Обратная сторона монеты

[Prisoner-Boratino]

Идея родилась давно, но исполнить получилось не сразу. Тем не менее, мы сделали довольно многое за эти полгода, и я благодарен всем, кто продолжает участвовать в этом нелегком, но тем не менее очень приятном деле.
Прилагаю ко всему этому делу опрос, но прошу: не отвечайте, пожалуйста, после прочтения первой главы, да и второй - тоже. Они не дадут вам полного представления о действующих лицах. К тому же, я уверен, что ваши чувства и отношение к персонажам поменяются не раз на протяжении всего повествования. И прошу голосующих писать, почему они сделали тот или иной выбор (пожалуйста :))
P.S. Пусть вас не смущает тот факт, что первые главы написаны небольшими и не слишком связанными отрывками. Это временно и нужно для того, чтобы ввести персонажей в сюжет. Дальше все потечет гораздо более размеренно и гладко.
Критика, как и позитивные комментарии, приветствуется ;)
Сами главы будут появляться примерно 1 раз в неделю. Так что ждите как новые выпуски любимого сериала)

Глава 1. Гости собираются

Спойлер

Стояла отвратительная погода. С серого затянутого тучами неба целый день моросил промозглый дождь. Вся дорога превратилась в одно месиво из грязи и воды, затрудняя движение. Однако старая кляча тянула за собой крытую повозку, хлюпая в грязной жиже. Бородатый старичок в грязной шапке погонял ее вперед, подстегивая уздечкой. Он что-то бубнил невнятное, оглядывался по сторонам да покрикивал на лошадь. И лишь пару раз оборачивался, чтобы посмотреть на двух пассажиров, расположившихся в его повозке. Там, среди тюков с какими-то тряпками, мешков с солью и ящика с кочанами капусты расположилось два чужеземца, которых старик повстречал в эту отвратительную погоду на дороге, одиноко бредущих, мокрых и грязных. За небольшую плату он согласился их доставить в ближайшую таверну. Больше они ни о чем не говорили. Все это время путники хранили полное молчание.
То были данмеры, бредущие откуда-то с границы со Скайримом. Мужчина и маленькая девочка. Должно быть его дочь, подумалось старику.
Он снова оглянулся. Данмер, облаченный в странную расшитую кожаную курточку, с плотным шарфом на шее и необычными сапогами, укрепленными крепкими костными пластинками, сидел на мешке и смотрел на девочку в плотном кожушке, опоясанном широким ремешком, и синих узорчатых штанах, которая прижимая игрушечного медвежонка, расположилась между тюков, положив свою голову мужчине на колени. Тот гладил ее по черным как вороново крыло волосам, временами поглядывая куда-то в даль.
Чужестранцы. Откуда они? Беженцы с Морровинда? Но почему здесь? Старик хотел было задать эти вопросы, но не стал. Девочка спала, а ее отец полностью погрузился в свои мысли.
Его звали Дрэвер. Представитель сгинувшего в огне и пепле Великого Дома Хлаалу. Но теперь это неважно. Былого не вернешь. Он один из последних. Он и его дочь, Нелор. Последнее, что осталось у него в жизни. Маленькое чудо, дарованное ему и его погибшей супруге самой Азурой. Как много им пришлось пережить вместе. Сколь много испытаний взвалили на их плече боги. Но пока они вместе преодолеют любые трудности.
Нелор спала, свернувшись калачиком. Дрэвер же не намеревался спать. Всякий раз, как он закрывал глаза, вновь переносился в тот страшный день, когда великая Красная гора задрожала от мощного удара и дико взревела, исторгая из себя красные потоки смерти, в одночасье похоронив под грудой пепла не одну тысячу данмеров. Эти чудовищные звуки: грохот и рев могучего вулкана, крики умирающих и плач детей, до сих пор звучали в его ушах. Те же кошмары часто донимают и Нелор. В такие ночи она просыпается с диким криком, зовет маму, а затем плачет. И всякий раз Дрэвер успокаивает ее и остается у ее кровати до самого утра.
Нужно найти место для ночлега. Старик сказал, что неподалеку есть ближайшая таверна, и за несколько золотых согласился подбросить. Если это правда, то скоро они с Нелор наконец-то смогут поесть горячих харчей.
***

Как и говорил старик, скоро добрались до одинокой придорожной таверны, названия которой Дрэвер так и не запомнил. За все то время, что они с Нелор пробыли в Скайриме, побывали около десятка различных трактиров, больших и маленьких, богатых и бедных. Пожелав им удачи, старик поехал дальше.
Таверна ничем не отличалась от множества других. Все тот же сладкий запах солода и хмеля, чеснока, дыма и пота. Тихо трещат поленья в камине, шкварчат жарящиеся на вертеле свиные окорока. Несколько усталых путников попивают эль и вино за столиками, два легионера о чем-то разговаривают, уплетая тушеную капусту с сочными крылышками.
Вдохнув столь приятный аромат, Дрэвер облизнулся, а желудок тут же недовольно заворчал, требуя немедленного насыщения. Наконец-то, горячие вкусные харчи и добрая кружка эля! Как долго у него этого не было. Почти целую неделю они с дочкой питались одним лишь вяленым мясом да черствым хлебом с водой. Лишь пару раз Дрэверу удавалось подстрелить неосторожных кроликов, но особо ими не наедались, ибо были какими-то тощими.
Расположившись за столиком у камина, данмер заказал у хозяина горячего супа, расплатившись красивым крупным изумрудом. В это время Нелор, скинув кожушек и развесив его на спинке стула, грелась у огня. Хозяин, волосатый имперец с огромным животом, подал две миски с ароматным луковым супом, хлеба и мяса.
Отужинав, данмер и его дочка отправились в снятую комнату. К сожалению двухместных комнат не было, и кровать одна. Но это ни сколько не смутило Дрэвера. Уложив дочурку в постель, сам улегся на пол, подложив под голову лежащий в углу мешок с чем-то мягким. Завтра они продолжат свой путь. Доберутся до Имперского Города, а там видно будет. Нужной найти себе работу. Любую. Будет работать как и в Скайриме на лесопилке, или в порту разгружать лодки с рыбой, или наймется в охрану какого-нибудь богатого купца. И да поможет им Азура.
Дрэвер повернулся в сторону кровати, где мирно спала Нелор. Бедная девочка. До чего же она похожа на свою мать, Ниссару. Эти пышные черные как вороново крыло локоны, чуть вздернутый носик, пухлые губы. Все как у Ниссары. А ведь с тех пор Дрэвер не шел на контакт ни с одной женщиной. Хотя однажды еще там в Хелгене, где он работал на лесопилке, симпатизировал одной хорошенькой босмерке-охотнице. Но нет. Память гибели Ниссары еще была жива. И всякий раз в своих ночных кошмарах он вновь и вновь видит ее лицо.
Дрэвер перевернулся на другой бок. Внизу слышался оживленный разговор, звучный смех, а затем тихая песня подвыпивших путников.
Был один случай, в прочем это было как-то спонтанно, он как-будто и не контролировал себя. И до сих пор помнил ее страстные поцелуи, ее запах шелковых золотистых волос, ее приятное горячее дыхание. Это была нордка, красивая, изящная, как сама Азура. И в ту холодную ночь в Вайтране он не устоял перед ее чарами. И хотя на улице дул ледяной ветер, им было жарко вдвоем. Аромат ее волос дурманил его, как и томные стоны наслаждения. По истине эта нордка владеет искусством Дибеллы, всю ночь сливаясь в едином порыве экстаза. Но на утро его охватил страшный стыд. Никогда еще этот данмер не испытывал такого угрызения совести. Перед глазами снова возникло лицо Ниссары, глядящее на него с укором.
Дрэвер перевернулся на другой бок.

***

Повозка подпрыгнула на ухабе, и одно из колес заскрежетало так, что Джубен был вынужден зажать уши ладонями. Лошади встали. Упитанный кучер-норд спрыгнул с козел и подбежал посмотреть, что там такое.
- Дело дрянь, господин. Заклинило. Надо чинить, а это часа полтора верных. Подождете?
- Пожалуй нет,- бретонец поднял глаза на розовеющее небо, - Сам доберусь. В любом случае, спасибо. А много осталось-то?
- Не за что. До Лейавина? Мили две, не больше.
Так, рассчитавшись с извозчиком и перекинув палку с котомкой на конце через плечо, священник бодро зашагал по отшлифованным ногами тысяч путников камням... Солнце уже почти скрылось и в последних его лучах между деревьями уже стали виднеться верхушки городских башен, когда погруженного в собственные мысли богослова кто-то окликнул. Джубен повернул голову.
- Юноша! Да-да, вы! - позвал его сидящий на траве старик-имперец в шелковом платье.
- Я... Я могу вам чем-то помочь? - осведомился Маталь, подходя ближе к незнакомцу.
- Да нет, просто хотел спросить, что вы делаете так далеко от города в столь поздний час... Хотя, если вы поможете мне встать, буду крайне признателен.
- Конечно.- бретонец подал руку мужчине, помогая тому подняться на ноги,- Все очень просто. С моей повозкой приключилось несчастье и теперь приходится завершать путешествие на своих двоих.
- Ясно... Ну что ж, тогда я, пожалуй, составлю вам компанию. Все равно собирался возвращаться, - произнес старик, начиная идти.
- Благодарю. Можно на "ты". Джубен Маталь.
- Очень приятно. Я Сейдро Веллиндус. С позволения спросить, что привело тебя в Лейавин в эти неспокойные времена?
- Желание помочь людям. Я священник.
- Похвально, похвально... Стой! - Сейдро резко остановился и прислушался, ивы по левую сторону от дороги шевелились. Он медленно вынул из ножен на поясе серебряный меч с диковинным узором, в котором Джубен сразу различил буквы дэйдрического алфавита. Раздалось скрипучее, смешанное со свистом, шипение и из-за листвы выпрыгнул сухопутный дреуг.
- Встань позади меня!- скомандовал имперец и попытался нанести монстру удар, но лезвие прошло по касательной, не пробив толстый панцирь. Дреуг же замахнулся в ответ и ткнул мужчину клешней в живот. Тот охнул и сделал пару шагов назад.
Бретонец отчаянно пытался вспомнить хоть что-нибудь из школы разрушения, но ничего кроме "вспышек" ему на ум не приходило, а потому ими он и решил воспользоваться. Маг-самоучка щелкнул пальцами, наскоро сформировал в каждой руке по маленькому огненному шарику и запустил их в дреуга. Урона, конечно, от них было, как от швыряния скамповых фекалий, но для того, чтобы отогнать зверя от Сейдро они вполне годились. А большего и не требовалось. Имперец шагнул вперед и с ходу отсек твари одну ногу, от чего последняя завизжала, как сброшенный со скалы гоблин, затем повернулся и вонзил меч прямо в шею животному. Бой был окончен. Старик выдернул клинок, отошел на пару шагов назад и посмотрел на свой живот. Разодранное платье было все запачкано кровью.
- Не шевелись, - сказал Джубен и поднес руки к ране, ладони его засветились голубоватым светом и повреждения затянулись на глазах, - Так лучше?
- О, намного, - как бы удивленно ответил вояка,- Мне бы так уметь. Спасибо тебе... Слушай, я тут подумал, зачем тебе сейчас беспокоить нашего настоятеля? Переночуй у меня, и кровать свободная есть. Что скажешь?
- С удовольствием, - улыбнулся священник и путники двинулись дальше. До городских ворот оставалось совсем немного.
***

Стояла ночь, но в канализации Имперского Города от смены времени суток ничего не менялось. Зено вытер окровавленный меч о полы и без того багряной мантии, а затем побрёл дальше, аккуратно разглаживая собственные волосы. Гоблин, посмевший встать на пути мечника несколькими мгновениями ранее, ныне был рассечён на две идеально ровные половинки и оставлен далеко позади – вряд ли его богиня обрадуется столь никчёмной жертве. Коридоры столичного коллектора виляли, всё глубже и глубже увлекая за собою имперца – некогда здесь обитал вампирский клан, состоявший в сговоре с руководством арены; теперь же даже крысы сторонились этого злосчастного места, впитавшего в себя следы порочной магии и жестокой бойни.
Наконец, забравшемуся в эти негостеприимные катакомбы человеку начали попадаться следы пребывания кровососов – сначала его хищному взору предстала горстка разложившихся тел, а затем и целая комната, наполненная обезглавленными трупами. Среди них особо выделялся лишь один аккуратно уложенный скелет, сжимающий в своих руках лук нордской работы и серебряный топор. Похоже, то был один из павших искателей приключений, несколько лет тому назад избавивших канализацию от присутствия вампиров. Авантюристы отдали последние почести своему товарищу, но так и оставили его останки догнивать здесь, среди поверженных врагов. Подобно безмолвному караульному нёс он свой вечный дозор, не позволяя злым душам покидать сию безымянную гробницу – или проникать в неё. Но сегодня его бдению наступит конец.
Кости захрустели под ногами Зено – имперец бесцеремонно прошёлся по телам, разбрасывая на своём пути останки некогда могущественных хищников. У тела воителя он остановился и присел на корточки, а затем несколько раз ткнул пальцем в его череп, после чего почувствовал незримое одобрение некой сущности, витающей в больном разуме мечника. Этого ему было вполне достаточно, чтобы понять – цель достигнута. Именно сие всеми позабытое тело требовалось его владычице для исполнения какого-то грандиозного замысла.
- Вот оно значит как… - прошептал Зено, прижав ладони к щекам. – Отчаянный рубака, павший в бою с превосходящим числом противником? Нет! – имперец вырвал из рук покойника топор и швырнул его в соседнюю комнату, откуда всё ещё исходило слабое магическое свечение. – Ты сам себя угробил, идиот! Но ничего, у тебя ещё будет возможность проявить себя… Возрадуйся, ибо Леди взывает к твоей никчёмной душонке! – безумный хохот разнёсся эхом по всему коллектору. Мечник вознёс свои руки в молитве, но ничего не произошло; безмолвная сущность лишь продолжала витать подле тела павшего бойца. Вскоре, его кости были аккуратно сложены в кожаную сумку, а сам Зено поспешил покинуть это нелюдимое местечко.
***

Дирмах готовился ко сну. Ранее он расставил незаметные самодельные ловушки по периметру лагеря. Он прилег, но сон никак не желал приходить - мешали две навязчивые мысли. Одна касалась недавнего побега альтмера из тюрьмы, вознаграждение за которого было многообещающим, но дело было даже не в награде, а в самом событии: загадки требовали ответов. Другая мысль была насчет женского, томного голоса в голове, который не смогли изгнать лучшие шаманы и целители родного Скайрима; голос, предположительно, принадлежал самой Ноктюрнал.

"Нужно сделать выбор", - подумал Дирмах.
"Твой выбор уже сделан", - ответил голос.

Дирмах подавил голос силой воли, как всегда. Этот голос тоже был загадкой, и всегда говорил что-то неопределенное. Дирмах не знал, что и думать: либо это лорд даэдра, либо воспаленное сознание. Не было бы голоса, пределец начал бы поиски беглеца, который будет пойман подобно зверю рано или поздно. Рассудив здраво, бретон решил, что обрести ясную голову лучше, чем вести продолжительное выслеживание альтмера-убийцы.

"Выбор сделан", - и с этой мыслью Дирмах провалился в чуткий сон, решив выдвинуться завтра на юг.
***

Взрыв сотряс стены тюрьмы Имперского Города, и металлическая решетка камеры, всего пару секунд крепко сидящая на петлях, слетев со своего привычного места, ударилась о противоположную стену и с веселым звоном опустилась на пол. На несколько мгновений в воздухе повисла тишина, такая пустая, что удары собственного сердца отзывались глухим рокотом в голове. Застучали по каменному полу железные подошвы стражников, спешащих на место происшествия, заскрипел в давно не смазывавшейся замочной скважине старый ключ, и несколько легионеров замерли в проходе, глядя на высокую фигуру, покидающую свою камеру, перешагивая через обломки вырванных из стены булыжников. Грубая, грязная, совсем не по размеру сшитая одежда висела на его худом теле подобно рваным мешкам. Заключенный повернул голову в сторону стражей порядка и тяжело вздохнул. На его тощем лице появилась и тут же пропала грустная улыбка. Выйдя на середину коридора, он снова взглянул на обращенные к нему глаза в прорезях закрытых шлемов и обнаженные лезвия стальных мечей, таинственно поблескивающие при свете одной-единственной свечи. Беглец ждал; солдаты ждали. Ждали действий со стороны противника.
Первым не выдержал мужчина в обносках; тонкие руки поднялись к груди, источая мягкое сияние. Внезапно свет разросся, ослепляя, заставляя жмуриться и прикрывать глаза, и к тому моменту как закованные в броню стражи порядка смогли, наконец, осмотреться, их очам предстало абсолютно пустое помещение.
А в это время босые ноги альтмера сошли с мощеной мостовой района тюрьмы на старую, полугнилую прошлогоднюю траву Имперского острова, совсем недавно освободившуюся от гнета снежного покрова. Он полной грудью вдыхал свежую утреннюю прохладу, шагая к песчаному побережью. Спустившись к озеру, эльф умылся и, сбросив неудобную рубашку, погрузился в прозрачные воды Румар. Ледяная вода обжигала, мышцы сводило, но меру было все равно. Грязь, скопившаяся на коже и волосах за полгода заключения, размывалась и отставала, даруя легкость и ощущение чистоты, такое приятное и давно забытое. Переплыв озеро, мужчина убрал назад прилипшие к лицу пряди и прислушался. Пение ранних птиц, шум ветра в безлистных ветвях прибрежной рощи - кроме этого ничто не нарушало спокойствия, царившего к северу от Имперского Города. Крик чайки заставил эльфа испуганно дернуться и насторожиться. Однако поблизости никого не было. Выбрав нужное, одному ему известное направление, путник зашагал прочь от бывших такими родными, но теперь ненавистных ему белых стен.
Спустя всего пару часов гонцы уже спешили во все города провинции с новым выпуском столичной газеты, который гласил:

