Фели

Гномья твердыня   Создание некоторое время лишь молча шевелило многочисленными, пусть и изрядно поредевшими лапками. Кажется, клятвенные обещания всех четверых заставили его... задуматься. - Пожалуй... - медленно протянул голос мага. Мэйрис, чувствующая на своей щеке приятную прохладу не затронутой пламенем стены, видела как длинные "лапы" существа ослабили хватку - словно готовые отпустить неподвижно стоявшую химеру в желтом. Когда щупальца последней, подобно нападающим гадюкам, устремились в лицо зазевавшегося мага - опешили почти все. Черные отростки обхватили череп, грудную клетку - большую часть тела твари. Конвульсивно задергавшись, создание попыталось вырваться, яростно царапая наиболее крупные "щупальца"; долго устоять под яростным напором оно не сумело, и рухнуло на спину, не прекращая попыток вырваться. Со стороны это... выглядело странно. Выросший в Антиве Федерико как-то мимоходом услышал от одного моряка историю о "кракене" - гигантской каракатице (или осьминоге), размера столь огромного, что оно было способно топить целые галеоны, утаскивая их на дно. Отчего-то у убийцы, желудок которого начал потихоньку отплясывать чечетку, появилась именно такая ассоциация. Фелкин остановилась. Лиин, уставшая от всего на свете и уже готовая смириться с чем угодно, молча смотрела как "кракен" выпустил свою жертву, медленно отползая в сторонку. Грудь Фелкин прерывисто подымалась, как после долгого бега - а насекомоподобная тварь, закашлявшись, перевернулась на живот и съежилась в позе эмбриона. Хекс дернулся вперед, готовый одним точным ударом отсечь твари башку - собственно, даже когда она заговорила, он не был особо против своего изначального замысла. - Он... ушел? - сдавленно прохрипел мужской голос. Не принадлежавший магу, даже на него не похожий - голос, который звучал сейчас, принадлежал скорее молодому парню. Лет восемнадцать, не больше, - Фири, все закончилось? Я не вижу... Фелкин медленно скользнула на пол, даже не глядя на заговорившую химеру. Лишь молча разглядывала стоявшего поодаль потрошителя.

Гномья твердыня   - О? Неужели? Отвратительное создание медленно повернулось к поджавшей губы Мэйрис. Из пустых глазниц, словно слезы, тек коричневый гной. - И куда же я пойду, умная девочка? - вкрадчиво поинтересовалась химера, склонив голову набок, - Это тело принадлежит химере с уникальной способностью... консервировать память. Характер, сущность - как человека, так и другой химеры. Однако... это создание, как и Фелкин - было, есть, и остается химерой. Оно никогда не сможет выбраться на поверхность - не с клеймом. Тварь привстала на ножках, увлекая за собой химеру в желтом. Арбалетчица поначалу не поняла, что именно хотел от нее безумный маг - однако, опустив глаза, увидела тонкую пластину из желтого металла на животе твари. Словно его вживили в плоть создания. Кажется, Альфарет ждал ответа.

Гномья твердыня   Когда черный дым рассеялся, а поднятая волной огня пыль немного улеглась, Лиин со стоном, преисполненным жгучей как драконье пламя ненависти к миру, села на земле. Кое-где на каменных плитах еще плясали язычки пламени, словно распустившиеся алые цветы. Убедившись, что Фалькорра цела (дракончик выглядел потрепанным и... оглушенным?) эльфийка вытерла текущие из глаз слезы тыльной стороной ладони - чем лишь сильнее размазала сажу по лицу. Высшая драконица пропала. Дыра, из которой лился похожий на дневной свет, заметно расширилась в размерах - как если бы дракон огнем и когтями прорывал себе дорогу наружу. Возможно, именно так ее сюда и затащили? Могла ли эта дыра в действительности вести на поверхность? Какая нелепость... Мутным взором оглядевшись по сторонам, девушка удивленно застыла. Карликовый дракон, вскарабкавшийся на и без этого раненое плечо лучницы, опустил шею и низко зашипел. - ... я ведь действительно думал, что в твоей голове появился рассудок. Вкрадчивый, полный усталого презрения голос мага прозвучал в этом помещении как громовой раскат. Потрошитель гневно заозирался, проклиная подводящие его глаза... Наконец, он разглядел. Насекомоподобная химера стояла поодаль, медленно шевеля лапками. Выглядело и без того отвратительное создание просто ужасно - хитиновый элемент панциря ошметками сползал с обгоревшего тела, рыхлая плоть была покрыта волдырями, большей части "маленьких" ножек просто недоставало. Длинные лапы, которые выходили из грудной клетки этой химеры, вцепились в плечи... химеры в желтом. Как и следовало ожидать - тонкие тряпки, которыми было покрыто тело твари, очень плохо плохо пережили контакт с драконьим пламенем - но большей частью пострадала верхняя часть одеяния, область от груди до лица. Кожа была человеческой... за исключением того, что почти как плоть Мелиссы, она была пронизана извивающимися черными отростками. И даже отростки выглядели ужасно - часть из них словно расплавились, пачкая уцелевшую часть одеяния похожей на чернила жидкостью. Хекс видел обугленные кожаные ремни, с помощью которых руки химеры были прижаты к ее телу. Капюшон сгорел почти полностью, но часть бинтов уцелела. Там, где плотная ткань все-таки была сожжена, можно было разглядеть русые волосы. Лицо же... Бинты, скрывающие рот и нос, уцелели - хоть обрывки ткани и болтались сбоку, постепенно соскальзывая.  - Я бы оставил комплекс, - вкрадчиво говорила искалеченная химера-Альфарет, глядя пустыми глазницами в глаза грязного голубого оттенка, - Оставил вас в покое. Ты могла бы воспользоваться этой свободой - найти себе новое тело, и выбраться на поверхность. Химеры живут дольше простого человека - тебе бы точно хватило. Вместо этого... Голос мага глухо расхохотался. Химера в желтом, не вымолвив и звука, медленно прикрыла глаза. - ... никто из нас не получит того, что хочет, - прохрипел Альфарет, приблизив ужасное лицо насекомоподобной химеры к лицу чудовища.

