Dragon Age: Под закатными парусами

[Perfect Stranger]

 

 

Спойлер

— ...таким образом, мы готовы к любой неожиданности, — закончил отчет высокий, немолодой уже мужчина в морской форме нового образца. Тиберий, уперев руки в стол, покачал головой:
— Да. Отправление сегодня, в ночь, — он кивнул головой на окно, за которым только-только начинался день. — И помните, мы не имеем права на ошибку. Свободны.
Он покинул свой рабочий кабинет последним, намереваясь отправиться домой. Все было готово к отправлению на Сегерон. Империя начинала свой последний поход, от которого зависело, будет ли у государства будущее или нет. Впрочем, сегодня он не хотел думать о судьбе вверенной ему военной кампании — хотелось отправиться домой. К жене.
Если бы не жесткие условия, поставленные архонтом, он бы предпочел оставить жену в Империи, спасая ее от возможной опасности. Но старый друг прямо сказал, что, в случае провала, Тиберию путь обратно будет заказан. Естественно, жрец Лусакана верил в победу тевинтерского оружия, но всегда рассматривал все варианты развития событий. Он уже негласно дал распоряжения начинать набор наемных отрядов для службы на благо страны, но, в глубине души, идея использовать «шлюх с мечами» ему не нравилась. Впрочем, проведя некоторое время в шкуре подобной «шлюхи», он знал, как могут быть эффективны «свободные мечники».
Карета уже подъехала к воротам в поместье. Слуги были отпущены еще с утра, остался только старый эльф, который решил остаться и следить за поместьем. Пройдя в небольшой садик за домом, Тиберий подошел к беседке, покрытой плющом. Без людей тут было неуютно — Церес уже отправилась в порт, совершать последние приготовления и олицетворять его власть. Почти все корабли, бывшие в Империи, были мобилизованы во флот, больше тридцати тысяч человек сейчас готовились к отправлению в последний поход — все, что смогла дать армии страна. Маг закурил, сел на скамеечку и закрыл глаза — перед глазами стояли корабли на рейде, полки солдат, идущих в бой, огонь и кровь. Видение будущего или он просто переработал? Через несколько минут до него донесся шорох шагов.
Мягкое касание лап по траве было неслышным, в отличие от легких шагов обутых в тонкие кожаные сапоги ног девушки. Сев рядом, она протянула руку и провела по широкому лбу приземлившегося на землю зверя, спрыгнувшего, должно быть, с излюбленного дерева, где он отдыхал и наблюдал. Заняться чем-то другим удавалось редко. В городе не место для дикого животного, а уж тем более — для такого, как Сигурд, и Раэна иногда жалела о том, что притащила его сюда, словно в золотую клетку.
Впрочем, она и сама себя иногда чувствовала так же. Не зря рысь она называла своим «братом».
— Забавно, — сказала она негромко, откинув заплетенные в косу волосы цвета воронова крыла, которые отросли уже ниже пояса. — А я только начала привыкать к этому городу, как нам снова нужно уезжать. Но я не чувствую сожаления. Может быть, Сегерон похож на Коркари? Я знаю, что там жарче, но непроходимые леса все похожи друг на друга.
Раэна никогда не расспрашивала магистра о том, как и с кем они собираются воевать. Кажется, война вообще мало интересовала ее — тевинтерцы, как и кунари, были от нее так же далеки, как орлесианские шевалье. Несмотря на то, что она прожила в Минратосе уже больше года, дикарка так и не смогла полностью влиться в его общество. Сначала ее воспринимали лишь как экзотический приз, который Тиберий привез из далеких земель, а потом просто перестали обращать на нее внимание. После совместного путешествия в Неромениан, ее брат Бальдр снова уехал — и на этот раз гораздо дальше, в Ривейн, по своим наемничьим делам. Ей хотелось бы поехать с ним, но Раэна понимала, что это путешествие займет гораздо больше, чем месяц; а покидать в такой момент Тиберия было бы предательством. В ее клане считалось, что семья должна держаться вместе, куда бы она ни направлялась, и оставить семью позади считалось огромной трусостью и позором. Поэтому Раэна недолго думала и предложила ехать с Тиберием на Сегерон сразу же, как только услышала об этом. Еще, конечно, было желание попутешествовать — но упоминать его она не стала.
— Если все получится, то мы вернемся сюда через год. Как победители. Но, в любом случае, ненадолго, — маг криво усмехнулся и указал на место рядом с собой. — Ты уже точно решила, чем будешь заниматься, пока я буду командовать? Надежду на то, что ты тихо посидишь в гарнизоне, мне стоит отбросить, верно?
Не хотелось ему подвергать ее жизнь опасности, но, с другой стороны, все они будут в опасности. Если девушка хочет повоевать — ее право. В любом случае, одну он ее не отпустит, а найти пару десятков хороших солдат он для нее сможет. Вот только поможет ли это при встрече с кунари? Вот тут уже были сомнения.
Девушка мягко рассмеялась и дернула рысь за ухо. Тот для виду недовольно поворчал, но вскоре улегся у ее ног, прикрыв глаза и шевеля коротким хвостом. Он, казалось, тоже чувствовал всеобщее волнение перед предстоящей поездкой, но в отличие от своей сестры, не боялся моря. Раэна, хоть и смогла побороть свой ужас перед большой водой, все еще недолюбливала долгие морские походы.
— Сидеть в гарнизоне, когда вокруг столько мест, которые можно посмотреть? Ты, наверное, шутишь. Убийства не доставляют мне радости, но если есть возможность… — она прикусила губу, задумчиво разглядывая темнеющее небо. — Я бы хотела заниматься разведкой. Охота вряд ли понадобится твоим людям, а вот узнавать новое всегда полезно. Да и мне будет спокойнее, если я буду делать то, к чему привыкла. В нашем клане охотники — это почти то же самое, что и ваши разведчики. Они не только добывают мясо, но и составляют карту места, где находится клан. Было бы очень неприятно, если какое-нибудь враждебное племя подобралось бы слишком близко.
Тиберий тихо рассмеялся. За это он ее и полюбил — нежелание сидеть на одном месте и вечный поиск неприятностей на свою задницу. Все же попытка сделать из нее «светскую леди» с треском провалилась на приеме у архонта.
— Хорошо. Думаю, мне не стоит тебе говорить, что случится, если ты попадешь в плен, верно? — он вздохнул и продолжил. — Я отдам нужные распоряжения. Отправление сегодня в ночь. Удачное время, не находишь?
Тиберий намекал на толстые обстоятельства — Раэна тоже была связана с Лусаканом, которые, пока что, на связь с новообретенной последовательницей выходил редко и был для нее чем-то непонятным, но и не сильно мешающим жить. Выход ночью делал комплимент Древнему Богу, и можно было рассчитывать на некую помощь.
— Я не попаду в плен, — уверенно заявила хасиндка, прищурившись и приобретая некоторую сталь в голосе, которая если и появлялась, то редко. Тиберий почему-то вспомнил тот день, когда она едва не застрелила его из лука. Пожалуй, тот момент и был неким переворотом в их отношениях, хоть и не очевидным. Трудно было поверить, что прошло столько времени — иногда поход в Антиве казался событием вчерашних дней, а не годовой давности. — А даже если и так, то Сигурд примчится за помощью быстрее ветра. Он не оставит меня в беде.
То, что они отплывают ночью, ее не смущало. Даже наоборот. Еще до встречи с Тиберием Раэна любила ночь и часто проводила ее в лесах, любуясь звездным небом. Теперь же ночь казалась полной скрытой, таящейся в тенях силы, которую можно было использовать… если хватит духу. У дикарки духу хватало редко. Все же она до сих пор несколько сторонилась веры, которую приняла как плату за эту силу. То, что могло пробудиться в ней в ночи, было слишком чуждым.
— Поедем сейчас? — спросила она, понимая, что ночь уже скоро, а до порта больше часа пути. Оставаться в поместье ей уже не хотелось. Каменные дома казались усыпальницами, и она часто спала под открытым небом, когда Тиберий не возвращался порой несколько дней. Церес только фыркала, но ничего не говорила. Все ее вещи (а их было совсем немного, лук, стрелы и старые кожаные доспехи) были уже собраны, и на лице девушки появилось выражение нетерпеливости, которое всегда веселило магистра.
— Сейчас. Хочется верить, что качку ты перенесешь нормально, — маг встал и размял плечи. Потом подошел к девушке и погладил ее по волосам. — Скучать не придется, будь уверена. Мы делаем историю, если для тебя это что-то значит.
— Надеюсь, что история выйдет не очень печальной, — серьезно ответила Раэна, взглянув на мага. Сигурд приподнял голову, вопросительно уставившись на девушку, но та на него даже не посмотрела. Войны государств казались ей напрасной тратой жизней. Мелкие стычки между кланами проходили быстро, случались редко и чаще всего заканчивались разделом территорий или заключением нового союза. Хасинды никогда не вели войн на уничтожение противника, понимая, что в этом случае Коркари очень скоро станут пустыней.
Мысль о том, что сейчас ее родину постигла та же участь, только гораздо хуже, заставила ее вздрогнуть. Интересно, земля когда-нибудь возродится из пепелища, в которое ее превратили Порождения Тьмы? Наверное, к этому времени она уже давно умрет, и Бальдр, и все, кто помнит Коркари другими. Только духи погибших будут рассказывать историю, что станет назиданием всем остальным, забывающим об опасности Мора. Даже Тевинтер в свое время не избежал этого, а расплатой стало его великое низвержение. И все из-за магии, если верить сказкам.
Они отплыли в полночь. На большом корабле с парусами, названия которого по науке Раэна не знала, хоть маг и говорил ей, но это просто выветривалось из ее головы через пять минут. Гораздо больше ее интересовало ночное море. Пытаясь отогнать тревогу, которую вселяла в сердце колышущаяся вода, она подходила к борту и долго, очень долго смотрела вниз, словно пытаясь разглядеть в глубине то, что другим увидеть было неподвластно. Сигурд забрался на мачту также ловко, как забирался на дерево, и теперь сидел там, наверху, как лохматый впередсмотрящий. Поднялся сильный ветер, и поэтому Раэна не рискнула лезть за ним, ограничившись прогулкой по палубе.
Гавань Минратоса впервые за несколько столетий опустела. Разве что мелкие рыбацкие лодки еще сновали туда-сюда, но весь флот Империи ушел на север. Им везло — ветер был попутный, а кунари, уверенные в своем преимуществе, пропустили подготовку тевинтерцев к войне между рогов. Через несколько дней пути флагман Тиберия бросил якорь в гавани форта Луций, будущей ставки Главного Командования Войск Империи на Сегероне. Войска переправлялись на сушу, разведчики начали отправляться во все концы, пытаясь выяснить, что происходит.
 

