территории, а также звонкой монетой, которую щедрая рука Элдариона без зазрения совести опускала в прожорливо оттопыренные карманы людей и меров. За сутки состав группы значительно увеличился, и если бы не одно обстоятельство, она могла представлять собой внушительную силу. А обстоятельство было следующим: примерно раз в два часа маленькие бригады, состоящие примерно из десяти человек, отделялись от основной массы и уходили прочь. Это могло быть просто совпадением, но происходило это дробление каждый раз, когда Эранос вел своих подчиненных мимо очередных айлейдских руин, коих в той области было предостаточно. Линдайи, Моранда, Пиуканда, Хротанда. В окрестностях заброшенных много веков назад древнеэльфийских городов группки воинов под командованием одного или двух магов отправлялись на поиски одним им (да и то не всем) ведомых остатков канувшей в небытие цивилизации. Эдгар считал подобного рода путешествия пустой тратой собственного драгоценного времени, впрочем, в глубине души он радовался тому, что смог вырваться из цепких объятий рутины. Новые люди, новые места… По долгу службы ему нередко приходилось отправляться в дальние странствия, но только сейчас репортёр смог ощутить вкус настоящей свободы. Впрочем, его маленькое приключение в компании мятежников уже подходило к концу, ибо длительное отсутствие могло стоить ему потери месячного жалования, а то и работы. - Думаю, мне уже пора… - заговорил Эдгар с Эраносом. – Очень жаль, что вы так и не смогли отвести меня к своему лидеру, но надеюсь, когда-нибудь мне всё-таки доведётся с ним поговорить. Знаю, с его стороны это было бы безрассудно, но… - репортёр протянул магу клочок бумаги, на котором были небрежно нацарапаны названия дешёвых столичных ночлежек, в которых имел обыкновение останавливаться журналист. – Если Элдариону есть что сказать, то пусть разыщет меня в Имперском Городе… Впрочем, и письма будет вполне достаточно, пусть он назовётся в нём “Амайя”, тогда я пойму, что это сообщение от него. - Я передам Элдариону твои слова... при встрече, - ответил маг. - Возможно, мы еще увидимся, Эдгар. И, желательно, не в тюрьме. - он улыбнулся и протянул руку репортеру. - Ну что, ж, засим прощаюсь. – Эдгар поклонился и оседлал своего верного скакуна. - Надеюсь, что ваше благоразумие и впредь позволит избегать… ненужных жертв. Репортёр галопом помчался в сторону Имперского Города; пара теней, всё это время следовавшая по пятам за его спутниками, сорвалась с насиженных мест и бросилась вдогонку. Двигаясь напрямик через лесную чащу и находясь под действием усиливающих чар, преследователи без труда обогнали резвого коня и растянули у него на пути верёвку – массивная туша запнулась, и бедолага Эдгар полетел лицом в грязь. - Как проблематично… - послышался мужской голос, принадлежавший, по всей видимости, какому-то данмеру. – А мы-то надеялись, что твои дружки приведут нас прямиком к Элдариону, но, видимо, не судьба. - На что вообще ’ассчитывал Ау’еол? Надо было с'азу отп'авить этого мальчишку за 'ешётку. – отозвалась спутница эльфа, низкорослая бретонка, страдающая ярко выраженными дефектами речи. – Но тепе’ь кто-то должен ответить за побег из Ко’’ольской тю’ьмы… Угадай, кто станет козлом отпущения? Ты, ду'ачок! - девушка ухмыльнулась и ткнула пальцем в Эдгара. Тот отёр лицо от грязи и увидел перед собою пару незнакомцев, одетых в форму имперских разведчиков. - Прости парень, ничего личного. – данмер помог пострадавшему подняться на ноги, но тут же нацепил на него наручники. – Нам придётся доставить тебя в столицу и выслать кого-нибудь… за остальными беглецами. В следующий раз трижды подумай, прежде чем вступать в сговор с мятежниками. - Вот-вот. - бретонка извлекла из сумки маску. - И с такими вещичками лучше не иг'аться, а то мало ли... У Эдгара внутри всё сжалось – он влип, и влип по крупному. Теперь репортёр лишится всего – зарплаты, карьеры, и даже пресловутой свободы. Стоило ли оно того? Нет. Агенты молча переглянулись, на пальцах объяснили друг другу дальнейший план действий и повели заключённого на юг, в сторону Имперского Города. По дороге парочка беспечно беседовала, как ни странно, не о мятеже, Элдарионе или некромантах, а о собственной свадьбе, которую они намеревались сыграть в начале следующего месяца и о том, как неплохо было бы пригласить всю их родню из Морровинда и Хай Рока. Но спокойно поворковать о прекрасном и светлом будущем голубкам не позволили. В кустах за их спинами послышался хруст ломаемых веток и шелест листвы, и на дорогу ступили трое: широкоплечий, но низкий имперец с булавой, данмер-чародей в серой мантии и аргонианин с коротким клинком и сыромятным щитом. Эранос уже давно заметил за своим отрядом неприятный хвост и послал троицу преследовать его, как только тот попытался скрыться. - О, всегда приятно повстречать на дороге отпетых разбойников! – данмер-агент улыбнулся и приветливо помахал незнакомцам рукой. – Ну, что скажете? “Кошелёк или жизнь”? А может, моё любимое – “Деньги на бочку и никто не пострадает”? - Пф, ‘азве ты не видишь, до’огуша? – ухмыльнувшись, бретонка приготовила лук и навела его на вражеского чародея. – П’ихвостни Элда’иона, не иначе. - Правда? – агент почесал щетину и поправил волосы, заплетённые в конский хвост. – А вам, ребята не кажется, что так нечестно? Двое против троих это всё-таки… - данмер повалил скованного репортёра наземь и уселся сверху. – А вот так будет честно. Золотце, ты ведь управишься с этой шпаной в одиночку? - Без п’облем… - девушка высунула язык и прикрыла один глаз, после чего отпустила тетиву. Стрела засвистела в воздухе и устремилась к цели… Маг взмахнул посохом, и стрела сменила направление, вонзившись в тоненькое деревце. - Бросай оружие, подруга. И мы убьем тебя быстро, - прошипел аргонианин. - Кто послал вас? - продолжил низкий имперец. - Если бы я желала лёгкой сме’ти, п’иняла бы яд. – девушка усмехнулась. – Такие п’иду’ки как вы даже ста’ую клячу добить не способны. - Действительно… - данмер достал из кармана монетку и ловким движением запустил её своему сородичу. - Неужели по нашей форме не ясно, что мы являемся представителями Имперского Легиона? - Де’евенщина, что с них возьмёшь… - бретонка пожала плечами. – У Элд'иона вся а’мия состоит из подобного сб’ода? В таком случае, мне его жаль, и вас тоже, ‘ебятки. Обнажив оружие, спутники мага начали медленно наступать на ищеек. Чародей же остался на месте, стукнул посохом по земле и призвал огненного атронаха. Воздух вокруг наполнился жаром и задрожал. - О, вы такие ст’ашные, я п’ямо д’ожу! – девушка уклонилась от нескольких направленных в неё ударов, после чего загребла ладонью горсть песка и метнула её в глаза наступающих. В этот самый момент, рядом с нею разорвался огненный шар, слегка опалив её длинные волосы. - Эй, ты за это поплатишься, грязная даэдра! – агент плюнул в атронаха, но видимого эффекта сей акт не возымел. – Теперь вас четверо! Пришло время… решительных мер! Приспешники Эраноса начали подступать к сладкой парочке, готовясь в любой момент забить их насмерть. Те переглянулись, жестами дали друг другу новые указания и, казалось бы, настроились вести бой на полном серьёзе, но дальнейшие их действия могли бы повергнуть в ступор даже самого психически устойчивого воителя. - П’облем хотите? – девушка взмахнула кулаком и встала в устрашающую позу. - Вдвойне получите! – данмер присоединился к своей спутнице и теперь салютовал рядом с ней. - Чтобы ми’ спасти от ‘аз’ушенья… - бретонка извлекла из колчана очередную стрелу и направила её в имперца. - Чтоб сплотить всё наше поколенье… - агент, зарядив арбалет, выставил его перед собою одной рукой и улыбнулся во все тридцать два зуба. - П’авду и любовь… Кхм… - девушка прокашлялась. – Ну, это уже явно лишнее. В воздухе вновь засвистели снаряды, но теперь они пролетели в паре сантиметров от голов союзников Эраноса и впились в дерево, стоявшее за их спинами. - Осечка, какой кошмар! – данмер слегка нагнулся и прикрыл глаза от солнца. – Как же так? Я был уверен, что попаду! - Бывает, до’огуша. – бретонка развела руками и покачала головой. – Ничего не попишешь, видимо, эту т’оицу защищают тёмные ча’ы смутьяна! - Ну, ладно! – мужчина подхватил свою возлюбленную и помог ей забраться на репортёрского коня, после чего запрыгнул следом. – Вы выиграли битву, но не войну! - Кстати, в следующем месяце у нас в Эльфийских Садах будет свадьба! – прошептала девушка сородичу своего будущего муженька. – Если не пом’ёте – п’иходите! Нам обещали флин! Парочка звонко рассмеялась и галопом пустилась прочь. Эдгар с трудом поднялся на ноги и ошарашенно глядел вслед имперским агентам, которые украли у него маску и скакуна, но, по какой-то причине, оставили его, грязного и разбитого, в покое. Репортёр вдруг расплакался – не то от горя, не от счастья. Изменено 25 января, 2015 пользователем SnowK 5
Arkadros Опубликовано 26 января, 2015 Опубликовано 26 января, 2015 {Лео, Арк} СпойлерДополнение к предыдущему посту. Пределец недавно сделал заказ на выплавку орденов и медалей, а всё ради поощрения выдающихся людей, патриотов Скинграда, всех тех, кто проявит активную поддержку городу. Также бретон, буквально, заставлял "Септима" вставать по утрам, прихорашиваться и выступать перед народом. Речь Лиандр придумывал сам и переодевался тоже, благо таланты у него были. В городе даже мода появилась: одеваться в одежды природных тонов. Дирмах, управляющий Скинграда, явился к графу Лиандру. Теперь босмер всегда был под охраной ради безопасности его персоны, поэтому бретон окончательно вжился в роль управителя, дабы не вызывать подозрений, забыв о своём бродяжничестве, что ему даже начало нравится. - Повелитель, в городе окончательно наладилось производство целого ряда вещей: от металла до вина. - спокойным и торжественным тоном произнёс пределец. - Народ, не побоюсь этого слова, любит вас. К сожалению, как управитель, я не могу предусмотреть всё, но надеюсь истинные патриоты не подведут славный Скинград. Будут ли какие-нибудь приказания, ваше высочество? - Для начала нам нужно знать о нуждах народа. Знать о том, чего ему не хватает,- сказал Лиандр, подпирая голову рукой.- Нужен кто-то, кто отчитывался бы передо мной от лица населения Скинграда, достаточно лояльный городу. Установить четкий контроль над телепортационной сетью в нашем городе - что-то вроде проверки на входе, учета прибывающих и отбывающих таким способом, дабы уменьшить вероятность проникновения мошенников и недоброжелателей. Пока… думаю, пока все,- он глубоко вздохнул и откинулся на троне.- Да. Это все на данный момент. Вскоре Дирмах начал выполнение приказания графа. С нахождением человека, который был словно староста или тан, не возникло трудностей. Пределец на данный момент знал нескольких подходящих людей, как из торговцев, так из обычного народа. Но выбрал он одного - имперец Ланий славился своей неподкупностью и был подобен Риславу Праведному, конная статуя которому украшала Скинград. Бретон отправил гонца с письмом, подписанным управителем, что Ланий становится уполномоченным лицом с особыми привилегиями. Затем Дион выставил нескольких караульных у телепорта, которым была положена надбавка. В их обязанности входила проверка всех, кто пользуется телепортом. Плюсом было то, что немногие путешествовали таким способом, ввиду напряжённой обстановки в стране. Были выпущены новые предупреждающие листовки. Через почти половину дня Дирмах вернулся к Лиандру, перед которым бретон отчитался по выполненным поручениям. Лесной эльф выглядел царственно, но не надменно, как и полагается правителю любимому своим народом. - Ваше высочество! - начал бретон. - Предлагаю вам обратиться с речью к толпе, я могу послать глашатаев. Но ещё лучше проехаться по городу дабы простой люд увидел, что вы наблюдаете за ними. Хотя, они и так чувствуют вашу теплую, но крепкую ладонь. Весь Скинград верит вам, вы являетесь примером для них: нет пьяных привычек и круглоты... Впрочем, чтовы решили, будут ли приказания или я могу заняться другими своими делами? - На данный момент приказов нет. Можешь заниматься своими делами. Чуть позже и правда стоило бы показаться в городе, перед народом. 3 электронная подпись
RottenSkeleton Опубликовано 28 января, 2015 Опубликовано 28 января, 2015 (изменено) 28 Первого Зерна, тюрьма Брумы- Меркурио Ноктюро!Имперец, валявшийся на своём лежаке, поднял голову. Стражник, звякая ключами, открыл дверь, и его напарник с наручниками и дубинкой вошёл в камеру и (под улюлюканье Зено) волоком вытащил убийцу из камеры:- К тебе посетители.Спойлер"Мать вашу, кто бы это мог быть?" - подумал имперец. Дверь в камеру закрыли, а на запястья Ноктюро надели антимагические наручники. К счастью, Меркурио держал кольцо Николаса за щекой, так что стражники ничего не заметили. Имперца повели в другую часть тюрьмы, в маленькую пустую комнатушку с двойной решёткой от пола до потолка посередине, и посадили на один из стульев. Комната для встреч встретила Ноктюро невесело горевшим светильником по ту сторону решётки и грязным жёлтым ковром, тоже по другую сторону решётки.Стражники закрыли дверь за спиной Меркурио, но убийца знал, что по уставу один из них обязан стоять по другую сторону двери и в случае чего лишнего вломиться в комнату и сдержать убийцу. Решеточные заграждения были расположены так, что если ты даже и просунешь руку в первое, то во второе не пролезешь никак. А ещё навещавших тщательно обыскивали на предмет чего-нибудь, что можно было передать через решётку: ключи, напильники, заточки, мешочки с сахаром пленникам передавать было строго воспрещено. В лучшем случае можно было пронести письмо в конверте, и то его прощупывали, проверяя, нет ли за слоем твёрдой бумаги чего лишнего.По ту сторону послышался шум, и дверь на другой стороне комнаты открылась. Меркурио поднял голову, а потом усмехнулся:- Вот уж чего не ожидал, так вас всех и разом.Первой в комнату вошла бретонка в синем плаще:- Стражники сказали, что могут пропустить не больше двоих посетителей вместе. И не больше одного посещения, представляешь, какие тупые законы? Гоборру не впустили потому что боялись, что она погнёт их драгоценную решётку, а эта старая рухлядь мне заплатила, чтобы я вошла вместе с ней. Твой новый знакомый?Ноктюро кивнул и улыбнулся: следующим за воровкой вошёл бретонец в синей мантии и с отдельной табуреткой. Николас возмущённо пробурчал, ставя табуретку на пол:- Я не старая рухлядь. И я вас вообще не знаю. Кто вы такая и почему вы здесь?- Скажем так, я знаю Меркурио куда дольше, чем ты, и потому я тебе настоятельно советую заткнуть уши на время нашего разговора: будут затронуты как личные, так и деловые вопросы, и мне бы не хотелось, чтобы ты в них совал свой нос.- Мы так не договаривались, - поднял палец в воздух волшебник, и Голгетия рассмеялась:- Но я помню все условия контракта! Мы говорим с Меркурио по очереди, притворяясь, что другого человека в камере нет, а потом уходим.- Да, но не слушать ваш разговор я не соглашался. Лишь игнорировать ваше присутствие, что и подразумевается вашими условиями, - уточнил Аккапари.- Оу. Тогда... Сколько мне заплатить за то, чтобы ты заткнул уши? - Адлейн потянулась за кошельком, но тут же вспомнила, что отдала его Гоборре снаружи. Николас пожал плечами:- Я не продаю свои уши.- То-о-о-огда я-я могу просто начать говорить на другом языке. Делов-то.- На каком, драконьем? Я изучал даэдрический язык в молодости, понимаю самые странные акценты Хай Рока и знаю тайный язык Гильдии Магов Двиннена. Разве что вы знаете айлейдский...Адлейн рассмеялась:- У мага одна магия в голове! В таком случае, это упрощает мне жизнь, можно просто использовать старый-добрый нибенейский арго.- И что это за "арго" такой, что он сложнее даэдрического? - Аккапари недоверчиво фыркнул, правда, едва сдерживая любопытство, и Адлейн уселась на табуретку напротив мрачного Ноктюро:- Смотри и учись, папаша, если, конечно, поймёшь хоть единое слово.- Я думаю, что про всё, что тут будет сказано, следует знать и господину Аккапари, - поднял голос Меркурио, и Адлейн рассмеялась:- Когда я расскажу всю историю, у тебя пропадёт всякое желание разговаривать с этой тощей палкой!- Я не тощая палка, - пробурчал Аккапари... И получил подзатыльник от Голгетии:- Слушай, папуль, я не могу игнорировать твоё присутствие, если ты встреваешь каждые пять секунд! Давай лучше ты умолкнешь!Аккапари действительно умолк и прислушался к разговору, который последовал после этого между бретонкой и имперцем.Говор нибенейских воров был одним из множества тайных языков, которыми пользовались жулики и убийцы, желавшие оставить свой разговор в тайне. Адлейн прекрасно говорила на нём, в то время как Меркурио в лучшем случае мог его понимать. В общем-то, только это от Ноктюро и требовалось по ходу разговора.Николас, когда слушал речь Голгетии, про себя отметил очень выразительные прищёлкивания языком и очень странные звуки "л" и "р", как будто смешивавшиеся в один. Бретонка, правда, говорила какую-то абсолютную белиберду: нибенейские жулики создали целый словарь из, казалось бы, ни имевших никакого отношения к преступному миру слов, и любое предложение на нибенейском арго коверкалось так сильно, что всякая попытка понять его смысл на основе исконного значения слов было бы бесполезно.- Начнём с дел... Так вот. Авидо не бросал тебя.Меркурио нахмурился. Николас, услышав "Авидо", напрягся ещё сильнее. Адлейн продолжила:- Ты всё это время был нашим кротом в сети Бледной Госпожи. Ингений знал с самого начала, что ты направишься в свою любимую Бруму вслед за Бледнолицей, и рано или поздно запутаешься в её планах, или она запутает тебя, это не важно. Ты ничего не знал о всём этом, потому что лишние знания помешали бы тебе выполнить свою задачу.- Не верю. И чем это?- Ты же не умеешь врать, забыл? А так ты сам присоединился к ним, и отлично справился со своей задачей. Смотри - они тебе теперь доверяют как своему.- Меня казнят вечером. Какое доверие?