TES: Обратная сторона монеты

[Prisoner-Boratino]

Взрыв сотряс стены тюрьмы Имперского Города, и металлическая решетка камеры, всего пару секунд тому назад крепко сидящая на петлях, слетев со своего привычного места, ударилась о противоположную стену и с веселым звоном опустилась на пол. На несколько мгновений в воздухе повисла тишина, такая пустая, что удары собственного сердца отзывались глухим рокотом в голове. Затем застучали по каменному полу железные подошвы стражников, спешащих на место происшествия, заскрипел в давно не смазывавшейся замочной скважине старый ключ, и несколько легионеров замерли в проходе, глядя на высокую фигуру, покидающую свою камеру, перешагивая через обломки вырванных из стены булыжников. Грубая, грязная, совсем не по размеру сшитая одежда висела на худом теле подобно рваным мешкам. Заключенный повернул голову в сторону стражей порядка и тяжело вздохнул. На его тощем лице появилась и тут же пропала грустная улыбка. Выйдя на середину коридора, он снова взглянул на обращенные к нему глаза в прорезях закрытых шлемов и обнаженные лезвия стальных мечей, таинственно поблескивающие при свете одной-единственной свечи. Солдаты ждали; беглец ждал. Ждали действий со стороны противника.

Первым не выдержал мужчина в обносках; тонкие руки поднялись к груди, источая мягкое сияние. Внезапно свет разросся, ослепляя, заставляя жмуриться и прикрывать глаза, и к тому моменту как закованные в броню стражи порядка смогли наконец осмотреться, их очам предстало абсолютно пустое помещение.

А в это время босые ноги альтмера сошли с мощеной мостовой района тюрьмы на старую, полугнилую прошлогоднюю траву Имперского острова, совсем недавно освободившуюся от гнета снежного покрова. Он полной грудью вдыхал свежую утреннюю прохладу, шагая к песчаному побережью. Спустившись к озеру, эльф умылся и, сбросив неудобную рубашку, погрузился в прозрачные воды Румар. Ледяная вода обжигала, мышцы сводило, но меру было все равно. Грязь, скопившаяся на коже и волосах за полгода заключения, размывалась и отставала, даруя легкость и ощущение чистоты, такое приятное и давно забытое. Переплыв озеро, мужчина убрал набок прилипшие к лицу пряди и прислушался. Пение ранних птиц, шум ветра в безлистных ветвях прибрежной рощи - кроме этого ничто не нарушало спокойствия, царившего к северу от Имперского Города. Крик чайки заставил эльфа испуганно дернуться и насторожиться. Однако поблизости никого не было. Выбрав нужное, одному ему известное направление, путник зашагал прочь от бывших такими родными, но теперь ненавистных ему белых стен.

Изменено 12 февраля, 2015 пользователем Prisoner-Boratino

[RottenSkeleton]

Постоялый двор "Плут на привале", вечер
Отыгрыш за таверну

В этот вечер в "Плуте на привале" было особенно шумно, и там, где обычно общались шепотом, теперь шли громкие споры. И без того популярный среди приключенцев всех мастей постоялый двор в этот день стал своеобразным пунктом сбора для тех, кто внял зову правителей провинции, или просто для тех, кому сумма в десять тысяч золотых в обмен на одну (живую) голову казалась легкой наживой. Бармен, молчаливый смуглый имперец с блестящей лысиной и сломанными ушами, только и успевал принимать заказы и доставать с полок бутылки с диковинными названиями на этикетках.

За что и любили это место авантюристы и пройдохи, так это за отличный выбор. Бармен по наказу истинного хозяина заведения, некоего графа, ныне пребывающего где-то в восточных провинциях, обеспечивал посетителей самыми экзотичными напитками: тут пили мясные напитки Вваленвуда, сладкое питьё Эльсвейра, благородные вина Даггерфола, крепкий нордский мёд Скайрима, суджамму и грииф из Морровинда. Небольшая кухня в задней части здания, забитая выходцами из других провинций, производила из завезенных ингредиентов разнообразные блюда из других провинций. При этом наличестовали и традиционные для Сиродиила жареная оленина, пастуший пирог и изысканные вина Сурили и Тамики. Конечно, и цены были высокими, однако почти никто не жаловался - одни легко расставались с легко заработанными деньгами, другим просто нравилось каждую неделю пробовать что-то новое, а третьи приходили просто посидеть за компанию.

Через некоторое время первоначальная суматоха улеглась. Большинство бахвалившихся, что поймают беглого негодяя в одиночку и голыми руками, уже покинуло заведение, твердо намеренное исполнить свои угрозы. Первый этаж постоялого двора почти что опустел, и лишь в двух разных темных углах собрались группы озиравшихся на другую группу приключенцев, обсуждавшие своё "дело". Бармен, довольный выручкой за день, уселся на табуретку за стойкой и начал считать звонкие золотые монеты.

Меню напитков висит над стойкой:
- Мёд - 5 зол.
- Эль - 3 зол.
- Аргонианский эль - 10 зол.
- Пиво - 3 зол.
- Сиродиильский Бренди - 10 зол.
- Суджамма - 10 зол.
- Грииф - 10 зол.
- Вино Сурили 440г. - 10 зол.
- Вино Сурили 415г. - 30 зол.
- Вино Сурили 399г. - 40 зол.
- Вэйрестское вино - 10 зол.
- Сентинельское вино - 20 зол.
- Аргонианское кровавое вино - 40 зол.
- Вино Тамики 399г. - за деталями к бармену.
- Вино изгнания теней - к бармену.
- Вваленвудский мясной напиток - к бармену.
...И ещё множество названий и цен, по всей видимости, приписываемых по ходу дела.

Меню блюд дают по требованию слуги:
- Жаркое из оленины - 5 зол.
- Похлебка из картошки и капусты - 3 зол.
- Похлебка из капусты и яблок - 3 зол.
- Салат из капусты и томатов - 2 зол.
- Хлеб - 1 зол.
- Эльсвейрское фондю - 10 зол.
- Фруктовый десерт - 5 зол.
- Арбуз целый - 5 зол.
- Пирог пастуха - 3 зол.

Комнаты стоят: те, что попроще и попрактичнее, с одной чистой постелью без клопов - 10 зол. на ночь. Подороже, в которых себя чувствуешь дворянином - 40 зол. за ночь. В конюшне - бесплатно, если предупредить бармена заранее. На полу спать запрещено.

Наконец, многие постояльцы знают, что бармен, будучи опытным бойцом, сам любит дать совет или обсудить свежие сплетни с посетителями. Правда, по-настоящему интересные вещи он обсуждает только с теми, кто приплачивает звонкой монетой... Изменено 8 сентября, 2014 пользователем RottingSkeleton

[Prisoner-Boratino]

В шумном людном помещении, где каждый увлечен спором с соседом или топит горе на дне стакана, на новое лицо редко обращают внимание, и этот раз не был исключением. Неторопливым шагом альтмер спокойно вошел в большой зал постоялого двора, расталкивая локтями подвыпивших посетителей, и в конце концов протиснулся к углу барной стойки и жестом подозвал бармена; тот и бровью не повел, увидев гостя, и также молча кивнул головой в сторону винного погреба. Спустившись в сухой прохладный полумрак, где пахло пропитанным спиртным духом дубом больших деревянных бочек, Элдарион решился, наконец, открыть рот:

- Антус, мне нужна твоя помощь.

- Опять? - усмехнулся имперец, и его густые усы поползли вверх.

- Полагаю, ты знаешь, в каком я положении. Надеюсь, одежда моего размера у тебя найдется? Какая-нибудь мантия. Да и обувь бы не помешала, - альтмер пошевелил пальцами босых ног.

- Что-нибудь еще достать? - осведомился бармен.

- Бумагу и чернила. И будь добр, принеси бутылочку Сурили 399 года.

Полчаса спустя облаченный в темно-коричневый дорожный плащ с капюшоном эльф покидал таверну. Антус согласился разослать письма по назначенным адресам, что несказанно обрадовало Элдариона, и теперь его голова была полна планов, воплощением которых в жизнь он собирался заняться в самом скором времени. Погруженный в мысли о будущих делах, мужчина шагнул через порог и неожиданно для себя столкнулся нос к носу с довольно молодым худым данмером. По правде говоря, "нос к носу" - выражение не слишком подходящее, ибо выходец Морровинда был по крайней мере на голову ниже своего сородича с островов Саммерсет, и нос его уткнулся альтмеру в грудь. Взгляды их встретились.

[SnowK]

Канализация Имперского Города; ночь побега Элдариона.

Зено вытер окровавленный меч о полы и без того багряной мантии, а затем побрёл дальше, аккуратно разглаживая собственные волосы. Гоблин, посмевший встать на пути мечника несколькими мгновениями ранее, ныне был рассечён на две идеально ровные половинки и оставлен далеко позади – вряд ли его богиня обрадуется столь никчёмной жертве. Коридоры столичного коллектора виляли, всё глубже и глубже увлекая за собою имперца – некогда здесь обитал вампирский клан, состоявший в сговоре с руководством арены; теперь же даже крысы сторонились этого злосчастного места, впитавшего в себя следы порочной магии и жестокой бойни.
Наконец, забравшемуся в эти негостеприимные катакомбы человеку начали попадаться следы пребывания кровососов – сначала его хищному взору предстала горстка разложившихся тел, а затем и целая комната, наполненная обезглавленными трупами. Среди них особо выделялся лишь один аккуратно уложенный скелет, сжимающий в своих руках лук нордской работы и серебряный топор. Похоже, то был один из павших искателей приключений, несколько лет тому назад избавивших канализацию от присутствия вампиров. Авантюристы отдали последние почести своему товарищу, но так и оставили его останки догнивать здесь, среди поверженных врагов. Подобно безмолвному караульному нёс он свой вечный дозор, не позволяя злым душам покидать сию безымянную гробницу – или проникать в неё. Но сегодня его бдению наступит конец.
Кости захрустели под ногами Зено – имперец бесцеремонно прошёлся по телам, разбрасывая на своём пути останки некогда могущественных хищников. У тела воителя он остановился и присел на корточки, а затем несколько раз ткнул пальцем в его череп, после чего почувствовал незримое одобрение некой сущности, витающей в больном разуме мечника. Этого ему было вполне достаточно, чтобы понять – цель достигнута. Именно сие всеми позабытое тело требовалось его владычице для исполнения какого-то грандиозного замысла.
- Вот оно значит как… - прошептал Зено, прижав ладони к щекам. – Отчаянный рубака, павший в бою с превосходящим числом противником? Нет! – имперец вырвал из рук покойника топор и швырнул его в соседнюю комнату, откуда всё ещё исходило слабое магическое свечение. – Ты сам себя угробил, идиот! Но ничего, у тебя ещё будет возможность проявить себя… Возрадуйся, ибо Леди взывает к твоей никчёмной душонке! – безумный хохот разнёсся эхом по всему коллектору. Мечник вознёс свои руки в молитве, но ничего не произошло; безмолвная сущность лишь продолжала витать подле тела павшего бойца. Вскоре, его кости были аккуратно сложены в кожаную сумку, а сам Зено поспешил покинуть это нелюдимое местечко.