 
— Кай.
Лежащий на пыльном тюфяке юноша нахмурился и перевернулся на другой бок. Странный, невозможный сон — девушка с темными волосами, чье лицо было скрыто тенью. Он не знал ее имени, и все же чувствовал, что они были знакомы — больше чем знакомы...
Такого рода сны частенько снятся молодым юношам.
— Кай, вставай.
Знакомый женский голос звучит над ухом. Кто-то потряс его за плечо. Не надо — он лег спать совсем недавно. Всю ночь Кай ворочался, пытаясь избавиться от обжигающего чувства утраты. Причину этого чувства он так до конца и не понял.
— Вставай, или я тебе ухо откушу!
Голубые глаза молодого парня распахнулись в тот же миг. Резко поднявшись с тюфяка, он непонимающе мотнул головой, пригладив коротко обрезанные волосы. Рабский ошейник на его шее тускло сверкнул в темноте помещения — это был обычный склад с мешками, в которых хранилась одежда для рабов и отрезы ткани. Сегодня он отчего-то решил спать здесь, а не в общих комнатах рабов.
— Фуф. Так и знала, что "ухо" сработает, — облегченно выдохнула сидящая рядом с ним маленькая фигурка. — Уже все встали, а ты как сквозь землю провалился. Вот, держи.
Он почувствовал в своих руках что-то теплое. Сегодня, значит, были лепешки. Неплохо — последние несколько дней ему мало что удавалось перехватить.
— Любишь ты рисковать, — заметила его собеседница. Когда глаза привыкли к темноте, раб взглянул на нее.
Гномка. Маленькая, темноволосая. На щеке — черный "рисунок" в виде квадратной спирали. Наверно, ее можно было бы назвать милой — если бы не этот вечно голодный блеск в глазах и острые зубы, напоминающие пилу.
О да, Кай не просто так вскочил от словосочетания "откушу ухо" — он знал, что если бы потрошительница захотела, она бы смогла это устроить. Конечно, понарошку — все-таки они друзья...
Но порой Мариша его беспокоила.
— Миледи еще не вернулась? — с опаской спросил он, набивая рот горячими лепешками и озираясь так, словно у него изо рта кто-то желал вот-вот выхватить еду. Анна Селестия покинула поместье несколько дней назад, и эти несколько дней были самыми счастливыми в жизни молодого парня. Его, по крайней мере, не шпыняли. Маркус с головой закопался в свои исследования, и даже не обращал внимания на рабов, подносящих ему завтрак и поздний ужин. О жене он тоже совершенно забыл. Магистр был не из тех, кому доставляет удовольствие издеваться над рабами, но порой он вел себя так, словно рабы — это всего лишь вещи. Как, например, кресло или канделябр.
Но такое отношение порой было обманчиво. Рабы слушали. Они смотрели, впитывали, все понимали. Так и Кай, волей или неволей, был в курсе того, чем занимается его хозяин, и иногда рассказывал о том, что видел, своей подруге. Мариша не была рабыней… по крайней мере, официально. По бумагам она «состояла на службе по воле долга», который должна была уплатить за один разбитый вдребезги ценный артефакт. И если Кай догадывался правильно, платить она будет еще долго. Денег у нее не было, а потому пришлось пойти в услужение, что, на взгляд юноши, было ничем не лучше рабства, но ее, по крайней мере, не могли убить или покалечить за какую-нибудь провинность. Доев лепешки, он сыто прищурился и прошептал:
— Вчера ночью я заходил к мессиру. Он все время проводит в подвале. Там жутко… и воняет чем-то, вроде мертвечины. Как думаешь, что он там делает?
— Жуткий магистр всегда делает некую жуткую дрянь, — нравоучительно произнесла гномка, поправив сползающую с плеча рубашку. — На что угодно спорим... сегодня-завтра кто-нибудь "исчезнет" — возможно, в день, когда вернется жуткая магистресса. Ага, ее все еще нет.
Парень невольно поежился. Рабы были дороги, и Селестии не разбрасывались ими впустую — однако если господин сочтет, что для достижения его цели будет необходимо пожертвовать каким-нибудь рабом...
— Предлагаю в эти дни сидеть, не отсвечивая, — буркнула Мариша с усталым зевком. Похоже, не только он один сегодня не выспался. — Можно конечно надеяться на то, что кто-нибудь не выдержит и зашибет магистрессу по дороге сюда — но мне просто не может так везти. Эх... Что сегодня надо сделать?
Они с маленькой потрошительницей занимались всем, чем только можно — стирали пыль, кололи дрова, топили камины в комнатах господ, прибирались, заботились о лошадях Селестиев... Практически все, что угодно. День только начался, и скоропостижно закончиться не намеревался. И все же у Кая было странное предчувствие насчет сегодняшнего дня.
— Я думаю… — начал было он, но тут дверь в подсобку распахнулась, и на пороге возникла эльфийка. Тоже из рабов, но она, к своему большому счастью, почти не прислуживала в поместье, занимаясь поездками в город за нужными вещами. Теперь же эльфийка (Кай называл ее Чи, но неизвестно, настоящее ли это было имя или просто еще одна кличка) хмуро посматривала на гномку и парня, словно они натворили что-то уж совсем из рук вон.
— Эй, вы двое! Хорошо, что я вас нашла. Мессир приказал привести вас. Ему нужна помощь с чем-то… в подвале, — с победоносной ухмылкой сообщила Чи, и Кай мысленно застонал. Только не это!
— Мы даже не начали выполнять мой план, как он в ту же секунду оказался провален! — тихонько шипела гномка Каю по дороге в подземелья. — Знаешь, это новый уровень невезения.
"Подвалом" являлись катакомбы под поместьем магистра, длинные коридоры и темницы. Эльфийка довольно скоро проводила их к тяжелой деревянной двери, окованной железными полосами, и с глубоким вздохом постучалась.
— Господин... я привела их, — почтительно склонив голову, произнесла девушка. Мариша, разглядывающая ее с выражением усталого раздражения, закатила глаза и беззвучно зашевелила губами, пародируя Чи. Надо признать, выглядело это достаточно комично, если бы не ситуация в целом.
— Пусть заходят, — раздался из-за двери приглушенный голос, и эльфийка открыла дверь, пинком подгоняя Кая и гномку войти. Сама она осталась стоять за дверью. — И дверь прикрой! — недовольно продолжил голос, и Чи поспешно извинилась, захлопнув дверь и оставив Кая и Маришу в полумраке. Щурясь, как слепые кроты, они несколько секунд стояли на пороге, пытаясь привыкнуть к почти полному отсутствию света.
