Фолси

А, то есть варгест такой спокойно играл на пляже в панамке и купальнике, замки песчаные строил, а мы как гопники налетели и зверушку отпинали? xD  Куда долийцы смотрят >.>

Надо. Пятую точку бомбит нехило от таких сюрпризов, а это классно))  Да, я тоже за скрытые спец-способки. Но не все, ибо в тактичном планировании тоже есть своя  прелесть))

А жаль. Даёшь слештайм-моменты!  :koza:  :haha:   (ноет) А вот им кинжальчик дали, а вот нам мою пррреелесссть кольцо бесполезное какое-то  :cray:   Сел и Эв, когда моя очередь будет, маякните) 

Здесь кинь

Пусть Цианушка двинет нас к оазису, а то Пиму как-то стрёмно брать на себя лидирующую роль  :sweat:

По Ведьмаку - призрачный пёс)  Смейся-смейся, когда хилить будет некому  :sweat:

порог 50

Магия крови, например!  :shok:

Это он о Пиме, вестимо)) Вот-вот. Аллах смотрит на тебя. Глазами xD

Что привело вас в гости?   - Слышали, здесь кто-то пропал. Ушёл на охоту и не вернулся, - неуверенно подал голос Пим, обеими руками сжимая посох. Роль переговорщика никогда не давалась юноше, но как-то так получилось, что увлечённые своим спором два эльфа и гном слегка отстали, чтобы скучковаться и не кричать друг другу через пол-степи. Поэтому ближе всех к фермеру оказался молодой отступник. 

Что-то Пиму и Ари приспичило одновременно о своей жизненной философии потрепаться xD Причём она оказалась диаметрально противоположной)) Блин, пару таких постов выложить в одну минуту - это постараться надо))))

Долгая охота   Пим не принимал участия в разговоре, а просто шёл за спутниками и наслаждался видами вокруг. Да, даже в пустынной, насквозь пропечённой солнцем степи было своё великолепие. Степь была так же сурова и открыта, как свободный честный человек. Даже в каменных джунглях Старкхейвена, похожих на спиральный лабиринт, Пим не чувствовал себя настолько уютно и безопасно, как на растерзанном суховеем поле. Юноша поднял голову к удивительно чистому небу, которое в своей яркости так сильно контрастировало с нагретой пылью под ногами, и с улыбкой смежил веки. Когда яркий свет на миг перестал слепить глаза, нос сразу обонял запах ветра. Уши засекли шелест пожухлой листвы, скрип когтей маленьких ящерок в песке. Степь полнилась жизнью, даже Мор не смог убить этот островок Творения. Только смотреть на эту жизнь нужно было не глазами, чтобы по-настоящему её увидеть.   Точно так же воля Пима, его мечты и почти испепеляющая тяга к жизни крылись глубоко под жухлой оболочкой и его невыразительным лицом. В каком-то смысле Пим сам был степью, отвергнутой цветущим миром остальных смертных. Но это не мешало ему нести в себе тепло, свободу, жизнь и широкий горизонт, за которым наверняка что-то скрывалось.   - Каждая охота в чем-то игра, - произнес он несколько шагов спустя, безразлично скользя взглядом по пустынным пейзажам вокруг, - Игра жизни и смерти, колесо Фортуны. Потому что должно совпадать очень много факторов, чтобы выйти из нее победителем.   Сам того не подозревая, Пим был счастливее многих людей... и нелюдей. Уже с малого возраста он чётко знал, для чего рождён, и что должен для этого делать. Для большинства сметных жизнь - вовсе не поток, а вязкое болото, полное сомнений. В бесплодных попытках найти своё признание, обрести счастье или уважение люди проживают год за годом в разочаровании, ругая себя за неспособность добиться желаемого, а мир вокруг - за его равнодушие и неподатливость. Так  и проходит жизнь - пустая, никем не замеченная.   Пим же хотел оставить по себе наследие. Эльфам была дана вечная жизнь, но смертные могли запечатлеть себя только в тех творениях, что после их смерти будут существовать эпоху за эпохой. Так обессмертила себя Андрасте, освободившая рабов. Так обессмертили себя великие магистры, осквернившие Золотой Град. И хотя в умах многих эти достижения олицетворяли разницу между добром и злом, для Пима не было различий. Сама природа построена на цикле увядания и перерождения. Когда в  одном конце мира кто-то умирает, в другом - рождается. И наоборот. Крайности - вот тот застой, которого нужно бояться. Без конфликта Белой и Чёрной Церквей разумные народы были бы обречены страдать под игом рабовладельческого строя или жестокой теократии. Каждое действие будет рождать противодействие, а значит поистине великие дела - это те дела, которые вынуждают мир двигаться дальше. По направлению солнца или против него, к свету или во тьму - неважно. Мораль разумных столь же капризна и непостоянна, как направление ветра в шторм.   Пим знал, что не бессмертен. Поэтому он должен был успеть хоть в малой степени, но изменить мир. Показать всем ту красоту магии, которую видел сам. А для этого он должен выжить, любой ценой. Отбросить личность и мирские амбиции, чтобы поражения не ранили так сильно. Отказаться от гордости и научиться послушанию. Размеренно плыть по течению жизни, которое в его случае было не болотом, но прямой узкой стрелой, неминуемо ведущей мальчика к конечной цели. И всякие игры со смертью, ставки на собственную жизнь ради мимолётного желания пощекотать нервы или упиться ещё более мимолётным чувством собственной значимости были для Пима столь же чужды, как шумные попойки - для Элаты.

