Ettra

Также механика дополнительного урона, которая дает прибавку поверх критических эффектов и не баффается другими способностями. Это поможет избежать ситуации, которая была в Парусах, когда баффы на 100% урона умножали исходный урон, из-за чего Лоря мог снести 500 ХП критом под баффами. 

Кому интересно, можете глянуть механику по WoW. На ее основе мы будем делать механику для будущей игры по ДА, с учетом изменения сеттинга, конечно. 

Столкнувшись с демонами, большинство героев видят лишь смерть. Чернокнижники видят огромные возможности. Их цель — власть, в ее достижении им помогают темные искусства. Эти колдуны призывают демонов, которые сражаются на их стороне. Сначала им доступны лишь слуги-бесы, но по мере роста знаний чернокнижника ему начинают подчиняться обольстительные суккубы, демоны бездны и ужасные охотники Скверны, разя любого, кто выступит против их хозяина. Чернокнижники способны поджечь врага даже на расстоянии, заставить его в ужасе отступить, поразить ужасной болезнью или проклясть, отняв жизненные силы. Во всем Азероте боятся этих нечестивцев, и многие из тех, кто когда-то воевал против чернокнижника, теперь предпочитают сражаться на его стороне. Мастер демонической магии, умеющий превращаться в демона и призывать на помощь темные силы. Знаток темной магии, умеющий вытягивать из врагов силы и наносить периодический урон. Сеет хаос с помощью пламени, опаляющего и уничтожающего врагов.