 

Имперский город; позднее утро.

Столица встретила мечника всеобщим беспокойством и оживлением. По улицам сновали стражники, а граждане боязливо метались от здания к зданию, ожидая массовых облав и беспокоясь за собственную безопасность. На человека, облачённого в окровавленный плащ и несущего при себе чужие останки, никто даже не обратил внимания – так сильно горожане были озабочены побегом из тюрьмы опасного преступника. Новость о том, что альтмер, убивший канцлера Окато, теперь разгуливает на свободе, распространялась подобно болезни, и тому способствовали как болтающие на каждом углу сплетники, так и объявления о розыске, ныне украшающие чуть ли не все столичные стены.
Зено, бредущий в сторону конюшен, лишь наслаждался царящей в городе атмосферой. Его радовал сам факт того, что кому-то удалось скрасить скучную и беззаботную жизнь здешних обитателей. Собственные попытки мечника устроить в столице панику не увенчались успехом – похоже, местные уже привыкли к кровавым ночным расправам, а вот бегство предателя, уличённого во всех бедах империи, оказалось для них в новинку. Кто же станет новой жертвой смутьяна? Действий Элдариона мещане ожидали даже больше, чем ответных мер стражей порядка. Кто-то полагал, что эльф собирается поднять восстание против зажравшихся свиней из Совета Старейшин, другие видели в нём лишь агента Альтмерского Доминиона, подосланного наносить удары в самое сердце Империи… А что же до самого Зено... ему не было никакого дела до того, кто прав, а кто виноват. Он с радостью примкнул бы к предателю, просто потому, что тот не позволяет людям чувствовать себя в безопасности. Сейчас они встревожены, но что будет дальше? Мечник готов был хоть прямо сейчас начать возделывать ростки хаоса, посеянные эльфом, чтобы впоследствии пожинать плоды людских безумств.
Тем не менее, в настоящее время он преследовал совсем иную цель. Голос увлекал его куда-то на север, в заброшенный форт, где его ожидали останки ещё одного “избранного”. Зено повесил сумку с костями на седло лошади – с другой стороны уже висела ещё одна, точно так же набитая человеческими останками. Оседлав своего мрачного скакуна, имперец галопом пустился по Красной кольцевой дороге, ведомый кровавыми видениями и навязчивыми шепотками.

Изменено 11 сентября, 2014 пользователем SnowK

[Gorv]

Графство Лейавин; 17 число Первого зерна, вечер перед днем побега Элдариона.

 

Повозка подпрыгнула на ухабе и одно из колес заскрежетало так, что Джубен был вынужден зажать уши ладонями. Лошади встали. Упитанный кучер-норд спрыгнул с козел и подбежал посмотреть, что там такое.

- Дело дрянь, господин. Заклинило. Надо чинить, а это часа полтора верных. Подождете?

- Пожалуй нет.- бретонец поднял глаза на розовеющее небо,- Сам доберусь. В любом случае, спасибо. А много осталось-то?

- Не за что. До Лейавина? Мили две, не больше.

Так, рассчитавшись с извозчиком и перекинув палку с котомкой на конце через плечо, священник бодро зашагал по отшлифованным ногами тысяч путников камням... Солнце уже почти скрылось и в последних его лучах между деревьями уже стали виднеться верхушки городских башен, когда погруженного в собственные мысли богослова кто-то окликнул. Джубен повернул голову.

- Юноша! Да-да, вы!- позвал его сидящий на траве старик-имперец в шелковом платье.

- Я... Я могу вам чем-то помочь?- осведомился Маталь, подходя ближе к незнакомцу.

- Да нет, просто хотел спросить, что вы делаете так далеко от города в столь поздний час... Хотя, если вы поможете мне встать, буду крайне признателен.

- Конечно.- бретонец подал руку мужчине, помогая тому подняться на ноги,- Все очень просто. С моей повозкой приключилось несчастье и теперь приходится завершать путешествие на своих двоих.

- Ясно... Ну что ж, тогда я, пожалуй, составлю вам компанию. Все равно собирался возвращаться.- произнес старик, начиная идти.

- Благодарю. Можно на "ты". Джубен Маталь.

- Очень приятно. Я Сейдро Веллиндус. С позволения спросить, что привело тебя в Лейавин в эти неспокойные времена?

- Желание помочь людям. Я священник.

- Похвально, похвально... Стой!- Сейдро резко остановился и прислушался, ивы по левую сторону от дороги шевелились. Он медленно вынул из ножен на поясе серебряный меч с диковинным узором, в котором Джубен сразу различил буквы дэйдрического алфавита. Раздалось скрипучее, смешанное со свистом, шипение и из-за листвы выпрыгнул сухопутный дреуг.

- Встань позади меня!- скомандовал имперец и попытался нанести монстру удар, но лезвие прошло по касательной, не пробив толстый панцирь. Дреуг же замахнулся в ответ и ткнул мужчину клешней в живот. Тот охнул и сделал пару шагов назад.

Бретонец отчаянно пытался вспомнить хоть что-нибудь из школы разрушения, но ничего кроме "вспышек" ему на ум не приходило, а потому ими он и решил воспользоваться. Маг-самоучка щелкнул пальцами, наскоро сформировал в каждой руке по маленькому огненному шарику и запустил их в дреуга. Урона, конечно, от них было, как от швыряния скамповых фекалий, но для того, чтобы отогнать зверя от Сейдро они вполне годились. А большего и не требовалось. Имперец шагнул вперед и с ходу отсек твари одну ногу, от чего последняя завизжала, как сброшенный со скалы гоблин, затем повернулся и вонзил меч прямо в шею животному. Бой был окончен.Старик выдернул клинок, отошел на пару шагов назад и посмотрел на свой живот. Разодранное платье было все запачкано кровью.

- Не шевелись.- сказал Джубен и поднес руки к ране, ладони его засветились голубоватым светом и повреждения затянулись на глазах,- Так лучше?

- О, намного.- как бы удивленно ответил вояка,- Мне бы так уметь. Спасибо тебе... Слушай, я тут подумал, зачем тебе сейчас беспокоить нашего настоятеля? Переночуй у меня, и кровать свободная есть. Что скажешь?

- С удовольствием.- улыбнулся священник и путники двинулись дальше. До городских ворот оставалось совсем немного.

[Grom1986]

Окрестности Айледского колодца, исход ночи.

 

Ночь выдалась холодной. Холодной и ветреной, но Дунбергу было плевать на погоду. Сейчас он скрылся в тенях густых елей и внимательно смотрел на непримечательную тропку, которую едва-едва освещал звёздный свет, прорывающийся сквозь прорехи облаков. Она шла по склону глубокого оврага и огибала холм, на вершине которого засел мужчина. В своей тёмной одежде норд практически сливался с проплешиной, свободной от снега – чёрное пятно на белом фоне тающих весенних сугробов. Впрочем, говорить о настоящем тепле не приходилось – весна только-только начала входить в свои права и проплешины появлялись исключительно на холмах, которые весь день припекает солнце. Мужчина не проявлял ни нетерпения, ни каких-либо иных эмоций – сейчас он походил на вырезанного из дерева истукана, которых изредка можно встретить в родном Скайриме.  На первый взгляд, место для засады никуда не годилось – никаких укрытий, до ближайших деревьев или кустарника два десятка шагов. Однако тропинка как на ладони.

 

Дунберг почти не дышал. Те, кого он караулил уже четвёртый час к ряду, вот-вот должны были бы появиться. Но отчего-то запаздывали. Впрочем, следопыт не испытывал беспокойства – об умственных способностях бандитов он был крайне невысокого мнения. Хотя в прошлый раз тем удалось ускользнуть. Не всем, далеко не всем, пятеро из восьми остались лежать в выработанной шахте у форта Чарман, где банда обустроила себе логово. А трое ушли. Воспользовались запасным выходом. Дунберг признавал это без всякой злости, просто констатируя факт. Он недоглядел. Решил, что люди, пошедшие на открытый грабёж на Красной Кольцевой Дороге, в двух часах езды от ближайшего форта, должны быть совсем окончательными идиотами. Так и вышло, только ум у их вожака заменила звериная хитрость, подсказавшая обустроить запасной выход из шахты.

 

Норд не услышал их. Просто почувствовал, кожей. Как это происходило всегда. Лёгкий ветерок донёс до него запах прелой овчины, оружейной смазки, пота и кислого вина. А затем на тропинке, у самого выхода из рощи шевельнулась смутная тень. Дунберг чуть оскалился и одернул сам себя – в прошлый раз главарю удалось его удивить, так что всё нужно сделать аккуратно, не давая добыче даже шанса улизнуть. В конце-концов за голову каждого предлагали по сорок септимов, а за голову главаря – целую сотню. Банда успела отличиться в том грабеже – денег кретинам показалось мало и они поимели дочь купца у него на глазах. И папаша расщедрился на хорошую награду.

«Ну же, чего вы медлите, давайте…» - пронеслось в голове у Дунберга. Следопыт крепче сжал лук, готовясь наложить на тетиву стрелу и послать маленькую оперённую смерть в того, кто первым выскочит на снег. Наконец, бандиты решились. Первым выскочил невысокий силуэт в мешковатой одежде и плаще, который был явно ему велик – путался под ногами и сковывал движения. «Отмычка», на случай неожиданных сюрпризов.  Дунберг только ухмыльнулся – нет, кретинизмом норд не отличался, чтобы бросаться на первого сразу. Никуда он от него не денется. Каждый получит своё.

 

«Отмычка» сделал с десяток шагов, затем обернулся к лесу и призывно махнул рукой. Из рощи показались две фигуры, кряжистые и широкоплечие. Насколько следопыт помнил, один из них, до разбойничьего ремесла был подмастерьем у пекаря, а вожак мог похвастаться богатым послужным списком. «Надо дать им отойти от леса, чтобы никто не сбежал» - Дунберг аккуратно, почти лениво положил стрелу на тетиву, ничем не выдавая своих движений. Десяток шагов. Два десятка. Три десятка. Пора.