Катакомбы когда-то, по словам Маркуса, были построены его предшественниками и родственниками в качестве темницы. И правда, здесь все говорило о том, что маленькие комнатки когда-то были камерами, сырыми, пустыми и холодными, с толстыми решетками и цепями в стене. Теперь же эти помещения были перестроены, но старый дух ужасной темницы остался. В пыточной — сравнительно большом зале, просторном и с полом, идущим под уклоном, для слива крови — магистр оборудовал свой испытательный кабинет. Лабораторией это назвать было нельзя: обычно при слове «лаборатория» представляют столы, заваленные кипящими сосудами, алхимическими наборами и рецептами. Здесь же не было ничего подобного. Но несведущий, увидев испытательный кабинет, немедленно растерялся бы. Столы были сдвинуты к стенам, посредине же стоял огромный, уродливый темный камень, потрескавшийся, но с полуистертыми рисунками на своей поверхности, поблескивающей, словно от влаги. На столах же были свалены книги и различные предметы, которым здесь, на первый взгляд, места не было: перьями, шкурами, обломками каких-то минералов и, конечно же, лириумом. Надлежащим способом обработанным и упакованным, разумеется.
— Я должен был ждать вас целую вечность? — сварливо поинтересовался Маркус, не поднимаясь со своего стула. Он сидел на нем лицом к камню, как будто гипнотизируя, но ничего не происходило. — Зажгите еще пару свечей. У меня от этого полумрака уже глаза болят.
Судя по выражению лица гномки, ей хотелось поведать мессиру очень и очень многое — возможно, даже немного цензурное. Например, какого архидемона он вообще сидит в темноте, как какой-нибудь гуль или упырь, и зачем он вообще их позвал. К счастью, Кай, поспешно положивший ладонь на плечо потрошительници, успешно предотвратил кризис.
Свечи, зажженные Каем и гномкой от лучины, чуть рассеяли темноту. Маркус, конечно, мог устроить себе свет одним лишь мановением руки — но в этом месте магистр был тем, у кого была власть.
Атмосфера была угнетающей. Когда в подвале стало относительно светло, Мариша устало потерла переносицу и бросила на паренька вопросительный взгляд. Он лишь едва заметно покачал головой — он тоже не знал, что могло понадобиться мессиру от них.
— Кай, иди сюда и дай мне руку. Мариша, подстраховываешь. Если оттуда полезет что-нибудь гадкое — сразу убей, — резко, отрывисто приказал магистр. Раньше он никогда не пытался сделать что-то подобное. Все его исследования ограничивались теоретическими изысканиями, но с того дня, как в поместье приволокли эту мерзкую штуковину, все словно встало с ног на голову. Несколько рабов исчезли, но Маркус говорил, что просто продал их в обмен на возможность временно изучить камень. Похоже, на этот раз изучение зашло чуть дальше, чем обычно. — Что стоишь? Бери меч! — прикрикнул он на гномку, которая сначала и не поняла, чего от нее хотели. Ее оружие лежало на одном из столов — клинок из драконьей кости, великолепный и ни разу ее не подводивший. — Кай, ко мне!
Но повторять не нужно было. Паренек, побледнев и обливаясь потом, все же повиновался и подошел, дрожа и протягивая руки, но тут же упал на колени и взмолился:
— Не убивайте меня, мессир, не надо! Я… я…
— Да успокойся ты, мне не нужна твоя жизнь, — фыркнул магистр, доставая зазубренный кинжал из такого же черного материала, что и камень, похожего на обсидиан. Рукоятка была украшена резной головой дракона. — Всего лишь немного крови. Но ты будешь молчать. Что бы ты тут ни увидел, ты должен поклясться мне, что будешь молчать об этом.
— Но… почему я? — прошелестел парень, во все глаза уставившись на нож.
— Потому что. А теперь дай мне свою руку.
Стиснув зубы, гномка подняла со столешницы меч. Рукоять, сделанная из той же кости с стальными элементами, приятно охладила ладонь. Повернувшись к Каю и магистру, девушка помутневшим взглядом окинула обсидиановый кинжал в руках последнего.
Всего один удар. Он даже ничего не подозревает — всего один удар, и его череп просто треснет, как куриное яйцо. Ни боли, ни агонии. Чистая и легкая смерть.
Наваждение ушло. Рассеянно моргнув, Мариша перехватила оружие в правую руку и приблизилась к людям. Ее поразило не то, что в ее голове возникла подобная мысль — ее поразило то, какое отторжение она вызвала после. Словно нечто неприемлемое. Даже странно.
"Понятия не имею, что происходит. Понятия не имею, что произойдет", — размышляла она, в ожидании... чего-то. — "Но о чем я имею понятие — так это то, что нужно убить любую тварь, что может призвать жуткий магистр. Плевать, какую именно. Главное — не подпустить их близко к столу".
Ведь там стоял Кай. Ведь так...
Кинжал легко полоснул по протянутой ладони, беззащитной и дрожащей. Кровь потекла по черному лезвию, но не закапала на пол — к удивлению гномки, она слово впиталась внутрь, и клинок едва заметно вспыхнул. По его обсидиановому зазубренному острию прошелся алый отблеск. Маркус удовлетворенно кивнул. Кровь из пореза, глубокого и сильного, все текла и текла, но ни капли не упустил кинжал, пожрав ее всю, будто голодный вампир.
— Значит, записи не врут… — тихо пробормотал магистр, когда Кай побледнел и упал, потеряв сознание. — А теперь слушай внимательно. Охраняй меня и его, — он поколебался и указал на парня. — Он хороший раб. Не хочу, чтобы какой-нибудь демон убил его или, чего доброго, вселился в его тело. Гляди в оба, гномка, твоя врожденная сопротивляемость магии может спасти тебе жизнь.
С этими словами он повернулся к камню и сделал несколько шагов вперед, остановившись в полуметре от его черной блестящей поверхности. Мариша теперь смогла различить, что за рисунки были на этом камне — простертые вверх руки. Множество рук, молящих, или благодарящих небеса, а быть может, просящих у него силы. Или пощады. Почему-то эти рисунки заставили дрожь пройти по ее спине, и она крепче сжала оружие. Маркус же сделал то, что она совсем от него не ожидала — размахнувшись, он всадил кинжал прямо в толщу камня. Она уже готова была услышать звонкий треск, когда лезвие переломилось бы пополам, но этого не произошло. Все, что ей удалось услышать, это мягкое, противное чавканье, какое бывает, когда всадишь клинок в податливую плоть. Кинжал воткнулся по самую рукоять. Из-под него по трещинкам в камне побежала густая, темно-багровая жидкость.
— Нужно… больше, — выдохнул магистр, прислушиваясь к чему-то, что мог слышать только он. К перезвону Завесы, которая сдвинулась. Не разорвалась, а именно сдвинулась, как сдвигается тяжелая дверь, когда с усилием ее приоткроешь. Но некоторые двери лучше оставлять закрытыми. Мотнув головой, Маркус принялся читать заклинания, смысла которых гномка не знала, но отлично понимала, что ничего хорошего ее не ждет. Когда же маг закончил, камень издал низкий гул. Звук доносился откуда-то изнутри него, она могла бы поклясться в этом.
А потом появились демоны.