«Доблестные граждане империи! Тучи вновь сгущаются над нашей славной родиной! Сегодня утром стало известно, что обвиняемый в убийстве нашего горячо любимого канцлера Окато преступник совершил дерзкий побег из стен столичной тюрьмы. Имя этой тати – Элдарион, альтмерский волшебник, что подозревается в сговоре с Талмором, принадлежности к агрессивно настроенным вампирским кланам и пособничестве различным еретическим движениям, уже не раз ставившим под угрозу жизни своих соотечественников. Приметы злоумышленника: высокий эльф средних лет, с длинными медными волосами и короткой козлиной бородкой. Лицо имеет резко выраженные черты, острый подбородок и высокие скулы. Глаза голубые, глубоко посажены, нос прямой и острый.
Спешим успокоить вас и сообщить, что имперский легион незамедлительно начал расследование, и сейчас преступник, скорее всего, уже схвачен. Вот что поведал нашему корреспонденту начальник городской тюрьмы: Ситуация находился полностью под нашим контролем. Этому ублюдку действительно удалось обвести нас вокруг пальца своими чарами, но тем самым он лишь сыграл нам на руку. Мы рассчитываем, что беглец приведёт нас к своим сообщникам, и все они в кратчайшие сроки будут возвращены обратно в тюрьму, где им самое место. Хоть этот альтмер и наделал много шуму, обошлось без жертв – сейчас все мои люди в полном порядке и уже готовы вернуться к исполнению своих обязанностей. У нас пока нет информации касательно того, каким образом беглецу удалось избавиться от кандалов, подавляющих чары, но мы подозреваем, что один из посетителей смог передать ему необходимые инструменты. Я могу лично поручиться за каждого своего бойца и заверить вас, что среди персонала тюрьмы предателей нет. Если же таковой обнаружится, мы позаботимся о том, чтобы он сам занял место сбежавшего.
Как вы видите, наш доблестный легион делает всё возможное, чтобы обратить свой маленький прокол на пользу империи, а потому мы можем и впредь со спокойной душою доверять им нашу защиту. Если же вы являетесь искателем приключений, наёмником, борцом за справедливость или просто желаете оказать содействие в поимке преступника, то обращайтесь в столичную тюрьму для получения дополнительной информации и инвентаря. Совет старейшин обещает награду в 5000 дрейков за голову предателя, или 10000 септимов при условии, что преступник будет доставлен живьём и передан в руки правосудия. Так же, легион предоставит щедрое вознаграждение в 500 золотых всякому, кто располагает какими-либо сведениями касательно местонахождения убийцы или людей, пособничающих ему. Знайте же, что беглец – крайне силён, и попытка задержать его может обернуться катастрофой. Тем не менее, угрозы для мирного населения быть недолжно, поскольку новыми целями предателя, скорее всего, станут высокопоставленные члены правительства и другие представители сиродильской знати.
И всё же, редакция настоятельно рекомендует гражданам не покидать свои дома после захода солнца, а так же воздержаться от посещения кладбищ и прогулок по дикой местности. Как уже сообщалось ранее, на улицах Имперского города орудует душегуб, чьими жертвами стало трое человек. Помимо этого, участились случаи разорения могил и нападения бандитов, в частности, на Синей и Серебряной дорогах. Количество беженцев из Морровинда и южных регионов Скайрима продолжает расти, что также неизбежно ведёт к повышению агрессии и возникновению новых беспорядков на территории нашего благодатного края. Берегите себя, и да хранят нас Девять».
***

Столица встретила мечника всеобщим беспокойством и оживлением. По улицам сновали стражники, а граждане боязливо метались от здания к зданию, ожидая массовых облав и беспокоясь за собственную безопасность. На человека, облачённого в окровавленный плащ и несущего при себе чужие останки, никто даже не обратил внимания – так сильно горожане были озабочены побегом из тюрьмы опасного преступника. Новость о том, что альтмер, убивший канцлера Окато, теперь разгуливает на свободе, распространялась подобно болезни, и тому способствовали как болтающие на каждом углу сплетники, так и объявления о розыске, ныне украшающие чуть ли не все столичные стены.
Зено, бредущий в сторону конюшен, лишь наслаждался царящей в городе атмосферой. Его радовал сам факт того, что кому-то удалось скрасить скучную и беззаботную жизнь здешних обитателей. Собственные попытки мечника устроить в столице панику не увенчались успехом – похоже, местные уже привыкли к кровавым ночным расправам, а вот бегство предателя, уличённого во всех бедах империи, оказалось для них в новинку. Кто же станет новой жертвой смутьяна? Действий Элдариона мещане ожидали даже больше, чем ответных мер стражей порядка. Кто-то полагал, что эльф собирается поднять восстание против зажравшихся свиней из Совета Старейшин, другие видели в нём лишь агента Альтмерского Доминиона, подосланного наносить удары в самое сердце Империи… А что же до самого Зено... ему не было никакого дела до того, кто прав, а кто виноват. Он с радостью примкнул бы к предателю, просто потому, что тот не позволяет людям чувствовать себя в безопасности. Сейчас они встревожены, но что будет дальше? Мечник готов был хоть прямо сейчас начать возделывать ростки хаоса, посеянные эльфом, чтобы впоследствии пожинать плоды людских безумств.
Тем не менее, в настоящее время он преследовал совсем иную цель. Голос увлекал его куда-то на север, в заброшенный форт, где его ожидали останки ещё одного “избранного”. Зено повесил сумку с костями на седло лошади – с другой стороны уже висела ещё одна, точно так же набитая человеческими останками. Оседлав своего мрачного скакуна, имперец галопом пустился по Красной кольцевой дороге, ведомый кровавыми видениями и навязчивыми шепотками.
***

В этот вечер в "Плуте на привале" было особенно шумно, и там, где обычно общались шепотом, теперь шли громкие споры. И без того популярный среди приключенцев всех мастей постоялый двор в этот день стал своеобразным пунктом сбора для тех, кто внял зову правителей провинции, или просто для тех, кому сумма в десять тысяч золотых в обмен на одну (живую) голову казалась легкой наживой. Бармен, молчаливый смуглый имперец с блестящей лысиной и сломанными ушами, только и успевал принимать заказы и доставать с полок бутылки с диковинными названиями на этикетках.
За что и любили это место авантюристы и пройдохи, так это за отличный выбор. Бармен по наказу истинного хозяина заведения, некоего графа, ныне пребывающего где-то в восточных провинциях, обеспечивал посетителей самыми экзотичными напитками: тут пили мясные напитки Валенвуда, сладкое питьё Эльсвейра, благородные вина Даггерфола, крепкий нордский мёд Скайрима, суджамму и грииф из Морровинда. Небольшая кухня в задней части здания, забитая выходцами из других провинций, производила из завезенных ингредиентов разнообразные блюда из других провинций. При этом наличествовали и традиционные для Сиродила жареная оленина, пастуший пирог и изысканные вина Сурили и Тамики. Конечно, и цены были высокими, однако почти никто не жаловался - одни легко расставались с легко заработанными деньгами, другим просто нравилось каждую неделю пробовать что-то новое, а третьи приходили просто посидеть за компанию.
Через некоторое время первоначальная суматоха улеглась. Большинство бахвалившихся, что поймают беглого негодяя в одиночку и голыми руками, уже покинуло заведение, твердо намеренное исполнить свои угрозы. Первый этаж постоялого двора почти что опустел, и лишь в двух разных темных углах собрались группы озиравшихся на другую группу приключенцев, обсуждавшие своё "дело". Бармен, довольный выручкой за день, уселся на табуретку за стойкой и начал считать звонкие золотые монеты.
Меню напитков висит над стойкой:
- Мёд - 5 зол.
- Эль - 3 зол.
- Аргонианский эль - 10 зол.
- Пиво - 3 зол.
- Сиродиильский Бренди - 10 зол.
- Суджамма - 10 зол.
- Грииф - 10 зол.
- Вино Сурили 440г. - 10 зол.
- Вино Сурили 415г. - 30 зол.
- Вино Сурили 399г. - 40 зол.
- Вэйрестское вино - 10 зол.
- Сентинельское вино - 20 зол.
- Аргонианское кровавое вино - 40 зол.
- Вино Тамики 399г. - за деталями к бармену.
- Вино изгнания теней - к бармену.
- Валенвудский мясной напиток - к бармену.
...И ещё множество названий и цен, по всей видимости, приписываемых по ходу дела.
Меню блюд дают по требованию слуги:
- Жаркое из оленины - 5 зол.
- Похлебка из картошки и капусты - 3 зол.
- Похлебка из капусты и яблок - 3 зол.
- Салат из капусты и томатов - 2 зол.
- Хлеб - 1 зол.
- Эльсвейрское фондю - 10 зол.
- Фруктовый десерт - 5 зол.
- Арбуз целый - 5 зол.
- Пирог пастуха - 3 зол.
Комнаты стоят: те, что попроще и попрактичнее, с одной чистой постелью без клопов - 10 зол. на ночь. Подороже, в которых себя чувствуешь дворянином - 40 зол. за ночь. В конюшне - бесплатно, если предупредить бармена заранее. На полу спать запрещено.
Наконец, многие постояльцы знают, что бармен, будучи опытным бойцом, сам любит дать совет или обсудить свежие сплетни с посетителями. Правда, по-настоящему интересные вещи он обсуждает только с теми, кто приплачивает звонкой монетой...
В шумном людном помещении, где каждый увлечен спором с соседом или топит горе на дне стакана, на новое лицо редко обращают внимание, и этот раз не был исключением. Неторопливым шагом альтмер спокойно вошел в большой зал постоялого двора, расталкивая локтями подвыпивших посетителей, и в конце концов протиснулся к углу барной стойки и жестом подозвал бармена; тот и бровью не повел, увидев гостя, и также молча кивнул головой в сторону винного погреба. Спустившись в сухой прохладный полумрак, где пахло пропитанным спиртным духом дубом больших деревянных бочек, Элдарион решился, наконец, открыть рот:
- Антус, мне нужна твоя помощь.
- Опять? - усмехнулся имперец, и его густые усы поползли вверх.
- Полагаю, ты знаешь, в каком я положении. Надеюсь, одежда моего размера у тебя найдется? Какая-нибудь мантия. Да и обувь бы не помешала, - альтмер пошевелил пальцами босых ног.
- Что-нибудь еще достать? - осведомился бармен.
- Бумагу и чернила. И будь добр, принеси бутылочку Сурили 399 года.
Полчаса спустя облаченный в темно-коричневый дорожный плащ с капюшоном эльф покидал таверну. Антус согласился разослать письма по назначенным адресам, что несказанно обрадовало Элдариона, и теперь его голова была полна планов, воплощением которых в жизнь он собирался заняться в самом скором времени. Погруженный в мысли о будущих делах, мужчина шагнул через порог и неожиданно для себя столкнулся нос к носу с довольно молодым худым данмером. По правде говоря, "нос к носу" - выражение не слишком подходящее, ибо выходец Морровинда был по крайней мере на голову ниже своего сородича с островов Саммерсет, и нос его уткнулся альтмеру в грудь. Взгляды их встретились.
Пару минут спустя в таверну зашел человек в капюшоне на которого никто не обратил внимание. Он совершил какой-то жест, и за ним поплелось что-то мелкое. Подойдя к барной стойке, он подозвал бармена:
- Аргонианского кровавого и тарелку жареной оленины, - сказал незнакомец. Он был в капюшоне, но бармен по голосу понял - аргонианин.
Бармен поставил перед ним бутылку с вином и тарелку с жарким, которую незнакомец поставил на пол.
- Вам не понравилась оленина? - спросил бармен.
-Она не для меня, - отозвался путник.
В тот же миг из его плаща что-то начало выползать. Поначалу бармен принял это за крысу, но это была совсем не крыса.
Из-под его плаща показалась странная головка, которая тут же притянула блюдо к себе и утащила обратно.
- Это скатлер, - прочитал путник вопрос в глазах бармена. - Спас от живодёра в Балморе.
По соседству с ним сели два человека и начали о чём-то шептаться, но он чётко слышал каждое слово. Они хотели поймать преступника, сбежавшего сегодня утром, и получить награду за него.
- Интересно, - подумал аргонианин. - Надо бы его поймать, а то я почти на мели, да и в Имперский Город мне лучше не соваться, награда за собственную голову слишком большая. Что ж, подумаю об этом завтра, а сейчас надо бы поспать.
- Есть ли свободный номер? - спросил он бармена.
- Конечно.
- Вот, - тот кинул ему деньги .
- Где эта комната?
- На 2 этаже, сразу направо.
Зайдя в комнату, он рухнул на кровать, а зверь после попытки залезть на нее устроился подле.
***

Пульсирующая боль пронзила голову молодого предводителя разбойников, заставив его вскрикнуть.
«Это была ловушка», - подумал Седрик. - «Только самый изощрённый и злобный разум мог отправить полный обоз с дорогими винами без охраны».
С трудом поднявшись на ноги, он окинул взглядом лагерь, больше похожий на поле битвы, и отправился искать воду, попутно пиная спящих. Вскоре лагерь наполнили стенания страдающих от похмелья разбойников.
Окунувшись в ледяную воду ручейка, Седрик смыл с себя следы вчерашнего гуляния и осмотрелся. Бандиты расположились лагерем в живописном месте у синей дороги подле камня коня (почему-то было единогласно решено, что он принесёт им удачу), между небольшими скалами.
Седрик всё еще осматривал окрестности, как вдруг услышал шелест позади себя. Обернувшись, он увидел огромного седого орка выходящего из кустов, с оленем на плече.
- Проснулись, слабаки, - загоготал орк. – Таким как вы только молоко пить!
Сам здоровяк выпил вчера почти два бочонка бренди, но сейчас был свежим как монах в пост.
- Не ори, Дашур, обливион тебя побери, – Пробурчал Седрик. – Лучше дай совет, куда нам лучше идти. Мы уже слишком долго на Синей дороге, рано или поздно Легион проведёт здесь облаву и нам всем конец.
Дашур поскрёб живот и изрёк:
- У каждой уважающей себя шайки должно быть место где они могут отдохнуть и пересчитать награбленное, – Рассудительно сказал орк. – я предлагаю занять какой-нибудь заброшенный форт. В последнее время народ говорит о форте Гриф, что на маленьком острове, к востоку от Бравила.
- Так и поступим, – Устало сказал Седрик. – До форта Гриф почти два дня ходьбы, так что вы отправляйтесь вперёд, а я схожу в «Плута на привале» узнаю последние новости, куплю лошадь и нагоню вас.
Орк кивнул и пошёл разделывать тушу оленя.
«До «плута» я доберусь часа за два» решил Седрик и отправился завтракать.
К полудню они с каджитом К’Рисом уже шагали в таверну.
***

Джубен протер глаза и повернул голову. У камина на стуле сидел Сейдро в коричневых штанах и рубахе и штопал свое платье. Над огнем висел котелок.
- Который час?
- М! Доброго утра! Уж за полдень!
- Проклятье...
- Ничего, с дороги всегда так. Завтракать будешь?
- Не откажусь.
- Отлично. Еда на столе. А я пока пойду прогуляюсь.
Имперец встал со стула и, привесив меч на пояс, вышел. Бретонец же накинул робу, завязал пояс, умылся из поставленного на полу ведра с водой и сел за стол. Стол старика нельзя было назвать богатым, но по сравнению с тем, что Джубен ел в часовне Брумы, моченые яблоки и пшенка с куском хлеба показались ему настоящим пиршеством. Особнячок был крепенький и неплохо обставленный: тут были и полки с парой десятков книг, и картины, и небольшой письменный стол. Особенно внимание священника привлек манекен со сверкающим доспехом на нем и прислоненная рядом клеймора. "Как вообще можно орудовать такой штуковиной?"- подумал было служитель, когда Сейдро вновь появился в дверях в одной руке он держал свернутый в трубочку толстый лист бумаги.
- Разжился газетенкой! Ох, а чай-то уже кипит!- он указал пальцем на котелок.
- Сейчас.- отозвался бретонец и, схватив тряпку, висевшую тут же, вытащил его из огня.
- Замечательно!- Веллиндус взял из буфета две керамические кружки, одной зачерпнул чая себе, а вторую отдал соседу, который последовал его примеру. Старик опустился на стул, сделал глоток и развернул газету. Прочтенное заставило его поперхнуться и выплюнуть половину чая в камин.
- Что такое? Ты в порядке?
- Кхе-кхе... э-кхе... Похоже, мой старый друг вышел... из тюрьмы...
- Ну так это же здорово!
- Боюсь, большая часть граждан Империи с тобой не согласится. - он передал Джубену газету.
- Что?! Элдарион? Погоди, ты хочешь сказать, что убийца канцлера Окато... твой "старый друг"?!
- Да. Ты хочешь спросить, что свело вместе главного преступника Сиродиила и отставного капитана Легиона? Я объясню.
В течение следующего часа Сейдро поведал молодому Маталю о своих приключениях в Имперской канализации, вампирах, гладиаторах и прочем...
- Потрясающе... Из твоей истории я не совсем понял только одно- как тот маг, Николас, заставлял каменные статуи двигаться и подчиняться приказам?- начинающий колдун явно решил научиться созданию горгулий.
- Понятия не имею. Знаю только, что это было связано с душами, в них были заключены души дремор... Да. Точно. Я точно слышал, как одна из них хрипела голосом дремора...
- Хм, - бретонец достал из сумки дневник и пометил в нем: "Душа низшего дэйдра+ камень=живая статуя?"- Но что же толкнуло Элдариона на путь преступления?
- Если б я знал. Если честно, то я не верю, что это он. Когда его посадили, я пытался добиться аудиенции, но посетителей к нему не пускали.
- Может, он правда не виноват? Странно все это... Никогда не понимал, что двигает людьми в таких случаях. Поговорить бы с ним, но ведь когда власти его найдут, наверняка казнят без суда.
- Так найди его сам.
- Извини?
- Ты сказал, что хочешь помогать людям. Не самая ли это лучшая возможность? Поймай его и найдешь ответы на свои вопросы, спасешь невинные жизни и... принесешь покой в мою душу.
Джубен на минуту задумался, хотя и сразу знал, какой даст ответ.
- Да. Я сделаю это. Я должен. Наверное, только так я смогу доказать окружающим и себе самому, чего я стою... Но. Но с чего начать?
- Это я, пожалуй, знаю. Последний раз, когда мы собирались все вместе: я, Гней, Миун-Ай и Элдарион, это было в таверне "Плут на привале", что возле форта Урасек. Местный бармен- его друг. Рискну предположить, что он мог отправиться именно туда, от тюрьмы до той таверны буквально десяток миль.
- О, боги, опять качаться в повозке...
- Нет. Сегодня в Нибен должен войти почтовый галеон. Он всегда пополняет запасы в здешнем порту. Думаю, я смогу договориться, чтобы они взяли тебя на борт. Завтра днем уже будешь в Имперском городе.

