Фели

Лагерь   - Просто так получилось... Это ты готовил? Не ем мясо, прости.   Борео, прислонившийся спиной к бревну, встрепенулся и с легким недоумением посмотрел на Регину. На лице появилась слабая улыбка. - В таком случае в следующий раз приготовлю что-нибудь иное, - он склонил голову набок, - Без мяса. В качестве извинения, разумеется. Он отвел взгляд, вернувшись к наблюдению за дракой. Спустя некоторое время (сражались воины яростно - смотреть на них было чистым удовольствием) он почувствовал возвращение Сострадания. Беспокойство и чувство вины... не ушли - но они ослабли из-за спокойного тепла, разлившегося по телу.  "Ну... теперь рад?" "Ты сам захотел это..." Борео с горечью усмехнулся, покачав головой. "Я знаю, Рет. Ты умный, а я дурак - и это не сарказм", - он устало потер переносицу, - "Просто... это неожиданно. Почему они так отреагировали, и почему ты пошел за той девушкой?" "Им больно." Вздрогнув, Феликс непонимающе моргнул. "Ты имеешь в виду..." "Да. Они чувствовали боль, увидев меня. Та девушка с ранами на запястьях... в ней сокрыта глубокая боль, которую так просто не исцелить. А другая... ее разум разбит на осколки. Его возможно собрать - но нужно терпение. И сострадание." С глубоким вздохом Феликс закрыл глаза. Алкоголь выветрился из головы - может, даже благодаря Рету - оставив его в растерянности. Но больше напиваться желания не было. Говоря откровенно, он теперь вряд ли хоть каплю на язык возьмет. "Раз им больно от твоего вида..." - неуверенно начал он. "... то мне лучше более не появляться на их глазах" - закончил Сострадание, - "А тебе не помешало бы отдохнуть. И больше не пить." Воин духа усмехнулся. "Словно с языка снял."

Лагерь   Шен, прислонившись плечом к коре старого платана, поначалу на заметила, как сотканное из чистой энергии существо приблизилось к ней. Оно не задавало вопросов, не тревожило тишину бессмысленными звуками - оно лишь наклонилось и прикоснулось к ее плечу. Сделанный ею укус затянулся на ее глазах. Косситка быстро обернулась - желудок вновь скрутило от боли. Нет, она не хочет. Один только взгляд в глаза духа был мучителен, и сейчас... Он не смотрел ей в глаза, уставившись в землю. От невесомого прикосновения по телу разлилось слабое тепло. Воспоминания, нахлынувшие словно яростный поток, замедлись до тех пор, пока не замерли совсем - и магесса почувствовала странный, неведомый с самого пробуждения покой. Дух наклонился, и легонько прикоснулся к запястьям девушки - сначала к одному, потом к другому. Она рассеянно моргнула, не до конца понимая, что тем самым он сделал... но спросить возможности не было. Житель тени исчез. Растворился в воздухе, как пустынный мираж.

Лагерь   - Мда, значит воин духа делит свое тело с кем-то еще? Духи - это ж как демоны, да? Только типа хорошие или как-то так? А польза есть или вот только так на всех действует?   - Делит... не совсем верное слово. Он лишь смотрит моими глазами, - печально покачал головой мужчина, - И предлагает помощь. Он не может контролировать меня, ибо пакт этого не допускает - но я могу помочь ему... воплотиться. Ненадолго. В таком виде он может частично использовать свою силу - исцелить раненого или умирающего, снять магическое проклятие... или помочь в бою. И он не демон. Он тряхнул головой, обеспокоенно поглядывая то на Регину, то в сторону леса. - Я... честно говоря, не знал о такой реакции. Сострадание никому не причиняет вреда, но... Я приношу свои извинения, - он виновато поклонился дрожащей целительнице, прикоснувшись ладонью к груди. "Дурак, дурак... надо было просто на словах объяснить... но откуда я знал, что некоторые могут отреагировать так?"

