Лорд Байрон

Можно ли использовать Жизнь, чтобы проверить, есть ли что-нибудь живое под водой?

В таком случае кину сейчас, пусть шансов и мало, а потом все напишу разом.   Разум, Внимание   Успех?

Другие броски делать нельзя, верно?

Дух   Каким образом стоит описать неудачное заклинание?

простите, были проблемы с интернетом.   Я бы кинул на спасение мальчика, если вы ещё тут.

Я спрошу больше на будущее - какой бросок на то чтобы разузнать у знакомых солдат Рональда, которые уже были в Африке, советы насчет пребывания там?

Я буду тут в течение всей ночи, но могу пропадать на отрезки времени чтобы отписать в Культ. В целом я свободен, впрочем.

@Thinvesil, если я правильно понял, то нельзя было описывать как мы подъезжаем к Сирене, только доезжаем до доков. 

Оружие есть. Остальное он купит сам. Он, тем не менее, прогуляется с остальными, если все идут за покупками.

Нет, у Маккейна есть одежда.

Несколько подправил свой пост.

- Можете звать меня Кейн, что мать, что батюшка - шотландцы, - умный маг никогда не называл своего имени. В именах крылись нити, связующие тебя с их владельцем, и если мои опасения насчет присутствующего здесь демонопоклонника были правдивы - стоило быть вдвойне осторожным. Странно что преподобный не догадался до моего имени, но стоило потянуть этот момент. - Мои религиозные верования... достаточно будет сказать, что я верю в Вознесение. Каждый маг имеет возможность вознестись, постигнув самую суть своего Аватара, и через него - всё мироздание.

- Воин бравый, - обратился преподобный к одноглазому вояке в обрывках мундира. - Не могу разобрать, из какого ты полка и в каком ты звании. А тако-же, удовлетвори любопытство мое: что ты говоришь патрульным, которые тебя останавливают за надругательство над мундиром?   - Я более не состою на службе короны, а потому и оставлять опознавательные символы было бы неправдиво. С другой стороны - я все ещё остаюсь солдатом, пусть и без армии, а солдату надлежит носить форму. Как символ, - Рональд ухмыльнулся и потер незрячий глаз. - Что же до надругательства над формой... для того, чтобы не оскорбить честь тех, кто все ещё сражаются во имя нашей славной Империи, я ношу форму старого покроя, ту, что использовали до войны с русскими, когда я ещё служил. Большинству этого объяснения хватает. Могу поинтересоваться, чем вызвано ваше любопытство, святой отец? - вежливо поинтересовался солдат, буравя священника заинтересованным взглядом.

Место одно и то же, но вы об жтом, разумеется, не знаете.

Рональд носит расстегнутый нараспашку красный мундир. Форма лишена каких-либо орозновательных сииволов и сам он не распространяется о своем армейском ранге, пока у него не спросят прямо.

Я сам постараюсь подойти через час, но могу не колько задержаться. Если не возражаете, то можете считать, что Маккейн идет в доки с остальными.

Наследник   Пламя заряда разгорается все сильнее и сильнее, превращая замок металлической двери в оплавленную металлическую жижу, горячими каплями падающую на бетонный пол. Ты смотришь как танцуют тысячи задорных искр, и придвигаешься ближе, завороженный танцем огня, пока коридор стал медленно наполняться белым дымом. Искры приглашают тебя присоединиться к их безумным пляскам, прожигают маленькую дыру в твоей рубашке, а дым начинает кружить голову. Это все было знакомы, до боли знакомым, и неотличимая от пламени заряда искра узнавания перерастает в ревущий пожар, из-за шипящих синих языков которого ты можешь увидеть тонкую фигуру, смеющуюся в такт разрушительного огня.   А потом шипение становится все тише и тише, пока огонь не затухает окончательно, и то что осталось от двери не отворяется с режущим по ушам скрипом.     Кукла   Дверь начинает полыхать внезапно, с неприятной смесью из треска и шипения плавящегося железа. Погруженный в свои собственные мысли, ты отшатываешься едва ли не с ужасом, который сменяется удивлением и, наконец, любопытством. Твой мучитель никогда не входил таким ярким способом, и вряд ли стал бы входить сейчас. Так неужели это - спасение, посланное свыше? Нет, такого быть не может, с чего бы так вдруг, после четырех месяцев.... Тебя ведь и не искал никто, наверное.    Наверное, это был просто сон, один из тех кошмаров, где тебя будут дразнить спасением. С тех пор как ты начал путешествовать по миру снов порой различить что было плодом твоего разума, а что - реальным миром. Часто ты думала, что находящееся по ту сторону - это реально, а пытки, которым тебя подвергали в этой коробке из золота и лжи - всего лишь плохие сны. Но нет, реальный мир всего лишь был местом хуже любого кошмара.   Со скрипом дверь отворяется, и внутрь заходит он... нет, не он. Кто-то другой. Те же темные волосы, похожие черты лица, но взгляд был абсолютно другой. Тот смотрел как блаженный, пребывающий в вечном экстазе. Глаза этого юноши выдавали нечеловеческие страдания, через которые он прошел, как и желание сделать то же самое с окружающими в стократном размере.   Хорошие люди так не смотрели.