***
- На, держи, за красивые глаза информации трактирщик не предоставит.- Сейдро вложил в руки священнику мешочек с полусотней золотых,- И я попрошу тебя только об одном. Оставь Элдариона в живых. Он все же спас мою шкуру в тех туннелях.
- Я понимаю. Не волнуйся.
- Спасибо. Береги себя и удачи.
И, пожав руку седому имперцу, Джубен шагнул на мостки. Парус наполнился ветром, канаты ослабили хватку, и корабль бодро пошел вверх по реке...
***
Старый дворянин сошёл с лодки и, бросив монетку лодочнику, проследил, как тот отбыл, а потом быстро побрел к айлейдским руинам. Неуклюже шагая по белоснежным камням и наступая порой в грязь, имперец пыхтел, потел и карабкался по берегу ко входу в катакомбы. После того, как он запачкал новый бархатный камзол, имперец уже про себя думал, что зря вообще пришёл сюда, однако, всё же, надежда увидеть голову того, кого он пожелал увидеть убитым, была сильнее жадности или любви к чистоте.
Рядом со входом в руины валялись пара искалеченных трупов в дешёвых обносках - шкуры убитых животных и, изредка, кожаные шмотки, приобретенные за бесценок одна Ноктюрнал знает где. Мародеры, обитавшие в гробницах. У одного из них была огромная дыра в груди, у другого то, что осталось от черепа, больше напоминало расколотый арбуз. Дворянин зажмурился и, закрыв нос, пошёл по крыльцу к каменной двери, но всё же случайно наступил грязной туфлей в кровавые останки того, кому размозжили голову. Имперец взвизгнул и рванул к входу.
Потом он шёл по пустынному подземелью - и везде видел такие же следы ужасной расправы над обитателями руин. В величественном Вилверине не осталось фонарей или камней, благо всё подчистую вытащили и украли гораздо раньше, однако имперцу с кольцом Ночного Зрения это не было помехой. Однако то тут, то там рука машинально тянулась к кольцу на безымянном пальце, то потирая его, то передвигая колечко на пальце. В абсолютной тишине и пустоте катакомб, созданных древними айлейдами, ему было жутко не по себе.
Наконец, в сердце руин, сразу за сломанной и выкорчеванной ловушкой находился коридор, ведший в освещенную комнату. Имперец с облегчением снял кольцо, поняв, что больше ему не нужно будет лицезреть ужасы, сотворенные с мародёрами. Дворянин сглотнул, смахнул часть грязи с полы камзола, пригладил волосы и, забыв о своих спешке, неуклюжести и неопрятности, вошёл в залу с видом человека, владеющего этим местом.
- Кайрус, ты серьёзно мне задолжал.
Имперец резко потерял самообладание. Дверь сзади резко захлопнулась, и из кольца тени, образованного одинокой свечой на полу, вышла одинокая фигура. Кайрус узнал силуэт практически сразу, или, по крайней мере, тот силуэт, который маленький человечек пытался изображать перед Кайрусом. Высокий, бледный имперец с чёрными как эбонит волосами, длинным вытянутым лицом и длинной, узкой тростью. Однако дворянин, бывший в юности с магией Иллюзий на короткой ноге, легко видел сквозь неё: он видел маленькую, плохо слаженную фигурку в костюме с высоким воротником и в золотой маске. И фигура это явно понимала. И продолжала играть роль.
Однако Кайрус не отдавал себе отчета, что его пугало больше - бледная маска, натянутая поверх этого странного человечка, или отблески на золотой маске, застывшей в улыбке, не совмещавшейся в его уме с настороженно-сердитым голосом из-под неё. Он не хотел бы выбирать, чего бояться и что видеть. Уж лучше бы он либо прятался лучше, либо не прятался вообще.
Хотя, пожалуй, настоящее лицо под маской Кайрус хотел видеть ещё меньше.
Он сглотнул и тихо, твёрдо сказал:
- Сегодня я верну мой долг. Сначала покажите мне голову.
Бретонец резко дёрнулся - а имперец вздрогнул и вжал в голову в плечи, - и вытянул руку куда-то за грань видимости да едва слышно прошептал что-то. Раздался скрежет камня, столь знакомый Кайрусу, и вот рука имперца вернулась, держа за ухо кошачью голову. Голову хаджита. Как настоящий хаджит, только без тела под ней.
Бретонец без предупреждения махнул рукой назад-вперёд - голова упала прямо в руки имперцу. Тот вскрикнул, увидев ещё раскрытые, залитые ужасом глаза убитого, и уронил её. С мягким стуком трофей упал и покатился по полу, а дворянин с отвращением фыркнул.
Золотая маска холодно и вкрадчиво сказала:
- Я что-то не вижу мешок с блестящими монетками.
Кайрус сглотнул и, положив руку в карман, начал ощупывать его содержимое и незаметно натянул одной рукой кольцо Ночного Зрения. Из темноты выступили три фигуры - ещё один человек, в темном плаще, и два каменных исполина, собранные из прямоугольных блоков. Имперец, сначала вздрогнув, осознав, как близко эти махины были к нему и к его шее, всё же про себя отметил, что с прошлого раза их количество сильно уменьшилось.
- Однако, вы теряете хватку, Авидо. В наше время хватит... Хватит всего лишь расписки. Я храню своё золото в надёжном месте.
- Я очень надеюсь на это, Кайрус.
Что-то блеснуло под капюшоном плаща, и дворянин вздрогнул - вторая маска, тоже золотая! Их, Ингениев, было двое! Почему он раньше не замечал этого?
А тем временем фигура рядом со свечой теряла терпение:
- Кайрус, ты же знаешь цены моих услуг?
- Я уверен, что вы будете удовлетворены моей оплатой, - пробормотал Ингений, доставая руку из кармана, - но сначала... Сначала позвольте задать вам один маленький вопрос.
- Спрашивай, - в голосе того, кто стоял рядом со свечой, послышались нотки интереса.
- Скажите, верите ли вы в Девятерых?
Минута молчания. Самая длинная минута в жизни старого аристократа, а он их знавал много. Например, та минута, когда он отравил своего дядю ради наследства. Самая сладкая и самая страшная минута - ждать, пока яд сожрёт разум старого брехуна и озолотит его... К сожалению аристократа, дядя соврал о содержимом завещания, и в конце концов племянник больше потерял, чем получил от этого неуклюжего убийства. Но теперь, казалось, от этой минуты зависело нечто большее, чем благополучие имперца, и лишь он знал, что это для него означало.
- Глупый вопрос от глупого человека. Уж не Зенитаром ли вы решили меня застращать? Или привлечь на свою сторону милосердную Мару? Кайрус, даже Тёмное Братство не сможет меня убить, а алтарь из часовни разве что раздавит, если его кто-то сможет поднять, и кроме меня таких чудотворцев не так уж и много!
У имперца в горле пересохло, но он всё равно продолжил свой заранее монолог:
- А я верю в них, Ингений. Знали ли вы, что я год назад совершил паломничество? Нет, не отвечайте. Но вы знаете, что буквально на следующий день после моего возвращения из него я пришёл к вам. Вы не задавали вопросов, легко верили любым обещаниям и только продолжали убирать одну цель за другой. Вы ради гор золота убили одинокого графа, беззащитную лекаршу, старого разведчика из Легиона, целую ветвь того культа Дагона, а теперь ещё и этого ублюдка Ксинарра Брадобрея, острым клинком отрубившего моему младшему брату подбородок. Все эти люди так или иначе совершили зло моей семье, и теперь все они мертвы - но гор золота вы не получите.
Золотая маска долго молчала, молчал и имперец. Наконец, Авидо всё таким же холодным голосом нарушил тишину:
- Извините, что?
- Вы не получите ни от меня, ни от моей семьи ни единого септима. Вы взяли на меня грех убийства всех этих людей, однако вы убили куда больше хороших, я знаю это, и вы не молитесь Девятерым о прощении.
- Кайрус, меня следует кормить золотом, а не глупыми священническими сказками. Где. Мои. Деньги?!
Последнее слово вырвалось одним визгом - визгом боли, агонии, разочарования. Иллюзия имперца разорвалась в клочья, но тут же собралась - Кайрус даже удивился, как легко Авидо взял себя в руки. Должно быть, что-то связанное с его жизнью наёмного убийцы. Аристократ дрожащим голосом закричал:
- Единственной наградой тебе будет моя смерть! О Девять, сколько унижений и страха я перенес, ожидая умереть от лап твоих каменных тварей, но теперь я знаю, что умру сам и с улыбкой на устах. Умру сам, своими руками!!
Кайрус резко вытащил то, что было в кармане - маленькое колечко с иглой, а на ней - смертельный яд. Аристократ вонзил иглу в шею и почувствовал, как едкая боль распространяется по всему телу. Перед глазами имперца пролетели последние мгновения его жизни, и вот, он уже перестал беспокоиться о запачканном камзоле, а лишь улыбался, вспоминая, как пожимал руку своему дяде с точно этим же кольцом и точно таким же ядом.
Имперец упал замертво.
- Феноменально! Поразительно! Бриллиантно! - вскрикнул, захохотав, Авидо, стуча по каменному полу дорогой деревянной тросточкой, - Меркурио, запиши ещё одно моё достижение - я довёл старого брехуна до самоубийства!
Фигура в капюшоне зажгла жаровню, и зала заполнилась жарким золотистым светом. Ингений подошёл к скрюченному трупу и, недолго раздумывая, перехватил трость и начал ею избивать старика, при этом смеясь так заливисто, как смеются только маленькие дети и большие грешники. Ноктюро молча достал бумаги - он знал, что у его хозяина очередной холерический припадок, истерика, связанная с тем, что ему только что вырвали из-под рук десять тысяч золотых наличными. Ноктюро также знал, что Авидо уже давно хотел убить Кайруса, однако всё никак не собирался, не решался запачкать руки таким мелким, жалким тараканом. Ингений до последнего надеялся, что старик вернёт жуткие долги, и тогда на них удастся заказать новые каменные статуи и новые заполненные камни душ под новых солдат. Но вот его надежды рухнули, как карточный домик, и теперь напряжение, накопившееся в душе Авидо, лилось наружу, как вино из продырявившейся бочки.
Убийство Ксинарра заставило их попотеть - мерзкий хаджит прятался высоко в горах Джералл, где в заброшенном форте обустроил целое поселение бандитов. Теперь башня Брадобрея была усыпана трупами, но это стоило им двух камнеломов - Бетта и Берты. Конечно, у них оставались самые могучие и самые быстрые - Дорт был с Авидо ещё с тех пор, когда с ним не было Меркурио, а Абнетт был одним из немногих камнеломов, на души для которых Ингений потратил неплохие деньги, и внутри него сидел не скамп, а ужас клана. Однако с двумя слугами они были как без одной ноги - с такой "армией" даже мародёры из Вилверина могли бы стать угрозой, если бы Ноктюро не убрал их главаря, шибко быстро размахивавшего эльфийским молотом, метким выстрелом в голову.
- ...Ладно, я полагаю, что даже из этого мы можем извлечь урок.
Меркурио отвлекся от своих учётных записей, где баланс Каменных Кулаков медленно, но верно таял, скачками исчезая в те моменты, когда Ноктюро терял Ингения из виду, и тот уходил напиться в очередной дом терпимости. Ингений обернулся, и поверх маски появилось лицо Кайруса - Авидо стал точной копией старика, разве что с тростью.
- Ты проникнешь в его дом под его лицом, убьёшь одного его грязного, мелкого, жалкого родственника за другим, и начни с того, кому порезали кожу на подбородке. Можешь кинуть ему эту голову, я думаю, день рождения у него скоро, да?! - Ингений со смехом пнул голову Ксинарра, как будто это был детский мяч. Меркурио обратился к записям и быстро начал листать принятые письма - предложения разных сортов, записки от информаторов, заметки из газет. Он привык их собирать, запасая на тот случай, если Ингений решит снова оторваться от Ноктюро и пойти выпить - а только дурак бы не понял, что Авидо сейчас хотел устроить очередную грандиозную пирушку, и только запах золота, большого куша мог бы его успокоить, если слово "успокоить" вообще имело какое-то отношение к Ингению.
Наконец, Ноктюро остановился на свежем, практически белоснежном бумажном листе, на котором курсивным почерком и с официозным языком делали предложение, от которого было трудно отказаться. В приложении - заметка из "Вороного курьера", буквально от сегодняшнего утра. Меркурио сообщил:
- Господин, друзья из высших кругов прислали нам письмо.
- Какие друзья? Мне казалось, что эта малявка была нашим самым высоким другом. Кем он там был? Третьим дядюшкой старухи Карвейн?
- Я даже не уверен, не врал ли он про свое генеалогическое древо.
Ещё один удар тростью по трупу, и Ингений пошатнулся - так долго без неё удерживать равновесие он не мог. Однако имперец быстро успел подставить трость под себя, и, отдышавшись, ковыляя подошёл к Меркурио. К облегчению последнего, Авидо выхватил протянутую бумагу.
- Так и быть, прочту. Может, у нас появились друзья получше.
Глаза под маской явно напряглись, читая витиеватые изречения и узаконенные конструкции на бумаге. Меркурио воспользовался моментом и отошёл к трупу Кайруса да проверил у того пульс. Потом лучник достал меч и аккуратно, как ножом срезал Кайрусу голову острым эльфийским лезвием, благо зачарование на нём делало работу проще. За последние несколько лет Ноктюро узнал, пожалуй, слишком много о ядах, используемых владыками Сиродиила: уж одних отрав, способных повергнуть в летаргический сон, тут был целый ряд на выбор, даже с формулами, по которым можно было установить, как зависит срок сна от концентрации и вида. Если старик и решил себя прикончить, то явно думал, что его труп больше не будут мучить. А зря.
- Зачем тебе его голова?
Меркурио поднялся, держа за седые патлы голову аристократа. Из трупа внизу тихо лилась ещё не остывшая жиденькая кровь. Авидо явно уже закончил читать и аккуратно сворачивал бумагу в трубочку - хороший знак. Ноктюро улыбнулся под маской:
- Вы подарили ему голову Ксинарра, я дарю вам его голову.
Точно таким же движением, каким Ингений кидал голову хаджита Кайрусу, Меркурио кинул голову Кайруса Ингению. Тот, однако, даже не вздрогнул и с ловкостью обезьяны поймал её, правда, за большой нос.
- Хороший бросок, не то что у меня. Старому ослу пришлось отойти назад на шаг, чтобы попал точно в руки.
- Делайте с ней что хотите, я переоденусь в его одежду. У него были хорошие маги в семье?
Авидо взял голову аристократа за основание шеи и начал глубокомысленно разглядывать:
- Вряд ли что-то по-настоящему талантливое. Старик так высоко залетел не из-за умелого использования яда, а из-за магических дарований. Мне бы такой талант, старый пень умудрялся поддерживать Очарование на лице до самой смерти, и никаких тебе зачарованных безделушек...
Ноктюро стянул камзол, теперь запачканный и кровью, и грязью, вслед за ним - дорогую рубашку, шелковые панталоны, даже нижнее белье. Всё это было для Меркурио маловато, однако, если родственники усопшего и увидят сквозь иллюзию его истинный вид, то хотя бы перепугаются не на шутку, увидев окровавленную одежду своего любимого дедушки, натянутую поверх имперца в золотой маске. Кроме того, у лучника уже был опыт ношения слишком маленькой для него одежды. Ноктюро сбросил плащ и кожаную броню:
- Как много у меня времени?
Авидо отвернулся и поднял бумаги Меркурио, изучая числа:
- Даю два дня на подготовку. Вырезать всех, желательно за одну ночь и в закрытом особняке - как в хорошей пьеске, знаешь, той, что про тот особняк в Скинграде. На обналичивание их вещей, думаю, ещё один день? С этим данмером из Гильдии Воров так сложно сторговаться, особенно когда он догадывается, что мы к Гильдии не имеем никакого отношения. Эх, нам снова нужны хорошие друзья оттуда...
Ноктюро натянул рубаху и панталоны, и поверх запаха пота, леса и шишек появились запах крови и дорогих духов:
- Ваши приказы, как всегда, очень трудно выполнить. Что мне делать в случае провала?
- В каком это смысле - в случае провала? Ты не провалишься. Если тебя распознают сразу, берёшь и вырезаешь всех, кто попадётся под руку, хватаешь самую ценную вещь в доме и сбегаешь. Сейчас деньги не главное, главное - знаменование.
Меркурио поперхнулся. Авидо ставит что-то выше денег?! Однако Ингений внешне был холоден и серьёзен, истерика уже почти прошла - письмо курсивом легко вернуло его в "нормальное" состояние. Ноктюро про себя улыбнулся:
- А стража?
- Стражу тоже. Если верить этому письмецу, - Авидо бросил счетные записи Ноктюро и показал свернутую трубочку, - то пара лиц из Совета обещают замазать белой краской все наши мелкие грешки, стоит нам только принести беглеца на серебряном подносе с яблочком во рту. И ещё, представь себе, десять тысяч септимов из государственной казны, прямо-таки долг Кайруса... Я не упущу такой шанс нагрешить по-крупному, Меркурио, о не-е-ет!
- Старик ушёл в воду, утянул с собой кучу народу, мы поставим сапог на его черепок, поднимемся вверх, в мир грехов и утех, и потопим мы в воду кучу народу? - Ноктюро нескладно процитировал несколько строк из упомянутой Ингением пьесы, добавив свою. Ингений замахал рукой:
- Да-да, что-то в этом роде, но только не надо стихоплётить. Хотя, если я доживу до старости, то не забудь составить про это пьеску - "Последний грех Золотой маски". Ха-ха, в премьеру небось будет такой аншлаг!
Ингений смеялся холодно, надрывно и совсем без смеха в голосе, и Меркурио понимал, что разум его господина уже отвлекся от мести, и Авидо просто продолжал идти по той же линии из упрямства и нежелания отменить уже отданный приказ. Ноктюро набросил камзол и окончательно принял вид Кайруса, а Авидо бросил голову старика в жаровню:
- Не забудь сжечь тело и развеять прах по ветру. Не оставь ни следа. А я...
Театральный взмах рукой, и на золотой маске Авидо заплясали какие-то недобрые огни:
- ...Я иду в "Плута".
Такова была их жизнь - жизнь наемников, берущихся за любую работу, за любое дело, лишь бы за ним пряталось золото, лишь бы под горами трупов оказался заветный сундучок, лишь бы в кишках хаджитской рабыни был контейнер с драгоценным лунным сахаром, а во рту у убитого дворянина были лишь зубы из цельного золота. Одно поражение в этой войне не означает ничего, если не мёртв ты сам, ведь пока ты ещё жив и можешь двигаться, значит, жив и твой поход по обочине общества, куда честный обыватель даже и не завернет, а бесчестный побрезгует - ведь всё ещё жива твоя жажда золота.