Лагерь   - Помогите его в палатку отнести, что ли.   - Я конечно благодарен за такую заботу, но... может, отпустишь? - раздался откуда-то снизу низкий мужской голос. Тавила опустила глаза, и обнаружила, что орлесианец... вполне себе в сознании. Лишь растерянно моргал, поглядывая по сторонам. - Побочный эффект, - тихонько пояснил он, приподнявшись на локтях, - Не привык еще... к такому. Существо из Тени учтиво поклонилось всем глазеющим, и повернулось к Феликсу. Тот прикрыл глаза и устало потер шею. - Разумеется. Только не долго. Дух благодарно кивнул, и быстрым шагом двинулся в сторону леса - там, где скрылась Шен - но напоследок Сострадание бросило последний взгляд на Регину. Странно. Песнь утихла - и вернулась столь желанная тишина. Лишь свет остался. - Он вернется, - абсолютно спокойно заверил остальных орлесианец, скрестив ноги на мятой траве.

Ага. То есть чувствовать то он чувствует, но не до конца понимает, что это вообще за хрень.

Лагерь   - Ээээм...он живой?   Дух повернулся к гному, и кивнул. Забавно - даже этот жест был почти идентичен тому, которым пользовался Борео.

Ага. И чувствуют, что он за дух, что характерно.

Лагерь   - Так что, просвети, коли есть чем поделиться.   Орлесианец отвел взгляд от пляшущего пламени, в которое только что подбросил несколько поленьев. Его темные глаза сейчас казались почти черными. - Будет лучше... - тихо пробормотал он, и запрокинул голову. Звезды сегодня были по настоящему красивы. Вот так вот, по дружески беседуя с такими же людьми как он сам, Борео чувствовал себя... Спокойнее. Увереннее. Теперь то он почувствовал, как тягостно было путешествовать с одним лишь Ретом - который и побеседовать был согласен далеко не всегда. Он был духом... и всегда им будет. Он отличался - как и сам Борео. "Ты серьезно, Феликс? Потом будет больно, я не..." "Да. Пожалуйста." -... если я покажу.   Феликс использует (по пьяни) способность: Первое дитя   Мужчина, не произнеся более и звука, тихо повалился на спину. Все бы ничего - после той ядреной дозы гномьего эля закатить глаза и отрубиться было единственно верным для наземника решением. Вот только на бревне, с которого и свалился орлесианец, на том самом месте... кто-то сидел. Внешне, этот полупрозрачный силуэт чем-то смутно напоминал самого Феликса - если приглядеться, можно было различить короткие волосы, выделяющуюся одежду - даже висевшие на поясе мечи. Создание обернулось и посмотрело на Борео, безмятежно валявшегося на примятой траве. Из его груди вырвался печальный вздох, прозвучавший словно где-то вдали.

Лагерь   - Угум, из них самых. Как сражаюсь? Да так! Беру в руки молот и размазываю отдельные части противников в мягонькую, слегка липкую кашицу.   - Берсерк, значит... Орлесианец моргнул, словно смутившись чего-то. - А что ты знаешь о воинах духа, Бодарт? - изменившимся голосом спросил человек. Его взъерошенные волосы колыхнулись от порыва ветра, как и борода гнома.

Лагерь   - Вот это по-нашему, уважаю! Ха! Тави, пирожочек, гляди кто в гномы записался!   Приняв кружку, Феликс даже не выдохнул - просто взял и залпом выпил содержимое, даже не чихнув. Впрочем, Бодарт прекрасно понимал, что бесследно на наземнике такое не скажется - и, как всегда, был прав. - А как ты сражаешься, Бодарт? - неожиданно произнес мужчина, слегка покачиваясь из стороны в сторону, - Ты из знаменитых гномьих берсерков, или в бою используешь иные методы? - он моргнул, повернувшись к Тавиле. Вопреки подозрениям гномки, взгляд у него был осмысленный, - И к вам тот же вопрос, монна.