Ваш персонаж может выбрать один из нижеперечисленных классов. У каждого класса есть по три специализации, одну из них Вы также выбираете после выбора класса. Специализации и классы значительно влияют на роль Вашего персонажа в группе и на стиль его боя. Выбрав класс и специализацию, вы на нулевом уровне получаете 2 базовые способности, которые не требуют прокачки. Дальнейшие способности выбираются по достижении уровней. Например, когда Вы достигнете 1 уровня, вы можете взять любую способность из 1 тира или сохранить очко уровня, не взяв ни одной способности из 1 тира, но по достижению 2 уровня - взяв обе способности 2 тира. Вы можете распределять свои способности так, как сочтете нужным, по мере прокачки персонажа вам будут открываться новые тиры способностей, вплоть до 6-го. Шаманы — наставники в духовных практиках, идущих не от богов, а от самих природных стихий. В отличие от других мистиков, шаманы не обязательно общаются лишь с благоволящими к ним силами. Стихии хаотичны: если их не сдерживать, они сходятся друг с другом в бесконечной схватке. Задача шамана — принести равновесие в этот хаос. Действуя в роли посредника между землей, огнем, водой и воздухом, шаман создает тотемы, которые увеличивают силы союзников или помогают уничтожать врагов. Повелители стихий также могут командовать их силой напрямую, обрушивая на противника потоки лавы и снопы молний. Стихии способны создавать, уничтожать, поддерживать и препятствовать. Лекарь, который взывает к духам предков и очистительной силе воды, чтобы исцелить раны союзников. Боец, использующий тотемы и разящий врагов оружием, усиленным духами стихий. Заклинатель, который подчиняет себе разрушительные силы стихий. Друиды подчиняют себе силы природы, чтобы сберечь естественное равновесие и защитить окружающий мир. Опытный друид способен обрушить на врага чистую энергию природы, на огромном расстоянии поразив его небесной бурей, сковав цепкими корнями деревьев или оглушив яростным вихрем. Также друид может использовать свои силы для исцеления союзников, а иногда способен вернуть им жизнь. Дух друидов близок духу всех животных Азерота. Умело меняя обличья, друиды легко превращаются в медведя, кошку, буревестника или морского льва. Подобная гибкость позволяет им во время путешествий выполнять самые разные задачи, например разрывать врагов на куски или озирать поле боя с высоты птичьего полета. Хранители природного порядка входят в число величайших героев Азерота, и они должны быть всегда готовы приспособиться к самым разнообразным условиям. Использует целительные заклинания периодического действия, чтобы поддерживать союзников. Обращается в мудрого совуха, и, балансируя между силами тайной магии и магии природы, уничтожает врагов на расстоянии. Обращается в кошку, чтобы царапать и кусать врагов. Принимает облик могучего медведя, чтобы поглощать урон и защищать союзников. Жрецы посвящают себя духовной жизни и доказывают крепость веры, служа своему народу. Тысячелетия назад они покинули покой храмов и уют святилищ, чтобы поддержать своих друзей на полях боя. В разгаре сражения ни один герой не усомнится в приказах жреца. Эти умелые целители помогают бойцам превзойти собственные способности, благословляя их и восстанавливая их силы. Жрецы распоряжаются божественными силами, которые также можно обратить и против врага, поразив его священной яростью. Как свет не может существовать без тьмы, а тьма без света, так и некоторые жрецы обращаются к тени, чтобы лучше понимать свои способности, равно как и способности своих противников. Создавая магические щиты и взывая к великим силам, жрецы могут отводить вред от себя и своих спутников. Универсальный лекарь, который исцеляет одиночные цели и группы и может лечить даже после смерти. Для уничтожения врагов пользуется магией Тьмы, предпочитая заклинания, наносящие периодический урон. Призвание паладина — защищать слабых, карать злодеев и изгонять зло из самых темных уголков мира. В бою эти воины Света полагаются на латы, способные защитить от сильнейшего противника, и на благословение Света, способное исцелять раны и даже воскрешать павших. Паладины вступают в бой, вооруженные мечом и щитом, либо обращают против врага тяжелое двуручное оружие. Свет дарует паладинам дополнительные силы в бою с нежитью и демонами. Порождения зла не должны осквернять мир своим присутствием. Паладины — истовые сторонники веры и стражи добродетели. Их благословение способно даровать Свет любому. Свет струится из паладинов, и их ближайшие соратники наполняются его силой. Призывает силы Света для защиты и исцеления. Использует магию Света для защиты себя и своих союзников от вражеских атак. Борец за справедливость, который вершит правосудие над врагами при помощи оружия и магии Света. Зов природы звучит с незапамятных времен. Те, кто слышит его, готовы променять домашний уют на вольную, но опасную жизнь «дикарем». И если они выносят тяготы новой жизни, то становятся охотниками. Зная природу как свои пять пальцев, охотник может призраком проскользнуть меж деревьев и установить ловушки на пути врага. Охотник — искусный и меткий стрелок, что из лука, что из ружья. Он обладает почти сверхъестественным чувством времени и потому может быстро использовать свое оружие дальнего боя, даже если враг уже подобрался вплотную. Искусство выживания — основа уединенной жизни охотника. Охотники легко выслеживают зверей и умеют уподоблять свою сущность сущности диких животных. Всем известна прочная связь между охотниками и прирученными ими существами — огромными ястребами, кошками, медведями и другими тварями, которые готовы сражаться бок о бок с хозяином. Знаток зверей, который умеет приручать животных разных видов и использовать их в сражении. Меткий стрелок, с которым никто не сравнится в стрельбе с больших расстояний. Следопыт, который предпочитает полагаться только на себя самого и свои ловушки. Честь разбойника можно купить за золото, а единственный кодекс, которому он следует, — контракт. Наемники не мучаются угрызениями совести и поэтому используют жестокие и эффективные приемы. Будучи умелыми убийцами и мастерами маскировки, они способны подкрасться к цели сзади, нанести смертельный удар и исчезнуть, прежде чем тело упадет на землю. Опаснейший знаток ядов, который расправляется с противниками ударами отравленных кинжалов. Ловкий и коварный головорез, мастер ближнего боя. Мастер скрытности, в совершенстве владеющий искусством незаметного передвижения, внезапных и смертельных атак. Когда Король-лич потерял контроль над рыцарями смерти, его бывшие приспешники пожелали отомстить за весь ужас, сотворенный по его приказу. После отмщения рыцари смерти оказались неприкаянными, потеряв все: и дом, и смысл жизни. Один за другим они проникали на земли живых в поисках новой цели. Холод делает их удары точнее, кровь защищает их тело, нечестивость позволяет их ярости бушевать в самом сердце битвы. Тысячи зверств застыли в глазах каждого рыцаря смерти, и тот, кто будет смотреть в них слишком долго, почувствует, как живое тепло покидает его тело, сменяясь холодом стали. Темный защитник, который сдерживает натиск врагов, подпитывая себя за счет их жизненной энергии. Безжалостный вестник рока, использующий силу холода и наносящий молниеносные удары оружием. Повелитель смерти и разложения, распространяющий болезни и управляющий прислужниками-нежитью. Дисциплинированные ученики, наделенные острым умом, могут избрать путь мага. Тайное волшебство, доступное магу, сильно и очень опасно. Оно открывается только достойным. Чтобы не мешать произнесению заклинаний, маги носят только тканевые доспехи, которые могут дополнить магическими щитами и заклятьями. Сражаясь с противником, маг может использовать сгустки огня, поражающие даже удаленные цели, и при желании обрушить огненный дождь на целый вражеский отряд. Повелители льда могут вызвать снежные бури, которые мешают противникам двигаться и терзают их плоть острыми льдинками. Если же враг выдержит такое испытание, маг способен в мгновение ока превратить его в безвредную овцу. Управляет энергией тайной магии, уничтожая своих противников разрушительными заклинаниями. Испепеляет врагов огненными шарами и всепожирающим пламенем. Используя магию льда, замораживает врагов и разбивает их вдребезги. В годы войны герои каждого из народов желали овладеть искусством боя. Воины сильны, обладают отличными лидерскими качествами и прекрасно умеют обращаться с оружием и доспехами. Все это позволяет им задать врагам трепку в славной битве. Некоторые воины предпочитают находиться на передовой, защищаясь щитами и сдерживая врагов, пока идущие следом союзники не поразят тех заклятьем или стрелой. Другие предпочитают сражаться в рукопашной, полагаясь не на щиты, а на свое смертоносное оружие. Использует щит для защиты себя и своих союзников от вражеских атак. Неистовый берсерк, воюющий с оружием в каждой руке. Обрушивает на врага шквал ударов, способных изрубить его на куски. Закаленный в битвах мастер владения двуручным оружием. В бою полагается на скорость и мощные удары.