Тетива отправила стрелу в полёт практически беззвучно. Снаряд вжикнул, рассекая холодный весенний воздух, пронёсся через сорок шагов, которые разделяли главаря, идущего последним и холм, на котором засел норд. Стальной наконечник без промаха ударил в шею, пробивая гортань и слегка отбросив тело бандита. Два его товарища обернулись и непонимающе уставились на всё ещё хрипящего в агонии главаря. «Точно – кретины» - решил про себя Дунберг и спустил вторую стрелу. Она клюнула второго кряжистого под левую лопатку и буквально швырнула на лидера банды. «Отмычка» жалобно, почти по-девичьи, вскрикнул и бросился бежать. Но не к лесу, а по тропинке к холму Дунберга. Норд не стал тратить стрелы. Взяв с земли заранее положенный туда меч, он в два стремительных скачка оказался на пути у испуганного парнишки и их глаза встретились.

 

Света было очень мало, но Дунбергу его хватило, чтобы рассмотреть безусое, практически детское лицо с бледной от страха кожей и широко распахнутыми глазами. Юнец. Сопляк, который увязался за старшими товарищами для разбоя.
- Дяденька… Не надо… Я, меня заставили… Я не хотел….
-Почему вы все говорите одно и то же? - с этими словами Дунберг коротко ткнул мальчишку клинком, вгоняя лезвие в живот. Затем двинул его вверх, вспарывая паренька сверху до низу, как тушу.
Проследив за оседающим телом, норд вытер клинок полой плаща парнишки и, бурча себе под нос что-то невнятное, полез обратно на холм. Там остался топорик. А уплата за бандитов идёт по головам. Да и трупы надо бы посмотреть – наверняка главарь тащил с собой самое ценное, что удалось урвать с купца.

 

Небо на Восходе только-только начало сереть.

Изменено 11 сентября, 2014 пользователем Grom1986

[nikisela]

Таверна ,, Плут на привале''Вечер после побега Элдариона.

В таверну зашел человек в капюшоне на которого никто не обратил внимание.

Человек совершил какой-то жест и за ним поплелось что-то мелкое.

Подойдя к барной стойке он подозвал бармэна:

-Аргонианского кровавого и тарелку жареной оленины-сказал незнакомец.

Он был в капюшоне но бармен по голосу понял- аргонианин.

Бармен поставил перед ним бутылку с вином и тарелку с жаркоем которую незнакомец поставил на пол.

-Вам не понравилась оленина?-спросил бармен.

-Она не для меня.-отозвался путник.

В тот же миг из его плаща что-то начало выползать.Поначалу бармен принял это за крысу,но это была совсем не крыса.

Из под его  плаща показалась страная головка котораю тутже притянула блюдо к себе и с тарелкой утощила обратно.

-Это  скатлер.- прочитал путник вопрос в глазах бармена.

-Спас от живодёра в балморе.

Пососедству с ним сели два человека и начали о чём-то щептаться , но он чётко слышал каждое слово.Они хотели поймать преступника збежавшего сегодня утром  и получить награду за него.

-Интересно.-подумал он.

-Надо бы его поймать, а то  я почти на мели да и в имперский город мне лучше не соваться ,награда слишком большая.

-Чтож подумаю об этом завтра, а сейчас надо бы поспать.

-Есть ли свободный номера?-спросил он бармена.

-Конечно.

-Вот.- тот кинул ему деньги .

-Где эта комната? 

-На 2 этаже сразу направо.

-Зайдя в комнату он рухнул на кровать , а зверь после попытки залесть на кровать устроился подле неё.

Изменено 12 сентября, 2014 пользователем nikisela

[Arkadros]

Лагерь Карбо, Камышовая река, ночь

 

Дирмах готовился ко сну. Ранее он расставил незаметные самодельные ловушки по периметру лагеря. Он прилег, но сон никак не желал приходить - мешали две навязчивые мысли. Одна касалась недавнего побега альтмера из тюрьмы, вознаграждение за которого было многообещающим, но дело было даже не в награде, а в самом событии: загадки требовали ответов. Другая мысль была насчет женского, томного голоса в голове, который не смогли изгнать лучшие шаман и целитель родного Скайрима; голос, предположительно, принадлежал самой Ноктюрнал.

 

"Нужно сделать выбор" - подумал Дирмах.

"Твой выбор уже сделан" - ответил голос.

 

Дирмах подавил голос силой воли, как всегда. Этот голос тоже был загадкой, и всегда говорил что-то неопределенное. Дирмах не знал, что и думать: либо это лорд даэдра, либо воспаленное сознание. Не было бы голоса, пределец начал бы поиски беглеца, который будет пойман подобно зверю рано или поздно. Рассудив здраво, бретон решил, что обрести ясную голову лучше, чем вести продолжительное выслеживание альтмера-убийцы.

 

"Выбор сделан"- и с этой мыслью Дирмах провалился в чуткий сон, решив выдвинуться завтра на юг.

Изменено 12 сентября, 2014 пользователем Arkadros

[Prisoner-Boratino]

Утренние новости столицы имеют обыкновение доползать до глубинки не раньше вечера, поэтому когда прогуливавшемуся на рассвете по улицам Чейдинхола молодому данмеру попался на глаза курьер, распространяющий вчерашний номер газеты, он отнюдь не удивился. Кинув гонцу монетку, мужчина развернул листок и быстро проглядел. Умение сходу вычленять необходимую информацию и постоянный недостаток времени отучили Кентула подолгу сверлить глазами строки. "Элдарион? Опять", - он удивленно поднял брови. "Впрочем, возможно, это всего лишь совпадение. Я не видел его уже почти семь лет", - почти вслух размышлял эльф. "И какой ему смысл убивать канцлера, который не раз оказывал ему услуги? Ничего не понимаю". Он скомкал бумагу и швырнул за угол. Стражник, патрулирующий улицы, косо посмотрел на это хулиганство, нахмурился, но ничего не сказал. "Если обвинение настолько суровое, а награда так велика, стоит полагать, что его ищут по всей провинции немалыми силами", - продолжал рассуждать мер. Он решил подождать продолжения действия. Но скука не оставляла его, поэтому к обеду он собрал все необходимое, нанял повозку и отправился к эпицентру событий, в сторону столицы.

[eLenDril]

Лагерь разбойников, синяя дорога, утро после побега альтмера.

Пульсирующая боль пронзила голову молодого предводителя разбойников, заставив его вскрикнуть.
«Это была ловушка» - подумал Седрик  - «Только самый изощрённый и злобный разум мог отправить полный обоз с дорогими винами без охраны».
С трудом поднявшись на ноги, он окинул взглядом лагерь, больше похожий на поле битвы, и отправился искать воду, попутно пиная спящих. Вскоре лагерь наполнили стенания страдающих от похмелья разбойников.

Окунувшись в ледяную воду ручейка, Седрик смыл с себя следы вчерашнего гуляния и осмотрелся. Бандиты расположились лагерем в живописном месте у синей дороги подле камня коня (почему-то было единогласно решено, что он принесёт им удачу), между небольшими скалами.
Седрик всё еще осматривал окрестности, как вдруг услышал шелест позади себя. Обернувшись, он увидел огромного седого орка выходящего из кустов, с оленем на плече.
- Проснулись слабаки - загоготал орк – Таким как вы только молоко пить!
Сам здоровяк выпил вчера почти два бочонка бренди, но сейчас был свежим как монах в пост.
- Не ори, Дашур, обливион тебя побери – Пробурчал Седрик – Лучше дай совет, куда нам лучше идти. Мы уже слишком долго  на Синей дороге, рано или поздно Легион проведёт здесь облаву и нам всем конец.
Дашур поскрёб живот и изрёк:
- У каждой уважающей себя шайки должно быть место где они могут отдохнуть и пересчитать награбленное – Рассудительно сказал орк – я предлагаю занять какой-нибудь заброшенный форт. В последнее время народ говорит о форте Гриф, что на маленьком острове, к востоку от Бравила. 

- Так и поступим – Устало сказал Седрик – До форта Гриф почти два дня ходьбы, так что вы отправляйтесь вперёд, а я схожу в «Плута на привале» узнаю последние новости, куплю лошадь и нагоню вас.

Орк кивнул и пошёл разделывать тушу оленя.

«До «плута» я доберусь часа за два» решил Седрик и отправился завтракать.
К полудню они с каджитом К’Рисом уже шагали в таверну.

[nikisela]

19-ер таверна ,, Плут на превале ' ' утро 

Голова  болела после вчерашней пойки , да ещё и храп скатлера раздавался гулкими  ударами по голове.

Как только он встал с постели питомец зашевелился и начал  было вставать .

Направившись к двери Разар было только начал уверено шагать но вдруг споткнулся об какую-то бутылку.

Это была бутылка от вина которое он вчера оставил себе на утро , но она была пустой а след из вина вёл прямо к питомцу.

-Ну ты же прекрасно знаешь, что от вина у тебя вздутие живота!-начал он кричать на скатлера.

Но тот лишь потёрся ему о сапоги .

-Ладно хоть воды тебе дам.-сказал он и направился на 1 этаж.

Подойдя к леснице он громко упал с нёе.Скатлер подбежал к его голове и начал её обънюхивать.

-Да живой я живой.

Иногда он думал что скатлер будет делать без своего хозяина? Будет сидеть у его тела пока не помрёт с голоду? А что он сам будет делать без своего друга? Наверное помрёт со скуки.

Добравшись на конец до барной стойки он попросил воды и арбуз.

Денег было мало и поэтому он решил прогуляться в столицу и ограбить пару домов.

Он продовал награбленое скупщику гильдии воров хотя официально там и не состоял.

Когда он грабил дома то зверька оставлял на стороже чтобы тот мог прокричать придуманый им сигнал.

Таким способом Разар вынес из эльфийских садов добра на 745 золотых и вернулся обратно в  курьера к 15:00 и как раз во время , а то ему жутко хотелось есть.

Изменено 12 сентября, 2014 пользователем nikisela

[Alice von Bertruher]

В нескольких милях от Брумы. Два дня до того

 

  Стояла отвратительная погода. С серого затянутого тучами неба целый день моросил промозглый дождь. Вся дорога превратилась в одно месиво из грязи и воды, затрудняя движение. Однако старая кляча тянула за собой крытую повозку, хлюпая в грязной жиже. Бородатый старичок в грязной шапке погонял ее вперед, подстегивая уздечкой. Он что-то бубнил невнятное, оглядывался по сторонам да покрикивал на лошадь. И лишь пару раз оборачивался, чтобы посмотреть на двух пассажиров, расположившихся в его повозке. Там, среди тюков с какими-то тряпками, мешков с солью и ящика с кочанами капусты расположилось два чужеземца, которых старик повстречал в эту отвратительную погоду на дороге, одиноко бредущих, мокрых и грязных. За небольшую плату он согласился их доставить в ближайшую таверну. Больше они ни о чем не говорили. Все это время путники хранили полное молчание.

