Stasog

С первого этажа послышался какой-то шум, звук сбивания замков и открывания дверей, и все это привлекло внимание малкавиана. Он, недолго думая и не сказав никому из гостиной ни слова, быстро спустился по лестнице к развед-группе, состоящей из явного гангрела и еще нескольких сородичей, что происхождение трудно было определить. Они стояли у входа в подвал, кто-то уже был внутри.   - Доброй ночи, ребятушки! - обратился он к ним Блез. - Исследуете самые неприятные места и без того неприятного отеля? Дерзко. Можно с вами? - на его лице появилась легкая улыбка, а в глазах, будь они живыми, загорелись бы, наверное, огоньки. - У меня трость есть, если что.

Трость стояла возле камина, явно ожидая того мига, когда её бросят в топку. Но только вряд ли жители этого отеля жаловали открытый огонь. Поэтому трость просто стояла здесь уже неясно сколько времени и порядком запылилась. О том, что её стоит протирать, никто не подумал.    - О, а вот и она! - Блез быстрыми шагами преодолел полкомнаты и оказался у камина, возле которого стояла его трость. Ловко подхватив ее, он несколько раз встряхнул свою ненаглядную в воздухе, избавляясь от немаленького слоя пыли, которая тут же распространилась по комнате. - Это же сколько я здесь пролежал, господа сородичи? И где вообще это "здесь" находится?   Ожидая ответа, малкавиан более внимательно осмотрел компашку. Разношерстные ребята, нечего сказать. Был здесь и ассамит, и бруха, которая безошибочно угадывалась по дерзким манерам, и более ухоженные и сдержанные особи: то ли вентру, то ли тремер, а может даже истинные... "Надеюсь, не последнее, - отметил про себя Блез, - а то здесь будет жарко". Снизу, со стороны лестницы, противоположной той, которой он пользовался, доносились еще два-три голоса. Итого восемь.   - И, кстати, где девятый? - спросил Шатильон, даже не утруждая себя объяснениями, так как чувствовал, что сородичи поймут, о чем он.

Услышав несколько последних фраз, малкавиан понял, что присутствующие в гостиной имеют те же проблемы, что и он, поэтому вряд ли настроены слишком враждебно. Сделав шаг в комнату он попытался изобразить крайне растерянную личность, для чего неловко засунул правую руку в карман, а указательный палец левой слабо поднял вверх, будто прося внимания:   - А мою трость никто не видел? - с как можно более глупым и растерянным взглядом, перескакивающим с одного сородича на другого и бегло, но старательно изучавшим их, спросил Блез у присутствующих.

И Блез проснулся. Проснулся невесть где, что плохо, но проснулся, что хорошо. И как только Шатильон успел открыть глаза...   Роберт вскочил, со всей силы ударил кулаком об стену и тут же стиснул зубы.   Из соседней комнаты донесся удар в стену. Довольно громкий, кстати сказать. Как можно тише и плавнее Малкавиан встал, встретив при этом острую боль в груди и тупую, ноющую - по всему телу. Взяв-таки себя в руки, он осмотрелся. Вампир, похоже находился в каком-то отеле, если быть откровенным, довольно плохом. Все здесь было пропитано обветшалостью и затхлостью, хоть и выглядело довольно новым и чистым. Блез постарался расслышать или почувствовать кого-то в гостинице и пришел в неподдельный шок: он чувствовал других. Присутствие восьмерых, очевидно, сородичей он ощущал, как когда-то присутствие своего сира. Это было странно и подозрительно, потому безумец даже не думал терять серьезность и бдительность. Все так же тихо он обследовал шкаф - один из немногих предметов мебели в комнате - и оделся в какие-то дрянные дешевые джинсы и такую же серую рубашку. С завидной скрупулезностью (как для человека, предпочитающего футболки или майки) Блез старался застегнуть пуговицы на рукавах, но, потерпев поражение, решил, что просто закачать рукава выше локтей - это лучший для него вариант.   Выйдя в коридор, он не обнаружил буйного соседа. Он все думал, приметь ли ему Затемнение, когда услышал голоса со второго этажа. Все еще колеблясь, но уже понимая, что сил на поддержание невидимости ему вряд ли хватит, а опасности особой, скорее всего, нет (ведь недоброжелатели были бы повнимательнее с пленником либо сразу убили бы его), Северин-де-Шатильон медленно направился к лестничному пролету...

Можно где-то через часик прийти? Или вотпрямщас что-то будет?

