Gonchar

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30   - Ты...ты...я! - все окружающие могли наблюдать поразительную картину того, как тон кожи Мартинеса всё больше и больше обретал восхитительно-алый цвет, практически сливаясь с цветом его волос, плавно переходя в царский пурпур, плавно трескающийся в белках глаз кривыми лопающимися сосудами от всё более выкатывающихся от ненависти глаз. Зрачки Мартинеса расширились как у больного наркомана, а пальцы словно кривые когти до скрипа впились в мягкую обивку дивана, который стал послушно принимать форму под сдавливающей его силой. - Заткнись! Как ты смеешь вообще раскрывать рот, да я...!  - едва не сорвался на отвратительный визг, но тут его горло перехватило и он гулко задышал, словно выброшенный в Плешь без противогаза.

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30   - Наоборот, едва я зашел сюда - мне все стали советовать послушать и поучиться у вас, - обратился он напрямую к рыжему шутнику. - Впрочем, теперь я начинаю понимать, что их советы имели другой смысл - они имели в виду "учиться на чужих ошибках", - легко и практически небрежно ответил Джон.   - И где же ты видишь ошибки? - немного сбил самоуверенную улыбку Мартинес и недовольно поморщился. - Мы отлично проводили время и вполне весело, стоит заметить. Другое дело когда приходит тут некто и пытается показать какой он крутой! Рыжеволосый опять усмехнулся, осматриваясь по сторонам, однако всё внимание теперь было приковано к развивающимися событиями и смеяться пока никто не спешил, внимательно созерцая новое представление, которое норовило разыграться вот-вот. "Пст, бегущий в тенях, тебе это должно быть интересно!" - раздался в ушах слышный одному Майерсу голос Харви и на ИРИС Джонатана стали выбегать разнообразные заголовки и страницы социальных сетей, которые показывали сидящего сейчас в полурасслабленной, полуагрессивной позе рыжеволосого в весьма...интересном политическом амплуа.   Студенческое кафе, 16:26   Девушка зарделась от такого жеста Герберта снова, однако руку убирать совсем не спешила, немного поджимая губы и смотря прямо в сейчас такие тёплые глаза мужчины напротив. На мгновение во взгляде светлых глаз промелькнула печаль. - Вы правда думаете, что сможете помочь? - тихо спросила она и тяжело вздохнула. - Я правда пыталась отговорить её, всё потому...я видела этого призрака. Он самый настоящий, правда! - её голос прыгнул рваной дрожащей ноткой и тут же затих и продолжила она уже почти что полушёпотом. - Мы с ребятами. Четверо старшекурсников, я и Хелена решили остаться после кружка по истории этнологии и проверить правду ли говорят о всяких шаманах и говорящих с умершими. Евгений достал из музея одну старую книгу. Говорил, что там есть древние заклинания. Заклинания как в виртовых играх "Разум против Магии". Меня уговорили взять горстку праха моего прадедушки, который мы храним в урне над камином...ну и... К горлу Элизабет подкатил комок и она отвела взгляд широко раскрытых испуганных глаз в сторону, продолжая уже очень тихо. - Мне кажется, мы правда призвали кого-то. Мы пустили из пальцев кровь и капнули каждый в горстку праха. Евгений нараспев прочитал какую-то абракадабру, похожую на древний итальянский. После этого стало очень холодно и страшно. Из горсти праха стало проступать...что-то страшное. - девушка зажмурилась и сжала руки Герберта уже сома до побелевших кончиков пальцев. И в этот момент произошло то, что заставило всех едва ли не подпрыгнуть на месте. С грохотом разбилась на множество осколков кружка, которую до того сжимала в руках внимательно слушавшая рассказ Джулия. - Ох, простите. - сконфужено пробормотала она. - Руки совсем дырявые стали. С жужжанием из открывшейся дверцы в стене выехал приземистый бот-чистильщик, ставший с гудением сметать осколки и сушить пол, вращаясь на маленьких колёсиках и моментально устраняя беспорядок.

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30   Все взгляды обратились к Джонатану. Заинтересованные, насмешливые, безразличные - самый разнообразный коктейль из внимания, липнущего к нему словно вязкая патока. На лице рыжеволосого Мартинеса словно прилипшая застыла слащавая улыбка, а в глубине тёмных глаз залегли ехидные искорки. Никак кабинетная акула высмотрела новый объект для шуток. - О, чем же обязаны такой честью? - раскатисто рассмеялся рыжеволосый, патетично хлопая в ладоши. - Наше веселье недостаточно профессионально, а смех слишком неотработан и с нами решили поделиться опытом? Часть прыснула, в основном это были те самые "продажники", которые всегда смотрели на оперативников слегка свысока. Уж они-то не опускались до валяния в грязи и протирания штанов на крышах высоток мегалополиса.

Нижний город, отел "Ruikeman", 21:00 В отличии от сияющего лоском и дороговизной верхнего города - эта часть города не особо располагала таким количеством денег и блеска, чтобы скрывать за ними все шрамы и всё культурное богатство. Настоящий Европолис был именно здесь. Во всём своём многообразии, противоречивости, во всех запахах, цветах, формах и размерах. Ничто не было способно выветрить стойкий запах алкогольного элемента (да, именно так назывался в Европолисе спирт) из, казалось, космических переборок этого зала, которые отделяли приватные альковы от общей части, где сейчас по разным кучкам свалился разномастный народ. Несколько мужчин в рабочей форме устало прихлёбывающие химическое пиво из стеклянных бокалов, парочка всклокоченных и одетых кое-как типов сидели за дэками и пялились в пустоту, отряд из четырёх военных попивал какой-то зелёный напиток под жалобы о вкрай озверевшем начальстве, за барной стойкой стоял пожилой седоволосый китаец с непроницаемым лицом (что это именно китаец понять мог один Отомо, для остальных все эти узкоглазые были как братья-близнецы). Дальше начинался холл, из которого доносились разнообразные электронные звуки и голоса. Никак то самое мероприятие обещанное металлическим цилиндром.

