Где-то в Мертвых Рвах
Фигура Хекса, в полумраке почти не различимая, резко остановилась. Шалд заметила, как быстро и тяжело он дышал, словно долго куда-то бежал, не разбирая дороги. Его голова была низко опущена, а из растрепавшегося хвоста длинные белесые волосы упали на лицо, придавая ему вид кого-то… совсем чужого. Незнакомого.
Повернувшись в сторону сестры, потрошитель взглянул ей в глаза. Его подбородок и губы были в крови – на этот раз в его собственной. Рука была прокушена почти насквозь, а глаза… глаза снова пылали багровым, расширенные зрачки заполнили собой всю радужку, превращая ее в бездонную черноту.
Он не протянул руки, чтобы взять кольцо. Он вообще не заметил этого.
«Ты создала монстра».
«Нет, Хекс, ты всегда был монстром», - отозвался Зверь, и его голос в разуме Фелкин звучал как хор из тысячи криков замученных людей.
Облизнув губы, бастард протянул руку, словно хотел схватить девушку за плечо. В душе рвались струны последних следов его человечности. Она хотела уйти. Бросить его. Она, та, кто дал ему новую кровь и новую жизнь, кто дал ему осознание того, что есть в мире существо, такое же, как сам Вольфер, родственная душа…
«Все ложь».