  То были данмеры, бредущие откуда-то с границы со Скайримом. Мужчина и маленькая девочка. Должно быть его дочь, подумалось старику.

  Он снова оглянулся. Данмер, облаченный в странную расшитую кожаную курточку, с плотным шарфом на шее и необычными сапогами, укрепленными крепкими костными пластинками, сидел на мешке и смотрел на девочку в плотном кожушке, опоясанном широким ремешком, и синих узорчатых штанах, которая прижимая игрушечного медвежонка, расположилась между тюков, положив свою голову мужчине на колени. Тот гладил ее по черным как вороново крыло волосам, временами поглядывая куда-то в даль.

  Чужестранцы. Откуда они? Беженцы с Морровинда? Но почему здесь? Старик хотел было задать эти вопросы, но не стал. Девочка спала, а ее отец полностью погрузился в свои мысли.

  Его звали Дрэвер. Представитель сгинувшего в огне и пепле Великого Дома Хлаалу. Но теперь это неважно. Былого не вернешь. Он один из последних. Он и его дочь, Нелор. Последнее, что осталось у него в жизни. Маленькое чудо, дарованное ему и его погибшей супруге самой Азурой. Как много им пришлось пережить вместе. Сколь много испытаний взвалили на их плече боги. Но пока они вместе преодолеют любые трудности.

  Нелор спала, свернувшись калачиком. Дрэвер же не намеревался спать. Всякий раз, как он закрывал глаза, вновь переносился в тот страшный день, когда великая Красная гора задрожала от мощного удара и дико взревела, исторгая из себя красные потоки смерти, в одночасье похоронив под грудой пепла ни одну тысячу данмеров. Эти чудовищные звуки: грохот и рев могучего вулкана, крики умирающих и плач детей, до сих пор звучали в его ушах. Те же кошмары часто донимают и Нелор. В такие ночи она просыпается с диким криком, зовет маму, а затем плачет. И всякий раз Дрэвер успокаивает ее и остается у ее кровати до самого утра.

 

Спойлер

http://www.youtube.com/watch?v=J8VN_2XyfJQ

Нужно найти место для ночлега. Старик сказал, что неподалеку есть ближайшая таверна, и за несколько золотых согласился подбросить. Если это правда, то скоро они с Нелор наконец-то смогут поесть горячих харчей.

 

 

 

[Arkadros]

19-е Первого Зерна, 11:20, недалеко от лагеря Троссан, Нибенейский бассейн.

 

Вот уже несколько часов Дирмах полушел-полубежал по пересеченной местности на юг от Чейдинхола. Дорог он избегал, предпочитая сложный для большинства людей, но природно прекрасный прямой путь. Ему встретились лишь два кролика, которых он уже освежевал. Дирмах уже было решил, что этот благодатный край не знает разбойников и воров, знакомых ему на родине, что решил не осторожничать. Опасность не заставила ждать:

 

- Стой, сразу видно, что ты не из наших земель - сказал босмер незаметно высунувшийся из-за холма, наставляя свой эльфийский лук - у тебя неплохой лук и стрелы, а у нас с ребятами нехватка стрелкового, понимаешь - ребята не заставили себя ждать: аргонианин с кинжалами и имперец с длинным мечем и щитом встали по разные стороны от эльфа-стрелка.

 

- Ребята, может договоримся? - спокойно проговорил Дирмах, резко выхватывая лук и инстинктивно стреляя, ведь глаза трех разбойников были полны предвкушения, жажда наживы сверкала в них. Имперец был готов к подобному, выставив стальной щит, стрела оставила легкую вмятину. Затем выстрелил босмер, почти одновременно с ним Дирмах выкинул два кинжала, уничтожив стрелу одним. Другой кинжал торчал из глазницы эльфа, который упал ничком. Не успел бретон порадоваться, как на него навалились остальные два бандита. Сделав немного неуклюжий блок луком, Дирмах достал правой рукой свой меч, нанеся косой удар снизу и перейдя в наступление. Лук был брошен на землю и вот два меча в руках, пределец сделал несколько выпадов. На морде ящера появилось что-то похожее на слизь при попытках блокировать атаки, а имперец лишь защищался. Аргонианин получил смертельный удар по голове, издав громкий выдох. У оставшегося врага не было шансов, он попытался что-то прокричать, но Дирмах вонзил меч в его глотку быстро провернув.

 

11:41

 

Приведя свое лицо и одежду в порядок, Дирмах продолжил путь на юг вдоль Желтой Дороги.

"Нужна предельная осторожность даже в Сиродииле" - подумал Дирмах, усмехнувшись своей мысли.

"Все относительно определенной ситуации" - добавил голос, заставив спокойного бретона похмуриться и подавить голос усилием воли.

[eLenDril]

19 п.з. Таверна «Плут на привале», 15:13.
Войдя в таверну, имперец с каджитом расположились за отдельным столиком и подозвали слугу. Заказав у него оленье жаркое с пивом, путники плотно пообедали после долгой дороги, осмотрелись. В таверне было гораздо более людно, чем обычно.
Меж столов сновали слуги с подносами, разнося еду и питье приключенцам всех мастей, наёмникам, проходимцам и просто путникам. В воздухе стоял равномерный гул нескончаемых разговоров.
Внимание Седрика привлёк аргонианин сидящий за барной стойкой и кормивший диковинную зверюшку. Бандит покачал головой и направился к бармену, позвав за собой каджита.
- Антус, здравствуй – произнес Седрик – Давно не виделись.
Трактирщик посмотрел на Седрика и поморщился, при этом его легендарные усы смешно обвисли:
- Снова ты. Я смотрю шрамы так и не зажили.
Разбойник потер щёку и улыбнулся:
- Я тоже рад тебя видеть, но перейдём к делу. Это тебе за ту небольшую заварушку –  он снял звенящий мешок со спины К’Риса и подал его бармену – Здесь лучшие вина которые мы честно приобрели в другой таверне – каджит подавил смешок – И я подношу их тебе в знак примирения.
- «Небольшая заварушка»! Да вы мне чуть таверну не сожгли! – пробурчал тавернщик, но мешок забрал. - И так, что тебе нужно на сей раз.
- Последние новости и два коня – Седрик бросил на стойку тяжелый мешочек – Здесь хватит и на то и на другое.
- На счет коней поговори с конюхом, а для новостей есть газеты – бросил Антус и отошел к аргонианину.
«В чём-то он  прав» решил бандит и взял со стойки свежий выпуск «Курьера»
Внимательно прочитав его он отдал газету каджиту. К’Рис быстро нашел нужное место в тексте
- 10000 септимов. Похоже, наши планы изменились. -  хищно улыбнулся каджит.

Изменено 12 сентября, 2014 пользователем eLenDril

[nikisela]

19 п.з Таверна ,Плут на Привале'' 15:30

Решив распросить бармена о том не знает ли он где видели заключёного Разар получил своеобразный ответ:

- А Ноктюрнал его знает, должно быть, на свободе, - ответил Антус с невозмутимым лицом, протирая кружку полотенцем.- Говорят, за его голову тысяч пять дают, а за информацию о местонахождении - пятьсот. Как думаешь, если бы эта информация у меня была, я бы здесь оставался, м?

Разумеется, бармен лукавил, и даже не прятал этого. Не так уж и нужны были ему эти полтысячи, дружба с Элдарионом могла оказаться важнее. А теперь ещё те два плута принесли мешок золота да хорошего вина - пожалуй, у таверны дела только хорошо пойдут.

-С такой логикой не поспоришь.

Похоже это будет не просто.-подумал он про себя. 

Чтож тогда придётся найти кого- то кто мне поможет или же плюнуть на всё?

Нет,награда была слишком высока нужно что-то придумать.

[Prisoner-Boratino]

19. Месяц Первого Зерна. Не слишком поздний вечер. Таверна «Плут на привале»

Рессоры телеги в последний раз скрипнули, и извозчик остановил лошадей. Опустив в ладонь старика пару септимов и поблагодарив его, Кентул оглядел здание. "Недурственно, весьма", - присвистнул он. Размеры постоялого двора успели стать размытыми за годы отсутствия, и теперь внушительное сооружение заново поразило воображение эльфа. Сильно ли изменилась таверна? Есть ли кто-то из старых посетителей? Узнают ли его, вспомнят ли? Такие вопросы крутились в его голове, но они тут же испарились, стоило только открыть дверь и переступить порог: здесь ничего не менялось.

Неприметная босмерка за столиком у двери приветливо улыбнулась, огромный орк в дальнем углу поднял гигантскую кружку пива, приветствуя его. Зал шумел, пиво пенилось, вино текло кровавой рекой на столы и животы посетителей, а бармен что-то напевал себе под нос, шевеля густыми усами, и протирал стойку. Данмер сел за стол и жестом подозвал слугу, чтобы заказать ужин и комнату.  Вскоре на столе появились жареные кабаньи лапки с тушеной морковкой и серебряный графин с горячим медово-имбирным напитком. Эльф попросил газету. Сегодня заголовки гласили о жестокой расправе на голубой дороге и очередной партии контрабанды скуумы, которую изъяли стражники на границе с Эльсвейром. Как сообщалось в статье, в тот же день самих стражей порядка, в невменяемом состоянии лежащих на обочине дороги, обнаружил нищий из Бравила, вышедший совершить омовение в водах Нибена.

Далее издание сообщало о близости окончания реконструкции Кватча и рекламировало местные пивнушки, что должно было способствовать повышению репутации как заведений, так и самого города. Что было сделать крайне трудно, и сам Кентул подумал, что вряд ли сунулся в проклятый город даже через десять лет после тех ужасных событий.

Наконец в самом низу страницы ютилась маленькая колонка, сообщавшая, что стража прикладывает все усилия, чтобы поймать беглеца, но справедливо полагает, что тот решил залечь на дно и пока не подавал признаков присутствия.

Свернув газету трубочкой, данмер отложил ее на край стола и принялся за еду, то и дело искоса поглядывая на прибывающих в таверну путников и прислушиваясь к их разговорам.

Изменено 13 сентября, 2014 пользователем Prisoner-Boratino

[RottenSkeleton]

18 Первого Зерна. Вилверин, 23:45.

Спойлер

Старый дворянин сошёл с лодки и, бросив монетку лодочнику, проследил, как тот отбыл, а потом быстро побрел к айлейдским руинам. Неуклюже шагая по белоснежным камням и наступая порой в грязь, имперец пыхтел, потел и карабкался по берегу ко входу в катакомбы. После того, как он запачкал новый бархатный камзол, имперец уже про себя думал, что зря вообще пришёл сюда, однако, всё же, надежда увидеть голову того, кого он пожелал увидеть убитым, была сильнее жадности или любви к чистоте.