  Даже соло персонажа можно отыгрывать нормально. Раскрывать его характер через какие-нибудь события, мысли, чувства. Пост в одну строчку вроде "Он стал искать еду, потому что хотел пополнить запасы" - ничего не говорит о персонаже. Можно ведь самостоятельно придумать сценку для своего персонажа, в огромном опустевшем мегаполисе, полном зомби, куча возможностей для отыгрыша.  На счет сейфа. Мы могли бы его открыть, если бы Пейтон вернулась в кафе и сказала остальным пароль. Но такое действие напрочь разрушило бы ее характер. В первую очередь следует ориентироваться именно на характер персонажа, а не на потенциальную добычу. 

Зомби подходили все ближе и ближе, казалось стоит им сделать пару шагов и они прикоснуться к Пейтон своими холодными руками, схватят за плечи и вопьются в шею. Она понимала, что нужно бежать как можно скорее, но только попятилась назад, пока не почувствовала стену. Цепенящий страх снова захватил ее с головой и приковал к месту.  Мимо, не замечая Пейтон, бежали люди. Кто куда, не разбирая направления, лишь бы подальше от плетущихся следом мертвецов. Люди толкались, падали и вставали, чтобы снова бежать. Прямо перед Пейтон молодой парень споткнувшись, полетел на землю. Он инстинктивно выбросил руку вперед и взвыл, когда упал на нее всем весом. Из глаз парня брызнули слезы, он продолжал скулить, но он все равно пытался подняться на ноги. Идущий следом зомби, словно хищник почувствовавший легкую добычу, зашагал быстрее прямиком к лежащему на земле парню. Несколько мгновений и зомби бросился на парня и вцепился в куртку, щелкая зубами прямо возле его до смерти испуганного лица. Пейтон смотрела как парень борется, пытаясь оттолкнуть зомби здоровой рукой, поймала его умоляющий, полный надежды взгляд от которого почувствовала пробирающий до костей, но вместе с тем отрезвляющий холод. Она могла бы помочь, оттолкнуть зомби, помочь парню встать, но сделала единственное, на что хватило решимости - побежала. Побег (-1)   Успех!