Лагерь   - Ха-ха! Сиськи Андрасте, чтоб меня! Ну ты даешь! Мужик, ха! Давай сразу вторую, а?   Борео искоса приподнял бровь, глядя на хохочущего гнома... и улыбнулся, оскалив белые зубы. - Наливай. - все, что произнес орлесианец.

Лагерь   Тем временем сам Феликс пустился во все тяжкие.  Съев свою долю, он некоторое время задумчиво косился на Бодарта. Когда гном прикончил свою тарелку, орлесианец наклонился и что-то тихо пробормотал гному на ухо. Тот, поначалу удивленно моргая, хохотнул, и со скрытой под бородой усмешкой протянул Борео кружку эля. Зрелище обещало быть знатным. И оно оказалось. Просверлив мутную коричневую жидкость мрачным взглядом, Феликс прикоснулся губами к кружке... и залпом выпил содержимое. - Благодарствую, - кашлянув, бросил воин, протягивая гному пустую кружку. Видок у него стал еще более потрепанный. "Ох черт..." Своего патрона он благополучно проигнорировал. 

Лагерь   - Именно. Арена. Как ваш турнир, только без коней. одна лишь драка без лишних и никому не интересных соревнований. Обычно один на один, но при желании можно сражаться и группами. Ну и каждый год проводится турнир среди лучших. Я на нем один раз была, почти сразу вылетела. Малявка еще.   "Успокойся." Феликс глубоко вздохнул, разжав рукоять ножа и с легким недоумением взглянув на собственную руку. "Благодарю... Теперь доволен?" "Я... думаю да. Но мне бы хотелось увидеть все своими глазами - если будет возможность." Мужчина слабо улыбнулся, вновь проверив котелок с зайчатиной. Мясо разварилось - готово. Благодаря соли и ароматным тварам даже кроличий бульон пах вкусно. "В таком случае наш следующий маршрут определен. Знаешь - после этого дела с наемниками. - Все готово! - объявил Феликс, привлекая внимание постукиванием ножа по котелку, - И, как говорится... Bon appétit! Он снял котелок с огня. Действительно - три крупных зайца, на взгляд Тавилы выглядящие не то чтобы солидно, теперь, пожалуй, были похожи на достойную еду, которой можно "накормить семерых". А может и более того. Борео бросил настороженный взгляд на драконицу, с прищуром разглядывающую девушку-кунари. Он уже пару раз "получил на орехи" от воинственного дракона. Впрочем, калечить Шен Фалькорра была, очевидно, не в настроении - зато идущий от котелка запах определенно ее заинтересовал.

Лагерь   - А еще нежнее не можешь о них отозваться?   Человек тихонько рассмеялся. - Я никогда их и в глаза не видел. Лишь знаю то, что было в книгах. Полагаю, при встрече лицом к лицу я тоже был бы более... ярым.   - Порождения Тьмы - некогда бывшие люди, гномы, эльфы и, говорят, даже косситы...Скверна изменяет их, делает отвратительными тварями с весьма сволочным характером.   - Разве это не гули? - с сомнением произнес Борео, - Насколько я помню, порождениями твари рождаются, а не становятся. Он поддел очищенным ножом кроличью ножку, с сомнением оглядев розовое мясо - и швырнул обратно в котел. Не до варилось. - И осквернить им нужно не дракона, а Древнего бога, - добавил он чуть тише.    - А вообще у нас красиво, видел бы ты гномью архитектуру, особенно в древних тейгах. Я по началу боялась, что ваши дома рухнуть могут, так они ненадежно выглядят. Но это все ерунда. Испытания - вот, что действительно интересно. Если у гномов возникают споры, то все решается на Испытаниях. Я там даже участвовала...   Мужчина встрепенулся, быстро поворачиваясь к гномке. - Мне довелось видеть в Орлее несколько гномьих сооружений, - неожиданно поделился он, - В основном - статуи. Стоящий гном, державший в руках молот - целых две таких видел. Они выглядели... внушительно, - задумавшись, он добавил, - Испытания - это ведь арена, так? Пальцы орлесианца неожиданно стиснули рукоять кинжала. С силой, почти до боли - и Тавила это заметила.