 

Глава 2. Вокруг «Плута»

Глава 3. Блуждающие в потемках

Глава 4. Поплыли!

Глава 5. Старый форт

Глава 6. Новая сила

Глава 7. Снова немного обо всем

Глава 8. Три веселых афериста

Глава 9. Смута в лагере смутьяна

Глава 10. Планы меняются

Изменено 1 марта, 2015 пользователем Prisoner-Boratino

[Фолси]

На всякий случай поясню для тех, кто редко заглядывает в ФРПГ: ребята собираются свою игру представить в форме связного и цельного рассказа, удобного для ознакомления. Настоящей книги, если говорить по сути.

И это, пожалуй, круто. Наглядно демонстрирует, что мы играем не только для себя, но и для своих читателей. 

 

ЗЫ: интересно, а в Антологию его можно будет заявить? Могли бы опубликоваться в случае успеха. Нужно правила конкурса ещё раз прочитать... 

[Prisoner-Boratino]

 

интересно, а в Антологию его можно будет заявить?

Там, вроде бы, по условию произведения должны быть не больше 7 страниц А4. Мы немного не подходим :cray:

[Фолси]

Жаль (( 

[Юми]

12.01.2015 21:16:58, Дарт Фолс сказал(-а):

ЗЫ: интересно, а в Антологию его можно будет заявить? 

Для творения данного масштаба (если я все верно поняла) - нужно будет отдельную антологию запиливать =)

[Leo-ranger]

Фи, этот Лиандр - хитрая, противная личность((

[Фолси]

12.01.2015 21:55:50, Leo-ranger сказал(-а):

Фи, этот Лиандр - хитрая, противная личность((

К тому же в женщину рядится  :-D

 

12.01.2015 21:54:32, Юми сказал(-а):

Для творения данного масштаба (если я все верно поняла) - нужно будет отдельную антологию запиливать =)

Не ровен час, и в нашем уголке когда-нибудь будет своя Антология с блекджеком и издателями xD

[Prisoner-Boratino]

12.01.2015 21:55:50, Leo-ranger сказал(-а):

Фи, этот Лиандр - хитрая, противная личность((

Действительно. Только его пока не было;)

[Prisoner-Boratino]

Кто голосует - вы хоть прокомментируйте, мне же интересно)

Особенно учитывая тот факт, что голосовали, думаю, те, кто участвует)

Изменено 13 января, 2015 пользователем Prisoner-Boratino

[Prisoner-Boratino]

Глава 2. Вокруг «Плута»

 

Спойлер

Данмер и альтмер огибали столицу по Красной кольцевой дороге. В небе ярко светили Массер и Секунда
- Ты уверен, что сделал правильный выбор, Эранор? - спросил своего новообретенного темноэльфийского товарища Элдарион. - Со мной на постоялый двор не заявишься, в поселение какое-нибудь - тоже, а уж если стражники набегут, то мешочком золота отделаться не удастся. Готов ли ты на это пойти? Со своей стороны обещаю, что скучать не придется.
- Ты меня недооцениваешь,- ответил данмер, - Я люблю деньги и я просто должен использовать возможность прогуляться по казне Имперского города. А с кем как не с тобой я это сделаю.
- Откуда мне знать, что ты меня не продашь? Или думаешь, что со мной сможешь получить больше?
- Я не думаю, я знаю, что получу намного больше чем какие-то десять тысяч.
- Готов ли ты не только обагрять клинок, но и следовать пути дипломатии? Убеждать людей примкнуть ко мне? Завоевывать их доверие как пустыми обещаниями, так и звоном монеты?
- Я не просто готов, это есть один из лучших вариантов. Но одной дипломатией всё не решишь, нам придётся погрузиться в море интриг, заговоров и смертей, и я готов на это ради ожидающей награды.
- Я рад, - кивнул альтмер. - Скажи, тебе нравится город Коррол?
- Хороший город, там заодно находится мой компаньон. Я понимаю, мы туда идём.
- Не совсем, не совсем, - таинственно ответил маг, и дальше путники шли уже молча.
***
Утренние новости столицы имеют обыкновение доползать до глубинки не раньше вечера, поэтому когда прогуливавшемуся на рассвете по улицам Чейдинхола молодому данмеру попался на глаза курьер, распространяющий вчерашний номер газеты, он отнюдь не удивился. Кинув гонцу монетку, мужчина развернул листок и быстро проглядел. Умение сходу вычленять необходимую информацию и постоянный недостаток времени отучили Кентула подолгу сверлить глазами строки. "Элдарион? Опять", - он удивленно поднял брови. "Впрочем, возможно, это всего лишь совпадение. Я не видел его уже почти семь лет", - почти вслух размышлял эльф. "И какой ему смысл убивать канцлера, который не раз оказывал ему услуги? Ничего не понимаю". Он скомкал бумагу и швырнул за угол. Стражник, патрулирующий улицы, косо посмотрел на это хулиганство, нахмурился, но ничего не сказал. "Если обвинение настолько суровое, а награда так велика, стоит полагать, что его ищут по всей провинции немалыми силами", - продолжал рассуждать мер. Он решил подождать продолжения действия. Но скука не оставляла его, поэтому к обеду он собрал все необходимое, нанял повозку и отправился к эпицентру событий, в сторону столицы.
***

-Трави, трави!- кричал ранним утром здоровенный норд на берегу, изо всех сил тянувший на себя веревку, своим товарищам. Джубен же решил не дожидаться, пока галеон окончательно пристанет и, поблагодарив капитана, спрыгнул на мостовую. Жизнь в городе уже кипела, туда-сюда сновали люди с ящиками и тюками, торговцы пересчитывали прибывшие товары, а стражники патрулировали улицы. Но задерживаться здесь бретонец нимало не собирался и потому, закинув в рот несколько сухарей, он широкими шагами направился вокруг стен, а затем на восток, в сторону Чейдинхола…
***
Вот уже несколько часов Дирмах полушел-полубежал по пересеченной местности на юг от Чейдинхола. Дорог он избегал, предпочитая сложный для большинства людей, но природно прекрасный прямой путь. Ему встретились лишь два кролика, которых он уже освежевал. Дирмах уже было решил, что этот благодатный край не знает разбойников и воров, знакомых ему на родине, что решил не осторожничать. Опасность не заставила ждать:

- Стой, сразу видно, что ты не из наших земель, - сказал босмер, незаметно высунувшийся из-за холма, наставляя свой эльфийский лук. - У тебя неплохой лук и стрелы, а у нас с ребятами нехватка стрелкового, понимаешь - ребята не заставили себя ждать: аргонианин с кинжалами и имперец с длинным мечем и щитом встали по разные стороны от эльфа-стрелка.

- Ребята, может, договоримся? - спокойно проговорил Дирмах, резко выхватывая лук и инстинктивно стреляя, ведь глаза трех разбойников были полны предвкушения, жажда наживы сверкала в них. Имперец был готов к подобному, выставив стальной щит, стрела оставила легкую вмятину. Затем выстрелил босмер, почти одновременно с ним Дирмах выкинул два кинжала, уничтожив стрелу одним. Другой кинжал торчал из глазницы эльфа, который упал ничком. Не успел бретон порадоваться, как на него навалились остальные два бандита. Сделав немного неуклюжий блок луком, Дирмах достал правой рукой свой меч, нанеся косой удар снизу и перейдя в наступление. Лук был брошен на землю и вот два меча в руках, пределец сделал несколько выпадов. На морде ящера появилось что-то похожее на слизь при попытках блокировать атаки, а имперец лишь защищался. Аргонианин получил смертельный удар по голове, издав громкий выдох. У оставшегося врага не было шансов, он попытался что-то прокричать, но Дирмах вонзил меч в его глотку, быстро провернув.
Приведя свое лицо и одежду в порядок, Дирмах продолжил путь на юг вдоль Желтой Дороги.
"Нужна предельная осторожность даже в Сиродиле" - подумал Дирмах, усмехнувшись своей мысли.
"Все относительно определенной ситуации" - добавил голос, заставив спокойного бретона похмуриться и подавить голос усилием воли.
***

Днем того же числа бретонец открыл дверь «Плута на привале» и огляделся. "Все как в Бруме, ничего не поменялось", - подумал он, разглядывая местный сброд,- "Ну да ладно, я здесь не за ними". Он сделал несколько шагов, облокотился на стойку и проглядел меню.
- Доброго дня вам, сэр. Мне бы похлебку из картошки, и... кое-какие сведения, - священник разжал кулак и бесшумно положил на прилавок два десятка золотых. Сразу все деньги, полученные от приятеля в Лейавине, он тратить не хотел.
Антус аккуратно собрал и посчитал деньги, а потом позвенел колокольчиком на прилавке - подбежал мальчик-слуга с кухни, бармен ему что-то прошептал, и мальчик юркнул назад на кухню. Потом бармен обратился к пришедшему:
- А, паломник. Вам, небось, нужен путь к ближайшему святилищу? Святилище Стендарра, святилище Акатоша или святилище Джулианоса?
- Боюсь, здесь я вас разочарую. Мне нужны сведения несколько другого толку. Я хочу знать то, чем, вероятно, вам сегодня уже успели надоесть. Элдарион. Его старый друг прислал меня, - он посмотрел на руку бармена, в которой тот держал тряпку, - И давайте так: вы мне сведения, а я избавлю вас от той боли запястье, которая так давно вас донимает.
Антус усмехнулся и, внимательно посмотрев на лицо бретонца, произнес:
- А, услуга за услугу... Ладно, поверю на слово, что ты от его друга. На ищейку ты не очень-то и похож.
Тут он заговорщически посмотрел по сторонам и, придвинувшись, тихо сказал:
- Он здесь был, написал несколько писем и ушёл на север. Я дал ему одежду, но он ничего теплого не просил, так что не в Бруму.
Тут бармен отодвинулся, и между ним и посетителем на стойке появилась миска похлебки. Мальчишка неуклюже поклонился посетителю и тут же убежал на кухню.
- Это уже что-то, благодарю вас. Будьте уверены, я не охочусь за его головой, разве что, в переносном смысле... Ах да, ваша рука. Давайте ее сюда, - он взялся за запястье бармена обеими ладонями. Голубой отсвет прыгнул по лицам собеседников, и боль в ту же секунду ушла, - Вот и все.
После этого Джубен взял свою миску и, сев за один из столов в центре, принялся за еду.
Окончив прием пищи, Маталь встал, кивнул трактирщику и скрылся в дверном проеме. "На север, но не в Бруму... Так можно попасть только еще в один город- Коррол." Он снял котомку с продуктами с шеста, и, переложив все ее содержимое в сумку на поясе, взял шест в правую руку вместо дорожного посоха. "Он опережает меня где-то на день... Срежу по воде." Решив так, бретонец затрусил обратно по направлению к озеру Румар.
"Давай, давай!"- говорил сам себе порядком запыхавшийся Джубен. Вода плескалась под ногами, но не пропускала их. Священник, являя народу мощь Девятерых, подходил к западному берегу и деревне Вейе. От рук его исходило бело-желтое свечение, бывшее явным признаком школы изменения. Наконец ноги богослова коснулись тверди земной, и он смог хоть немного расслабиться и остановиться.
- Ф-фух... Нет, брат Джубен, такой темп тебе не выдержать, - он уткнулся глазами в вывеску "Ваунет", - Передохни-ка лучше. Один день погоды не сделает.
Так, отдав пятнадцать септимов за ужин и ночлег, священник уснул крепким сном на казенной кровати под разговоры усталых путников на первом этаже.

***
Решив расспросить бармена о том, не знает ли он, где видели заключённого, Разар получил своеобразный ответ:
- А Ноктюрнал его знает, должно быть, на свободе, - ответил Антус с невозмутимым лицом, протирая кружку полотенцем.- Говорят, за его голову тысяч пять дают, а за информацию о местонахождении - пятьсот. Как думаешь, если бы эта информация у меня была, я бы здесь оставался, м?
Разумеется, бармен лукавил, и даже не прятал этого. Не так уж и нужны были ему эти полтысячи, дружба с Элдарионом могла оказаться важнее. А теперь ещё те два плута принесли мешок золота да хорошего вина - пожалуй, у таверны дела только хорошо пойдут.
-С такой логикой не поспоришь.
Похоже это будет не просто, - подумал он про себя.
Что ж тогда придётся найти кого- то кто мне поможет или же плюнуть на всё?
Нет, награда была слишком высока нужно что-то придумать.

***
Войдя в таверну, имперец с каджитом расположились за отдельным столиком и подозвали слугу. Заказав у него оленье жаркое с пивом, путники плотно пообедали после долгой дороги, осмотрелись. В таверне было гораздо более людно, чем обычно.
Меж столов сновали слуги с подносами, разнося еду и питье приключенцам всех мастей, наёмникам, проходимцам и просто путникам. В воздухе стоял равномерный гул нескончаемых разговоров.
Внимание Седрика привлёк аргонианин, сидящий за барной стойкой и кормивший диковинную зверюшку. Бандит покачал головой и направился к бармену, позвав за собой каджита.
- Антус, здравствуй – произнес Седрик – Давно не виделись.
Трактирщик посмотрел на Седрика и поморщился, при этом его легендарные усы смешно обвисли:
- Снова ты. Я смотрю шрамы так и не зажили.
Разбойник потер щёку и улыбнулся:
- Я тоже рад тебя видеть, но перейдём к делу. Это тебе за ту небольшую заварушку –  он снял звенящий мешок со спины К’Риса и подал его бармену – Здесь лучшие вина которые мы честно приобрели в другой таверне – каджит подавил смешок – И я подношу их тебе в знак примирения.
- «Небольшая заварушка»! Да вы мне чуть таверну не сожгли! – пробурчал тавернщик, но мешок забрал. - Итак, что тебе нужно на сей раз.
- Последние новости и два коня – Седрик бросил на стойку тяжелый мешочек – Здесь хватит и на то и на другое.
- Насчет коней поговори с конюхом, а для новостей есть газеты – бросил Антус и отошел к аргонианину.
«В чём-то он  прав», - решил бандит и взял со стойки свежий выпуск «Курьера»

"Возрождение культа Чёрного Червя?

Приветствуем вас, наши дорогие читатели! Как вам уже известно, позавчера из тюрьмы Имперского Города совершил побег Элдарион, альтмер, обвиняющийся в покушении на достопочтенного канцлера Окато. Сейчас все силы Имперского Легиона брошены на поимку преступника, которого, по слухам, видели на подступах к Чейдинхолу в компании членов Тёмного Братства. Неужели недавнее убийство – дело рук этой загадочной секты ассасинов? Пока что власти не способны дать чёткого ответа на этот вопрос, но даже если беглец – всего-навсего марионетка, то кто же дёргает за ниточки?

Вчера у нас состоялась беседа с мастером Ингарсио, бывшим преподавателем Университета Волшебства, некоторое время поддерживавшим дружеские отношения с Элдарионом. Этот достопочтенный старец не считает своего сородича частью какого-либо заговора, и, более того, призывает забыть на некоторое время о той неприятности, что затронула Совет Старейшин и обратить внимание на куда более существенную угрозу. Наш гость – ветеран незримой войны, много лет назад бушевавшей между Гильдией Магов и последователями Маннимарко, ужасающего повелителя некромантов. Несмотря на то, что стараниями соратников архимага Травена культ Червя потерпел поражение, сама гильдия так же пришла в упадок, что позволило её противникам вновь встать на ноги. Мастер Ингарсио поделился с нами своими мыслями касательно возрождения движения некромантов и их сопричастности к происходящему.

Вам всем пускают пыль в глаза. Смерть регента – совершенно не та вещь, которая должна беспокоить ваши неокрепшие умы. В конце концов, Окато был всего лишь правителем, а правителя всегда можно заменить. Именно это и происходит сейчас в рядах некромантов – после смерти Маннимарко они оказались разбиты, сломлены и подвержены гонению, но сегодня у них появился новый сильный лидер. Его имя мне не известно, но совершенно очевидно, что он существует и представляет для Империи куда большую угрозу, чем мой давнишний товарищ. Этот могущественный чародей уже собрал вокруг себя внушительный круг последователей, и их число продолжает расти подобно гнойному волдырю, вскочившему на милом личике нашей любимой родины.

Вот уже который месяц я получаю письма от своих бывших коллег – некоторые из них, точно так же как и я, обеспокоены происходящим и пытаются разобраться в сложившейся ситуации, а иные прямым текстом предлагают мне отказаться от своих убеждений и встать под знамёна новоявленного тёмного лорда. Сограждане, я прошу вас забыть об Элдарионе и хоть немного пораскинуть своими мозгами. Этот благородный эльф долгое время жил среди нас, был добрым товарищем мне и многим другим, к тому же, я могу поручиться за него и сказать, что он и мухи обидеть не способен, если только эта муха не угрожает расправой вам, вашей семье и любимой собаке. Эл состоял в хороших отношениях с канцлером, и если он действительно пошёл против него, в чём я сильно сомневаюсь, значит, на то была веская причина.

Но вернёмся к некромантам… Да, любопытство взяло верх и я ответил на их призыв. Они хотели, чтобы я принёс труп, да не абы какой – им требовался определённый человек, чьё имя и дата смерти было дотошно задокументировано в их порочных учётных книгах. Я не стал брать подобный грех на душу, и всё же, решил понаблюдать за его могилой какое-то время. В итоге, останки этого несчастного были извлечены из земли и похищены, один лишь Аркей знает с какой целью. Задумайтесь – некроманты крадут трупы, готовятся к чему-то грандиозному, и удары их стали куда более целенаправленными. В былые времена они радовались, если удавалось утащить тело пьянчуги, замёрзшего безлунной зимней ночью, или откопать всеми забытое тело из братской могилы в глухом пустыре… Теперь же всё иначе.

