Gonchar

Вы реально два часа ждали в кубике?  :blink: Никаких бросков уже нет ведь...

Раскалённое клеймо опустилось на лоб Барта, с шипением и заплясавшим ручейком дыма выжигая символ на бледной коже. Самуил неотрывно смотрел в глаза новоявленного члена Шабаша. - Огонь опаляет нас, но мы отпрянем в страхе, он сделает нас сильней, когда мы пройдём через горнило. А теперь повторяй за мной: я клянусь в верности Шабашу, я не открою ни одного секрета врагу и буду верно следовать путям Каина и никогда не оставлю своих кровных братьев и сестёр в беде.

Где я звал? "Собираемся" играть :D

Я жду ответа Барта, если что :D

А какой у нас изначальный прирост валюты? Что-то не могу найти в правилах

Подтягиваемся ;) Это вообще только прелюдия :D

В данном случае - можно :D

- Безвольные трусы в Мече Каина не живут долго, - священник был непреклонен, ступая следом за попятившимся брухой, - иначе какой будет от тебя толк? Клеймо всё так же пылало раскалённым пятном железа в темноте ночи, направленное на Барта.  - Чтобы стать истинным каинитом ты должен пройти сквозь огонь и боль, приручая свой собственный страх, выковывая себя в горниле как металл под молотом кузнеца, - жёлтые звериные зрачки вспыхнули пуще прежнего, - имя и клан.

Парадоксы тоже грешат клюквой. Но хотя бы не такой сильной как у Беловолков

Оружие отняли

Самуил не прервал свои напевания, проводя рукой над костяными инструментами и чашей. Прикрывая глаза и давая сущности Зверя выйти наружу, как в моменты, когда он превращал собственное тело, но не давая этим изменениям вырваться наружу, стекая тонкой эфирной струйкой на ритуальное место. Два ритуала разом - не так уж и сложно. Наконец, он поднялся и развернулся к начавшим приходить в себя птенцам, сжимая в руке прут с раскалённым клеймом. В темноте загорелись такие же жёлтые, как и у Тимока, глаза. Он окинул всех пристальным взглядом, пробирающим, казалось, до самых костей. - А теперь тихо, - особо болтливым достался гораздо более колючий взгляд, - этой ночью вы станете настоящими членами Шабаша, а не жалкими шавками на побегушках очередного толстозадого заседателя одного из ковенов. То, ради чего вы все сюда пришли и ради чего вас всех сюда призвали, - с этими словами Самуил поднял прут, демонстрируя всем горящую жёлтым печать в виде раскрытой звериной пасти, - и это - ваш отличительный знак. Огоньки костра позади оттеняли фигуру гангрела, оставляя лишь горящий взгляд и клеймо, играя оранжевыми бликами на бледных лицах каинитов. - Мне не нужно разжёвывать вам самые основы поэтому... Первым оказался Барт. - Наклонись и назови мне своё имя и клан.

Приходите в себя на полянке с костром. Самуил сидит у него и что-то колдует с инструментами и чашей