Потрошители... воины, заключившие сделку с демоном, в ходе особого ритуала получившие часть драконьей силы. В отличие от обычной магии, которая в обмен на кровь дает возможность многократно усилить силу заклинаний, ритуал навсегда связывает воина и дарованную ему мощь дракона. Ритуал, проведенный правильно, почти не навредит потрошителю — ни изменений в характере, ни физиологических мутаций попросту не будет. Это — участь тех потрошителей, что сделали все как надо.
А некоторые потрошители перешли черту, испив кровь крылатых зверей и наплевав на все меры предосторожности. Такие потрошители меняются, превращаясь в собственное отражение... в кривом зеркале. Марии Кор, одной из таких потрошителей, было достаточно получить всего пару ранений для того, чтобы впасть в бешенство.
Темная слизь с хлюпающим звуком полилась на пол, когда зарычавшая девушка несколькими ударами меча превратила вырвавшегося призрака в горстку тряпья. Большой светящийся глаз создания, напоминавший уличный фонарь, почти обиженно скрылся под толщей камня, когда существо убралось обратно в Тень. Лишь первый — если замешкаться, скоро тут будет целая армия. Тряхнув головой, она быстро огляделась в поисках следующего противника. Будь при ней доспехи, все было бы гораздо проще — но треклятый жуткий магистр никогда не ищет легких путей. Несколько мелких царапин все еще кровоточили.
Два демона гнева. Пока она расправлялась с одним, пытаясь уклоняться от льющейся из ран создания раскаленной лавы, второй запустил в нее огненный шар. Испытывать собственную сопротивляемость магии и удачу в целом было нелепо для того, кто должен был спасти кого-то и выжить самому — и девушка без промедления отскочила в сторону. Пламя, оплавившее каменную плиту, лизнуло спину волной боли, из-за чего потрошительница рассвирепела еще пуще.
В воздухе раздался гудящий перезвон — словно где-то вдали прогремели колокола. Второй демон, из ран которого сочилась обжигающая жидкость, содрогнулся вместе со своим товарищем — аура боли настигла обоих, не позволив им послать очередной огненный шар в спину обидчице. Развернув оружие так, чтобы лезвие располагалось вдоль руки, девушка ринулась в атаку, не обратив внимания на просвистевшие над головой огненные когти Гнева. Уже раненый демон с воем зашатался, пытаясь удержаться в этом мире — но тщетно. Его товарищ не заставил себя долго ждать, но все же он сумел нанести достаточно глубокую рану, рубанувшую предплечье почти до кости. Атака демона гнева одновременно прижгла ее, и крови было немного; однако в прямом смысле слова жгучая боль была достаточным стимулом как можно скорее вышвырнуть тварь обратно в сон, Тень, Град златой — какой бы дурью не были забиты дурные головы всех наземников, и одного определенного — в частности.
После этих двоих было еще много демонов. Последний, самый могучий, которого пошатывающаяся от ран потрошительница встретила лицом к лицу, на деле был Желанием. Кор не знала об этом, поскольку создание избрало довольно... специфичный облик. Старый знакомый, к которому она испытывала определенные чувства. Но Желание не знало, что этот самый человек и "продал" взбешенную от боли и столь гнусного посягательства на ее разум потрошительницу. Заклинание, которое запустил увернувшийся от удара демон, должно было бы временно "зачаровать" Марию, побудив сражаться на его стороне. Кай, потихоньку приходивший в себя, сквозь мутную пелену разглядел алую вспышку — маленькая фигурка Мариши лишь грубо отмахнулась от нее, словно отгоняя докучливое насекомое. Магический сгусток с горьким звоном рассеивался в воздухе, когда гномка вогнала залитый кровью и слизью клинок в живот создания.
Демон еще дергался, когда девушка с обезумевшим взглядом схватилась за его голову. Она все еще видела в своем сознании того человека, хоть и понимая смутно, что и Маркус, и Кай — видели нечто иное. Серые глаза с укором взирали на нее, когда хартийка вгрызлась острыми зубами в его горло.
Тело с шорохом упало, исчезнув прямо в воздухе — но голова Желания еще некоторое время оставалась в ладонях гномки, в глазах которой плясало истинное, не замутненное жалкими отблесками пламя. Пол был залит слизью, эктоплазмой, и кровью потрошительницы; демоны больше не появлялись.
Все закончилось. Девушка, сжимая в руке меч, отшвырнула рассыпающуюся голову и одернула свою рубашку. Ткань, окрашенная в темные и алые тона, была распорота во многих местах — почти так же, как и тело потрошительницы, количеством шрамов напоминающее просто полигон боли. Неровной походкой она приблизилась к Каю, и медленно опустилась на колени рядом с ним. Не задели, кажется — лишь только глубокая рана на его ладони показывала нанесенный ему вред.
— Плохо, — Маркус выдохнул и сел на стул. Или, если точнее, упал на него. Во время боя он концентрировался на камне и потому не мог помочь гномке, но лицо его было бледным почти как у Кая. Сколько же сил он израсходовал на этот пустой, бессмысленный риск? — Слишком нестабильно. И нужно больше крови. Намного… больше.
Последние слова он произнес усталым, почти мертвым голосом. Мариша знала, что это означает. Что магистр собирается сделать то, что ему делать не хочется — но цель оправдывает средства. Молчание продлилось так долго, что Кай успел проснуться и подняться, держась за раненую руку. Он ничего не спрашивал, увидев разлитое нечто вокруг камня и Маришу, в порванной одежде, с мечом, покрытым слизью.
— Уходите. Мне нужно подумать, — отрывисто произнес маг, и гномке с Каем ничего не оставалось, как послушаться. Марише нужно было заняться своими ранами и ожогами, полученными в бою с огненными демонами. А Кай… Кай просто рад был, что остался жив. Но кто знает, что взбредет в голову магистра в следующий раз? Потрошительница видела выражение его лица и очень хорошо понимала, что он задумал что-то опасное. И больше всего боялась, что жизнь Кая теперь висит на волоске. Если у Маркуса будет выбор, пожертвовать рабом, пусть и хорошим, в обмен на… на то, что он там пытается сделать, то долго думать он не будет.
В Минратосе тем временем жизнь шла своим чередом, и никто — даже Магистериум — не догадывался о том жутком ритуале, который готовился в поместье Селестиев, когда-то уважаемого и богатого рода, а ныне находящегося в запустении и забвении. Через день отплыл корабль адмирала Тиберия, направляющийся на Сегерон, и всех слишком волновала эта радостная новость. Шанс навсегда покончить с угрозой кунари и наконец обратить свой взор туда, куда следовало — на Орлей. Жителями овладело это волнение, как и морем, но и оно вскоре утихло.
 

