Энди-с-Лицом

- Кажется, тут что-то лежало? Или кто-то... Похоже, нужно идти туда - она махнула рукой по направлению леса.   - Почему я по-прежнему не в восторге от происходящего? - негромко задался риторическим вопросом Алестер, перекидывая поводья через лошадиную гоову, чтобы было удобней двигаться. Следопытом он не был, так что ему самому казалось все более странным решение двинуться в этот поход за Веларионами. Единственным, пожалуй, весомым аргументом находиться здесь было сверлить взглядом спину Ламины, но даже это не приносило какого-то удовлетворения.   - Надеюсь, это не Веларионы погнались за разбитыми наголову разбойниками, а то мы выглядели бы нелепо, - продолжал все так же негромко, так что слышать его мог разве что сопящий позади Сэмвел, рассуждать он.

- По меньшей мере, странно, - прокомментировал слова лорда Рейна Алестер, спешиваясь с лошади. Оруженосец тут же протянул факел . - Я с трудом представляю, кто рискнет нападать на прекрасно вооруженный отряд посреди чистого поля. На разбойников как-то не слишком похоже, разве что речь идет об целом преступном синдикате, рискнувшем связываться с отрядом рыцарей с сопровождением, вооруженным до зубов. Что же касается... - он сделал паузу, разглядывая землю, по которой плясали причудливые тени, - я сомневаюсь, чтобы пираты зашли вглубь суши так далеко, никем не замеченные, довольно большой шайкой...

Упасть с лошади.  :haha:  :whistling:

-Брат   он   хотел сказать, что  обоим наследникам    дома  Тиреллов  не стоит  рисковать,тем что они могут  свернуть  шею в темноте  на радость  другим родственникам, но сказал  другое.   - Я рад. что  ты   тут   - Да, я тоже в восторге, - тоном будничной светской беседы ответил Алестер, подстраивая бег своего коня под брата. - Знаешь, твоя безрассудность порой бывает заразительна, - особого удовольствия от процесса бодрой скачки в ночной темноте, прорезаемой светом факелов, на лице Алестера написано не было. Более того, голосок у него в голове уже начинал ехидно интересоваться, зачем эта скачка ему вообще нужна. - Ну или чье-нибудь еще безрассудство... Как прошел вечер? - несмотря на всякие там мысли, голос Алестера звучал так, словно они были на светском рауте.

Я очень вовремя подгреб, но проблема в том, что я не очень здесь ещё...

Алестер не спешил возвращаться в лагерь, но рано или поздно темнеющее небо должно было загнать безразлично вглядывающегося в горизонт лорда обратно в наполненный не самыми изысканными ароматами лагерь. Некоторое время Алестер брел между палаток, не обращая внимания на лихорадочную суету. Но к моменту, когда он добрел до шатра со знаменем Тиреллов, Алестеру уже было интересно, что вызвало переполох. - Сэмвел, разожги ещё одну жаровню, пожалуйста, - пробормотал он, мельком отметив растерянный вид самого оруженосца. Перчатки отправились на походный сундук, пальцы потянулись к застежке плаща. - Судя по твоему лицу, случился, по меньшей мере, государственный переворот. В лагере, кстати, такое же настроение... И где Эртур? - Милорд, посланец лорда Блэквуда просил передать, что лорд Веларион пропал, весь лагерь на ушах, ваш брат немедля взялся участвовать в поисках, - с неимоверной скоростью начал выдавать информацию Сэмвел, попутно не забывая выполнять приказ Алестера. - Стоп, Сэмвел, - пальцы замерли, а Алестер уныло опустил плечи. - Я же просил не тараторить, когда случилось что-то неприятное. Веларион... Кажется, Эртур тренировался с ним в замке... Пропал, значит? - Да, милорд, все с ног сбились, не могут найти, собираются выезжать на поиски за пределы лагеря, - Сэм явно старался говорить не так расторопно, но не слишком преуспевал. - Лорд Блэквуд... - ...уже почти собрал поисковый отряд, да, я понял. Боги, ну почему бы ему не пропасть утром?.. - задал риторический вопрос Алестер, обратно натягивая перчатки. - Сделай моего коня, черт с ней, с жаровней, не судьба, видимо... Быстрее, Сэмвел, не надо на меня смотреть, словно впервые видишь. И свою лошадь седлай... И пусть двое гвардейцев из эскорта подтянутся. Вперёд, вперёд, время не терпит, лорд Веларион - тоже... Наверное. Оруженосец убежал, Алестер же подошёл к сундуку и со вздохом поднял мощную крышку. Внутри покоились доспехи и оружие, положенные быть к любого лорда, выступающего в военный поход (даже без намерения принимать участие). На доспехи он не обратил внимание, вытащив лежащие наверху два клинка. Один, в совсем простых ножнах, с лишенным пышных украшений, но изящным и мастерски сработанным эфесом. Сложная гарда с несколькими простыми дужками должна была прикрывать руку, а тонкий клинок прекрасно подошёл бы для быстрого боя. С некоторым сожалением Алестер положил шпагу обратно: как бы не любил он этот клинок, для конной прогулки тот не подходил. Выбор пришлось остановить на более классическом для Вестероса мече, который, тем не менее, отличался слегка изогнутым клинком. Выходило что-то вроде сабли, которую Алестер прицепил к поясу. На улице уже ждали лошади и сопровождение. Коротко окинув взглядом небольшой отряд, Алестер молча подал знак садиться на лошадей, сам взлетел на своего коня, и вся команда сорвалась догонять уже покидавший лагерь основной отряд.