Его нос дёрнулся, втягивая ночной, согретый кострами воздух. В нём уже обильно весела взвесь крови отчаянно борющихся за своё существование птенцов. Вполне в духе клана - выживает сильнейший. И он собирался отобрать именно таких. Проходной материал его не интересовал, нужны были отчаянные, рвущие зубами, изворотливые словно змеи. Словом - все те качества, что так превозносились в Шабаше. И на это была своя причина, тяжело оттягивающая цепочку на шее, скрытую под потрёпанной серой рубашкой.  Между пальцев закрутился гладкий кол, когда охотник скользил в тенях вокруг поляны, внимательно присматриваясь, слушая, впитывая каждый звук, каждое движение мечущихся теней. Другие могут позволить себе драться с птенцами, ему же было не до развлечений. Ещё будет время, хватит с лихвой, а пока...   Зрачки широко расширились и тело растянулось в затяжном прыжке. Рука точно вошла в спину, пропуская кол сквозь слои и холодной плоти между рёбрами, поражая точно сгусток витэ, принявший в теле форму сердца. Здоровяк упал, разбитый параличом, к ногам гангрела. - Большой и сильный, знаешь, что такое стая. Рука ухватилась за ворот куртки и оттащила птенца под дерево на край поляны, где под другими зелёными исполинами тоже начинали выкладывать аккуратные ряды парализованных каинитов.   Когтистая лапа ухватилась за лицо, оставляя кровавые раны на черепе, ставя рыжеволосого хакера на колени, без труда заламывая его и вгоняя другой рукой кол. - Человечный слабак, но мне пригодятся твои мозги.   Другой рыжеволосый парень (наплодилось!) петлял между борющимися телами, оставлял за собой всплохи темноты, но от гончей Шабаша скрыться сложно, когда она почуяла твой знакомый запах и неустанно следовала по пятам. Яростный рывок - и вот он уже повержен на землю. - Прыткий хитрец...ты мне нравишься, - он растянул губы в клыкастой ухмылке и коротким рывком всадил в грудь очередной кол.   Коломёт в руках коротко тренькнул тугой тетивой, разгоняя кол до размытого пятна в воздухе, поразившее колдуна прямо в его сердце. Мало что было способно сбить его прицел. - И пусть это сочтут нетолерантностью к гостям с Востока.   К рыжеволосой цимисхи тихой поступью ночного хищника подкрались сзади, присаживаясь на корточки и опуская руки на плечи, дальше переходящей в своеобразные щупалца. Чуть грязный от земли и крови палец приник к губам. - Не слушай шум.   Неизбежное и вправду настигло белокурую бестию, сумевшую понравиться даже Александросу. Хотя, на его собственный вкус, чтобы понравиться старому сетиту достаточно иметь сиськи и боевитый характер. Не такая уж и редкость в сегодняшние ночи. Но дралась та и вправду неплохо. Вот только новый противник в потрёпанном сером пальто внезапно размылся в воздухе. В лицо ударило ветром, а на губах заиграл железистый вкус крови, когда голова дёрнулась под сокрушительным ударом...кулака. Шпага упала рядом с обездвиженным телом, в котором в мгновение ока возник кол. - Гадюка оказалась коброй? Посмотрим, что из этого выйдет.   Ассамита пришлось разочаровать в тактике ведения боя. Иногда, чтобы парировать атаки меча достаточно дестяка острых, словно сабли, когтей. Железный хват оказался на самих лезвиях, когда их развели в стороны, выгибая руки и неуловимым движением, казалось, третьей руки вогнали в грудь двенадцать дюймов отборной осины. - А с тобой у нас разговор отдельный.