- Однако в той же клетке сидят и куда более верные слуги Бледнолицой. Послушай, тебя спасут вместе с ними ещё до казни, и ты это сам понимаешь.- И что ты хочешь от меня? Чтобы я вернулся?- Как минимум чтобы ты рассказал всё, что узнал за это время.- Ни за что.- Как категорично! Где ваша вежливость, адъютант? Или вы больше не хотите со мной переспать?- Никогда не хотел, - холодно отмахнулся имперец, как будто отгонял назойливую муху. Бретонка тонко улыбнулась:- Если ты не заметил, это была отсылка к тому разговору в башне. Тебе не кажется это милым?- Ваши с Ингением дурацкие шутки про театр меня утомили. Ничего я вам не расскажу, и точка.- Что вы не расскажете, Ноктюро? - спросил Николас, и Меркурио взмахнул рукой:- Господин Аккапари, я, видите ли, всё это время был кротом!- Кем-кем, говорите? - Николас недоуменно потёр лоб, а Адлейн продолжила:- Что тебя не устраивает? Авидо тебя что, обидел, в чан с ядом бросил, родителей убил? Всего лишь не рассказал, чего хотел от тебя.- Он не мог хотя бы сказать мне о том, что происходило?- Я уже сказала, почему ты ничего не знал. Меньше знаешь - лучше вкрадываешься в чужие сети агентов.- Тогда зачем всё это? Что вы хотите знать, мать вашу? - Ноктюро обозлённо выдохнул, но не больше, а Адлейн начала тараторить своё:- Кто такая Бледнолицая. Чего она добивается. Что она умеет. Сколько у неё нежити и немёртвых слуг, вроде... Если я правильно поняла, этот штырь тоже нежить? Ха, никогда бы не подумала.- Он не штырь. И я всё равно ничего не знаю.- Серьёзно? Ты даже не пытался? - удивленно приподняла бровь бретонка, и имперец покачал головой:- Мне сказали: помоги убить графиню Брумы. Больше я ничего не знаю.- А баклажан? Баклажан что-нибудь знает? - Адлейн покосилась на Николаса, у которого от напряжения покраснел лоб и проступил пот.- Он не баклажан, и нет, он в лучшем случае учит одну из её слуг, но не больше.- А она что-нибудь знает?- Ну, она левая рука Госпожи, могу лишь предположить что да.- Она в тюрьме с тобой? Да, она в тюрьме с тобой, у тебя на лице написано. Единственная девушка в камере. Её я позову следующей, будет долгий разговор, всё как у благородных девиц в пансионате...- Она ничего не расскажет.- Ну... В любом случае, мы почерпнули некоторую информацию. Бледнолицая убивает графов Сиродиила, и ещё у неё много-много мертвецов. Думаешь, она новая Королева Червей?- Я не задумывался об этом, - честно ответил Меркурио.- Хммм... А девчонки, бросающейся молниями, ты больше не видел?- Нет.- Тогда я закончила с вопросами. Но у меня есть деловое предложение.- Валяй.- Помнишь ограбление во дворце? Мы устраиваем его... Буквально завтра. Ты нам понадобишься. Как насчёт вернуться к Авидо, как только тебя вытащат из каталажки?Ноктюро умолк на секунду, а потом плюнул Адлейн в лицо через решётку. Та оглушительно взвизгнула и достала платочек с "А.И." из кармана, а убийца холодно заявил:- В Сиродииле есть место только для одной Госпожи.- Ну, это твой выбор... Надеюсь, ещё увидимся, мразь, - взгляд Голгетии заставил Меркурио содрогнуться: губы её улыбались, но что-то в этих глазах и в том, как она потянулась туда, где обычно была рукоять рапиры, его испугало не на шутку. Николас встал:- Что ты ему сказала? Хотела переманить его на свою сторону, ведьма?- Именно. И ещё хотела узнать всё про Госпожу, - флегматично сказал Ноктюро, и Николас придвинулся поближе:- Рад, что твоё сердце на правильном месте. На закате будет представление, от просмотра которого ты не сможешь отказаться. Если... Если я не смогу его покинуть, прошу, будь верным слугой Госпоже. Она очень могущественна, но всем, даже королевам, нужна направляющая рука. Не дай ей погрузиться во тьму.- Это ли не лучшее задание для человека, который сам является профессиональным убийцей, не так ли, Меркурио? И да, этот старикан мог бы шифроваться поубедительнее, если бы захотел, ну, или, скажем, поучиться секретным языкам. Мне кажется, такими темпами весь город узнает про планирующийся побег, - съязвила ушедшая в угол комнаты Адлейн. Ноктюро бросил на неё холодный взгляд:- Обещаю, господин Аккапари.- Спасибо. Жди и надейся.Адлейн поставила руки в бока:- Как трогательно... Меркурио, ты только не забудь, что Ингений ждёт своего пёсика обратно! Кстати об "обратно": твою броню я вернула, а вот маску, которую ты выбросил, утащили. И где нам её теперь искать? Ты в курсе хотя бы сколько она стоила?- Ты пришла меня только отчитывать за то, в чём виноваты вы сами? Знай я обо всём этом с самого начала, ничего бы не случилось.- Что бы не случилось? - повернулся к бретонке Николас, но та его не слушала:- Именно поэтому я и говорила Авидо, что он слишком многим рискует ради сомнительной награды... Ты мало того что ничего не знаешь, так ещё от его ушёл с концами! Бу-ху-ху, что же сделает Ингений, когда узнает, что его пёс больше не вернётся?- Должно быть, нажрётся вина и устроит вечеринку, - пожал плечами Меркурио, и Голгетия рассмеялась:- Ну да, это на него очень похоже! Ну, ты с ним дольше моего путешествовал, тебе куда виднее. Но ты что, теперь ненавидишь нас с ним? Презираешь?- Верно. Ненавижу. И презираю.- Жаль... Тогда, получается, я зря везла через всю провинцию это?Адлейн достала конверт и передала его имперцу за решёткой. Тот аккуратно вскрыл его и прочёл, а потом, нахмурившись, разорвал на две части и, к удивлению Аккапари, сжевал и проглотил обе:- Нумф-нумф... Хрмк, глп... Да, зря. И зря старались. Мне плевать на это, всё равно на плаху ведут.- Какой же ты упрямый, хуже Ингения. Он хотя бы знал, когда стоит остановиться и подумать о плюсах своей ситуации.- Это не плюс моей ситуации. Спасибо, что прибрались за мной, но это не меняет моего отношения к вам обоим. Вы только и умеете, что убивать, это лишь ещё одно убийство.- Как и ты, вообще-то. Мы отлично бы сработались, Ноктюро. Почему ты решил наплевать на нас?- Потому что вы уже один раз наплевали на меня. Разве это не очевидно?- Мы просим прощения, спасаем твою шкуру, но ты кусаешь руку, которая тебя вытаскивает из воды.- Пока что спасают меня только Госпожа и её сторонники. Вот ты сюда, видимо, пришла только почесать языком.Адлейн умолкла. Наступило минутное молчание: Голгетия смотрела в глаза Меркурио, Меркурио смотрел в глаза Адлейн, Николас попеременно смотрел то на него, то на неё... Наконец, первым отступил Меркурио:- Чары?.. Прямо как тогда, в Чейдинхоле... Пошла прочь! Я больше не буду с тобой говорить, и в глаза тебе больше не буду смотреть.- Попомни мои слова, Ноктюро: из сообщника ты стал лишним свидетелем. Ты не с теми людьми связался, - холодно произнесла Голгетия, и имперец встал:- Это вы мешаетесь под ногами не той Госпожи.С обратной стороны двери Меркурио послышались шаги, а потом и голос:- Время кончилось! Прощайтесь и расходитесь. И кто вы вообще такие, что говорите с убийцей графини Брумы?- Всего лишь знакомые, - холодно сказала Голгетия, выходя из комнаты в открытую вторым стражником двери, - Удачи, Меркурио.- Прощайте, господин Аккапари.- Не отчаивайтесь, Ноктюро. Всё уладится, - кивнул Николас, выходя из комнаты, и вот за его синей бархатной мантией закрылась дверь, имперца схватили и потащили назад двое дюжих стражников, по пути вниз пару раз ткнувших его в бок, и, наконец, стащив наручники с Меркурио, закинули его назад в камеру (опять же под улюлюканье Зено). Когда дверь закрылась, второй, менее дюжий стражник расхохотался:- "Не отчаивайтесь, всё уладится"! Вот когда тебе голову отсекут, тогда всё и уладится, ха! Научишься не убивать мудрых правителей, ушлёпок!Меркурио залез на свою кровать и вновь принял положение, в котором лежал всего пять минут назад. Правда, внутреннего покоя он достиг очень нескоро. Все эти новости: смерть последнего свидетеля по делу Геминицией, приближающееся ограбление, план побега... А главное - всё это время он был марионеткой Ингения, сам того не осознавая... Ноктюро сжал пальцами грубое одеяло: нет, он не марионетка Ингения.Он марионетка Госпожи, и он сам сделал этот выбор. Сам.- Послушайте, если вы или "Ингений" попытаетесь причинить хоть какой-то вред этому молодому человеку, я...Николас замолк: между ним и уходившей из здания тюрьмы Голгетией как-то неожиданно появилась орсимерка с молотом на плечах:- Проблем захотел? Иди, напейся в таверне и набей кому-нибудь морду, а к нам не приставай. Если женщина не хочет с тобой разговаривать, ты с ней. НЕ. РАЗГОВАРИВАЕШЬ. ПОНЯЛ?Бретонец, испуганный, закивал и сделал несколько шагов назад, а Гоборра, поправив полотенце, хмыкнула и пошла за Адлейн:- Хорошо. Надоело это объяснять каждому идиоту, который забывает банальные правила этикета...Николас постоял на месте ещё несколько минут, подождав, когда две путницы наконец-то уйдут, и только потом вышел из тюрьмы и направился в сторону своего дома, проверив, высоко ли солнце.До заката ещё нужно было приготовиться. Изменено 28 января, 2015 пользователем MadSkeleton 3
Alice von Bertruher Опубликовано 29 января, 2015 Опубликовано 29 января, 2015 Прошла неделя, а вернее почти десять дней, как отец оставил ее в этой гимназии для девочек. Конечно, такое бывало и ранее. Нелор оставалась на попечение взрослых, у тех, у кого они проживали. Бывало он пропадал на долго. Но девочка знала, что он обязательно вернется. Вот и сейчас она ждет того момента, когда любимый отец придет за ней. Девочка побежит ему на встречу, бросится на шею...Но пока его нет. Здесь в пансионе ей неплохо живется. Конечно, сначала было не просто. Злые тетки заставили нарядится в платья, а ей этого совсем не хотелось. Девочка так привыкла к мальчишечьим штанам, что совершенно не хотела из них вылазить. За столом она тоже повергла своих наставниц в шок, как-будто ей совершенно неведомы правила этикета. Вот что значит воспитана отцом-одиночкой, да к тому же еще и наемником. Девочка жутко ковырялась пальцами в рыбе, выщипывая косточки, потом такими руками хватала за кружку, оставляя на ней липкие рыбьи кляксы, стучала вилкой так, что чуть не проткнула тарелку (словно держала ее в первый раз). Ей многому пришлось научится за это недолгое время. С другой стороны она обзавелась новые подружками, да и учиться грамоте ей было весьма интересно, особенно познавать историю и культуру Имперской провинции. Она по-прежнему волновалась за отца. И надеялась, что с ним все будет хорошо. Дрэвер тоже этого хотел, пока не увяз в небольшом сражении вместе с бретонцем, с которым успел подружится. На пути в Бруму они с небольшим отрядом остановились в маленькой деревушке, в которой все было далеко от тихой мирной деревенской жизни. В деревушку часто приходят местные разбойники, которые собирают еженедельную дань с крестьян, пригрозив тем, что перебьют всех и сожгут деревню дотла. Если по началу воины хотели пройти мимо, намекая, мол, не наше дело, но Дрэвер настоял. И сейчас они наведались в гости к тем мерзавцам, что совершают такие поборы, как паразиты наживаясь за счет других, о чем они скоро пожалели. Но было уже поздно. 4 [hint="Участнику вечеринки "Лодки судьбы"][/hint] Персонажи Спойлер
Gorv Опубликовано 29 января, 2015 Опубликовано 29 января, 2015 Авторы: MadSkeleton, SnowK, Gorv, Potay. 28 число Первого зерна, почти час ночи, горы Джералл, шпиль Фросткрэг. Старшины строили своих подчиненных по сторонам от портала, стараясь заполнить небольшую выжженную площадку максимально равномерно, когда из него вышел сам магистр. - Я и забыл, как здесь холодно.- промолвил Желес, поежившись. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул, а затем трижды резко выдохнул, выпуская изо рта небольшие язычки пламени. От доспехов легата пошел пар,- Всем защититься от холода. Нам предстоит бой. Смерть от переохлаждения- бездарная трата ваших способностей, господа. Приказ был тут же приведен в исполнение. Рядовые маги доставали из сумок и осушали склянки с зельями теплоты, прогревая внутренности, командиры, наоборот, создавали морозные щиты, понижая температуру собственного тела. - Альтинус, Ренд, останьтесь здесь. Не пускайте никого к порталу.- двое офицеров ответили поклонами,- Остальных прошу следовать за мной. Будьте аккуратней. Фиард выставил вперед правую руку и, создав над ней пучок зеленоватого магического света, двинулся по едва заметной петляющей тропе. Перед боевыми магами предстала завораживающая картина: ночной снежный простор под звёздами и лунами, и на его краю, поодаль - тёмная, массивная башня, в окнах которой вспыхивали магические вспышки. Вокруг одной из башен Шпиля будто бы образовалась маленькая третья луна. Однако это был похожий на пузырь барьер Лиландмона, сдерживавший Королеву Червей. Внизу же, на белых просторах, виднелись чёрные фигуры, стекавшиеся к Шпилю и, судя по всему, уже рвущиеся внутрь. Мертвецы, по всей видимости, не замечали приближения боевых магов, или просто не реагировали... В самом же Шпиле царила абсолютная, полная тишина. Бесшумно разрывались боевые снаряды. Без единого звука падали замертво и вновь поднимались из мёртвых, чтобы тут же рассыпаться в пыль маги. Однако бой уже затягивался, и Нишьен, видевший, что происходит, это знал. Он окинул глазами своих сторонников: магистр Вудхарт держался превосходно, несмотря на незначительные ранения, и бодро командовал своими учениками, направлявшими снаряды в лоялистов с Рейном во главе. А вот магистр Авра... Почему-то она убежала в тыл, в одну из комнат. А, у неё ранение руки... Не так страшно... Данмерка, остановившись в комнате, с ужасом уставилась Хелбейну в глаза и прочла заклятье, и вот её уже нет. Нишьен застыл: она сбежала. Одним магистром в его рядах меньше. А потом наступил ужас: армия мертвецов, двигающаяся к Шпилю, почувствовала приближение другой, ещё более грозной, чем маги-лоялисты, силы. Нишьен схватился за голову: маги Синода? Нет, это были имперские боевые маги. Больше полусотни. Начинающий Принц Червей запаниковал: если они доберутся сюда, то просто размажут остатки его сторонников! Этого нельзя допустить. Он отдал приказ... Армия мертвецов медленно начала разворачиваться и ещё быстрее, чем раньше, продираясь сквозь снег, направилась прямо на боевых магов. Хелбейн напрягся: ещё немного, вот чуть-чуть, и их сомнут... Но боевые маги были быстрее: выстроившись в ровный ряд, эти бравые колдуны произнесли заклятья, и первый же залп уничтожил ближайшую к ним половину шедших на них мертвецов. Потом первый ряд поменялся местами со вторым, и уже следующий залп уничтожил вторую половину... И каждая повторная смерть каждого неживого солдата воспринималась Нишьеном как потерянная рука: больше его не восстановить. Хелбейну как будто отрубили полсотни рук разом. Принц Червей покрылся холодным потом: из той части армии, которой он командовал, рядом со Шпилем осталось от силы двадцать мертвецов. Данмер обернулся и слегка успокоился: его мятежные товарищи спускались по лестнице, в то время как лоялистов на первом этаже теснили поднятые трупы. Вот один маг падает замертво, другой маг разодран мертвецами в клочья... "Солдафоны" просто не успеют добраться до Шпиля, и тогда можно будет обрушить вход в башню и спрятаться в подземельях... Вудхарт почему-то бесшумно кричит и трясет улыбающегося, как идиот, Нишьена за плечо, показывает вниз, и улыбка на лице данмера тает... Мертвецы развернулись, и из подземелья вышел кандидат в магистры Рейн. Его глаза теперь превратились в две маленьких сияющих зелёным светом звезды, а руки быстрее ветра чертили в воздухе руну за руной. Нишьен почувствовал, как потерял ещё двадцать рук, и бессильный крик вырвался из его глотки, так и не услышанный никем. А окровавленный, израненный, но торжествующий Эдгар Рейн, некромант поневоле, направил своих новых слуг на мятежников. Ученики Вудхарта выпили зелья и обрушили на Рейна с его мертвецами участок винтовой лестницы и книжный шкаф, но кандидат в магистры легко увернулся и от того, и от другого, а потом обрушил лестницу уже под мятежниками. Кто-то из них успел прочесть заклятье Левитации, кто-то прочёл Замедление падения, кто-то банально увернулся, но Нишьен упал вместе с своей опорой, упал прямо перед Рейном и остатками небольшого отряда мертвецов. Жезл, заглушавший звуки, разбился, и вместе с ним вернулся шум: стали слышны крики Вудхарта и его учеников, стало слышно хриплое завывание мертвецов... Нишьен, крича, выбросил руку вперёд: в Рейна ударила молния, и он, как тряпичная кукла, улетел назад и ударился о стену. Зелёный огонь в глазах бретонца потух, и мертвецы, уж было потянувшие руки к данмеру, встали, как вкопанные. Нишьен почувствовал возвращение нескольких рук и с облегчением закрыл глаза. Но было уже поздно. Стук десятков стальных сапог пронёсся по Шпилю, и имперские боевые маги вошли в здание и окружили мертвецов Нишьена и самого Принца Червей. Данмер поднял глаза наверх: ни следа его товарищей. Куда они пропали? Неужели Вудхарт бросил его? - Что здесь произошло? - спросил магистр Желес, шедший в переднем ряду. Ему ответили высунувшиеся из подземелья лоялисты: - Предательство! Этот эльф расколол Коллегию и убил архимагистра Спеллуса! Мятежники встали на сторону Королевы Червей! - Ложь! Это вы предатели, а мы лоялисты! - голос Нишьена резко перешёл на визг, однако тут же его крик затих в глотке: заклятье Безмолвия. Магистр опустил руку: - Однако мертвецы защищают тебя, а не раненных магов в подземельях. А значит, это вы попрали законы Империи. Теперь осталось решить, какие вы предатели: хитрые или же глупцы? Сдадитесь ли вы? - Сдаться? Тебе?! Да никогда в жизни! Все - Нишьен, Желес, боевые маги, лоялисты - посмотрели наверх и увидели, как вниз пикирует группа восстановивших силы с помощью свитков и зелий магов с Вудхартом во главе. Мятежные Шепчущие образовали полукруг вокруг Хелбейна, а Вудхарт помог Хелбейну встать на ноги. Данмер благодарно улыбнулся, но бретонец, одну секунду помогавший эльфу подняться, в следующую уже вышел из полукруга, доставая из-под мантии стальную катану: - Слушай ты, бородатый, катился бы ты лучше вместе со своими прочь отсюда подобру-поздорову. Шпиль - суверенная территория Коллегии Шепчущих, солдафонам вроде вас сюда нельзя. У Нишьена в глотке пересохло: неужели Вудхарт не боялся за свою жизнь? Боевые маги с жалкими остатками лоялистов превосходили мятежников числом, кроме того, они полностью окружили и зажали в угол их небольшой отряд. Однако нет, вот же он, стоит с железным клинком в руке, нахально смотрит магистру ордена имперских боевых магов прямо под капюшон и не дрожит, не сгибается, не гнётся... Что же это за человек такой?.. Хелбейн вскочил, осознав: Вудхарт - Шепчущий! Как и Хелбейн, как и все здесь! Маленькая кучка радикалов, зажатая в угол, казалось, совсем не боялась окружавших их боевых магов. В глазах мятежников блестели азарт, ярость и нежелание отступить хоть на один шаг. В разорванных мантиях, с разряженными посохами, в синяках и ссадинах, и даже со следами удачного огненного шара, они стояли и смотрели на боевых магов так, как будто те были ниже них. И Шепчущие чувствовали себя выше боевых магов, они считали, что куда сильнее своих противников. Может, у людей Желеса были дисциплина и стальные латы, но Шепчущие были готовы обрушить Шпиль на самих себя, лишь бы отстоять свою позицию до конца. Каждый из них сегодня уже пролил кровь товарища по организации, каждый убил и был готов убивать дальше за тот строй, который они хотели установить. Не каждый хотел следовать за Королевой Червей, но каждый хотел свободы магии, свободы, доселе невиданной, неописуемой, а потому запретной и недосягаемой. Кучка побитых Шепчущих в изорванных мантиях чувствовали себя героями в окружении безликих боевых магов в капюшонах. Они чувствовали себя борцами за свободу, восставшими против ограничений, против мирской несправедливости, против сухой буквы закона, доселе лишь сжимавшей, унижавшей их. Они думали, что воспарили над законами, над здравым смыслом, над человечностью. Перешагнули всё это ради магии, ради её развития, ради блага цивилизации, которое они понимали не так, как его понимали Синод, боевые маги, целители. Это были исследователи-радикалы, способные отдать жизни за свои исследования, не видевшие смысла без своих трудов. Это было истинное лицо Коллегии Шепчущих. И оно было, в некоторой степени, уродливым. - Солдафонам вроде нас? Все эти годы мы защищали вас и вот, как вы решили отплатить. Одного лишь вы не учли. Единая Гильдия была сильна и могла бы нам противостоять. Я вы- лишь былая тень ее величия... Уничтожьте их. Вудхарт, во время ответа Желеса едва слышно шевеливший губами, крикнул и встряхнул кулаком, и вместе с ним, хором, встряхнули руками его ученики: - ...