Их наглость более не знает границ. Предводитель некромантов желает разжечь войну, дабы её жертвы стали новыми пешками в его жестокой игре. Прошу вас, люди, одумайтесь, и не идите на поводу у собственных домыслов. Вы ловите не того. Забудьте про Элдариона – просто ступайте на ближайшее кладбище и поджидайте там фигуру в чёрном балахоне, а когда увидите – хватайте кинжал и бейте в самое сердце. Тогда, быть может, ваша любимая тётушка не заявится к вам поздно ночью, чтобы сожрать внутренности своих дорогих племянников.

Что вы думаете по этому поводу, дорогие читатели? Простое паникёрство или своевременное предостережение? Смеем заметить, что мастер Ингарсио – разумный и глубокоуважаемый член совета волшебников, который ни в коем разе не может считаться выжившим из ума фанатиком. Быть может, он всего-навсего покрывает старого друга, но не стоит забывать о том, что случаи разорения могил действительно участились. Бравил, который всегда был гнездом порока и разложения, теперь является чуть ли не сердцем зла – каждый день оттуда приходят сообщения о новых жертвах, вспышках чумы и распространении еретических учений. Быть может, нашим бравым легионерам, как впрочем, и благородным искателям приключений следует оставить бедного альтмер в покое и переключиться на искоренение скверны, день за днём поражающей всё большее и большее число безумцев?

И всё же, Совет Старейшин ставит своей первоочередной задачей поимку смутьяна. Напоминаем, что за Элдариона назначена награда в десять тысяч дрейков, в то время как голова некроманта оценивается какими-то жалкими пятьюдесятью септимами. Засим прощаемся с вами и возносим молитву Девяти в надежде на то, что они и защитят нас от наступающей тьмы и наставят на путь истинный.

Спонсор выпуска – постоялый двор “Плут на привале”.
“Плут на привале” – и волки целы, и овцы сыты."

 

Внимательно прочитав его, он отдал газету каджиту. К’Рис быстро нашел нужное место в тексте.
- 10000 септимов. Похоже, наши планы изменились, -  хищно улыбнулся каджит.
***
К таверне с северной стороны прискакал на лошади старый колдун-бретонец. Он с трудом слез с лошади и оставил её в конюшне, а потом, опираясь на трость, подковылял к крыльцу, открыл дверь и вошёл в таверну, а потом быстро подошёл к бармену и сел за стойку, минуя множество темных лиц и не оглядываясь на тёмные углы:
- Антус, мне бутылку "Изгнания теней", с собой.
Бармен поморщился:
- Эх, почему все знают мое имя? Должно быть, потому что его выкрикивают каждые две секунды. А "Изгнание теней" только за услугу, господин...
Тут он посмотрел на усталое лицо бретонца и моментально улыбнулся:
- А, это вы, Голденберд. На вашей улице снова праздник?
- Напротив, у нас засуха, - отрезал бретонец, - а про вино забудь, это чтобы ты внимание обратил. Я по вопросу.
На стойку упал увесистый мешочек с монетами, и тут же исчез - ловкая рука бармена его смела, как будто он полотенцем вытер пятно от блевотины.
- Про беглого преступника? Боюсь, я ничего нового не скажу, но сегодня про него спрашивал каждый второй вошедший.
- Скамп, это ещё и с конкуренцией разбираться... Ладно, а кто спрашивал?
- Ну, я уже сказал, что спрашивало много кого. Мне что, все лица запоминать? - бармен рассмеялся, и бретонец холодно выдавил пару смешков:
- От тебя, как всегда, толку никакого. Ладно, давай тогда так - сообрази мне бутылочку мёда в дорогу и эльсвейрское фондю от твоей самой миловидной официантки.
Странник отсчитал ещё полтора десятка септимов, и бармен улыбнулся:
- Как всегда, приятно иметь с тобой дело. А кстати, вон там сидит аргонианин, который интересовался беглецом. Может, тебя он заинтересует?
Голденберг скосил глаза на аргонца и на скатлера и сухо сказал:
- Нет. Нет, нисколько.

Закончив с эльсвейрским фондю через час, бретонец покинул заведение и, сев на коня, направился дальше по дороге, на юг, и у каждого путника расспрашивал, не видел ли он ничего подозрительного в округе.
***
Рессоры телеги в последний раз скрипнули, и извозчик остановил лошадей. Опустив в ладонь старика пару септимов и поблагодарив его, Кентул оглядел здание. "Недурственно, весьма", - присвистнул он. Размеры постоялого двора успели стать размытыми за годы отсутствия, и теперь внушительное сооружение заново поразило воображение эльфа. Сильно ли изменилась таверна? Есть ли кто-то из старых посетителей? Узнают ли его, вспомнят ли? Такие вопросы крутились в его голове, но они тут же испарились, стоило только открыть дверь и переступить порог: здесь ничего не менялось.

Неприметная босмерка за столиком у двери приветливо улыбнулась, огромный орк в дальнем углу поднял гигантскую кружку пива, приветствуя его. Зал шумел, пиво пенилось, вино текло кровавой рекой на столы и животы посетителей, а бармен что-то напевал себе под нос, шевеля густыми усами, и протирал стойку. Данмер сел за стол и жестом подозвал слугу, чтобы заказать ужин и комнату.  Вскоре на столе появились жареные кабаньи лапки с тушеной морковкой и серебряный графин с горячим медово-имбирным напитком. Эльф попросил газету. Сегодня заголовки гласили о жестокой расправе на голубой дороге и очередной партии контрабанды скумы, которую изъяли стражники на границе с Эльсвейром. Как сообщалось в статье, в тот же день самих стражей порядка, в невменяемом состоянии лежащих на обочине дороги, обнаружил нищий из Бравила, вышедший совершить омовение в водах Нибена.
Далее издание сообщало о близости окончания реконструкции Кватча и рекламировало местные пивнушки, что должно было способствовать повышению репутации как заведений, так и самого города. Что было сделать крайне трудно, и сам Кентул подумал, что вряд ли сунулся в проклятый город даже через десять лет после тех ужасных событий.
Наконец в самом низу страницы ютилась маленькая колонка, сообщавшая, что стража прикладывает все усилия, чтобы поймать беглеца, но справедливо полагает, что тот решил залечь на дно и пока не подавал признаков присутствия.
Свернув газету трубочкой, данмер отложил ее на край стола и принялся за еду, то и дело искоса поглядывая на прибывающих в таверну путников и прислушиваясь к их разговорам.
***

Пить алкоголь Дирмах не любил, как и все, что туманило рассудок, предпочитая пресную воду. Также он мог спокойно провести без сна 2-3 дня, его целью была информация. В таверне было три личности: трактирщик, стражник и каджит. Заказав воду и хлеб и попросив газету, Дирмах сел напротив входа. Страницы были заляпаны жирными пятнами, но бретон прочитал все важные статьи и заметки.
"Не я один столкнулся с разбойниками, значит Сиродиил не такой тихий везде" - промелькнула мысль в голове.
"Черед событий запущен и ты будешь участвовать!" - вторил Голос
"Нет опять" - заглушил он эту мысль. Голова заболела сильнее, чем обычно, взор затуманился. Каджит, сидевший возле трактирщика, заметил это. Он присел рядом, из его рта пахло лунным сахаром.
- Что, приятель, наклюкался. - насмешливо рыкнул он.
- Не приставай к нему! - грозно сказал стражник, положив на плечо каджита руку в стальной перчатке. На это действие кот резко выбросил кулак в лицо, разбив нос и отправив в нокаут имперца. Каджит быстро обнаружил кошель стражника, сорвал его и, посмотрев на полубессознательного Дирмаха в кресле, скрылся прочь. Трактирщик только похлопал глазами.
Вскоре Дирмах наконец смог встать на ноги, голова почти перестала болеть, осталась лишь легкая пульсация. Возникли подозрения насчет таинственного каджита. Выйдя наружу, Дирмах поискал следы, и, не найдя их, нахмурился.
"Что за ерунда?" - подумал пределец.
"Мир хаоса и поря..." - разозленный Дирмах волей подавил назойливый Голос.
Парой часов позже, крадучись, Дирмах незаметно шел возле некогда величественных руин. Далее на юге на расстоянии полуполета стрелы два тролля копались в останках волка. Бретон натянув тетиву лука, выстрелил попав в затылочную часть левой твари. Второй тролль помчался на предельца изо всех сил, но вскоре был поражен второй стрелой в сердце.
Закрепив баночку с жиром троллей, Дирмах продолжил двигаться на юг по Желтой дороге.
***
Дрэвер и Нелор продолжали свой долгий путь, останавливаясь лишь на небольшой перекус. Дождь закончился еще вчера, погода была ясной, а на небе ярко светило солнце. Дорога немного подсохла, что облегчило продвижение вперед. Идти еще было долго, но данмеры, привыкшие к долгим путешествиям пешком, казалось, не знали усталости.
Впереди виднелся край полуразвалившейся башни давно покинутого форта, заросшего плющом и вьюнком, окруженная густыми зарослями орешника и крапивы. Дрэвер нахмурил брови. Обычно в таких местах всевозможные разбойники устраивают свои логова. Наверняка, и сейчас они караулят одиноких путников, как он с Нелор, или груженую повозку, а затем нападают и грабят, а бывает и кое-что похуже. Еще в Скайриме, когда Дрэвер был в охране у одного виндхельмского купца, натыкался на трупы изнасилованных женщин, в том числе и молоденьких девушек, которым не было еще и 12 лет. Поганые ублюдки. Жалкие отбросы. Дрэвер всегда их презирал и испытывал нечто вроде удовлетворения, отправляя в Обливион их черные души.
  Вот и сейчас его рука легла на рукоять своего двемерского клинка, свисающего с его ремня. Это был не простой меч, а особой тайной обработки со смещенным центром тяжести, что делает его куда легче и удобнее в отличие от многих других гномьих клинков, по мимо этого инкрустированный изящным сапфиром на навершии. Этот меч был подарен его учителем, Саарденом Хлаалу, двоюродным дядей, ныне погибшим от сокрушительной ярости Красной горы. И Дрэвер прекрасно обращался с ним, как художник, пишущий на холсте своей кистью, или бард, играющий прекрасную песню на лютне. Да, бой для этого данмера был чем-то схожим с искусством. Кровавым искусством. Это дуэль, даже если зачастую в ней участвует более одного человека. Именно поэтому он никогда не использовал кинжала в другой руке, чтобы наносить подлые скрытые атаки. Это не для него. Бой должен быть честным. И да поможет ему Боэтия.
  Второй рукой Дрэвер крепко сжал руку своей дочери. Та следовала за отцом, прижимая медвежонка и опасливо поглядывая в сторону башни. Да, они там, грязные твари. Данмер чувствовал их вонь - запах пота, крови, мочи. Он слышал тихий шепот - о чем-то переговариваются. Должно быть решают как лучше к нему подобраться. Но Дрэвер шел дальше, чуть ускорив шаг, ведя за собой дочурку.
  Все было быстро, даже слишком быстро. Нелор даже не успела испугаться. Сначала из зарослей показалась бородатая голова облаченного в кожу редгарда, которая тут же отлетела в сторону, вызвав огромный фонтан крови. Потом появилось еще двое, но как и с первым бандитом, ее отец разобрался с ними все так же быстро и изящно. Один, массивный орк со стальной секирой, повалился на землю с перерубленной шеей, второй, рябой одноглазый норд, со вспоротым животом. Кажется, там был еще кто-то, но похоже испугался, когда увидел столь страшное побоище. А ведь данмер даже не сдвинулся с места, лишь загородил собой девочку.
  Убедившись, что больше никто не осмелится потревожить их, Дрэвер вытер клинок о лохмотья еще живого, но захлебывающегося кровью, норда и вложил его в ножны. Они продолжили свой путь дальше.
Они остановились на привал вблизи дороги, чтобы немного отдохнуть. Прислонившись к высокому кедру, Дрэвер принялся чистить до полного блеска свой клинок. Нелор тихонько сидела рядом угрюмая и чем-то встревоженная. Повернув голову к отцу, она как-то робко сказала:
- Там... там на дороге, у башни... Ты  убил их быстро...
- Да, - ответил Дрэвер, продолжая чистить меч.
- А что такое? Ты столько раз это видела и только сейчас хочешь об этом поговорить?
Нелор замялась, вздохнула.
- Я не смогу как ты, - наконец ответила она.
Отец улыбнулся и потрепал ее черные волосы.
- Ты еще мала. И со временем всему научишься. Как и я в детстве ничего не умел, а клинок держал как крестьянин мотыгу.
Дрэвер погрузился в воспоминания.
Около 20 лет назад
   В очередной раз Дрэвер оказался на земле, получив деревянным мечом в лоб, не сумев его как следует отбить. Высокая тень легла него, закрывая солнце. Саарден Хлаалу, его двоюродный дядя, а ныне учитель фехтования на мечах, возвышался над ним как всегда в своей гордой позе. Он всегда держал красивую осанку и выглядел изящно и величаво, даже будучи облаченным как сейчас в хитиновый доспех. Он всегда сгибал левую руку в локте за своей спиной, а на правой носил единственную красивую перчатку. Она хоть и была выделана из кожи, но инкрустированные драгоценные камни и хитиновые пленки, предавали ей необычный фантастический вид.
  - Вставай, негодный мальчишка! - его голос, властный, но в тоже время мягкий, зазвучал у Дрэвера в ушах.
  - Что насупился? Все еще обижаешься на меня за то, что я выпорол тебя? Нечего было со своим дружком воровать чужие бататы. А теперь...Хватит горбатится! Подними голову. И хватит шмыгать носом как оборванец. О, милостивая Азура, да подтяни свои штаны! Итак, продолжим. Возьми меч. Бери, говорю! Несносный мальчишка, как ты его держишь?! У тебя оружие, а не палка. Вот так! А сейчас повтори наш первый урок. Это что еще такое?!  Я спросил, что это было?! Что ты там мямлишь? Удар? Да древняя старуха своей клюкой отобьет такой удар. И чему я только учил тебя на первом уроке?! Парируй!
И вновь Дрэвер оказался на земле. И так несколько раз. И всякий раз, как он отвлекался, получал увесистую оплеуху.
- Не думай о девочках и всяких шалостях. Сосредоточься на враге. Есть только ты и он. И блокируй мой удар. Сейчас же.
Шлеп!
- Уже лучше. Достаточно на сегодня.
Они устроились на ночлег под небольшим холмом, поросшим сухой колючей травой. Развели костер. Дрэвер ободрал подстреленные тушки кроликов (эти были куда жирнее в отличие от прошлых), а так как посуды или котла какого у них не было, разложил мясо на уголья. Нелор сидела рядом и перебирала палочкой угольки. Они расположились почти что рядом с дорогой, лишь толстые дубы скрывали их. Было уже темно, а на небе высыпали яркие звезды. Небосвод чистый и ясный, а значит, дождя не будет. Конечно, можно было бы найти в качестве временного укрытия какую-нибудь пещеру, но это всегда опасно. В пещерах часто попадаются грозные хищники, бандиты, а то и нежить. За себя Дрэвер не боялся, а вот рисковать дочкой не хотел.
  Мясо наконец было готово. Теперь можно и поужинать.
- Папа, расскажи про Нереварина? - вдруг спросила Нелор, уплетая крольчатину.
- А что тебе хотелось бы о нем узнать? - поинтересовался Дрэвер, обгладывая ножку.
- Ну... кем он был? И правда, что это Нереварин победил Дагот Ура, который в Красной горе жил?
- Знаешь... хммм, - данмер задумался. - Это было давно, еще до моего рождения. Тогда происходило много необычных вещей.
- Например, мор?
- Да. Как мор. Его называли "корпрус". Это была страшная болезнь, от которой не было лекарства. Болезнь, которая терзала не только плоть, но и душу. В прочем, легенды гласят, что она исчезла, когда Нереварин победил Дагота. Хотя правда это или нет, я сказать не могу. Личность Нереварина сокрыта тенью тайн и вымыслов. Ты же помнишь, что он являлся воплощением нашего великого героя лорда Неревара Индорила.

- Угу.
- Однако в этой истории так много вымыслов и небылиц, что совсем нельзя с уверенностью сказать, что было правдой, а что нет. Например, одни говорят, что Нереварин вообще был другой расы! Ты можешь себе такое представить?
Нелор пожала плечиками.
- Не знаю. Но я слышала, что это вообще была женщина.
- Вот именно. Одни говорят, что Нереварин был великим воином, вторые - могущественным магом, а третьи - великолепным вором. Чего только не напридумывают.
- Как орк, который считал, что он хаджит?
- Да, верно. А это уж совсем чепуха, если, конечно, такое и было, видимо, его разум был перевернут с ног на голову самим Шеогоратом. Но хватит. Ты уже зеваешь. Пора ложиться спать.
***
Проснувшись с первыми лучами солнца, Кентул умылся, заправил постель и спустился завтракать. Яичница с беконом и горячий кофе согрели и взбодрили данмера, придав сил и желания действовать. Однако делать было нечего, потому он просто вышел на улицу, прогуляться.
От озера поднимался густой туман, и солнца не было видно. Только мутный бледный круг недалеко от линии горизонта. Мужчина зябко поежился: воздух прогревался только к обеду, чему способствовала и холодная земля, с которой снег сошел всего неделю назад. Обойдя постоялый двор, эльф снова зашел внутрь. На этот раз для того, чтобы переодеться. Под широкую рубаху спряталась плотно подогнанная под его габариты мифрильная кольчуга.
Спросив у бармена о наличии почты и получив отрицательный ответ, мер покинул "Плута на привале", оставив, однако, за собой комнату еще на пару дней. Он собирался наведаться в редакцию "Вороного курьера" и к Россан.

Изменено 13 января, 2015 пользователем Prisoner-Boratino

[Arkadros]

13.01.2015 13:14:46, Prisoner-Boratino сказал(-а):

Кто голосует - вы хоть прокомментируйте, мне же интересно)

Особенно учитывая тот факт, что голосовали, думаю, те, кто участвует)

Да, я проголосовал). Можно не говорить за кого, особенно не хочу говорить о том, кто мне противен)))

[Gorv]

13.01.2015 15:28:20, Arkadros сказал(-а):

Да, я проголосовал). Можно не говорить за кого, особенно не хочу говорить о том, кто мне противен)))

Потай- положительный симпатяга. Сам себе на уме, но кто из нас не такой?) Зено- отрицательный фаворит. Просто он шизо. Мне нравится. А самая противная- Гвен. Прям читаю и хочется заставить ее землю жрать. И я обязательно попробую это устроить...
UPD: Добросил голос за Лайлу среди положительных.