 

«Везучий я человек», — мрачно размышлял бывший имперский моряк, а ныне командир отряда наемников Марк Квинт. Шла вторая неделя их пути из Неварры в Тевинтер, а именно в Неромениан, и он уже начал понимать, кого именно он набрал в отряд. Нет, если отбросить эмоции, то команда получалась крепкая: маги, лазутчики, воины... А вот если начинать рассматривать каждого как личность, то сразу же начинались проблемы. Взять, хотя бы, эльфов. Одна вообще подозрительная, явно с тремя-четырьмя скелетами в шкафу, второй тоже странный, шибко веселый и вроде даже моряк. Но Квинт знал, что эльфов-моряков не бывает, по крайней мере, он ни одного не видел. Дальше гномы. Мелких он уважал за силу и наличие какого-никакого мозга, но персонально эти... рыжий гном вспыльчивый, как гномский же порох, а женщина-гном (без бороды, что характерно) — явно чего-то недоговаривала. Еще к отряду прибилась рогатая дылда, с которой в Империи будут проблемы. Кунари в любом мало-мальски крупном тевинтерском городе может передвигаться только до ближайшей тюрьмы. А эта еще и маг.
С людьми, вроде бы, было попроще. Нокса он знал и старался держаться от него подальше — предатель и убийца (ходили слухи, что он утопил свою жену и детей) вызывал у него брезгливость смешанную со страхом. Магичка Регина всегда держится обособлено, спасибо, хоть имя сказала. Третий, то ли маг, то ли воин — Марк так и не понял до конца — вроде и командный игрок, но... А последний из людей был каким-то скрытным, со странным акцентом и замашками ухореза. 
В общем, подвел он итог, эти наемники ему не нравились. Впрочем, заварушек пока не случалось, и проверить их боевые качества пока не было возможности.
«Интересно, как они себя на море покажут?» — хмыкнул командир, откупоривая флягу и пододвигаясь поближе к костру. Сейчас они расположились в неделе пути до города, и местность была безлюдной. Ни таверны, ни постоялого двора — леса да поля. Хорошо хоть было удобное местечко, где поставить палатки да разжечь не особо заметный издалека костерок. Его подчиненные разбрелись кто куда, кто-то сразу ушел спать, кто-то, как и он, присел у костра. За прошедшее время все поняли, что лезть к нему с праздными разговорами дело бесперспективное и не тормошили почем зря.
Ночь постепенно накрывала маленький лагерь наемников, у которых и названия-то до сих пор не было, уж слишком разношерстная подобралась команда. Они пока еще сторонились друг друга, хотя на дороге у них было достаточно времени, чтобы узнать имена. Косситка, закутавшись в явно ворованный плащ из волчьих шкур и подобрав ноги, словно пытаясь казаться меньше, чем есть на самом деле, придвинулась поближе к костру и вроде бы задремала, прищурив глаза и глядя в пламя. Она говорила мало, если вообще говорила. Квинт не припоминал, чтобы после угощения «рогатая дылда» произнесла хоть слово. Остальные тихо переговаривались, а магичка, назвавшаяся Региной, спала чуть в отдалении. Вздохнув, Марк поворошил угли палкой.
Этот путь обещал был долгим… и не самым легким.