Никого убивать специально мы не собираемся и сюжетом намеренные убийства персонажей не предусмотрены. 

Харизма не сработала в случае с девушками, потому что такой ход событий запланирован сюжетом. 

Отписывайтесь, когда будете готовы. 

- Я слышала этот Говард пытался изнасиловать 14 летнюю девушку, вот гад да?   Офицер обвел холодным, пробирающим до костей взглядом толпу и посмотрел прямо на Ангелику. Может быть, если не гам, поднявшийся от слов доктора, Ангелика осталась бы незамеченной, но сейчас все люди вокруг смотрели на нее, кто с уважением, кто со страхом. Офицер лишь едва заметно усмехнулся и дал отмашку солдатам. В мгновение Ангелику схватили, до боли сдавив руки за спиной и, грубо подталкивая сзади, вытолкнули на открытую площадку перед офицером. - Доктор Ангелика Уайт, думаю нет смысла второй раз зачитывать обвинения. Добавлю только, что теперь к этому прибавилась попытка разжигания бунта и это не менее серьезно, - сказал офицер со странным торжеством в голосе. Он, вынужденный раньше безоговорочно следовать уставу и подчиняться старшему по званию, теперь упивался свалившейся на него властью и безнаказанностью.  После очередной отмашки, солдат, все еще державший бессознательную Айви, убрал пистолет от ее виска и, словно мешок картошки, затолкал в машину. С Ангеликой проделали то же самое, разве что стянули руки за спиной пластиковыми наручниками.  Гвалт толпы многократно усилился, когда девушек увели, но ни кто не был достаточно смел, чтобы выйти вперед и возразить. Солдаты, отделяющие людей от офицера и машин, готовы были стрелять на поражение. - Теперь... - офицер задержал взгляд на Уильяме, похоже единственном, кто не боялся оспаривать решения. - Прошу сдать оружие, пока у вас есть возможность. В обмен на сотрудничество я прикажу солдатам оставить на складе достаточно еды и медикаментов. Если же нет... мне снова придется прибегнуть к более решительным действиям. Так или иначе, я конфискую оружие, как этого требует приказ высшего командования.  Двое солдат, из тех, что служили щитом между толпой и военными, нацелили свои автоматы на Уильяма. Толпа тут же в страхе расступилась и затихла - ни кто не хотел попасть под шальную пулю.  Пейтон стояла в уголке, прижимаясь спиной к стене и обхватив себя руками. Она уже давно закрыла глаза, чтобы не смотреть на трупы, солдат или толпу. Но вместо этого видела яркие, расплывающиеся в темноте круги, от которых к горлу подступала тошнота. Ее бил озноб и мысли путались, будто в разгаре лихорадки. Единственной опорой, тем, что держало Пейтон в сознании был усиленный динамиком голос офицера. У нее не получалось вслушаться в слова, но она держалась за голос, словно за протянутую утопающему соломинку. И с каждое слово было четче предыдущего, словно постепенно Пейтон выплывала из под толщи воды. Воздух казался все еще раскаленным, но дышать стало чуть легче.  Когда оцепенение прошло и остался один лишь страх, заставляющий биться сердце сильнее, естественный страх человека перед угрозой, реальность, словно мозаика, собралась перед Пейтон в одно целое. Она слышала панический шепот людей неподалеку, видела Уильяма, стоящего с автоматом на перевес в образовавшемся круге людей, видела как лопасти вертолета начинают медленно раскручиваться, как солдаты уводят к машинам согласившихся на эвакуацию женщин и детей. Пейтон испугалась, что схватят и ее, обязательно осмотрят сумку и найдут нож. Тогда ее тоже свяжут и бросят в машину, как Ангелику? От этой мысли в горло пережало, а ноги подкосились. Она резко обернулась, импульсивно намереваясь убежать и спрятаться в одном из домов, пока солдаты не уедут, но замерла. На противоположной стороне лагеря, за забором, столпились мертвецы. Привлеченные несмолкаемым и наверняка доносившимся на всю округу шумом, они все прибывали и прибывали. Единственное, что их удерживало за пределами лагеря - электричество, пропущенное через забор. 