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30   - А как иначе мне привлекать внимание красивых девушек? Яркой внешности мне мать не дала, - он на миг запнулся, видимо, пытаясь сдержать рвущуюся наружу шутку. - Приходится компенсировать ярким поведением. Джонатан, оперативный отдел. Надеюсь, вечер, Мария, проходит для вас исключительно приятно?   - Не так приятно, как хотелось бы. - дёрнула уголком рта Мария, добавив в голос лёгких скучающих ноток, а во взгляде голубых глаз засквозила наигранная меланхолия. - Точнее, не так уж весело.  Девушка поджала алые губы и подошла ещё ближе к Джонатану, хитро щурясь и заговорщически склоняясь к нему. Неоновая подсветка рисовала причудливые полутона синего, розового и красного на её бледной коже, которая была подобна полотну на открытой гладкой шее. - Может быть, встряхнём это болотце, а? - проурчала она со слегка гортанной рычащей ноткой, выдающей лёгкий и невесомый, словно паутина, французский акцент. - Вон там, видишь.. - Мария взяла комедианта под локоть и немного развернула в сторону сомкнутых полукругом диванов, на которых приютилась стайка молодых людей. Они пили и то и дело взрывались хохотом. А центром внимания был рыжеволосый зализанный парень в модном костюме с накинутым поверх полигональным сетчатым плащом с вплетёнными полимерными цветками. - Мартинес. Тот ещё щеголь и строит из себя самого главного заводилу. Продажник. Презрительно скривилась девушка, как будто последним словом можно было охарактеризовать человека от макушки до пяток. И, в общем-то, она была не слишком уж субъективна в этом деле. - Как насчёт пошатнуть его самолюбие и показать, кто тут главный комедиант? - девушка, стоявшая до того так близко, что даже сквозь одежду можно было ощутить жар её тела, отстранилась и отпустила локоть Майерса, не переставая хранить на губах лёгкую улыбку, а в синих глазах бесовскую искорку.   Трущобы, берлинский район.   - Хорошшо. - мерзко захихикало существо, делая широкий взмах сухими длинными руками и отгонняя темноту чуть назад и давая язычку пламени встрепенуться уже бодрее, освещая чётче лобное место, которое было усеяно бетонной крошкой и обломками полуистлевшего мусора, который не сочли нужным разломать даже на топливо местные обитатели, отдавая предпочтение более технологичным методам обогрева...или, по крайней мере, материалы горючие, а не куски алюминия.  - Я буду загадыфать на каждую букффу сфоего имени заххадки. И ты долшшен их отгадать.  Длинные пальцы зашевелились, а из раскрытого клыкастого рта полилась куда более осмысленная и чёткая речь. Вот только губы и язык ночного гостя не шевелились. Он словно превратился в переносной динамик для чуждого гулкого и холодного голоса. - Спрятана я начале того, что пронзает чёрное белоснежным, но едва проникая в мир праха обращается в россыпь цвета выводка того, что сначала укрыто пухом, а потом обращается в остриё для чёрных вод разума, что изливаются в строчки. Но это остриё люди не ценят, предпочитая выводок этот для услады своей. - Кроюсь я в рогах зверя финикийского. - Обитаю я в начале того, с чьей помощью ты превратишь четыре яблока, восемь сочных южных плодов и четыре горьких ягоды в два фиала терпких экстрактов и два флакона с лучшим ароматом на Земле. - Парю я с самой изначальности с сиятельным владыкой небес, что родился от Разделённого и Женственности.   Студенческое кафе, 16:26   - Нет, ничего такого. - Элизабет поджала губы и покачала рыжеволосой головой, всё так же не отрывая взгляда от своих сомкнутых пальцев. - Ничего странного, просто... - девушка шумно выдохнула и посмотрела прямо в глаза Герберту. - Хелен хотела поймать призрака. Говорила, что всё это глупости и чьи-то глупые шутки и что никакой мистики тут и в помине нет. Правда, так думают почти все в университете...думали.  Глаза девушки лихорадочно заблестели, а в уголках их скопились капельки влаги, отчего пухлые губы предательски дрогнули. Было видно, что пропажа подруги явно до сих пор лежит тяжёлым камнем на душе...либо же в этом было что-то ещё.

