Фолси

Вот и не лезь.   Нет вас, есть Эв и ты. Я хочу поиграть с первым. Что в это время будешь делать ты, мне в общем-то всё равно, но терпеть хвостик из сценки в сценку я тоже не хочу. Сцена с вампирами была последней, куда ты пролезла.

Вроде пока мы сами с ним отлично всё решали.    Потому что в некоторых сценах она как пятое колесо у телеги, а ты этого не понимаешь. И я не выгоняю, ты сама уйти хотела. Я разрешил))

Так, я вроде даже жив. Ща гляну, что у вас в игре. Может даже с ФилипсАми поиграю)) Я ведь даже о вас ещё клыки не поточил  :haha: Впрочем, там вроде Нейту нужен был священник. Так что Линда может покинуть, да. 

работой с утра до вечера  :suicide:

Я фсё.  Завтра не появлюсь, день адский. Так что до понедельника.  ..за аристократические жопки  :haha:

- Протестане, католики, православные верят в  одного Бога, но при этом не могут договориться, как это делать правильно.   - Делать правильно - значит, делать в удовольствие и без мук совести. Это касается не только вопросов веры, но и всей нашей жизни, - заметил Артур.    - Ополченцы идут за нами, потому что мы чужие или вам они тоже не доверяют, мистер Линсдейл?   - Потому что они вышли в патруль, - пожал плечами мужчина. - Мне кажется, вы слишком боитесь упустить контроль над ситуацией. Бросьте. Всё равно другим людям навязать свою волю не получится.    Здесь обстановка кажется нам странной не потому, что мы из другого района. Дело в том, что в конфликте домовладельца с жителями, последние вели себя чрезмерно агрессивно. Кидались на стену, на дверь. Я допускаю, что они были под опиумом, но всё равно это выглядело жутко. Да, а вот и эти дома...   - Я не вмешиваюсь в мирские конфликты. Ко мне приходят за советом, исповедью или с просьбами.. личного характера, назовём их так. К тому же не забывайте, что в любом конфликте обычно повинны обе стороны. Таков их выбор, - спокойно рассудил Артур.  Уютная ночлежка кипела жизнью. После несостоявшейся проповеди люди хлынули сюда, вновь занимаясь своими нехитрыми делами.

Ну.. могу сказать, что преподобный физически здоров. Ни в его теле, ни в организме нет изъянов. 

Ну.. попробуй. Порог 3. 

- Я не верю в Бога, сказала Линда   - Не думаю, что ему есть дело до вашей веры. Небеса давно молчат, а те, кто хочет слышать.. те услышат вас и без молитв, - загадочно ответил пастор. - Общество? Это наши ополченцы, защитники простых и неимущих граждан. Больше мне и сказать-то нечего. У них есть лидер, Тобиас Гримм, но его следует искать в соборе Павла. Это штаб-квартира Общества в Уайтчеппеле. 

В пасторе нет эссенции, он не маг. 

Конечно, порог 2. 

- Мы хотим поговорить с вами, подальше от вашей вооруженной охраны. -Как насчет того, что мы  потом подпишем чек  и вы поможете людям в  ночлежке именно они вас нам рекомендовали, как достойного пастыря, который не набивает собственный карман   - Я не могу указывать свободным людям, куда им идти и что делать. Но вы же не затеваете чего дурного? Нет, вряд ли. Мне хочется вам верить, - немного легкомысленно кивнул пастор, недолго посверлив парочку взглядом. - Я помогаю людям и без денег, в этом смысл ночлежки. Туда может придти любой в поисках крова, еды и медицинской помощи. Но за любые пожертвования буду благодарен - всегда есть, что расширить и что прикупить для большего комфорта жителей нашей общины.    - Здравствуйте. Нейтан Филипс, - почему-то с трудом выдавил он скупые слова. - Мы несомненно присоединимся к вам при посещении ночлежек, тем более, что нам тут удалось уже уладить небольшой конфликт. И можно ли в пути немного поговорить... о разном?   - Уладить конфликт? Возможно, мне наконец-то пришла смена, - Артур хлопнул Нейтана по плечу и немного потянул, увлекая за собой. Ночлежка - нагромождение надстроенных друг на друга зданий в три кольцевых этажа - находилась совсем близко к рыбному заводу. Следом за преподобным и его компанией вышел патруль из четырёх ополченцев, но нельзя сказать, чтобы они конвоировали ушедших или следили за ними. Просто шли по той же улице поодаль.    На предложение поговорить о разном пастор рассмеялся.   - За ваши деньги хоть о боге, - мужчина обнажил крепкие белые зубы и неожиданно крупные клыки. 