Слишком много людей. Выкрики, возражения, голос офицера: все это было для Пейтон бессвязным шумом, от которого гудела голова. Люди, разгоряченные гневом, мельтешили перед глазами, негодующе вскидывая руки и от этого казалось, будто она оказалась посреди потревоженного улья, хотя и стояла с краю толпы. Казалось люди забирают себе весь воздух - Пейтон чувствовала как с каждой минутой становится все тяжелее вдохнуть. Голова начала кружиться и Пейтон на мгновение закрыла глаза. А когда открыла, в просвете между спинами людей увидела недавних знакомых из метро. Хесус и Кэндалл стояли на коленях, избитые, с покрытыми кровью лицами. Даже замутненным от головокружения взглядом Пейтон увидела синяки на руках девушки. Или показалось? Синяки, какие постоянно появлялись на руках мамы, какие были и у Пейтон. Каждый раз, видя насилие, она почти захлебывалась в воспоминаниях и цепенела.  Выстрелы прозвучали приглушенно, словно за милю от Пейтон. Она сперва не поняла, что это за звук, но стоило поднять голову, увидела тела и медленно расплывающуюся под ними лужу крови. Словно зачарованная, она смотрела на землю, не в силах двигаться и дышать. Казалось, что все вокруг залило алым, расплылось и стало угасать. Только редкие картинки остались четкими: направленный в толпу пистолет - Пейтон казалось, что дуло смотрит точно в нее, Айви, которую схватил солдат и потащил к БТР, паникующие люди. Картинки испорченного слайдшоу, в которых не было смысла. Пейтон не слышала военных, она не понимала, что происходит вокруг. Единственная мысль, поселившаяся в голове - "бежать". Но ее ноги словно приросли к земле, а все мышцы окаменели. Пейтон все еще не могла сдвинуться с места. 

Услышав шум и крики, доносящиеся с улицы, Пейтон испуганно дернулась. Найденный нож выпал из руки и упал на пал, жалобно звякнув. Взгляд девушки метнулся к двери и она замерла, забыв как дышать и прислушиваясь к шорохам, словно испуганный кролик. Пейтон боялась, что ее застукают за поиском оружия. Ни солдатам, ни даже людям из метро она не собиралась говорить о найденном ноже.  Через несколько долгих минут Пейтон наконец отошла от охватившего ее ступора и подняла нож с пола. На мгновение на широком лезвии отразились ее темные вечно настороженные глаза, частью скрытые за упавшими на лицо прядями. Вздохнув, она зачесала волосы назад и поспешила спрятать нож в сумку. Неудобно, но на поясе он был бы слишком заметен. 

Из окна комнаты хорошо был виден высоких, наспех поставленный забор из сетки, за которым открывался пустой серый город. Ни мертвецов по ту сторону ограды, ни солдат по эту не было. Пейтон как никогда сильно чувствовала себя запертой в клетке и с трудом останавливала себя от того, чтобы сбежать прямо сейчас, в одиночку. Не самая легкая жизнь научила ее по возможности обдумывать поступки. Ей необходимо было оружие, только так она сможет чувствовать себя защищенной.  Убедившись, что Уильям уже ушел, Пейтон вышла из комнаты и юркнула на кухню и огляделась. Казалось, что люди ушли из дома на пару часов и к вечеру вернуться, чтобы приготовить ужин и всей дружной семьей усесться за стол, точно как в рекламе по телевизору. Несколько белоснежных тарелок стоят на сушилке, рядом с чайником кружка с края которой свисает ярлычок пакетика чая. Только ни одного ножа в подставке не было, наверняка военные убрали все, что может стать оружием, прежде чем селить в дома беженцев.  Задернув штору, Пейтон стала открывать ящик за ящиком, надеясь отыскать хоть что-то.  Поиск оружия (+1)   Пейтон находит топорик для рубки мяса (легкое холодное оружие):

