Фолси

Картина восстающих зомби... впечатляла. Вернее, впечатляли мастерство магистра и сложность его магии. Саму форму заклинания Пим оценить не мог - мало чести в том, чтобы заставлять любопытных духов вселяться в клетку из гниющей плоти. А если потом не получится отправить их обратно? В таком случае запертые в трупах сущности, ощущая утекающую из них жизнь, превратятся в Голод. И тогда Хасмал наполнят сонмы плотоядных мертвецов.  Но это всё в теории, конечно. Магистр Павус не производил впечатление недоучки, неспособного создать контр-чары для своих же заклинаний. И всё равно его магия была грязной, хоть и наверняка полезной в тех же сегеронских сражениях. Ведь лучше пустить в авангарде отжившую своё плоть, чем живых солдат.    Но времени любоваться чужими навыками у Пима не было. Если он хотел действительно принести Надежду на поле бесконечной брани.  Война не терпит слабости. Поэтому...   - Мне нужна помощь. Придётся сделать больно, но это важно, - мальчик потянул Циана за рукав, прихрамывая и направляясь в сторону подвала. Когда они спустились в затемнённое помещение, Пим отцепился от своего провожатого и подошёл к куче тряпья, сваленного в углу. Старая материя отлетела в сторону, и Циан увидел небольшой, но очень увесистый кусок опорной балки, отлитой из железа. Стальной прут, который с известным усилием поднял бы даже силач.    - Вот, - Пим сел на свою кровать и закатил штанину на ноге. Той самой, сломанной. Голень неправильно срослась с бедром, из-за чего нога подворачивалась при ходьбе. На войне такое увечье могло стать фатальным. Кто-то спрашивал Пима, почему он не может вылечить ногу. Он мог, но только не вылечить...   А срастить заново.    - Ты... сможешь помочь? - мальчик красноречиво посмотрел сначала на кусок металла, затем на Циана. - Мне нужно поправить ногу. Но для этого колено нужно сначала сломать.    Он старался говорить спокойно, но волнение было хорошо заметно. И всё же лучше испытать сильную боль единожды, чем годами корить себя за слабость. 

Ножики нам не понадобятся) Только один милишник)  ... Разве что Рона магией умеет ломать кости  :sweat:

Ехал поезд, задавил всех >.<   Пойду быстренько прочту, что там. Так кто желает в подвальчик к Пиму?  :crazy:

:pardon: Я так же, как и Эл ношусь по больницам с раннего утра)) Так что да, меня периодично рубит. 

Пока вам отвечал, меня сморило  :sweat:

Ну расскажи)) Правда не думаю, что это на что-то повлияет.  О применении магии Пиму будет рассказывать маг, который трижды поджигал себя >.>   Мне абсолютно всё равно, с кем эту сцену отыграть)) Поэтому кого в игре увижу после сна, того и попрошу))  Ну, из милишников. 

Всего лишь будем реализовывать одно твоё предложение  :rolleyes:   Ну, ты ведь вышел из дома?)

Хорошо) Тогда я пойду вздремну, а как проснусь - отпишусь. 

Гном, конечно, подошёл бы лучше всех, но Циан бьёт точнее  :sweat:

Зришь в корень  :spiteful: Можем сейчас? Или у Циана пока планы есть?)))

Так, дорогие наши мужчины милишники, кого Пим может ненадолго пригласить в свой подвальчик? :D  Нужно одно дельце обтяпать. 

Крутота ( ͡° ͜ʖ ͡°)

Так, не сбивай нам рабочее настроение! [2]  :-D

(хочет спать)