Рыбный завод   -Мы к преподобному отцу  Артуру Линсдейлу   - И зачем таким как вы нужен преподобный? - очень подозрительно спросил охотник.    - Думаю, за тем же, для чего и остальным. Кто-то ищет совета, кто-то утешения, кто-то пытается раскрыть себя с непривычной стороны, - охотники разошлись, пропуская вперёд говорящего. Очень высокого и рослого мужчину с гривой золотистых волос и добрым взглядом.   - Отец Линсдейл, будьте осторожны. Это не простые белоручки..   - Ну разумеется. С каких это пор в ночлежку приходят простые аристократы? - засмеялся преподобный, уперев кулачищи в боки. - Но мой храм открыт для всех, чьи намерения мирные, и я не вижу тут исключения. Не составите мне компанию, уважаемые? Я как раз собирался делать обход ночлежки, вдруг кому понадобится помощь. Если, конечно, вас не испугает посещение подобных мест. Хотя там чисто. И да, меня зовут Артур Линсдейл. Можете звать меня преподобным, но это совсем не обязательно - я отринул чужие титулы и теперь иду своим путём.   Мужчина по-простецки протянул руку Нейтану и улыбнулся Линде. 

Я внезапно почувствовал себя дерзко отэпиложенным  :haha:

- Так, теперь просто ведем себя как обычные. А твои особенные таланты будут нашим тайным оружием, - тихо сказал он девочке и, заговорщически подмигнув, подал руку. - Нам совсем недалеко пройти, я знаю, где тут магазинчики. Сначала Руперт меня таскал с собой, особенно, когда для путешествия в Африку готовился, а потом уже я и сам забегал, так что все схвачено.   - Схвачено, значит? - наконец-то маска ледяного снобизма ненадолго треснула, уступив место любопытству и озорству. - Ну что же, принцесса доверяет рыцарю. Элизабет хихикнула. - Хотя я всегда любила представлять себя Мерлином. Строгим, могучим волшебником, верным своему королю и народу. Вот уж образец для подражания. А ещё он наверняка отлично разбирался в магии! Ну, в самых запутанных и чистых её разделах. Как думаешь, ты бы смог вытащить Экскалибур? За этим милым щебетом о любимой книге и прошло время. Нащупав под собой любимую тему, Элизабет говорила без умолку, но по делу: кто её любимые персонажи, почему, о том, что она мечтает когда-нибудь создать свой Авалон для самых лучших магов. И ещё о всякой ерунде, о которой обычно не говорят четырнадцатилетние девочки. 

Эмблемы-нашивки у ополченцев зачарованы. Они реагируют на сверхъестественных существ. Например, на вас. 

Рыбный завод -Зайдем, вряд ли пастырь нас убьет, а если что мы можем зажечь. Она усмехнулась, тряхнула волосами и сняла одну перчатку, чтобы если что метнуть огнешар если там на них нападут. Но нападать пока никто не собирался - Стойте, куда это вы? - в отличие от Джима, этих паломников остановили сразу же после того, как Филипсы миновали ограду и оказались в шатровом городке, окружившем завод. Их обступили ополченцы, держа оружие наготове. Интересно, чем аристократы привлекли к себе такое внимание?

У меня есть друзья, которые тоже могут всякие необычные вещи делать: бить молниями и огнем, призывать призраков, а один даже отрастил моему хозяину целую руку.   Кажется, Элизабет это не впечатлило. - Фу, как вульгарно, - она поморщила носик, - истинная магия не нуждается в таких вот.. фокусах. Нет, мне нравится постигать суть. Заглядывать людям в души, изучать аватары проходящих магов, когда они даже не чувствуют меня. Думаю, забавы ради я бы даже смогла перепутать чьи-то аватары местами, - девочка хихикнула. - Представь, как удивился бы твой друг-целитель, когда его пациента ударило бы молнией!  Воодушевлённая, Элизабет даже хлопнула в ладоши.  - А вообще зачем они мне, эти маги? Они все тусклые, слабые, сильных аватаров в целом мире по пальцам одной руки можно пересчитать. Так Артур говорит, и я пока действительно не замечала никого яркого. Вот сейчас еду и не вижу, - она кивнула на окно. - А переписывать конспекты и читать скучные книжки я не хочу. Меня увлекает практика. Свобода! Ещё немного, и я тоже смогу выйти на охоту. Убить своего первого монстра!    Если хочешь, я могу тебя с ними познакомить, когда они придут на вечерю. Кстати, во сколько нам нужно быть? Тебе, наверное, надо готовиться? Я сейчас засеку время, чтобы мы не опоздали и не получили нагоняй от преподобного. - Мальчик улыбнулся и достал часы.   - Часа через два после того, как стемнеет. Чтобы кровососы вылезли из нор, - серьёзно и уверенно ответила Элизабет, словно вечеря стала обычным делом в её жизни. 