 

 

Изменено 10 сентября, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Ettra]

Серебряный шпиль

 

- Но пока старик отвлекся, можно рискнуть. - он осмотрелся, убедившись, что дед его не видит и вытащил отмычки.

 

- Он отвлекся на минуту, а чтобы найти тут архивы и нужные данные нам потребуются часы, - сказала Тавила, прислонившись лбом к двери. Она чувствовала себя бессильной что либо изменить. Знала, что ни кто не послушает доводы. Вот так и приходилось переступать через себя всякий раз, когда остальные ввязываются в сомнительные дела. Не оставлять же их одних? Раз не получается уберечь от большой ошибки, то нужно предотвратить маленькие и проследить, чтобы все прошло спокойно. 

- Я быстро найду, у меня всегда так в библиотеках. Постоянно нахожу нужные книги за пару минут, - ухмыльнулся Римат, от нетерпения постукивая пальцами по стене.

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Aloija

[Spectre]

Серебряный Шпиль

- А насчет фальши то известно сколько всего поизменяли и посжигали эти Храмовники "созданные в угоду и по воле Создателя и Андрасте" так называемыми Искателями...ах нет, их же нету в песнях света и эльфинажей с тюрьмами для магов церковных тоже, и Собора Валройо с Жрицей там тоже не было как и не указано было сжигать "еретиков" что мол "неправильно веровали в Создателя" задолго до Орлея.-улыбнулся Асмодеус.

- У вас что ли в образовательной системе есть такой предмет как поливание истории Орлея и Церкви грязью? - слегка приподняв тона поинтересовалась Лилиан, - хотя магу, да еще и тевинтерскому легко говорить про то, как неправильно поступают храмовники и Искатели, а вот был бы ты обычным человеком, мигом бы побежал искать спасения в ближайшей Церкви, я то знаю, моя семья сама пострадала от неосторожности магов вне Круга, отступников, и если бы не храмовники, весь Серо бы был уничтожен.

[Perfect Stranger]

Серебряный Шпиль

 

- Я быстро найду, у меня всегда так в библиотеках. Постоянно нахожу нужные книги за пару минут

 

- Я знаю, - тихонько улыбнулась Шен, ласково посмотрев на Рима, но не стала слишком задерживать взгляд. В конце концов, сейчас это было не к месту. И наверное, никогда не будет к месту. Вздохнув, она прислонилась плечом к стене, покосившись на увлеченно что-то обсуждающих Лилиан, Асмодеуса и Цицерона, которые разговаривали на повышенных тонах, и как раз в этот момент замок поддался.

"Молодец, Дэйган! - подумала косситка, когда с души у нее упал камень. - Всегда можно рассчитывать в деле вскрытия замков".

За дверью оказалось небольшое темное помещение, забитое ящиками с бумагами. На библиотеку это было не похоже, скорее на архивный склад, и пахло пылью. Сухой воздух едва не заставил Шен чихнуть, но она сдержалась, ступая внутрь и незаметно зажигая небольшой осветительный шарик, чтобы было лучше видно. Ящики, ящики, ящики... несколько небольших полочек, заставленных теми же ящиками. На каждом впереди было поставлено клеймо - даты, фамилии, незнакомые обозначения и символы. Вся секретная документация находилась здесь. У них было не более пары минут, чтобы найти искомое.

 

- можно обыскать архив (бросок на поиски 1d10)

[Ettra]

Серебряный Шпиль

 

- Везет, - скорее себе самой сказала Тавила. Она ожидала, что за дверью будет лабиринт коридоров, один из которых ведет в искомые архивы, но все оказалось проще, спасибо Камню.

Не успела Тавила войти в пыльное помещение, как ее толкнули в бок, заставив пошатнуться и ввалиться внутрь. Нетерпеливый Римат даже не обратил внимания, что едва не сбил ее с ног. Парень метнулся к ящикам, не стесняясь облапать каждый. 

Тавила, задержав дыхание, чтобы не наглотаться клубов бумажной пыли, тоже занялась осмотром помещения. Задерживаться нельзя ни на мгновение. 

Римат (+1) и Тавила

 

Успех!

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Шен Мак-Тир

[Junay]

Серебряный Шпиль

 

- Надеюсь, мы здесь найдем что-то действительно нужное... Было бы крайне печально с таким риском взломать дверь в обычную кладовку. - Дэйган зажал нос, что бы не чихнуть от пыли,  и стал осматриваться. Беда была в том, что он-то не знал точно, чего искать. В этом мог разбираться Римат, да еще, разве что Асмодеус, но тот сейчас заговаривал старика. 

 

(поиски)

 

[Supreme Overlord Malekith]

Серебряный Шпиль

- У вас что ли в образовательной системе есть такой предмет как поливание истории Орлея и Церкви грязью? - слегка приподняв тона поинтересовалась Лилиан

 

-Ха нет это у вас столетиями начиная с конца второго мора и кучи провальных захватнических походов против севера все не Орлейцы и верующие в "неправильную версию " веры в Создателя, творения демонов и еретики которых надо сжигать и резать на месте и детишек с простолюдинами с детства пугают проповедьми с книгой которою они почти всегда и читать даже не умееют, а у нас даже самый бедняк и то луше образован чем простолюдины юга коих пичкают книженцией и словами Церкви..о том что делат с детишками магов и хотябы носящих амулеты Имперской Церкви и говорить не приходится их убивают..-улыбнулся он поглядывая иногда за затянувшимся прогрессом и отлучившись, вскоре тихо и незаметно последовал в дверь за остальными

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Drazhar

[Spectre]

Серебряный Шпиль

-Ха нет это у вас столетиями начиная с конца второго мора и кучи провальных захватнических походов против севера все не Орлейцы и верующие в "неправильную версию " веры в Создателя, творения демонов и еретики которых надо сжигать и резать на месте и детишек с детства пугают проповедьми с книгой которою они почти всегда и читать даже не умееют,

- Ну да, столько провалов, что Орлей даже сейчас самая сильная человеческая империя в Тедасе, - с легкой ухмылкой ответила Лилиан, - как сказал один человек, что если ради благоденствия тысячи обычных граждан нужно запереть десяток потенциально опасных, то это будет трудно, но сделает это.

"Хотя и вправду, наша беседа сильно затянулась, хорошо хотя бы наши смогли войти куда нужно" - подумала Лилиан, осматриваясь вокруг.

[Supreme Overlord Malekith]

Серебряный Шпиль

 

Асмодеус раслышав последнее про "самая сильная человеческая империя в Тедасе" тихо расмеялся зная историю и то что сейчас творилось на юге в особенности в Орлее, но вскоре незаметно и тихо пробравшись следом за всеми был уже в архивах и обыскивал со всеми..может нашел бы что для себя, закрома древних архивов обычно полны были сокровищ и артефактов

 

поиск

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Drazhar

[Perfect Stranger]

Серебряный шпиль

 

Римат успел - и удачно. Драгоценное время уже было на исходе, беседа Лилиан с Цицероном начинала повторяться, и он, похоже, начал что-то подозревать. Но парню повезло. Первый же ящик, который он вытащил с пыльной полки, едва не уронив себе на ноги, был помечен как "Дариниус". И стояла дата - ровно сорок один год назад. Бумаг внутри оказалось немного, несколько набросков какого-то человека и стопка бумаг, написанных на аркануме. Шен более-менее умела на нем читать, но времени пролистывать все не было, поэтому она зацепилась взглядом за адрес, указанный на одном из документов, чуть обуглившемся с краю. И еще за имя - Тиллос.

Что странно, адрес указывал на одну из ферм, расположенных за пределами города, за проливом, куда можно было добраться через подвесной мост. Стены и джаггернауты не защищали крестьян от угроз вторжения. Видимо, жители справедливо рассудили, что защиты достойны только избранные. Но косситка подумала, что то, что наследник Дариниуса живет не в поместье, наталкивает на подозрения. Знает ли он вообще, что является последним оставшимся в живых потомком великого Архонта? Вряд ли.