Все в порядке, разве что в прологе Петры фигурировал племянник.

Подавленные воспоминания Даррена    ЛакеДушеГончеТаб, , как будете тут - сделай бросок Keep It Together 

Моей ролью в спектакле жизни было быть солдатом. Так было предназначено, и я мог бежать от этого предназначения что угодно - рано или поздно война все равно настигала меня. Наивные люди часто не могли принять, что их роль в Гобелене была предрешена в тот момент, когда их душа попадала в колесо сотен жизней, которое продолжало свои обороты до тех пор, пока они не выполняли назначенное силами свыше предназначение.   Я возвращался на войну, а значит нужно было снова начинать мыслить как солдат, как офицер. Для начала было бы неплохо ознакомиться с лидером всей экспедиции - пусть нами наверняка будут верховодить инквизиторы, но именно он был центром всей этой операции, судя по словам суда.   Значит, нужно поговорить с Протеем Пуллвиком.

Вполне подойдут.

Чуть позже отпишу Морроу и Даррену    Для второй "группы" придется подождать, пока отпишутся Шульц и Мун, но я надеюсь, что они ответят уже сегодня.

Благодарю.

Артист   Щелчок. Вспышка. У тебя вырывается вздох облегчения - рабочий день был практически закончен, так что скоро ты могла поехать домой, вздремнуть пару часов и отправиться исследовать подноготную Чикаго во всей её омерзительной красоте. Ещё лучше - сегодня вечером тебе наконец пришлют нового охранника вместо того который, не выдержав многих лет накопленного на работе стресса, покончил с собой через неделю после того, как его прислало агентство. По крайней мере, такова была официальная версия, но ты не была столь наивна, чтобы верить в подобный идиотизм.   - Ну что, Мисс Линдберг? - твой клиент улыбается. Он нравился тебе больше, чем все модели, с которыми ты работала последние годы, вместе взятые. В этом долговязом брюнете с темно-зелеными глазами было нечто мечтательное. Его взгляд всегда был подернут сонной пеленой, будто умом он был в своих грезах, лишь изредка возвращаясь в реальный мир.  "Реальный" мир.   Кроме того, у него была очаровательная улыбка, которая придавала любому фото легкий оттенок печали. Такая уникальная экспрессивность была редкостью в твоей профессии. Когда-то давно, ещё в начале твоей карьеры, ты умела вытягивать эти черты из каждого человека, но вскоре поняла, что пытаться превратить бездушных кукол в людей было слишком дорого для твоих времени и сил. Здесь же все было на самой поверхности, словно подарок тебе за годы терпения.   - Мсье фон Ванн, - вступает в разговор Стефан, вовремя засекший, что ты излишне задумалась и не отвечаешь на вопрос. Он кидает взгляд на фотоаппарат и кивает. - Все получилось прекрасно, как всегда. По секрету скажу, что мадмуазель Линдберг считает вас одним из лучших клиентов за последнее время. Уверен, мы закончим к следующей неделе, так ведь?   Ах, Стефан, Стефан... юноша компенсировал полное отсутствие всякого таланта умением подбирать слова таким образом, чтобы клиенты не только оставались довольными, но ещё и уходили с лучшим мнением о тебе. Без него ты уже ушла бы из профессиональной фотографии, не в силах выдержать того груза фальши и лжи, которую протеже брал на себя. Воистину, скрытое благословление.   Они продолжают о чем-то говорить, а ты отпрашиваешься на мгновение, чувствуя жжение в области лба. Это жжение не было для тебя новым ощущением, оно продолжалось уже четыре месяца, сначала раз в неделю, но в последнее время это случалось всё чаще. Оно не было видно невооруженным взглядом, не отражалось в зеркалах, но всегда безошибочно проявлялось на фотографиях - круг, в который был заключен кадр из психоделичного фильма, безумная пляска фигур и цветов. Но проходит несколько мгновений - и боль утихает, а значит и сама метка вновь скрывается в ничто.   - Благо, вы мне льстите, уверен, что мисс Линдберг имела удовольствие работать с моделями намного более смирными, - Николас смеется, и в его глазах пляшут искры, когда вы встречаетесь взглядом. - Раз уж мы закончили, госпожа Петра, быть может вы согласитесь составить мне компанию за обедом? Заодно я бы хотел вам кое-что показать, как ценительнице прекрасного.   Его лицо не менялось на фотографии старенького "Сони" ни под каким ракурсом.       Ученая   Ты проводишь пациента до двери и закрываешь дверь, выпуская на волю тяжелый вздох. С того момента, как вы с Джереми решили снять квартиру-студию, где можно было совмещать работу и повседневную жизнь, каждый день проходил рутинно. Работа, дом, прогулки, свидания... в кой-то веки ты чувствовала, что вошла в комфортный темп жизни, и постепенно воспоминания о годах, проведенных в госпитале, отступают на второй и третий план, становятся призрачными, словно ты никогда не проводила сутки в пристанище безумцев.    По крайней мере, такие мысли ты старательно прокручивала в голове, в надежде что если достаточно сильно поверить в ложь - она станет правдой. На деле же мир вокруг преобразился, пусть окружающие этого не замечали. На изуродованных краской стенах стали мелькать загадочные символы. Вещи, которые говорили некоторые пациенты приобретали смысл, идеально вписываясь в новую для тебя картину мира. Прохожие на улицах смотрели на тебя нечеловеческими глазами. В хлопках выстрелов очередной бандитской разборки угадывалась чудная мелодия, в которой скрывалось множество секретов, нужно было лишь её понять...   Сегодня твой рабочий день кончился рано и можно было расслабиться и подумать, чем заняться в течение остатка дня. Приготовить себе чего-нибудь перекусить, разобраться со счетами, предложить Джереми сходить вдвоем в кино...   Потом плавных, расслабленных мыслей прерывает писк сообщения. Номер Гловера и сперва на ум приходит мысль, что он хочет устроить очередной визит, но текст оказывается намного более тревожным: просьба встретиться через полчаса, с неким "срочным делом", которое он не может объяснить по телефону, и адрес. От этого сообщения так и исходила тревога, омывая тебя тяжелыми волнами.    Что случилось с Джеймсом теперь?       Сломленный   До недавнего времени ты не знал, что такое страх. Как и многие другие эмоции, страх был выдавлен из твоего сознания терапией и лекарствами, но теперь, без того и другого, страх вернулся. Вместе со злобой, ненавистью, удивлением и целим ворохом другие старых-новых ощущений. Свобода была опьяняюще прекрасна до того момента, когда ты потерял сознание от голода, отдав последние крохи своей еды Лоре.    Лора... она была волшебным существом, подарком от Луны, доказательством, что твоя жажда убивать может быть причиной для чего-то хорошего. Если бы ты не всадил нож одному ублюдку в затылок и не свернул бы второму шею - её бы сейчас здесь не было. Не было бы и множества других столь же невинных детей, лишенных дома, павших жертвой самых ублюдочных из человеческого рода.    Насилие не было че-то плохим. Оно было таким же инструментом, как слесарный набор. Как заткнутый за пояс нож-бабочка. Инструментом, который ты обещал Луне использовать в Её славу. А разве что-то, сделанное в Её имя, может быть плохим?   А что если может?   Вы заворачиваете за угол, переходя из тех районов Чикаго, где не смолкали рыдания бедняков и свист пуль, в места, где люди не жили и не вживали, но влачили жалкие, бессмысленные, повторяющиеся изо дня в день существования. Девочка ведет тебя со странной уверенностью, пока вы не останавливаетесь у пятиэтажного комплекса апартаментов.   - Я видела как докторша вчера заходила туда, но дверь заперта. нужен па-роль, - заговорчески шепчет она тебе и отходит в сторону. Что же, твой поиск закончился. Нужно только найти путь внутрь - или дождаться, пока Шульц выйдет сама. Не вечно же она там сидеть будет...

ВСЕ игроки получают 3 Очка Опыта.   Кроме того, теперь вы можете выбирать Драматические Зацепки. Каждый игрок выбирает одну Зацепку для себя и одну Зацепку для одного другого игрока.