First Contact

Первая стрела полетела ровно и красиво, и вонзилась прямо.. в апельсиновое дерево далеко за пределами стрельбища. Хьюго засмеялся, перецепил тетиву и взял вторую стрелу. На этот раз он почти не целился.    

Едва установили мишени, Хьюго спустился на поле и взял первый попавшийся лук. Идя на исходную, он повертел его и попробовал тетиву.. руки помнили всё сами, кровь по жилам бежала весело и взволнованно.   Убрав лезущие в лицо волосы за ухо, он прицелился рукой, как учил его когда-то отец, и выпустил первую стрелу.  

Ждём Мастера! Там, видите, есть независящие сложности ( О, всё есть! Ну, сейчас определимся!

Может как-то на завтра перенести?.. И играть (в смысле "мафию") в среду начинать?.. как вариант. 

Ой.. ну вы чё..  :girl_blush2: Залайкали же..  :give_rose:

Хьюго, кашлянув, приподнялся:   - Я тоже готов испытать свою удачу!    Опускаясь на место, он почувствовал, как горят его щёки: уж не совершил ли он сейчас чудовищную глупость, по сравнению с которой все прочие были лишь детскими шалостями? Он поспешил успокоить себя, не может быть такого, чтобы соперники не обошли его. Нет, дело не в том, что Хьюго не был честолюбив или любил проигрывать. Но проигрыши на турнирах никогда глубоко не задевали его и на самооценку не влияли. А второе место в этом конкретном состязании устроило бы его более, чем полностью.

Рассчитывавший на развлечение в мужской компании, а вовсе не на пышное официальное мероприятие, Хьюго несколько странно чувствовал себя в пусть нарядной, но всего лишь рубашке. Но когда запели трубы идти переодеваться было уже поздно, и он невозмутимо занял своё место, поглаживая дубовые листья вышивки и пощёлкивая ногтями по лучническим кожаным наручам. Я потомок Гарта Зеленорукого, говорил весь его вид, и не хватало лишь цветочного венка в волосах.   Когда было объявлено, что станет призом стрелку, лицо Хьюго недвусмысленно вытянулось, а глаза потухли чуть ли не с обидой. Дорнийская принцесса? Да лучше бы дорнийский скакун! Он покосился на своих соседей, решив выждать немного. Помня, что вряд ли находится сейчас в лучшей стрелковой форме, он хотел удостовериться, что соперники будут достаточно сильны.. чтобы ввязаться в это дело без риска. В конце концов, если всё пойдёт так хорошо, что запахнет жареным, можно выпустить последнюю стрелу в небо и.. как сказал Айронвуд, признать себя недостойным.

Я исчерпал лимит положительных оценок на сегодня и ужасно этим удручён!

Усталость Хьюго сняло как рукой - пока он болтал с другими рыцарями, тяжёлая после дремоты голова прояснилась, а предвкушение состязания наполнило азартом и радостью. Даже мысли о том, что лука-то в руках он не держал довольно давно, и велика была вероятность показать себя не слишком блестяще, не огорчали его. В отведённых ему комнатах он стащил с себя "пыточный" дублет, вылил на себя таз мятной воды,  надел свободную светлую рубашку с дубовыми листьями, вышитыми по широкому полукруглому вырезу ворота, почти открывавшему ключицы. Он действительно сильно похудел и впервые с того дня, как замечтал о мейстерской цепи, пожалел об этом, дав себе слово завтра же начать упражняться, хорошо кушать и возвращать былую форму. Зачем? Собирался ли он забросить науку и вернуться к радостям рыцарства? Он старательно не задавал себе этот вопрос. В конце концов, сейчас ему просто было хорошо.   Вино с мёдом и кровью ударило в виски до головокружения, желудок обожгло, но он знал, что это ненадолго. И точно, из палат он вышел трезвым, как алмаз. По крайней мере по собственным ощущениям.