якем-охт-ЙОДТ! Фиолетовый барьер окружил маленькую группу магов. Колдуны в латах же обрушили на Шепчущих всю мощь своих заклятий, и единая вспышка света залила всё помещение... Но когда вспышки заклятий затухли, Шепчущие продолжали стоять, лишь слегка задетые оглушительным залпом боевых магов... А потом рухнули несколько солдат из переднего ряда, и ещё несколько, и ещё. Залп был обращён против самих боевых магов. Они потеряли из-за этого один десяток не имевших защиты от магии колдунов, ещё больше получило ранения. Пожалуй, не ранен был только магистр Желес, и то только потому, что сам не стрелял по Шепчущим. Вудхарт, согнувшись и схватившись за грудь, криво оскалился, изо рта пошла кровь: - Скамп подери, кхрррр... Я надеялся, что из ваших сдохнет побольше... Но ради этого стоило отправиться в Хладную Гавань! Всего одна секунда полного отражения магии, Желес, и посмотри, какие последствия-йах! Кха!.. Бретонец уронил катану на пол, его улыбка растаяла: - Я... Ни о чём... Не жалею... Бретонец в бинтах с пустым выражением на лице упал на пол... Упал замертво. Один из его учеников, молодой альтмер, тихо прошептал: - Ушёл... В Хладную Гавань ушёл. Тощий имперец добавил: - Какой маг к Молаг Балу отправился... Нишьен же завопил, схватившись за волосы: - НЕТ! Данмер на секунду потерял контроль над своими мыслями: будто чья-то белая рука направляла его разум, указывая, что следует приказать мертвецам в комнате, как следует спутать связывающие нити, перерезав ограничивающие сети внутри мёртвых слуг... И в следующее мгновение, за залпом боевых магов, раздался второй, куда более страшный залп: трупы, заваленные обрушенной лестницей, но ещё живые и всё это время разбухавшие от магической энергии, взорвались, в стене образовалась трещина, и часть отряда боевых магов завалило. Шепчущие, переглянувшись, поднялись в воздух и полетели наверх, уворачиваясь от магических снарядов боевых магов: мало ли какая беда случится дальше. На первом этаже остался лишь Нишьен, который после второго залпа бросился на Желеса с призванным мечом и твёрдым желанием прикончить магистра. "Отражение магии. Хитро. Впрочем, это их не спасет." Фиард резким движением развел руки, выбросив из каждой по десятифутовому огненному хлысту и тут же врезал одним по ногам самому медлительному из "летунов", а вторым с размаха рубанул Нишьена, тем самым сильно опалив и отбросив данмера в сторону. - Бейте точнее. Башня не должна рухнуть.- отдав этот приказ, бретонец сжался, как пружина, и ударил в пол мощнейшими потоками огня. Он стремительно набирал высоту, оставляя за собой след, подобно комете. Обогнав магов Коллегии, Желес приземлился на один из целых фрагментов лестницы и принялся расстреливать их несчетным количеством огненных шаров, заставляя вновь спускаться вниз под атаки своих подчиненных и цепляться за выступы, дабы закрыться хотя бы с одной стороны. Когда Лайла и Джубен прибыли в Шпиль, битва уже подходила к концу. Вокруг всё было усеяно трупами – обратившиеся в прах зомби, обезображенные тела защитников башни, имперские боевые маги в оплавленных доспехах. Волшебницу передёрнуло; в Лейавине она уже была свидетельницей настоящей бойни и даже сама выступала в роли мясника, но сейчас всё было иначе. Она не могла никого спасти, никого защитить, и даже остановить этот кошмар ей было не под силу – оставалось лишь войти внутрь и наказать виновницу. Ариана к тому моменту так же закончила свои дела; барьер вокруг неё спал, а заклятье тишины постепенно ослабевало, и теперь она могла слышать стоны и мольбы о помощи тех своих немногих приспешников, что ещё продолжали сопротивляться вымуштрованным бойцам Легиона. Спустившись с крыши, личиха влетела в здание и оказалась лицом к лицу с тремя боевыми магами – их тела тут же взмыли в воздух, а доспехи деформировались, заглушив всхлипы и превратившись в подобия металлических гробов. Оставшиеся солдаты сразу же переключились на явившуюся Королёву Червей, но напрасно – сотворённый ею щит сначала поглотил все направленные в неё заклятья, а затем расширился, отбросив нападающих назад. - Как вы посмели напасть на моих верных подданных, ничтожества? – чары окончательно развеялись, и теперь замогильный голос Арианы был слышен в каждом уголке башни. - Я заставлю вас пожалеть о содеянном… Вторгаться на территорию Королевы Червей и мешать её изысканием может разве что настоящий дурак. – личиха взмыла под потолок и костлявым пальцем указала на выживших, чьи тела оказались парализованными вырвавшимся потоком энергии. – Вы называете себя магами, но способны лишь разрушать… жалкая пародия на нас, истинных творцов и созидателей! Такова природа людей – обретя силу, вы стремитесь использовать её для того, чтобы подмять под себя всех остальных. Никто из вас не имеет права обладать Нумидиумом… - ведьма подтянула к себе одного из боевых магов и взяла того за шею. – Передай господам Советникам, что наша с ними сделка расторгнута. Я сама заберу то, что должно принадлежать мне по праву. Ариана метнула легионера к выходу, но его полёт был остановлен магией вошедшего в помещение Джубена. Личиха с безразличием уставилась на заявившуюся парочку, впрочем, Лайла нутром ощущала ликование своей противницы. - Единственная, кто здесь пожалеет о содеянном – это ты! – воскликнула юная волшебница, указывая пальцем на личиху. – Я отомщу тебе! За своего отца! За Лейавин! За Шпиль! - О, ты вовремя, дитя… - Ариана развела руки в приветственном жесте. – У меня на тебя большие планы, но для начала, хотелось бы услышать слова благодарности… Или ты уже забыла, кто вернул тебя с того света? - Спасибо! – сбросив с себя меховую накидку, Лайла приподняла полы мантии и сделала реверанс. – Знай же, что моё воскрешение было твоей главной ошибкой! - Да… Какая ирония… Первая и последняя представительницы нашего рода оказались ведьмами, вынужденными сражаться друг против друга. – личиха покачала головой. – Но я вовсе не желаю твоей смерти, и ты всё ещё можешь присоединиться ко мне… добровольно. - Я догадывалась… Стало быть, ты действительно моя пра-пра-пра-бабка? – волшебница сложила руки на поясе и ухмыльнулась. – Ну что ж, юность против опыта! Довольно разговоров, к бою! Лайла бросилась в сторону и метнула молнию, но та была отражена магическим щитом Арианы и перенаправлена в Джубена. Ещё один разряд, ещё… Личиха продолжала играться с самоуверенной волшебницей, а монах всё это время был вынужден противостоять заклятьем собственной напарницы. Наконец, девчонка поняла несостоятельность своих действий и направила мощнейший электрический заряд в потолок - тот обрушился, и вниз посыпались обломки в пересмешку со всевозможным оборудованием, хранившимся на чердаке. Почуяв опасность, Ариана развела руки в стороны и остановила падение; теперь хлам вращался вокруг неё и более не грозил несчастным магам. Выжившие вздохнули с облегчением и гневно уставились на Лайлу, но той не было никакого дела до окружающих – в неё уже летели направляемые личихой кирпичи, компасы, громоотводы, шестерёнки, двемерские телескопы… Волшебница ловко уклонялась и разбивала снаряды в воздухе своими молниями, но не имела ни малейшей возможности контратаковать. Наконец, она дала Джубену знак, и тот поспешил на выручку подруге, позволив ей подготовить смертоносное заклинание. Джубен видел, что придется и впрямь сражаться почти что своими силами, ибо почувствовавшие поддержку маги Коллегии успели принять по чарке какого-нибудь магического пойла и стали сражаться с новой силой, все больше наседая на командира легионеров. Священник выскочил вперед и, предварительно наложив на себя чары сопротивления физическим атакам, принялся вычерчивать вокруг себя с помощью магии телекинеза концентрирующий круг, который по виду своему был крайне похож на эмблему Гильдии магов. Этот круг изменял форму потоков энергии, закручивая их вокруг создателя руны. Маталь буквально вытягивал магическую силу из воздуха и использовал ее, чтобы задерживать и перенаправлять летевшие в девчонку предметы, при этом вновь ускоряя их телекинетическими ударами. Наконец, у Арианы закончились снаряды и она принялась вмораживать стоящего перед нею Джубена в пол. Почувствовав под ногами лёд, монах покинул свой магический круг, и очень вовремя – образовавшиеся на его месте шипы вполне могли проделать в бедолаге несколько лишних отверстий. Лайла кивнула в сторону лежащего рядом с ней громоотвода; поняв намёк своей союзницы, Маталь схватился за металлический прут и метнул его в личиху словно копьё, которое пробило грудную клетку ведьмы и застряло меж её оголившихся костей. В этот самый момент волшебница закончила читать заклинание, и крышу Шпиля пробила очередная молния, целью которой являлась Ариана. Громоотвод не позволил ей уклониться, а поскольку разряд был направлен с небес, то и отразить его обратно в атакующего было практически невозможно. В последнюю секунду личиха сотворила вокруг себя барьер, но даже он не смог её защитить – тот разбился, словно стеклянный шар и поджаренная ведьма ничком полетела вниз. Лайла возликовала, но то был вовсе не конец. Поверженная, казалось бы, противница вновь поднялась, и теперь на волшебницу взирал ужасающий обугленный труп, напоминающий однажды увиденного ею драугра. Мантия Арианы была разодрана в клочья, сморщенная кожа на её лице отслаивалась, а левая рука окончательно отвалилась, но даже это не останавливало Королеву Червей. Та извлекла из себя металлический прут и посредством телекинеза направила его в Джубена; разогнавшись, громоотвод впился в ребро монаха и вылетел с другой стороны, пригвоздив к стене стоящего за его спиной солдата. Лайла взвизгнула и бросилась к товарищу, но путь ей преградил частокол из ледяных шипов. - Пронырливые юнцы, вы должны понимать, когда следует остановиться. – личиха вновь взмыла в воздух и подлетела к волшебнице, впившись костлявой ладонью в её шею. – Почему глупые людишки всё время пытаются мне помешать? Я всего-навсего желаю подарить вам новый мир, где не будет лжи, страха, ненависти и даже смерти! - Чепуха! – прохрипела Лайла, дёргаясь и пытаясь освободиться от мёртвой хватки. – Ты чудовище! Враг всего живого! - Ваш враг вовсе не я… Пробуждение Нумидиума ознаменует начало Новой Эры, Золотого Века, Эпохи Бесконечности. – личиха оскалилась и покачала головой. - Но Совет Старейшин желает, чтобы вы и дальше продолжали жить в мучениях. Они собирались использовать меня в качестве пугала, страх перед которым не позволил бы сепаратистам отколоться от Империи. К счастью, друг твоего папаши развязал нам руки… и теперь уже ничто не помешает мне привести свой план в исполнение. – лбы Арианы и Лайлы соприкоснулись, взгляды пересеклись, а разумы свились единой спиралью. Девушка взвыла – теперь её пытали не только физически, но и духовно. По телу начали расходиться пламенеющие рубцы, напоминая о тех днях, что она провела в качестве зомби; волшебницей овладели страх и отчаяние, сейчас у неё не хватало сил даже на то, чтобы вырваться из цепких объятий своей прародительницы. Личиха продолжала душить бедолагу, нашёптывая какое-то заклинание и бешено вращая глазами, но Лайла понимала, что внимание Арианы всё ещё приковано к ней. Перед глазами девчонки проносились воспоминания старухи, её мечты, стремления, весь жизненный путь ведьмы сейчас лежал перед нею, словно открытая книга. Та, в свою очередь, взирала в сердце волшебницы, и видела в нём лишь тщеславие и гордыню. Аскет лежал на полу лицом вниз и корчился в дикой агонии, пытаясь зажать рану. Он не мог сконцентрироваться, чтобы вылечить ее, не мог остановить кровь и бессильно рычал. Последним усилием бретонец перевернулся на спину и зашептал. - Мара... спаси меня... В единый миг всего его окружил вихрь бело-голубого цвета и тело Джубена выгнулось, как будто чья-то невидимая рука обхватила его за верхнюю часть спины и теперь поднимала над землей. Туловище монаха заняло нормальное положение и повисло в воздухе, все еще охваченное магическими потоками. Он открыл глаза, источавшие точно такой же свет, и посмотрел как бы сквозь личиху. - Новый мир может создать бог. Ты лишь жалкое подобие бога. - слова его раскатились эхом. Священник опустился на пол, сияние исчезло. Маталь вновь взревел, но уже совсем по другому: подхватив на ходу свой посох он сбросил личиху с подруги сильнейшим ударом, но та стала подниматься вновь, тогда служитель Девяти ударил ее снова, и снова, и снова. Вращаясь и подпрыгивая, он обрушивал на нежить свой праведный гнев. Наконец, когда попытки сопротивления противника были пресечены, он извернулся и пробил гнилую тушу насквозь. А затем, левой рукой подняв Королеву Червей над полом, держась при этом за шест, правой ладонью накрыл ее обугленный лоб. - Да смилостивятся над тобой даэдра, тварь.- свечение вновь ударило из глаз Джубена и волна, подобная той, которую он использовал против Лайлы в Корроле, только в сотню раз сильнее, прокатилась по зданию, сотрясая фундамент, выбивая окна, снося магов с ног и заставляя не до конца уничтоженных зомби в округе трусливо уползать. Голова Арианы буквально взорвалась, унеся с собой ключицу, пару ребер и вторую руку. Монах бросил посох в сторону вместе с изуродованными останками и подбежал к Лайле. Сияние оставило его. Девушка с трудом глотала воздух и силилась что-то сказать; наконец, при помощи Джубена она поднялась на ноги, и, держась за руку своего спасителя, уставилась на изуродованное тело мучительницы. Её останки, освещаемые лучами восходящего солнца, постепенно обратились в прах, рассыпались по полу и смешались с оседающей пылью; битва была окончена, Королева Червей пала. - Теперь в твою честь должны поставить памятник. – Лайла взглянула в глаза Джубену и вяло улыбнулась, после чего чмокнула того в щёку. – Думаю, ты это заслужил, герой. Можешь собою гордиться. – в голосе девушки звучали нотки злобы, но то, вероятно, была лишь лёгкая зависть – всё-таки, это не она добила ужасающую Ариану, а стало быть, не заслужила звание спасительницы. – Я рада, что всё наконец закончилось, и теперь мы можем… отдохнуть. Вместе. – всё никак не желая отпускать руку монаха, волшебница повела его за собою, к выходу. - Постойте. - за спинами героев раздался грохот - это приземлился легат, держа в руках последних двух израненных мятежников, тут же переданных боевым магам с указанием привести их в чувства и связать,- Разрешите узнать ваши имена? - Джубен Маталь, сэр. А это моя подруга Лайла. - Очень приятно, меня зовут магистр Фиард Желес. Я, как вы могли заметить, командую боевыми магами. И я крайне впечатлен вашими талантами. Вы ведь рождены под знаком Ритуала, юноша? - Да, так и есть. - Мало кто в наше время до такой степени развивает свои способности. Я хотел бы видеть вас в рядах боевых магов Легиона. Вас обоих. - Я не уверен, что сейчас до этого, сэр... - Заманчивое предложение. – девушка кивнула. – Мы подумаем. - Понимаю. Если решитесь - приходите в форт Каптор на озере Канулус. Покажите им... это. - он порылся в сумке и достал нечто, похожее на монету, только сделанное из велкиндского камня. - А вы разве не пойдете в Бруму? – уточнил Джубен. - С какой целью? - На него надвигаются силы Элдариона. - О, нет, ничем не могу помочь. Мы потеряли слишком много людей.