Мафия 008: No Tears For A Mermaid

[Elli_Pirs]

Лисица Алекс

"- Этот мир слишком мелок, чтобы сразу два таких имени, - скромно заявил Румпель."

- Я куплю рыбку и назову её в твою честь... - Алекс встала со своего места и оставила на столе деньги за завтрак, - Думаю Вайт оценит эту шутку, Румпель, - добавила она и случайно встретилась взглядом с Котом, которого, как ей казалось, она узнала.  

Ещё раз оглядев всех посетителей таверны, Лисица поправила немного скомкавшуюся на стройной талии рубашку и, вновь убрав с глаз надоедливую прядь огненно-рыжих волос, направилась к выходу.

- Я бы посидела с вами ещё, но мне нужно разобраться сделами, - бросила на последок она и вышла из помещения. 

 

(Х чёртовы часовые пояса. Все начинают разыгрываться, а уменя глаза слипаются) 

Изменено 14 августа, 2015 пользователем Elli_Pirs

[Spectre]

Таверна

- Привет, Чарли, - поздоровалась с Чеширом Пеппи, - как дела?

- Выставить себя большими дураками, чем вы показались вчера, уже вряд ли получится, - хмыкнула Брэйв.

"Ах ты ж мелкая..." - хотела выразиться Аннеке, но не стала этого делать при Пеппи и новом работодателе.

- Да да, глупо вышло, что поделать, - через силу сказала это девушка, - но ты еще не знаешь Томмаса, так что глупее может получиться, если дать ему волю. Он тебе уже рассказал про тот случай в Бангкоке ну или хотя бы тот случай на таможне?

[Энди-с-Лицом]

- Я куплю рыбку и назову её в твою честь... - Алекс встала со своего места и оставила на столе деньги за завтрак, - Думаю Вайт оценит эту шутку, Румпель.

- Ни секунды не сомневался в женском коварстве и мужском чувстве юмора, - скептически буркнул Румпель, поглощенный размышлениями о том, не взять ли новую чашку кофе и не спросить ли у появившегося Чарли, где работает Вайт. - Они всегда прекрасно дополняют друг друга. На том и вертится мир.

[Beaver]

Таверна

 

- Да да, глупо вышло, что поделать, - через силу сказала это девушка, - но ты еще не знаешь Томмаса, так что глупее может получиться, если дать ему волю. Он тебе уже рассказал про тот случай в Бангкоке ну или хотя бы тот случай на таможне?

 

"Ни капли не сожалеет о случившемся," - констатировала Герда, чуткий слух (а как иначе с такой работой?) которой без труда уловил то, что Аннеке говорила через силу.

- Нет, - ответила она.

"Да и наплевать мне, если честно. - подумала девушка. - Главное, чтобы вы тут ничего больше не натворили".

[Плюшевая Борода]

"Брансток"

 

- Всем привет! - поздоровалась девушка с посетителями таверны.

 

Айв, не оборачиваясь, помахал Герде рукой. "А не навестить ли мне Патрика? Впрочем, он, наверное, как и полагается приличному Сказанию, работает на своей отнюдь не сказочной работе, а не прохлаждается дома..." Рядом уселся какой-то мужик и спросил дерьмового пива, а Румпель что-то, кажется, хотел повертеть, и Лебедь, так и не расслышав, что именно и на чем, не стал уточнять.

[Spectre]

Таверна

- Нет, - ответила она.

- Ну значит он не совершил очередную ошибку, хоть за это слава Богу, - усмехнулась Аннеке и пошла на свое место, - хотя втюрился в тебя мой братец знатно.

- Аннеке! - едва не крикнув сказал Томмас, - лучше сядь и выпей кофе, так будет лучше, а не то...

- А не то что? - Аннеке остановилась и чуть повернулась в сторону брата, - ну давай, что там ты хотел сказать?

- Так так, хватит, перестаньте, прошу вас, - попыталась разрядить накаленную обстановку Пеппи, - не нужно при всех снова выяснять отношения, пожалуйста.