- Не родной, - было видно, что Элизабет с неохотой  переключается с темы увлекательных африканских приключений на привычный ей быт. - Он забрал меня из приюта святой Магдалины года полтора назад. Я его раньше не встречала, а он точно знал, где меня искать. Как зовут. И в чём моя.. проблема. В приюте меня боялись, ненавидели, ну и я не сдерживала себя, они же злые. Хотели меня в Бедлам отдать.. ага, как же. Сперва я бы их приют по щепкам разнесла, - Элизабет жестоко усмехнулась. - Но Артур очень вовремя появился, когда терпеть стало уже тяжело. Отвёл меня в ночлежку свою. Там, конечно, очень гадко поначалу было, но.. знаешь, даже уютно. Никто меня не обижал, люди преподобного любили и ко мне как-то сразу привыкли. Стали Магдалиной называть, когда Артур сказал на проповеди, что я избранная. Ну.. после первой вечери. А мне предложил искупить грехи за всех детей и нянюшек, которых я убила в приюте. Дать людям надежду и.. как же он назвал-то.. идол, чтобы они могли во что-то реальное верить. В чудо. Вот как-то так мы с ним и прижились. Ещё до ополчения приходили за мной какие-то люди в сером, но я не помню, что случилось. Они исчезли, а больше никто не приходил. Только помню окровавленные перья на земле. Так странно.. и красиво.    При этих словах девочка положила руку себе на грудь, что-то поправляя там. 

- Ладно, поехали. Не дрейфь, я по городу один туда-сюда мотаюсь, и никто не зацепает, если нарочно в темных переулках не шарить. Все будет хорошо. Ты что, ни разу не была в других районах? - поинтересовался Джим, открывая дверь экипажа и приглашая Элизабет внутрь.   - Никто не зацепает, потому что ты обычный. А я-то нет, - обыденно заявила девочка, усаживаясь в закрытый кэб. Здесь они могли вести беседу, не особенно таясь. - Я не даю сдачи, просто по-другому не умею. Артур говорит, что у меня слишком сильный аватар, вот и бросает из крайности в крайность, пока не научусь. Но я учусь. Ополченцам помогаю, оружие для них чарую. И амулеты всякие.. которые магию гасят. Мистер Гримм очень ценит мою помощь, а я всякий раз узнаю что-то новое. Возиться с чудесами интереснее, чем гулять по городу и наблюдать всё это.. копошение.  Элизабет безразлично посмотрела в окно.  - Они ведь даже и не знают, в каком чудесном и опасном мире живут. Серые, безликие. Ты не такой. Признавайся, откуда об ангелах знаешь? С ними только преподобный был знаком. Ну, теперь и я. 

Ист-Энд   Прогуляемся пешком или нанять кэб?   - Пешком? Это шутка такая? Город же полон нечестивых тварей. А в Сити даже наших патрулей нет, - девчонка скрестила руки на груди, чтобы скрыть растущую неуверенность, когда покидала насиженное место. - Слушай, я.. я тоже поспешила, там, за палатками. Я действительно могла тебя убить. В общем-то это не страшно, но ты вроде ничего такой.. себе. Вот. Да уж, извинение на миллион. Словно серийный убийца внезапно извинился, что у него затупился нож. 