[Prisoner-Boratino]

Вот кстати странно - изначально я планировал, что "злодеев" будет немного, 3-4, а остальные человек 6-8 займутся их уничтожением. Но у нас как-то наоборот вышло, и это если учесть, что в числе положительных персонажей оказались Лиандр и Дирмах, которые те еще авантюристы, и добропорядочными гражданами их назвать язык поворачивается с трудом

[Leo-ranger]

13.01.2015 16:07:01, Prisoner-Boratino сказал(-а):

Вот кстати странно - изначально я планировал, что "злодеев" будет немного, 3-4, а остальные человек 6-8 займутся их уничтожением. Но у нас как-то наоборот вышло, и это если учесть, что в числе положительных персонажей оказались Лиандр и Дирмах, которые те еще авантюристы, и добропорядочными гражданами их назвать язык поворачивается с трудом

Мех! Вот так вотъ, ты борешься с вампирами, думаешь о благе города, а тебя берут и словно грязью поливают, недобропорядочными называют!

[Prisoner-Boratino]

13.01.2015 16:09:10, Leo-ranger сказал(-а):

Мех! Вот так вотъ, ты борешься с вампирами, думаешь о благе города, а тебя берут и словно грязью поливают, недобропорядочными называют!

Борется-то он и правда, но в целях захвата власти и получения выгоды.)

[Leo-ranger]

13.01.2015 16:12:11, Prisoner-Boratino сказал(-а):

Борется-то он и правда, но в целях захвата власти и получения выгоды.)

:shok: как ты только можешь так думать о нём? Он ведь из лучших побуждений! Ради народа!

[Prisoner-Boratino]

Прости. Наверное, я просто Первый канал много смотрю "Вороной курьер" читаю :hi:

[Arkadros]

13.01.2015 16:14:00, Leo-ranger сказал(-а):

:shok: как ты только можешь так думать о нём? Он ведь из лучших побуждений! Ради народа!

Теперь и придётся ради народа, если Лиандр не хочет полетать, будучи выстреленным из пушки, ну это в худшем случае)

 

а. 1 место - Гастон, Галдир и Гуралзоб (жаль, что Потай их не очень шибко рассписывает, как в начале)

б. 1 место - Элдарион

в. Зено (мне никто не противен, но если выбирать, то Зено в начале)

[SnowK]

А чего Арианы нет в "противных"?

[Prisoner-Boratino]

Сейчас исправим

Готово

[Prisoner-Boratino]

Глава 3. Блуждающие в потемках

Спойлер

Последователи Ноктюрнал не обратили внимания на бретонца. Статуя даэдра возвышалась над Дирмахом: это было красивая женщина, одетая в мантию, на ее разведенных в стороны руках сидели два ворона. От ее каменного взгляда стало не по себе. Пределец коснулся левой рукой основания, и статуя заговорила:
- Ты пришел ко мне этой ночью, чтобы разгадать загадку, как и предначертано! - ее голос не был похож на тот другой, Ноктюрнал не доставила боли.
- Я пришел задать вопрос: зачем ты мучаешь меня? Но кажется это не ты. - сказал бретонец.
- Ты пришел ко мне не только ради этой загадки. Ты должен вступить в интригующую "игру", чтобы также разгадать другую.- ответила Повелительница Ночи. - Ты выбран мной, возьми скелетный ключ, он поможет тебе. Используй его, чтобы распутать два клубка противоречий, обмана и интриг. Ключ заглушит боль в твоей голове. Также ты возьмешь с собой одного моего последователя. - Ноктюрнал затихла.
Один из последователей подошел к Дирмаху, приоткрывая капюшон, это был тот таинственный каджит из таверны:
- Приятель Дирмах, верно? Дар'сад станет твоим спутником - сказал сутай-рат с характерным акцентом - Владычица Ночи наказала Дар'сада за проявленную глупость. Теперь мы повязаны лунами, дружище!
- Дар'сад, я привык действовать один,и ничем мы не повязаны - ответил бретонец.
- Ошибаешься, приятель, Дар'сад будет следовать за тобой согласно повелению Госпожи. Дар'сад мастер стиля рукопашного боя каджитов «Ветер-на-песке», мастер скрытности...
- Ладно, пошли - перебил его Дирмах, вздыхая.

***

Не найдя никого себе в спутники, Разар решил разыскать преступника в одиночку и, первом делом ему нужны были слухи.
Искать их он решил в столице; дорога заняла туда около двух часов, но и в городе было не продохнуть от стражи, поэтому, засунув скатлера в сумку, он полез на крышу особняка, тем самым обеспечив себе безопасный путь до тюрьмы.
"Мда, иду туда, куда меня не может упихнуть целый гарнизон стражи''.
Добравшись до тюрьмы, он влез в кабинет начальника через окно. Он сидел на кресле и читал какие-то бумаги, в этот момент Разар подошел к нему со спины и приставил к горлу нож:
- Что за?.. - запаниковал начальник.
- Сбежавший альтмер, где его видели?! - резко спросил Разар.
- Я... я... я не знаю, - взмолился пленник.
- А вот так? - спросил Разар и пустил кровь ему на щеке.
- Сэр, что у вас происходит? - спросил кто-то за дверью.
Разар сильнее прижал к его горлу нож.
- Э... э, ничего серьёзного, просто палец порезал.
- Ну тогда ладно, - и когда шаги удалились. Разар продолжил беседу.
- Так, а это что за бумажка? - увидел бумагу на столе Разар.
- Возьми! – приказал Разар.
Имперец было потянулся к письму, но Разар его остановил:
- Да не ты.
И тут из рюкзака показалась головка, которая быстро схватила бумагу и нырнула обратно.
Получив всё, что ему было нужно, Разар связал имперца и заткнул ему рот кляпом. А потом быстро вылез через окно, и только его видели.
Только через 2 квартала он достал бумагу из рюкзака и начал читать:
Отчёт о слежке за «Плутом на привале».
«Результаты слежки показали, что беглец и вправду останавливался в таверне и получал от трактирщика помощь. Брать беглеца было опасно но, выследив его до старого форта, дальше я не пошел, и поэтому высылаю это письмо с голубем и прошу отправить сюда войска».
Письмо было нераспечатанным, поэтому о войсках беспокоиться не пришлось, но о каком к чёрту форте шла речь? «Здесь их, наверное, с пол сотни, и в каком я должен искать этого эльфа?! Ладно, надо вернуться в «Плута» и отдохнуть. А потом подумаю», - решил аргонианин.

***

Последователи Шеогората были безумцами. Дирмах сразу заметил одного более-менее спокойного и подошел к нему, не обращая внимания на остальных. Дар'сад начал громко смеяться:
- Дар'саду нравятся эти безрассудцы, особенно собака-кошка.
- Тссс... - заткнул каджита Дирмах, затем обратившись к спокойному безумцу - Я могу поговорить с твоим повелителем?
Из безумной речи Дирмах вычленил три вещи нужные для того, чтобы вызвать принца даэдра: салат-латук, небольшой камень душ и моток пряжи.
- Дар'сад мы отправляемся в Лейавин, наверняка найдем там все это. - сказал бретонец
- Как скажешь. Для Дар'сада это пустяк, своруем: лук с грядки, камень из гильдии кудесников, пряжу у толстухи, гы. - рассмеялся сутай-рат.
- Если прийдется, а вообще держи свои лапы под контролем! - ответил Дирмах, усмехнувшись.

Идя по каменной мостовой, вдоль прекрасных двухэтажных домов, путники направлялись к таверне, имея камень душ и пряжу. Пряжу было нетрудно достать: Дирмах всего-то пофлиртовал с одной недурной на вид черноволосой худой имперкой. Камень душ Дар'сад забрал из кармана одного зазевавшегося волшебника.
Зайдя в таверну, путники взяли выпить, каджит естественно алкоголь. Дирмах также купил сухой пучок салата-латука и попросил газету. Прочитав и не сказав ничего, протянул каджиту, который отмахнулся:
- Дар'сад будет следовать за тобой, ему не хочется нагружать свой меховой жбан ничем, кроме этого, - с этими словами Дар'сад залпом допил бутылку пива.
Стоило положить три предмета на подножие статуи, как вспыхнув, они исчезли.
- Временно исполняющий обязанности Лорда Безумия слушает, - прокричал мужской голос.
- Мне нужен твой повелитель, - сказал Дирмах.
- Лорд Безумия ушел в отпуск - уже тише ответил голос.
- Мог ли он наслать на меня проклятие: женский голос и боли в голове? - спросил пределец с ноткой сарказма.
- Никак нет. Лорд Безумия отсутствует уже довольно давно. Вы исчерпали лимит, разговор окончен, - голос замолк.
- Лимит, хех. - ухмыльнулся сутай-рат, обнажив острые зубы - Дар'сад запомнит это слово, чтобы использовать при соитии с какой-нибудь кошечкой, босмеркой, бретонкой, тысячи их.
- Пошли, давай! - беззлобно огрызнулся Дирмах.
Бретонец задумался, а стоит ли искать причину Голоса, который теперь почти не звучит в ясной голове. С этими мыслями Дирмах направился на север, за ним шел слегка пьяный Дар'сад.

 

***

Дорога заняла у Зено куда больше времени, чем он предполагал – местные форты были настолько похожи друг на друга, что мечнику пришлось длительное время сновать по окрестностям, сверяя всевозможные развалины с картинкой, стоящей у него перед глазами. Наконец он достиг форта Эш – некогда величественной твердыни, стоящей прямо на дороге в Коррол. Возможно, когда-то это место и играло ключевую роль в войне за центральную провинцию, но теперь его руины служили пристанищем для гоблинского выводка, наводящего ужас на всю округу. Благоразумные путники старались обходить форт стороной, предпочитая более длительный и безопасный путь через лес, но Зено был не из их числа. Там, внутри его ожидала очередная цель, а обитатели этих негостеприимных развалин являлись для мечника лишь способом развеять скуку.
Имперец оставил обеспокоенного коня привязанным к дереву, а сам вошёл под каменные своды и свистнул что было мочи – таким образом, он сообщал противникам о своём присутствии и изъявлял желание вступить в бой. Гоблины не заставили себя ждать и тут же ринулись в атаку, спрыгивая с массивных стен, выползая из обвалившегося прохода и поднимая уродливые головы из густой травы. Первой жертвой стало высокое, крайне худющее отродье – Зено одной рукой извлёк свой верный клинок из ножен на спине и сделал круговой взмах снизу-вверх, вспарывая брюхо противнику. Со следующей целью, маленьким и юрким хитрецом, пришлось повозиться чуть больше, так как тот всё время норовил уклониться от атаки и вцепиться в ноги имперца. Мечник подпустил его к себе, а когда тот оказался достаточно близко, просто перевернул меч и вонзил его в черепушку мелюзги, проламывая её словно куриное яйцо. Третий оказался самым крупным из всей зелёной братии – на сей раз Зено уже самому пришлось уклониться от атаки, резко уйдя в сторону. Громила, вооружённый дубиной из кости какого-то огромного зверя, пронёсся мимо, сметая крадущихся сзади товарищей со своего пути, а мечник, воспользовавшись ситуацией, без труда умертвил валяющихся ничком тварей.
Тем не менее, здоровяк не позволил вот так легко зарезать и себя – услышав вопли своих меньших братьев, он бросил своё орудие и кинулся на воителя врукопашную, размахивая загрубевшими кулачищами и брызжа во все стороны омерзительной, густой слюной. Зено, подначивая противника, тоже оставил свой клинок воткнутым в землю и побежал в сторону гоблина, а когда тот оказался совсем рядом, сменил направление и побежал прочь, истерично хохоча. С какой-то звериной грацией ему удавалось огибать возникающих на пути монстров, в то время как догоняющий его исполин то и дело натыкался на своих сородичей, а порою и вовсе отшвыривал их в сторону. Обогнув форт, имперец начал взбираться на каменистую стену, увлекая за собою неуклюжего здоровяка, а оказавшись у пролома на втором этаже крепости, перемахнул через него и вновь оказался внутри, подле своего меча. Последовав примеру человека, гоблин прыгнул следом, но зря – мечник уже сжимал лезвие в руках, готовый нанести ответный удар. Монстр, соскочивший вниз, попытался задавить Зено своей тушей, но в результате лишь напоролся на его клинок. Густая, тёмная кровь хлынул на воителя, а лицо его поравнялось с мордой громилы, выражающей крайнюю степень ярости и отчаяния. Мечник лишь ухмыльнулся в ответ, а затем подмигнул сопернику и столкнул с себя его массивное тело.
Твари, воспользовавшиеся ситуацией, теперь сновали вокруг имперца, ожидая его действий. Они испытывали трепет перед тем, кто умудрился завалить их вожака, но инстинкт заставлял гоблинов отомстить за павшего товарища. Теперь даже Зено понимал, что противников стало слишком много, и всё, что он мог делать – это беспорядочно рассекать воздух клинком, отпугивая уродцев. Наконец, и он, и его неприятели сделали ход. В то время как гоблины, размахивая своими ржавыми кинжалами и топорами, бросились на мечника, сам он вновь повалился наземь и откатился в сторону, в надежде вырваться из кольца врагов. Финт удался – теперь воитель был по одну сторону, а гоблины по другую. Битва затягивалась, и силы покидали имперца, ведь даже такой ненасытный рубака как он не мог сражаться вечно. Пот стекал по его щекам, а ноги подкашивались – всё-таки, прыжок с большой высоты не обошёлся без последствий, но отступать было нельзя, ибо владычица не будет милостива к тому, кто был обращён в бегство шайкой зелёных отбросов.
Зено поставил меч перед собой, извлёк из кармана причудливый талисман, и, направляя его в сторону гоблинов, зашептал молитву. Каждое последующее слово было громче предыдущего, и так его тембр нарастал, пока не превратился в истошный вопль, заставляющий гоблинов пятиться назад. Наконец, мечник, всё так же продолжая свою мантру, подошёл к лежащему здоровяку и вырвал кусок плоти из его груди, а затем извлёк остывающее сердце и бросил окровавленный орган под ноги гоблинам, на что те отреагировали незамедлительным бегством вглубь руин, туда, где Зено ожидало очередное тело.
Победа оказалась лишь временной, но и такой исход вполне устраивал имперца. Он вытер руки о плащ, а затем уселся подле развалившейся стены и, оперившись на свой меч, остался в гордом одиночестве восстанавливать силы перед вторым раундом.

 

***

Продрав глаза, аскет спустился на первый этаж заведения. Хозяйка уже заняла свое место за стойкой, и Джубен, поприветствовав ее, взял себе тарелку вареного риса, кружку воды и газету. Номер был вчерашним. "Некроманты. Отлично. Только их не хватало." Бретонец глубоко вздохнул, затянул пояс потуже, подложил уличный лист под опорожненную посуду и покинул здание. Утро было отменным. Свежий воздух благодатно действовал на священника, ведь так или иначе, он почти всю свою жизнь прожил в горах Джерал и привык к прохладе. Еще раз потянувшись, он двинулся по дороге на Коррол, мерно стуча посохом по камням.

Вечер того же дня, Черная дорога, в двадцати милях от Имперского города.

Сонный священник сидел перед костром и периодически подбрасывал в него хворостинки. "Надо было взять у примаса лошадь. Эдак я за неделю сандалии сотру в пыль". Он достал кошель и пересчитал деньги. "Меньше двух сотен... Негусто. Если так и дальше пойдет, придется найти какую-никакую работу. Но это все потом... Потом." Монах бросил в огонь несколько увесистых дровин, пододвинулся ближе и, свернувшись калачиком, уснул.

 

***

 

Тряска закончилась. Потай причмокнул и разлепил веки – Башня Белого Золота и стены Имперского Города сияли в лучах утреннего солнца. Маг заворочался и проснулся окончательно. Пассажиры, кряхтя и потирая шеи, выбирались из крытой повозки. Потай тоже закряхтел и потер шею, она ужасно затекла. Он аккуратно спрыгнул на мостовую и задрал голову, озираясь. Последний раз он был тут.… Сразу и не вспомнить, десять лет назад! Буквально за год до Кризиса Обливиона, а город словно и не заметил, не изменился. Народ разбирал вещи и плавно расходился кто куда. Потай немного потоптался, послушал, что говорят люди, сам ввернул пару слов и, поторговавшись немного с возницей (не прибыли ради, но забавы для), заплатил за проезд. И двинулся в город.
«Да, тут определенно ничего не изменилось, словно и не уезжал» - подумал Потай, стуча посохом по камням Талос-Плазы. Впрочем, его мало интересовали достопримечательности столицы, кроме, пожалуй, одного. Он прошел во врата Храмового района, любезно улыбаясь стражам, которые буравили его подозрительными взглядами, и сразу заметил перемены. Массивный, тяжелый Храм Единого исчез, уступив место изящному, но грозному каменному Дракону. Статуя была словно живой, а поскольку дело именно так и обстояло, то удивляться этому не следовало. Однако, Потай был удивлен и восхищен, он обошел Дракона по кругу, цокая языком и, поддавшись внезапному порыву чувств, отвесил статуе поклон в пояс. Кризис Обливиона затронул все земли, Морровинд исключением не был. Конечно, Балмора пострадала от него не так сильно, как Альд-Рун, однако, это был темное и страшное время. Потай сам участвовал в боях с безумными дреморами и хорошо помнил то отчаяние, которое царило в сердцах и умах людей. Тварям словно не было конца, на место одной убитой из Врат выходил десяток новых, полных сил и какой-то нечеловеческой ярости.

Очевидно, подобные чудачества стали тут обыденным делом, потому на Потая почти не обращали внимания, лишь несколько прохожих повернули было головы в его сторону, но быстро утратили интерес к происходящему. Странная волна свежести и уверенности в себе внезапно охватила его, словно волны прохладного света омыли разум, освежая чувства, он замер, пораженный открытием – Дракон даровал ему свое благословение!

«Кто бы мог подумать! Впрочем, наверняка Акавир я не открыл – вряд ли такое бы осталось незамеченным» - подумал маг и свежим взглядом окинул площадь. Хотелось есть, но Потай по своему опыту знал, что переговоры лучше вести на голодный желудок. Мотивация сильнее. Однако, сил терпеть не было, хотелось даже не столько есть, сколько опробовать новые, посвежевшие чувства. Солнце светило ярче, ветер стал прохладнее, обычный шум города звучал, словно таинственная мелодия….