[Laion]

Он ушел. Молча. Он не стал ее будить, да это и не было нужно. Пока он собирался, она молча лежала с закрытыми глазами, делая вид. что спит..  Ушел.. Значит, так нужно. Как только за ним закрылась дверь, она встала и долго отмокала под душем, приводя в порядок мысли.

Выйдя из душа, открыла встроенный гардеробный шкаф, выдвинула оттуда старенький чемодан и открыла его. Какое-то время задумчиво разглядывала то, что там лежит, после чего снова закрыла чемодан и убрала его в шкаф.

 

Патрика уже тоже не было дома. Или еще не было..  Спустившись вниз, она вывела мопед и уехала на работу. Но сегодня пиццерия не работала. Бриджиддо объяснил, что дает всем работникам отпуск на неделю, пока он с семьей съездит на отдых к морю и даже расщедрился -  выдал небольшое содержание.  "Что ж.. Отдыхать так отдыхать..  Но сначала.."

 

Франц, владелец магазина товаров для охоты и рыбалки поднял глаза от гроссбуха, в который записывал все сведения о проданном товаре, когда колокольчик над дверью негромко звякнул. В магазин вошла худощавая брюнетка в черных джинсах и  легкой черной куртке поверх белой футболки.

- Чего изволит милая дама? Здесь магазин для охотников и рыболовов, вы не ошиблись?  -  Франц с любопытством взглянул на покупательницу. Но по мере того, как она объясняла, что ей нужно, брови его удивленно ползли вверх.

- Эм.. Прошу прощения, но именно  этого у нас не бывает.  - развел он руками. - Но могу предложить заменить более современным...  товаром, если позволите.

Вскоре Маленькая разбойница, получив желаемое, вышла из магазина, на ходу упаковывая  небольшой сверток в рюкзачок.

 

Бар Холли оказался закрыт, и она становилась в раздумьи.

[Ларьяда]

Склонившись близко-близко к её уху, в надежде, что больше никто не услышит, Серый сказал Василисе:
- Только никому не начинай читать мораль.
Потом добавил ещё, тоже тихо:
- Хочешь – уйдём отсюда? Если тебе здесь не нравится.
И подумал, какую альтернативу можно было бы найти таверне «Брансток». «Сласти»? Тут же перед глазами возник образ Шахерезады, поглощающей клубнику. И Серый понял, что если они наткнутся там на восточную красавицу, то дело кончится тем, что он получит от Василисы подзатыльник, это как минимум. Просто потому, что она считает неприличным так глазеть на женщину в общественном месте. А Шахерезада – та женщина, на которую невозможно не глазеть.
Да и – не такая уж это хорошая идея, уходить. Вон, и Герда с Пеппи подошли, так что приличных людей прибавилось. Но вот Лисичка убежала, а её Серый уже тоже скорее был склонен записать в число «приличных» сказаний. Особенно на фоне некоторых.

 

Василиса ничего ему не ответила, только пожала неуверенно плечами. Она всё ещё робко чувствовала себя здесь. Что и не удивительно: привычный для неё круг общения существенно отличался от обыкновенной для Фэйблтауна публики.

 

И Серый решил, что лучше пока остаться.

Изменено 14 августа, 2015 пользователем Ларьяда

[Kurasagi]

- Привет, Чарли, - поздоровалась с Чеширом Пеппи, - как дела?

- Как видишь малость обновил гардероб. А так, все по старому.

[Gonchar]

Проснувшись после ночных похождений в своих апартаментах, Садко сладко потянулся и зевнул. Отбросив одеяло, он поднялся с двухместной кровати и прошлёпал босыми ногами до ванны. В просторных комнатах всё было декорировано под русскую старину. Деревянная мебель, полы, разного рода натуральные меха, даже камин в гостиной (увы, электрический). Что ни поделаешь ради проживания в центре города. Обычно он предпочитал свою загородную резиденцию вдали от городской суеты, с озерцом неподалёку и компанию знакомых навок. Но дела, увы, дела не ждут, пока ты доберёшься из лесов в бетонные башни, где проворачиваются все дела. Вот если бы каждому своему доверенному лицо по зеркалу связи раздать - вот тогда была бы жизнь. Но он не знал, кто сумел бы сейчас его сделать. Разве что Василиса Премудрая, но он видел её последний раз ещё во времена Российской Империи и то мельком. Но в обоих его домах была одна общая черта - они были до звенящей тишины пусты. Слуг он не держал, лишь уборщица иногда приходила навести чистоту. Вздохнув, он ощутил голодное урчание живота. Тот явно напоминал о том, что Садко не ел ещё со вчерашнего обеда. Желания готовить не было, поэтому вскоре было принято решение позавтракать (или уже пообедать?) в Фейблтауне. Может, встретятся вчерашние знакомые. Поболтать о том о сём, о своём, о былинном. 