Месяц назад, Сан-Франциско, Калифорния   Ночь была жаркой и безветренной. Существо живое, скажем, человек, могло бы назвать ее даже затхлой, но вампиру она такой не казалась. Для вампира она была скорее благодатно умиротворенной, ведь жарища Калифорнии вынудила жителей и без того относительно спокойного города сидеть по домам, прохладным и уютным, из-за чего улицы (особенно в пригороде) были почти безлюдны.   А именно в пригороде сейчас находился Блез. Малкавиан не то, чтобы старался избегать излишнего внимания, но бегающая туда-сюда и кричащая от ужаса еда могла здорово попутать ему карты в партии против аласторов. Он, если быть откровенным, знал, что эта партия, скорее всего, будет последней, но уйти хотел так, чтобы его запомнили. Он также понимал, что это абсолютно неважно, ведь Окончательная Смерть является, собственно, окончанием, но приятной ему была мысль о том, что нежизнь его закончится на торжественной ноте. Пусть негромкой, но торжественной!   Этот вампир бегал слишком долго. Это не представляло ему сложностей, но было рутинным и утомительным. Почти двадцать последних лет последних лет все шло, словно по начертанному шаблону: он прибывает в какой-то город, скрывается в нем несколько месяцев, затем одно из его убийств становится слишком заметным, и на хвосте тут же возникают аласторы. Скука. Скука, которую Северин-де-Шатильон был намерен прекратить здесь и сейчас. Прекратить, как уже было сказано, торжественно, но лишь в том смысле этого слова, которой сам ему давал. В немного... извращенном смысле.   Он стоял у боковой стены пятиэтажного дома, на которой даже не было окон. Стоял к ней лицом и, казалось, задумчиво что-то прикидывал. Возле него лежал еще свежий и кровоточащий труп - какой-то грязный и неотесанный бродяга. Впрочем, неважно кто, ведь кровь у всех одинаково красная, а лишь это было важно Блезу. Вампир закачал рукава пиджака, присел и, придерживая одной рукой припертую к стене голову, аккуратно засунул руку в большую рану на груди жертвы. Вынул ее полностью окровавленную и вновь критично осмотрел стену. А затем начал писать. Выводить огромные буквы испачканной в крови рукой. Вначале появилась большая, высотой не меньше метра "F". Затем одним плавным движением Блез оставил на стене ровную дугу "U". Не мене красиво и каллиграфично получились "C" и "K".   Как только он закончил писать второе слово - "YOU" - и принялся, потирая липкие от крови руки, разглядывать свое творение, позади послышались шаги. Отдаленные, но громкие, нескрываемые шаги по асфальту. Малкавиан медленно развернулся пятках. Теплая пульсация безумия в его мозгу тревожно ускорилась. Демоны...   - Что же, признаю, не ожидал! Вот так сюрприз! - весело прокричал Блез тварям, что находились в метрах двадцати от него, но уверенно сокращали расстояние. Вел их высокий мужчина в темном плаще, при виде которого вампир неожиданно потерял всю веселость. Но продолжил: - Я ждал аласторов, но вы мне тоже нравитесь! Я даже презентую вам подарок, - Блез, услужливо поклонившись указал на стену. - А теперь, раз уж мы такие хорошие друзья, что делаем друг другу подарки и сюрпризы, может обнимемся, что думаете?   Он в радушном жесте развел руки в стороны и выровнял спину. Демоны, видя беззащитность Шатильона, ускорили шаг, а он уже готовился исчезнуть, применив Затемнение. Но как только силуэт Блеза начал пропадать, высокий мужчина возник прямо перед ним, а грудь его пронзила резкая боль. Ужасная боль, пронизывающая каждую клетку его мертвого тела, пеленой тьмы застилая его глаза и пленяя разум.    ________     Вампир падал во тьму. В холодную тьму, где не ощущал ничего, кроме боли, потому что кроме нее там ничего не было. Падал он очень долго, казалось, вечность, причиной чему была все та же нескончаемая адская боль, стиравшая все, что осталось от сознания, стершая восприятие времени. Но спустя бесконечность Блез почувствовал пульсацию. Знакомую пульсацию, его родное, теплое безумие, проклятие его и дар. Он был рад ему, как никогда раньше. Он не стал подавлять его, да и не способен был сделать это. Малкавиан стал искать голос. Голос, который всегда рядом, голос, которым наделены все его сородичи. Голос, которым они, малкавианы, являются. И голос нашелся. Голос ответил:   - Проснись, Блез.

А менее более чем устраивает! Вот как я утер всем нос! 

Правда?) Мне скорее Макс Пейн с его Рагнароком напомнило.

На взывание к сородичу HOF ответил Шатильону белым шумом веселой тусовки.   - Но... Миллиган... - бедолага, казалось, чуть не плакал, так его растрогало предательство брата-малкавиана. Оставить его одного! В такой ответственный момент! Да как он мог?..   Но не долго пришлось Блезу горевать, так как его внимание целиком и полностью занял белокурый шкафчик, "быстрыми шагами направляющийся к стойке". Шкафчик-то был ему знаком, ведь именно эта блондинистая глыба преграждала людям вход в клуб. Плоховато преграждала, если быть откровенным. Но теперь этот привлекательнейший ариец был настроен крайне воинственно и даже что-то нащупывал у себе на уровне пояса. "Должно быть, шокер", - подумал Северин-де-Шатильон, не спуская глаз с охранника...