Гномья твердыня   Это... могло оказаться хуже. Нет, у Федерико по прежнему болел каждый открытый миллиметр кожи. Да, от страха при виде надвигающегося пламени он был готов покаяться и сознаться во всех своих прегрешениях замершей в ужасе Лиин. Однако... Мужчина медленно сел на колени, разглядывая покрасневшую от ожогов руку, и... чувствуя лишь противную, до жути сильную - но все же не смертельную боль. Гораздо больнее убийце было, когда Энигмо запустил огненный шар им под ноги.   Примечание: всем проснуться

Гномья твердыня   Химера повернула перебинтованное лицо в сторону единственной руки бастарда. Черный отросток, до которого дотронулся потрошитель, в ту же секунду перестал извиваться и просто слабо подрагивал в воздухе. А потом химера тихонько вздохнула, и рухнула на пол рядом с ошеломленным Хексом. Высшая закричала вновь, но на этот раз за криком последовал дребезжащий звон цепей. Время замедлило свой ход, из быстрого речного потока превратившись в топкое болото. Подняв глаза, Вольфер смотрел со стороны, как драконица, словно обретшая второе дыхание, с силой тянула свои цепи. Кожистые крылья отчаянно били по воздуху, как если бы от них зависела жизнь этого великого зверя. Замотав головой, драконица повернула морду в сторону цепи, обхватившей ее лапы. Пасть, из которой вытекала густая темная кровь, раскрылась - а в глубине глотки начало зарождаться пламя. Насекомоподобная химера, которую потоком воздуха отшвырнуло в сторону Северных волком, как жалкая гусеница завозилась на каменном полу. Из горла драконицы повалил вначале густой черный дым, и затем - настоящее пламя - и тогда с оглушительным звоном разорвалась первая цепь. Позабыв обо всем на свете, Хекс с благоговением смотрел как раскаленные драконьим пламенем цепи рвались, словно простые нитки. Крылья высшей уже почти подняли ее в воздух - осталась всего одна, последняя цепь, обхватывающая чешуйчатую шею создания.  - Я думал... ума в тебе было побольше. Хекс взглянул на скорчившуюся на полу перед драконом насекомоподобную химеру. Тварь смотрела не на него - на химеру в желтом, сидящую на коленях. Черные отростки отчаянно извиваясь, пытаясь поднять упавшее тело - но сама химера лишь сгорбилась, едва не касаясь лицом пола. Последняя цепь, сдерживающая дракона, с жалобным звоном лопнула, разбрасывая во все стороны покрасневшие от пламени звенья. С каждым взмахом крыльев она поднималась все выше, и, зависнув на одной высоте, раскрыла пасть. Эльфийка, взиравшая на открывшуюся перед ней картину с ужасом, схожим с эмоцией в глазах увидевшего смерть родителей ребенка, видела как дракон устремился вперед. Волна пламени поглотила сначала отвратительную химеру, в теле которой находился Алфавит... но дракон не останавливался. Аларион видела, как драконий огонь приближался все быстрее и быстрее... А потом наступила тьма.  

НАДЕЖДЫ НЕТ.

Ребята, отписываемся. ЭТО КОНЕЦ.