Район красного огня – так, кажется, звался этот сегмент внутреннего кольца, пестрящий неоновыми вывесками с иероглифами, которые половина прохожих просто-напросто не понимала, даже прожив здесь всю свою жизнь. Этот специфичный, терпко-пряный запах, защекотавший и обжегший ноздри волной жара, непривыкшего человека мог бы вынудить поморщиться: пахло жареными тараканами, резиной, краской и, отчего-то, крабами. Смешно до крайности. Мясо настоящего краба стоило небольшое состояние, да и то было на вкус немногим лучше той резины, вонь которой витала в воздухе. Когда моря отравлены токсичными отходами, о деликатесах думать не приходилось. Те, что были, выращивались на специально оборудованных фермах и кормились отборными химикатами. Неудивительно, что всё чаще и чаще начали появляться желающие опробовать новую разработку в области имплантатов – TUMMY, кажется. Новый желудочный имплантат, позволявший переваривать большую часть органических соединений; предыдущие версии были забракованы почти сразу после выхода в продажу, из-за обнаруженного недочета инженеров – недочета, позволяющего при достаточной сноровке использовать желудок практически как вживленный в тело контейнер. Те экземпляры, что сохранились в продаже, теперь ценились в среде распространителей нелегальных наркотиков на вес золота. Когда к вони тараканов, резины и краски добавился сладковатый запах жареного мяса, от желания подышать свежим воздухом не осталось и следа. В запахе этом, обыкновенно, не было ничего предосудительного – район красного огня славился многочисленными магазинчиками, расположенных преимущественно на земном уровне, однако пятачок напротив избранного им отеля был огорожен. Если оттуда пахло жареным мясом… то вероятно, жарили там не что-то, а кого-то. Вероятно, даже не до конца мертвого. Но хэй — может статься, что всего-навсего кому-то из посетителей ударила в голову идея о позднем ужине на свежем воздухе. Или запах шел из окна снизу. В конце концов, заведение для временного проживания он избрал не самое дешевое – идеальный баланс между удобной геолокацией, неприметностью и удобством. Жертвовать первыми двумя было великой глупостью, а жертвовать последним и селиться в капсульном хостеле… Но не в этот раз. Отомо провел сухой, крепкой ладонью по неприметной панели возле оконной рамы - и теперь вместо тусклого багряного света в его окна хлынуло мягкое дневное сияние, осветившее тьму за спиной. В этот раз, по крайней мере, это было достаточно просто. Такие моменты достаточно редки сами по себе.   За его спиной что-то тихонько щёлкнуло. Сняв с глаз солнцезащитные очки, Отомо Ямамото неторопливо протер темные стекла извлечённой из кармана пиджака микрофибровой салфеткой. Не во всех отелях в номерах располагались неприметные отсеки пневмопочты, далеко не во всех – большинство владельцев предпочитали миниатюрные и дешевые в обслуживании терминалы, установленные прямо в мебели. Гораздо комфортнее для постояльцев, и все же пневмопочта в последние годы пользовалась просто бешеной популярностью. «Винтаж» - томно вздыхали те странные личности, что на аукционах рвали друг другу глотки за раритетные газовые и электроплиты без встроенного интерфейса поддержки DEUS. Когда он извлек гладкий зеркальный цилиндр из стеклянной трубы и, нащупав на одной из сторон небольшую кнопку, нажал на неё с тихим щелчком, зеркальная поверхность на мгновение дрогнула и засияла нежно-бирюзовым.   АДМИНИСТРАЦИЯ ОТЕЛЯ ПРИВЕТСТВУЕТ ВАС, О͏̡̛͝͞т̶̕о̴͏м̷́̕͜͢о̸̢ Я̛͠͏̷м҉͞͏а̀͠м͏̴͟о̶̀т̶͘о̨̨ Это… определённо не выглядело как нечто в порядке вещей; отрывок текста, на котором значилось его имя, рябил и двоился, рассыпая по бледно-бирюзовой поверхности проекции искрящиеся осколки битых пикселей. Интерфейс словно разъедался под их упрямым течением.   В данный момент в холле отеля проводится небольшое мероприятие с участием приглашенного из казино «Боярд» персонала – производится тестирование новейших игральных автоматов и системы «ГОЛО-КРУПЬЕ». У вас есть уникальная возможность принять участие в азартных играх и тестировании – при обнаружении какой-либо уязвимости персонал «Боярда» предоставит вам золотую карту в VIP-черту казино! Кто-то действительно полагал, что при обнаружении уязвимости посетитель этого отеля о ней сообщит - вместо того, чтобы намотать на ус и использовать после запуска автоматов и пресловутого «крупье» в самом казино? Такая наивность в такое время… Поверхность цилиндра лениво затухала в его руке, когда биометрика тихим писком оповестила о загрузке очередного сертификата. Похоже,только что прибыл доступ на этот праздник жизни. Стоило ли оно того?