Рядом со входом в руины валялись пара искалеченных трупов в дешёвых обносках - шкуры убитых животных и, изредка, кожаные шмотки, приобретенные за бесценок одна Ноктюрнал знает где. Мародеры, обитавшие в гробницах. У одного из них была огромная дыра в груди, у другого то, что осталось от черепа, больше напоминало расколотый арбуз. Дворянин зажмурился и, закрыв нос, пошёл по крыльцу к каменной двери, но всё же случайно наступил грязной туфлей в кровавые останки того, кому размозжили голову. Имперец взвизгнул и рванул к входу.

Потом он шёл по пустынному подземелью - и везде видел такие же следы ужасной расправы над обитателями руин. В величественном Вилверине не осталось фонарей или камней, благо всё подчистую вытащили и украли гораздо раньше, однако имперцу с кольцом Ночного Зрения это не было помехой. Однако то тут, то там рука машинально тянулась к кольцу на безымянном пальце, то потирая его, то передвигая колечко на пальце. В абсолютной тишине и пустоте катакомб, созданных древними айлейдами, ему было жутко не по себе.

Наконец, в сердце руин, сразу за сломанной и выкорчеванной ловушкой находился коридор, ведший в освещенную комнату. Имперец с облегчением снял кольцо, поняв, что больше ему не нужно будет лицезреть ужасы, сотворенные с мародёрами. Дворянин сглотнул, смахнул часть грязи с полы камзола, пригладил волосы и, забыв о своих спешке, неуклюжести и неопрятности, вошёл в залу с видом человека, владеющего этим местом.

- Кайрус, ты серьёзно мне задолжал.

Имперец резко потерял самообладание. Дверь сзади резко захлопнулась, и из кольца тени, образованного одинокой свечой на полу, вышла одинокая фигура. Кайрус узнал силуэт практически сразу, или, по крайней мере, тот силуэт, который маленький человечек пытался изображать перед Кайрусом. Высокий, бледный имперец с чёрными как эбонит волосами, длинным вытянутым лицом и длинной, узкой тростью. Однако дворянин, бывший в юности с магией Иллюзий на короткой ноге, легко видел сквозь неё: он видел маленькую, плохо слаженную фигурку в костюме с высоким воротником и в золотой маске. И фигура это явно понимала. И продолжала играть роль.
Однако Кайрус не отдавал себе отчета, что его пугало больше - бледная маска, натянутая поверх этого странного человечка, или отблески на золотой маске, застывшей в улыбке, не совмещавшейся в его уме с настороженно-сердитым голосом из-под неё. Он не хотел бы выбирать, чего бояться и что видеть. Уж лучше бы он либо прятался лучше, либо не прятался вообще.
Хотя, пожалуй, настоящее лицо под маской Кайрус хотел видеть ещё меньше.
Он сглотнул и тихо, твёрдо сказал:
- Сегодня я верну мой долг. Сначала покажите мне голову.

Бретонец резко дёрнулся - а имперец вздрогнул и вжал в голову в плечи, - и вытянул руку куда-то за грань видимости да едва слышно прошептал что-то. Раздался скрежет камня, столь знакомый Кайрусу, и вот рука имперца вернулась, держа за ухо кошачью голову. Голову хаджита. Как настоящий хаджит, только без тела под ней.
Бретонец без предупреждения махнул рукой назад-вперёд - голова упала прямо в руки имперцу. Тот вскрикнул, увидев ещё раскрытые, залитые ужасом глаза убитого, и уронил её. С мягким стуком трофей упал и покатился по полу, а дворянин с отвращением фыркнул.
Золотая маска холодно и вкрадчиво сказала:
- Я что-то не вижу мешок с блестящими монетками.

Кайрус сглотнул и, положив руку в карман, начал ощупывать его содержимое и незаметно натянул одной рукой кольцо Ночного Зрения. Из темноты выступили три фигуры - ещё один человек, в темном плаще, и два каменных исполина, собранные из прямоугольных блоков. Имперец, сначала вздрогнув, осознав, как близко эти махины были к нему и к его шее, всё же про себя отметил, что с прошлого раза их количество сильно уменьшилось.
- Однако, вы теряете хватку, Авидо. В наше время хватит... Хватит всего лишь расписки. Я храню своё золото в надёжном месте.

- Я очень надеюсь на это, Кайрус.
Что-то блеснуло под капюшоном плаща, и дворянин вздрогнул - вторая маска, тоже золотая! Их, Ингениев, было двое! Почему он раньше не замечал этого?
А тем временем фигура рядом со свечой теряла терпение:
- Кайрус, ты же знаешь цены моих услуг?
- Я уверен, что вы будете удовлетворены моей оплатой, - пробормотал Ингений, доставая руку из кармана, - но сначала... Сначала позвольте задать вам один маленький вопрос.
- Спрашивай, - в голосе того, кто стоял рядом со свечой, послышались нотки интереса.
- Скажите, верите ли вы в Девятерых?

Минута молчания. Самая длинная минута в жизни старого аристократа, а он их знавал много. Например, та минута, когда он отравил своего дядю ради наследства. Самая сладкая и самая страшная минута - ждать, пока яд сожрёт разум старого брехуна и озолотит его... К сожалению аристократа, дядя соврал о содержимом завещания, и в конце концов племянник больше потерял, чем получил от этого неуклюжего убийства. Но теперь, казалось, от этой минуты зависело нечто большее, чем благополучие имперца, и лишь он знал, что это для него означало.

- Глупый вопрос от глупого человека. Уж не Зенитаром ли вы решили меня застращать? Или привлечь на свою сторону милосердную Мару? Кайрус, даже Тёмное Братство не сможет меня убить, а алтарь из часовни разве что раздавит, если его кто-то сможет поднять, и кроме меня таких чудотворцев не так уж и много!

У имперца в горле пересохло, но он всё равно продолжил свой заранее монолог:
- А я верю в них, Ингений. Знали ли вы, что я год назад совершил паломничество? Нет, не отвечайте. Но вы знаете, что буквально на следующий день после моего возвращения из него я пришёл к вам. Вы не задавали вопросов, легко верили любым обещаниям и только продолжали убирать одну цель за другой. Вы ради гор золота убили одинокого графа, беззащитную лекаршу, старого разведчика из Легиона, целую ветвь того культа Дагона, а теперь ещё и этого ублюдка Ксинарра Брадобрея, острым клинком отрубившего моему младшему брату подбородок. Все эти люди так или иначе совершили зло моей семье, и теперь все они мертвы - но гор золота вы не получите.

Золотая маска долго молчала, молчал и имперец. Наконец, Авидо всё таким же холодным голосом нарушил тишину:
- Извините, что?
- Вы не получите ни от меня, ни от моей семьи ни единого септима. Вы взяли на меня грех убийства всех этих людей, однако вы убили куда больше хороших, я знаю это, и вы не молитесь Девятерым о прощении.
- Кайрус, меня следует кормить золотом, а не глупыми священническими сказками. Где. Мои. Деньги?!

Последнее слово вырвалось одним визгом - визгом боли, агонии, разочарования. Иллюзия имперца разорвалась в клочья, но тут же собралась - Кайрус даже удивился, как легко Авидо взял себя в руки. Должно быть, что-то связанное с его жизнью наёмного убийцы. Аристократ дрожащим голосом закричал:
- Единственной наградой тебе будет моя смерть! О Девять, сколько унижений и страха я перенес, ожидая умереть от лап твоих каменных тварей, но теперь я знаю, что умру сам и с улыбкой на устах. Умру сам, своими руками!!
Кайрус резко вытащил то, что было в кармане - маленькое колечко с иглой, а на ней - смертельный яд. Аристократ вонзил иглу в шею и почувствовал, как едкая боль распространяется по всему телу. Перед глазами имперца пролетели последние мгновения его жизни, и вот, он уже перестал беспокоиться о запачканном камзоле, а лишь улыбался, вспоминая, как пожимал руку своему дяде с точно этим же кольцом и точно таким же ядом.

Имперец упал замертво.

19 Первого Зерна. Вилверин, 00:03.

Спойлер

- Феноменально! Поразительно! Бриллиантно! - вскрикнул, захохотав, Авидо, стуча по каменному полу дорогой деревянной тросточкой, - Меркурио, запиши ещё одно моё достижение - я довёл старого брехуна до самоубийства!

Фигура в капюшоне зажгла жаровню, и зала заполнилась жарким золотистым светом. Ингений подошёл к скрюченному трупу и, недолго раздумывая, перехватил трость и начал ею избивать старика, при этом смеясь так заливисто, как смеются только маленькие дети и большие грешники. Ноктюро молча достал бумаги - он знал, что у его хозяина очередной холерический припадок, истерика, связанная с тем, что ему только что вырвали из-под рук десять тысяч золотых наличными. Ноктюро также знал, что Авидо уже давно хотел убить Кайруса, однако всё никак не собирался, не решался запачкать руки таким мелким, жалким тараканом. Ингений до последнего надеялся, что старик вернёт жуткие долги, и тогда на них удастся заказать новые каменные статуи и новые заполненные камни душ под новых солдат. Но вот его надежды рухнули, как карточный домик, и теперь напряжение, накопившееся в душе Авидо, лилось наружу, как вино из продырявившейся бочки.

Убийство Ксинарра заставило их попотеть - мерзкий хаджит прятался высоко в горах Джералл, где в заброшенном форте обустроил целое поселение бандитов. Теперь башня Брадобрея была усыпана трупами, но это стоило им двух камнеломов - Бетта и Берты. Конечно, у них оставались самые могучие и самые быстрые - Дорт был с Авидо ещё с тех пор, когда с ним не было Меркурио, а Абнетт был одним из немногих камнеломов, на души для которых Ингений потратил неплохие деньги, и внутри него сидел не скамп, а ужас клана. Однако с двумя слугами они были как без одной ноги - с такой "армией" даже мародёры из Вилверина могли бы стать угрозой, если бы Ноктюро не убрал их главаря, шибко быстро размахивавшего эльфийским молотом, метким выстрелом в голову.