Я бы сказал, что в этих фразах вся логика мира ПЛиО... но в них немало логики и нашего мира, поэтому они гениальны!   Звездочёт: Не нашел двух жен, с которыми род валирийский продолжить надобно - союза нет) Laion: Вот так и проигрываются войны.  Шерше ля фам.  А если не фам, то плохо шерше...

Я бы сказал, что это даже аутентичненько получается.  :spiteful:   Эта фраза настолько великолепна, что я вот только пойму, как ее красивей разместить вцитатнеге...

- Лорд Тирелл. - медленно, с расстановкой произнесла она, глядя на Алестера поверх огня. - Если я когда-либо захочу Вашей смерти, то это точно не будет яд. Приятного аппетита. И доброй ночи. - Доброй ночи, миледи, - на реакцию солдат, окатывающих его волнами презрения, Алестер внимания обратил чуть меньше, чем на ветерок, играющий с золотыми сплохами костра. Все его внимание было поглощено Ламиной, явившей, кажется, всю возможную прекрасную в своей простой ярости красоту Севера. Особенно если смотреть на нее в этот момент вот так, поверх языков пламени, над которыми сверкали льдинками голубые глаза. Про себя он усмехнулся и поздравил себя с началом безумия очень в духе дедушки леди Болтон. Причем это даже не пугало, а воспринималось с веселой отрешенностью - уже в духе самой леди Болтон. То есть, формально все было очень плохо, но печалиться не получалось. Дурак ты, Ваша светлость... - С людьми это случается, Ольгерд, а лорды, несмотря на флер возвышенности над миром, точно такие же люди, - в тон ответил Алестер, когда полог шатра опустился за скрывшейся в палатке девушкой. - И все куда хуже. Будь я простым дураком, все было бы проще. А, да что я рассказываю, ты же все прекрасно понимаешь. Спасибо, - он не стал уточнять, за что именно благодарит, то ли за приглашение к ужину, закончившееся столь скоропостижно, то ли за "беседу". Алестер подялся с бревна и двинулся прочь от той части лагеря, где расположился отряд Мормонтов, по-прежнему не обращая внимания на бросаемые исподтишка полные неодобрения взгляды. Ноги опять несли его прочь из лагеря, за черту палаток и обходные маршруты часовых, подальше от людей. В какой-то момент в голове мелькнула мысль о бесценных запасах жуткого пойла Редвинов, которыми сир Дейл наверняка поделится, если его попросить. Но он всегда находил алкоголь слишком дурным способом утопиться. Бесед ни с кем сейчас тоже не хотелось: сил строить из себя лорда Тирелла не оставалось, что хоть и случалось довольно редко, но неизменно сопровождалось желанием сбежать подальше. Впрочем, и бежать он не собирался - в конце концов, он же участвует в войне. Пожалуй, можно было посвятить свои мысли войне, которая сейчас пришла на ум столь удачно... В день накануне отъезда из Винтерфелла Он стоял на пригорке и смотрел на все еще алеющий горизонт, за которым скрылось солнце. Даже война неизменно возвращала мысли к разговору с Ламиной. Он потер руки в бессознательной попытке их согреть. - Да уж Алестер Тирелл, ты всем дуракам дурак, - признал он негромко вечернему воздуху и далекому горизонту.