Гномья твердыня   Черная пиявка неподвижно застыла, не шевелясь и не реагируя на происходящее. Лишь когда Хекс, взволнованный тем что червяк мог сдохнуть, как следует его встряхнул, создание во флаконе вяло дернулось. Сосредоточив внимание на червяке, Вольфер почти не заметил как химера почти вплотную к нему приблизилась. Черные отростки едва-едва не касались ног потрошителя, медленно извиваясь и поднимаясь в воздух. Бинты из плотной ткани на лице химеры не позволили мужчине разглядеть и крошечного участка ее кожи; но, когда он опустил глаза, то с какой-то отрешенностью увидел поблескивающий на шее создания ошейник в виде стального кольца. Он поднес ладонь к своему лбу, прикрыл глаза и устало вздохнув. Ноздри наполнил слабый, едва различимый запах- от которого в голове мужчины вспыли непрошеные воспоминания. Замок Пентагастов, та ночь, когда он выпил ее кровь. Или кровь Насти? Тогда в тяжелом, стальном привкусе той крови присутствовал этот сам запах. Темный, незнакомый - запах, который он осознал намного позже. Драконица заревела вновь, но на этот раз крик не был и вполовину так силен как в прошлый раз - в безграничной ярости и обжигающем гневе потрошитель услышал нечто новое. Страх... Драконы тоже боятся.   Развилка

Гномья твердыня   Их голоса жутким противоестественным эхом резонировали в этом огромном помещении - любой находящийся здесь слышал каждое слово. Они подошли ближе - так, чтобы различить насекомоподобную химеру. Драконица, все это время тихо стоявшая на своем месте, неожиданно с силой рванула обтянутые вокруг ее тела цепи в бессильной попытке вырваться и схватить насекомоподобную тварь. Пол крепости под ошеломленными людьми и эльфийкой заходил ходуном и заревела.  Полный ярости и гнева рев люди услышали еще наверху, на Площади цепей - сейчас же, когда они находились так близко к ней, этот многократно усиленный эхом вопль заполнил все пространство, воздух и стены. Мэйрис, содрогнувшись, в ужасе прижала ладони к ушам, Лиин, с нелепым удивлением распахнула глаза и рухнула на колени... а Альварес, зашатавшись, почувствовал словно по его голове с силой врезали боевым молотом. Хекс стоял, не шелохнувшись. Что-то в его груди взвыло от тоски при виде страданий этого дракона, и на зубах он почувствовал хрустящий песок. Раскрошился зуб... он так сильно сжал челюсти? - Все почти закончено. В ушах еще звенело, и все же бастард услышал эти слова - и этот полный самодовольства, удовлетворенный голос. Губы сами по себе скривились в злобном оскале - маг был здесь, а его слова... - Фелкин, встречай гостей. Лиин, подбадриваемая урчанием Фалькорры (на которую рев драконицы оказал странное влияние - кажется, она... ластилась к своему "питомцу"?), неловко поднялась на ноги и обратила помутневший взгляд лиловых глаз вперед. Она все еще оглушена тем ревом - ведь Хексова "Фелкин", у которой в тронном зале они ясно видели сотни черных, гибких отростков... сейчас сидела на каменном полу возле хвоста дракона, прислонившись спиной к стене. Никаких отростков или щупалец не было - лучница, острота зрения которой в последнее время ее подводила, сумела разглядеть две нормальные, человеческие, ноги. Кожа на босых ногах казалась в льющемся с потолка свете казалась бледной, почти прозрачной. Химера в желтом медленно встала, и послушно побрела навстречу Северным волкам. От каждого шага в зале резонировал тихий, едва различимый после рева крылатой звук соприкосновения кожи с камнем - "шлеп, шлеп, шлеп"... На половине пути это изменилось. Из под плаща с тихим шорохом выскользнуло сначала одно черное щупальце, потом два... когда химера остановилась в пяти метрах от Хекса, она уже не шла - правая нога полностью скрылась под черными отростками, а левая, привстав на цыпочки... поднялась над землей. Последние два щупальца сокрыли кончики пальцев - тварь в прямом смысле слова "парила", поддерживаемая черными извивающимися отростками. За все это время "Фелкин" не издала ни единого звука. Так она и стояла - преграждая путь к Алфавиту, у которого все было "почти закончено".