Трущобы, берлинский район В приглушённом свете причудливая фигура утратила чёткость очертаний и стала похожа на шевелящееся живое облако, сквозь которое едва было заметно гротескные паукообразные очертания тела и лица. Но даже сквозь это ореол из смолянистой тьмы можно было увидеть в отблесках слабого огонька, как в глубине нечеловеческих чёрных глаз мелькают весёлые напополам со злобными искры чуждого полубезумного разума. - Твоё сердце гроххочет, но ты храбришшься. - вроде как констатировало факт существо, растягивая тёмные губы в клыкастой усмешке. - По обязательству тришшдепроклятого Герцога я долшен дать тебе шшанс угадать моё имя. Победишшь - я оставлю тебя и покашшу путь к сокровищу говорящщих со сновидениями. Проиграешшь - я заберу тебя к ссебе и буду питатьсся твоим страхом и крофью. Соглассен ли ты? - существо сощурило тёмные бездны миндалевидных глаз и чёрный трепещущий язык вырвался между клыками, облизывая тонкие губы. Существо неотрывно наблюдало за реакцией Финна, как будто изо всех сил желая тут же броситься и разорвать его на мелкие ошмётки своими длинными когтистыми пальцами, но не в силах даже пошевелиться. Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30 - О, да там такой шведский стол накрыли, что ты перестанешь влезать даже в свой старпёрский костюм. - хохотнул Харви, который однако сам не отличался нежной комплекцией, хотя толстяком назвать его было нельзя. - А мы уже почти пришли. Пройдя по коридору с высокими непрозрачными дверьми они остановились у двустворчатых автоматических дверей. Хакер встряхнул свою русую шевелюру и поправил очки, надавливая в определённых местах подушечками пальцев на своей оправе. - Не люблю оставлять всё без присмотра. - прокомментировал он свои действия, простовато улыбнувшись. - Ну, двинули! Сделав решительный шаг вперёд, он с Джоном пересёк невидимую черту сенсора и створки с тихим шипением плавно скользнули в стороны, обретая сходство с металлическими крыльями лебедя, расправляющимися куда-то в стену одним изящным движением. Гостей встретил гул голосов и погружённый в неоновую полутьму банкетный зал со снующими людьми. Самых разных возрастов, форм и пропорций они общались, пили напитки из разнообразных бокалов и стаканов. Кто-то обосновался на диванах, кто-то у барной стойки. Не смотря на дорогую одежду играла весьма бодрая электронная мелодия, впрочем, не заглушающая голоса слишком сильно, отчего для общения не пришлось бы надрывать связки. Между дорогими во всех смыслах гостями сновала прислуга, делая так, чтобы бокалы не пустели и было всегда что перекусить. - Тут у нас в основном из отдела оперативников и продажников. Так что можешь вполне чувствовать себя в своей тарелке. - улыбнулся хакер. - О, а вот и первая встреча! - пододвинувшись поближе, Харви пихнул локтём Майерса в бок и кивнул куда-то в сторону. Проследив взглядом Джонатан увидел, как сквозь толпу к ним направляется весьма роскошно выглядящая стройная девушка с чёрными волосами и уж очень выраженными скулами. На насыщенных алых губах играла немного кривоватая, в чём-то даже хищная улыбка. - Я смотрю, привычка эпатировать въелась как химический дождь. - возвестила девушка приближаясь к снайперу достаточно, чтобы он ощутил едва ощутимый пряный запах духов и протянула ему изящную ладонь с заострёнными алыми ноготками. - Мария, оперативный отдел. Исторический университет имени Отто Варгейса, 16:21 - Д-да... - рыжеволосая дёргано кивнула, зачарованно смотря в глаза Герберта как кролик попавший в тугие кольца змеи, словно не в силах оторваться от плещущейся в них странной печали. Палец словно сам по себе ухватил длинный медный локон и закрутил его тугой спиралью. Моргнув, она смущённо отвела глаза. Веснушки не бледном лице отчего-то стали менее заметными, а кожа - краснее. Поджав губы и стараясь не смотреть на Миллера Элизабет взмахнула рукой в сторону блестящего неоном белого одноэтажного здания, вокруг которого были расставлены голографические скульптуры в виде деревьев, создававших иллюзию уютного лесного уголка посреди города. - Там студенческое кафе. Не проронив больше ни слова, девушка уверенно направилась через дорогу, хлюпая под кроссовками водой, стремительно утекающей в ребристые стоки. Джулия одобрительно улыбнулась Миллеру и похлопала его по закутанному во влажный фетр пальто плечу, направляясь следом. Место оказалось донельзя уютным и цветастым. В воздухе летали разнообразные голограммы и всё вокруг было подсвечено неоном. Усевшись за дальний столик на пружинящие диванчики, которые тут же стали подстраиваться так, чтобы посетителям было максимально удобно, троица обратилась к делам, не сильно обращая внимание на снующих студентов. Элизабет впилась пальчиками в собачку нейлоновой куртки и раскрыла её, машинально стряхивая редкие капли, оставшиеся после дождя. Мокрые рыжые волосы липли к её бледному веснушчатому лицу, создавая немного болезненный, но такой невинно-чарующий облик. - Так...что вы хотите знать. - Гиберти сложила ладони на белой гладкой столешнице и уставилась на них неотрывным взглядом, машинально пожёвывая нижнюю губу. За окном проезжали машины, а дождь и не думал останавливаться, отчего серость реального мира так резко контрастировала с этим белоснежным интерьером.

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30 - Не всё так печально, друг мой! - патетично взмахнул рукой Харви и усмехнулся, потирая предмет своей гордости - бороду, которую растил целый год. Не то чтобы она была внушительной, но эй, он старался. Критично осмотрев Джонатана хакер кивнул и спрятал руки в карманы брюк и кивая в сторону главного входа. - Старпёров там, на самом деле, не так уж много. Хватает и молодых специалистов из всех отделов. Корпорация сняла целый корпус отеля, так что можешь представить масштабы. - Харви хохотнул, пока вместе с Майерсом проходил сквозь скользнувшие в разные стороны прозрачные двери кивая стоящему на ресепшене мужчине, который без лишних вопросов указал им на уводящий вправо коридор. - И из нашего, ты не поверишь, тоже хватает. Так что пригласили тебя не за славу комедианта, а за заслугили перед злой и великой SinCom! - последняя фраза вышла особо патетичной и гулкой, а выражение на лице Харви обрело наигранный пафосный драматизм. В хакере явно пропадал актёр.

Исторический университет имени Отто Варгейса, 16:21 Джулия кивнула, переводя взгляд на входные двери университета, которые плавно разошлись в сторону и стали пропускать первые стайки студентов, шумно выбегающие под капли дождя и переговаривающиеся друг с другом. Кто-то спешил побыстрее добежать до остановки с транспортом, кто-то не особо уделял внимание льющейся с небес влаге. Но, в общем и целом, золотая молодёжь, проходящая здесь обучение не выказывала особой тревоги или вообще какого-либо беспокойства. - Девушка с ножом - Тэйки Тано, её бойфренд - Евгений Осинский. Пропавшую девушку зовут Хелена Холмс, а её подругу - Элизабет Гиберти. Нет никаких ниточек, которые бы связывали их. - журналистка поджала губы и покачала головой. - Простые...на сколько могут быть простыми учащиеся здесь дети разных возрастов. Первые - четверокурсники, а вторые - первый курс, два месяца назад поступившие сюда...а вот и наш свидетель. Девушка кивнула на идущую в одиночестве рыжеволосую девушку со слегка подавленным выражением на лице с залёгшими вокруг глаз едва заметными тёмными кругами. Одета она была в непритязательную нейлоновую оранжевую курточку и тёмные джинсы, а через плечо была перекинута лямка синего рюкзака. Джулия помахала рукой, привлекая её внимание. Элизабет осмотрелась по сторонам и медленно кивнула, направляясь в сторону стоящих под мостом журналистки и отпрыска богатого семейства. Серый псевдокамень с лёгким хлюпаньем разбрызгивал из-под её кроссовок капли воды. - Попытайся её разговорить, ладно? - журналистка перевела взгляд на Миллера и опять улыбнулась. - Я знаю, ты можешь быть милым, когда хочешь.