- магистр обвел глазами поле боя. - Прошу меня простить. Приготовьтесь к отходу! - Убейте меня... Кхррр... Я... Я н-некромант... Боевой маг, данмер с красной козлиной бородкой, с сожалением осмотрел тело бретонца: Эдгар Рейн был весь покрыт ранениями, истекал кровью и получил прямой удар молнией прямо в живот. Эльф провёл рукой: отказала большая часть органов. Ещё немного, и бретонец просто умрёт от перенапряжения и переистощения. - Ты умрёшь и так... Я могу лишь облегчить твои страдания. Данмер прикоснулся ко лбу бретонца указательным пальцем, и на его кончике загорелся яркий красный огонёк. Эдгар облегченно вздохнул и медленно закрыл глаза. Его хриплое дыхание выровнялось, а потом медленно затухло. - Ты убил его? - спросил у товарища другой боевой маг, и данмер покачал головой: - Отключил способность чувствовать боль. - Хитрые трюки разума, чего ещё от тебя ожидать, - пробормотал ничего не понявший собеседник, доставая скрытую фляжку и протягивая её данмеру. Тот с отвращением фыркнул: - Выпивка? - Зелье успокоения нервов. Или ты не будешь? - Рано ещё расслабляться. Мы ещё не нашли того данмера... Ты не помнишь, куда его кинул Желес? Внезапно, словно бы сам воздух стал гуще, тяжелее, звуки, казалось, умерли, само время слегка замедлило свой неумолимый ход, что случается, когда пространство искривляется сразу во многих точках. До слуха всех в Шпиле и вокруг него донеслась едва уловимая, но грозная музыка, словно бы невидимый оркестр разом заиграл ритмичный и бравурный марш. В зале открылся огромный круглый, сочащийся багровым и алым, портал. Несколько таких появились и снаружи. К оркестру словно бы присоединился невидимый хор. Слова были едва различимы, хотя, казалось, пело разом множество глоток. Впрочем, никто не мог быть уверен насчет слов, их вроде и можно было разобрать, но стоило прислушаться, как смысл ускользал, а голоса просто превращались в ритмичное бормотание. А из порталов выходили, чеканя шаг, волшебники Синода. Все в алых мантиях, с посохами, они заполоняли все пространство, немедля окружая всех вокруг, так их было много. Они отбивали ритм невидимого марша сапогами и посохами. Персивальд явился в белой с золотым мантией, на голове его красовался золотой же обруч с огромным алмазом. Поверх мантии он одел себерянный панцирь с чеканным прессом и могучими грудными мышцами. И сосками. В руках у него был черный посох, просто сочащийся энергией. Он властно огляделся и взмахнул руками. Отряды магов в красном послушно заняли указанные позиции. Бакингхорс выбрал позу по-эффектнее, оглядел собравшихся и нахмурился. - Где архимагистр Лиландмон Спеллус? Немедля сообщите ему, что подкрепления от Синода прибыли! *** - ...И-идиот... Огненное заклятье... Против тёмного эльфа... Кх-ха! Данмер шёл по подземному туннелю, опираясь о стену и оставляя на ней кровавый след. У него были сломаны рука и, должно быть, несколько рёбер, но эльф продолжал идти в самые глубины подземелий, как будто он думал, что сможет спрятаться от боевых магов. В голове роились сотни тысяч подозрений, но Нишьен даже не знал, куда пойти, что делать. Он был один, совсем один. Хелбейн только шёл вперёд и шептал иссохшими кругами, на которых застыла кровь: - Подонок... Тварь... Мразь... Я ещё покажу тебе, где грязекрабы зимуют... Наконец, эльф остановился. Сзади послышались шаги. Данмер на секунду ускорил шаг, попытался бежать, но тщетно. Данмер упал на колени, поднял последнюю здоровую руку, и... - Нишьен? Он узнал этот голос: это была одна из бывших учениц магистра Йомвинга... Они пару раз обедали на соседних местах в столовой, да и только. Что она хотела? - Всё будет хорошо. Сейчас... Неожиданно крепкие руки аргонианки перевернули эльфа и положили его на лопатки, а потом она начала спокойно выравнивать его кости и читать заклятье за заклятьем. Данмер не смог выдержать и закричал, но его спасительницу это совсем не остановило. Однако, когда она закончила, его раны затянулись, а кости стояли на своих местах. - Я не смогла восстановить абсолютно все ткани. Могу лишь посоветовать есть больше сыра, мяса и творога, и пить меньше алкоголя. Это ускорит лечение. - Почему ты мне помогаешь? - только теперь Нишьен понял, какой у него хриплый голос. Аргонианка замерла на секунду, а потом рассмеялась: - Потому что мы коллеги, почему же ещё? - Однако только что половина нашей организации погибла, убивая друг друга... - Нет, мы не коллеги среди Шепчущих, нет. Аргонианка помогла ему подняться, и эльф почувствовал какой-то жутковатый запах, исходивший от её мантии. На шее его спасительницы болталось странное ожерелье: череп маленькой крысы, через который продели верёвочку. Глаза эльфа расширились, а его помощница встала на колено: - Я была сторонницей Культа ещё с тех пор, как при предыдущем Короле они спасли меня от работорговцев... Нишьен, Королева Червей повержена. Если погибнете и вы, Культ станет разбитой кучкой эгоистичных и ничем не связанных некромантов. Ему нужен единый правитель. Вы - наследник Королевы. Я попросту не вижу другого пути. Нишьен сделал было шаг назад и посмотрел, долго ли ещё идёт коридор, но что-то в нём резко дёрнулось, и он развернулся и положил руку на холодное плечо своей новой помощницы: - Встань. Как твоё имя? - Не-видящая-света. - Попроще? - В другом варианте перевода, меня зовут Тёмные-глаза. - Всё равно слишком длинное, - поморщился эльф, и аргонианка вздохнула: - Кринш-Ай. - Кринш-Ай... Хоть мы и проиграли этот бой, мы не проиграли войну. Я уверен, Королева вернётся, и её месть ордену боевых магов будет страшна. А теперь... Как мы сбежим отсюда? Кринш-Ай улыбнулась, оскалив ряд острых зубов, и заглянула в одну из комнат: дверь открылась без ключа. Через минуту она вернулась с тяжёлой зимней мантией и накинула её на эльфа: - Из Шпиля существует подземный ход в заброшенную шахту, а выход из неё очень далеко отсюда. Там боевые маги нас не достанут. Я пользовалась этим ходом, когда нужно было тайно встретиться с человеком из Культа. - Он очень длинный? - Минут пять ходу до шахт, ещё пять по шахтам, и то если знать, как идти, - призналась аргонианка, - Но потому нас и не раскрыли: кто бы за мной не пытался идти, он быстро уставал и возвращался обратно. - Веди меня, - эльф зарылся в чёрный мех на воротнике поглубже и, мрачный, поспешил за Кринш-Ай... 4 Хорошие лороведы тесно соприкасаются со вселенной. Посредственные — лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют ее и оставляют растерзанную на съедение мухам. (с) Рэй Брэдбери feat. ГорвЛюди действуют из благих побуждений. Нации — никогда. (с) Эзмаар Сул о нордах
SnowK Опубликовано 29 января, 2015 Опубликовано 29 января, 2015 (изменено) [SnowK, Prisoner-Boratino, Gorv, MadSkeleton. Казнь.] СпойлерДвадцать восьмое число Месяца Первого Зерна, два часа дня, Брума. Последний чистый белый снежок в ложбинках весело искрился, а весеннее солнышко радостно сияло со своего привычного места, нежно лаская своими теплыми лучами уже готовый эшафот. Обед уже давно прошел, и сытые и довольные не только им, но и результатом своих дневных трудов горожане постепенно собирались на площади у статуи Героя Брумы. Многие явились в полной амуниции и вооруженные, потому что разведчики доложили, что Элдарион со своими бандитами прибудет в город не позже чем через три часа. Несмотря на серьезность обстановки, атмосфера царила скорее предвкушения праздника. Графиню Карвейн любили все без исключения, хоть и посмеивались над ее безумной страстью к реликвиям Акавири. Нарина правила мудро, справедливо, и под ее защитой и покровительством народ этого северного города процветал, практически не ведая лишений и горя. Ее гибель повергла многих в шок, и теперь они страшились будущего, не зная, какие еще неприятные сюрпризы оно может преподнести. В назначенный час, когда все пространство перед будущим театром действий было под завязку забито зеваками и стражей, в чьей компетенции были сохранение порядка и предотвращение любых попыток самосуда, ближайшие к воротам замка зрители восторженно загалдели, заулюлюкали и принялись размахивать руками, тесня стражей порядка. Процессия из закованных в кандалы преступников, ведомых парой тюремщиков, показалась на площади. Раздался громкий резкий свист, и в заключенных полетели камни, палки и оскорбления, пожелания поскорее сдохнуть в страшных мучениях. Особенно досталось кузену графини, который шел первым в этой небольшой веренице. Его оплевывали все, кому не лень, и именно его имя чаще других звучало вкупе с жуткими карами, которые сулил ему народ. Возможно и потому, что имен других приговоренных к казни люди попросту не знали. У эшафота цепочка остановилась. На возвышение поднялся глашатай и криками и жестами попросил толпу успокоиться. Ему подали рупор. - Дорогие жители славного города Брумы! В этот тяжелый день, когда враг подобрался вплотную к нашим домам, да свершится справедливое возмездие тем, кто окропил нашу родную землю кровью возможно лучшей из живших в этот век, графини Нарины Карвейн. Двое стражников отсоединили звено, с помощью которого Руфус был связан с остальными пленными, и поволокли вяло сопротивляющегося родственника усопшей градоправительницы на плаху, где палач, здоровенный редгард, уже заканчивал точить свою огромную секиру, многие годы отделявшую злые головы жестоких преступников от их грешных тел. Что делал, о чём думал в это время Руфус Карвейн? Норд лишь погрузился в транс, бесшумно произнося молитву за молитвой. Даже на собственной казни старый рыцарь верил, что Девять спасут его, но он не знал, как и откуда. Палки, камни, оскорбления он даже не замечал, слишком глубоко ушёл в себя бывший охотник за нечистью. Меркурио Ноктюро же спокойно смотрел прямо в лицо смерти. Что уж поделать, убил, виноват, но ведь сделал своё дело, и уже не от него зависит, покатится ли голова имперца или нет. Может, он был так спокоен из-за того, что знал: вот-вот придёт спасение от таинственной Госпожи. Может, имперцу было просто плевать. А может, Меркурио просто доставляло удовольствие видеть искаженные рожи горожан...Сынок, за что, Меркурио-о-о-о? Этот голос рубил по сердцу страшнее самого холодного и самого тупого ножа. Ноктюро посмотрел в толпу и увидел седую женщину в старой шали, рыдавшую и тянувшую руки к нему. Но рядом с ней стоял человек, почти точной копией которого был убийца графини Карвейн. Седина в редкой бороде, твёрдый взгляд, широкий лоб... Убийца моргнул, и видение растаяло. Его родители уже ушли в мир иной. Кроме них, в Бруме у Ноктюро никого родного не было. - Я ни о чём не жалею. - хрипло прошептал имперец, пряча лицо от беснующейся толпы. Зено ёрзал и вертелся по сторонам, заражая своим нетерпением всех окружающих, вот только не ясно, чего именно он ожидал – казни бедолаги Руфуса, собственной смерти или обещанного им самим же представления. Рядом с ним, с закрытыми глазами стояла Гвендолен, нашёптывая себе под нос не то молитву, не то заклинание; впрочем, наручники всё равно не позволили бы колдунье применить настоящие чары, а посему, караульным не было никакого дела до её невнятного бормотания. Мечник вдруг повалился, имитируя обморок, но капитан Бурд тут же поднял его на ноги и подтолкнул хитреца к плахе. - Дамы вперёд! – взвизгнул Зено, пропуская Гвендолен перед собой; та покорно заняла место между ним и Руфусом, после чего принялась дожидаться своей участи, пребывая в состоянии полной безмятежности. Рубака продолжал ныть и крутиться – помирать молодым ему явно не хотелось. В толпе замельтешили подозрительные фигуры – одеты они были как простые мещане, но под капюшонами их накидок можно было заметить нездоровые, покрытые сияющими рубцами лица. Горожане отстранялись от них, как от прокажённых, а стражники начали пробираться к ним с явным желанием заставить нарушителей спокойствия удалиться. Один из них, альтмер, с длинными молочно-белыми волосами долгое время сопротивлялся взявшему его под руку караульному; наконец, не выдержав напора, он отсёк собственную кисть ножом; та немедленно обратилась в прах и принялась отрастать заново. Мертвец вознёс руки к небу и принялся сплетать могущественное заклинание. Со всех сторон в него полетели стрелы, но бесполезно – даже под градом снарядов неживой чародей продолжал своё тёмное дело. Люди в ужасе отступили, но их собственный страх вдруг сменился каким-то чужеродным, привнесённым извне; вспышка зелёного света накрыла толпу и заставила их увидеть высоко над собою огромные щупальца, тянущиеся к ним от самого небосвода. На площади воцарилась паника – стражи успели добить негодяя и вырвать камень-сердечник из его груди, но даже это не заставило иллюзорные чары развеяться окончательно. То тут, то там продолжали появляться омерзительные отростки, избавиться от которых можно было лишь уверовав в то, что их на самом деле не существует. Данмер в алом наряде, который, по всей видимости, являлся сообщником альтмера, взобрался на крышу одного из домов и щелчком пальцев сотворил пламенную стену, отделившую палача от его жертв, после чего принялся хаотично поджигать окружающее постройки, при этом истерично хохоча. Эльф явно любил своё дело – его заклятья принимали самые причудливые формы, вселяя в людей страх не столь разрушительной мощью, сколь одним своим видом. Наконец, его огненная феерия была пресечена метким стрелком из Гильдии Бойцов – туговатый на вид орк долго прицеливался, но в итоге, стрела поразила поджигателя в самое сердце. Третий злоумышленник, редгард в сине-оранжевом костюме попытался освободить пленников, используя на их кандалах заклятье отпирания замков, но Капитан Бурд вовремя среагировал и одним махом снёс кучерявую голову чародея. Впрочем, приговорённые уже успели воспользоваться царящей вокруг суматохой – все они стремительно покидали место казни, разбегаясь в разных направлениях. Зено, оскалив зубы проскочил сквозь пламенную стену и кинулся на палача, намереваясь придушить того собственным наручниками. Голос разума подсказывал ему, что следует уносить ноги, но душа безумца требовала разделаться с тем, кто мог лишить жизни его самого. Топор выпал из рук редгарда, и теперь он прикладывал все усилия для того, чтобы сбросить с себя вконец обнаглевшего имперца и избавиться от перекинувшегося с его лохмотьев пламени. - Бегите! – скомандовала Гвендолен своим сообщникам. - Госпоже мы нужны… Живыми. - девушка, всё ещё скованная кандалами, бросилась наутёк, но путь ей пригородило двое стражников, явно намеревавшихся совершить самосуд. Та лишь ухмыльнулась и попятилась назад, ожидая прибытия своего секретного оружия. - Руки прочь от моей дочери, мерзавцы! - на крыше соседнего дома появилась одинокая фигура в пурпурном плаще с капюшоном, и стражников смела небольшая ледяная буря. То был Франк де Лавальер, придворный чародей графини Аррианы Валги, убитый Меркурио и воскрешённый Гвендолен в качестве своего телохранителя. Волшебник спрыгнул с крыши, уклоняясь от выстрела орка из Гильдии Бойцов, и, падая, послал в его сторону огненный шар. Лучник, неожиданно ловкий для орсимера, увернулся от основного снаряда, но не избежал языков магического пламени. - Давно пора. – прошипела колдунья, позволяя своему не упокоенному папаше сорвать с себя кандалы. – Надеюсь, тебе нравится твоё новое тело… с нашей последней встречи я стала куда опытней в этом плане. - Видела бы тебя мать! – крикнул Франк Гвендолен, сплетая очередное смертоносное заклятье. - Потомок именитого рода боевых магов прячется за поднятым из мёртвых отцом! Стыд и срам! - Следовало зашить тебе рот, как и предлагала Госпожа. – холодно ответила Гвендолен, покидая площадь. – Может, хотя бы будучи правильно зачарованным ты сможешь наконец позаботиться обо мне? - Неблагодарное дитя! – воскликнул Франк. Пусть наложенные на него чары и не позволяли ему навредить распоясавшейся дочери, он всё ещё был способен её хорошенько отчитать. – Я столько сил вложил в твоё воспитание, и что получил? - По твоей милости я пять лет провела в монастыре… - колдунья приложила руку к лицу и впилась ногтями в кожу. – В тюрьме и то веселее… Чародей умолк, и, отбросив нескольких преследователей, продолжил путь в полной тишине. Как только улицы города охватил огонь, сотворенный данмером в красном одеянии, а голова кучерявого редгарда полетела на землю, Эранор спрыгнул с эшафота в перепуганную толпу и побежал с площади, в сторону городских ворот расталкивая людей собравшихся посмотреть на казнь. Но не успел он сделать и десяти шагов как услышал крик «Лови беглеца» а через секунду возле головы данмера пролетел булыжник, попавший в голову незадачливого норда который проходил рядом и, пожалуй, именно это спасло Эранора от преследования. Многие, увидев это решили, что беглец это тот, кто бросил камень, пользуясь этим моментом, данмер со всех ног бросился через толпу к воротам, но его побег прекратил стражник нанесший удар щитом в лицо Эранора от чего тот упал и потерял сознание. В общей суматохе легко затеряться даже весьма колоритной личности. Именно поэтому Кентул выжидал, а не побежал вместе с остальными заключенными. Впрочем, перед эшафотом остался еще и Руфус. Он продолжал стоять, понуро опустив голову, хоть никто уже не держал и не охранял его. Вскоре почти все стражники рассредоточились по площади, стремясь отловить или убить беглецов. Именно в это время данмер развернулся в сторону замка. Без своего оружия и доспехов делать в этом осажденном городе, да еще и в окружении агрессивно настроенных легионеров и стражей было решительно нечего. Разделившись с палачом, Зено бросился вдогонку за своим товарищем – Кентулу он доверял куда больше, чем Гвендолен или её новому дружку. Николас в окружающем беспорядке выглядел крайне странно: волшебник, с сокрытым под капюшоном лицом, в синем бархатном плаще и с метлой в руке спокойно шагал по площади, размахивая своим "оружием", и, что интересно, при каждом взмахе метлы кого-то в толпе толкало или отбрасывало в сторону, в снег. Подпалённый орк положил стрелу на тетиву и прицелился во Франка, но Николас взмахнул своим самодельным посохом Телекинеза, и лучника толкнула невидимая сила. "Однако стоит ли это таких жертв? Наша миссия благородна, но следует