- ...Ладно, я полагаю, что даже из этого мы можем извлечь урок.
Меркурио отвлекся от своих учётных записей, где баланс Каменных Кулаков медленно, но верно таял, скачками исчезая в те моменты, когда Ноктюро терял Ингения из виду, и тот уходил напиться в очередной дом терпимости. Ингений обернулся, и поверх маски появилось лицо Кайруса - Авидо стал точной копией старика, разве что с тростью.
- Ты проникнешь в его дом под его лицом, убьёшь одного его грязного, мелкого, жалкого родственника за другим, и начни с того, кому порезали кожу на подбородке. Можешь кинуть ему эту голову, я думаю, день рождения у него скоро, да?! - Ингений со смехом пнул голову Ксинарра, как будто это был детский мяч. Меркурио обратился к записям и быстро начал листать принятые письма - предложения разных сортов, записки от информаторов, заметки из газет. Он привык их собирать, запасая на тот случай, если Ингений решит снова оторваться от Ноктюро и пойти выпить - а только дурак бы не понял, что Авидо сейчас хотел устроить очередную грандиозную пирушку, и только запах золота, большого куша мог бы его успокоить, если слово "успокоить" вообще имело какое-то отношение к Ингению.
Наконец, Ноктюро остановился на свежем, практически белоснежном бумажном листе, на котором курсивным почерком и с официозным языком делали предложение, от которого было трудно отказаться. В приложении - заметка из "Вороного курьера", буквально от сегодняшнего утра. Меркурио сообщил:
- Господин, друзья из высших кругов прислали нам письмо.
- Какие друзья? Мне казалось, что эта малявка была нашим самым высоким другом. Кем он там был? Третьим дядюшкой старухи Карвейн?
- Я даже не уверен, не врал ли он про свое генеалогическое древо.
Ещё один удар тростью по трупу, и Ингений пошатнулся - так долго без неё удерживать равновесие он не мог. Однако имперец быстро успел подставить трость под себя, и, отдышавшись, ковыляя подошёл к Меркурио. К облегчению последнего, Авидо выхватил протянутую бумагу.
- Так и быть, прочту. Может, у нас появились друзья получше.
Глаза под маской явно напряглись, читая витиеватые изречения и узаконенные конструкции на бумаге. Меркурио воспользовался моментом и отошёл к трупу Кайруса да проверил у того пульс. Потом лучник достал меч и аккуратно, как ножом срезал Кайрусу голову острым эльфийским лезвием, благо зачарование на нём делало работу проще. За последние несколько лет Ноктюро узнал, пожалуй, слишком много о ядах, используемых владыками Сиродиила: уж одних отрав, способных повергнуть в летаргический сон, тут был целый ряд на выбор, даже с формулами, по которым можно было установить, как зависит срок сна от концентрации и вида. Если старик и решил себя прикончить, то явно думал, что его труп больше не будут мучить. А зря.

- Зачем тебе его голова?

Меркурио поднялся, держа за седые патлы голову аристократа. Из трупа внизу тихо лилась ещё не остывшая жиденькая кровь. Авидо явно уже закончил читать и аккуратно сворачивал бумагу в трубочку - хороший знак. Ноктюро улыбнулся под маской:
- Вы подарили ему голову Ксинарра, я дарю вам его голову.
Точно таким же движением, каким Ингений кидал голову хаджита Кайрусу, Меркурио кинул голову Кайруса Ингению. Тот, однако, даже не вздрогнул и с ловкостью обезьяны поймал её, правда, за большой нос.
- Хороший бросок, не то что у меня. Старому ослу пришлось отойти назад на шаг, чтобы попал точно в руки.
- Делайте с ней что хотите, я переоденусь в его одежду. У него были хорошие маги в семье?
Авидо взял голову аристократа за основание шеи и начал глубокомысленно разглядывать:
- Вряд ли что-то по-настоящему талантливое. Старик так высоко залетел не из-за умелого использования яда, а из-за магических дарований. Мне бы такой талант, старый пень умудрялся поддерживать Очарование на лице до самой смерти, и никаких тебе зачарованных безделушек...
Ноктюро стянул камзол, теперь запачканный и кровью, и грязью, вслед за ним - дорогую рубашку, шелковые панталоны, даже нижнее белье. Всё это было для Меркурио маловато, однако, если родственники усопшего и увидят сквозь иллюзию его истинный вид, то хотя бы перепугаются не на шутку, увидев окровавленную одежду своего любимого дедушки, натянутую поверх имперца в золотой маске. Кроме того, у лучника уже был опыт ношения слишком маленькой для него одежды. Ноктюро сбросил плащ и кожаную броню:
- Как много у меня времени?
Авидо отвернулся и поднял бумаги Меркурио, изучая числа:
- Даю два дня на подготовку. Вырезать всех, желательно за одну ночь и в закрытом особняке - как в хорошей пьеске, знаешь, той, что про тот особняк в Скинграде. На обналичивание их вещей, думаю, ещё один день? С этим данмером из Гильдии Воров так сложно сторговаться, особенно когда он догадывается, что мы к Гильдии не имеем никакого отношения. Эх, нам снова нужны хорошие друзья оттуда...
Ноктюро натянул рубаху и панталоны, и поверх запаха пота, леса и шишек появились запах крови и дорогих духов:
- Ваши приказы, как всегда, очень трудно выполнить. Что мне делать в случае провала?
- В каком это смысле - в случае провала? Ты не провалишься. Если тебя распознают сразу, берёшь и вырезаешь всех, кто попадётся под руку, хватаешь самую ценную вещь в доме и сбегаешь. Сейчас деньги не главное, главное - знаменование.
Меркурио поперхнулся. Авидо ставит что-то выше денег?! Однако Ингений внешне был холоден и серьёзен, истерика уже почти прошла - письмо курсивом легко вернуло его в "нормальное" состояние. Ноктюро про себя улыбнулся:
- А стража?
- Стражу тоже. Если верить этому письмецу, - Авидо бросил счетные записи Ноктюро и показал свернутую трубочку, - то пара лиц из Совета обещают замазать белой краской все наши мелкие грешки, стоит нам только принести беглеца на серебряном подносе с яблочком во рту. И ещё, представь себе, десять тысяч септимов из государственной казны, прямо-таки долг Кайруса... Я не упущу такой шанс нагрешить по-крупному, Меркурио, о не-е-ет!
- Старик ушёл в воду, утянул с собой кучу народу, мы поставим сапог на его черепок, поднимемся вверх, в мир грехов и утех, и потопим мы в воду кучу народу? - Ноктюро нескладно процитировал несколько строк из упомянутой Ингением пьесы, добавив свою. Ингений замахал рукой:
- Да-да, что-то в этом роде, но только не надо стихоплётить. Хотя, если я доживу до старости, то не забудь составить про это пьеску - "Последний грех Золотой маски". Ха-ха, в премьеру небось будет такой аншлаг!
Ингений смеялся холодно, надрывно и совсем без смеха в голосе, и Меркурио понимал, что разум его господина уже отвлекся от мести, и Авидо просто продолжал идти по той же линии из упрямства и нежелания отменить уже отданный приказ. Ноктюро набросил камзол и окончательно принял вид Кайруса, а Авидо бросил голову старика в жаровню:
- Не забудь сжечь тело и развеять прах по ветру. Не оставь ни следа. А я...
Театральный взмах рукой, и на золотой маске Авидо заплясали какие-то недобрые огни:
- ...Я иду в "Плута".

Такова была их жизнь - жизнь наемников, берущихся за любую работу, за любое дело, лишь бы за ним пряталось золото, лишь бы под горами трупов оказался заветный сундучок, лишь бы в кишках хаджитской рабыни был контейнер с драгоценным лунным сахаром, а во рту у убитого дворянина были лишь зубы из цельного золота. Одно поражение в этой войне не означает ничего, если не мёртв ты сам, ведь пока ты ещё жив и можешь двигаться, значит, жив и твой поход по обочине общества, куда честный обыватель даже и не завернет, а бесчестный побрезгует - ведь всё ещё жива твоя жажда золота.

Изменено 27 ноября, 2014 пользователем RottingSkeleton

[Arkadros]

19-е Первого Зерна. 19:35. Таверна "Имперский мост"

 

Пить алкоголь Дирмах не любил, как и все, что туманило рассудок, предпочитая пресную воду. Также он мог спокойно провести без сна 2-3 дня, его целью была информация. В таверне было три личности: трактирщик, стражник и каджит. Заказав воду и хлеб и попросив газету, Дирмах сел напротив входа. Страницы были заляпаны жирными пятнами, но бретон прочитал все важные статьи и заметки.

"Не я один столкнулся с разбойниками, значит Сиродиил не такой тихий везде" - промелькнула мысль в голове.

"Черед событий запушен и ты будешь участвовать!" - вторил Голос

"Нет опять" - заглушил он эту мысль. Голова заболела сильнее, чем обычно, взор затуманился. Каджит сидевший возле трактирщика, заметил это. Он присел рядом, из его рта пахло лунным сахаром.

- Что, приятель, наклюкался. - насмешливо рыкнул он.

- Не приставай к нему! - грозно сказал стражник, положив на плечо каджита руку в стальной перчатке. На это действие кот резко выбросил кулак в лицо, разбив нос и отправив в нокаут имперца. Каджит быстро обнаружил кошель стражника, сорвал его и, посмотрев на полубессознательного Дирмаха в кресле, скрылся прочь. Трактирщик только похлопал глазами.

 

19:41

Дирмах наконец смог встать на ноги, голова почти перестала болеть, осталась лишь легкая пульсация. Возникли подозрения насчет таинственного каджита. Выйдя наружу, Дирмах поискал следы, и, не найдя их, нахмурился.

"Что за ерунда?" - подумал пределец.

"Мир хаоса и поря..." - разозленный Дирмах волей подавил назойливый Голос.

 

20:55, Возле айлеидских руин Морахам

Крадучись, Дирмах незаметно шел возле некогда величественных руин. Далее на юге на расстоянии полуполета стрелы два тролля копались в останках волка. Бретон натянув тетиву лука, выстрелил попав в затылочную часть левой твари. Второй тролль помчался на предельца из-зо всех сил, но вскоре был поражен второй стрелой в сердце.

 

20:59

Закрепив баночку с жиром троллей, Дирмах продолжил двигаться на юг по Желтой дороге.

Изменено 13 сентября, 2014 пользователем Arkadros

[Alice von Bertruher]

Позднее...

 

  Как и говорил старик, скоро добрадись до одинокой придорожной таверны, названия которой Дрэвер так и не запомнил. За все то время, что они с Нелор пробыли в Скайриме, побывали около десятка различных трактиров, больших и маленьких, богатых и бедных. Пожелав им удачи, старик поехал дальше.

  Таверна ничем не отличалась от множества других. Все тот же сладкий запах солода и хмеля, чеснока, дыма и пота. Тихо трещат поленья в камине, шкварчат жарящиеся на вертеле свиные окорока. Несколько усталых путников попивают эль и вино за столиками, два легионера о чем-то разговаривают, уплетая тушеную капусту с сочными крылышками.