Алестер, на самом деле, гадость, но это совсем другая история... :whistling: Сейчас тоже отпишусь и погребу спать. Эх, провалился план выспаться в выходные, ой, провалился...

- Не обращайте внимания, лорд Алестер.. Арни прекрасно готовит, это я просто не хочу есть пока. - будто бы извиняясь за отсутствие аппетита, улыбнулась леди Мормонт.   - Полагаете, я могу счесть пищу отравленной? - уже после того, как Алестер иронично хмыкнул, он начал понимать, что в окружении здоровенных мужиков в кольчугах бросаться такими фразами может быть чревато такими последствиями, что никакие уроки у браавосийских мастеров клинка не спасут, тем более что даже клинка у него не было. Разумеется, для воинов нападение на лорда не пройдет даром, но Алестер предпочитал отсутствие потрясений сомнительному наличию сатисфакции.   - Я скорее буду ожидать такого от себя, - но остановиться он уже не мог. - Вопреки пословицам... в теории, разумеется. Порой приходится сводить подобные порывы на просто вежливость, - новая усмешка вышла кривоватой, что придавало ему несколько демонический вид.

Ламина улыбнулась Алестеру: - В таком случае, лорд Тирелл, приглашаю Вас к "столу" .   Мимолетная улыбка почти сразу же угасла за вежливым кивком.   Широкоплечий воин в кольчужном доспехе широко улыбнулся, пододвигаясь на поваленном и слегка обтесанном топором для удобства сидения бревне, освобождая место лорду Тиреллу.   Сказать по правде, Алестер чувствовал себя не то чтобы слишком ловко в окружении улыбающихся северян. Нет, в нем не было как такового презрения к простолюдинам, которым грешат многие лорды, что южные, что северные. Но с самого детства его воспитание проходило с выдерживанием постоянной дистанции между наследником великого дома, почти принцем, и всеми остальными, особенно жившими в Хайгардене пажами и прочими детьми кухарок. Разумеется, как это всегда бывает, дети часто не замечали разницы в покрое одежды, но только до определенного возраста, наступившего довольно рано, после которого Алестер постепенно начал превращаться в настоящего аристократа. На Севере лорды были куда ближе к подданным, Хайгарден же был слишком высок, чтобы его воспитанники были близки к народу. Даже в походе дистанция сохранялась: для лордов разбивался отдельный шатер, куда слуги и солдаты свободного доступа не имели.   Но, естественно, демонстрировать свою легкую растерянность от суровых походных условий лагеря Мормонтов Алестер не собирался, довольно успешно компенсируя недостаток опыта невозмутимостью. Про северян говорили, что они были скупы на эмоции, что не особо касалось тесной компании походного отряда, но, поскольку Алестер частью этого отряда не являлся, то его отсутствие эмоций объяснимо. По крайней мере, он развлекал себя такими мыслями, пробуя неожиданно вкусное и, что едва ли не важнее, горячее рагу.   - Мое почтение повару, - произнес он, наблюдая, как Ламина безжалостно ковыряется в пище.

Лорд Тирелл, разделите с нами трапезу? Простая, но могу ручаться, что все самое свежее.   Алестер не сразу ответил на этот вопрос, в некотором скрытом замешательстве какое-то время изучая Ольгерда немигающим взглядом, отчего старый мейстер мог бы смутиться, ведь ничего противозаконного в его словах не было. На Ламину он не смотрел - точнее, старательно избегал повернуть голову, не торопясь увидеть ее реакцию. Хотя что-то ему подсказывало: видеть реакцию не обязательно, чтобы сказать, какая она.   - Почему бы и нет, - вдруг спокойно ответил Алестер, стягивая с рук перчатки. - С превеликим удовольствием. За время пребывания в Винтерфелле я, похоже, пристрастился к местной кухне - южные изыски порой утомляют своей обманчивостью. Разумеется, если миледи не будет против, - он все же посмотрел на Ламину, ожидая, как та отреагирует на нотки язвительности в голосе - тоже почти как в их первую встречу.

