Тем временем в Обливионе...
Констанция, тем временем, оказалась под кроваво-красными небесами, грохочущими редкими вспышками молний. Под ногами была потрескавшаяся, раскалённая почва, а вокруг текли реки лавы и возвышались чёрными рогатыми обелисками устрашающие конструкции, напоминающие не то башни, не то торчащие из земли когтистые лапы. Да, именно таким Обливион представлялся Мигелю, который ещё в детстве наслушался рассказов о вылазках во Врата... И кто бы мог подумать, что однажды ему самому доведётся здесь побывать. Редгард сглотнул - теперь уже не посидишь в таверне и не почитаешь книжки. Впереди - лишь опасность. Впереди - лишь смерть.
Лич, не говоря ни слова, бесшумно последовал в портал за Констатнцией и Мигелем. План Ноктюрнал, разрушенный Мерунесом Дагоном, чрезвычайно соблазнительно. В конце концов, когда ещё мог представиться шанс побывать в подобном месте? Быть может, там действительно не осталось ничего, но лучше узнать это наверняка, чем жалеть о бездействии... вечность. В любом случае, помогать Вайлу Пересмешнику хотелось сейчас меньше всего.
Риск, опасность... Теперь эти слова имеют иной смысл. Кто знает, быть может, это место и способно окончить подобное моему существование. Однако, жизнь после смерти имеет смысл лишь в поступках, на которые не отважишься при жизни, верно? Глупо отрицать свою суть, тщетно пытаться существовать подобием прежней жизни, тем самым упуская ранее недоступные возможности.
Риск? Опасность? Теперь это лишь слова, означающие новые познания и впечатления, от которых ранее было естественно держаться подальше, избегать подобных ситуаций.
Бешеный стук сердца, учащенное дыхание, холодный пот, боль и страх... Они уже никогда не вернутся, а со временем сотрётся и память о них. Теперь всё иначе. Отныне это и есть настоящая жизнь. Лич вошёл в портал.
Открывшийся ему пейзаж вполне соответствовал ожиданиям. Буря и лава, изменение и разрушение, перемены и хаос. Мерунес Дагон оставил после себя явный след на этих землях. Но куда интереснее, что эти земли могут скрывать в себе.
Не успели скитальцы налюбоваться "красотами" Мёртвых Земель, как их уже поспешила встретить местная делегация, состоящая из четвёрки дремор.
— Вы либо бесконечно глупы, либо бесконечно отважны, раз рискнули забраться на нашу территорию. — прохрипел один из дремор. — Взять их!
«Обливион» оказался именно таким, как Хайди его представляла. Как то, еще в начале своего обучения, когда волшебница только появилась в Коллегии, она с огромным трудом выпросила у библиотекаря книгу. На самом деле, книга была для более состоявшихся магов, а она была только начинающим даже еще не совсем учеником. Пришлось тогда попотеть, выполняя извращенные и сложные поручения хранителя библиотеки, но оно того стоило. Это была первая и, как оказалось последняя книга по колдовству, там расписывался ритуал по открытию врат в некий план даэдра, который чуть не поглотил в недавнем времени весь Тамриэль.
К сожалению, Химам тогда так и не смогла увидеть воочию все прелести нашумевшего «обливиона». Самая важная рекомендация в книге при проведении ритуала открытия врат, была в том, чтобы был партнер, который бы подстраховал мага, во время перехода, и помог в случае чего вернуться. Но на тот момент, начинающая волшебница не особо была знакома с кем-то из других учеников, не говоря уже о более опытных колдунах. Так что не рискуя понапрасну она оставила эти изыскания до лучших времен, которые так и не наступили.
И вот она волею судьбы оказалась там, куда так стремилась по глупости и молодости. Не смотря на довольно мрачную атмосферу, Химам ощутила такой прилив сил, что когда, внезапно напали дреморы, она без особого труда разметала того, который проявил глупость напасть на нее. Стоило теперь помочь остальным...
Мигель так же без особого труда разделался с напавшим на него дреморой. Нет уж, больше он не позволит даэдрам навредить его товарищам — даже сейчас раны, нанесённые редгарду гибелью его первого учителя, были достаточно свежи.
— Это вам за магистра Олфрида, твари! — выкрикнул он, отсекая призванным клинком рогатую голову противника, хотя тот, вероятно, даже не представлял, о ком идёт речь.
Было ли это жестоко по отношению к нему? Нет. В конце концов, перед магом предстало всего-навсего очередное порождение очередного злобного разума очередного даэдрического Принца. К таким он уже не испытывал жалости… Но и страх куда-то пропал. Убийство становилось для него чем-то столь же обыденным, сколь и бесконечные прыжки между планами. Более того, подобное времяпрепровождение даже начинало нравиться Мигелю… Нет, разумеется, речь шла вовсе не об убийствах, а обо всех этих их похождениях, встречах с героями древности и пророчествах о далёком будущем. Став частичкой их истории, мальчишка и сам в какой-то степени начал ощущать себя героем… Но ещё равно было почивать на лаврах, тем более что ничего по-настоящему героического он так пока и не совершил.