-... и мозги тоже кстати, портит! - внезапно очнулся Блез и огляделся. - Роберт?    Он с лицом, на котором легкое удивление смешивалось с ненавязчивой обескураженностью, огляделся вокруг. Даже нормально сел за стойку, на которой внезапно обнаружил пустой бокал. До боли знакомый бокал.   - Что за дрянь я пил?.. - спросил Малкавиан сам у себя. Затем покосился на бармена и вспомнил, как тот смешивал ему первый (и последний, казалось) коктейль. Резко развернувшись на стуле и перевернув и при этом свой бокал, Северин-де-Шатильон встал на ноги и  еще раз огляделся.   - Миллиган! - не без лишней нахальности выкрикнул он, но крик его едва ли могли расслышать за шумом музыки диджея... 

Оглядевшись вокруг и чудом увидев знакомое и чем-то даже родное (интересно, чем же?!) лицо Миллигана у барной стойки, Северин-де-Шатильон решил составить ему компанию. Подойдя ближе, он ввалился в высокий барный стул, оперся спиной на стойку и на нее же нагло закинул оба локтя. Глядя в зал, а не на Роберта, Блез обратился к нему:   - Чем балуешься, сородич? Ты ведь знаешь, что алкоголь вредит твоей коже?

Строгие темно-серые джинсы и немного темнее пиджак, небрежно накинутый на чистую (каким-то образом) белую футболку. Из обуви - какие-то старые, но еще целые туфли, из аксессуаров - только дешевые часы на правой руке. Привычный аутфит для Блеза, можно сказать, родной. В подобной одежде он прожил последние лет десять.   Второй вышибала, подручный Дитриха, просто кивнул девушкам и отошёл в сторону. Без лишних вопросов, как и было ему сказано.   Малкавиан только заметил второго паренька у входа. Он стоял не в очереди в клуб, а немного дальше, под покровом густой темноты соседнего переулка.   - Пожалуй, - тихонько обратился к себе вампир, - если слиться с толпой, то эти амбалы меня и не заметят... Попробую, чем черт не шутит.     Бросок на неприметность = 23.

Все, ребяты, я спать, а вы не ругайтесь, пожалуйста. Спасибо огромное за вечер, было весело!) 

Ну, Фолс прав: мы почти их грохнули, при том, что нам очень и очень не повезло с раскладом. К тому же это была лишь прикидка сложности. Мастер же сделал вывод: против такой группы хватит и четверых гулей. С ними мы бы справились.

Фолси, а ты и дальше будешь дайсить, чтобы решить, по кому враги бьют, или бои станут более... осознанно проводится?

Смущает стабильный урон 30, от которого никак не увернешься. Но так, наверное, и должно быть от огнестрела. Если только огнестрела немного, ведь... *читать ниже*   Доминирование накладывается на 1 цель. Как мы увидели, это не сильно поможет, потому что целей... много.

Я предлагаю сделать хил дополнительным действием. Совсем неудобно, что он целый ход тратит.

Раунд 6   Потеряв последнее витэ из-за осушения, Блез безвольно упал на близлежащую кучу тел, в числе которых были аж (!) два: Лиллиан и Лис. Он уже надеялся спокойно отдохнуть, но не тут-то было: злобный гуль оформил ему "контрольный" в голову, отстрелив ухо ко всем чертям. И теперь Северин-де-Шатильон отдыхал не просто спокойно, а мертвецки спокойно.   "Погиб смертью глупых, но храбрых" - написали бы на его могиле, будь она у него... Будь у него вообще возможность нормально умереть.

Раунд 5   Блез хилит себя из пакетов с консервированной кровью. "Зато удобно" - слоган их рекламы.   Витэ: 1 ХП: 40   Аластор: 220 Гуль 3: 38 Гуль 4: 100

Раунд 4   Блез сумел регенерировать немного жизни предпоследней каплей витэ...    Витэ: 1 ХП: 10   Аластор: 220 Гуль 1: 38 Гуль 1: 100

Раунд 3.   Блез сносит голову раненому гулю.   - Крооовушка, - с детской улыбкой вздыхает он, глядя на фонтанящую кровищей шею убитого.   Витэ: 2 ХП: 17   Аластор: 220 Гуль 1 Гуль 1: 100 Гуль 1: 100

Раунд 2   Блез регенерирует 60 ХП за счет 6 витэ.   Витэ:3 ХП: 60   Аластор: 220 Гуль 1: X_x Гуль 1: 100 Гуль 1: 100 Гуль 1: 100

Раунд 1   Блез внимательно осмотрел врагов и двуручный пожарный топор в руках, размял шею.   - Топорик, значит? Опробуем топорик, опробуем...   Подбежав легкими прыжками по зигзагообразной траектории к одному из гулей, Блез сделал полуоборот и нанес широченный рассекающий удар...   - 76 гулю.   Витэ: 9 ХП: 58

Попробую объявится к восьми, но обещать ничего не могу(