Хоть это уже и не труъ, но ждем Парадоксов, верим в Парадоксов, посылаем им пакеты с кровью для вдохновения.

- Лорд Тирелл, Вы чрезвычайно точно описали северную кровожадную романтику, браво.   - Пожалуй, именно благодаря вам я смог столь глубоко познать суть северной романтики, - кивнул Алестер, на мгновение задерживая взгляд на холодных озерах ее глаз. Быть может, он разглядел затаившуюся там боль, но следующие слова были такими, словно ничего, кроме отражения его собственного холода, там не было:   - Но холодает уже сейчас. К этому я, пожалуй, не привык на Севере. Мы отошли далековато от лагеря, - его взгляд переместился на палатки и поднимавшийся над ними дым. - Следует вернуться, иначе нас хватятся. Считаю обязанным вернуть вас вашим людям в целости и сохранности, иначе на меня обрушится их праведный гнев.

То чувство, когда хочется подойти к собственному персонажу и ласково ему подзатыльник отвесить. Мечом, плашмя.  :angel:

- Возможно, это действительно так...  Но и Вы, и я знаем, что чаще приходится быть немного другими. И Вы, несмотря на свое отвращение к войне, все равно будете в ней участвовать, и я, как бы хорошо мне ни было.. Тогда...  Останусь  все той же леди Медведицей, потому что так нужно.   Грустная усмешка сменилась некрасивой гримасой, но оставалось непонятным, что именно в этих словах показалось Алестеру заслуживающим такой реакции. Казалось, что бесстрастная маска, по каплям выпускавшая его эмоции наружу, готова спасть, и вот сейчас наступит тот момент, когда Алестер Тирелл выскажет все, что тщательно скрывалось под спудом прилизанных фраз, искусственных и отвешенных с неживой аптекарской точностью. Но этот момент продлился всего секунды две, а потом... Ламина отвернулась, и даже некрасивая усмешка оказалась стерта железной невозмутимостью, в которой было больше жестокости, чем в самом яростном приступе гнева.   - Смотрите, какой алый закат. Похоже, ночью будет холодно...   - Вы забыли про "опять" будет холодно, - в вежливом тоне этой фразы читался неуловимый отголосок ночного холода. Похоже, Алестер успел перенять слишком много от Севера. - Тем не менее, вид нельзя не оценить. Такие закаты, когда по небу разливается кровь, таят в себе некую коварную прелесть. Звучит, правда, довольно кровожадно, но спорить с этим чрезвычайно трудно. Жаль, что закат короток... хотя последние росчерки будут висеть еще долго.

- Почему? - наконец тихо произнесла она, вновь внимательно вглядываясь в лицо Алестера. - Почему не место? Вы сомневаетесь в том, что у меня достаточно причин, чтобы защищать свой дом и своих родных? Железнорожденные и так достаточно часто высаживаются на Медвежий остров. Если их не приструнить, он уничтожат мой дом и мою семью. Наверное, Вы правы, в том, что погибнуть на войне - это верх глупости. Но другого выхода у меня сейчас нет, хотя погибать я не хотела и не хочу. - она помолчала и добавила: - Теперь - особенно. - Почему? - по всей видимости, этот вопрос поставил Алестера в тупик, заставив удивлённо вздернуть бровь и посмотреть наконец в глаза Ламины. - Я, кажется, забыл, что говорю не с южной дамой, - он качнул головой. Лицо наконец перестало быть маской - на нем появилась грустная улыбка. - Вы во всем правы, миледи. В том, что у каждого здесь есть повод взяться за оружие и броситься навстречу железнорожденным, чтобы постоять за свою честь и свой народ. Наверное, про меня это можно сказать в меньшей степени - юг далеко, и драккары Грейджоев не так часто доходят до Арбора и дальше, хотя добыча там богаче, чем на севере. И для меня было бы преступлением сказать, что вы пригодны для войны меньше, чем ваши люди. Женщины дома Мормонт ни в чем не пожелают уступить мужчинам, я помню об этом... А мне возразить только и есть того, что я по-прежнему уверен: тогда, в звуках музыки и при свете луны вы были по-настоящему собой, - опять наступило молчание, оставлявшее чувство преступной недосказанности.