 

*********

 

Остановившись перед таверной, он оправил свой костюм. Это было не начало делового дня, поэтому Садко одел белую рубашку с закатанными по локоть рукавами и огненно-красный жилет, на котором золотой нитью был вышит всё тот же узор огненных перьев. Простые чёрные брюки и туфли. Толкнув дверь, он увидел забитый зал. 

- Нас прямо таки влечёт друг к другу, - весело воскликнул он, при виде знакомых лиц.

Изменено 14 августа, 2015 пользователем Gonchar

[Элесар]

Ренар. Квартира Розы

 

Однако, единственное, что сейчас наверняка имелось в холодильнике Красны - это бутылка ледяной родниковой воды. Джек совсем недавно планировал заработать денег на поставках "чистейшей, органической, полной электролитов" питьевой воды из какого-то особо престижного родника, составив конкуренцию "Перье" и "Эвиану", но, как это обычно с ним бывало, предприятие прогорело, не успев как следует заработать. В итоге Розе ее доля была доставлена им в виде бутылок с водой, одну из которых она и принесла вышедшему следом за ней с балкона Ренару. Она точно помнила, что у нее еще оставалось немного денег, так что, временно отогнав тяжкие самобичевательные думы, Роза собиралась отправиться завтракать в какое-нибудь уютное заведение, по пути сдерживая порыв прямо здесь и сейчас обвинить хитрозадого лиса во всем, что с ней вчера происходило - ломота из мышц никуда не делась.
- Угощайся, - щедро велела Красна, передав бутылку. - И, Ренар, - она дождалась, когда он посмотрит на нее, отвлекшись от крепко закрученной крышки, подергав в знак желания одеться кофту за края. - Отвернись.

 

- Спасибо за спасение от обезвоживания. Ты чудо, - улыбнулся в ответ Розе мужчина, пытаясь открутить крышку. Оказалось, занятие это не такое уж и простое. Похоже создатель этой торговой марки был уверен, что чем дольше открывают его продукцию, тем вкуснее покажется вода. В этом, конечно, был смысл, но Ренар бы предпочёл куда более простой способ утолить жажду. Лис медленно поднял глаза на окликнувшую его девушку. Глаза Гупиля чуть сузились и весело блеснули, а уголки губ немного дрогнули, тем не менее заговорил он совершенно обычным голосом. - Да, конечно, - отвернувшись к живописным видом с балкона, скупщик всё-таки справился с чудо-бутылкой Джека и добавил, прежде чем припал к горлышку, - Не стесняйся обращаться ко мне с просьбами. Ещё я прекрасно изображаю удивление, смущение и делаю вид, что вижу кого-то или что-то в первый раз. Вдруг пригодится?

[Beaver]

Таверна

 

- Аннеке! - едва не крикнув сказал Томмас, - лучше сядь и выпей кофе, так будет лучше, а не то...

 

"Неужели и правда...?" - Герда с сомнением покосилась на Томмаса.

Видя, что Пеппи завела разговор с Чеширом, и не желая им мешать, девушка стал искать Сказание, с которым можно было бы пообщаться. Айвен? Он, конечно, поприветствовал ее, но вряд ли нуждался в компании. Взгляд перешел к Серому со спутницей.

- Разрешите подсесть к вам, мистер Грей и...? - Брэйв вопросительно посмотрела на Василису.

 

- Нас прямо таки влечёт друг к другу, - весело воскликнул он, при виде знакомых лиц.