  Вдохнув столь приятный аромат, Дрэвер облизнулся, а желудок тут же недовольно заворчал, требуя немедленного насыщения. Наконец-то, горячие вкусные харчи и добрая кружка эля! Как долго у него этого не было. Почти целую неделю они с дочкой питались одним лишь вяленым мясом да черствым хлебом с водой. Лишь пару раз Дрэверу удавалось подстрелить неосторожных кроликов, но особо ими не наедались, ибо были какими-то тощими.

  Расположившись за столиком у камина, данмер заказал у хозяина горячего супа, расплатившись красивым крупным изумрудом. В это время Нелор, скинув кожушек и развесив его на спинке стула, грелась у огня. Хозяин, волосатый имперец с огромным животом, подал две миски с ароматным луковым супом, хлеба и мяса.

  Отужинав, данмер и его дочка отправились в снятую комнату. К сожалению двухместных комнат не было, и кровать одна. Но это ни сколько не смутило Дрэвера. Уложив дочурку в постель, сам улегся на пол, подложив под голову лежащий в углу мешок с чем-то мягким. Завтра они продолжат свой путь. Доберутся до Имперского Города, а там видно будет. Нужной найти себе работу. Любую. Будет работать как и в Скайриме на лесопилке, или в порту разгружать лодки с рыбой, или наймется в охрану какого-нибудь богатого купца. И да поможет им Азура.

  Дрэвер повернулся в сторону кровати, где мирно спала Нелор. Бедная девочка. До чего же она похожа на свою мать, Ниссару. Эти пышные черные как вороново крыло локоны, чуть вздернутый носик, пухлые губы. Все как у Ниссары. А ведь с тех пор Дрэвер не шел на контакт ни с одной женщиной. Хотя однажды еще там в Хелгене, где он работал на лесопилке, симпатизировал одной хорошенькой босмерке-охотнице. Но нет. Память гибели Ниссары еще была жива. И всякий раз в своих ночных кошмарах он вновь и вновь видит ее лицо.

  Дрэвер перевернулся на другой бок. Внизу слышался оживленный разговор, звучный смех, а затем тихая песня подвыпивших путников.

  Был один случай, в прочем это было как-то спонтанно, он как-будто и не контролировал себя. И до сих пор помнил ее страстные поцелуи, ее запах шелковых золотистых волос, ее приятное горячее дыхание. Это была нордка, красивая, изящная, как сама Азура. И в ту холодную ночь в Вайтране он не устоял перед ее чарами. И хотя на улице дул ледяной ветер, им было жарко вдвоем. Аромат ее волос дурманил его, как и томные стоны наслаждения. По истине эта нордка владеет искусством Дибеллы, всю ночь сливаясь в едином порыве экстаза. Но на утро его охватил страшный стыд. Никогда еще этот данмер не испытывал такого угрызения совести. Перед глазами снова возникло лицо Ниссары, глядящее на него с укором.

  Дрэвер перевернулся на другой бок. 

Изменено 13 сентября, 2014 пользователем Alice von Bertruher

[Gorv]

Лейавин, 18 число Последнего зерна.

 

Джубен протер глаза и повернул голову. У камина на стуле сидел Сейдро в коричневых штанах и рубахе и штопал свое платье. Над огнем висел котелок.

- Который час?

- М! Доброго утра! Уж за полдень!

- Проклятье...

- Ничего, с дороги всегда так. Завтракать будешь?

- Не откажусь.

- Отлично. Еда на столе. А я пока пойду прогуляюсь.

Имперец встал со стула и, привесив меч на пояс, вышел. Бретонец  же накинул робу, завязал пояс, умылся из поставленного на полу ведра с водой и сел за стол. Стол старика нельзя было назвать богатым, но по сравнению с тем, что Джубен ел в часовне Брумы, моченые яблоки и пшенка с куском хлеба показались ему настоящим пиршеством. Особнячок был крепенький и неплохо обставленный: тут были и полки с парой десятков книг, и картины, и небольшой письменный стол. Особенно внимание священника привлек манекен со сверкающим доспехом на нем и прислоненная рядом клеймора. "Как вообще можно орудовать такой штуковиной?"- подумал было служитель, когда Сейдро вновь появился в дверях в одной руке он держал свернутый в трубочку толстый лист бумаги.

- Разжился газетенкой! Ох, а чай-то уже кипит!- он указал пальцем на котелок.

- Сейчас.- отозвался бретонец и, схватив тряпку, висевшую тут же, вытащил его из огня.

- Замечательно!- Веллиндус взял из буфета две керамические кружки, одной зачерпнул чая себе, а вторую отдал соседу, который последовал его примеру. Старик опустился на стул, сделал глоток и развернул газету. Прочтенное заставило его поперхнуться и выплюнуть половину чая в камин.

- Что такое? Ты в порядке?

- Кхе-кхе... э-кхе... Похоже, мой старый друг вышел... из тюрьмы...

- Ну так это же здорово!

- Боюсь, большая часть граждан Империи с тобой не согласится.- он передал Джубену газету.

- Что?! Элдарион? Погоди, ты хочешь сказать, что убийца канцлера Окато... твой "старый друг"?!

- Да. Ты хочешь спросить, что свело вместе главного преступника Сиродиила и отставного капитана Легиона? Я объясню.

В течение следующего часа Сейдро поведал молодому Маталю о своих приключениях в Имперской канализации, вампирах, гладиаторах и прочем...

- Потрясающе... Из твоей истории я не совсем понял только одно- как тот маг, Николас, заставлял каменные статуи двигаться и подчиняться приказам?- начинающий колдун явно решил научиться созданию горгулий.

- Понятия не имею. Знаю только, что это было связано с душами, в них были заключены души дремор... Да. Точно. Я точно слышал, как одна из них хрипела голосом дремора...

- Хм.- бретонец достал из сумки дневник и пометил в нем: "Душа низшего дэйдра+ камень=живая статуя?"- Но что же толкнуло Элдариона на путь преступления?

- Если б я знал. Если честно, то я не верю, что это он. Когда его посадили, я пытался добиться аудиенции, но посетителей к нему не пускали.

- Может, он правда не виноват? Странно все это... Никогда не понимал, что двигает людьми в таких случаях. Поговорить бы с ним, но ведь когда власти его найдут, наверняка казнят без суда.

- Так найди его сам.

- Извини?

- Ты сказал, что хочешь помогать людям. Не самая ли это лучшая возможность? Поймай его и найдешь ответы на свои вопросы, спасешь невинные жизни и... принесешь покой в мою душу.

Джубен на минуту задумался, хотя и сразу знал, какой даст ответ.

- Да. Я сделаю это. Я должен. Наверное, только так я смогу доказать окружающим и себе самому, чего я стою... Но. Но с чего начать?

- Это я, пожалуй, знаю. Последний раз, когда мы собирались все вместе: я, Гней, Миун-Ай и Элдарион, это было в таверне "Плут на привале", что возле форта Урасек. Местный бармен- его друг. Рискну предположить, что он мог отправиться именно туда, от тюрьмы до той таверны буквально десяток миль.

- О, боги, опять качаться в повозке...

- Нет. Сегодня в Нибен должен войти почтовый галеон. Он всегда пополняет запасы в здешнем порту. Думаю, я смогу договориться, чтобы они взяли тебя на борт. Завтра днем уже будешь в Имперском городе.

 

Порт Лейавина, вечер 18 числа Последнего зерна.

 

- На, держи, за красивые глаза информации трактирщик не предоставит.- Сейдро вложил в руки священнику мешочек с полсотней золотых,- И я попрошу тебя только об одном. Оставь Элдариона в живых. Он все же спас мою шкуру в тех туннелях.

- Я понимаю. Не волнуйся.

- Спасибо. Береги себя и удачи.

И, пожав руку седому имперцу, Джубен шагнул на мостки. Парус наполнился ветром, канаты ослабили хватку и корабль бодро пошел вверх по реке...

[drak_rad]

19.Месяц первого зерна.ночь.
Данмер и альтмер огибали столицу по Красной кольцевой дороге. В небе ярко светили Массер и Секунда
- Ты уверен, что сделал правильный выбор, Эранор? - спросил своего темноэльфийского товарища Элдарион. - Со мной на постоялый двор не заявишься, в поселение какое-нибудь - тоже, а уж если стражники набегут, то мешочком золота отделаться не удастся. Готов ли ты на это пойти? Со своей стороны обещаю, что скучать не придется.
-Ты меня недооцениваешь,- ответил данмер .-Я ллюблю деньги и я просто должен использовать возможность прогуляться по казне Имперского города. А с кем как не с тобой я это сделаю.
- Откуда мне знать, что ты меня не продашь? Или думаешь, что со мной сможешь получить больше?
-Я не думаю ,я знаю что получю намного больше чем какието десять тысяч.
- Готов ли ты не только обагрять клинок, но и следовать пути дипломатии? Убеждать людей примкнуть ко мне? Завоевывать их доверие как пустыми обещаниями, так и звоном монеты?
-Я непросто готов, это есть один из лучших вариантов.Но одной дипломатией всё не решиш, нам придётся погрузиться в море интриг, заговоров и смертей , и я готов на это ради ожидающей награды.
- Я рад, - кивнул альтмер. - Скажи, тебе нравится город Коррол?
- Хороший город ,та заодно находится мой компаньён.Я понимаю мы туда идём.
- Не совсем. Через месяц он будет нашим.

[Arkadros]

20-е Первого зерна. 1:46 ночи. Святилище Ноктюрнал

 

Последователи Ноктюрнал не обратили внимания на бретонца. Статуя даэдра возвышалась над Дирмахом: это было красивая женщина, одетая в мантию, на ее разведенных в стороны руках сидели два ворона. От ее каменного взгляда стало не по себе. Пределец коснулся левой рукой основания, и статуя заговорила:

- Ты пришел ко мне этой ночью, чтобы разгадать загадку, как и предначертано! - ее голос не был похож на тот другой, Ноктюрнал не доставила боли.

- Я пришел задать вопрос: зачем ты мучаешь меня? Но кажется это не ты. - сказал бретонец.

- Ты пришел ко мне не только ради этой загадки. Ты должен вступить в интригующую "игру", чтобы также разгадать другую.- ответила Повелительница Ночи. - Ты выбран мной, возьми скелетный ключ, он поможет тебе. Используй его, чтобы распутать два клубка противоречий, обмана и интриг. Ключ заглушит боль в твоей голове. Также ты возьмешь с собой одного моего последователя. - Ноктюрнал затихла.