- Хорошим людям в этом доме всегда рады, - Артур спокойно отреагировал на приглашение друзей. - Как уже сказал, я благословляю всех желающих.    Элизабет с сомнением разглядывала Джима. Не то, чтобы ей не льстила его обходительность, но она так редко выбиралась за пределы ночлежки и завода. Да ещё без патруля.    - Ну же, милая, не бойся. А то люди подумают, что я хочу превратить их Магдалину в скучную затворницу, - громко и заразительно засмеялся преподобный.    - Я.. уф, ладно. Хорошо! И правда, чего это я, мне ведь совершенно точно ничего не угрожает, - со смазанной интонацией произнесла она, словно спрашивая, но словно бы и утверждая.   - Совершенно ничего, - Артур придал лицу комично-серьёзное выражение и уверенно кивнул. - Иди. А я всё приготовлю к вечере. И к праздничной трапезе, - насвистывая что-то, Артур подошёл к тяжёлой двери в своей комнате, возле плиты, и начал неспешно её открывать вынутым из кармана пальто ключом.    - Ну так что, мы идём или как? - капризно спросила Элизабет у Джима, запахивая пальтишко и стремясь поскорее уйти из наскучившего "храма". 

- Он умел что-то видеть в людях. Потенциал   - Я тоже вижу в своих прихожанах потенциал и помогаю им раскрыть его. Потенциал есть в каждом человеке: праведнике и грешнике, грубияне и льстеце, забияке и тихоне. Каждый пришёл в жизнь с какой-то целью, и не мне им эту цель навязывать. Я просто протягиваю руку помощи тем, кто нуждается в поддержке. Кто приходит на порог моего жилища и находит в себе смелость исповедаться, признав своё несовершенство. Ведь только признав проблему, можно что-то исправить. Можно стать лучше.    - А что этот... Тобиас? Он же ваш прихожанин, разве вы не можете повлиять на него? Пастырь - это ведь пастух двуногих стад, или как там говорится в Писании   - Я не пастух, а люди - не овцы. Каждый сам для себя решает, как воспользоваться моим благословением. Тобиас решил, что хочет иметь возможность постоять за себя. Он захотел подняться вверх по пищевой цепи, стать охотником из жертвы. Думаешь, его методы ужасны? Но что ты знаешь о монстрах, которым впервые за много лет посмели дать отпор ополченцы? Скольких людей они убили, скольких запытали, жизнями скольких играли? Представь, что твоего благодетеля снова и снова убивают прямо у тебя на глазах. Разве это не дало бы тебе повода искать мести, пытаться спасти других близких людей от страшной судьбы? Ты пытаешься разобраться поверхностно в тех конфликтах, которые укоренялись столетиями, парень. Я бы сказал, что это может быть недальновидно. И потом: каждая эмоция естественна, а значит имеет право на существование. Не сорвав свой гнев на существе, оказавшемся слабее и всё равно обречённом, Тобиас мог бы сорваться на действительно безвинных. Так что пусть верит в то, во что желает верить. Как ты веришь в благодетельность этого.. Руперта. Как я верю в потенциал человечества, который вам только предстоит раскрыть.    Пастор выпил последний глоток из кружки и встал со скрипнувшего стула.    - Я не судья, малыш, и влиять ни на кого не стану. Если твари ночные будут искать защиты под моей крышей, то найдут её. Но они не станут. Рождённые от первого греха или в горниле тысячелетней войны не созданы для мирной жизни. Приходи сегодня на вечерю и сам всё увидишь. Может быть даже уверуешь. 

А потом оказалось, что он завещал мне кучу уроков у наставников и содержание, чтобы я мог жить как достойный гражданин, пока не выучусь и не найду себе какое-нибудь дело   - Как думаешь, зачем он это сделал? Просто лишь из благодарности или.. потому что не мог иначе? - вопрос Артура прозвучал немного странно, но вот блеск в голубых глазах мужчины выдавал в нём подлинное любопытство.    Вы не волнуйтесь, мистер Линсдейл, если кто-то попробует обидеть вашу дочь, ему придется иметь дело и со мной тоже, а против двоих шансов у злоумышленников будет меньше. Чисто математически   Преподобный ничего не ответил. Похоже, он придерживался мнения, что если кого и нужно спасать, так это бандитов от слишком быстрой на расправу "святой". Но вслух при девочке, конечно же, говорить этого не стал.    - Так те парни из Общества святого Павла разве не ваши? - удивился юноша. - Их все окрестные жители знают, и слушаются. И община ваша известна. Кстати, а почему святого Павла, а не святой Магдалины? Или это две разных общины? Я что-то запутался. - Такая мысль ему не приходила в голову, и Джим только сейчас понял, что что-то тут не стыкуется.   - Потому что не я созывал ополчение и не мне принимать решение о том, как им называться. Разве не очевидно? - Артур легкомысленно повёл плечом. - У них есть лидер, мистер Тобиас Гримм, один из моих прихожан. Как и многие другие. Он мог упомянуть моё имя в надежде привлечь ко мне внимание нуждающихся. И вот ты здесь, - пастор ликующе улыбнулся. - Думаю, что не последний из любопытных и, к сожалению, не первый из нуждающихся. Или у тебя всё в жизни хорошо, парень? 

