По ту сторону рационализма
Молодой маг едва прикрыл глаза, глубоко вздыхая аромат гниения, окутавший это место. Привычный мир - пусть и мир духов, ныне представший в совершенно несвойственной ему форме - стал рушится, словно карточный домик, уступая месту отголоскам чужих мыслей, смутных воспоминаний и забытых грезах.
Боль, страх и безумие.
Мистер Кукурузка не хочет работать на клубничную мафию, однако его заставляют взяв в заложники Крошек-Картошек. Большой и страшный куриный бог впивается своим клювом в овощную плоть Мистера Кукурузки, вырывая из него куски и лишая возможности пошевелиться. И на его глазах наёмные клубнички заражают фитофторой Крошек-Картошек, заставляя их биться в агонии и испускать собственный сок, который стал стекать в Мистера Кукурузку.
Мистер Кукурузка бьётся в агонии, пока потоки сока и дурных мыслей текут сквозь него.
Губы мага зашевелились словно в бреду, и по помещению прокатился голос Миллера, сначала едва тихий, постепенно перерастающий в полный какого-то иррационального страха, граничащей с самой настоящей паникой:
- Разбудите его... Разбудите его!
И Миллер едва дернулся, словно вырывая собственный разум из неприятных сновидений. Уставший взгляд мага скользнул сначала по горе трупов, затем вцепился в Аву:
- Ты знаешь, как его отключить?
Спокойно, словно ничего не случилось, заговорил Герберт.