-  Неужели мы  изображены там в виде чудовищ?  В темно- фиолетовых глаза вспыхнули веселые искорки. Вы наверное разочарованы? -  Что не помешало вам пару раз выбить меня из седла, на турнире вы не очень - то боялись или это был ваш брат.?  Жаль, что с ним случилось такая неприятность,  Семеро свидетели, что  мы не испытываем к друг другу теплых чувств, но жаль, что теперь я не смогу поквитаться и сравнить счет .   Смешинки в глазах Хьюго, что, верно, успокоили было насторожившегося Вестерлинга, вспыхнули ярче, он рассмеялся, да так весело, что сам немедленно вспомнил маленького Редвина, болтающего грязными босыми ногами с карниза башни.   - О, гобелены страшны, но чтобы не бояться, Окхарты обычно закрывают глаза, и всё за них делают их кони..   Торопливый и от этого подрастерявший важность слуга только успевал промакивать лоб аккуратным платочком. Гости словно нарочно разбрелись по разным концам Водных Садов, а между тем он уже в очередной раз повторял как положено: Его Высочество просит гостей вернуться в отведенные покои и подготовиться к началу празднования, открытие которого состоится уже совсем скоро.   - ..но похоже, что в сегодняшнем испытании эта тактика не пройдёт. Да и брата она подвела, что уж там. Что ж, Элрик, я рад, что гобелены, похоже, не имеют власти над нами обоими. Встретимся позже, господа!   Он раскланялся со всеми и поспешил в отведённые ему покои - под тяжёлым дублетом он был уже насквозь мокрый. И не мешало выпить пару бокалов вина с бычьей кровью - средства, которому научил его капитан, и которое подкрепило бы его силы, не став испытанием измученному в путешествии желудку.

— Искренне желаю здоровья вашему брату, — сочувствующе сказал Тибольт. — На прием, помимо тех, кого вы здесь видите, приехали еще Дейны, Манвуди, Фреи, приехал Рэйлор Веларион, мастер над кораблями. Еще готов поклясться, что я видел знамена Ригеров. Никого не забыл? — спросил он у собеседников.   - Услышат вас Семеро, - просто ответил Хью в ответ на пожелание. Вопреки распространённому мнению Ланнистер не был ни надменен, ни насмешлив, и располагал к себе. - Север к Югу не приехал? Мне показалось, я видел медведя Мормонтов.. неужели всё таки жара не так безобидна?..   - Сир Хьюго. Добро пожаловать в Дорн.   Прохладца в тоне подошедшего мужчины царапнула, как ледышка по горячей коже. Хьюго повернулся и.. о Семеро, такого прекрасного меча он не видел никогда! Ему захотелось облизнуться и взять его в руки, а губы тем временем сами отвечали на холодное приветствие:   - Я вижу меч, что мог быть выкован лишь из звездной плоти, значит я вижу одного из Дейнов, - он наконец поднял взгляд на черноволосого мужчину и.. ткнул пальцем в его направлении. - Между прочим из-за вас я месяц болтался по волнам, вместо того чтобы честно жарить задницу в пустыне. Когда тебя ещё младенцем подносят к гобелену и говорят "Смотри, малыш, это - Дейн, он плохой и страшный!", то и через четверть века как послушная лошадка делаешь здоровенный крюк, лишь бы не увидеть одного такого во плоти.   Хью убрал палец и чуть склонил голову к плечу, ожидая ответа.

- Похвально мне бы такую выдержку.  А на счет купаний тут есть отличный бассейн и бани. Да и бросьте  на вид вы даже моложе меня. А дремать после дороги это не страшно.   Хьюго рассмеялся и чуть было не хлопнул юношу по плечу. Он вообще с удивлением отметил, что с каждым словом, сказанным или услышанным в этой компании молодых родовитых мужчин, он чувствует себя всё более свободно и.. на месте. Он попытался представить, ощутил бы он нечто подобное, окажись в учёном обществе, и с грустью понял, что ничего, кроме смеси восторга и неловкости не ощущал там никогда. Про кандидатов и наставников и говорить нечего, но и среди прочих учеников было так мало схожих с ним людей, что ощущение собственной неуместности постоянно присутствовало где-то неподалёку.. Он тряхнул головой и повернулся к Айронвуду. — Знакомая ситуация... Иногда попадаются такие капитаны. Такие, о которых думаешь, что лучше бы корабль плыл без них, — Рикард с содроганием вспомнил собственное путешествие, когда на одном корабле капитан умудрился довести пассажиров до белого каления, не отчалив от пристани.  - Точно, - кивнул Хьюго. - И я был полностью в его власти, не мог взять мерзавца за грудки и как следует тряхнуть.. Ну.. так получилось. Таковы были обстоятельства. Но с Арбора я плыл уже на другом корабле и его капитан был отличным малым.    — О, еду, определенно, стоит попробовать. Я не разочаровался. Надеюсь - не разочаруетесь и вы. Как поживает лорд Старого Дуба?   - Когда я отплывал, отец был здоров, благодарю. Он.. весь в домашних хлопотах. После несчастья с моим братом.. - он понял, что сейчас скажет "все эти хлопоты легли на его плечи", и закончил, замявшись, - ему нелегко. А что, кто ещё присутствует на приёме? 