Лагерь   - Кстати, о нас, ты не в курсе где все?   - Не в курсе, - ответила Пейтон, чуть скривившись от прозвучавшего "о нас". С людьми из метро она ни как себя не связывала, им просто не повезло оказаться в одно время в одном месте - вот и все, что у них общего. Впрочем,  в одном Уильям был прав - оставаться в городе долго нельзя, только вот Пейтон не думала о том, чтобы уйти с остальными.  Даже такого короткого разговора Пейтон хватило, чтобы начала гудеть голова и появилось желание спрятаться ото всех. Тяжело вздохнув, она потерла виски и направилась к комнате, где спала. Надо было обдумать, что делать дальше, спланировать ближайшее будущее.  - И я Пейтон, а не Пей, - тихо бросила она Уильяму, прежде чем закрыть за собой дверь. От панибратства ей становилось не по себе. 

- Но, через кое-что мы уже прошли вместе и поэтому думаю стоит чуточку друг другу доверять. Не помешает. Поэтому я попробую снова. Я до сих пор не знаю твоего имени.    - Пейтон, - немного подумав ответила она, подняв взгляд на Уильяма. Ответила не проявив доверие, о котором говорил мужчина - доверять Пейтон могла только себе, - а потому что молчать было бы глупо. Но все же, как бы люди из метро не пытались сплотиться в группу, она не чувствовала себя причастной. Вопросы о ее состоянии, угощения в виде конфет: все это было для Пейтон странным и подозрительным, казалось покушением на личное пространство, которое Пейтон всеми силами пыталась сохранить. 

После разговора с Айви, Пейтон чувствовала непонятную жгучую обиду. Обиду из-за того, что у Айви была семья, беззаботная подростковая жизнь, - все то, чего была лишена Пейтон. А теперь, когда мир рухнул, она никогда не узнает как это - жить по-настоящему, не откладывая каждую копейку и не боясь собственной тени. Глупо было отрицать, что Пейтон завидовала. Не только Айви, но и бывшим хозяевам домов, где разместили беженцев. Казалось несправедливым, что люди живущие в больших городах имеют достаток и комфорт, когда ее народ заперт в резервациях, где правит бедность, влекущая за собой болезни и смерти. Внезапное понимание, что теперь богатство - пшик, пустой звук, а люди стали равны, принесло удовлетворение. Пейтон не мучилась угрызениями за подобные чувства.  Остановившись на пороге дома, где временно спала Пейтон, она заглянула внутрь. Уильям в одиночестве стоял посреди комнаты и, похоже, не слышал как дверь приоткрылась. Пейтон могла бы уйти, пока ее не заметили, и еще немного побродить по лагерю, но все же собралась с силами и зашла в дом. На улице было прохладно, простудиться сейчас было бы совсем некстати.  Кивнув Уильяму в знак приветствия, Пейтон уселась за стол. Ее внимание привлекла разложенная игра. Ничего подобного у Пейтон не было - все развлечения ее детства сводились к играм на свежем воздухе. Не удивительно, что она так заинтересовалась игрой. Покрутив в руках фишки и карточки, Пейтон отложила их в сторону и достала из коробки листовку с правилами. Казалось, что Пейтон совершенно не обращает внимания на Уильяма, будто его вовсе нет в комнате, но время от времени мужчина чувствовал на себе внимательные и настороженные взгляды. 

- Ты тоже потеряла семью, да?   Пейтон медленно обернулась и посмотрела на Айви тяжелым холодным взглядом, но через мгновение уставилась в мутное от осевшей на стекле пыли окно. О семье она предпочитала не говорить, чтобы не ворошить тяжелые воспоминания. О себе она тоже рассказывать не любила и никогда не стремилась заводить друзей. Тем более к Айви она чувствовала некую неприязнь, возникшую после того как в кофейне девушка неосторожно намекнула на расу Пейтон, Хесуса и Гиля. Эта тема - была одной из самых болезненных для Пейтон. В месте, где она выросла, белые весьма пренебрежительно относились к коренным американцам и небыло ни единой причины думать, что в другом месте будет иначе. Разве что в Нью Йорке у людей было слишком много забот, чтобы найти время для выказывания открытой неприязни.  - Давно, - все же ответила Пейтон, спустя некоторое время и сжала зубы, злясь на Айви за вопрос. В отличие от Айви у Пейтон никогда не было полноценной семьи - только мама, которая была так занята на двух работах, что Пейтон ее почти не видела. 