 

- Здраствуйте, рада вас видеть, - улыбнулась она.

[Gonchar]

Когда Садко увидел, к кому подсела Герда, его глаза удивлённо расширились. Вспомни по утру, называется. Подойдя к столу Василисы и Серого, он почтительно поклонился перед дамой.

- Сударыня, для меня большая честь и радость видеть вас, - он поклонился, - вот уж кого не ожидал увидеть вдали от Родины здесь, в Фейблтауне.

В его серых глазах все ещё было видно удивление.

[Ларьяда]

- Разрешите подсесть к вам, мистер Грей и...? - Брэйв вопросительно посмотрела на Василису.

 

- Да, конечно, - приветливо улыбнулся волк. - Это Василиса.

- Очень приятно, - чуть слышно сказала Василиса.

- А это Герда. Замечательная девушка, между прочим.

 

- Сударыня, для меня большая честь и радость видеть вас, - он поклонился, - вот уж кого не ожидал увидеть вдали от Родины здесь, в Фейблтауне.

 

Василиса, глядя на него, вовсе раскрыла рот, не находя слов.

Серый, прищурясь, тоже всматривался в лицо подошедшего.

- Садко?.. Сколько зим, сколько лет!.. - вымолвил наконец.

Встреча была неожиданной.

Изменено 14 августа, 2015 пользователем Ларьяда

[Gonchar]

- Садко?.. Сколько зим, сколько лет!.. - вымолвил наконец.

- Ну прямо вся компания в сборе, - гулко рассмеялся купец, - и тебе не хворать Серый! Революция внесла свои коррективы в мой привычный образ жизни. Сами знаете, что таким как мне если не воровать или не идти в политику, то место найти стало очень сложно.

Протянув руку волку в человечьем обличье, он заметил одну деталь.

- А где Иван? Он тоже с вами?

Изменено 14 августа, 2015 пользователем Gonchar

[Энди-с-Лицом]

Айв, не оборачиваясь, помахал Герде рукой. "А не навестить ли мне Патрика? Впрочем, он, наверное, как и полагается приличному Сказанию, работает на своей отнюдь не сказочной работе, а не прохлаждается дома..." Рядом уселся какой-то мужик и спросил дерьмового пива, а Румпель что-то, кажется, хотел повертеть, и Лебедь, так и не расслышав, что именно и на чем, не стал уточнять.

Занятый размышлениями в духе лучших представителей немецкой интеллегенции (большинство из которых Румпель в той или иной мере недолюбливал), он пропустил появление новых лиц в таверне. Рассеянный взгляд скользил по Герде, какому-то внушительному товарищу славянской внешности, который, видимо, был хорошо знаком с Греем и его спутницей, по Айвену... Румпель резко оборвал размышления и тяжело посмотрел на Айвена. Далеко не все воспоминания прошлого дня сохранились в памяти, но начало пьянки он помнил прекрасно. Румпель встал и пересел к Лебедю.

- Доброе утро, - несколько ядовитым голосом, маскирующимся под дружелюбие, заговорил он. - Как жизнь? Все еще мучаемся вечными проблемами?

[Beaver]

Таверна

 

- Да, конечно, - приветливо улыбнулся волк. - Это Василиса.
- Очень приятно, - чуть слышно сказала Василиса.

 

- Рада знакомству с вами, - сказала Герда. - А почему вас раньше совсем не было видно?

 

- А это Герда. Замечательная девушка, между прочим.

 

- Спасибо, но до вас мне в любом случае далеко, - улыбнулась она.

 

- Садко?.. Сколько зим, сколько лет!.. - вымолвил наконец.

 

"Стоило раньше догадаться, что они хорошо знакомы..." - отметила девушка.

Наконец, принесли ее заказ.

[Laion]

Все повторяется. Опять Цокот копыт закрыт.  Надо бы куда-нибудь зайти выпить кофе, а то она с утра даже не позавтракала. Нехотя она развернулась и поехала в таверну Брансток. Там наверняка уже народу полно, спокойно не позавтракаешь..