ли нам нести такие разрушения, ужас, панику? Кого мы спасаем? Чем, в сущности, Меркурио или Гвендолен отличаются от тех же авантюристов, которых я презирал при жизни? Что случилось со мной?" Аккапари увернулся от удара стражника, догадавшегося, что это колдун устраивает хаос в толпе, и взмахнул метлой: имперца толкнуло прямо в грудь, и тот повалился на землю. Мёртвый бывший архимаг вздохнул и побежал прочь с площади. "Я полагаю, настало время бежать... Гвендолен в безопасности... Что же делает Ноктюро?" Волшебник обернулся: действительно, Меркурио на площади больше не было. Убийце лишний раз повторять не надо было: стоило только начаться беспорядкам, как он побежал, как загнанный зверь, уклоняясь от выстрелов то тут, то там, зажав зубами кольцо Николаса за щекой. Надо было лишь избавиться от дурацких антимагических наручников, без них кольцо не заработало бы... Предосторожность Легиона окупилась, нечего сказать. Ноктюро, увернувшись от очередного камня, пущенного кем-то из горожан, завернул в переулок, перепрыгнул через брошенную там тележку и выбежал на опустевшую улицу. Схватив первый же попавшийся камень, имперец ударил один раз, второй, третий... Наручник слетел с левой руки, ещё несколько ударов, слетел и наручник с правой, но какой ценой: вот на другом конце улицы за ним уже бегут стражник и несколько горожан. Как назло, нет оружия и нет лука... Имперец побежал назад в переулок, в бушующую толпу. Вспышка света, и вот он уже крепкий низкорослый рыжий норд, выискивающий кого-то в толпе. Наконец, Руфус закончил читать молитвы и, подняв в руки воздух, заметил, что кандалы у него на руках исчезли. Куда они пропали, кто их снял, он не знал. Пораженный норд вскрикнул: - Чудо, истинное чудо! Сам Стендарр показал мне истинный путь! Значит, я действительно невиновен, и мне следует наказать убийц!.. Но они уже сбежали. Видимо, не судьба мне их поймать сегодня. О Девять, почему всё всегда так сложно... Норд спрыгнул с эшафота и поднял меч с земли. Он не знал, куда идти дальше, что делать, как поступить. Однако и молиться о просветлении было уже поздно. Человек побежал вниз, к таверне, где оставил свои латы. Очнувшись, Эранор обнаружил себя в куче трупов, а неподалёку слышались раздражённые голоса людей, толковавших о каком-то костре и некромантах. Так он провёл в полубессознательном состоянии ещё несколько минут, пока двое стражников не схватили его и швырнули на покрытою слоем пепла землю. Немного полежав, Эранор начал подниматься на ноги, осознавая, что те, кто недавно собирался его казнить, теперь намерены предать обнаруженные после перепалки тела огню; эта мысль уничтожила всю боль и предала невероятных сил, и через секунду Эранор со всех ног бросился подальше от места сжигания трупов. *** Удостоверившись, что все казненные уже покинули площадь, Николас побежал по параллельной улице за Гвендолен и Франком. "Так... Ноктюро, должно быть, вон тот норд, за Гвен, вижу-вижу. Зено и Кентул... Вроде как вон там. Никого не забыл? Да, вроде как никого... Что... За?" Неожиданно в носу волшебника засвербело. Потом жуткое, жгучее ощущение распространилось на его глаза, уши, кожу, охватило его всего с головы до пят и заставило упасть в снег, перевернуться и жалобно завыть... Аккапари тут же вскочил, и быстро обнаружил причину такой перемены: - Чёрный кот! Несчастное создание, почему же ты здесь в такой жуткий час? Тебя же могут раздавить! - действительно, это обычный чёрный кот бежал по дороге, спасаясь от ревущей толпы. Волшебник схватил метлу и бережно перенёс животное с земли на крышу, но пока он это делал, на улицу выбежало знакомое лицо. Лицо, можно сказать, даже слишком знакомое. - Сейдро Веллиндус! Ты должен быть в отставке, как все нормальные... Старые... Солдаты! - Ник? А я все думал, когда ты объявишься! А ты должен быть в могиле, как все нормальные мертвецы!- парировал имперец, обернувшись и продолжая выискивать в толпе рыцарей Девяти. "Кого он высматривает там? Неужели с ним пришли ещё какие-нибудь авантюристы? Да уж, они будут пострашнее обычных стражников... Надо что-то делать, так он вполне может схватить Гвендолен! Задержать разговором? Вполне возможно... Главное только быстро говорить, прямо как тогда, с Ноктюро. Что он тогда ценил выше золота? Честь и праведность..?" - Однако вот он я, здесь, почти что живой, - Аккапари увернулся от пущенной в него стрелы, - И-и... Хр! - Николас уклонился от брошенной палки и послал крестьянина, её бросившего, в стоявшего за ним норда, - Всё благодаря справедливейшей и великолепнейшей Госпоже! А ты, видимо, вернулся служить своим закону и порядку, верно? - Г-госпоже? О, Аркей! Только не говори мне, что ты стал прихвостнем этой личихи! Той, что осквернила твое тело!- ветеран ткнул в сторону Аккапари пальцем. - Да что у тебя вообще в голове?! Аккапари замер. "У-у-у, да, он не фанат некромантии. Я, в общем-то, тоже, но... Сейчас куда логичнее было бы принять противоположную ему сторону. Затянуть в бессмысленный спор." Волшебник натянуто улыбнулся. - Оскверни-ила моё тело? Напро-отив! Смотри, Сейдро - Аркей повержен, а я полностью возвращен с того света! Мне дали возможность продолжать свои исследования дальше... Ты боишься, что их результаты будут направлены против Империи? Однако Империя, которую мы знали, рухнула, рушится и тот мир, который мы знали! "Чем радикальнее выпады, тем лучше. Подточить веру, ударить по справедливости, замутить разум. У меня никогда не был хорошо подвешен язык... Как там говорил тот мальчишка? Ах, да..." Николас удостоверился, что Гвендолен и остальные уже исчезли за поворотом улицы: - Всё, во что ты верил и, видимо, веришь - неправда. Совет прогнил. Девятеро если и существовали, то забыли о нас. Но посмотри - смертный маг успешно превзошёл одну из аксиом жизни, превзойдёт и остальные. Госпожа начнёт новую эру, эру справедливости... Но ей нужна помощь. - волшебник встал в эффектную позу и протянул руку легионеру, правда, ему совсем не мешало то, что их разделяло больше пяти шагов. - Присоединись к нам. Вместе мы воспитаем если не нового бога, то хотя бы повелительницу мира. Убийство графини - лишь следствие того, что рядом с ней нет тебя. Сила заставила её потерять человечность, но она уже стремится исправиться... Ты светлая душа, Веллиндус, ты ей поможешь вернуться на путь добра! Что скажешь? - Смертный маг? Она лич. Издевка над законами природы.- Сейдро стиснул зубы. - Стремится к свету... нет ничего светлого в том, чтобы заменить собой законную власть. Нет ничего светлого в том, чтобы возомнить себя богом и покровительствовать наемникам и убийцам. Ничего... Ты рассказал им о горгульях, так ведь? Решил, что это твой шанс изменить мир? Но нет. Ты ошибся. Ни ты, ни твоя Госпожа, ни Элдарион, ни один безумец, подобный вам, на это не способны, вы все разрушите, уверовав в собственную ложь о том, что все уже рухнуло. Империя стоит. А вы лишь опухоль на ее теле, - пальцы старика обхватили рукоять клинка на поясе,- А ты знаешь, что делают с опухолью, Ник. Прости меня. - Сейдро выхватил меч и ринулся на волшебника. - Прощаю, - едва слышно прошептал Аккапари, поднимая руку в магическом пассе, и между ним и Сейдро появилась могучая фигура ледяного атронаха. "Он всё такой же... Твердолобый и несгибаемый. Прямо как десять лет назад... Ну что же, приступим." Нельзя сказать, что Сейдро особо надеялся на легкую победу, но появление атронаха все же было неожиданным для уже взявшего разбег имперца, и он едва успел увернуться от летящего в его сторону ледяного кулака, пригнувшись. Он сделал небольшой шаг вправо и нанес удар снизу вверх, от чего в разные стороны полетели мелкие осколки магического льда, доставленного, по-видимому, из самой Хладной Гавани. Легионер шагнул снова и рубанул наотмашь по горизонтали - без толку, куски откалывались, но тело атронаха оставалось целым. Он повернулся, чтобы сделать новый надрез, но тут же нарвался на контратаку. Удар пришелся ровно в середину нагрудника, оставив на нем обширную вмятину и заставив Сейдро пошатнуться, отступив при этом на пару шагов назад. Но ветеран лишь тряхнул зашумевшей головой и вновь встал в стойку. "Такой сильный удар даже не отбросил его... Хоть Веллиндус и состарился, но всё ещё твёрдо стоит на ногах. Тогда усилим напор." Николас начал дико размахивать метлой, и Сейдро на расстоянии начало резко дёргать за разные части тела: то тут, то там его хватала невидимая рука, заставляя потерять равновесие, но при этом оставаться на месте. Атронах замахнулся для очередного удара... Но легионер то ли двинулся в направлении взмаха метлы, то ли упал, но в результате Сейдро увернулся от удара. "У него только увеличилось пространство для манёвра! Надо быстро что-то делать... А вон там и Рыцари Девяти приближаются... И легионеры. Ну что же." Аккапари прыгнул и взмахнул метлой по отношению к земле, и упал на крышу соседнего дома. "Пора это заканчивать. С этого места он не доберётся до меня, и я могу просто парализовать его. Стрелы не страшны, если они не доберутся до сердечника: боль я переживу, тело выдержит." Мотания из стороны в сторону раздражали имперца, но он знал, что Ник потратил очень много сил на призыв подобного существа и главную опасность представляет сейчас именно атронах. Он собрался, ибо нужно было завершить все быстро. Монстр вновь двинулся на центуриона. "Ближе." - подумал Сейдро, но тут же изменил свое мнение, увидев, что колдун готовит очередное заклинание. Он исполнил выпад и пронзил колено атронаха, от чего последний накренился и, сдвинувшись, закрыл старика от паралитической стрелы. Существо загудело и вновь выбросило руку в ударе. "Зря." - Веллиндус отпрыгнул вбок и со всего размаха разрубил конечность, а затем вновь повернулся, обрушив шквал ударов на туловище гуманоида. Атронах пошатнулся и упал, рассыпавшись в пыль, которая тут же вернулась назад в Обливион. Сейдро поднял глаза на старого товарища. А тот смотрел на него. Собрав все оставшиеся силы и забыв о хромоте, ветеран побежал вдоль кромки яруса к дому, на крыше которого стоял Аккапари. Он был на несколько футов ниже, и такой прыжок должен был быть осуществим. Оттолкнувшись здоровой ногой от парапета, легионер перелетел узкую улочку и, пробив лезвием дерево, втащил собственное тело на двускатную крышу. Бретонец было захотел бежать прочь, но мечник двинулся ему наперерез, занося клинок для удара ровно в середину груди. В последний момент Аккапари бросил метлу, скрестил руки на груди, и... Меч Сейдро разбил кости обеих конечностей и вошёл в грудь, но в лучшем случае поцарапал сердечник, не нанеся ему существенных повреждений. Костлявые пальцы Николаса, уже не способные двигаться, крепко сжимали разорванную ткань мантии, а на его лице был непередаваемый ужас: волшебник на всего несколько мгновений вновь почувствовал холод смерти, тихо ожидавший его возвращения с самого возрождения в особняке Коррола. На несколько мгновений он потерял связь с Гвендолен и вспомнил, кем был до своего возрождения. Как много он сделал под влиянием Арианы и Гвен, не осознавая этого..? Аккапари дёрнулся назад, и меч легионера вышел из груди и рук. Руки волшебника беспомощно повисли. "Пока пепел не вернётся на место и не восстановит положение костей, я не смогу ничего сделать... А вот следующий удар он нанесёт точно в цель." Николас хрипло выдохнул и сделал шаг назад, а Сейдро, теперь представлявшийся ему жутким убийцей, шагнул вперёд и занёс меч для очередного удара... Знал ли он, что чувствовал старик в эти последние секунды? Вряд ли. Скорее всего, легионер считал, будто спасает Аккапари от какой-то страшной судьбы... Между Николасом и Сейдро пролетел камень, и послышался крик: - НЕТ! Это Меркурио стоял на парапете, с ужасом наблюдая, как его новый друг, пожалуй, единственный человек, который был добр к нему после смерти родителей и ухода Ингения, умирает вновь. Сердечник вылетел из тела Аккапари, и сначала рассыпалось его почему-то резко принявшее спокойное и рассудительное выражение лицо, потом начали осыпаться плечи, оторвались и развалились руки, тихо исчезло туловище и упали ноги. Несколько секунд, и на месте Николаса остались лишь куча разбитых костей и пепел. Меркурио бросил второй камень, который пролетел мимо Веллиндуса, но Ноктюро это совсем не волновало: имперец прыгнул на крышу, схватил несколько костей и череп и, спрыгнув на улицу внизу, вновь обернулся нордом и убежал, прижимая останки Николаса к груди. Центурион спрыгнул следом и было попытался ломануться следом за компаньоном волшебника, расталкивая горожан, но того уже и след простыл. Он тяжело выдохнул и, стряхнув остатки праха с клинка, убрал его в ножны. - Дагонова кутерьма. - задумчиво выдал имперец и заковылял обратно к площади. *** Кентул шел нарочито медленно, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, хоть это и не было необходимо, и никем не замеченным прошмыгнул в незапертые двери. Громадный приемный зал был пуст, тюремщики находились в городе, поэтому добраться до сундуков с имуществом заключенных не составило большого труда. Гораздо сложнее было отпереть их, так как ассасин пользоваться отмычками не любил, предпочитая ломать замки более тяжелыми предметами. И вот сейчас серьезно об этом пожалел. Положение становилось отчаянным, но спасло его прибытие той, кого он меньше всего ожидал, и лишь немногим больше хотел увидеть в этом месте. Мягкие шаги раздались за спиной эльфа, и сладкий голос едва не пропел: - Ты снова не справился, малыш. - Я прибыл, когда все уже было кончено, - прорычал мер. - Это ничего не значит. К тому же, ты попался и здесь. Мне стыдно за тебя, - ворковала Аркуэн, с надменным видом прохаживаясь вокруг ковырявшего ножом замок сундука данмера. - Ты мне не мамочка! - рявкнул он в ответ. Эти нотации выводили его из себя все пятнадцать лет, на протяжении которых он знал эту альтмерку. - Помоги лучше открыть. - Твои истерики всегда меня... заводили, - она говорила медленно, словно тянула время, которого у мера было не так много. Ее рука нежно потрепала щеку эльфа, но отдернулась от его жесткой густой щетины. - Все время мне приходится тебя выручать, мой маленький убийца. Когда же ты повзрослеешь? - мечтательно пролепетала женщина, опуская ладонь на его затылок. Пальцы зашевелились, приятно почесывая данмера. Несмотря на закипавшую внутри ярость, он чуть ли не замурлыкал от удовольствия. - Мне уже двадцать семь, Аркуэн. Я бреюсь с шестнадцати. Так перестань уже называть меня маленьким! - Несмотря на не слишком вежливое обращение, тон стал гораздо мягче. - Открой сундук, и давай смываться отсюда. В этот раз эльфийка выполнила его просьбу, прошептав заклинание. С легким щелчком крышка отскочила вверх, показывая содержимое. За какие-нибудь две минуты эльф приладил доспех из мифрила, накинул сверху темный плащ, а на спину прикрепил катану. В сопровождении Аркуэн он покинул замок и принялся отыскивать взглядом товарищей по заключению. Видя его беспокойные взоры, женщина поинтересовалась: - Куда ты смотришь? Сам же говорил, что нужно смываться. - Мне нужен Зено. У меня осталось незаконченное дело. Ты можешь идти. - Ты не пойдешь со мной? - альтмерка недоуменно уставилась на данмера. - Тебя убьют. Вся стража ловит беглецов, да еще и легион здесь. - Справлюсь как-нибудь, - ответил он, а затем резко повернулся к ней и быстро поцеловал в щеку. - Спасибо, Аркуэн. - После этих слов данмер побежал отыскивать остальных беглецов. - Это и есть твоя хвалёная тётушка? Для подружки она малость старовата. – ехидно пролепетал Зено, присоединяясь к бегущему Кентулу. Пока данмер беседовал со своей знакомой, имперец успел раздеть какого-то стражника и нарядиться в его форму. – Мы должны поймать эту гадюку Гвен и выбить из неё всё дерьмо! Ты со мной, приятель? - Я не прочь с ней мило поболтать. - проигнорировал данмер иронию спутника. Рубака кивнул в ответ и повёл своего товарища за собою. Вскоре, парочка настигла Гвендолен, пытающуюся проделать дыру в городской стене при помощи магии телекинеза. Рядом с ней, качая головой и отпуская нелестные комментарии стоял пожилой мужчина, являвшийся, по всей видимости, её возвращённым с того света отцом, Франком де Лавальером. Кирпичик за кирпичиком девушка разрушала вставшую на пути преграду, но работа эта была крайне непродуктивной – на то, чтобы докопаться до противоположной стороны мог уйти весь день. - Что, попалась? – завопил Зено, выхватывая меч. – Сейчас ты мне за всё ответишь! И за подставу, из… другую подставу, и даже за… - имперец сжал кулак и гневно пнул попавшийся под ногу кирпичик. - Ты трижды подставила меня за одну только неделю! Я думал, мы друзья! - Ну разумеется! Я хотела вытащить тебя из тюрьмы, честно, но Госпожа… - Гвендолен спряталась за спину своего папаши и теперь боязливо выглядывала из-за его плеча. – Она сказала, что так нужно! Но послушай, ведь всё окончилось хорошо, не правда ли? - О да! А знаешь, что может сделать этот день ещё лучше? – Зено весь напружинился и приготовился к атаке. – Твоя кровь на снегу! Прекрасное зрелище! Какой контраст! - Господин Кентул, прошу вас, угомоните этого безумца! – взмолилась колдунья. – Я заплачу вам… вдвойне! - Мне твои деньги не нужны. А вот с вашей госпожи я бы потребовал значительную сумму хотя бы за то, что пришлось проторчать без еды больше суток в этой гнилой дыре. Но сперва стоит покинуть этот корабль. Судя по всему, он скоро пойдет ко дну, и я не желаю тонуть вместе с ним, - взяло верх благоразумие. - Зено, тебе лучше следовать за нами. Кстати, где Эранор? Его, кажется, так звали? - Честно? Мне плевать, где этот серокожий! – взревел Зено. Конечно, он всё ещё желал порубить Гвендолен на мелкие кусочки, но возможность оказаться зажатым меж двух, а то и трёх огней нисколько его не прельщала. – Скоро здесь будут его дружки, спасут, если он им действительно дорог. Есть идеи, как свалить из этой дыры? Желательно, по-быстрому… - мечник в очередной раз пнул кирпич в сторону колдуньи, и, словно не обращая внимания на боль ноге, принялся расхаживать вокруг. Девушка, словно зачарованная, продолжала разбирать стену по кусочку - других возможностей побега она попросту не видела. - А ну-ка, отойди отсюда, - скомандовал Кентул, отталкивая ее в сторону. Сам он сделал пару шагов назад, сложил руки и бросил в стену небольшой огненный шар. Особого эффекта эти действия не принесли, но сцепление между камнями в кладке стало значительно слабее. Некоторые из них теперь можно было отковырять даже голыми руками. Гвендолен улыбнулась, кивнула своему новому помощнику и продолжила работу – на сей раз, она подняла в воздух крупный обломок и принялась долбить им в образованную ранее брешь. Через несколько минут, её усердие наконец принесло плоды, и за кирпичиками начала проглядываться вожделенная свобода. Завершала своё дело колдунья уже голыми руками – её магические силы были полностью исчерпаны; товарищи так же присоединились к ней, и, в конце концов, злополучная компания прорыла себе путь на волю. - Николас Аккапари мёртв. – констатировал смерть своего нового друга подоспевший Меркурио. – Я не успел его спасти. Только сейчас колдунья заметила, что с её руки пропала одна из меток – следовательно, учитель действительно был убит. Гвендолен прикусила губу и лизнула место, на котором недавно зиял связывающий её с Николасом знак. - У тебя его кости? Брось их… - с нотками досады в голосе приказала девушка своему сообщнику. – День, когда мы вновь сможем с ним воссоединиться, уже близок. Меркурио без особого сожаления расстался с останками и поспешил вслед за своими товарищами. Гвендолен уводила их куда-то на восток, в сторону Шпиля Фроскрег, где её, во всём своём великолепии, уже должна была ожидать Госпожа. Суматоха в Бруме постепенно сходила на нет, но каждый её житель знал, что расслабляться рано – у стен уже собирались мятежники, готовые в любой момент начать штурм… Изменено 20 февраля, 2015 пользователем SnowK 3