Я тут, но очень набегами.

Забавно.. Суровая леди Мормонт ни разу не видела настоящую войну, и внутри нее все сжимается, когда она думает о ней. Можно посмеяться над этим, да.. Но на Медвежьем Острове остались мои братья и сестра, которые еще малы, а моим людям нужна уверенность в главе Дома. Поэтому я здесь и даю им эту уверенность. Видите, - она снова взглянула в глаза Тирелла. - Сегодня я с Вами откровенна.. - Откровенность... - протянул он, по-прежнему не глядя на собеседницу. - Не скрою, я тоже не видел войн. И, пожалуй, благодаря моему воображению, я боюсь их. Боюсь, что все мои слова об отсутствии героизма, реках крови и глупых смертях окажутся абсолютной правдой. Я циничен и считаю, что погибнуть на войне, просто ради того, чтобы о тебе спели песенку - это верх глупости. Я не вижу героизма в том, чтобы идти в сражение. Не знаю, сколько в этом страха, а сколько разума. Но продолжаю думать, что война - не место для меня... А самая большая откровенность - что я хотел бы убедить вас, миледи, что война - не место даже для дочери клана Мормонт, - он опять погрузился в молчание.

Рада видеть, что Вы взбодрились, горячее вино со специями очень этому способствует. - пожалуй, не очень убедительно...   - Многие ревнители трезвого образа жизни готовы вступить с вами в жесточайшую полемику, - ответил Алестер с не менее светской улыбкой, про себя подмечая, что не ожидал от Ламины такого искусства ничего не значащих слов и улыбок. Обычно девушка вела себя куда прямее. - К счастью, я не из их числа, и да, вино было кстати, хотя и не настолько, как ваш плащ. С ним я могу честно Увести вас от костра в прогулку, - он предложил ей руку.   Они некоторое время шли молча, провожаемые взглядами случайных встречных. Молчание получилось таким затянутым, что уже показалась граница лагеря и выставленные из разумной предосторожности часовые. Те так же не задали никаких вопросов, полагая, что себе дороже выдерживать потом поток тирелловской спеси и гнева Мормонтов. Но даже когда лагерь остался позади, Алестер продолжал молчать, предоставляя Ламине гадать, подбирает ли он слова, не может начать разговор или вовсе не знает, о чем именно собирался говорить. По его бесстрастному лицу, как обычно, невозможно было прочитать ни одной эмоции, и, как в вечер свадьбы дочери Старка, сейчас это отсутствие эмоций навевало мысли о кукле. Только пальцы спешно крутили фамильный перстень.   - Миледи, я тут размышлял над одним вопросом... - вдруг прорезал он тяжелую тишину своим спокойным голосом. - Впрочем, полагаю, он сейчас как никогда актуален... Вы видели войну? Или хотя бы что-то на нее похожее? Когда одна толпа растерянных мужчин сталкивается с другой толпой не менее растерянных мужчин, потому что их предводители что-то не поделили, и начинают резать друг другу глотки в запале животной ярости?

- И хотя, миледи, - продолжил Алестер, - мне безумно интересны ваши родственники и их... привычки, но я уже достаточно отогрелся, - он отставил опустевший кубок из-под вина, еще не успевший до конца остыть. - Пойду опять замерзну, хотя буду неотступно думать о вашем огненном дедушке, - с наглой усмешкой он поднялся, коротко поклонился Блэквуду и двинулся по лагерю, кутаясь в плащ.   В сущности, душой он не покривил: теплый плащ, костер и подогретый напиток сделали свое дело, Алестер чувствовал себя вполне уютно. Должен был, но не получалось. Разумеется, обсуждать с кем-то свое состояние он не собирался, потому что ни в ком не видел подходящего советника. Конечно, был Эртур, брат, в поддержке которого Алестер никогда не сомневался, но их характеры были слишком различны, чтобы всегда понимать друг друга, а простого сочувствия Алестеру сейчас показалось бы мало. Больше всего пугало, что и сообразить, что именно ему надо, Алестер не мог. Кто знает, может, и стоило признать простую власть лирики... но Алестер не был бы самим собой, если бы мог принимать такие простые решения.   Когда он заметил, что почти дошел до палаток, над которыми реял флаг с медведем, он почти и не удивился. Ламина сидела перед главной палаткой, у костра, вокруг которого собрались ее люди. Компания явно была тесная, и время для них проходило весело. Некоторое время он стоял поодаль, не спеша подходить - не из-за нерешительности, а потому что очень бы хотелось разобраться в том, что стоит говорить.   - Господа, - наконец Алестер оказался у костра, за спиной леди Мормонт. Формулировка "господа" в отношении бородатых и закаленных северных воинов звучала весьма оригинально, но менять стиль речи у Алестера не получалось. - Позвольте мне похитить вашу леди для беседы, - оценивающий взгляд обежал всех собравшихся.