Куда мог уйти Айви, она не представляла.. И не хотела знать. Мог бы и хоть слово сказать, а не так.. линять втихую.

Мопед остановился возле таверны. Оставив его возле входа, Леонтика вошла внутрь и поморщилась - ну конечно. Свободных мест уже почти не было.  Заказав   себе кофе и большой бутерброд, она осмотрелась, выбирая место поспокойнее.

[Ларьяда]

Василиса сидела теперь, спрятав лицо за ладонями. Казалось, она готова заплакать, но она улыбалась. Нервно, но улыбалась.

- Садко, боже... Неужели это ты? Даже не верится... И не надо, пожалуйста, таких слов пышных, я давно отвыкла от такого обхождения, я простая учительница!..

 

- Ну прямо вся компания в сборе, - гулко рассмеялся купец, - и тебе не хворать Серый! Революция внесла свои коррективы в мой привычный образ жизни. Сами знаете, что таким как мне если не воровать или не идти в политику, то место найти стало очень сложно.

Протянув руку волку в человечьем обличье, он заметил одну деталь.

 

Серый пожал протянутую руку.

- Да, времечко жаркое было... Даже сказочные между собой чуть на смерть не пергрызлись.

 

- А где Иван? Он тоже с вами?

 

Василиса поникла. Она сама уже хотела расспросить Садко, не знает ли он чего о её муже. Серый собирался что-то ответить, но она его в этот раз опередила. Голос её был поникшим.

- Пропал Иван. Я не знаю, где он. Просто взял и исчез, не предупредив. Я подумала, может быть, ты про него что-нибудь слышал? Но, раз спрашиваешь, то, наверное, нет... Я и сюда приехала только из-за него - думала, может, следы хоть какие найду. Кикимора что-то говорила, будто ей знакомая отсюда писала про какого-то Ивана, вот я и подумала - может, мой объявился? Ну хоть что-то найти, хоть какие-то зацепочки! А Серый... Он за мной прилетел, чтобы меня одну не бросать. А сам, - её вдруг будто прорвало, - Может быть, сам и помог Ваньке сбежать, чтобы я ничего не знала! А теперь сидит и делает вид, что он тут ни при чём! И присматривает не за мной, а за тем, чтобы я про Ваньку ничего не узнала!

 

Серый откинулся назад, удивлённо уставившись на неё:

- Ну вот теперь я опять виноват! С чего ты взяла, что я к этому имею какое-то отношение? Если б я знал, где он, давно сам бы за уши к тебе притащил! Чтоб ты дома сидела, а не по Америкам разъезжала, где места себе не находишь.

И уже обращаясь к Садко:

- Ты представляешь? Я её когда первый раз здесь встретил, она как с похорон шла! В общем, милое, конечно, местечко, этот Фэйблтаун, только не приспособлены такие люди, как Василиса, для проживания здесь.

 

Из-за потока эмоций Василисы на реплики Герды волк ответить просто не успел.

[Spectre]

Неизвестно почему, но почему-то чем сильнее привязаны два человека, тем больше и сильнее они ссорятся. Так и происходит зачастую с Томмасом и Аннеке. В детстве дрались они часто, сейчас же чуть что сразу перепалки устраивают. Вот и сейчас в таверне снова началась ссора, правда ее быстро урезонили и парочка присела в отдаленный угол и тихо ругалась.

- Ну почему ты вечно лезешь, командуешь, - недовольно проворчал Томмас, глядя на сестру, - ты как хренов таран с шипами.

- А что поделать если ты встреваешь в самые разные дебильные ситуации? - парировала Аннеке, - ты иногда ведешь себя как малолетний дебил, никогда не задумываешься о последствиях.

- Ага, будто бы так делаешь?!

- Ну уж почаще тебя, да.

- А эта стерва со стальными яйцами, - послышалось парочке откуда-то и этим кто-то оказался обычный посетитель таверны, который незатейливо подслушал разговор.

- Чего ты сказал, ушлепок? Ты как про мою сестру что только что сказал?

- Да, лучше уматывай отсюда, иначе я заберу себе твои шары, ты меня понял, урод пузатый? - пригрозила Аннеке посетителю, который после этого пулей выбежал из таверны.

