Бодарт проснулся и с удивлением обнаружил себя на большой и непривычно мягкой постели.
- Сиськи Андрасте! - воспользовался фразочкой одного известного гнома Бодарт, увидев свои доспехи не на себе, а на специальном манекене в углу комнаты. Там же были сложены молоты и щит. - Ах вы ж сучьи дети!
Краснобородый представил, как слуги пыжатся и тащат храпящего гнома в комнату, раздевают. Стало смешно, и в то же время внутри Бодарта пылал гнев и негодование. Он, вопреки сложившемуся мнению о гномах, решил, что раз уж такое дело, то можно и ополоснуться.
Чуть позже, гном услышал звон стали из открытого окна и сразу вспомнил: великан и Страж хотели же помахать мечами! Бурча под нос ругательства, Бодарт, насколько это возможно быстро, стал снаряжаться. Дольше всего он раздумывал: двуручный молот или все же молот со щитом? Выбрав первое, Краснобородый поспешил во двор, но там уже никого не было.
- Да чтоб мне бороду сбрить! Опоздал! - сплюнул на землю запыхавшийся гном. Он еще некоторое время постоял, потом почесал макушку и, продолжая сквернословить, отправился в замок: надо бы чего пожрать все же.