Лагерь   - Ах да, забыл самое веселое сказать. Орзаммар - прекрасное место, где буквально в нескольких часах ходьбы от дома кишмя кишит Порождениями Тьмы.   Феликс, внимательно выслушивающий гнома, после этой тирады медленно тряхнул головой. "Все... настолько плохо?" - сдавленно прошептал Рет. - Все настолько плохо? - чуть изменившимся голосом спросил мужчина. Впрочем, учитывая его реакцию на гномий эль - такой голос был более чем понятен. Бодарт лично видел, как более нестойких едва ли не рвало собственными кишками. Образно, но близко к истине.   - Что такое Порождения Тьмы?   - Существа, обитающие на Глубинных тропах, - отозвался Борео, помешивая котелок, - Переносчики скверны.

Лагерь   Зайцы, порубленные на крупные куски вторым ножом Феликса, тем временем уже булькали в воде - которая благодаря травкам Мерилина обрела приятный золотистый цвет. Даже запах одной лишь этой травки был приятен, а уж когда еда приготовится... Феликс, организовавший это небольшое событие, молча пошатывался, задумчиво разглядывая переругивающихся Бодарта и Тавилу, лишь изредка помешивая мясо. Наконец, он решился. - Бодарт, Тавила... - начал орлесианец, пытаясь привести мысли в порядок после гномского пойла, - Я знаю, это звучит неожиданно и нелепо, но... вы ведь родом из Орзаммара? Не могли бы вы рассказать об этом городе? Ну... и о гномьей культуре в целом.  Он почувствовал разлившееся по тело тепло благодарности. Работа Рета, без всякого сомнения. Девушка-кунари, которая произнесла несколько слов, все еще чувствовала себя скованно - он даже толком не расслышал, что она произнесла. "Но голос красивый", - отметил Борео.

Лагерь   - Тебе помощь, я так понимаю, уже не нужна?   - Хм... уж точно не помешает, - философски вздохнул орлесианец, критически взглянув на истерзанные и окровавленные шкурки зайцев. Может, из них и выйдет что-нибудь - даже одеяло из шкур - но выходило как-то неровно, - Попробуй с этим. Он с ощутимым облегчением протянул эльфийке заяца и ножи. Худо-бедно смыв кровь с рук, он надел перчатки и беззастенчиво принял у Бодарта кружку с пойлом. - Ваше здоровье, - с усмешкой поклонился мужчина, и отхлебнул. Головная боль была такой резкой и неожиданной, что Борео поначалу показалось, что кто-то лягнул его в затылок со всей силы. Вздрогнув и схватившись за голову, он с каким-то первобытным ужасом взглянул на кружку с пойлом. От одного глотка - такое? Андрасте милосердная. Бодарт глядел на него во все глаза. Нервно хмыкнув, Феликс понял что выбора нет - и ему придется пожертвовать собственным достоинством, личным пространством, и целостностью разума. Он отхлебнул вновь.   - Кроликов то маловато на всех. Я б одна двух в миг слопала, а нас тут семеро.   Борео, во взгляде которого уже начали плясать демонята (гордыня, однозначно) поглядел на гномку очень странным взглядом. Действительно, это были не кролики - а вполне большие, отъевшиеся перед зимой зайцы. В Орлее одним таким могла наесться целая семья... та, что из бедных. Он, впрочем, не ответил - лишь нервно пригладил взъерошенные волосы. Рассеянно приняв от Феанора и Ашкаари травы и соль, он в нужной пропорции сыпанул все это в начавший бурлить котелок. Вернув оставшееся, он с необычным молчанием передал эльфийке уже освежеванные тушки - дабы выпотрошила.