День начался для Пейтон ровно так же, как и предыдущий. Сон, полный жутких видений из-за которых Пейтон вскакивала с постели, тяжело дыша, попытки убедить себя, что в комнату ни кто не зайдет без ее ведома. Она даже подперла дверь стулом и несколько раз проверяла надежно ли закрыто окно. Подозрительность и паранойя Пейтон только усилились с тех пор, как она уехала из родного города, а за последние два дня, когда мир погрузился в хаос, выросла до немыслимых масштабов. В Пешобестауне Пейтон знала кого следует опасаться, сейчас же она словно оказалась одна посреди темного леса, полного голодных диких зверей.  Безвкусный, но сытный обед из той же каши, что подавали вчера, Пейтон съела до последней крошки. Проведя всю жизнь в нищете, она очень хорошо знала ценность еды и не привередничала. Она готова была есть за двоих, пока кормят бесплатно. Пожалуй, это единственное, что Пейтон нравилось в лагере.  Привычно накинув на голову капюшон и сунув руки в карманы, Пейтон вышла из столовой и неторопливо пошла вниз по улице. Она собиралась некоторое время побродить по лагерю, чтобы изучить его получше. Оказаться запертой в совершенно незнакомом месте было страшно. Людей на улицах было несколько больше, чем вчера - солдаты привозили все новых беженцев из павшего города. Пейтон смотрела на проходящих мимо мужчин и женщин, детей всех возрастов от чего тревога только усиливалась и ладошки потели. Чем больше людей, тем в больше опасности себя ощущала Пейтон. Она не верила, что солдаты способны уследить за всеми, лагерь был чем-то вроде баллона с газом, который взорвется от самой маленькой искры.  Пейтон остановилась возле ворот, провожая взглядом машины, которые направлялись в город для очередной зачистки. На броне сидело несколько военных, вооруженных автоматами. Оружие в изменившемся мире стало почти абсолютной силой и единственной защитой. Тот, у кого в руках автомат мог диктовать свои условия, это Пейтон поняла в переулке, когда лицом к лицу встретилась с бандитами и оказалась совершенно беспомощной. Глядя на автоматы в руках вояк, она почувствовала нестерпимое желание найти оружие и научиться стрелять, иметь возможность хоть как-то себя защитить. Только никакой возможности получить хотя бы пистолет не было, беженцы были совершенно беззащитны и должны были надеяться только на военных, число которых будет неизменно уменьшаться от вылазке к вылазке. Любой может быть укушен.  Побродив по лагерю еще около часа, Пейтон вернулась в дом, куда ее поселили. Желание получить оружие стало только сильнее, когда Пейтон поняла как ненадежна может стать защита лагеря. Если бы только у нее была возможность, она бы ушла из лагеря прямо сейчас. Вернулась бы в дом дяди, возможно он уже там, ждет и беспокоится. Возможность его смерти Пейтон категорически отрицала. Он всегда был сильным и стойким человеком. 

Пейтон чувствовала себя так, будто не спала вовсе. Любая попытка задремать прерывалась шорохами, доносящимися из приоткрытого окна. Проезжали машины, за дверью иногда раздавались шаги, а в отдалении, наверное на границе лагеря, стреляли. Постоянно казалось, что вот-вот дверь в комнату с громким хлопком распахнется и в комнату, шаркая, хрипя и протягивая бледные руки к Пейтон, войдут зараженные. С момента, когда первые лучи солнца, разогнали мрак в комнате, Пейтон не спала. Чтобы хоть как-то отвлечься от давящей реальности, она достала из сумки бумагу с карандашами и принялась рисовать. Еще вчера утром она надеялась заработать достаточно денег на обучение, может быть через пару лет поступить в Университет Изящных Искусств, где раньше учился ее дядя. Сейчас все это не имело смысла и Пейтон не хотела давать себе ложные надежды, что все наладится. Ближе к середине дня Пейтон наконец решилась выйти из комнаты, ведомая чувством голода. Военные, патрулирующие улицу, бросали хмурые изучающие взгляды на проходящих мимо людей, некоторых останавливали. Пейтон как можно быстрее зашла в столовую и, взяв кашу, уселась за столик в самом углу.