RottenSkeleton Опубликовано 29 января, 2015 Опубликовано 29 января, 2015 (изменено) {А тем временем... Персонаж, про которого мы все забыли!}28 Первого Зерна, два часа дня, на дороге из Брумы в Чейдинхол- Мда, без Меркурио мы немного проседаем по плану. Ладно хоть мы откопали этих Ракку и Кассия, может, они его заменят... Да их и не так жалко, конечно.Спойлер- Латать ошибки Ингения мне надоело, - угрюмо сказала Гоборра, ещё раз хлестнув лошадь. Адлейн в повозке рассмеялась:- Это совсем не ошибки. Да, Авидо в голову не пришло, что Меркурио попросту выбросит броню и маску, но в целом же мы в выигрыше, верно?- Зато он потерял Меркурио, не так ли?- Больно был нам нужен этот головорез. Зато, смотри, что я "нашла" в тюрьме.Из повозки высунулась рука с золотым кольцом, с изображением кулака спереди. Гоборра присвистнула:- Что это?- Колечко Ноктюро. Занятная вещь, да? А ещё зачарована на отражение урона. Может, этого болвана у нас и не будет, но без его кольца пришлось бы туго.- И как вы это... Э-э... "нашли"?- Ну, скажем так, тюремщик Брумы очень любит спиртное, а я, боги правые, почему-то пришла с ящиком хорошего коловианского эля. Откуда он у меня? Такой в Бруме не продают!- Такой продают в Корроле, и мы были в Корроле до того, как приехали в Бруму... - начала орсимерка, и Адлейн убрала руку и приставила палец к губам:- Тс-с-с! В общем, у тюремщика стало на один ящик больше экзотичного для Брумы спиртного, а мы обзавелись красивой безделушкой.Орсимерка заметила недалеко впереди фигуру в чёрном рваном плаще и резко остановила серую клячу в яблоках:- Тпру!Лошадь жалобно заржала, но остановилась, выдержав вес разогнавшейся телеги. А тем временем фигура в чёрном рваном плаще подняла руку в рваном рукаве и начала читать со свитка:Ненависть - моя эссенция, злоба - мой лучший друг!Кости, движимые хладной местью, поднимаются вдруг,Руки свои тянут, цепко хватают убийцу и шею ломают!Пусть и боль, и холод смерти мои враги познают!- Браво! Браво! Какое замечательное стихотворение, - выпрыгнула из повозки Адлейн, накидывая синий плащ, - Однако я бы лично поправила последнюю строку. И первую. Ваш лучший друг - злоба? Мне вас жаль, сударь... Как вас зовут?- Ты что, вообще не помнишь меня?! - взвизжал неизвестный, топая ногами, а Гоборра покачала головой:- Голгетия, по всей видимости, это Маний Камиллий. Помните этого некроманта?- Разумеется, помню! - соврала бретонка, - И... Эм. Чем я могу вам помочь?- Было бы хорошо, если бы ты умерла, мразь! Ты убила меня уже дважды, пора бы уже расплатиться за свои грехи!- А, ну, тогда, убью и в третий раз, - пожала плечами девушка, доставая рапиру, и Маний мерзко засмеялся:- Хья-ха-хра! В этот раз я приготовился заранее! То "стихотворение" было заклятьем этого свитка! Так что... В атаку, скелеты! Убейте её!Из кустов по обе стороны дороги выпрыгнули восемь костяных мертвецов, правда, без оружия. Гоборра крикнула:- Голгетия, молот мне!- Достанешь сама! Ну что, потанцуем, Манус? Йу-ху-у! - сделала выпад в сторону ближайшего скелета бретонка, а некромант взвизгнул:- Моё имя Маний! Маний!- Маниус?- Маний!- Манний?- Маний! Скелеты! Убейте эту идиотку!- Мааний?- Маний! Убивай, руби, рви, убей её, да что ж ты стоишь!!!- Гоборра, мне кажется, этот человек что-то мне хочет сказать, но я не понимаю, что, - обиженно хмыкнула девушка, уворачиваясь от удара скелета, - И ещё против его слуг не действует моя рапира! Колющие удары не сильно помогают, когда колоть-то нечего!- В этот раз я хорошо подготовился, изучив твоё орудие убийства и создав новый вид нежити, который выдержит удары твоей ра-пи-ры! Смотри же: один удар по суставу, может, и заставит отвалиться руку моего слуги, но вот он вставляет её на место и продолжает свой путь вперёд! Ну давай же! Убей её, идиот, убей!- Именно на такие случаи у меня есть мой бравый кучер! Ну что, поехали, а, Гоборра? - крикнула Адлейн, уворачиваясь от удара мертвеца... Скелет тем временем поймал её плащ и цепко схватился за него, и девушка взвизгнула и пнула его со всей силы. Мертвец развалился, но тут же начал методично собирать себя из отдельных костей...- Брлрлрг, глп, кхррр, - Гоборра допила бутылку пива и бросила её в ближайшего мертвеца, а потом, подняв тяжёлый молот так, как будто она держала в руке пёрышко, проревела:- За-а кре-епо-ость в бо-оло-ота-ах!!- Что это за крепость такая?! - поражённо взвизгнул Маний, а потом завизжал: - Нет, идиоты, убейте орка! Свинорожую убейте! Бросьте вы уже эту бретонку! Аргх! Нееет!Один взмах молота, и вот у одного скелета превратился в труху череп, а у другого разломило на две половины иссохшую грудную клетку. Другой взмах, и третий мертвец полетел в четвёртого, и, перепутавшись с ним костями, начал истошно выискивать собственные в груде чужих. Гоборра беспрестанно ревела, размахивая молотом, а Адлейн, на которую неживые слуги Мания уже не обращали внимания, крикнула:- Смотри, Моний! Боевой раж орка-берсеркера, совмещенный с яростью пьяницы, да ещё и с большим молотом! Может, колющие удары твоих мертвецов и не уничтожат, но дробящие удары их обратят в пыль!- Нет! Нет! Идиоты! И меня зовут Маний! Запомни! Ма-ний! - попятился Камиллий, бешено вращая глазами, а потом побежал вниз по дороге, спасаясь от гнева орсимерки:- Я ещё верну-у-усь!- А ЭТО МЫ ЕЩЁ ПОСМОТРИМ! - взревела Гоборра, замахнувшись и бросив молот вслед за Камиллием. Тяжёлое оружие пролетело расстояние в пять шагов и набалдашником ударило прямо по черепу несчастного некроманта, и тот с тихим визгом обмяк и упал на землю. Скелеты же рассыпались в отдельные кости.Орчиха постояла ещё несколько секунд, а потом схватилась за лоб:- Нггхг! Г-голгетия, мне нужно св-вежени-ее пол-лотенце!- Сейчас, иду! - Адлейн прыгнула к повозке, достала свежую тряпку, облила её водой из фляжки и, сообразив заклятье Холодного прикосновения, передала обледеневшее полотенце Гоборре:- Заслужила! Надеюсь, в следующий раз мы Мунния не встретим.- М-мания, - прохрипела орсимерка, меняя полотенце на лбу и облегчённо вздыхая: рой огненных муравьёв, будто бы проснувшийся у неё в голове, тут же затих. Голгетия пожала плечами:- Ну, я так его и назвала. Всё, в общем, поехали... Эй, лошадка! Лошадка, очнись!Адлейн похлопала остолбеневшую от ужаса серую клячу в яблоках, и та жалобно заржала. Бретонка залезла в повозку и выбралась с яблоком:- На, заслужила.- И откуда у вас столько хлама в повозке, Голгетия, - прохрипела орсимерка, бросая молот на место и залезая на козлы. Бретонка рассмеялась:- Это же мой дом, Гоборра! А в доме всегда есть всё, что нужно для жизни. Ну так что, покатили дальше! Мне ещё надо навестить... Сама знаешь кого.- Да. Сама знаю, - кивнула орсимерка и ласково хлестнула лошадь:- Но!Повозка поехала дальше. Изменено 29 января, 2015 пользователем MadSkeleton 3
Arkadros Опубликовано 31 января, 2015 Опубликовано 31 января, 2015 {Arkadros, Gorv, MadSkeleton, Prisoner-Boratino, SnowK} Спойлер28 число Первого Зерна. Раннее утро. Храм Повелителя Облаков. Сумрачным утром, в некоем полутёмном помещении в Храме Повелителя Облаков под стягом потрёпанного акавирского флага собрались на совет почти все Рыцари-Братья, Капитаны и прочие члены фракции, под предводительством Грандмастера. - Итак, что вы думаете об информации, добытой нашими агентами? - спросил Грандмастер Джоффри. - Конечно, наши операции проходят тайно, мы стараемся скрытно поддерживать мир во всей Империи, оставаясь неизвестными... - начал старый имперец, Рыцарь-Брат, Арктурус. - Но, тем не менее, были преценденты открытых действий, сейчас нельзя терять время, нужно действовать. - возразил, когда-то бывший самым молодым из Клинков, Капитан Баурус. Капитан Стефан, сидя со скрещенными на груди руками на краю крепкого старого стола, прокашлялся и вставил свое слово: - Наших людских ресурсов недостаточно для вмешательства в ход этой бессмысленной войны. Мы не являем собой внушительную силу, способную разрешить этот конфликт собственными усилиями. Глупо будет понапрасну растрачивать такие ценные жизни зря. - А что, лучше и дальше прожигать их этой промозглой дыре? – спросил молодой рыжеволосый бретонец, вальяжно сложив ноги на столе и покачиваясь на стуле. То был Арчибальд Хоукфорд, клинок-шпион, недавно переведённый из Хай Рока; в Храме Повелителя Облаков он действовал всем на нервы, требуя решительных мер. – Сидя здесь я ощущаю себя бесполезным мусором… Нам представился реальный шанс в очередной раз послужить Империи, так давайте же воспользуемся им! Предлагаю немедленно выступить на подмогу! - Мы даже не знаем численности отрядов этого мятежника, Элдариона, - постарался урезонить его капитан. - Нам доложили о том, что от Санкр Тора движется более двухсот воинов. Это вчетверо больше гарнизона нашей крепости. А вдруг с ним идут еще люди? С других концов провинции? Консервативный Арктурус, зацикленный на традициях, поддержал Стефана. - Да, мы не солдаты - мы шпионы. - С каких это пор элитным отрядом императорских рыцарей руководят трусливые курицы? – бретонец укоризненно посмотрел на капитана. – Под Брумой собираются преданные поданные Империи, и наш орден так же должен быть среди них! Я считаю, что мы можем… - вскочив с места, Арчибальд хлопнул ладонями по столу. - Нет, мы обязаны устранить Элдариона и положить конец этому глупому мятежу! Кто кроме нас способен справится с подобной задачей? - Пока мы тут спорим, они всё ближе к Бруме. - решительно произнёс редгард Баурус. - Я поддерживаю Арчибальда. Думаю, и героически почивший Император Мартин Септим поддержал бы нашу позицию. - Император уже десять лет как мертв! - горячо воскликнул капитан. - И потентат Окато тоже! И мы все тоже умрем, если будем соваться туда, куда не следует. - Вы итак умрёте… - Хоукфорд цыкнул и вновь уселся на стул. - От старости. Но я бы предпочёл расстаться с жизнью, исполняя свой долг. - Возможно, из-за нашей пассивности они мертвы. Я помню Императора Уриэля VII, я подвёл его, может если бы было больше людей. - горько пробормотал Баурус. - Но мы обязаны защищать Империю: родился заново этот эльфийский Талмор, смута в наших землях, мятежники совсем рядом... - Что-же скажут другие? - тихий и спокойный, но строгий голос Грандмастера донёсся до каждого из сидящих за большим овальным столом. - Будущее империи против будущего нашего ордена, братья. Что выберете вы? - пояснил собравшимся капитан Стефан, и в этот момент его голос сделался особенно трагичным, словно тот выступал на сцене перед семьей самого Септима. - Не забывайте, что наши шпионы также сообщили о некоем Лиандре Септиме. - сказал Арктурус. - Возможно, стоит проверить его и если он драконорождённый, то пойти за ним, слушать его приказания. Мы ведь искали и ищем их со времён жертвы Мартина Септима. - Да брось! Неужели ты думаешь, что этот полукровка?.. Старый Арктурус посмотрел особым выражением на Стефана, которое капитан мог прочесть, в отличие от более молодых Клинков: "Я просто не хочу резни и нашего исчезновения" - Повелитель облаков и Брума всегда были тесно связаны. Мы всегда были в хороших отношениях с графиней Карвейн. Она не оставила нас в трудный час. И мы не должны.- решил наконец вмешаться Сайрус. - Тем более, что если город возьмут, то мы будем отрезаны, и неизвестно, когда этот Элдарион решит, что от нас тоже надо избавиться, как от пережитка Империи.- добавил Феррум. - Можно скромному коту сказать? Этот кот считает, что все Клинки пожалеют, если не вступятся за Бр-руму, - поднял голос гость из Эльсвейра, сидевший на стуле в углу агент по имени Дж'Марр: - судите сами: если Бруму возьмут мятежники, Клинкам придётся сидеть и прятаться в кр-репости, как маленьким мышам, надеясь, что их не заметят, либо бежать в холодный Скайр-рим под защиту нор-рдов. А если не возьмут, то все посмеются над Клинками, сидевшим в кр-репости, пока по их соседству бр-рали славный гор-род. Дж'Марр ещё в Эльсвейр-ре принял правило никогда не пр-ринимать р-решение не жалеть ни об одном своём поступке. Хаджит оскалил зубы: - Если Клинки боятся за своих людей и за свой орден, как маленькие мыши, то это их пр-раво. Но Дж'Марр пр-редлагает если не всем Клинкам, так тем, кто достаточно крепок, чтобы держать оружие, - разумеется, это был скрытый выпад в сторону более старых Клинков, и, заметив лёгкую досаду на лице Стефана, кот только сильнее растянулся в улыбке, - хор-рошо приготовиться к битве, чтобы не пожалеть о своём р-решении. Дж'Марр согласен! Далеко не все Клинки великие воины, глупо слать шпиона в уже развязавшуюся битву, но и тут они могут пр-ригодиться: пусть р-разведают обстановку, узнают р-расположение войск, чтобы Клинки не впрыгнули в битву, как слепые котята в воду. Потом он скрестил руки и откинулся на спинку стула: - Дж'Марр закончил. - Тогда решено! Собирайтесь... Снова пришло время для открытых действий. - тихо произнёс Джоффри, но все его услышали и поняли. Вскоре после этого, оплот Клинков активизировался: доспехи начищены, катаны заточены, стрелы и пайки розданы. За сравнительно короткое время более половины членов фракции выстроились на плацу Храма Повелителя Облаков, уже готовые выдвинуться в путь. 4 электронная подпись
RottenSkeleton Опубликовано 1 февраля, 2015 Опубликовано 1 февраля, 2015 (изменено) {Тем временем, в Шпиле...}28 Первого Зерна. Седьмой час утра. Шпиль Фросткрег.Мастер телепортации закончил проводить ритуал, и на пьедестале телепорта появился магистр Базил. Несколько магов облегчённо вздохнули, но тут же высокий голос босмера прервал их слабую радость:- Что такого здесь произошло, что меня напрямую призывают из Хаммерфела?Спойлер- О. Теперь всё ясно. Это трагедия... Серьёзная потеря для всей Коллегии.Улыбка босмера сильно контрастировала с его словами, но маги, знавшие Базила, лишь покачали головами и начали осуществлять перенос второго мага, на которого указал уже сам магистр.Базил спустился по лестнице, осматривая изуродованные внутренности Шпиля: величественная библиотека Лиландмона раскидана по всему зданию, обрушившиеся лестницы, рухнувший двемерский аппарат, пепел и трупы, много трупов. Дыру в крыше кое-как заделали огромной глыбой льда, через которую внутрь до того обычно освещенного лишь магическими светильниками интерьера башни падал холодный свет. Всё здание как будто застыло, замороженное во времени. Вдобавок было необыкновенно холодно, и босмер пожалел, что прибыл из Хаммерфела в очень лёгкой мантии.Немногочисленные выжившие после жуткой, унёсшей десятки жизней бойни маги были размещены в спальниках в зале собраний, там, где считанные часы назад определилась их сульба. Между стонавшими волшебниками, шурша коричневой мантией, шагала мрачная фигура с свёрнутой в кольцо на затылке тугой чёрной косой. Чары на серебряном амулете с вырезанной на ней вороной прятали настоящее лицо целительницы, но Базил прекрасно знал, что под равнодушной маской двадцатилетней бретонки пряталась уже много лет угрюмая пожилая женщина. Помимо неё, от спальника к спальнику ходили ещё трое помощников, все в белых халатах, с масками и перчатками.Базил направился к суровой бретонке, минуя магов в белых одеждах:- А, мисс Гринвинд! Хорошо, что они выписали вас из Бравила. Без вас нашим раненым пришлось бы туго.- И вам добрый день, магистр, - бретонка склонилась над альтмером в бинтах и поднесла к его губам стакан воды. Базил кашлянул, скорее из вежливости, и продолжил:- Как обстоят дела в Бравиле?- ...Никак не обстоят.- Как это?Альтмер закончил пить, и Гринвинд отставила стакан:- Я думала, что это кровавая чума... Это не кровавая чума. Вот и всё.Улыбка босмера даже не дрогнула:- Грустно слышать такое от лучшей целительницы Сиродиила.- Я сделала ошибку. Ошибки делают все, даже принцы даэдра... К сожалению, моя ошибка могла стоить жизни нескольким десяткам жителей города. Пока я искала лича в подземельях под Бравилом, нужно было чистить реку и убивать крыс. И чем я лучше Хелбейна, убившего своими действиями почти весь персонал Шпиля? Чем?- Хелбейн - предатель, а вы исполняли свой долг.