Волк уходит, оставляя меня наедине с собственными мыслями. Я жалею, что не стрельнул ни у кого сигаретку - когда ярость больше не застилала глаза хотелось, чтобы взор снова окутала пелена, и сигаретный дым ничем не хуже любых других средств. Порой даже и лучше, хотя я не люблю курить. Иначе, когда взгляд прояснялся, было слишком трудно не повернуться и не посмотреть на ту жизнь, что я когда-то упустил. Сейчас было бесполезно вспоминать то, что существовало когда-то и теперь не могло вернуться. Панки вряд ли заменять мне брата с его веселой улыбкой, задорными искрами в глазах, за которыми скрывался хитрый и находчивый ум. Но теперь панки были моей семьей, которую тоже нельзя было заменить. Поэтому я не собирался отступать ни на шаг, пока не узнаю, что случилось с Нэнси и остальными девушками
Я подумываю заглянуть внутрь и ухватить бутылку пива перед тем как отправиться в "Новый Содом", но тут же передумываю. Если кто-то заметит как я вхожу и ухожу - могут появиться вопросы, а этого мне сейчас хотелось не очень. Я встаю со ступенек, на миг останавливаясь, слушая шум за дверью. Я бы хотел присоединиться к празднованию, но это было не время. Моё плаканье по Нэнси пройдет потом. Когда будет совершена месть за неё.
Мои шаги гулко отдаются по переулку Старого Города. Одного из многих безлюдных и безжизненных переулков, где находят свой конец люди, которые рискуют выйти на улицу ночью. Я не боюсь - нашивка на моей куртке и бита на моем плече ясно дают понять, что я не из тех, к кому стоит относиться, как к жертве.
Я выхожу из переулка и пару минут петляю по улицам, пока мой взгляд, бродящий по вывескам и номерам домов, не останавливается на табличке с названием мясокомбината. Большое, неприветливое и заброшенное здание. Я ухмыляюсь, вспоминая историю, от которой морщились даже более стойкие из панков.
Коп успевает лишь удивленно ахнуть, оторвавшись от своей жертвы, прежде чем его голова и бита встретились. Девушка - очередная жертва беззакония, проистекающего из чувства вседозволенности. Очередная игрушка на один вечер для этого полицейского. Она смотрит на меня практически в ужасе, ведь на моем лице сейчас холодная решимость и жгучая ненависть. "Уходи и не говори что видела что-то," - говорю я ей и подхватываю бессознательного копа, закидываю его на плечо
Вместе с безвольным мешком, который скоро должен был прийти в себя и стать мешком дерьма я захожу в здание комбината. Тут пахнет гнилью, но я не обращаю на запах особого внимания.
Коп вопит, когда я пробиваю его плечо крюком, подвешивая на полметра над землей. Он начинает делать "предложения от которых нельзя отказаться", вот только я тут не чтобы торговаться.
Я берусь за горелку и он начинает истошно вопить, лишаясь своего х#ра вместе с тестикулами. Не вырубается - но в этом сумасшедшем мире не так просто кого-то вырубить, тем более убить. Он вопит до тех пор, пока там больше нечему болеть, и лишь потом ненадолго теряет сознание..
Однако его мучения не закончены. Когда он приходит в себя я наношу первый удар прежде, чем он успевает открыть глаза. Потом второй. Потом третий. Ублюдок заслужил это. Все те девушки, которых он изнасиловал и которые не могли даже бороться за право усадить этого ублюдка за решетку заслужили быть отомщенными.
Удар за ударом его кости хрустят, кожа разрывается, обнажая небольшие кровоподтеки. Двадцать девять, тридцать, сорок... мои руки уже устали делать однообразные взмахи, но я продолжаю бить. Проходит ещё целый час прежде чем я закончил. То что передо мной вполне могло бы сойти и за свиную тушу - так мало было в этой груди из мяса и переломанных. раздробленных в хлам костей человеческого. Кожи на теле практически не осталось - её содрали гвозди на бите. В луже крови, что растеклась подо мной, наверное, можно было искупать пятилетнего ребенка.
Я спокойно выхожу из здания мясокомбината. Кто-то из панков потом заглянул внутрь и еда ли не крикнул от удивления.
Усмешка пропадает с моих губ, когда я поворачиваю и здание исчезает из моего поля зрения. Вместо этого его сменяет череда одинаково серых неприветливых пятиэтажных жилых домов. Интересно, что думали их жители о панках? Наверное, стоит узнать у остальных панков, которые больше обращают внимания на подобные мелочи.
Ему уже было недалеко до клуба.