Ист-Энд   Только с Линдой не получается, потому что она слышит вовсе не то, что ей говорят, а только свои собственные мысли. - Юноша равнодушно пожал плечами, сбрасывая с себя ответственность за чужие недостатки.   - Нет ничего плохого в том, чтобы следовать своим путём. Многие великие свершения принадлежат людям, способным услышать свой внутренний голос, а не только лишь подсказки со стороны. Это как с библией. Можно выглядеть мудрым, зачитывая то, что популярно, и не копать вглубь этих текстов, не разбираться в их смысле или правдивости. А можно выглядеть искренним и говорить лишь то, что на сердце и в мыслях. Во что веришь сам. На мой взгляд скромная правда лучше показной мудрости. Несовершенству есть куда расти, а вот совершенству очень больно от каждой маленькой трещины. Но, кажется, я снова начинаю проповедовать, - Артур усмехнулся и отпил чаю.    А вот ваши эти ваши ребята - вряд ли. Я видел по дороге, как они умучили одну женщину.   - С чего ты взял, что ополченцы - мои ребята? - с живым интересом спросил преподобный, вскинув бровь. - Может, просто услышал что-то.. со стороны? И принял чужую правду как свою?    Ни разубеждать, ни оправдывать перед Джимом охотников отец Линсдейл не спешил. Вместо этого он мягко принял на себя роль задающего вопросы.    - Послушай, я правда не хотел, чтобы прямо в глаз. Это же больно, сам знаю. - Юноша виновато улыбнулся. - Извини меня, пожалуйста. Или если хочешь, в качестве извинения и компенсации за причиненный вред, сходим куда-нибудь в кафе, поедим мороженого. Или что там тебе нравится.   - От сладкого толстеют. Станешь круглым и рыхлым, сам как мороженое, - девочка брезгливо поджала губы. - Да и с чего бы мне с тобой гулять? Вдруг ты какой бродяжка. Или бандит. Или вор. Что ни день, ополченцы кого-то ловят. Да и вообще.. сегодня вечером я занята, - Элизабет неуверенно посмотрела на Артура, ища его поддержки. Тот сразу же кивнул.   - Я думаю, нет ничего плохого в том, чтобы тебе немного погулять. Ты же знаешь заветное слово на случай всяких передряг, верно? - преподобный странно улыбнулся. - Но к вечеру я попрошу тебя вернуться в храм. Что же за таинство без нашей милой Магдалины, верно? Нашей маленькой спасительницы.   Элизабет, как бы холодно не старалась держаться, заметно таяла под таким напором лести.    - Я книги люблю, а не мороженое, - вдруг призналась она. - Про рыцарей, про королей. Особенно про короля Артура. И нет, к преподобному это не имеет отношения! - поспешно открестилась девочка, но самодовольное выражение лица преподобного Линсдейла словно говорило: "Ну да, конечно". Мужчина откровенно, хоть и беззлобно подтрунивал над своей воспитанницей.    - Хозяин как-то рассказывал мне про одну оперу. Там про демона было. И он объяснял, что демоны - это падшие ангелы, которые обижены на Бога, и обида эта жжет и разъедает сильнее, чем кислота. И поэтому ангелам больно, они страдают и творят всякие глупости. Я не сержусь на Элизабет, мистер Линсдейл, честно. Если ей приходится нести на себе и свою боль, и падшего ангела - это тяжелая ноша. Особенно, для девчонки. Не каждый взрослый такое потянет. Но мне кажется, Элизабет все-таки справится, - ободряюще улыбнулся он местной святой. - У нее сильный характер. - Только воспитания ноль, но этого юноша вслух не сказал, чтобы не нарваться на новое смертоубийственное заклинание.   - Глупости совершают все, не только ангелы. В первую очередь - те, кто мнят себя знатоками истории, которая творилась задолго до их рождения, - мужчина невозмутимо пожал плечами. - Но ты затронул интересную тему. Кто же твой хозяин? И что обязывает тебя ему принадлежать? Разве это не.. противоестественно? Все хотят свободы. Даже лист, оторванный от ветки.    Упоминание об ангеле Элизабет никто из парочки не прокомментировал, словно оно и вовсе не было сказано.