Трущобы, берлинский район, 21:05   В ответ на вспыхнувший столб огня изо всех теней раздалось многоголосое яростное шипение, постепенно начинающее напоминать утечку газа, готовую вот-вот сорваться и вспыхнуть обжигающим взрывом, перемалывающим кости в труху и разрывающим внутренности на мелкие кровоточащие ошмётки. Тьма вокруг стала практически вещественной и из неё протянулись склизкие щупальца, вытягивающие из воздуха всё оставшееся тепло, наполняя тело Финна растекающимся по венам холодом, сковывающим движения и заставляющий конечности неметь и напоминать бесполезные брёвна. Однако его слова заставили шипение сорваться на половине кульминации угрожающего крещендо. Как будто допотопная касета зажевала магнитную плёнку и издала нелепый полуписк-полускрип. - Ты хочешшь знать моё имя? - раздался из теней приглушённый вопрос и голос сочился удивлением пополам с безумным весельем, а оттого почти сразу сорвался в тонкое визгливое хихиканье. - Я не могу отказать-с.  Тени в части комнаты перед Финном сгустились и в чуть расширившийся от отступивших теней круг света ступило...нечто. Высокая худая фигура, которая была на равне с самыми рослыми людьми, вот только по комплекции больше напоминающая высушенного паука с сизо-голубой кожей, маслянисто блестевшей на свету. Длинные сухие кисти венчались словно живущими своей жизнью длинными паукообразными пальцами, словно перетирающие невидимую нить. Лицо было вытянуто и лишь отдалённо напоминало человеческое. Миндалевидные глаза, в которых плескалась чистая бездна и тёмные синие губы кривились в полубезумной ухмылке, обнажая острые чёрные клыки. Длинные чёрные волосы колыхались на неощутимом ветру словно паучья паутина, создавая вокруг существа ореол из подвижной тьмы. Укутано оно было в какие-то чёрные лохмотья, висевшие на дистрофичной фигуре истлевшим тряпьём. - Нравитсся тебе мой фид? - существо раздвинуло рот в широкой, очень широкой улыбке, обнажая ряд изогнутых клыков помельче.

Верхний город, Северное кольцо, отель "Майерз", 21:30 Улица спустя множество этажей вниз и минуя роскошно обставленную проходную часть огромного жилого комплекса встречала неторопливой оживлённостью и относительной размеренностью движения людей по ухоженным тротуарам с зелёными деревцами по середине, которые покачивались на едва ощутимом ветру и тихо шелестели зелёными овальными листками с заострёнными кончиками с тихим задумчивым шелестом. Подобную роскошь можно было видеть только в верхнем городе - под искусственным небосводом. Забурившись в пёструю толпу Джон дал потоку людей вынести себя к выходу из пешеходной части спального района, который представлял собой органичную и чётко спланированную структуру с переходами, лестницами, фонтанами и насаждениями, сплетающимся в презентабельную и органичную картину обеспеченного и блестящего лоском места. У бортика огромной магистрали, по которой со свистом на невероятной скорости проносились изогнутые разноцветные капли автомобилей стояли как россыпь ромашек на искусственному лугу жёлтые автомобили такси, которые представляли собой просто бокастые цилиндры с шестью местами и без единого намёка на водителя. Он и не нужен был, так как всё движение выполнялось в автоматическом режиме следуя указаниям из окутывающей верхний город нейросети, создающей стройную и высоко упорядоченную систему из машин и прочих механизмов. Дверь одного такого такси с тихим шипением распахнулась перед комиком, приветливо поворачивая для него кресло и предлагая выбрать место назначения. Машина стремительно ринулась в поток других автомобилей, разгоняясь до невероятной скорости не издавая ни одного звука и не выдавая движение ни единой вибрацией, лишь ускорение слегка вдавливало в кресло, а за окном неспешно тянулись находящиеся в отдалении шпили высоток, горящие сотнями тысяч огней. Магистрали сменялись одна за одной, унося Майерса всё дальше вверх, сменяя один уровень за другим до тех пор, пока он не оказался практически под самыми небесами. Самая высокая, сама дорогая и сама сияющая часть верхнего города. Такси стало замедлять свой ход, пока полностью не остановилось у места назначения. Отель приветливо светился в ночи и отражал непроницаемыми снаружи стёклами окон неон остального города. У самого входа с винтажным названием отеля уже стоял при полном параде Харви. Который смотрелся в дорогой одежду так же непринуждённо и органично, как синий кит во фраке. По нему было видно, что он привык больше к растянутыми толстовкам и уюту собственной берлоги, чем к таким светским вечерам, где за один бокал выпивки можно купить квартиру в нижнем городе. Однако это никак не сказывалось на его настроении, так как во взгляде синих глаз за стёклами очков плескалась лишь скука напополам с насмешливой иронией, обращённой на пафосное здание.