- Да, круто мы его уделали, - почти одновременно сказали это вслух брат и сестра.

[OZYNOMANDIAS]

Когда пылающая неземным светом звезда срывается с неба и увязает в грязной сырой земле, от собственного стыда и невыносимой горечи она превращается в мертвый, холодный камень. К сожалению или к счастью, упавший на дно человек может только мечтать о том, чтобы стать его частью: ему, разбитому о каменную пустоту жестокого безразличия, приходится либо вставать, либо оставшийся срок существования ловить презрительные взгляды и тени высоких деревьев, гадая, каким пламенем объято Солнце и каков на ощупь потерянный свет.
Каждая новая минута размышлений в сигаретном дыму развязывала очередной узелок в голове Гарри, отчего звенящий в ней неровный вой сотен струн только усиливался, словно угрожая окончательно свести Анселя с ума. Это было невыносимо: дрожащие мысли и воспоминания медленно тонули в тяжелой свинцовой жидкости, том горючем, которое тушило пожар в подкорке головного мозга.
Судя по всему, она не могла его найти: сказались долгое отсутствие хитроумных загадок и оседлый образ жизни, который Игрок вел последние несколько лет. Он любил Нью-Йорк, место, в стенах которого можно раствориться: быть может, даже стать камнем асфальтированных улиц, прячась среди суетливых тысяч, десятков тысяч, сотен... Таких же камней, как и он сам.
Но её это не останавливало. Она находила его среди любых лабиринтов, хватала за руку, прижимала к себе. Причиняла боль. Может быть, он не мог ответить на вопросы, потому что слишком долго бежал от неё? От её безумной страсти, которая дважды приводила Гарри к обрыву и непременно сделает это снова? Она была вином, для которого у Анселя не было кувшина, и её слепая любовь была не более, чем пыткой.
Она была вином, но у него не было хлеба.

 