- Есть, - прошептала она Римату. - Убирай на место и уходим отсюда, быстро.

Нужно было поторопиться, пока Цицерон не увидел, что они шарят в архивах.

[Ettra]

Серебряный шпиль

 

- Есть, - прошептала она Римату. - Убирай на место и уходим отсюда, быстро.

 

- Ага, идем. Я же говорил, что найду сразу, - улыбнулся Римат, вернув бумаги на место и чихнув от поднявшейся в воздух пыли. Он совершенно не тревожился о том, что отряд могут заметить. 
А вот Тавила волновалась. Выглянув из архива наружу, она облегченно вздохнула - жрец все еще общался с Лилиан. Можно было свободно выходить.

- Идем, тихо, - прошипела Тавила и выскользнула наружу, прикрыв спиной дверь. Была бы она росточком повыше, смогла бы закрыть остальных от взгляда. 

[Junay]

Серебряный шпиль

 

- Ага, идем. Я же говорил, что найду сразу, - улыбнулся Римат, вернув бумаги на место и чихнув от поднявшейся в воздух пыли.

 

- Молодец, парень. Только в таверне никому не хвались, а то нас за подобный вандализм отправят на плаху. - тихо проговорил Дэйган, выходя из архивов. Что ж, дело оказалось не таким сложным, как он себе представлял по началу. Хотя, нельзя делить шкуру не убитого медведя. Кто знает, что это за наследник, и где он находится сейчас? Поведение Отца было лдостаточно подозрительным в этом плане. Зачем церковникам скрывать такие сведения? Или они боятся, что фермер начнет оспарывать свои права на титул архонта? Бред же!

[Supreme Overlord Malekith]

Серебряный шпиль

 

Асмодеус вскоре вместе с остальными вышел из архивов не найдя ничего для себя но найдя какойто адрес, впрочем посмотрим подумал он.

[Perfect Stranger]

Серебряный шпиль - Фермы

 

- Ага, идем. Я же говорил, что найду сразу.

 

- Если бы не Лилиан и Дэйган, не видать нам этих бумаг, - пробормотала Шен, вздохнув и расслабившись, когда наемники прикрыли за собой дверь и вышли из архива. Наверняка там бы нашлось еще много интересного, но времени копаться в бумагах у них не было, а нужное уже было известно. Оставалось лишь найти этого Тиллоса, взять у него кровь и вернуться к магистру. Конечно, вряд ли он будет доволен тем, что "Драконы" прошляпили завесный амулет, но косситка надеялась, что он сможет обойтись и без него. Иначе вся операция пойдет насмарку.

Когда все желающие помочь Маркусу собрались возле Серебряного Шпиля, Шен остановилась ненадолго и посмотрела на остальных.

- Адрес я запомнила. Это небольшая ферма за городом, думаю, можно поспрашивать местных, - сказала она с долей облегчения. Было бы куда сложнее, если б этот Тиллос оказался магом, например, в Круге. Или и вовсе магистром. Она все еще помнила позорное бегство от стаи мабари Дэйганом и Риматом. Такой позор трудно забыть, но работа не ждет, а значит, нужно двигаться дальше. До ферм было около часа пути, и когда наемники пересекли мост, оставив Минратос и его грозные стены позади, косситка впервые вздохнула свободно. Леса, поля, бескрайние просторы - и гладкое синее море, оставшееся за ними и омывающее полуостров, на котором раскинулся древнейший город Тедаса. Она скучала по природе. Скучала даже по тем временам, когда бродила в одиночку по диким нехоженным местам, не зная, куда идет и зачем, но уже зная, что лучше не попадаться никому на глаза. Города и море имели свое очарование, но разве что-то может сравниться с ощущением полета в бесконечном пространстве из колосьев, редких тонких деревьев и высокой травы?

Фермы раскинулись на почтительном расстоянии друг от друга, и то и дело наемники натыкались на работающих в поле крестьян, а то и везущих какие-то мешки на телегах по направлению к городу. Точного расположения фермы Тиллоса Шен не знала, а потому было бы неплохо порасспрашивать кого-то из местных.

[Spectre]

Серебряный Шпиль

После затяжных споров с этим Цицероном, Лилиан краем глаза заметила, что другие наемники уже вышли из архивов. Устав от Отца, она подошла к остальным и решила поинтересоваться их успехами.

- Ну как, вам удалось сделать то...что вы хотели сделать, осмотрелись достаточно хорошо? - спросила тихо Лилиан, в надежде не быть услышанной стариком, - все что искали нашли?

[Supreme Overlord Malekith]

Шпиль-Фермы

 

- Ну как, вам удалось сделать то...что вы хотели сделать, осмотрелись достаточно хорошо? - спросила тихо Лилиан, в надежде не быть услышанной стариком, - все что искали нашли?

 

-Да нашли чтото, хотя я не верю что мы нашли потомка Дариниуса-улыбнулся он ей

 

Вскоре Асмодеус со всеми был за городом и дышал воздухом природы..ну и ферм.

 

Где была ферма Тиллоса непонятно было но можно было спросить у крестьян они уж скажут.

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Drazhar

[Junay]

Серебряный Шпиль - Фермы

 

- Ну как, вам удалось сделать то...что вы хотели сделать, осмотрелись достаточно хорошо? - спросила тихо Лилиан, в надежде не быть услышанной стариком, - все что искали нашли?

 

- К нашему удивлению, нашли именно то, что искали. Теперь предстоит визит к одному... фермеру. - так же тихо ответил Ашкаари, выходя за остальными из Шпиля. - Не могу только понять, почему они в такой тайне это держали? Ну наследник, ну и что? Обычный же фермер!

Всю дорогу мужчина ломал над этим голову, но так ничего и не прояснил для себя. Быть может, местная Церковь просто боялась, что наследника убьют из-за его сильной крови такие, как Селестий? Но тогда логичнее было бы вообще его спрятать, либо же - уничтожить все сведения о нем.

[Spectre]

Серебряный Шпиль - Фермы

- К нашему удивлению, нашли именно то, что искали. Теперь предстоит визит к одному... фермеру. - так же тихо ответил Ашкаари, выходя за остальными из Шпиля.

- Фермер? Простой фермер это наш наследник? - недоуменно сказала Лилиан, - либо это хитрость для отвода глаз, чтобы пустить воров на ложный путь, либо кровь этого наследника так сильна, что его решили припрятать на обычной невзрачной ферме.

[Ettra]

Фермы

 

- Кхм, отлично, - пробурчала Тавила, глядя на деревянные крестьянские домики, возле которых сейчас было практически пусто. Люди работали в полях, как и положено любому крестьянину. Скорее всего Тиллос тоже не сидит дома, а корячится на огороде. Не скручивать же его прямо на улице да руки резать...

- А как мы его найдем то? Там точного адреса небыло, я помню... - Римат запустил руку в волосы и сощурился от солнца, оглядывая окрестности. Внезапно он возбужденно дернулся и ткнул пальцем в сторону большого раскидистого дерева.