О, это длинная история. В Рико (персонаже из третьей игры) жил дух Гейджина, безвременно почившего во второй игре. Бодарт должен его помнить - на глубинных тропах они вместе воевали против тейга.  ;) Но Рико он все-таки не знает.

Лагерь   - Неплохой улов, не думала, что ты охотник.   Неожиданно для воительницы, мужчина прыснул от смеха. - Можно сказать... что охотник тут не совсем я, - с веселой улыбкой бросил Феликс, худо-бедно расправившись с первым кроликом - и даже не испачкав одежду в крови. Сразу видно, что орлесианец - чистоплотный больно. "Скрываешь?" "Вовсе нет - в первом же бою все равно все все увидят", - утомленно отозвался Борео, - "Тут же... просто ребячусь." "Та девушка-кунари..." Феликс вопросительно хмыкнул, но Рет умолк вновь. Да что творится с этим духом сострадания?   - Надо закуску подождать.   - Почти... сделано... Вторая тушка присоединилась к первой. Снимать шкурку было относительно легко - он делал это руками, ножом лишь надрезая ее в нужных местах - но все-таки недостаток опыта давал о себе знать. - У кого-нибудь соль есть? - громко поинтересовался мужчина, не поднимая глаз и приступая к третьей тушке, - Если найдутся какие-нибудь травы подходящие, так вообще замечательно.

Лагерь   - Ладно, - с решительным вздохом произнес орлесианец, отложив две тушки в сторонку и вытаскивая из сумки два небольших ножика, - Надеюсь, я еще не разучился свежевать зайчатину... "Ты что, умел?" "Попрошу без намеков."   - Подставляй тару, шальной народ! Бодарт Краснобородый угощает! А это редкость для гнома. И да, Бодарт Радбирд, Мастер Молота к вашим услугам. Не знаю как у вас заведено, но думаю стоит так назваться чем в пьяной драке узнавать имена. Хотя, весело.   - Эмоции под утро, должно быть, незабываемы, - весело хмыкнул Феликс, пытавшийся аккуратно содрать шкурку с зайца. Лиин, как опытная охотница, хотела от этого зрелища зарыдать кровью.

Лагерь   - Жаль не в Антиву идём, там для Сатиналии самое место, целую неделю гулянка. В одной деревеньки дурачка местного старостой назначили. Потом пришлось объясняться с торговцами из гномьей гильдии. Слыханное ли дело - они с деловым предложением, а он пузыри носом надувает, да язык показывает.   - Действительно? - хохотнул Борео, кивнув подошедшему эльфу. Как же его звали... Феарон? Феанор? На эльфийские имена память у него была бедной, - Ну, там откуда я родом, Сатиналия более... мирная. Организуется большой пир, и все дарят друг другу подарки. С подарками, к сожалению, заминки... Он наклонился, подхватив за уши три большие заячьи тушки. - А вот пир, думаю, можно организовать. На наемничий лад.