Один из последователей подошел к Дирмаху, приоткрывая капюшон, это был тот таинственный каджит из таверны:

- Приятель Дирмах, верно? Дар'сад станет твоим спутником - сказал сутай-рат с характерном акцентом - Владычица Ночи наказала Дар'сада за проявленную глупость. Теперь мы повязаны лунами, дружище!

- Дар'сад, я привык действовать один и ничем мы не повязаны - ответил бретонец.

- Ошибаешься, приятель, Дар'сад будет следовать за тобой согласно повелению Госпожи. Дар'сад мастер стиля рукопашного боя каджитов «Ветер-на-песке», мастер скрытности...

- Ладно, пошли - перебил его Дирмах, вздыхая.

Изменено 14 сентября, 2014 пользователем Arkadros

[eLenDril]

20 п.з. Имперский Город, 15:00
Прошел уже день с тех пор как Седрик отправил К’Риса к остальной банде, а сам купил лошадь и отправился в Имперский Город. И, как следовало ожидать, в городе никто ничего не знал. Альтмер будто просто исчез.  Вся информация, которую ему удалось получить, делилась на брехню (вроде – «мой троюродный дядя по маминой линии видел его в окружении вампиров») и полный бред («Я сам видел, как ему на помощь пришла армия дремор, а потом он отрастил крылья и улетел на Массер»).
Оставалось только одно – идти в тюрьму. « В газете говорилось, что в тюрьме можно получить информацию и инвентарь. И то, и другое мне не помешает » - решил Седрик и отправился в городскую темницу.
Дорога туда заняла у него почти час, затем Дагон знает, сколько времени он бродил по холодным коридорам, повсюду натыкаясь на стражников и обливаясь холодным потом.
Когда Седрик наконец нашел дверь с надписью «Начальник тюрьмы», был уже вечер. Тихо отворив тяжёлую дверь, он увидел пожилого имперца сидящего за столом.
- Господин начальник тюрьмы? – неуверенно начал Седрик,
- Обращайтесь, что вам угодно?
- В газете было написано, что вы обладаете информацией о недавнем инциденте, а так же можете выдать необходимое снаряжение для поимки преступника. Это так?
- Могу сообщить лишь слухи. В последний раз он был замечен недалеко от форта Урасек, как сообщил нам один из постоянных клиентов "Плута на привале". Никто не знает, куда он направился. Можно предположить, что прочь от столицы, так как видели его бредущим на север по Красной кольцевой дороге.
Что же насчет снаряжения - какой бой вы предпочитаете?
- Спасибо за информацию господин. – информации не густо, но хоть что-то -  И я предпочитаю вести бой на расстоянии, не люблю марать руки.
- Это хорошо, - пробормотал начальник себе под нос. - Наша оружейная может выделить вам два десятка серебряных стрел и новый стальной лук, если это необходимо. Покажите им эту расписку, - он протянул посетителю бумагу.
- Благодарю вас – как можно более учтиво сказал Седрик, взял расписку и поспешно вышел из кабинета.
За дверью он шумно выдохнул, рассмеялся, и довольный собой пошагал в оружейную.

Изменено 14 сентября, 2014 пользователем eLenDril

[SnowK]

20-е Первого зерна; раннее утро.

Дорога заняла у Зено куда больше времени, чем он предполагал – местные форты были настолько похожи друг на друга, что мечнику пришлось длительное время сновать по окрестностям, сверяя всевозможные развалины с картинкой, стоящей у него перед глазами. Наконец он достиг форта Эш – некогда величественной твердыни, стоящей прямо на дороге в Коррол. Возможно, когда-то это место и играло ключевую роль в войне за центральную провинцию, но теперь его руины служили пристанищем для гоблинского выводка, наводящего ужас на всю округу. Благоразумные путники старались обходить форт стороной, предпочитая более длительный и безопасный путь через лес, но Зено был не из их числа. Там, внутри его ожидала очередная цель, а обитатели этих негостеприимных развалин являлись для мечника лишь способом развеять скуку.
Имперец оставил обеспокоенного коня привязанным к дереву, а сам вошёл под каменные своды и свистнул что было мочи – таким образом, он сообщал противникам о своём присутствии и изъявлял желание вступить в бой. Гоблины не заставили себя ждать и тут же ринулись в атаку, спрыгивая с массивных стен, выползая из обвалившегося прохода и поднимая уродливые головы из густой травы. Первой жертвой стало высокое, крайне худющее отродье – Зено одной рукой извлёк свой верный клинок из ножен на спине и сделал круговой взмах снизу-вверх, вспарывая брюхо противнику. Со следующей целью, маленьким и юрким хитрецом, пришлось повозиться чуть больше, так как тот всё время норовил уклониться от атаки и вцепиться в ноги имперца. Мечник подпустил его к себе, а когда тот оказался достаточно близко, просто перевернул меч и вонзил его в черепушку мелюзги, проламывая её словно куриное яйцо. Третий оказался самым крупным из всей зелёной братии – на сей раз Зено уже самому пришлось уклониться от атаки, резко уйдя в сторону. Громила, вооружённый дубиной из кости какого-то огромного зверя, пронёсся мимо, сметая крадущихся сзади товарищей со своего пути, а мечник, воспользовавшись ситуацией, без труда умертвил валяющихся ничком тварей.
Тем не менее, здоровяк не позволил вот так легко зарезать и себя – услышав вопли своих меньших братьев, он бросил своё орудие и кинулся на воителя врукопашную, размахивая загрубевшими кулачищами и брызжа во все стороны омерзительной, густой слюной. Зено, подначивая противника, тоже оставил свой клинок воткнутым в землю и побежал в сторону гоблина, а когда тот оказался совсем рядом, сменил направление и побежал прочь, истерично хохоча. С какой-то звериной грацией ему удавалось огибать возникающих на пути монстров, в то время как догоняющий его исполин то и дело натыкался на своих сородичей, а порою и вовсе отшвыривал их в сторону. Обогнув форт, имперец начал взбираться на каменистую стену, увлекая за собою неуклюжего здоровяка, а оказавшись у пролома на втором этаже крепости, перемахнул через него и вновь оказался внутри, подле своего меча. Последовав примеру человека, гоблин прыгнул следом, но зря – мечник уже сжимал лезвие в руках, готовый нанести ответный удар. Монстр, соскочивший вниз, попытался задавить Зено своей тушей, но в результате лишь напоролся на его клинок. Густая, тёмная кровь хлынул на воителя, а лицо его поравнялось с мордой громилы, выражающей крайнюю степень ярости и отчаяния. Мечник лишь ухмыльнулся в ответ, а затем подмигнул сопернику и столкнул с себя его массивное тело.
Твари, воспользовавшиеся ситуацией, теперь сновали вокруг имперца, ожидая его действий. Они испытывали трепет перед тем, кто умудрился завалить их вожака, но инстинкт заставлял гоблинов отомстить за павшего товарища. Теперь даже Зено понимал, что противников стало слишком много, и всё, что он мог делать – это беспорядочно рассекать воздух клинком, отпугивая уродцев. Наконец, и он, и его неприятели сделали ход. В то время как гоблины, размахивая своими ржавыми кинжалами и топорами, бросились на мечника, сам он вновь повалился наземь и откатился в сторону, в надежде вырваться из кольца врагов. Финт удался – теперь воитель был по одну сторону, а гоблины по другую. Битва затягивалась, и силы покидали имперца, ведь даже такой ненасытный рубака как он не мог сражаться вечно. Пот стекал по его щекам, а ноги подкашивались – всё-таки, прыжок с большой высоты не обошёлся без последствий, но отступать было нельзя, ибо владычица не будет милостива к тому, кто был обращён в бегство шайкой зелёных отбросов.
Зено поставил меч перед собой, извлёк из кармана причудливый талисман, и, направляя его в сторону гоблинов, зашептал молитву. Каждое последующее слово было громче предыдущего, и так его тембр нарастал, пока не превратился в истошный вопль, заставляющий гоблинов пятиться назад. Наконец, мечник, всё так же продолжая свою мантру, подошёл к лежащему здоровяку и вырвал кусок плоти из его груди, а затем извлёк остывающее сердце и бросил окровавленный орган под ноги гоблинам, на что те отреагировали незамедлительным бегством вглубь руин, туда, где Зено ожидало очередное тело.
Победа оказалась лишь временной, но и такой исход вполне устраивал имперца. Он вытер руки о плащ, а затем уселся подле развалившейся стены и, оперившись на свой меч, остался в гордом одиночестве восстанавливать силы перед вторым раундом.

Изменено 14 сентября, 2014 пользователем SnowK

[nikisela]

20п.з ,, , Плутна Привале ' ' 7:50
Не найдя никого себе в спутники Разар решил разыскать преступника в одиночку и первом делом ему нужны были слухи .
Искать их он решил в столице дорога заняла туда около двух часов но и в городе было не продохнуть от стражи поэтому засунув скатлера в сумку он полез на крышу особняка тем самым обеспечив себе безопасный путь до тюрьмы .
,,Мда иду туда куда меня не могут упихнуть целый гарнизон стражи''.
Добравшись до тюрьмы он влез в кабинет начальника через окно.
Он сидел на кресле и читал какие-то бумаги, в этот момент Разар подошел к нему со спины и приставил к горлу нож.
-Что за?-запаниковал начальник.
-Сбежавший альтмер, где его видели?!-резко спросил Разар.
-Я..я..я не знаю-взмолился пленик.
-А вот так?-спросил Разар и пустил кровь ему на щеке.
,, Сер что у вас происходит? ''-спросил кто-то за дверью.
Разар сильнее прижал к его горлу нож.
-Э..э ничего серьёзного просто палец порезал.
,, Ну тогда ладно''-и когда шаги удалились Разар продолжил беседу.
-Так а это что за бумажка?-увидел бумагу на столе Разар.
-Возьми!-приказал Разар.
Имперец было потянулся к письму но Разар его остановил:
-Да не ты.
И тут из рюкзака показалась головка которая бестро схватила бумагу и нырнула обратно.
Получив всё что ему было нужно Разар связал имперца и заткнул ему рот кляпом.
А потом быстро вылез через окно и только его видели.
Только через 2 квартала он достал бумагу из рюкзака и начал читать:
Отчёт о слежке за ,, , Плут на Привале ' '
Результаты слежки показали что беглец и вправду останавливался в таверне
И получал от трактирщика помощь.Брать беглеца было опасно но выследив его
до старого форта дальше я не пошел и поэтому высылаю это письмо с голубем
и прошу отправить сюда войска и положить конец его делам.
Письмо было не распечатаным поэтому о войсках беспокоится не пришлось но о каком к чёрту форте шла речь?
Сдесь их наверное с пол сотни и в каком я должен искать этого эльфа?! ! Ладно надо вернуться в плута, и отдохнуть. А потом подумаю.