Еще раз бросив на статую благодарный взгляд и вознеся молитву Девяти, Потай двинулся дальше, в Дендрарий. Там он купил большое красное яблоко у торговца фруктами и теперь жевал его, хрустя и брызжа соком. Его сапоги из кожи нетча теперь топтали дорогу, ведущую в Университет Таинств, который ныне служил конклавом Синоду. Вот тут точно ничего не изменилось, только знамена, а так все осталось прежним. Потай с удовольствием вдохнул воздух интриг и магии со сладковато-гнилостной ноткой застоя и улыбнулся. Он пришел куда нужно. Те, кто просиживал тут штаны во времена Гильдии, наверняка постарались сохранить свои седалища в неприкосновенности. И Потай знал многих из них, ведь каждый раз навещая семью, он не забывал навестить и их. Волшебник поднялся по лестнице, кивая встречным так, словно был знаком с каждым из них, и шумно вломился в приемный покой, где несколько молодых клерков за стойкой возились с бумагами. Так же в зале находилось несколько магов, судя по лицам, новичков.

- Я желаю вступить в Синод – заявил Потай, хлопнув по столу рукой – Что вы можете мне предложить?
- Б-бланк для вступления? – Полувопросительно ответил клерк, неприязненно разглядывая посетителя – Вот, з-заполните его и ждите, обычно ответ п-приходит в течении недели.
- Недели? Ну что вы, что вы, не буду вас так долго мучить и скажу сразу - согласен. Так что сегодня ваш счастливый день – Потай широко улыбнулся и сверкнул золотым зубом во рту – Так что вы мне можете предложить?

Клерк опешил и уже даже раскрыл рот, чтобы что-то сказать, как вдруг массивные двери за его спиной распахнулись и из них вышла группа волшебников. Мантии их были богато украшены, а на головах красовались круглые широкополые Шляпы Волшебников. Потай тут же понял, что хочет такую же и прямо сейчас. Одна шляпа повернулась в его сторону (вместо с головой владельца, разумеется), и маг понял, что узнает это сухое жесткое лицо, которое с годами стало еще более резким.

- Перси! Персивальд! – крикнул Потай и замахал рукой, игнорируя пытающегося протестовать клерка. На лице проступил легкий намек на узнавание, и Потай решил закрепить успех, как говориться, не отходя от кассы. То есть от стойки – Давненько тебя не видел! Сколько лет прошло, а? Десять? Вот решил заглянуть, раз уж я тут проездом.
- Потай? – неуверенно и вроде бы слегка разочарованно протянул Персивальд – А мы-то думали, что Красная гора похоронила тебя.
Слово «думали» в устах Перси звучало почти как «надеялись», но возможно у него просто такой голос.
- И теперь ты хочешь вступить в Синод, да? – Персивальд кивнул на бланк. Клерк пытался подавать ему какие-то сигналы, но тот лишь отмахнулся.
- Да и…
- И желательно сразу повыше, да?
- Ну, в общем-то…
- И что бы подъемные сразу и отдел в подчинение?
- Ты прямо читаешь мои мыс…
- И дом в Талос-Плазе?
- Конеч… Что? – Потай опешил и уставился на Персивальда, ожидая подвоха – Было бы неплохо, но ты же помнишь, я человек скромный, почти аскет
- О-хо-хо, да уж, я помню – Перси рассмеялся и хлопнул Потая по плечу – Ладно, пойдем ко мне в кабинет, потолкуем, раз уж ты все равно шел мимо.
Потай расплылся в широкой улыбке и кивнул. Уже выходя из залы следом за своим вновь обретенным другом, он надменно взглянул на растерянного клерка, а потом улыбнулся и весело ему подмигнул. Волшебник ощущал странную лихость во всем теле.
- Итак, ты желаешь послужить на пользу Синоду? – Уточнил Перси, усаживаясь в глубокое кресло за массивным столом, покрытым синим сукном. Он указал Потаю на второе такое кресло.
- И себя тоже не забыть, как ты понимаешь – Потай усмехнулся, вопросительно глянул на собеседника и указал пальцем на роскошный буфет, где в царстве стекла и хрусталя дремали бутылки с явно алкогольным содержанием. Получив утвердительный кивок, Потай выудил наудачу одну из них и пару бокалов – Флин? О, запах второй родины, так не вовремя погибшей и лишившей меня всех надежд.
- И накоплений, не так ли? – Хмыкнул из своего кресла Перси.
- Да я, собственно, о них и говорил – Потай аккуратно разлил по бокалам ароматный напиток и уселся в кресло – Помянем, мир их праху.
- Лучше расскажи, где ты пропадал почти пять лет после Красного года? Почему сразу не приехал сюда?
- Хм.… Это, видишь ли, долгая история – Потай почесал бороду и кратко пересказал Перси свои злоключения. Рассказал про Гору, про бедствия, беженцев, мародеров, секту Последнего дня, про суда, про Солтсхейм. Он и сам уже не понимал, почему не вернулся сразу. Богаче за эти пять лет он не стал. Умнее, похоже, тоже.

История Перси была короче и гораздо логичнее. После развала Гильдии во втором году, почти все, кто стоял во главе решили там же и остаться, так появился Синод. Персивальд был Мастером-Волшебником, а стал членом Совета Синода, сменив роскошное кресло на очень роскошное.
- Так значит, тебе присвоили Волшебника, да? – Перси кивнул на посох Потая
- Да – не моргнув глазом, соврал Потай
- Вот как? И какое зачарование выбрал мастер Зачарований?
- Ураган Огня, я, знаешь ли, немного консервативен в таких вопросах
- Ураган, значит? Ну ладно. В общем, вот что я тебе скажу – очень удачно ты появился, в самое смутное время. Ты уже слышал про побег? – Потай утвердительно кивнул, и Перси продолжил – Дело пахнет не простой уголовщиной, а настоящим зловонием Политики. Мы, то есть Синод, должны быть не просто на стороне победителя. Мы должны быть на всех сторонах сразу.
- Звучит очень… практично.
- Вот и мне нужен очень практичный и по возможности малоизвестный в этих краях человек. Но не простой, а доверенный человек. Такой человек мог бы встать в нужное время на нужную сторону и… ты понимаешь, к чему я клоню?
- Понимаю, но это все сложно, сложно – Потай даже покачал головой, изображая скорбь по несовершенству мира, где такие доверенные люди, как он сам, вынуждены обходиться без средств.
- Ну, а то – хмыкнул Персивальд – Ты получишь почти все, из того, что я перечислил. Ну, кроме особняка в Талос-Плазе. И не проси, на них очередь на десять лет вперед, ах-ха-ха. Я дам тебе людей…
- Сколько? Мне нужно минимум десять человек, сам понимаешь, минимальная боевая группа ма…
- Четверо
- Ладно, хотя бы восьмерых, но я себя без ножа ре…
- Трое
- Ладно, ладно! Трое так трое, Дагот тебя очаруй, Перси, ты последние портки с меня снять готов! Трое, и такая же шляпа, как у тебя!

В результате этой беседы Потай получил солидные подъемные, которые ему предполагалось тратить для пользы дела, заполненный, подписанный и одобренный бланк, сообщающий, что ныне он маг Синода, и не абы какой, а Специальный. Этот пункт был добавлен по настойчивой просьбе самого Потай, поскольку в Синоде не было привычной иерархии званий. По сути, званий было всего четыре. Новичок, так именовали всех тех, кто получил одобрение на вступление, но не участвовал в операциях, Маг, такое звание носило большинство членов Синода, член Совета, так звали, как ни странно, членов совета Синода и Председатель Совета, который осуществлял высшее руководство. Кроме этого, Потай получил письмо, в котором было сказано, что все конклавы Синода должны оказывать посильную помощь и поддержку «сему благородному мужу в его начинаниях». И, конечно же, шляпу!
Еще одним приобретением была компания из трех магов-новичков, которых Потай должен был встретить в городе и порадовать новым назначением. Волшебник удовлетворенно вздохнул и улыбнулся, словно сытый кот. Встреча с подручными была назначена в Торговом районе, и Потай направился туда, планируя обсудить все за обедом.

***

По дороге из Коррола возле фермы Одилов проходил рыжий каджит с ирокезом. Одет он был в чёрные штаны и безрукавку синего цвета, на поясе у него висело два эльфийских кинжала. И шёл он в Имперский город навстречу своему товарищу.
"Где я", - это было первое, о чём подумал М'рис, очнувшись в тёмной, сырой пещере. Он попытался встать, но руки его были связаны, а в ушах звенело, он попытался вспомнить, что с ним случилось, но помнил только, как шёл по дороге навстречу Эранору, а потом очнулся здесь. Но где это здесь?
Вдруг М’Рис услышал звук шагов, в пещеру зашел имперец в кульчужной броне, его кожа была бледной, а глаза ярко светились. Это был вампир! Он подошел к безсознательному каджиту и уже хотел утолить свой голод, как вдруг каджит вскочил на ноги, выхватил из ножен вампира меч и, сделав выпад, пробил стальную кирасу и сердце вампира, после этого он разрезал веревки на руках и пошел к выходу из пещеры. Вдруг в дверях показался другой вампир, который, увидев каджита, потянулся к своему клинку, но было поздно - его голова полетела на землю, М'рис выбежал в коридор и направился прямо к выходу, как вдруг перед ним оказался третий, который ударил его с ноги в живот. Каджит отлетел на несколько метров и упал после удара. Вампир направился шагом к нему, но он уже был на ногах и нанёс вампиру серию ударов в живот. Тот отошел на несколько шагов под натиском каджитских лап, но, уловив момент контратаковал и нанёс ответный удар в живот, и каджит упал. У вампира на лице появилась победная улыбка, но М'рис заставил себя долго ждать - он схватил вампира за ноги и, дернул повалив того на землю; после этого маневра он встал на ноги и побежал к выходу.

 

***

Прошел уже день с тех пор как Седрик отправил К’Риса к остальной банде, а сам купил лошадь и отправился в Имперский Город. И, как следовало ожидать, в городе никто ничего не знал. Альтмер будто просто исчез.  Вся информация, которую ему удалось получить, делилась на брехню (вроде – «мой троюродный дядя по маминой линии видел его в окружении вампиров») и полный бред («Я сам видел, как ему на помощь пришла армия дремор, а потом он отрастил крылья и улетел на Массер»).
Оставалось только одно – идти в тюрьму. « В газете говорилось, что в тюрьме можно получить информацию и инвентарь. И то, и другое мне не помешает » - решил Седрик и отправился в городскую темницу.
Дорога туда заняла у него почти час, затем Дагон знает, сколько времени он бродил по холодным коридорам, повсюду натыкаясь на стражников и обливаясь холодным потом.
Когда Седрик наконец нашел дверь с надписью «Начальник тюрьмы», был уже вечер. Тихо отворив тяжёлую дверь, он увидел пожилого имперца сидящего за столом.
- Господин начальник тюрьмы? – неуверенно начал Седрик,
- Обращайтесь, что вам угодно?
- В газете было написано, что вы обладаете информацией о недавнем инциденте, а так же можете выдать необходимое снаряжение для поимки преступника. Это так?
- Могу сообщить лишь слухи. В последний раз он был замечен недалеко от форта Урасек, как сообщил нам один из постоянных клиентов "Плута на привале". Никто не знает, куда он направился. Можно предположить, что прочь от столицы, так как видели его бредущим на север по Красной кольцевой дороге.
Что же насчет снаряжения - какой бой вы предпочитаете?
- Спасибо за информацию господин,  – информации не густо, но хоть что-то -  И я предпочитаю вести бой на расстоянии, не люблю марать руки.
- Это хорошо, - пробормотал начальник себе под нос. - Наша оружейная может выделить вам два десятка серебряных стрел и новый стальной лук, если это необходимо. Покажите им эту расписку, - он протянул посетителю бумагу.
- Благодарю вас, – как можно более учтиво сказал Седрик, взял расписку и поспешно вышел из кабинета.
За дверью он шумно выдохнул, рассмеялся, и довольный собой пошагал в оружейную.
Было уже темно, когда Седрик вышел из тюрьмы и отправился искать гостиницу.
«Надо будет рассказать всю эту историю какому-нибудь менестрелю! «Песнь о храбром разбойнике, который прогулялся по тюрьме и получил за это новенький лук» Звучит не плохо » - Весело думал бандит, идя по многолюдным улицам Имперского Города. Вокруг царило обычное для столицы оживление, как будто последние несколько дней  ничего не происходило. Из кабаков доносилось нескладное пение пьяниц, путаны, зазывали клиентов, свесившись из окон гостиниц, вокруг сновали малолетние карманники, а в воздухе стоял неприятный запах, характерный для окраин города. Всё это было так знакомо Седрику, что ноги по привычке понесли его в сторону дома. Опомнился он только под дверями красивого белого дома с резным крыльцом.
«Может отец уже простил меня? Пять лет это немалый срок. Стоит мне постучать в эту дверь и жизнь бродяги-разбойника закончится, и я закончу обучение, стану послом где-нибудь в провинциях, буду уважаемым человеком, а не отбросом общества»
Он уже был готов постучать в дверь, но вдруг неожиданно развернулся и пошёл искать гостиницу, выкинув абсурдные мысли о возвращении домой.
Так как в деньгах недостатка не было, Седрик решил остановиться в гостинице «Тайбер Септим». Заказав ужин себе в номер, он решил обдумать информацию, полученную от начальника тюрьмы и решить, что делать дальше.

«В последний раз он был замечен недалеко от форта Урасек, как сообщил нам один из постоянных клиентов "Плута на привале". Никто не знает, куда он направился. Можно предположить, что прочь от столицы, так как видели его бредущим на север по Красной кольцевой дороге»

«Хм.… Прочь от столицы это само собой разумеется, но куда?  Будь я на месте государственного преступника, я бы нашел место, где можно переждать первые несколько дней особо активных поисков, тем более в газете было написано, что он собирается мстить, следовательно, это место должно быть не слишком далеко от столицы, чтобы наносить стремительные удары. Теперь, надо понять, где он прячется.
1.Пещеры – аристократ (даже бывший) никогда не опустится до такого.
2. Фермы и постоялые дворы – слишком опасно.
3. Старые форты – заброшенные места, которые все обходят стороной из-за их опасности. Идеально для укрытия.
Итак, первым делом надо осмотреть все более или менее целые форты расположенные не слишком далеко от Имперского Города » - Седрик улыбнулся, порой его способности к дедукции пугали его самого.
Разбойник плотно поужинал и приказал лакею накормить его лошадь, и разбудить  его пораньше.
«Завтра рано утром поскачу в форт Гриф, надо узнать как там дела у банды. Если не буду останавливаться у каждого постоялого двора, то доскачу за один день», - решил он и провалился в сон без сновидений.

 

***

Темнело. Двое эльфов молча подходили к форту по петляющей в лесу мощеной дороге. Они шли без остановок с самого утра, и теперь, наконец, цель была близка. Массивная громада из камня темнела среди вершин деревьев, превосходя многие из них вышиной. Смертью и старостью тянуло от этих древних стен, построенных в давние времена для защиты столицы, а ныне покинутых всеми, кроме разве что диких зверей и гоблинов.
- Готов немного поразвлечься? - задал вопрос альтмер. - Правда, я пока никого там не вижу. Хотя... погоди-ка. Один человек снаружи есть. Пока не нападай. Попробуем договориться.
- Ладно, пошли, поговорим, - ответил данмер.
Парочка вошла под арочные своды. Со ступенек каменной лестницы поднялся высокий мужчина.
- Кто это у нас здесь, м? - Зено поднялся на ноги, и, оперевшись руками и подбородком на меч, начал разглядывать незнакомцев. - Сладкая эльфийская парочка, ага? С нашей стороны будет крайне не вежливо портить им столь дивный вечер, не правда ли, Леди? - мечник закатил глаза вверх, туда, где в последних лучах угасающего солнца кружили светлячки. Сейчас он решал, как поступить с бродягами - убить их сразу, принести в жертву своей богине по всем правилам, или, быть может, проявить великодушие и отпустить их с миром? Имперец оставил меч воткнутым в землю и сделал небольшую разминку, чтобы проверить собственную боеготовность, но, к собственному огорчению, осознал, что бой сразу с двумя разумными существами он попросту не потянет. А жаль - ведь опускающаяся на землю ночь казалась Зено крайне подходящей не только для романтических прогулок под луной, но и для кровавой расправы. Перед глазами мечника вновь начали всплывать привычные видения - подобно вывернутым на изнанку змеям они опутывали незваных гостей, связывая их с самим имперцом и увлекая в глубь катакомб. - Что? С этими отродьями? Да я и сам прекрасно... Ладно, будет исполнено, госпожа. - продолжал рубака беседу с самим собой, оскалившись и заметно погруснев. - Эй вы, ушастые! - наконец обратился Зено к эльфам. - Будете ходить по ночам вдвоём, примут за каких-нибудь, гы-гы... - мечник прикрыл рот ладонями, с трудом сдерживая смех, а затем подошёл к незнакомцам и приобнял их за плечи. - Чтобы избежать столь досадных недоразумений, вам нужен третий! Только сегодня и только сейчас я готов вступить в вашу шайку, но только при условии, что вы поможете мне вытащить из этих развалин одного моего дружка... Ой. - имперец порозовел и вновь заткнул себя, на сей раз кулаком. - Вы не подумайте чего, он ведь уже лет десять как мёртв... Так, о, Леди, это ещё хуже... - Зено высунул язык, а лицо его выразило крайнюю степень отвращения. - Как бишь вас зовут? - поспешил он перевести тему. - Нет, постойте, я сам угадаю! Альтмерил и Данмеро! Нет? Ладно, сдаюсь. - мечник выставил ладони вперёд, как бы извиняясь и успокаивая своих собеседников, а затем протянул одну из них альтмеру. - Зено Фериус, благородный рыцарь, к вашим услугам.
- Видели мы таких рыцарей, - с презрительной миной хмыкнул Элдарион, но все же пожал протянутую руку. - Гробницы расхищаем, значит? Ну что ж, каждому свое, мой друг. Могу ли я спросить, не слишком ли ты занят на этой неделе? Да и на следующей тоже? И в течение ближайших месяцев тоже, разумеется, пока тебя не вздернет на первой попавшейся сосне имперский патруль? - альтмер словно проигнорировал разглагольствования наглеца, списав их на его неадекватность. Впрочем, он знал свои силы. И мог примерно оценить потенциал соперника, что позволяло сделать вывод о том, что боя удастся избежать. - По счастливой случайности нам тоже нужно попасть внутрь. И даже на недолгое время здесь обосноваться. Так что, если ты не против составить нам компанию, а также не желаешь прикончить меня во сне, я предлагаю объединить наши усилия. Что скажешь, Эранор? - обратился он к товарищу.
- Я согласен, - ответил данмер. - Но только если ты, Зено, скажешь, кто такая Леди, и не убьешь меня ночью на жертвенном алтаре.
- Прикончить во сне? Да за кого вы меня принимаете? - Зено издал неприличное "трпрфююю", выставив язык между губами, а затем сложил руки на груди и насупился - похоже, последняя фраза задела рубаку куда сильнее, чем сомнения касательно его безупречных рыцарским манер. - Зарубить спящего - это же означает лишить себя всякого удовольствия! - воскликнул он, тыча пальцем в грудь данмеру. - А свободен я буду ровно до тех пор, пока не понадоблюсь госпоже... На твоё счастье, альтмер, это означает, что... - имперец закатил глаза вверх, а затем раздражённо взмахнул кулаком. - Ладно, я твой с потрохами. Обещаю быть паинькой! - приподняв полы плаща, Зено сгорбился в каком-то фальшивом, крайне наигранном реверансе. - Что же до Леди, хе-хе ... Это секрет! - мечник поднёс палец к губам и отвернулся. Делиться своими знаниями с непосвящёнными противоречило не только его вере, но и клятве, которую он принёс своей богине.
- Надеюсь, Зено, ты позволишь нам познакомиться с твоей госпожой, когда придет время? А сейчас, мне кажется, пора приступить к зачистке этого заведения. Или тебе нужно время на подготовку? - весело спросил альтмер.
- Да, секундочку! - виновато прошептал Зено, извлекая из кармана талисман и усаживаясь на колени. - Из-за вас я чуть не пропустил время вечерней молитвы!