Гномья твердыня   Бросив прощальный взгляд на уплывающий по реке каркас тела химеры (если удалось бы сохранить ее скелет, да показать какому-нибудь ученому на поверхности...), Федерико побрел за остальными. Страшный противник был мертв еще до того, как успел нанести им какой-либо вред. Но... по какой причине? "Лавовая канализация" крепости вскоре привела их небольшую каморку, каменная дверь в которую была заперта. Потрошитель,  пребывавший в крайне нестабильном состоянии, расправился с нею жестоко. Вывалившись из душного помещения, бастард быстро огляделся по сторонам. Взгляд у него был практически обезумевший... и кажется, он нашел своего врага. Северные волки оказались в огромной, абсолютно пустой зале... в конце которой располагалась закованная в цепи крылатая драконица. Зал был настолько огромен, что практически невозможно было разглядеть, был ли кто-либо рядом с драконицей. Но что самое чудное - из потолка тейга, прямо на дракона, лился свет. Не алый отблеск лавы... но настоящий, солнечный свет. Неужели... Этого не может быть - они находятся так глубоко под землей, свет просто не может доходить до сюда.  

Если бы он упал на таком повороте, в лаве бы плавала уже не химера...

*мрачно ковыряет палочкой землю* Кое-кто потерял весьма ценный арт в этой лаве, знаете ли. А змея была уже мертва. ЗАТО ЭПИК.  :zloradstvo:

Гномья твердыня   Альварес тупо моргал, наблюдая за тем как тело змеи преспокойно тонет в потоке лавы, не пытаясь даже побарахтаться. Ему показалось, или все произошло... как-то странно? Химера не стояла, а ничком лежала на полу, словно спала... Только когда лава поглотила практически все тело Фири, убийца увидел темный отросток, торчавший из спины и яростно извивавшийся. Когда тело с шипением и бульканьем сокрылось под огненной водой полностью, на несколько секунд маленький участок лавовой реки словно окрасился в черный. Но поток взял свое - и "чернильное" пятно исчезло столь же быстро, как и появилось.

Бросай кубик, чо уж там. Выкинешь единичку - уронишь всю группу. Стоп, Рико что, змею пытался в лаву сбросить? *разрыв шаблона*

Кхм. Лео, кажется, Лиин немного... выколола себе глаз.

Гномья твердыня   Эльфийка смотрела на змеиный хвост, а змеиный хвост - смотрел на эльфийку. Фалькорра, вскарабкавшаяся на спину эльфийки почти сразу после взрыва, поддерживала ее морально. Стрелять в хвост химеры было странным выбором... но все же Аларион решилась на него.   Бросок кубика на попадание из лука: 1d10. Уровень сложности: 8 (малый размер мишени)

Гномья твердыня     Это место разительно отличалось от остальной части комплекса... говоря откровенно, оно не входило в состав комплекса. Это была полноценная, но заброшенная гномья крепость на Глубинных тропах... которую неведомым образом обжил безумный Алфавит. Глупая дверь, не сумевшая отличить свежую жертву от "подпорченной", вывела их в тоннель, по которому тек лавовый поток. В Орзаммаре сам город бы пронизан лавовыми реками, как сетью кровеносных сосудов... эта твердыня, "тейг", не была исключением. Северные волки прошли всего несколько метров по "горячим следам", прежде чем заметили торчащий из-за поворота змеиных хвост. Та "Фири", которая взглядом окаменила Энигмо и Эдарис. Они не могли останавливаться. Что если маг оставил эту тварь "сторожить проход", на случай если они пройдут через дверь... и прямо сейчас химера стояла со снятой маской, готовая убить любого, ко приблизится?

Гномья твердыня   Из среза шеи вытекла тонкая струйка остывшей, мертвой крови, быстро пробежав по всем каменным кольцам. Потрошитель зажмурился - если дверь не примет подпорченную "жертву"... Она приняла. Кольца медленно начали сдвигаться в сторону, один за другим... и вскоре тоннель, ведущий в неизвестность, открылся перед ними.

Агась. Особенно на фоне его призывов "Купите свиток и освободите даму в беде!". Парниша не знал, что это на самом деле была дама в беде. Вроде надурил, а вроде и нет... Хотя эта реплика появляется, только если воспользоваться собственным свитком - если такой купить у него, он сразу сваливает.

Не, это ценник гнома на карнавале в Нашкеле. Его реакция, к слову - бесценна.

800, бгг. Ну, у гнома на карнавале. А в ближайшем храме можно было купить за двухсоточку.

Гномья твердыня   Дверь не поддавалась. Пять колец, из которых и состоял механизм, сидели как влитые, отказываясь сдвинуться и на миллиметр. Эррант тем временем медленно приблизился к телу Мелиссы, и наклонившись, закрыл ее глаза. Повернувшись к все это время молчавшему Керру, воин, разом постаревший на добрый десяток лет, тихонько толкнул его за плечо. Маг поднял глаза на мужчину, и едва заметно покачал головой. Эррант помог ему подняться, и скоро в помещении их не стало. Остались лишь каменные изваяния Эдарис и Энигмо - охотники ушли.

Народ... реакцию? Плиз?

Девушка с кликухой "Дождь". Главный troublemaker в группе охотников на чудовищ... Ну, была.