Под тенью кроны сидел смуглый темноволосый мальчишка, с удовольствием жующий яблоко. Ни как отлынивает от работы в самую жару. Тавила его понимала.

- Эй, парень! Где тут Тиллоса найти? - крикнула она, заходя под тень дерева. С щек, наконец, схлынул жар, а в голову перестало печь.

[Junay]

Фермы

 

- Фермер? Простой фермер это наш наследник? - недоуменно сказала Лилиан, - либо это хитрость для отвода глаз, чтобы пустить воров на ложный путь, либо кровь этого наследника так сильна, что его решили припрятать на обычной невзрачной ферме.

 

- Больше похоже на ложный след, чем на попытку спрятать. - покачал головой Дэйган. - Слишком все просто. Селестий мог и без нашей помощи отыскать его - достаточно было подкупить служку в Церкви. Ладно, посмотрим, во что это выльется. Интересно, а что случится, если кровь Тиллоса окажется кровью простого смертного? Эксперимент Селестия накроется медным тазом?

[Perfect Stranger]

Фермы

 

- Эй, парень! Где тут Тиллоса найти?

 

Мальчишка на мгновение замер, так и не донеся до рта надкушенное яблоко, а потом пожал плечами и как ни в чем не бывало продолжил жевать. Из-за этого он смешно шепелявил, а может, виной тому было отсутствие нескольких передних зубов, явно потерянных в уличной драке. Либо он просто неудачно наступил на грабли.

- Старика Тиллоса-то? А вон за тем поворотом его дом. Только... - он немного поколебался, а потом махнул рукой с зажатым в нем огрызком, ловко метнув его в сторону поля. - Да сами, в общем-то, увидите. Если хотите поболтать с ним, то не выйдет. Он немного того... Ой! Мне пора бежать! БУРЕЕЕНКА! - завопил он, ринувшись с места так, что только пятки сверкали. Молодой пастушок явно пренебрегал тем, чтобы следить за коровами. Магистры, поди, тоже любят свежее молоко и мясо, а кто, кроме обычных крестьян, сможет доставлять им продукты? Зерно, мясо, птиц да яйца - все это везли отсюда, чтобы потом оно попадало на столы к благородным, а те в ответ платили кое-какие гроши.

Шен вздрогнула. Жизнь была не так уж и легка для тех, кто не был магом в этой стране. Но люди везде найдут способ выжить. На то они и люди.

[Ettra]

Фермы

 

- Того? Это понимать, как "он помер" что ли? Или уехал? Или как вообще? - спросил Римат, глядя вслед мальчишке. Выглядел он немного ошарашенным.

- Пойдем и посмотрим, - бросила Тавила. 

Дом, на который указал пастух, был совсем недалеко. Хотя Феликс наверняка бы заплутал и тут. Вспоминать воина было не очень приятно, особенно после случая с работой Крысеныша. Может и к лучшему, что Феликс ушел. И для группы и для него самого. Неизвестно, как бы он отнесся к заданию Данариуса.

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Aloija

[Supreme Overlord Malekith]

Фермы

 

Асмодеус смотрел на природу и на пацана гнавшегося за телкой, вскоре они уже были у домика старичка Тиллоса, так себе лачужка но какая разница.

 

-Ну что постучимся или сразу сожжем?-улыбнулся Асмодеус посмотрев на остальных

[Junay]

Фермы

 

- Старика Тиллоса-то? А вон за тем поворотом его дом. Только... - он немного поколебался, а потом махнул рукой с зажатым в нем огрызком, ловко метнув его в сторону поля. - Да сами, в общем-то, увидите. Если хотите поболтать с ним, то не выйдет. Он немного того...

 

"Ну, нам с ним не разговаривать надо. А крови взять". - Дэйган поморщился, словно укусил лимон. Сама мысль, что придется резать старика ради каприза магистра была не очень приятной. "Нет, я не создан для Тевинтера," - мрачно подумал мужчина. " На кого только не работал, но любая работа была не такой... Тевинтерской."

[Perfect Stranger]

Ферма Тиллоса

 

Как только наемники подошли поближе, стала явной причина заминки того мальчишки. Дом выглядел... опустошенным. И очень бедным. Несколько соток земли, старое оборудование да тощая лошадка - вот и все имущество семейства, которое тут проживало. Дверь была открыта нараспашку, а изнутри слышались безутешные рыдания. Шен несколько секунд раздумывала, а затем решительно шагнула внутрь, переступив порог. Дом резко напомнил ей ту лачугу, в которой жила она сама. Даже огород, расположившийся за зданием, на заднем дворе, и сарайчик для дров - все было до боли похоже на ее бывшее жилище. Это заставило ее поежиться, хотя было жарко, особенно здесь, где стены и здания не защищали от палящего солнца.

Внутри убранство не поражало взгляды. Две или три комнатушки, включая небольшую гостиную-кухню с печью, столом и множеством хозяйственных принадлежностей, да половички с веселой расцветкой. За столом, возле бутыли с мутной жидкостью, наполовину опустошенной, сидела рано постаревшая женщина. Ей можно было дать как сорок, так и все пятьдесят - видно, пристрастие к горячительным напиткам и жизнь на открытом солнце слишком быстро уничтожают красоту. Лицо ее было пыльным, расчерченным дорожками от слез на несколько частей, а уныло сжатые губы говорили о том, что она довольно часто предается печали. Впрочем, сегодня для этого был повод.

- Вы... вы кто? - спросила она хрипло, едва наемники вошли внутрь, и подняла голову, подперев ее рукой с застарелыми мозолями. - Уходите!

- Простите, мы... - начала было робко Шен, но женщина зло сверкнула на нее глазами.

- Вы что, не видите, что у меня траур?

- Что случилось?

- Муж мой... Тиллос... накануне скончался, - вздохнула крестьянка и снова потянулась к бутылке, но покосившись на гостей, мотнула головой и не стала подливать. - У нас даже на отпевание денег нет... закопали его сегодня утром в огороде.

Косситка проследила направление взгляда женщины и приметила в углу все еще грязную, покрытую комьями земли лопату. Интересно, почему его не сожгли? Или боялись пожара? Из-за жары земля и трава были сухими, одна искра - и урожаю конец. Вот только как теперь добывать кровь...

[Supreme Overlord Malekith]

Ферма Тиллоса

- Вы что, не видите, что у меня траур?

- Муж мой... Тиллос... накануне скончался, - вздохнула крестьянка и снова потянулась к бутылке, но покосившись на гостей, мотнула головой и не стала подливать. - У нас даже на отпевание денег нет... закопали его сегодня утром в огороде.
Косситка проследила направление взгляда женщины и приметила в углу все еще грязную, покрытую комьями земли лопату. Интересно, почему его не сожгли? Или боялись пожара? Из-за жары земля и трава были сухими, одна искра - и урожаю конец. Вот только как теперь добывать кровь...

 

Асмодеус вздохнул вскоре подойдя и увидав куда подевалось тело, пошел к могиле дабы приступить к "раскопкам"

 

-Ну кто по части лопат у нас?-улыбнулся он

Изменено 11 июля, 2015 пользователем Drazhar