Особняк Зобеков
Руперт запнулся и замолчал
Мистер Пуллвик странно посмотрел на юношу. Там было и смущение, и благодарность, и осуждение.
- С каких это пор маленькая механическая смерть считается хорошим подарком? - шутливо хихикнул Протей, но к пистолету не притронулся. - Я тоже вижу красоту в силе, мой юный друг, но сила не всегда должна убивать. Античные атлеты восхваляли свою волю, упорство, очерчивали пределы человеческих возможностей на собственных телах. Разве это не прекрасней? Шедевр, слепленный скульптором, тоже может случайно упасть кому-то на голову, а пьяные атлеты в пылу ссоры - поломать друг другу рёбра. Но речь о предназначении. У оружия нет иного предназначения, кроме убийства. В Аркануме такой подарок, как и ваш пытливый ум, Руперт, оторвали бы с руками. Но разве я, являясь частью Арканума, должен жертвовать ему частичку своей души? Но тогда я не собрал бы вас в поместье. Не рассказал бы вам всей правды, не вызвался бы сопровождать. Ведь это так опасно, а вы предлагаете мне избежать опасности, - магистр вытащил тонкий нагрудный платок, расправил его и накрыл смертельную игрушку. - Вы меня неверно поняли тогда в лаборатории, мальчик дорогой. Я не собираюсь жить вечно. Я хочу, чтобы такие как вы жили вечно. Ради того, чтобы сделать мир лучше, чище, искренней. Ведь если нет смерти, то нет и гонки вооружений.
Внезапно что-то хрустнуло. Изделие под платком зашевелилось, меняя очертания и вспучиваясь. С улыбкой рыжий маг протянул руку и одним движением сдёрнул платок. Щёлкая клювиком, на столе сидел махонький воробушек, столь же тонко инкрустированный, как и револьвер до него.
- Можно продливать свою жизнь, отстреливая негодяев. А можно просто обзавестись другом, который будет о тебе заботиться, - Протей щёлкнул языком, и воробей прыгнул на плечо Руперту.