— Очень приятно, — по лицу Рикарда этого нельзя было сказать... Ну, не то, чтобы совсем уж неприятно... Но про "очень" явно было преувеличением. — Вас вчера не было видно. Что-то задержало вас в пути?   - Мне хотелось бы сказать "море и ветер", но вернее будет сказать, что собственная неопытность в дальних путешествиях. Простор так просторен, что каждый его житель мнит себя знатоком расстояний. Это меня и подвело в конченом итоге. Ну и то, что первый из моих капитанов оказался конченым идиотом, украв у меня два дня на пустом месте.     — Вот и Простор подтянулся. Впервые в Дорне?   - Да, но уже надеюсь, что не в последний раз. Хотя, возможно, я ещё не увидел изнанки? Но после моря, моря и ещё немного моря, мне кажется, что я внутри волшебного калейдоскопа. И это я ещё не пробовал местную кухню. Мой второй капитан отчаянно её расхваливал.. хотя на тот момент это и было не совсем уместно, - добавил Хьюго, как-то покривившись.       - Что рай это точно сказал Вестерлинг подходя. И кланяясь, но жара жуть. Эндельт Вестерлинг милорд. - Представился тот поправляя повязку. Не все же время в спины смотреть.   Хьюго поклонился молодому Вестерлингу, с интересом скользнув взглядом по его повязке. "Потерял глаз.. Турнир? Несчастный случай? Или та война?.."   - Я так закоптился в море, что жара мне ни по чём, - улыбнулся Хью. - Хотя искупаться было бы неплохо.. и переодеться, я шёл из посольского зала как раз сменить одежду на что-то более лёгкое, но.. задремал, как старичок.

Они подошли к септе, где на скамейке сидел еще один гость Мартеллов. Раньше они его не видели - должно быть он прибыл совсем недавно. — Добрый день, сир, — обратился Тибольт к нему, — я - Тибольт Ланнистер, а это Рикард Айронвуд, — Ланнистер указал на собеседника.     Голос мягко вытянул Хьюго из дремоты, в которую, оказывается, он погрузился, убаюканный ароматами и плеском водных струй.    Он поднялся со скамьи и улыбнулся, блеснув зубами, кажущимися слишком белыми на загорелом в море лице:   - Хьюго Окхарт, к вашим услугам. Сир Тибольт, сир Айронвуд, рад видеть вас в этом.. раю.

Добравшись до Садов и наскоро смыв дорожную пыль, Хьюго оделся в неброский, но дорогой наряд, стянул в хвост отросшие уже до плеч и выгоревшие на концах волосы и помчался в посольскую палату, где принёс свои извинения хозяевам праздника и неожиданно для себя вдруг вошёл в былой светский кураж и чуть не в лицах описал некоторые этапы своего злополучного пути.. опустив, само собой, возникшую по его ходу тесную дружбу с морскими обитателями. Кажется, семейство Мартеллов-Таргариенов приняло его рассказ благосклонно, во всяком случае он покинул посольский зал с лёгким сердцем. И только тут огляделся. После однообразия морского пейзажа, Водные Сады ошеломляли. Ароматы, краски и формы цветов, шелест фруктовых деревьев, пение и плеск фонтанов и каскадов, мелодичный щебет птиц и доносящаяся откуда-то негромкая музыка.. Хьюго присел на мраморную скамейку и прикрыл глаза. Чтобы очутиться здесь, вероятно стоило проделать весь этот нелепый путь, и он подумал об отце - с теплом и лёгкой грустью: будет нелегко убедить его, что дорнийская резиденция - это не пара глинобитных хижин с отхожими ямами, вырытыми прямо в песке позади них. ! на лавочке где-то за септой