Лагерь   - Красивая вещь. Продай.   Феликс лишь с ухмылкой покачал головой. - Это-то? - мужчина потряс в воздухе маской, - Только красота в ней и есть. А так - не строит и гроша, только торговцев раздражать. Он подержал украшение в руках еще некоторое время. Появилось странное желание взять и... швырнуть маску в огонь. В конце концов, не из "приятных воспоминаний" воин держал ее при себе. Причины были глубже. Именно из-за этих причин он и не сделал этого. - К демонам. Пусть будет "домом вдали от дома", - он положил ее обратно в сумку и поправил обмотанный вокруг шеи белый шарф.   - Устроили ночные посиделки у костра? - Не спится. - Хорошая ночь, чтобы посидеть у костра.   - Угу, - подтвердил Борео мычанием слова Ашкаари, - И не только. Сегодняшняя ночь... странная. Он не пояснил, почему именно. Лишь неопределенно пожал плечами и запрокинул голову, взглянув на звезды в ожидании озарения. Не мог же он просто так вспомнить про месяца. Наверняка была причина его беспокойному ожиданию незримого "чего-то". "Или нет", - тихо заметил Рет, - "Может, тебе просто мерещится всякое." Дух тоже беспокоился, Феликс это чувствовал. "С тобой то что не так?" Его патрон не ответил, как если собирался с мыслями.  "Гномка..." - осторожно начал он, - "Не мог бы ты спросить, как выглядит ее родной город?" Феликс удивленно приподнял брови. "Почему тебе интересно?" "Гномы не видят снов, и они не связаны с Тенью" - вяло пробормотал Рет, - "Там, вы видим во снах людей... отголоски вашего мира. Почти так же, как я ныне вижу твоими глазами - это странно, смешано с цветами и эмоциями, но это есть. Но гномы... гномы отрезаны. Мы не видели и малую часть того, что может происходить с ними - лишь то, что видели люди и остальные, кто не отрезан." "Городе. Орзаммар называется. Я, конечно, слышал о существовании второго города, но он вроде давно лежит в руинах без поддержки своего "собрата". Ну, такое я слышал", - поправил Борео, потирая глаза тыльной стороной ладони, - "Хорошо, я спрошу - когда будет подходящее время." "Спасибо."   - О, нас все больше. Ты всегда такая... серая? Плохо выглядишь.   Феликс с любопытством проследил за взглядом гномки - Тавилы, если он не ошибся. Похоже, спящая девушка с рогами проснулась - и сейчас смотрела на них. Волосы у нее были красивые - длинные, льющиеся до пояса по спине, точно жидкое серебро. Жаль лишь, были спутаны из-за пути - но наверняка потом они будут еще красивее. Рет беспокойно заерзал. Чувство было странное - разумеется, дух не был физически внутри него, однако тело все-таки чувствовало его беспокойство. "Ты чего?" Тот не ответил.   - Согласна.   - Добрый вечер, - с улыбкой кивнул девушке Феликс, - Сегодня хорошая ночь. Ночь... хорошая ночь. Царепуть, Жнивень... Первопад? Да быть не может, неужели уже столько времени прошло? Действительно, Ашкаари сказал - два месяца. Какой же он болван! - На днях праздновалась... или все еще празднуется... Сатиналия, - неожиданно произнес воин, с усмешкой хрустнув затекшей шеей. А он гадал, откуда это чувство - Сатиналия ведь празднуется в начале Убралиса... Или Первопада, как говорят в простонародье, - Праздник, - добавил он, словно опасаясь, что его могут не понять.

Лагерь   - Пошел второй, как мы путешествуем с Квинтом.   - А? - встрепенулся Феликс, вынырнувший из омута собственных мыслей, и тихонько  рассмеялся, - Нет, я о другом. Какой нынче месяц этого года. Подняв глаза на Аша, он с легким интересом посмотрел, как человек водил карандашом по листку бумаги. Впрочем, тревожить его он не стал - было видно, что тот не был настроен на праздные беседы. Вместо этого воин со вздохом достал из своей сумки тонкую маску, исполненную в виде ястребиной головы. Несмотря на довольно яркие оттенки, можно было с легкостью понять, что маска была сделана из простых материалов - ни драгоценностей, ни столь горячо любимых орлесианцами лент. Уж точно не украшение какого-нибудь аристократа. - Надо бы от этого избавиться - учитывая, в какую страну угораздило попасть, - пробормотал Феликс себе под нос, нахмурившись.

Вот то-то же. Не суди книгу по обложке! Может. Или просто не любитель, и на древесину аллергия. Может, вообще девственник. Бывает. :(

А ты уверен, что он подобное еще не исследовал? Орлесианец ведь - а они такие... нового хотят.