Три медяка

Спойлер

— Нет, дело не к добру клонится.
Гансль, распластавшись на грязной гогенфуртской улице, разлепил веки. Над ним стоял хмурый старик, седой и облаченный в рясу: в его жилистых руках была простенькая удочка да деревянное ведро, а с пояса свисала пара толстых ключей. Обождав немного и поняв, что больше лежащий в грязи признаков жизни подавать не собирается, он покрепче схватил удочку и ткнул в Игрока.
— И что же, так и будешь лежать тут? Нет, так не пойдет, — проговорил старый рыбак и вновь ударил скорчившегося от боли Гансля концом палки.
— Да что ты, хрыч старый, хочешь-то? — возмущенно и угрожающе, насколько это мог сделать испачканный оборванец, лежащий в луже на окраине Гогенфурта, огрызнулся Игрок, медленно поднимаясь на ноги. — Не мог, что ли, дождаться утра? Я бы с первыми петухами уже ушел.
Седой сердитым взглядом окинул Гансля и чуть замахнулся удочкой, заставляя того шевелиться.
— Так-то лучше, — проворчал он и медленно побрел вдоль размытой дороги. — Будешь трындедь – прибью палкой да ухо отрублю, понял? А петухов я не люблю. Жуткая животина, так и знай, — со знанием дела кивнул старик.
Гансль-Игрок следовал за ним, с опаской разглядывая сумасшедшего ворчуна. Это, должно быть, юродивый странствующий монах, думалось ему, пока он осматривал нехитрый скарб идущего впереди рыбака. Или, может быть, знахарь какой, целитель: Гансль знал всего двух стариков вроде него, и оба вызывали чувство неподдельной тревоги, смешанное с жалостью к обделенным светлотой в головушке. Один, например, обвешивался цыплячьими лапками и подозревался в сношении с козой, а другой носил в енотовой шапке гнездо и был вымазан в птичьем помете до самых пят. Не стоит, наверное, говорить, что нормальному люду эта отрыжка волшбы доверия не внушала, и обращались к ним только в случаях столь же запущенных, как и они сами.
Однако старый рыбак вел себя спокойно, и опустивший голову Гансль нехотя погрузился в мысли, от которых пытался убежать там, в грязи, валясь подобно свиному рылу. Турнир, Рага Шулер, пиковая дама, роковая улыбка и проигранный дом – вот вся правда, которой у него было полное исподнее: еще немного – и запах от нее разнесется по всему городу, заставив трактирщика Фридера держаться за голову и браниться, а остальных только потешаться. Не успев зажечься над линией горизонта, он уже лежал средь других, холодный и мертвый.
— Нет, дело не к добру клонится.
Гансль-Игрок вздрогнул и недоуменно поглядел на спутника. Старик ухмылялся, бросая взгляды на растормошенного и озадаченного юношу, то и дело поглаживая висящие на поясе ключи и посматривая наверх. Словно примечая что-то, он кивал и шел дальше, увлекая за собой Гансля.
— Ну, отец, — заговорил наконец Игрок, пытавшийся высмотреть что-то в рисунках звезд и ничего не находивший, — куда мы идем-то с тобой? У меня, знаешь ли, интереса вот так шататься по ночному Гогенфурту что кот наплакал... И как звать-то тебя? Не пристало взрослым людям гулять, не знакомясь.
— Пошто тебе моё имя-то, охальник? Если понравился, то ты так и скажи, што-нить придумаем, — подмигнул Ганслю старый и косо улыбнулся. — Хошь как-то звать – зови Камень. А уж я-то для тебя слов найду, морда поросячья.
— Камень? — переспросил юноша, подумав, что не расслышал. — Ты что, старик, из ума выжил, или у тебя имя девичье?
— Вот занозу занозил... — проворчал Камень себе под нос. — Ладно, сладкий, хошь имя – будет имя. Родители меня нарекли Шимоном, или Симоном, коль так удобнее. А сам я из Вифсайда, так что получается я Шимон Вифсаидский, или...
— Приятно познакомиться, Камень.
Старик чихнул. Или ухнул. Или чихухнул – Гансль не мог решить, слышал ли он раньше нечто подобное.
В грудь ударило что-то тяжелое, так что у Игрока даже перехватило дыхание. Оправившись от состояния, схожего с падением последних листьев лопуха в дыру отстойника, он недоуменно развернул сверток Симона: в нем оказались два латных наколенника.
— Наколенники? Ты обо мне плохого мнения, старый извращенец, — прищурился Гансль-Игрок. — Я за поднятие даже из грязи в князи эти наколенники не надену.
Камень только усмехнулся и посеменил вперед.
— Всему свое время, парень. Всему свое время...

 

... Воспоминания, в которых Гарри продолжал сомневаться, прервал неожиданный зуд в колене и опустевшая тара виски. Пальцы полезли под металлические подкладки, обвивавшие разломанные давным-давно коленные чашечки, и тогда взгляд Анселя, заметившего, что народа в таверне серьезно подприбавилось, упал на одного смутно знакомого типа. Пытаясь припомнить, откуда он знает этого побродяжку, Игрок запустил пальцы поглубже и вдруг...
— Вот сука, — сказал он севшим голосом, словно встретивший своего командира лихой дезертир.

Спойлер

Вот. Сука.

 

Изменено 14 августа, 2015 пользователем The_Last_Nomad

[Плюшевая Борода]

"Брансток"

 

- Доброе утро, - несколько ядовитым голосом, маскирующимся под дружелюбие, заговорил он. - Как жизнь? Все еще мучаемся вечными проблемами?

 

- Привет, Румпи, Если под "вечной проблемой" ты имеешь в виду тот факт, что под микроскопом этой самой вечности каждый из нас не представляет из себя ничего, кроме маленького сгустка энтропии, который необходимо либо сохранить, либо уничтожить, при всем при этом руководствуясь исключительно соображениями высшего свойства, такими как баланс энтропии и негэнтропии, карма и незамыкаемая цикличность вечного круга, то нет, я думал о том, что одной сигареты никогда не бывает достаточно и как-раз собирался... - Айв зашвырнул сигарету в рот и, ловко поймав ее зубами, прикурил, - ...прикурить вторую. Будешь кофе? - он постучал пальцами по стойке, привлекая внмание бармена, - Еще один...нет, два кофе.