Трущобы, берлинский район, 21:02   Лёгкое дуновение ветра, которому неоткуда было взяться, заколебало огонёк зажигалки, заставляя её ореол дрожать и дёргаться, согревая начинающие замерзать кончики пальцев. В этом странном дуновении ветра раздался раскатистый, едва уловимый смех, зазвучавший прямо в ушах пронзительной нотой и прокатившийся раскатом потустороенного грома по утлой комнатушке, собирая с неё зеленеющую плесень и её невидимые споры. - Челоффек вкуссный. - раздалось шипение одной из теней. - Хорошо паххнет! За этой фразой раздалось сдавленное полубезумное хихиканье, загулявшее по разрушенному кабинету и отдаваясь хриплым могильным скрежетом в ушах. Казалось, в голосе прорезались остервенелые злые нотки, словно каждый шаг и слепые тычки зажигалкой в сторону теней выводили этого "некто" из себя, заставляя его чуть ли не на песок изводить зубы от злости. - Почемму ты не мог проссто спать? Как все осстальные! Ох, он будет не доволен, ссс!  Голос стал превращаться в непонятное булькающее и шипящее воркование, а тени стали постепенно сгущаться вокруг, заволакивая единственный отход к отступлению в главный зал тёмным непроницаемым коконом из теней, а источники света стали постепенно съёживаться и мерцать. Замигала лампа под потолком под порывами ледяного ветра, затрепетал и стал ужиматься огонёк зажигалки, даря всё меньше и меньше тепла остывающей руке...

Исторический университет имени Отто Варгейса, 16:20 - А ты весьма пунктуален. - раздался позади Герберта грудной женский голос вместе со стуком каблуков по мокрому покрытию из псевдокамня, которое выстилало область вокруг университета гладкой ровной поверхностью серого материала, похожего...на камень, как ни странно. Обернувшись, Миллер увидел подходящую к нему Джулию в чёрном пальто с широкими мешковатыми рукавами из полигонально сформированной ткани - последний писк моды. Все буквально фанатели от дизайнерской гибкой одежды, которой можно было придавать самые разные формы. И полигоны сейчас особенный писк всё никак не умирающей моды. Одной рукой Джулия сжимала рукоятку зонтика, по чёрному водоотталкивающему покрытию которого стекали потоки искусственной влаги, проливающейся из искусственных облаков, а другой придерживала перетянутый через грудь ремешок чёрной же сумки. Когда журналистка подошла ближе Герберт увидел, что её бледно-голубые глаза поблескивают неоном в своей глубине - явные импланты, которые она, судя по всему, не считала нужным скрывать. Годы, когда импланты казались чем-то постыдным или странным давно прошли и щеголять ими стало тоже модным. - Удивительное презрение к собственному комфорту. - прокомментировала она мокрый вид Миллера и её тёмные губы дрогнули в подобии улыбки. - Прежде чем мы встретим нашу девушку...я вызвала вас не просто так. Вполне возможно, что ваши познания в...мистичном тут очень помогут и вообще ситуация будет интересна. Задрав голову вверх и окинув взглядом дно проходящего над их головами моста журналистка отвела зонтик и встряхнула, нажимая на незаметную кнопку в овальной рукоятке. С шипением аксессуар исчез в этой самой миниатюрной рукоятке, проявив чудеса компактности. - В этом университете по ночам творятся странные вещи. То слышны стоны и шаги, когда никого нет на этаже, то находят залитую кровью аудиторию. Недавно одна студентка напала на своего бойфренда с ножом, когда они остались одни...работать над проектом после занятий. К сожалению, с ней мы поговорить не сможем из-за взявшей её под стражу родни, а молодой человек отказывается от любых комментариев. По крайней мере до тех пор, пока лежит в больнице. Но... - Джулия сделала паузу, чтобы убедиться в том, что её внимательно слушают, - недавно пропала одна из студенток. Сидела со своей подругой, а потом внезапно встала и зашагала куда-то. Её подруга попыталась её остановить, но у той ничего не вышло, а едва вышла за порог классной комнаты - словно растворилась в воздухе. Сейчас, наконец, полиция сняла с жёсткого карандаша и девочку, и само здание университета. Так что мы сможем с ней поговорить. Джулия немного сощурилась, смотря куда-то в пустоту. - И вот-вот, буквально сейчас должны закончиться занятия. Есть какие-то вопросы? Идеи? Предположения? Девушка чуть изогнула смоляную бровь и ослепительно улыбнулась идеально ровной улыбкой. Настолько идеальной и белой, что становилось больно.