Путь из Староместа в Водные Сады стал каким-то непрекращающимся кошмаром.   Едва выйдя из Шепотного залива в пролив Редвинов, капитан поднял панику: ему то ли показались, то ли просто померещились "железные" корабли на горизонте. И корабли эти, конечно же, охотились за отпрыском богатого рода - то есть торчали тут годами в ожидании, когда какой-нибудь беспечный Окхарт поплывёт к кому-нибудь в гости. Сам Хьюго не видел ничего и предпочёл бы плыть, как плылось, но стяги были спущены, корабль из Заката в Лето пошёл по "секретному курсу", а отпрыск - отправлен в комнатушку в трюме и только что не закопан в тряпки.  После этого на море началось волнение. А у Хью - морская болезнь.   Энни была бы недовольна: к тому моменту, когда, стараясь держаться прямо, но всё равно пошатываясь, её милый мальчик вышел на пирс Морской Звезды Арбора, он явно "схуднул" на добрый десяток фунтов. Но хуже было другое - далеко не сразу нашёлся кто-то, кто признал в этом благородного Окхарта. Корабль подошёл к острову без стягов, а тот, кого помнили на Арборе блестящим рыцарем, ныне выглядел.. неузнаваемо: в своём ученическом балахоне и после нескольких (спасибо капитану с его "секретным курсом"!) дней, проведённых в трюме в обнимку с деревянным ведром, всё время норовившем выскользнуть из объятий.. Всё кончилось не совсем приятной сценой, когда устав что-то культурно объяснять, Хьюго стащил с себя балахон, обнажив явно не школярское тело, и позаимствовал у одного из своих людей меч: пара слов, сказанных металлом, оказались доходчивее, и встречающий, поддерживая на себе штаны с аккуратно, но напрочь рассечённым поясом, наконец озарённо воскликнул: "Дева откажи мне семь раз! Да это и правда сир Хьюго! Но как же схуднул!", и всё это под заливистый хохот меднорыжего мальчишки лет шести-семи, болтающего босыми ногами откуда-то с карниза башни, защищающей сход с пирса. Хьюго обожал Арбор всем сердцем, обожал Редвинов с их веснушками и непосредственностью, но на этот раз встреча отняла жалкие остатки сил: сделав пару шагов, он рухнул на землю, которая какого-то Иного шла рябью, что твоё море.   В общем, если бы дальше в Водные Сады можно было идти пешком, Хью так и сделал бы. Но Арбор, увы, был островом.   Кроме того, сколь нелепой ни была перспектива и далее коротать дорогу на великосветский приём в удручающе однообразных беседах с деревянными ёмкостями или рыбками за бортом, быть убитым, раненным или пленённым, казалось Окхарту и того нелепей. А его отнюдь не рыцарский отряд никак не располагал к сухопутной дороге через весь Дорн, начинавшийся, тем паче, в окрестностях твердыни Дейнов, о которых отец был весьма однозначного мнения: прирежут, а потом посмотрят, кого прирезали, если будет не лень слезать с лошади.   Соображения об уместности путешествовать "как мейстер", в скромном и мирном сопровождении, всё отчётливее казались Хьюго столь же достойными и ценными, как заблёванный ученический балахон, брошенный на портовом пирсе. За чашей золотого арборского, в беседе с лордом Редвином, он пару раз удерживался от того, чтобы схватиться за голову, всё чётче понимая: думал, собираясь в путь, он явно не ею.   Но в своё удовольствие хвататься за голову и задерживаться на Арборе было нельзя. Время, потерянное из-за маниакальной осторожности капитана, предстояло как-то навёрстывать. И тут лорд Редвин не обрадовал: морской путь вдоль Дорна в это время гладким не бывает, и даже опытный и не страдающий разными видениями капитан, которого он собирался отрядить для Хьюго, не мог бы побожиться, что приведёт корабль к дню приёма.   Но отплытие  всё таки задержалось - из-за поисков младшего сына лорда, надумавшего отправиться оруженосцем в Дорн на пару лет раньше, чем было обговорено с Мартеллами, и потому запрятавшемуся где-то в недрах корабля. Наконец, под влиянием громких и грозных объявлений типа "отправлю в обгон ворона - будешь в Дорне на банщика учиться, а не рыцаря!", рыжий любитель ржать, как жеребёнок, и болтать с высоты ногами осознал несовершенство своего плана и покинул корабль, без всплеска сиганув с борта за спиной не на шутку разъярённого родителя. Ещё день пропал.   Спешка на море - вещь мучительная. Особенно когда капитан и команда явно делают всё возможное, подгонять остаётся только море и ветер, а эти двое лишь смеются над тобой, лаская друг друга то нежно, то бурно, и корабль то еле тащится с повисшими парусами, то летит, преодолевая волны, совсем не туда, куда надо..     Худой, обросший и загоревший Хьюго сошёл у Солнечного Копья ровно на следующий день после приёма. Его походка приобрела намёк на моряцкую грациозную развязность, его желудок уже дольше месяца не удерживал в себе ничего дольше пары часов, за это время он в подробностях перебрал в уме и рассказал рыбкам за бортом свою жизнь. Он чувствовал себя чистым листом, подхваченным горячим ветром. Сказать точно, кто взлетел в седло купленной тут же лошади (едва не зарыдав от ощущения под собой управляемой стихии) и направился по дороге в Водные Сады, он не взялся бы сам.       *вне игры* буду через полчасика! *в игре*