- ну ладно, я понимаю, страх все дела, сам испытывал такое на своем первом сражении. Правда конечно тогда были все живыми, а теперь...а, что я тут перед тобой распинаюсь, ты ведь все равно ничего мне не скажешь.   - Спасибо, что вытащил, - тихо пробормотала Пейтон уже сидя в БТРе. Больше за всю поездку она не проронила ни слова и молча смотрела перед собой. Может быть, если бы Пейтон не привыкла к потрясением, сопровождающим ее буквально повсюду, у нее бы началась истерика, как у Айви. Но единственное, что чувствовала Пейтон - горечь. Горечь от осознания, что неизвестная инфекция захватила не только Нью Йорк, а наверняка распространилась дальше. Как скоро она дойдет до Мичигана? Что происходит сейчас в ее родном городе? Никакая Гвардия не приедет спасать индейцев от оживших мертвецов, о людях в резервации просто забудут, как о застарелой мозоли. Она любила свой город и любила народ, к которому принадлежит и от мысли, что они могут погибнуть навсегда внутренне холодела. Когда все утихнет, если все утихнет, она собиралась вернуться домой. Найти дядю и вернуться вместе с ним. Когда БТР остановился, Пейтон вместе со всеми вышла на улицу и потопала к воротам, без особого любопытства смотря по сторонам. Высокий забор и надпись про высокое напряжение вроде бы должны давать ощущение безопасности, но Пейтон наоборот казалось, будто ее ведут в клетку. Впрочем, Пейтон теперь еще более ясно понимала, что в одиночку на опустевших улицах ей не выжить. 

На полпути к кофейне, Пейтон вырвалась из рук Моргана и всхлипывая бежала следом. Отстранено она подумала, что наверняка слишком сильно ударила вояку, пытаясь освободиться, но вины за это не почувствовала. Она все еще была слишком напугана. Услышав объявление, Пейтон как и приказывали, подняла руки. 

ТЕХ ПОСТ:   ХОД 3: Алекс попадает в мародера-3! СТАТУС: Мародер-2* Боезапас: 4   Мародер-3 Боезапас: 10   Уильям**   Алекс** Боезапас: 16 Убито: 1 (лук) Убито в голову: 1 (лук)

ТЕХ ПОСТ:   ХОД 2: Мародер-1 стреляет в Уильяма и попадает Мародер-2 стреляет в Уильяма и попадает Мародер-3 стреляет в Алекса и попадает Алекс УБИВАЕТ мародера-1 выстрелом в голову! СТАТУС: Мародер-2 Боезапас: 5   Мародер-3 Боезапас: 11   Уильям**   Алекс** Боезапас: 17 Убито: 1 (лук) Убито в голову: 1 (лук)

ТЕХ ПОСТ:   ХОД 1: Мародер-1 стреляет в Алекса и попадает! Морган и Пейтон убегают! СТАТУС: Мародер-1 Боезапас: 19   Мародер-2 Боезапас: 6   Мародер-3 Боезапас: 12   Уильям   Алекс* Боезапас: 18

Подхватив сумку, которая опять упала на землю, Пейтон с неожиданной для самой себя быстротой встала на ноги и побежала прочь из переулка. Нога, на которую пришелся удар, чудовищно ныла, но Пейтон старалась игнорировать боль и продолжала бежать, даже не оборачиваясь назад. Как можно быстрее, пока люди опять стреляют друг в друга, будто это норма жизни, пока кто-то из них заметил прихрамывающую напуганную девушку и не остановил метким выстрелом. Побег (-1)   Неудача!