Ранавалуна чувствовала себя отрешенно. Она думала отвлечься на кузнечное мастерство местных, но это не удалось, ведь то, что использовалось здесь, было перенято от других и самобытностью едва ли блистало. Ну и в целом, ей не очень-то нравились взгляды, которыми ее одаривали -- что местные, что "свои".
Рана была достаточно высокой для людей, но не слишком высокой для орков. Она была достаточно молода и еще не познала материнства, а это означало, что фигура у нее сохранялась девичья, под которой имелись ввиду узкая талия, налитая грудь и крутые бедра. Разве что обьемы раза в полтора больше, чем у хрупких человеческих дев вроде той целительницы с глазами заблудившегося олененка.
Не то чтобы она искала мужского внимания, записавшись сюда и отправившись в такую глушь. Да и какого вообще внимания можно искать в компании ящеролюдов, людей и тем более томных эльфиек? Нет, скорее Рану тяготило чувство, будто, пройдя с ними столько миль, она в этом отряде чужая. Такое часто случалось, и нельзя было сказать, что она с кем-то сближалась, устраиваясь подмастерьем к кузнецу на работу в городке вроде Лейавина. Но по ощущению "своего места" нельзя было не скучать.
И Рана скучала по дому. Скучала, к примеру, притащившись к озеру и начав бродить вокруг него, словно призрак с разбившегося корабля.
! если что