Целительница вздохнула и встала:- Я закончила оказывать первую помощь. У каждого в ногах лежит свиток с указаниями, как продолжать лечение. Проследите, чтобы раненые не заболели какой-нибудь дрянью, и избавьтесь от трупов. У меня остаётся только вопрос - почему вы вызвали именно меня?Босмер кивнул:- Для вашего вызова были и другие причины... Селена, как вы смотрите на возможность занять кресло магистра, как только меня назначат архимагистром?Бретонка с минуту постояла с пустым выражением лица, а потом ответила:- Отрицательно, как и раньше.- Вы хороший организатор, выдающийся учёный и один из лучших кандидатов на это место.- Ничего личного, магистр, но плевать я хотела на ваши кресла и на ваш статус. Когда Гильдия Магов раскололась, я пошла в Коллегию не потому что хотела ворочать бумажками, а чтобы мне под руку не лезли бюрократы. Сейчас вы предлагаете мне бросить...Женщина взмахнула рукой, показывая лежавших вокруг неё раненных магов:- ...Дело моей жизни. Мою страсть! То, чему я отдала свою молодость, юность, и уже готова отдать старость.Базил сладко вздохнул:- Подумайте сами: опытных магов в рядах Коллегии осталось не так уж и много. Ещё меньше из них - проверенные противники некромантии и верные Империи люди... В наших условиях особого выбора нет. Вы разумный маг, мисс Гринвинд, без вашего голоса в совете магистров Коллегия продолжит катиться... Вниз, и вниз, и вниз.- Это не мои проблемы, что Лиландмон не смог приструнить одного-единственного сопляка, а вы не смогли вовремя приструнить весь остальной совет. Если вы помешаете мне продолжать лечить людей...- Подумайте о своей дочери, Селена! Она всё ещё такая же часть Коллегии, как и вы сами. Если вы бросите организацию на произвол судьбы... Кто знает, как это повлияет на судьбу Лисории.- Вы мне что, угрожаете? - нахмурилась бретонка.- Никак нет, что вы такое говорите! Как вам это могло в голову придти? Я всего лишь взываю к вашему... Благоразумию. Тому, что вас так выгодно выделяет среди... Многих... И многих наших коллег, - Базил подбирал слова очень аккуратно. Селена постояла несколько минут, а потом мрачно сказала:- Я не могу посещать собрания в том режиме, в котором они проводились при Лиландмоне. Я не брошу свою работу, и не брошу пациента в тяжёлом положении ради принятия каких-то дурацких решений.Базил кивнул:- Я даю вам право не посещать собрания, при наличии уважительной причины.- Тогда я подумаю над этим предложением. А теперь идите, вы заставляете пациентов нервничать. Эй, стакан воды мне, живо! - прикрикнула Селена, и один из её помощников начал колдовать, собирая воду из воздуха.- Ч-ч-что мне нужно взрывать, м-м-магистр? - в залу вошёл дёрганый эльф в скромном полушубке поверх утеплённой ярко-красной мантии и с растрёпанными волосами. Базил распростёр руки и пошёл к нему навстречу:- А, Шовор, дружище! Как проходят ваши исследования? Вижу, вы прямо с полигона...- П-п-плохо. Н-н-не надо глупых вопросов, д-д-давайте сразу к делу, - уставился на Базила данмер, чуть было не схватив босмера за грудки. Магистр, довольный, кивнул:- По рассказам, в Шпиле произошло два взрыва... Первый был отраженным залпом ордена боевых магов. Суть второго, однако, нам не известна. Шовор, как нашему... Оставшемуся специалисту по магии Разрушения, я поручаю вам исследовать причины второго взрыва. Мы специально оставили всё в целости и сохранности: вы можете изучить следы произошедшего самостоятельно.- Стоп-стоп-стоп. Вы же не хотите отдать второе кресло магистра этому... Этому больному? - вмешалась Селена. Шовор удивленно захлопал глазами, а Базил улыбнулся ещё шире:- А знаете, хочу. Он также будет неплохим дополнением для состава совета.- Хм-м! Я-я-я согласен, только п-п-при одном условии... - начал данмер, и Базил его перебил:- Право не посещать заседания совета при уважительной причине? Даю. Берите.- Н-н-нет, я не против собраний, - покачал головой изрядно разнервничавшийся эльф, - я-я-я прошу только снять запрет архимагистра Л-Л-Лиландмона, касающийся моего доступа к-к-к...- Этот запрет мне кажется вполне разумным, не следует его снимать, - прервала эльфа Селена, но, к её удивлению, Базил кивнул:- Запрет снят, однако, в свою очередь, при одном условии: все... Испытания производить следует в безлюдных местах, и всю ответственность за жизни ваших учеников берёте вы. В том числе законодательную.- С-с-спасибо, э-э-эти условия меня вполне у-у-у-устраивают, - данмер схватил руку Базила и начал её оживленно трясти, а потом выбежал, подскакивая через каждые два шага, из зала:- Я-я-я займусь расследованием незамедлительно!Магистр выдохнул на руки и потёр их друг о друга, чтобы согреться:- Превосходно. Два магистра у нас уже есть. Селена, как вы отнесётесь к тому, чтобы третьим стала ваша дочь?Селена посмотрела на босмера сверху вниз:- Мою дочь? Базил, при всём уважении, ей едва исполнилось восемнадцать. Вы хотите повторения случая с Хелбейном?- Так и быть, я поищу другого кандидата... Но, одно маленькое "но". Лисория хорошо себя проявила с разработкой системы порталов, и, насколько мне известно, у неё прекрасные, нет, изумительные дарования, которые следует развивать. Селена, вашей нужно пространство для творческого полёта... После случившегося с Хелбейном мне бы хотелось удостовериться, что второй ученик Лиландмона не повторит судьбу первого...- Лисория не повторит ошибок этого... Этого... Сопляка, - Селена едва сдержалась, чтобы не применить какое-нибудь более тяжёлое ругательство, а Базил, будто не заметив, что оскорбил мать, сравнив её дочь с предателем, пружинистой походкой пошёл прочь:- Я очень надеюсь на это. В любом случае, после завершения системы я намереваюсь провести масштабные экзамены на звание волшебника, чтобы в некотором смысле обновить наш поредевший состав. Я думаю, что ваша дочь получит свой посох без всяких проверок.- Спасибо, конечно, но моя дочь пройдёт ваши экзамены и без ваших медвежьих услуг, - насупилась Селена, засучивая рукава, а босмер вышел на лестницу, обернулся и пожал плечами:- В том-то и дело, что я в этом нисколько не сомневаюсь... О, кажется, я опять отвлекаю вас от пациентов, которым вы хотели уделить всё свое внимание. Прошу прощения, я уже ухожу.Бретонка мрачно хмыкнула и развернулась, шелестя мантией. Базил же пошёл дальше вверх, к старому кабинету Лиландмона, ослепительно улыбаясь. Далеко внизу Шовор уже начал что-то колдовать, видимо, изучая магические потоки в области взрывов...Кабинет Лиландмона был в абсолютном беспорядке: когда Нишьен искал его сильнейший посох, он открыл каждый шкаф, вытащил и разбросал все книги, даже перевернул стол. Но даже такой хаос не смутил Базила. Стоило ему только войти в кабинет и сделать несколько пассов руками, как книги, посохи и жезлы сами собой убрались в шкафы, дверцы захлопнулись, а стол встал на место. Пыль от камней душ вылетела в окно, погнутый магический светильник разогнулся и стал светить ярче обычного. Сияющий босмер посмотрел на портрет Ганнибала Травена, висевший над дверью напротив стола напоминанием Лиландмону, чьё дело он продолжал, и лицо бретонца пожелтело и сузилось, выросли и взлохматились волосы, из подбородка появилась борода - и вот уже с портрета на Базила смотрит не Травен, а надменный Лиландмон, получивший фамилию "Спеллус" за заслуги перед Хай Роком, известный как "Золотая Звезда" за свои впечатляющие способности... Герой Империи, от которого, по слухам, осталась лишь горстка пыли.Босмер тихо подошёл к столу и сел в удобное зеленое кресло архимагистра. Оно было для него слишком большим, но все с чего-то начинали.- Неплохо вы расположились тут.Базил поднял глаза: в комнату, тихо бряцая хорошо подогнанными доспехами, вошёл боевой маг. В темноте под капюшоном сверкал одинокий рубиновый глаз и торчала козлиная бородка цвета красного дерева. Босмер радостно поприветствовал его:- Радигер, мальчик мой! Какими судьбами? Неужели вы решили вернуться в наши ряды?- Однажды боевой маг - всегда боевой маг, магистр. Я пришёл мстить за погибшего учителя.Радигер сбросил капюшон. Его густые волосы были уложены в некоторое подобие пламени, как у Нишьена, но несколько шире и короче. Острый горбатый нос, кустистые брови, крепкие скулы, и ещё повязка на левом глазу. Базил с улыбкой показал на свой правый глаз:- Действительно?..- Гнался за даэдропоклонником год назад... Зарядил ледяным осколком, поганец. Глаза нет. Теперь это не для красоты.Боевой маг окинул взглядом книги в шкафу:- Ну, а ещё тут выяснилось, что этим даэдропоклонником всё это время был Вудхарт. Я нашёл точно такую же одежду, как у того убийцы, у него в покоях, прямо в шкафу... И ещё я там нашёл двух поднятых трупов. Сшитые из кусков хаджитов мертвецы, а внутри - души даэдра. Гадкие твари, пришлось изрядно попотеть, чтобы их упокоить. Вы про это знали?- Нет, боюсь, в покои Вудхарта я никогда не заглядывал, всё-таки я уважаю чужое пространство.Радигер сделал шаг вперёд:- Тогда я расскажу вам и про остальных. У магистра Йомвинга обнаружили переписку с каким-то Лионом, предположительно, вампиром. Он рассматривал возможность создания искусственной крови. Граничащие с запретными эксперименты. Как давно у него были связи с вампирами? Красные глаза, бледность, впалые щёки, ночной образ жизни... Знаете ли, всё это наводит на мысль...- Нет, что вы, что вы! Бедастир никогда не был вампиром, вообще никогда... Его слабый организм не выдержал бы подобных трансформаций. Всем известно, что Йомвинг был болезненным человеком с рождения, и его внешнее сходство с вампирами объясняется проблемами со здоровьем. Насчёт ночного образа жизни скажу, что его глаза не могли выдержать дневного света, он не мог ничего видеть без капюшона. Про связи с вампирами я ничего не знаю, но, возможно, такой филантроп, как Йомвинг, вполне мог бы желать спасти жертв венценосной гемофилии от своего жалкого существования.- А Орис? Говорят, она перешла на сторону Вудхарта во время битвы. Я ещё не нашёл ничего, что могло бы её опорочить, разве что какие-то зашифрованные письма, которые ещё предстоит расшифровать... Могли бы эти письма быть перепиской с Королевой Червей? Свидетельства непреложны, магистр Базил. Трое из четырёх магистров Коллегии были, так или иначе, врагами Империи.- Вы намекаете, что я враг Империи? Да вы шутите, - недоумевающе улыбнулся Базил. Данмер с торжествующим видом достал и положил на стол свиток с печатью Совета Старейшин:- Я имею полное право так шутить. Отныне Коллегия Шепчущих находится под строгим наблюдением Легиона. Я назначен представителем ордена боевых магов в рядах Коллегии, и без моего согласия вы не сможете ничего предпринять, даже пальцем пошевельнуть. Может быть, вы единственный кандидат на место архимагистра... Но сначала я должен убедиться, что вы не скрываете ничего, о чём должна знать Империя. На двери ваших покоев лежит мощнейшее заклятье Затвора. Дайте мне исследовать ваши покои, и я уже буду решать, станете ли вы архимагистром или нет.Базил изучил текст на свитке, а потом снял с шеи золотой амулет и протянул его Радигеру:- Коснитесь поверхностью этого амулета ручки двери, и заклятье спадёт. Мне нечего прятать, кроме, разве что, двемерских артефактов, которые я оставил в своих покоях... Исключительно для личного изучения.- Контрабанда? - нахмурился данмер. Базил покачал головой:- Если бы я торговал двемерскими артефактами, боевые маги бы уже давно об этом знали... Поймите, я учёный, а не контрабандист, скрытные сделки это совсем не моё.- О вас идут совсем другие слухи. Будто вы связаны с какой-то сетью контрабандистов, перевозящих двемерские артефакты с Морровинда куда-то на юг... Я точно знаю, что у вас есть недвижимость в Вваленвуде. Да-да, Империи это известно, Базил, - сверкнул глазом данмер, заметив лёгкую дрожь на лице нового архимагистра, - и мы вполне можем придти туда с проверкой, если вы будете хоть как-нибудь мешать Империи.- Уверяю вас, что ничего, кроме моей семьи, вы в моем скромном жилье не найдёте, - поднял брови босмер.- Я сказал, что мы можем придти туда с проверкой? Поправлюсь: проверка уже произошла. Мы нашли там двемерские детали. Много двемерских деталей. И центуриона целого, и несколько сфер, и даже работающего скарабея, и манекен в двемерской броне! И никакой, повторяю: никакой семьи, - оскалил зубы данмер, и Базил, всё ещё улыбаясь, ответил:- После смерти моей матери мои труды - ближайшее к семье, что у меня есть, мои сыны и дочери. Все эти вещи я привёз туда сам после своих экспедиций. Повторюсь: Радигер, я не веду дел ни с какими контрабандистами, и испытываю глубочайшее отвращение к тем, кто зарабатывает на жизнь продажей бесценных артефактов.Данмер на секунду скорчил гримасу: у него действительно не было улик против Базила. В запертом особняке волшебника не нашли никаких следов, откуда именно могли туда попасть двемерские артефакты. Не было писем, записок, пустых ящиков, досок, свёртков. Если Базил и вёл дела с контрабандистами, то он очень, очень хорошо заметал следы.- А что насчёт вашей экспедиции в Хаммерфел? Поразительное совпадение: стоило только моему учителю хоть чуть-чуть отстранить вас от кресла магистра, найти в ваше отсутствие, как по мне, не лучшую, но всё же достойную замену в лице этого некроманта, Рейна... Кстати, вы знали, что он в молодости в Хай Роке поднял целое деревенское кладбище, а потом всю жизнь скрывался?.. Как тут же на Коллегию обрушивается трагедия, и вы, поспешно вернувшись из экспедиции, прыгаете сначала в кресло магистра, а потом и в кресло архимагистра, уже с планом, кому какое кресло отдать. Очень хорошее совпадение, не находите?- Я бы никогда не предал интересы Коллегии, и смерти Лиландмона и большей части магистров и волшебников Коллегии, а также уничтожение уникальной аппаратуры в её интересы никогда не входила. В защиту Эдгара могу лишь сказать, что он сражался за Империю до конца. Немногие маги могут похвастаться таким героизмом... Наконец, я просто знаю, кто достоин места магистра. Я знаю членов Коллегии.- Так ли был вам нужен мой учитель, особенно после того, как ваши отношения с ним, как утверждают мои источники, серьёзно ухудшились? Говорят, в ваше отсутствие он долго о чём-то говорил с Бакингхорсом, прямо перед смертью... Вы всегда были ярым противником Синода, могло ли это повлиять на ваше мнение о нём? - продолжал давить данмер, но Базила, казалось, было невозможно раздавить:- Я и сейчас являюсь их противником. Эти маги не смогли спасти моего друга от смерти... Они не пришли к Коллегии на помощь в страшную для нас ночь, а потом устроили здесь какой-то... Какой-то маскарад! Вы намекаете, что я предал Лиландмона только из-за Синода? Да что вы знаете?!Босмер вскочил и ударил кулаком по столу, сильно удивив данмера. Маленький маг затрясся от нервического смеха:- Ха-ха! Этот Бакингхорс - шут гороховый! Ха! Он думает, что после его вальяжного парада по трупам моих товарищей он получит объединение остатков Коллегии с Синодом, под его управлением?! Кха-ха-ха! Как по мне, он же и виноват в произошедшем: может быть, это он повлиял на Хелбейна, или он же спланировал всё это с Королевой Червей! Ха!- Однако в связях с Хелбейном он замечен не был, как и с Королевой Червей, - нахмурился данмер, - А вы делаете необоснованные выпады против него. Стремитесь сбросить всю вину на своего соперника? Не выйдет.- Ха-ха... Ха... Просто... Я очень опечален всем, что произошло, если по мне не заметно, - уселся, слегка успокоившись, босмер, - а вы устраиваете здесь... Какой-то допрос. Хотите поймать некромантов? Я не некромант. Напротив, я яркий противник некромантии и Культа Червей, особенно после того, что здесь произошло. И архимаг Травен, и архимагистр Лиландмон отдали свои жизни борьбе с некромантами, и оба они были моими очень хорошими друзьями, Радигер. Я бы осквернил их жертвы, если бы стал сторонником Королевы Червей.- Тогда что же с вашими новыми магистрами? Я так понимаю, это будут Селена Гринвинд и Шовор Орис? Шовор - младший брат магистра Авры, а Селена - мать Лисории, другой ученицы Лиландмона...- Селена всегда презирала некромантов, и какие бы грязные слухи о ней вы не ловили, она разумный и честный человек... А ещё Авра не ладила с Шовором настолько, что выслала его с его исследованиями за пределы провинции. Боюсь, у него нет никаких причин последовать за сестрой... Шовор попросту не интересуется некромантией. Его интересует лишь школа Разрушения. Можете сами его спросить, или просто поговорить с ним. Этот мер расскажет вам о взрывах всё, что угодно, но с трудом отличит ключицу от бедренной кости.- А Лисория? Не повторит ли она ошибок Хелбейна?- Нет, не повторит... Я лично возьму её под своё крыло, чтобы этого не случилось. Насколько мне известно, у Лисории нет предпосылок для этого, она просто... Не некромант. И всё.- Нишьен тоже был просто не некромантом... Кстати, откуда у него такое странное имя?Базил вздохнул и откинулся на спинку стула, а потом с улыбкой начал:- Вы как всегда наблюдательны, Радигер. "Нишьен Хелбейн" - бретонское имя. Нишьена подбросили семье родовитых инквизиторов из Даггерфола. Лиландмон когда-то переписывался с Хелбейнами: они ярые сторонники Империи, и активно участвовали в войне с некромантами при Травене... Так что Хелбейн скорее чёрная овца в семье, исключение, а не правило. Я сам удивлён, что он перешёл на сторону тех, с кем его приёмные родители сражались в молодости.- А кем были его родные родители?- Не знаю. Лиландмон говорил, что не знают и Хелбейны. Значит, не знает никто.- Данмеры в Даггерфоле... Что-то мне подсказывает, что они оказались так далеко от родной провинции не просто так. Всё-таки в Морровинде ненавидят некромантов всей душой. Могли ли родные родители Хелбейна быть бежавшими с родины некромантами? - нахмурился ещё сильнее Радигер, и Базил развёл руками:- Я знаю об этом даже меньше вашего. Ясно, что они не были простыми данмерами. Могу предположить, что это были какие-то приключенцы. Правда, сам по себе Хелбейн был очень... Бездарным магом, но это только между нами. Сомневаюсь, что его родители были выдающимися волшебниками, иначе он бы унаследовал талант хотя бы одного из них.