Let's go, folks

Глава I - погребальные костры Мехико, окраины Среди покрытых старым мхом деревьев мелькали рыжие огни, создавая впечатление, будто где-то среди бескрайних лесов поселился странный народец, совершавшие свои магические таинства, вспыхивающие огоньками и фейрверками изначальной магии. Однако любой неосторожный путник, забредший в глухую чащу и поддавшийся соблазну найти если не горшочек с золотом, то целительную амброзию был бы жестоко и кроваво разочарован. В глазах странного народца плескался чуждый человеку голод, в оскаленных пастях, так похожих на человеческие рты, острыми иглами белели отточенные клыки ночных охотников-каннибалов, способных только жестоко поиграть со смертной игрушкой и бросить её изломанное тело в костёр под радостное и первобытное завывание кровожадных собратьев. Сказка оборачивалась первобытным, кровавым ритуалом нежити, на который живым полагалось приходить лишь в виде вопящего комка плоти. Костры трещали высоким пламенем и среди них бродили, смеялись, тревожились не-мёртвые каиниты. Кто-то с фанатичным блеском в глазах, кто-то с тщательно скрываемым ужасом от близости извечного врага рода. Но последним крайне не стоило давать вырваться позорному чувству наружу, чтобы не быть, в лучшем случае, осмеянным бесстрашными собратьями. Шабаш обретал саму суть слова, вложенного человеческими суевериями. Тёмная ночь, нечисть, древние заклинатели крови, пришедшие заключить сделку с дьяволом. И это было очень недалеко от правды, пусть и не все понимали того, что должно было произойти вот уже совсем скоро. - Толпа слабокровных ублюдков... - недовольно проворчал бледный каинит с ровной бородой, больше подходящую если не Александру Второму, то какому-нибудь оффицеру из далёкого прошлого и не менее далёкой России, - зачем Тимоку этот цирк? Он никогда не грешил издевательством над обычаями. - Драгооо, - недовольно протянула его рыжеволосая спутница, с крайним интересом во всех четырёх жёлтых глазах наблюдавшая за слонявшимися будущими равными членами секты, - не ворчи, старый ты хрыч. Это же будет забавно! - пурпурные губы разошлись в клыкастой бесшабашной улыбке, когда та метнула взгляд на прислонившегося к дереву цимисха, - И я наш обожаемый Регент делает это смеха ради. Думай шире, думай глубже, - тонкая алебастровая легла рядом с каинитом, а на неё уже умостилась рыжая голова, так уязвимо выгибая белую шейку. - Меня радует твой оптимизм, Рада, - тёмные глаза на массивном лице покосились на ставшие привычными заигрывания соклановки, - только не говори мне, что ты хочешь присоединиться к этому безумию. - Но это же наш долг! То, ради чего вы подписывали все эти кодексы, бунтовали против старейшин! Ну же! Неужели я должна тебе напоминать? - кошачьи зрачки возбуждённо расширились, а ладони сжались в кулаки. - Тебе давно пора было понять что... Дальнейшие слова утонули в громовом рёве моторов ворвавшихся на поляну монстрообразных внедорожников, усеянных шипами и обвитых цепями. Шины поднимали столбы дёрна, пока колонна не затормозила, разворачиваясь бортами к горящим кострам. - Тише! Началось! Вампирша стремительно отлипла от широкого ствола дерева и упала на четвереньки, изгибая голую спину словно замершая в засаде кошка. Пурпурная улыбка на бледном лице стала ещё шире. Из кабины самого большого внедорожника выпрыгнуло огромное мохнатое тело при более тщательном осмотре певращавшееся в скалящегося Тимока Шакала. Звериные зрачки горели в подсвеченной кострами темноте ночи. Он воздел огромные лапы к небу, растопыривая когтистые пальцы в призывном жесте. - Братья! Сёстры! - зычный рык пролетел по поляне, заставляя весь присутствующий молодняк замереть в томительном, напряжённом, словно струна, ожидании дальнейших слов лидера, за которыми сейчас следил не один десяток глаз. - Вы долго влачили жалкое существование на задворках секты! Всеми презираемые! Недостойные истинного посвящения в тайны Меча Каина! Но вы показали, что стали достойны признания, силы и цели! Грядёт великая война, время великих пермен. Мир содрогнётся от нашей поступи, смертные напитают наши животы, прольются реки крови, прислуги старейшин падут в огне Джихада когда мы набросимся на их глотки, растерзаем их плоть и выпьем до последней капли их души! Слышите! - над поляной повисло гробовое молчание, - Это сама ночь дрожит перед поступью Шабаша! И ВЫ! Станете! Её! Частью! Животный, дикий рёв вырывался из глотки гангрела, а ему вторили вспыхнувшие яростью птенцы. Довольно обведя взглядом буйную юную поросль, он кивнул вниз, где ровным рядом выстроились самые разные каиниты. От утончённых дам до косматых дикарей. Все с кольями в руках...

Чуть попозже начну, надо кое-какие дела сначала доделать <_<

Мехико, центр, ночной клуб, 23:15   - Такой вид не заслуживает остаться без внимания, - змеиная пасть сетита разошлась в широкой улыбке, оголившей ряд острых шиловидных зубов. Жёлтые зрачки ещё раз оценивающе пробежались по фигуре Анжель, а раздвоенный язык стрельнул в воздух, пробуя тот на вкус.  - Пойдём, - чешуистая рука взмахнула и Александрос направился к выходу из зала, - шпагу оставь себе. Заслужила. А наряд тебе найдём, у меня хватает женского тряпья в запасах. С этими словами он опустил когтистую руку на ручку двери и отворил её, приглашающе кивая сетитке. 

Но метаплот ни капли не лорен :D это фанатская поделка, хотя и неплохая 

- В маневренности нам не обойти ловцов эльдар, - поступь чёрного терминаторского доспеха прогрохотала по ангару, сейчас лицо Дементия представляло собой воплощение решительности перед врагам человечества и бурлящей энергии варпа, едва ли не искрами отскакивающей от силового посоха, озаряющего лица братьев ореолом золотого света, - катер подойдёт лучше. Он хотя бы выдержит больше ударов и при посадке у нас будет больше шансов выжить. Ради таких ситуаций жил любой космодеснатник. Возможность пойти на любой риск, не щемя сердце страхом. Всё ради успеха тяжёлой миссии возложенной на сынов Императора.

Паровые ванны Лакич&Gonchar 18+

Итак, начнём к 7, тогда. Сейчас закруглю оставшиеся сценки ^^

Часам к 5-6 Да, всем нужно быть у Регента в 3 часа ночи. Так что сильно далеко не забегайте

Считается :D 3 пакетика с Соком

Час на каждый бросок

Восприятие+Знание улиц. 3+ успехов - с соком ^,.,^ 1 пункт