 

Сидя спиной ко входу, он никак не мог заметить вошедшую в бар Леонтику, но...заметил. Всего за секунду до того, как она вошла в таверну, он обернулся ко входу - почувствовал, почуял, предугадал - что-то из этого или, может быть, вместе...

 

- Леонтика! - позвал девушку Айв и,соскочив со стула, приблизился к ней.

[Gonchar]

Садко придвинул стул и медленно опустился на него.

- Делааа. Но как он мог от тебя-то пропасть? Коли он где прячется - так через зеркало можно посмотреть или через яблоко и тарелку.

На саму тираду Василисы он лишь глубоко вздохнул и сочувственно посмотрел на Серого. Женщины.

- Ты представляешь? Я её когда первый раз здесь встретил, она как с похорон шла! В общем, милое, конечно, местечко, этот Фэйблтаун, только не приспособлены такие люди, как Василиса, для проживания здесь.

- Это уж точно, менталитет, - Садко покрутил пальцем у виска, - совсем другой здесь становится, под стать простакам.

Он опять глубоко вздохнул. Как давно он уже тут? Как давно не видел родных мест и лиц? Мигрантская ностальгия, чтоб её. 

- И есть какие новости? Если что - подсоблю чем могу. Уж чем-чем, а средствами не обижен. Горе тому, кто родичей в беде бросит.

[Ларьяда]

- Рада знакомству с вами, - сказала Герда. - А почему вас раньше совсем не было видно?

 

Наконец появилась пауза, и Серый решил, что невежливо оставлять вопрос девушки без ответа. Поэтому он сказал:

- Герда. Василисы не было видно, потому что сначала вы с ней разминулись, а потом ей заказ подвернулся. Вот она и сидела безвылазно дома, она ж обязательная. Взялась - сделать надо. Теперь вот жалуется, что спина болит. Кстати, девчонки, она вот тут про массаж выспрашивала - можете ей рассказать, куда тут можно сходить? Лучше должны в таких вещах разбираться, к тому же, местные.

 

- И есть какие новости? Если что - подсоблю чем могу. Уж чем-чем, а средствами не обижен. Горе тому, кто родичей в беде бросит.

 

- Спасибо, брат. Хватает, так что со средствами всё в порядке. Не густо, но хватает. Нам много и не надо.

 

- Делааа. Но как он мог от тебя-то пропасть? Коли он где прячется - так через зеркало можно посмотреть или через яблоко и тарелку.

 

Ответил опять Серый.

- Научился он от таких вещей прятаться. Не зря жена-то Премудрая... А с кем поведёшься - от того и наберёшься.

Изменено 14 августа, 2015 пользователем Ларьяда

[Энди-с-Лицом]

Привет, Румпи, Если под "вечной проблемой" ты имеешь в виду тот факт, что под микроскопом этой самой вечности каждый из нас не представляет из себя ничего, кроме маленького сгустка энтропии, который необходимо либо сохранить, либо уничтожить, при всем при этом руководствуясь исключительно соображениями высшего свойства, такими как баланс энтропии и негэнтропии, карма и незамыкаемая цикличность вечного круга.

- О, боюсь, что я говорил о другом, - иронично отметил Румпель, - хотя предложенная тобой тема, несомненно, достойна детального анализа и долгой дискуссии - особенно если учесть, что нам до черта лет, и наш взгляд на разного рода философские вопросы - в особенности я бы выделил проблему вечного круга - базируется в том числе на уникальном опыте, которым не могли похвастаться лучшие умы простаков. Так вот, несмотря на весь мой интерес к этой лабуде, я имел ввиду главным образом вечный вопрос последствий утренних пьянок. Которые для тебя, я посмотрю, не очень-то ужасные. А столь волновавшие тебя темы тонких материй в отношениях между мужчиной и женщиной, - со все возрастающей иронией в голосе закончил он, - решены самым приятным способом... Доброе утро, Леонтика! - уже громче и самым дружелюбным тоном, сохранившим лишь легкий оттенок иронии, поздоровался Румпель с девушкой.