***

Весь вечер бродя по городу, Разар узнал лишь то, что никто ничего не знает, поэтому он зашагал к выходу из города. Но и тут без приключений не обошлось. Пока Разар пытался протиснуться через толпу.ю скатлер стащил кусок мяса с прилавка, а хозяин это заметил.
- Эй, ты! Твой зверь стащил у меня мясо, давай, плати!
Разар думал не долго. Он резко ударил торгаша в лицо и побежал через толпу.
- Ну вот, опять мы из-за тебя влипли, - кричал он на скатлера.
А стража уже бежала за ними... Когда он был уже у ворот, их начали опускать, да и стража уже почти подобралась. Но рядом проезжала повозка с маслом. Подбежав к ней, он скинул с неё бочку и вылил из неё всё на дорогу, затем взял факел и поджег его.
Таким образом, он оказался в середине полукруга, который ограждал от него стражу и давал спокойно сбежать через мост, что он и сделал. Путь через лес прошел без приключений, и в «Плуте» он был уже к ночи.
Войдя, он подозвал слугу и заказал фондю с вином. Также спросил, есть ли здесь карта Сиродила. Ему принесли еду, а также книгу, в которой на две страницы была карта, и согласно ей, ближайшим фортом был Урасек.
Там и надо  было начинать поиски.

 

***

Купленные в Бравиле дешевые конь и лошадь позволили довольно быстро добраться до Имперского города. Оставив их в конюшне "Гнедые лошади", путники направились в Талос-Плаза.
- Бывал Дар'сад здесь, много красивых мелких вещичек стащил: из карманов, домишек их богатых, - Дирмах легонько ударил каджита по плечу, указав на заинтересовавшихся городских стражников.
- Иди спокойно и не болтай лишнего! Ты опять пил? Ты подводишь нас к ошибкам! - бретонец нащупал бутылку, под плащом Дар'сада и забрал себе.
- Это потому, что ты не дал Дар'саду прикарманить у того длинноухого скуму, когда мы были в вонючем Бравиле. Тем более Дар'сад отбил себе задницу из-за этой костлявой клячи. Теперь ему стыдно ходить по престижной части города, потирая ее, - посетовал сутай-рат, стражники, зевая, перестали косо смотреть в их сторону.
- Взгляни, Дар'сад, на отца драконов - с благоговением сказал Дирмах, не обращая внимание на нытье кота.
- Эта статуя не впечатляет Дар'сада, даже та "живая" в Храмовом районе, как и сам этот "бог" Алкош, я служу настоящей богине, тем более этот "отец драконов" Дар'сада не возбуждает. Кстати, может, найдем местный бордель, хотя есть одна имперка... - каджит по-детски заулыбался и замолчал, видимо вспоминая пикантные подробности своей грешной жизни.
Дирмах посмотрел на статую спасителя Тамриэля и направился с Дар'садом дальше по ночным улицам прекрасной Талос-Плазы.
Семеро личностей окружили путников в глухом темном переулке нищего Портового района:  низенький худой босмер с кинжалами, уродливый норд с секирой, не менее уродливый орк с молотом, полный имперец-маг, накачанный редгард с двуручником и две имперки девушки-близнецы с катанами. Оружие и доспехи почти у каждого были в основном стальными.
- Ну, что бретонская мразь, не ожидал? - злобно сказал босмер, явно главарь, судя по хорошему оснашению. Он носил эльфийскую броню.
- Врядли вы воры! Что я совершил? - спокойно спросил Дирмах.
- Убил моего сына полтора дня назад - с ненавистью ответил лесной эльф - Каджита убить, а эту сволочь ранить, он мне нужен живым!
- Рябята, давайте жить дружно? - фраза Дар'сада не возымела никакого эффекта, и завязался бой.

Дирмах удачно использовал, уже заранее заготовленное, заклинание паралича на гигантского орка, который свалился вместе с молотом в воду. Далее вражеский маг, вместо заклинания разрушения, скастовал водное дыхание на захлебывающегося орка. Норд замахнулся секирой, но Дирмах был быстрее, вонзая меч в нижнюю челюсть так, что тот пробил череп. Вторым мечом пределец заблокировал ловкую атаку босмера.  Дирмах пнул эльфа, что тот согнулся пополам, затем кинул кинжал в лицо толстого мага, убив его. Без поддержки мага орк задохнулся.
Дар'саду пришлось уклоняться от двух шустрых сестер,  выбравших его своей целью. Сутай-рат был похож на боевого монаха, грациозно увернувшись от быстрых катан, двумя резкими как ветер ударами превратил симпатичные мордашки близняшек в кровавое месиво, отправив в нокаут. Силач-редгард также напал на каджита, нанося рубящий удар. Уклонившись, кот одной рукой нанес мощный удар в живот чернокожего, другой ударил по рукам, выбив двуручник. Мускулы не спасли редгарда, и вскоре он валялся с синюшным лицом без сознания.
- Ненавижу тебя! - прохрипел босмер, плюнув в лицо Дирмаха, за что получил кинжал в глаз.
- Дар'сад предпочитает не убивать! Что будешь делать с троицей, приятель Дирмах? - спросил каджит.
- А я не убиваю тех, кто без сознания! - сказал пределец.
- Дилемма-проблема, хех, - ухмыльнулся Дар'сад
Молча, они вышли из темного злополучного переулка, навстречу новому дню.

***

  Нелор проснулась и как обычно, широко зевнув, потянулась. Костер давно погас, а среди черных угольков лежали такие же истлевшие кроличьи косточки. Но как странно, отца не было. Может он отправился на охоту? Нет, лук и стрелы здесь, в траве лежат. Он никогда бы не оставил ее одну.
  Девочка занервничала и позвала его, оглядываясь по сторонам.
- Нелор, я здесь! - услышала она голос отца откуда-то сверху.
Оглянувшись на холм, она увидела его среди колючих зарослей.
- Поднимайся сюда! Только осторожно, тут колючки.
Девочка улыбнулась и побежала наверх. Скоро она уже была рядом с ним.
- Говорил же, колючки тут, - упрекнул ее Дрэвер, вытаскивая из ее волос зацепившиеся колючки.
- Смотри. Мы уже почти пришли, - сказал он, наконец, указывая  на гордо возвышающуюся высокую башню.
От изумления девочка открыла рот.
- Ух ты! Башня Белого Золота! Какая она огромная!

Они снова шли по дороге желтого кирпича, как сзади послышался цокот лошадиных копыт. Дрэвер обернулся. Сзади двигался имперский патруль, состоящий из пяти легионеров, включая офицера - имперца с густыми усами.
- Тпру! Стоять, ать-два! - услышал данмер его громкий голос.
Имперец подъехал ближе и жестом приказал остальным остановится.
- Кто такие? Откель и куда путь держим? Показываем документы, если имеются таковые! - начал он.
Дрэвер нахмурился и крепче сжал ладонь Нелор.
- Какие-то проблемы, господин офицер? Мы что же уже на допросе?
Имперец провел рукой по своим пышным усам.
- Пока нет, но это дело времени. Да и положено так, каждого второго путника допросить-расспросить, - ответил, подбоченясь.
- Нам не нужны неприятности, господин офицер. Мы просто путники, идущие из Брумы в Имперский город.
Офицер бросил на данмеров оценивающий взгляд.
"Странная на них одежа, - подумал он. - Да только не помню я что-то, что бы так в Бруме наряжались. Чужестранцы".
- Так вы беженцы? Да, по истине темные времена настали, - сказал он вслух.
- Возможно, - согласился с ним Дрэвер.
- И чего только не произошло за все это время! И вторжение орд даэдра в Сиродил, и разрушение Морровинда....Я не удивлюсь, если в Скайриме вдруг появятся драконы и начнут сжигать все дотла!
- Мы хотели бы продолжить свой путь.
Офицер посмотрел на девочку, которая вдруг чего-то застеснялась и стала прятаться за отцом, но одарила имперца милой улыбкой. Тот рассмеялся и снова потер свои усы.
- Да вы поймите меня...господин путник, что работа такая у меня. Формальности, конечно, все это, но куда деваться. А вы это...чего подозрительного или странного не видали в ближайшее время?
- Кроме приставучего имперского офицера, ничего и никого, - ответил Дрэвер.
- Но-но! Шутки шутите в другом месте, а тут не положено.
- А к чему все эти, как говорите, формальности? Случилось чего?
- Ну да. У нас...кхм...чрезвычайное положение. На днях из Имперской тюрьмы сбёг один опасный бандит. Да-да, настоящий негодяй и злодей! Подонок, коих еще свет не видывал, жулик, обманщик и....и просто нехороший человек!
- Как это "сбёг"? Говорят же, что из Имперской тюрьмы невозможно бежать.
- Ага, а еще говорят, что в Скайриме скоро будет война...за независимость. Брешут всё, брешут и не краснеют, так их! А сбежать из тюрьмы ума большого не надо. Это тебе не репу моченую из бочки доставать. Под тюрьмой куча катакомб, туннелей и всяких подземных ходов нарыто. Там даже бывало гоблины, их мать, ой, прошу прощения, заводятся. Вот и убег, паразит. Ну да ничего! Поймаем злыдня и подвесим за...кхмм...ну вы поняли.
- Что же, желаю вам удачи в поимке этого бандита, - пожелал Дрэвер.
- Ну и вам всего хорошего. Берегите дочурку-то свою.
- Уж за нее не волнуйтесь. Кстати, где в Имперском городе мы могли бы остановится, имея скудную сумму денег?
- Кхм...ну, я вам посоветовал бы заглянуть в Плавучую таверну. что в Портовом районе. Только осторожно. Там часто шныряют жулики, воры да всякие бродяги. А сейчас идите прямо по этой дороге, пока не увидите длинный мост. Ну а там дальше разберетесь.
Дрэвер поблагодарил офицера и распрощался с ним. На прощание Нелор помахала ему рукой. Имперец отсолютовал ей, крикнув им вслед:
- Да хранят вас боги!

Имперский город встретил их просто какофонией всевозможных звуков: громогласно торговцы созывали к себе покупателей, кто-то ругался, где-то плакал ребенок, лаяли собаки, выпивохи горланили песни, смеялись дети, кто-то чихал, громко сморкался, кашлял, гундосил, хрипел, рычал, рыгал, куры кудахтали, а лошади ржали. При этом почти вся рыночная площадь, в которой не посчастливилось оказаться в это время Дрэверу и его дочурке, была заполнена от одной стены до другой всяким людом. А значит до Портового района придется пробиваться силой.
  В нос ударили разные запахи: пахло свежей селедкой, жареными куриными крылышками, яблоками, кожей, конским навозом, благовониями и многим другим. Если бы толпа не была столь огромна Дрэвер обязательно купил Нелор какой-нибудь сладкий рулет. Бедняжка так давно не лакомилась сладким. Но сейчас ему этого совсем не хотелось. Сжав ручку дочки покрепче, он прокладывал себе путь сквозь снующих туда-сюда людей, уворачиваясь от груженых повозок.
  Толпа поднапирала. Толстая женщина вдруг навалилась на него всей своей массой, чуть не придавив Нелор. Дрэвер оттолкнул ее и проскочил дальше, ведя за собой дочь. Кто-то наступил ему на ногу. Бородатый бретон грубо толкнул его в бок и обругал еще в придачу. Но Дрэвер не замедлял шага. Скорее выбраться из этой галдящей суетливой толпы.
  Дав пинка задумавшему было пошарить в его карманах хаджиту в рванье, данмер и его дочь наконец добрались до ворот в Портовый район, которые были сейчас открыты нараспашку. Посреди входа стояла загруженная ящиками повозка, вокруг которой сгрудились городские стражники. Разодетый имперец махал перед их лицами какими-то документами и требовал, чтобы его немедленно пропустили. Видимо, получив отказ, он покрыл стражников отборнейшей бранью. Проскочив мимо этой незапланированной делегации, данмеры очутились в порту.
  К счастью народу здесь было немного - по большей степени местные работяги да попрошайки. Каждый занимался своим делом и не обратил ни малейшего внимания на появившихся данмеров в странных одеждах. Два аргонианина колотили бочки, работник портового склада подметал у крыльца, грузчики сгружали ящики с рыбой со стоящего у причала корабля, подозрительная босмерка в темных одеяниях с капюшоном стояла прислонившись к стене склада, кончиком кинжала выковыривая грязь из под ногтей; выпивоха, судя по опухшему лицу это был бретон, но вполне мог быть просто очень мордатым нордом, лежал у составленных ящиков в обнимку с бутылкой и зычно храпел; вдали два хаджита сидели на бережку, закинув удочки. Все как обычно.
Дрэвер огляделся. Да, вот она! Плавучая таверна. То, что нужно. И уже скоро они были внутри.

Изменено 14 января, 2015 пользователем Prisoner-Boratino

[RottenSkeleton]

Я голосовал так: (спойлеры!!!)

Спойлер

Я НЕ ШУЧУ!

Спойлер

Положительные:
Сейдро и Джубен - ну, они просто... "Мой" тип доброго персонажа. Серьёзно отзывчивые люди с позитивной отдачей. Если бы Руфус (он довольно старый перс, на самом-то деле, но точно не старше Лиона, которого я скорее изображаю, чем играю) не был здесь таким же козлом отпущения, как и Франк. Они не занудные моралисты, просто для них это естественно, само собой.
Древер и Нелор - ну, тут, я думаю, без объяснений. Трогательные отношения отца с дочерью.
Офицеры и рыцари - простые безликие винтики огромной машины, построенной Горвом, всего лишь исполняющие свой долг и отдающие жизнь просто потому что иной раз только жизни и не хватает. Я так же нежно вспоминаю стражников в Скайриме, помогавших мне, бесполезному колдунишке второго уровня, убивать своего первого дракона.

Отрицательные:
Элдарион - ай манипулятор, ай затейник, ай-ай-ай! Всё никак не уймётся! Если бы Авидо бы удалось его поймать, он бы ни в коем случае его не убил, даже если бы была возможность потерять деньги, тут каюсь: здесь камень преткновения для меня как игрока, агась.
Зено Фериус - мне просто нравятся его диалоги, ну, осмысленная их часть. Просто. Всё ещё считаю тот диалог Зено с Авидо по поводу "цепных собак" самым показательным для обоих персонажей.
Ариана - Сноу просто на ура отыгрывает некроманта. Вообще-то, Ариана исторически мне ближе какого-нибудь там Николаса, только я вам этого не говорил.
Гвендолен - *сцена с особняком в Корроле* *аплодирует стоя*

Наиболее противен:
Потай Маджесто! Я прямо унаследовал тёплую любовь Авидо к этому типу после того, как Ингения обыграли в той битве речей в Корроле (кстати, обыграли просто изумительно, большой поклонник таких сцен, честно). Реванш! Нужен реванш! И я тоже хочу особняк на Талос Плаза! >_<
Если не за Потая, так за Зено. Даже Ингений так часто не отпускает пошлые шуточки. У парня просто талант. Жаль что я не люблю пошлые шутки. :с

Сторона:
Некроманты. Очевидно.

Изменено 17 января, 2015 пользователем RottingSkeleton

[Prisoner-Boratino]

Добавил к третьей главе еще немного о Дрэвере. Так переход к четвертой и одной из моей любимых глав будет более логичным)

[SnowK]

“Лучшие из лучших” – Сейдро и Джубен. Да, они то самое рафинированное добро, лучики света в тёмном царстве, настоящие герои этого произведения. В общем, хорошие парни, не фанатики и, что самое важное, верны своим идеалам, а не звонкой монете.
“Лучший из худших” – Меркурио. Молчаливый мясник, слепо повинующийся приказам, но, тем не менее, не лишённый сердца. Своею преданностью нанимателям он выгодно отличается от прочих охотников за наживой, к тому же, из всех плохишей этот самый нетипичный – им движет не алчность, не месть и даже не безумие, а всего лишь стремление обрести самого себя.
“Худший из худших”… Тут мои персонажи явно вне конкуренции, но, пожалуй, отдам голос Дар'Саду. Этот кошак жалок и омерзителен, ни совести, ни чести, таких иуд как он нужно мочить в сортире.)
Касательно стороны – ну, в этой игре мне выпала честь быть представителем сил зла, но сердцем и душою я на стороне закона и порядка. Вперёд, Империя!

[Arkadros]

Проголосовал точно также + за Восставших