Известие о смерти Лорда Старка, которого Лионель глубоко уважал, последнего, разумеется, не порадовало, и печаль на его лице отражалась самая настоящая. Предположение же о том, что Олень может быть причастен к убийству Лютоволка, привело Баратеона в ярость. Как вообще кто-то допустил подробную мысль о человеке чести?! К тому же Вихрь — это вам не «ветерочки» и уж тем более не «ветерочек».
Стоящих догадок о расшифровке улики у Лионеля пока что не было, да и — Эдвин прав — не стоит высказывать их сейчас, поэтому Баратеон молчал, хмуро поглядывая на других.
Х краткими набегами: сегодня, увы, внезапно ожидается занятой реал х_х