Я предлагаю, чтобы не погружаться в дискуссии, просто вспомнить ИЗНАЧАЛЬНОЕ требование к персонажам: что это представитель ИЗВЕСТНОГО БЛАГОРОДНОГО ВЕСТЕРОССКОГО ДОМА. Точка. И что если есть желание взять кого-то, не отмеченного в справке, желательно дополнительно проконсультироваться с Мастером.   Предлагаю на этом закончить, т.к. спорить тут не о чем - это не выдуманное сейчас требование, оно висело в шапке с самого начала и уже 11 дней.

Вот прочти, что Ося выше написала. Тут дело не в том, что такой персонаж в принципе невозможен в сеттинге. А в том, что он неуместен в данном его куске, который ограничен сюжетом данной конкретной игры. Он для неё - экзотика, нечто неординарное. В Филиппе Киркорове нет ничего невозможного. Но в игре про то, кто шарит по карманам в школьной раздевалке, он неуместен, он в неё не влезает. Потому что его появление за партой 2 "Б" класса само собой - СОБЫТИЕ. И на фига тогда всё остальное вообще?.. Понимаешь? Грубо это называется - перетаскивание одеяла на себя. Понятно, что не специально, но посмотри сверху и сбоку на игру. Архейнард сейчас торчит как  бриллиант среди красивых камушков. Вот только это нечестно.

Нет, Эйрин, гостя из Вольных Городов сделать нельзя. Потому что в Мастерских требованиях к игре написано, что персонажи принадлежат к одному из известных аристократических родов Вестероса. Потому что если всё можно, то я прилечу на собственном драконе. И с Дэвидом Боуи в качестве подружки. Только при чём тут приём у Мартеллов в честь союза с Дорном?.. Гость из Вольных Городов там не нужен - как, например, президент Зимбабве на твоём дне рождении. Хотя он очень-очень классный.

Вект, очень классная биография, я прям зачитался. Только она.. к какой-то другой игре. Например к игре по Валирии-до-Рока, да.   Я приведу пример, и, думаю, сразу станет понятно. Если мы собираем игру в сеттинге трёх мушкетёров, а один из героев у нас - римский прокуратор Понтий Пилат в тоге, с полной эпиляцией (как полагалось у римлян того времени) и стражей с гладиусами, то играть в это затруднительно. А если он Иешуа Га-Ноцри, умеет воду в вино превращать и бегать по водной глади - играть невозможно.   Поэтому, Вектуш, что делать остальным - НОРМАЛЬНЫМ в контексте игры - персонажам и неписям с крутым парнем, вынырнувшем из прошлого, да ещё и с магическими талантами?.. Его ни по спине не хлопнешь, ни в щёчку не чмокнешь, ни по жопе пенделя не отвесишь.    На Мастерское усмотрение, в общем. Я бы сам просил эту биографию отложить до игры по Древней Валирии (или чему-то такому), где она будет уместна, а для этой игры - войти в её, игры, реалии.     ----------   И я что-то за всю свою речь ни разу не улыбнулся.. Но это просто потому, что мне ужасно жалко реально хорошей биографии. Но которая в эту игру не подходит.

Всем до завтра ) Так я и остался немытый не дошёл сегодня в игру, но уж заааавтра! Уххх! 

Да, обязательно!! Только попозже!! Но я очень надеюсь, что сегодня .)

SYNNET, я там поправил твои посты - не по содержанию, а по оформлению ) Желательно писать без капса плюс речь персонажа оформляется, как прямая, а в кавычках - мысли )

Я надеюсь, подтянусь через 2-3 часа тоже!

Игра началась!    Запись будет открыта ещё сутки.