Так может тебе просто нужно подойти к месту сбора на второй квест? х) 

Долгая охота   - Имеет ли это значение сегодня, если мы снова вместе идём в бой?   Пим удивлённо вскинул брови: что ещё за бой? Проследив за взглядом Элаты и приметив объявление (вернее, Пим его давно приметил, но обратил внимание только сейчас - он редко вчитывался в документы), юноша встал и подошёл к листовке. Двум пропавшим требовалась помощь. Пим не видел ничего плохого в добрых делах, которые можно совершить походя (вроде монет, переданных вдове), но строить из себя народного заступника и намеренно искать приключений никогда не пытался. Если его путь не пересёкся с путями других обездоленных - видимо, Создатель просто хочет, чтобы они самостоятельно обрели силу и стойкость.    Но Элата была "почти другом" и дело с листовки её заинтересовало. Тогда и сомнения все отпадали. - Пим тоже пойдёт. Вам может потребоваться помощь. Когда идём на ферму? - зачем тянуть, если понежиться в духоте всё равно не получалось, а кружка с прохладной водой уже показала дно? 

Утро (Долгая охота)   - Я на собрание по поводу охоты, - твёрдо заявила Элата, и ей не помешали. В общем-то, почему бы не призвать долийца на охоту? Сама же она понимала, что если двое молодых, сильных мужчин, пусть и не самых опытных, попали в переделку, то одинокая старуха вряд ли им поможет. Следовало собрать команду для спасения.   Когда хитрая эльфийка прошла в таверну и села за тот же стол, где Пим неспешно пил воду из высокой кружки (утром ему никогда не хотелось есть), отступник даже не подозревал, что вокруг него образуется "собрание по поводу охоты".  - Андаран атишан, - щегольнул юноша своими свежими познаниями в эльфийском языке. И беззаботно помахал Элате ладонью. Этот жест был настолько же типичным для Пима, как снег для Безмолвных Равнин. Сама того не подозревая, Рона дала небольшой отдых мятущейся душе отступника. - Пиму кажется, что ты выглядишь задумчивой.  Парень сделал глоток и положил подбородок на сцепленные пальцы, рассматривая Элату. 

Окей)) 

Одобрение, конечно))

Тут почти все уже прошли через эту стадию отчаяния xD Так что крепись))   Ты очень органично его свернула)) Можем потом ещё пообщаться, после квестов))   Океюшки)) Тогда я сейчас отпишусь, а потом Эв нас куда-нибудь пнёт. Или с эльфийкой-сестрицей поговорим)

Неть ^^ Так, а "охотникам" сейчас можно играть или нужно ждать, пока ребята отпишутся за бой?