- И то верно... И... Что вы намереваетесь делать дальше?- Королева Червей мертва, но мы не остановимся на этом, - продолжал улыбаться босмер, - и продолжим преследовать некромантов, будь они в наших рядах или же вне их. Радигер, уверяю вас: нам не нужна помощь извне. Лучше ищите некромантов в своём ордене.- Каждый боевой маг проходит через тщательную проверку, прежде чем попасть в ряды нашей организации... Коллегия уже показала свою несостоятельность, когда дело касается выбора достойных людей на руководящие позиции. Не проверить после такого рядовых магов было бы преступной халатностью.Данмер поигрался амулетом Базила и пошёл прочь из кабинета:- Произошедшее сегодня навсегда оставит серьёзный отпечаток на репутации Коллегии, Базил. Как бы простые жители не свыклись с идеей, что в Коллегии только некроманты и работают... А если вы покинете кресло архимагистра за несколько дней... Это может служить поводом для запрета деятельности организации как таковой. Мы оба не хотим этого, верно?- На вашем месте я бы поучился прятать угрозы тщательнее, Радигер. Ваша прозрачная риторика меня не пугает. Мне нечего стыдиться... В отличие от вас.Боевой маг остановился на пороге:- На что вы намекаете?Базил тонко улыбнулся:- Лиландмон, когда был ещё жив, поделился со мной, почему вы так поспешно покинули наши ряды сразу после получения посоха волшебника... Тщательные проверки боевых магов были не такими уж и тщательными?- Орден прекрасно осведомлён об этой... Весьма грустной истории, и полностью одобряет моё решение по этому вопросу. Некромантия - преступление, и за преступления следует наказывать, - холодно произнёс данмер, а босмер продолжал почти что нежно лепетать:- Я рад за орден... Но я говорил не только про стыд перед орденом или Империей, но и про стыд перед членами Коллегии. Такими же магами, как и вы.- Мне тогда было всё равно на мнение окружающих. Они осуждали меня за правильное решение.- Однако Коллегию вы всё-таки покинули.- Потому что орден дал мне возможность заниматься тем, чем я хочу заниматься: искать и наказывать преступников. Я стал рукой закона, Базил. Не дай Девять вам оказаться сторонником Королевы Червей, или врагом Империи.- Не дай Девять вам наказать невиновного... Я вот слышал, все свидетельства против бедного Лагронда получены были из ваших рук, а у него самого в покоях не нашли никаких связей с Культом Червя. Орка посадили в Имперскую тюрьму, но Лиландмон не раз наводил справки о нём: образцовый заключённый, не буянит, стражникам не грубит... И до сих пор, спустя столько лет, отрицает свою вину, а вас обвиняет в подлоге. Совпадение?- Так кажется, потому что Ларгонд знает, как следует врать. В комнате у него не нашли никаких улик потому что я их все и нашёл, и предоставил суду, - спокойно сказал Радигер, - но вот в чём я с вами согласен, так в том, что не дай Девять руке закона наказать невиновного.- Хм, - изучил лицо данмера Базил, после чего его улыбка слегка сжалась, правда, так и не разогнувшись до конца: - Я... Понял нашу позицию... Ну что же. Идите, проверьте мою комнату и возвращайтесь, как только убедитесь, что никаких следов связей с контрабандистами там нет. Надеюсь, вам понравится работать со мной: сегодня вечером будет собрание оставшихся волшебников по вопросу Культа Червей. Грядёт охота на ведьм, и у вас будет уникальная возможность... Занять место в первых рядах партера, если не исполнить роль палача прямо на сцене.- Как скажете, - хмыкнул данмер, выходя из кабинета. Намёки Базила его не удивили: такие слухи про себя Радигер слышал не раз, и привык их опровергать раз за разом... Вот и теперь загнанный в угол босмер схватился за ниточку, надеясь, что она поставит данмера на место. Но нет. Он всё ещё был в позиции власти... Радигер сжал золотой амулет и пошёл вниз с твёрдым намерением хоть перевернуть кверху дном комнату Базила, но не пропустить ни единой нитки, ведущей от вечно улыбающегося магистра к сети контрабандистов.А босмер, стоило только двери захлопнуться за данмером, встал, написал несколько строчек на бумажку и, достав старую копию "Руин Кемел-Зе", спрятал её в книгу рядом со множеством других таких же бумажек, а потом положил книгу на место и почти ехидно прошептал Лиландмону на картине:- ...Спи спокойно, старый друг. Коллегия в надёжных руках. Изменено 23 февраля, 2015 пользователем MadSkeleton 3
drak_rad Опубликовано 2 февраля, 2015 Опубликовано 2 февраля, 2015 Спойлер 9:12. 27 Первого зерна Из главных ворот Анвила вышла троица. Здоровенный бородатый орк, вооруженный двумя топорами и по пояс голый, неприметный редгард с луком и саблей и норд в стальных доспехах с мечем и щитом. Эта компания направлялась к конюшням, обсуждая вчерашний налет пиратов. - ... А потом этот идиот ворвался в мою комнату и разбил бутылку с вином. Ну, я не стал это терпеть и ... - рассказывал Готмог. - Ты убил его.- перебил орка Сайрус. - Как ты узнал?- удивленно спросил орк. - Во всех твоих историях ты кого-то убиваешь.- с улыбкой ответил редгард. - А как думаете зачем пираты налетели на Анвил?- спросил Олаф у напарников. - Как зачем? Чтобы побольше награбить.- ответил Готмог почесывая свою бороду. - Нет, мне кажется, эти пираты что-то искали. Иначе, зачем они разбежались по всему городу? Если б они хотели просто ограбить, то обчистили порт, а они даже не потрудились дверь в склад выломать.- сказал Олаф открывая бутылку нордского мёда. - А ты прав.- согласился Сайрус и продолжил.- Они только из двух таверн вынесли всю еду, обчистили несколько не запертых домов и ограбили десятка два прохожих. Вся сума награбленного не будет больше семи тысяч. Это как-то маловато для налета на город. - Не, эти размышления, зачем, почему не для меня, но рожа того ушастого идущего в город кого-то мне напоминает. - сказал орк указывая пальцем на идущего в их сторону альтмера. - Готмог сейчас не время вспоминать всех кого ты видел. Нам еще надо встретить человека которого отправил Эранор и провести его к башне.- оборвал орка Сайрус после чего вся компания подошла к конюшне и усевшись на землю принялась ждать. Высокий эльф в голубой мантии мага быстрым шагом приближался к конюшням. Он был худощавым и немного сутулым, нервно озирался и вообще выглядел крайне подозрительно. Но все основания для этого у него имелись - играть роль командира восстания, самого Элдариона, было опасным делом. Нос ловил терпкий запах гари, а глаз - тоненькие струйки дыма со стороны залива. Город медленно приходил в себя после утреннего нападения. Маг застыл в нескольких шагах от троицы и пристально уставился на нее. Сидя на земле возле забора конюшни троица продолжала разговор, не заметив альтмера. - А может пираты просто хотели доказать что их стоит бояться.- предположил Олаф пожевывая соломинку. - Не, если б пираты просто хотели напугать, то они просто б перерезали пол города.- ответил Сайрус. - А может, эти пираты просто...- начал, было, орк, но заметив альтмера который пялился на них крикнул.- Ты че пялишься? Жить надоело? - Кхм-кхе. Я пришел от Эранора Сноу. Вам велено было ждать меня здесь, - прокашлявшись, начал эльф. - Правда? И зачем мы тебя должны ждать?- спросил Олаф, выплюнув соломинку и встав. - Он сказал, у вас есть для меня кое-что важное, - промолвил эльф. - Впрочем, как и у меня для вас, - он постучал по внутреннему карману, набитому золотом. - О, ну тогда понятно.- уже дружелюбным голосом сказал Олаф.- Значит, тебе нужно чтоб мы провели тебя к психу из Вывирнутой башни. - Видимо, мне нужно именно это, - кивком головы подтвердил свое согласие эльф. - Далеко это? - Всего десять миль по холмам и все.- с улыбкой ответил Олаф. - Так чего же мы ждем? - мер светился энтузиазмом. - Ведите, я последую за вами! - Тогда не отставай.- ответил норд и компания двинулась по Золотой дороге. Через два часа Не долго блуждая по заросшей травой местности троица наемников вдруг остановилась. После недолгих перешоптываний с напарниками Олаф обратился к Альтмеру: - Мы пришли к башне волшебника. Давай деньги. Маг уставился на высокое круглое полуразрушенное строение прямо перед собой. Камни башни изрезали тонкие трещины, со стен свисали густым покровом ветки и молодые, но уже достаточно крупные нежно-зеленые листья дикого винограда. В этой части провинции весна уже вступила в законные права, и на самой вершине здания разливались трелями ранние пташки. - Сначала мы с ним поговорим, а потом вы получите свое, - заупрямился эльф. - Ладно.- ответил Олаф а потом на его лице появилась ухмылка и он добавил.- Но, если ты хочешь найти его, давай половину сейчас. - По рукам, - улыбнулся эльф, доставая из внутреннего кармана небольшой мешочек, который весело зазвенел, опускаясь в руки получателю. - Проводите меня. - Ребята подождите здесь.- обратился норд к товарищам, бросая кошелек Сайрусу и направляясь в середину башни толкая дверь ногой. Войдя в башню, Олаф внимательно осмотрел пустынный и заросшей мхом и виноградом зал. Казалось что здесь здесь уже давно никого не было, но норд направился в центр здания и внимательно осмотрев пол наступил на один из камней, после чего несколько кирпичей взлетели на несколько метров и упали разлетевшись в дребезги. Взгляду открылся небольшой и темный туннель в полу. - Корол'ли живет на восьмом этаже, но первые четыре этажа заброшены и не жилые.- Обратился Олаф к альтмеру. - Как попасть наверх? Неужели через эту дыру? - с опаской спросил мер. Олаф улыбнулся и сказал: - Это вывернутая башня. Верх здесь низ, а низ верх. Мы сейчас в самом низу подвала. Маг с опаской приблизился к темному проходу, помедлил пару мгновений - и начал спуск... или подъем. Ощущения были не совсем обычные, но прочувствовать на себе их полноту не удавалось из-за кромешной тьмы, которую даже маленький огненный шарик не мог пронзить и развеять. Наконец лестница закончилась, и колдун оказался в круглом зале, освещенном магическим мерцанием, исходящим из круглых сосудов на подставках, заменявших настенные факелы. Немного в стороне от люка расположился массивный дубовый стол, за которым в красивом кресле из красного дерева восседал хозяин необычной башни. Корол'ли как раз доделывал маленькую глиняную фигурку каджита, как вдруг увидел эльфа спускающегося по лестнице в его комнату. Внимательно осмотрев гостя маг отложил фигурку и спросил: - Пироженку будешь? - Нет, большое спасибо за предложение, - вежливо отвечал гость. - Но от выпивки не откажусь, - тут же продолжил он, уставившись изголодавшимся взглядом на початую бутылку бренди на краю стола. - Что будешь?- спросил маг, после чего начал перечислять.- Сок, бренди, вино, пиво, эль или что-то другое. - Бренди, пожалуй, - последовал ответ. - Бренди!- Крикнул Корол'ли хлопнув в ладоши. Через несколько секунд из огромного дубового шкафа позади альтмера послышался, лязг метала и шкаф открылся. Из шкафа вышла громадная двухметровая фигура, держащая в левой руке небольшой поднос с бутылкой и бокалом. Дойдя до стола существо поставило поднос на стол и поклонившись ушло в шкаф захлопнув дверцы. Эльф в синей робе принюхался к содержимому. Пахло безопасно, поэтому он с удовольствием отпил маленький глоток, облизал губы и опустил стакан на место. - Если вы не против, давайте перейдем к делу. Я пришел, дабы приобрести ваших големов. - Зачем вам големы? Если честно они плохо убирают и не умеют готовить.- ответил маг, после чего достал из письменного стола лампу и поджог её. Глазам эльфа открылось худощявое лицо мальчика лет пятнадцати. - Говоря откровенно, хочу заметить, что мне они нужны не совсем для подобных целей, - альтмер всем своим видом старался показать, что ни капельки не смущен. Это могло бы обидеть хозяина, да и показало бы недостаточную подготовленность мага к операции. Его начальник никогда не выдавал эмоций, и многие могли это знать. - Правда? Ну тогда я предлагаю открыть свои истинные лица?- сказал мальчик, после чего хлопнул в ладоши рассеивая все заклинания в комнате. Теперь в кресле сидел не мальчик а седой бретонец с длинным носом и маленькими глазками, одетый в синюю мантию.- Зачем тебе големы? - Примерно это я и ожидал увидеть, - удовлетворенно улыбнулся волшебник. - Они нужны моему повелителю, Элдариону, для ведения войны. И раз уж мы перешли к делу, расскажите, на что они способны. - Они могут ходить, бегать, ползать, прыгать, бить, ломать, убирать, гадить и много чего еще.- ответил маг, после чего задал ответный вопрос.- А почему я должен отдать их тебе? - Начнем с того, что я готов заплатить, - усмехнулся гость. - Разумеется, в разумных пределах. - Я думаю заплатить готов не ты а твой хозяин.- поправил эльфа Корол'ли.- Но меня больше интересует чем именно готов пожертвовать твой хозяин, ради моих уборщиков? Вопрос явно поставил мера в тупик. Он не понимал, к чему клонит хозяин башни, поэтому обратился к старому испытанному приему и задал встречный вопрос: - А чего хотели бы вы? Старый маг немного улыбнулся и сказал: - Мне девяносто восемь лет. У меня двадцати этажная башня, два этажа которой забиты сокровищем, а три самими сильными солдатами Тамриэля. Я хочу только две вещи- стейк дракона и умереть. - С первым желанием придется повозиться, - хмыкнул его собеседник, а затем продолжил, - А второе-то зачем? Не проще ли обрести вечную жизнь? Пусть не совсем в человеческой форме, но ведь разум и большинство чувств останутся, если... к примеру, заразиться порфириновой гемофилией. Проще говоря, стать вампиром. - Если б я хотел стать вампиром я им уже давно стал. Я хочу умереть ,но умереть в магическом бою от действительно могущественного мага, но если ты не можешь в этом мне помочь сделай свое предложение. - Вряд ли моих сил достаточно, чтобы одолеть в поединке такого мощного противника, - польстил величию бретонца эльф. - И мой командир вряд ли пожелает рисковать своей жизнью. Маг внимательно посмотрел в глаза эльфу и рассмеялся. - Ха-ха-ха-ха-ха. Значит, я должен продать своих големов еще одному завоевателю мира который боится рисковоть своей жизнью? Передай, что если он действительно хочет завоевать мир, пусть идет в первых рядах. - Он и идет, - спокойно ответил колдун. - Но не бессмысленный поединок, который оборвет его существование зря. В каждом действии должна быть доля разума. - Я потерял разум тридцать лет назад а в обмен получил могущество.- ответил маг а после секундной задержки добавил.- А твой хозяин потерял разум, когда решил захватить мир! Ха-ха-ха. - Может, и потерял, - счел за нужное согласиться гость. У него в голове рождалась одна идея, которую он посчитал безумной еще тогда, когда услышал от Элдариона, но... - Возможно, мой господин может предложить вам нечто интересное. К примеру, ваш желанный стейк. - За стейк я безоговорочно отдам пятьдесят големов, но если все же не найдешь его в следующий раз бери с собой интересные вещи- ответил на предложение эльфа старик. - По рукам, - довольно хлопнул в ладоши чародей. Он и не ожидал, что получит такую мощь практически без всяких усилий. Осталось только выяснить, - А как ими управлять? Не расскажете об устройстве этих созданий? Услышав вопрос эльфа в глазах мага появились магические огоньки ярости и он рассерженным голосом спросил: - Ты считаешь меня идиотом, который рассказывает свои тайны первому встречному? - Я покупатель. И я должен знать все о работе тех, кого приобретаю, - сухо прервал его эльф. - Ха-ха-ха. Ты меня забавляешь. Тогда слушай.- Начал объяснять старик.- Для настройки голема нужно сделать так чтобы твои руки были окружены чистейшей магической энергией, когда это будет сделано ты должен найти магические нити окружающие голема и перемещая их настраивай голема. Понял? - Что-то вроде телекинетической магии? - уточнил мер. - И скольких големов можно контролировать единовременно? Все зависит от навыков и силы заклинателя, не так ли? - Телекинетическая? Возможно и так а насчет количества контролируемых големов я расскажу где-то через часа два, когда объясню как именно их надо контролировать.- ответил маг, но через секунду добавил.- Если конечно тебе это интересно, но если хочешь я сам могу настроить големов. - Будьте так любезны. Кстати, я хотел бы присутствовать при настройке, чтобы рассказать моему командиру. - Ха-ха-ха. Ты хочешь понять как изготовить големов?- задал вопрос старый маг и не дожидаясь ответа продолжил.- Но я тебя разочарую. Настройка это самое легкое в настройке големов и ... Вообще, что я тебе рассказываю ты наверное и огненный шар наколдовать не сможешь. - На то, чтобы их создать, требуется время. Много времени. Ну, я так полагаю. А вот понять принцип работы было бы очень кстати. Это существенно облегчит обучение управлению. А насчет моих способностей речь не шла, - немного оскорбился маг, но виду подавать не стал. - Чтобы понять принцип работы голема, его надо сделать. После моей настройки големы просто будут выполнять все твои приказы, так что управлению тебе учится не надо.- объяснил старик эльфу. - А что если, скажем, их модернизировать? Упростить работу, например. Или попытаться укротить большее их число одновременно? - Тебе зачем?- Не понял бретонец.- Эти вопросы не должны тебя волновать. Я сделаю столько големов сколько нужно и такого силы и размера, какой нужен. - Мой командир любит комфорт и минимальные затраты сил в любых действиях. Полагаю, он захочет приспособить их к своим рукам, - поделился своими соображениями мер. - Или добавить некоторые функции, к примеру, отражение магии, ее поглощение или что-нибудь другое. - Если твоему командиру что-то нужно, пусть говорит я сделаю.- ответил бретонец.- Или пусть сам придет и если у него хватит мозгов, возможно, я его научу. - Возможно, вы поедете со мной к самому Элдариону? - А это куда? На тот свет?- с улыбкой спросил маг - Пока он жив, - криво усмехнулся гость. - И долго еще протянет, не сомневайтесь. - Ну да я совсем забыл что сейчас в моде садить в тюрьму.- с улыбкой сказал маг.- Ну ладно можно и проведать твоего хозяина. 2
Рекомендуемые сообщения