Пролог "Мир в тенях" Верхний город, Северное кольцо, квартира Джонатана Майерса, 21:00 Небо под искусственным куполом никогда не спящего мерцающего города сгустилось иллюзией косматых чёрных туч, плотно укрывающих ненастоящий небосвод непроницаемой клубящейся мглой, которую рассеивало упорное и, казалось, бесконечное разноцветное свечение бесчисленных высоких шпилей и домов, голографических театров и торговых центров, занимающие многие и многие квадратные километры своими исполинским комплексами с десятиметровыми голограммами. Квадратные и круглые гнёзда сверкающих внутренних колец города внутри города сплетались на чёрном полотне в причудливый узор из неона и бесконечных рек света, текущим по руслам многоярусных автострад, петляющих между многочисленными шпилями и огибающие укутанные в ночную тьму сады и парки - такое необычное и чуждое явление в этом городе сотканном из стали и стекла. Привилегия немногих наслаждаться спрятанным от всех остальных осколком старого мира. Вдыхать чистый, не пропущенный через сотни фильтров и машинных систем воздух хотя бы в редкие моменты отдыха и перерыва от своих, безусловно, важных и высокооплачиваемых трудов. Ничто не могло остановить этот запущенный цикл жизни, практически невозможно было поколебать этот спрятанный от всего мира личный технологичный Эдем обеспеченного большинства и он продолжал своё разгульное гремящее существование уровнями ниже и размеренное, пропахшее самыми дорогими винами выше существование. Именно осколок из размеренной, роскошной и благоухающее натуральными духами и настоящего дерева сейчас настойчиво спешил по гиперкабелям Сети, словно хищный паук, устремившийся к жертве. Быстро взбегая по светящимся глянцевым магистралям, петляя между столбами информационных пилонов, разгоняясь по ухоженным и идеально симметричным чистым переулкам и, не задевая зелёных стеблей газона, отталкиваясь от земли и ныряя в бесконечный поток тянущихся вверх этажей одной из многочисленных высоток - вверх и ещё выше - по зеркальному стеклу, по светящимся прямоугольникам чужих очагов и жизней. И так до тех пор, пока маленький информационный пакет со скоростью мысли не вторгся в весьма дорого обставленное помещение и заставляя стоящий на столе экран ПК зажечься голографическим светом, оповещая о поступившем звуковом сообщении. До того раскинувшийся на широкой кровати блондин лениво поднял голову и разлепил глаз. Не успел он сделать команду компьютеру квартиры, как из динамиков полился чуть хрипловатый и до боли знакомый Майерсу голос. - Эй, Джей-М! Это Харви. Надеюсь, ты не забыл, дружище, что у нас тут намечен небольшой корпоративный сабантуйчик в отеле "Майерз"? Собери лучшую своё одёжку и постарайся не выглядеть как моя бабушка на праздновании своего стодвадцатилетия. Там будут горячие девочки и не менее горячие парни...ну, я же не должен тебе всё рассказывать, и так мальчик большой! Харви Клинз - хронический сисадмин, запойный сетевик и просто неизлечимый хакер, который был невидимым призраком в Сети, следовавшим за убийцей в его нелёгком, но невероятно выгодном деле во славу корпорации и хреновых шуток. Верхний город, Северное кольцо, пентхаус семьи Миллеров, 16:00 <ost> Но пульс ночи продолжал рваться всё выше, метя прямиком в химические иллюзии облаков под самым стальным небосводом, устланным голографической матрицей, способной накрыть площадь маленькой страны старого мира. Рядом с сияющими шпилями и выше - прямиком туда, где царапали искусственный небосвод самые верхушки исполинских небоскрёбов и на которых они были усеяны хрустальными полигональными сферами гипертехнологичных пентхаусов, чьи искины угадывали каждое желание своих владельцев и делали так, чтобы любое желание исполнялось едва зарождаясь в пронизанных полосками кварцевых схем мозгах. Агонизирующая, утопающая в роскоши, скуке и рутине верхушка, которая когда не была в состоянии сожрать кого-то переваривала сама себя в натужной и разрывающей внутренности больной оргии следуя движениям танца бесконечного упадка по нисходящей спирали вниз. И мало кто видел за золочёной оболочкой отравляющее всё вокруг своими миазмами разложение. Может быть, именно такие мысли могли посетить человека, который жил под самым небосводом в огромном, дорогом, но сейчас таком пустом и холодном пентхаусе, большую часть которого съедали безликие глухие тени и единственным источником света в котором были лишь высокие окна, рисующие овалы и полигональные сетки серого рябящего света пасмурного дня, катящегося на свою погибель всё глубже в тёмную искусственную ночь. Тени плотно облегали сидящего за широким длинным столом одинокого мужчину, прячась в складках его пальто и превращая усталое лицо в гротескную маску. В его руке был зажат гранёный бокал с плещущимся на дне золотистым виски. Не той химией, которая лишь отдалённо была похожа на настоящий напиток, а самый настоящий виски, выдержанный в бочках и за бутылочку которого многим жителям Европолиса пришлось бы отдать весь свой годовой доход. Но для уставшего от жизни это было лишь забавной игрушкой, привычной ореховой ноткой на кончике языка, которая из пикантной и необычной превратилась в приевшуюся и надоедливую горечь. Перекатывающиеся между пальцами резкие холодные грани стакана задавали какой-то глубокий задумчивый ритм, который хотелось усугубить новым глотком и забыться в дурманящем головокружении. Но стакан на пол пути остановил звонок, раздавшийся под самой подкоркой черепа, отдаваясь ненавязчивым переливом колокольчиков внутри уха. Удивлённо моргнув, Герберт потёр веко и проморгался, активируя встроенный ИРИС, который всплыл видимым для одного лишь него голографическим круглым экраном, парящим в нескольких сантиметрах от лица. В кругу была фотография молодой темноволосой девушки. Джулия Крачинская - журналистка сайта по всякой паранормальной чертовщине и городским историям. В основном пустые росказни, но иногда попадаются и люди действительно в это верящие и ищущие разнообразные зацепки. Вроде этой же Джулии. - Привет, Герберт, я тебя не отвлекаю? - голос девушки едва выдавал подрывающее дрожью волнение. - К нам тут поступил один очень интересный вызов. Из исторического университета имени Отто Варгейса. Там творится какая-то чертовщина по ночам и...в общем тут дело действительно "горячее". Обсудим на месте, ладно? Трущобы, берлинский район, 21:00 <ost> Ни обжигающие лучи солнца, ни скупой свет изъеденной проказой кратеров луны никогда не касался нутра этих мест. Они жили собственной жизнью вне главного цикла человеческой жизни. Тёмный брат-близнец экзальтированного центра, который не скрывал собственной гнили за дорогим глянцем, а вспарывал кривым ржавым ножом своё брюхо и протягивал в лицо тугие канаты воняющих гноем и смертью кишок каждому новоприбывшему. Хаотичные застройки, которые налезали одна на одну, создавая отвратительную мешанину из стилей, уровней и переходов, которые представляли собой самое хаотичное и нелогичное место на этом материке, в котором можно было заблудиться быстрее, чем осознать, что твои ключи от машины срезали. Дневной свет тут заменял бесконечный неон разной дешевизны вывесок, которые чаще всего были настолько древними, что большая часть их просто отказывалась гореть, изобилуя самыми причудливыми светящимися словесными конструктами. Чем глубже - тем более голодным становился взгляд обитателей, тем бледнее и болезненней кожа и тем больше следов ржавчины и тлена было в узорах стен. Этот город гнил изнутри, но многие этого не понимали или не хотели понимать. Ведь проказой поражена лишь "коричневая" зона, до которой нет никому дела. Смотреть правде в глаза всегда было неблагодарным и неприятным делом. Здание с крошащимися бетонными стенами стояло на одном из бесчисленных уровней трущоб, зажатое между такими же полузаброшенными телами старых зданий, окованных железными каркасами. На дворах горели чадящие костры, группка оборванцев грелась у кое-как работающего атомного генератора с подключёнными к ним побитыми ржавчиной лампами на треногах. Когда-то очень давно это было зданием полиции. До того, как в заборе появились огромные ржавые бреши, а двор заполонил мусор и отбросы общества. В его пустых зарешёченных окнах горел неровный жёлтый свет, а внутри стен теплилась своя неприхотливая ворчащая жизнь. Иногда человек не сильно отличался от плесени, цветущей причудливыми зелёными узорами на потолке. Именно этот узор сейчас наблюдал Финн, раскинувшийся на полуистлевшем матрасе, набитом ошмётками воздушного пластика и каким-то жёстким тряпьём. Наблюдал потому, что нечто потревожило его сон. Нет, за местных бездомных можно было не опасаться. Слава бежала впереди нелюдимого беловолосого с лицом серийного убийцы. Но что-то...наблюдало за ним. Где-то там, в глубине комнаты, которая раньше была кабинетом с обломками старой мебели. Туда, где темноту не освещал скупой свет болтающейся жёлтой лампы. Что-то голодное смотрело на него.