Я чуть вздремну)

Почему-то Пим мне стал очень напоминать этого персонажа только он не такой истеричный xD

И то верно. Чего мы там у этих волков не видели  :crazy:

— Кто это сделал? Зачем? — бледная в лунном свете рука отпустила одеяло, немедленно соскользнувшее с плеч, указала на грудь и ключицы Пима. Отступник пожал костистыми плечами и недвусмысленно поднял глаза к потолку. - Создатель. Он хочет, чтобы мы были сильными, - без выражения отчеканил Пим, словно повторял чужие заученные слова. - Пиму кажется, что лишь страдающие маги способны понять, насколько мир несовершенен. Как глубоко его нужно изменить. Маг опустил взгляд на свою визави и тихо пропел: - "И молвил им: по облику Моему Я создал вас, вам даю я власть над всем сущим. По вашей воле да свершится всё", - слова отрывка из Песни Света странно было слышать от беглого отступника. - Если Создатель дал своим первенцам власть изменять мир, делать его лучше, то почему нас - наследников первого творения - преследуют и презирают? Не позволяют, чтобы магия служила людям - нам. Чем дольше Пим смотрел на Рону, тем отчётливей она слышала журчащий плеск воды. Вскоре этот тихий звук превратился в рокот, а кожу обдало холодным дыханием водных глубин. Магессе показалось, что её утягивает на глубину, но в этот миг жилистая смуглая рука крепко удержала её за запястье. Шрамы на теле Пима, заметно белые на загорелой коже, стали похожи на росчерки яркого утреннего света, проникающего сквозь изорванные шторы на окне... Левое колено невыносимо болело - похоже, он всё-таки разбил его о ступеньки, когда падал. Скорчившись от боли, Пим накрыл ладонями больное место и зажмурился. Тепло перетекало с пальцев в ногу, сращивая трещинки в расколотой кости. - Вот ты где. Попался, - высокая тень нависла над Пимом, а спустя миг острый тяжёлый клинок вонзился беспризорнику в ключицу, буквально пришпилив к мостовой. С беглыми отступниками в святом граде не церемонились. Капли влаги медленно стекали по сырым стенам подземных каземат. Прикованный маг сидел на ветхой дощатой лавке и угрюмо смотрел в одну точку. На его теле прибавилось свежих ран - так храмовники праздновали поимку очередного "малефикара". Но Пим не держал на них зла. Ведь за всей болью мира стоит только его Создатель. Лязгнула решётчатая дверь, и в тесную клетку вошёл храмовник. - Знаешь, для Круга Магов ты уже слишком взрослый. И, поскольку ты сам не сдался нам, то ересь или шёпот демонов наверняка проникли в твою голову. Таких отступников уже не спасти, - храмовник сжал пальцы на рукояти меча, ожидая реакции Пима. Её не последовало. Юноша всё так же смотрел в одну точку. Сильный, покорный. - В общем, было решено от тебя избавиться, - но вместо меча храмовник почему-то извлёк сложенную в квадрат бумагу. Пим поднял глаза: хорошая бумага, такую используют для подорожных грамот. - И я избавлюсь. Вернее, избавлю город от тебя. Видишь ли, меня завтра переводят, и путь мой лежит через Хасмал. Дрянной городишко, но в эту пору там можно неплохо заработать. На гладиаторских боях. Мужчина ухмыльнулся, после чего испытующе посмотрел на Пима. Понимает ли тот? В ответ Пим безразлично опустил глаза. Он уже сдался, уже смирился как с заточением в Круге, так и со смертью. Но Создатель решил, что испытаний на долю юного мага выпало непозволительно мало. Что же... Да будет так. - Создатель не хочет для нас счастья. Он хочет для нас силы. Поэтому настоящая сила течёт через боль, - Пим аккуратно повернул руку магессы запястьем вверх и ласково провёл по венке пальцем. Видение, вкупе со страхами и шоком застывшего там Пима, постепенно отпускало Рону. - Пим извиняется. Его наваждения всегда тяжело выносить. Пим должен стать умнее, чтобы подчинить себе эту силу.