— Даже не знаю… когда не видишь как извивается на костре пока ещё живой человек существует некая недосказанность, не находите? Легко поощрять чьё-то убийство, если не видел его в живую, — задумчиво проговорила Амелия, поворачиваясь к Тиреллу. Девушка нахмурила лоб, пытаясь сообразить о каких таких традициях толковал мужчина, а когда поняла, тихо рассмеялась. — О, вы не так поняли. Моего деда зовут Алестер Лотстон, у него несколько иные традиции и большинство из них связано с Р’глором.   - Так это делает вашего дедушку еще интересней. Сколько удивительных историй я слышал об этих милых проповедниках прихода Азор Ахая... кажется, я правильно запомнил имя. Надо сказать, есть в этих жрецах нечто любопытное и отличающее их от наших септонов, причем, пожалуй, не в пользу последних: они хотя бы признают, что те, кто им не нравится, должны быть сожжены. И не стесняются этого делать. У наших священнослужителей на это сил не хватает, все из-за угла, исподтишка... - на протяжении всего разговора он продолжал задумчиво улыбаться, так что, пожалуй, даже мог на равных поспорить со странностями леди Болтон.

Не знаю говорили ли вам, но у вас прекрасное имя, лорд Тирелл. Моего двоюродного дедушку тоже зовут Алестер. Недавно он приехал из Эссоса и сжег заживо мою тётю, Данеллу Лотстон. Добрейшей души человек.   - Неужели? - рассказ Амелии был встречен крайне вежливым интересом и демонстрацией готовности углубиться в историю Болтонов. - Поразительно интересная личность этот ваш дедушка.  Надо сказать, до нас, на Юге, кажется, доходили какие-то такие слухи... Надеюсь, сам он остается в добром здравии и трезвой памяти, не мучаемый ночными кошмарами. И надеюсь, что к внучкам он относится не в пример лучше, чем к тетушке Данелле. И прдолжает развивать традиции семейного герба.   - Леди Амелия, прекратите пугать добропорядочное семейство Тиреллов северными скелетами своего семейства, - пожалуй, с момента того последнего танца это был их первый разговор. - К тому же ваш дядя был в своём праве, - кто из них не слышал слухи о Безумной Данелле?   - Ну что вы, лорд Эдмар, я, возможно, проникаюсь все большим пониманием особенностей северной души, слушая такие рассказы. Да и в принципе, нахожу их занимательными... и показательными, - оставалось дивиться, как даже некую мстительность в голосе Алестер умудрялся делать вежливой. - Тем более что из леди Амелии получается весьма интересная рассказчица, - пока он это говорил, Ламина встала и откланялась. разумеется, было бы странно бежать вслед за ней, так что Алестер остался у костра, проводив леди взглядом.   Не знаю, правда, зачем он показывал нам столб, на котором сгорела тёт Данелла, но в целом всё прошло просто прекрасно.   - Это как раз вполне объяснимо, - вернулся к беседе он. - Мне было бы безумно интересно... а вам? - невинно поинтересовался Алестер, пряча в чашу с вином улыбку. В оставшейся компании он чувствовал себя третьим лишним, но нисколько не стеснялся, получая искреннее удовольствие от беседы. 

Просто кубик не слышал о такой штуке как теория вероятностей. Ну и это, кубик ненавидит человечество, да.