Добавлена новая система имплантов с которой все желающие могут ознакомиться в тех.справке. Особо прошу обратить внимание на влияние модификаций на лимит имплантов и новой механики отторжения и о том, как с ней бороться.

R.I.P. Харчок 1316-1332 "Юный муж, проклятый богами и отмеченный дурными манерами, известный своим чернокнижием пал от проклятых созданий, бесновавшихся в церкви. Теперь его душа испытывает вечные муки в адском пламени" R.I.P. Герда 1282-1333 Отважная цельнометаллическая воительница пала в потоках адского пламени древнего дракона Имя: Тычсук Возраст: 26 лет Рост\вес: 196 см\86 кг Раса: орк

Напомню, что осталось... А, нет, даже меньше...4 дня! Без выходных и Мартина Лютера Кинга

Я уж хотел было сказать "а вот нетушки", но тут ко мне в дверь вежливо постучался ногой узкоглазый джентльмен и привёл убедительные аргументы в виде ведра с жидким цементом в пользу того, что имплантов на выносливость не так уж много и больше +2 они не дают, так что можно и засчитать их целительно-оздоровительный эффект для поддержания организма в борьбе с отторжением имплантов. Так что да, считается   И да, если хочешь разносить хорошо из пушек и одновременно в ближнем бою махать кулаками, то лучше повысить ловкость. Тем более её успехи в броске на атаку идут и к финальному броску на урон. Но тут как сам лучше видишь персонажа.

И чтобы не отвлекаться от чарта новостей объявляю новый выпуск "Нерфоцирка"! Нерфоцирцк - nerfing is fun!   А если серьёзно, то система магов явно не рассчитывала на то, что Рассказчик окажется настолько садистом, что не разрешит поднимать Арете выше 1, а потом закинули весьма приличное (аж 6) количество точек. И выходит у нас, что маги в начале ничем особым не выделяются (конкретно в этой игре) и выходят "мастерами всего и ничего". Чтобы добавить какого-никакого характера и специализированности я решил просто взять и урезать количество точек на Сферы с 6 до 4. Можно смело вычёркивать тем квентам, которые есть и которые находятся в суперпозиции в недрах гугл-доков 2, на ваш взгляд, напоминающие пятое колесо телеги Сферы.   Но на этом наш чарт не заканчивается и на очереди импланты. Во славу баланса между накротическим угаром и угаром трансгуманизма (что не всегда разные вещи) количество имплантов "безопасных" будет равно количеству точек в выносливости. Это не касается мелких имплантов вроде тех же датаджэков, аддонов старых железок, ИРИС и аналогов, касается это более крупных вроде кибернетических рук, системах ускорения до 5 космической, киберкогтей и тому подобного. То есть игрок с выносливостью 3 может спокойно установить 3 крупных импланта (не считая мелкие), но если он поставит 4 - его активация будет наносить 1 уровень летального урона (фактор отторжения железок организмом). Наркотики же действут с обратной эффективностью - чем меньше выносливость - тем меньше нужна доза, чтобы упороться. Для желающих можно использовать аналог "Нейропозина" из Deus Ex, который подсаживает на зависимость от приёма этого препарата и блокирует проявления любых наркотических веещств, но убирает фактор отторжения имплантов.   И третья, не касающаяся нерфов новость - открыта покупка медицинских страховок! Они разделены на уровни как и лицензия оружия (2-3-4 СО) и дают возможность лечиться раз в 2 недели абсолютно бесплатно от простых киберклиник до элитнейших образцов, где поставят на ноги даже дёргающийся кусок обгоревшей плоти. Без страховки медпомощь всё ещё возможна, но не то чтобы качественная - простая социальная. И всегда можно полечитсья у знахарей трущоб, попутно подхватив СПИД, нефроэктомию и сущностей в виде гномиков. Если вам это о чём-то подскажет - знахарями называют тех врачей, которые будут исцелять вас гомеопатией, акупунктурой и методичками министерства здравоохранения РФ.

Время чего сейчас? Переслушивать ОСТ-ы "Призрака в доспехах" и "Акиры"!

wow! such otaku, much godno 

И боевая система тоже теперь на месте. На очереди импланты и химия 

Фух, арсенал с базовым оружием готов

Ничего, я понимаю х) в любом случае спасибо ^^