А можно будет выбрать? :О

- Нет, Пим, война - это грязь, боль, смерть. - тихо прошептал он в ответ, на миг прикрывая глаза, - В ней нет ничего достойного. Защищать чужие идеалы своей кровью - не подходит для того, кто хочет творить прекрасное.   - В защите... есть достоинство. И в идеалах оно есть, - неожиданно упрямо ответил Пим, уже не скрывая своего интереса и разглядывая магистра Павуса.  Слова Элаты он тоже услышал, но... это всё не то. Да, когда-то Пим искал свободы для себя, но это было нормальное и единственное желание беглеца, обречённого на клетку своим даром. Все маги хотят свободы. Маги, способные лепить из Тени миражи, невероятные в своей красоте и абстракции, желают свободы ещё жарче.    Но разве это болезненное чувство сохранится, когда появятся те, кому ты дорог? Пим задумался. Он хотел свободы от отца, потому что тот был слишком жесток с собственным ребёнком. Он хотел свободы от религии, поскольку она предписывала держать магов на цепи. Он хотел свободы от реальности, поскольку не мог мановением мысли оградить себя горами да океанами от любой опасности. Всё его многолетнее стремление к свободе было ничем иным, как бегством от своего Кошмара. И демон всячески подхлёстывал эти страхи, разжигал в душе отступника губительную паранойю. В первую очередь, губительную для других.    Теперь, когда Пим познал заботу, избавился от паразита и раз за разом лечил раны своих друзей, мальчик вдруг понял, что не хочет свободы от такой жизни. Не хочет свободы от рук, способных поддержать его в любые минуты слабости. Не хочет свободы от взглядов, полных искренним сочувствием. Не хочет свободы даже от опасной жизни раздольного авантюриста - главное, чтобы были  те, с кем эту жизнь можно разделить.    Чувство острой пустоты внутри немного изменилось, потеплело. Верно сказал магистр: лишь немногие слышат и ощущают духов. Но точно так же к немногим эти духи тянутся. В полости, возникшей внутри Пима, нашло своё пристанище другое существо. Возможно, тот же самый Кошмар, только очищенный от скверны - всё же он извращёнными методами, но действительно спасал юноше жизнь все прошедшие годы. Возможно, на разорённое гнездо обратил внимание другой обитатель Тени. Так или иначе, Пим чувствовал, что даже по ту сторону Завесы ему недолго оставаться одиноким. И хотя присутствие нового духа пока едва ощущалось, но мальчик безошибочно знал его имя. Его суть.    - Война - именно то место, где всем нужна Надежда, - в голосе обычно робкого паренька звучала убеждённость, которой могли позавидовать ревнители веры. А его худая фигура на миг осветилась бледно-золотым, и забитый хромой мальчик превратился в яркий маяк, разгоняющий любые сомнения и утешающий боль саднящих душевных ран.    - Магистр Павус, я могу оказать вашим солдатам поддержку на Сегероне, - сияние погасло, но мальчик и не думал снова возвращаться к сломленному или жалкому образу. Чуда не случилось, и он по-прежнему опирался на руку Циана... но как! Словно опытный, иссечённый боевыми шрамами ветеран опирается на трость. 

Дамы вообще падки на храмовников xD  Один белый, другой чёрный - два весёлых куся храмовника))

Точно-точно. Вообще имбы какие-то(( (обнимает своих плюшевых кошмариков)  Выпьем. Духов  :laugh: и снова эти ударения

— Тевинтер потратил множество сил и ресурсов на поддержку Большого Турнира. Не в последнюю очередь, в надежде найти на юге талантливых бойцов для нашей не слишком победоносной в последнее время сегеронской армии.   Пим изменился в лице, помрачнел. В противовес ортодоксальной Церкви, которая всячески стесняла магию и пыталась направлять её исключительно в выгодное для себя русло, Тевинтер ценил магический талант. Ценил так же и любое применение, которое этот талант мог найти. Армия. Война. Не вырви Пим из своей души ненасытного Кошмара, он бы не думая согласился на предложение тевинтерца. Где ещё демон мог так насытиться страхом, как не на бранном поле? Где ещё Пим мог творить своё разрушительно волшебство без ограничений, доводя врагов до безумия и загоняя их в чёрные когти самоубийства?  И, как прочим рыцарям андрастианского мира, боевая слава помогла бы юному отступнику возвыситься в Империи.    Мальчик тряхнул головой. В ней роились заманчивые мысли... для прошлого Пима. Нынешний ценил освежающий воздух созидания больше всех почестей на свете.    Но на войне любой дар пригодится, разве нет? Можно казнить негодяев, а можно спасать раненых. Заставить врага отступить от лазарета, наслав на него путающий морок. Позволить умирающему вновь очутиться в родном доме, взглянуть в глаза близким, почувствовать касание их рук.  Может, предназначение Пима - не претворять свои фантазии в жизнь, но чинить сломанное? Создатель хочет для своих детей силы... но не все обязаны быть сильными. Должен быть кто-то, способный им помочь.    Мальчик сильне сжал локоть Циана, привлекая его внимание, и тихо прошептал в острое ухо. - Может... это наш путь? Война... достойная цель.    Я хочу забрать тела павших воинов и провести над ними погребальный ритуал.   На эту фразу Пим никак не отреагировал. Что мертво, то свободно от оков и пребывает в Тени. Его искусство должно сохранять жизнь, а не оплакивать смерть. 

Духи из некроманта - это которые и мёртвого поднимут?  :haha:  :olen:

>.> <.<   (хочет сделать из кого-нибудь духи)

Специальный храмовничий тук-тук  :laugh:

Скорее ж наоборот  :sweat: