FOX Мафия 025: Волки уходят в небеса

[Таб]

Оран долгое время молчал, задумчиво пялясь куда-то себе под ноги. 
- Д-а-а-а, - наконец протянул он, - Я, конечно, нихрена не понял, но это явно что-то глубокомысленное и метафорическое. Постараюсь запомнить и осознать, а пока что нам обоим лучше поискать... более осознанные улики.

это знак

Изменено 17 февраля, 2016 пользователем Табаджи

[Кайра]

Может  мне стоит  еще раз войти   в транс,  он вспомнил название из маминых эзотерических  практик.    И надо оповестить всех  остальных, а потом хочу превратиться   в  волка и немного побегать   скинув  с себя  человеческую оболочку

 

Грейди устроился в  позе йога  и попытался уже осознанно войти в транс

Спойлер

 

Kaira rolls 1d2 = 1

[Laion]

Оглядевшись, Реджина заметила, как народ на тротуаре расступился и тут же сомкнулся, выпуская кого-то. Предположив, что там скрылся водитель, она рванула следом. Разве может поднабравший жирок мужчина средних лет состязаться в скорости с оборотнем? 

Через пару минут Реджина уже схватила улепетывавшего водителя за  воротник.

 

- Стой, недоумок! Не видишь, у тебя кровь? - царапнув на мгновение удлинившимся когтем по лбу водителя, Реджи показала ему палец, измазанный кровью. Как оказалось, мужик довольно нервно относился к виду собственной крови, поэтому его ноги подкосились, а губы затряслись.  Подхватив его, Реджи отвела  его чуть в сторону, усадив у стеночки.  и с "участливым" видом склонившись к нему,  проворковала: - Погоди, сейчас я тебе  помогу. Что там случилось-то? - как можно более безразлично поинтересовалась она.

[Звездочет]

Несколько часов назад

 

Молодой мужчина с густой рыжей бородой, которой, впрочем, в Ирландии никого не удивишь, зашел в бар. Дешевое место с наверняка дешевой выпивкой. Не от того ли вокруг были сплошь и рядом угрюмые, недоброжелательные лица, обезображенные постоянным времяпровождением в таких местах? Единственным, что Киган оценил, было музыкальное сопровождение в баре, но музыкант как раз закончил играть, и оборотень тут же потерял интерес к нему. Насчитать столиков в баре удалось всего лишь семь и почти все были заняты, однако Киган и не думал оставаться здесь дольше, чем на то была необходимость, поэтому сгонять никого из посетителей он не стал.

Цепким взглядом зеленых глаз, мужчина поискал хоть сколько-то знакомые лица: членов собственной стаи, с которыми он был знаком по крайней мере мельком, людей из местного стада, которые крутились вокруг стаи и этого места. Обнаружить громадного альфу не составило особого труда, но, судя по виду Адалберто, вожак не был настроен вести сейчас разговоры, так что Киган решил уйти из "Маттона", избегая излишнего внимания. Слишком сильно он выделялся своим внешним видом из толпы - дорогое легкое пальто, на размер больше, чем нужно, пижонские джинсы, часы и другое, что могло бы спровоцировать кого-то из местных громил и создать инцидент. Киган не боялся стычек, нет, но бессмысленные драки были далеки от его пути.

Впрочем, направляясь к выходу из "Маттона", мужчина порадовался, что решил здесь не задерживаться - в бар привели работающих девочек, а сильнее дешевой выпивки Кигану были противны только дешевые женщины.

 

Однако идея провести остаток вечера и ночи в лесу тоже оказалась не лучшей - как только Киган отошел достаточно далеко от улиц, углубляясь в коридоры деревьев, он услышал недвусмысленный рык. Огромная, видимо, уже кем-то разозленная тварь бесшумно вышагала из чащи, уставившись на рыжего кровавыми белками звериных глаз. Пасть, полная смертельно опасных клыков, была ощерена. Киган осознал, что ему очень повезло - безумный Раху не накинулся сразу, не предоставив возможности ни увернуться от атаки, ни, тем более, убежать.

Не показывать свой страх. Не отводить взгляд. Не делать резких движений. Не провоцировать. 

Даже в форме волка Киган не отличался недюжинной силой, но был быстр, ловок и отлично ориентировался в дикой местности, на уровне инстинктов всегда выбирая удачный путь. Готовясь к рывку, уррата преобразился до формы Далу (тут-то и пригодилась одежда на размер больше, оставшаяся целой) и бросился бежать.

[Плюшевая Борода]

Грейди устроился в  позе йога  и попытался уже осознанно войти в транс

 

...когда тонкий, словно тихий горный ручей, голос прошептал...

 

...Дождь очищает все, даже душу. Но чтобы очистить все души, должен грянуть потоп...

 

...а подсознание волка, рождая беспорядочные образы, вырвало его из мира смертных...

 

...сна...теплой тьмы...беззвучной тьмы... потом пришли звуки.... слабый, едва различимый шум... булькающие жадные глотки...черная гладь воды.... подернулась рябью... рябью и расступилась...огромная паучья голова и тело... Матерь плачет...тело одного из нас, одного из Народа... в черных жвалах...мощная грудь Уррата осенена кровавым крестом..и..раскаяние...ничего нельзя...голова паука рассыпается тысячей крохотных телец...щупалец...ложноножек...тоненький визг, так пищит...

 

...в мир грез, которые оборвались почти так же внезапно, как и появились. Грэди почувствовал тупой удар в затылок и внутри черепной коробки словно зазвенела сотня колокольчиков, к горлу подкатила обильная рвота, а в животе поселились бабочки...вот только эти не мельтешили приятным щекотанием внутри, эти были голодными, эти больно впивались в плоть...

[Кайра]

Губы его  шептали поток, как казалось бы  бессвязных слов, но что - то  в них было важное для  Народа, для стаи  

Спойлер

...сна...теплой тьмы...беззвучной тьмы... но потом пришли звуки.... слабый, едва различимый шум... булькающие жадные глотки...черная гладь воды.... подернулась рябью... рябью и расступилась...огромная паучья голова и тело... Матерь плачет...тело одного из нас, одно из Народа... в черных жвалах твари...мощная грудь Уррата осенена кровавым крестом..и..раскаяние...ничего нельзя...голова паука рассыпается тысячей крохотных телец...щупалец...ложноножек...тоненький визг, так пищит...

 

Западня, тварь  огромный ,  мать ... ему нужно было поговорить   рассказать альфе  он поймет.  - Скажи, тому кто нас  собрал  мне надо ему сообщить, прошептал   из носа потекла кровь, все кружилось перед, тело   ...выгнулось дугой, его стошнило прямо на пол, ему хотелось кричать  от боли, но  губы  что  - то шептали, ирландец  дорого  расплачивалась   за транс

 

Оран

[Таб]

Оран нахмурился и с жалостью посмотрел на парнишку. - Ладно, только ты смотри, не откинь копыта, пока я там буду.- Рурк был не прочь поиграть в детектива и искать улики, но судя по всему, желавших и без того было достаточно. Он вздохнул, растоптал, брошенный на землю окурок и снова пошёл внутрь паба. Создавалось паскудное впечатление, что тут они застряли надолго, да и кровавая луна вместе с дурацкими пророчествами не внушала ничего хорошего. Оран, конечно, боялся, что слова, сказанные Грейди выветрятся у него из головы, но как ни странно этого не произошло.
- Эй, у меня тут новости, - мрачно произнёс он, увидев, наконец, Юджа и пересказал тому слова парнишки настолько точно, насколько мог.

Плюш

Изменено 17 февраля, 2016 пользователем Табаджи

[Darth Kraken]

С невозмутимым видом Джеймс держался чуть позади Реджи, подойдя к ней чуть позже. Ему понадобилось немного времени, чтоб оставить в машине гитару и поставить "квартиру на колёсах" на сигналку.

 

Х до завтра. Джеймс пускай таскается за Реджи, если, конечно, Лайон не против.

[Серебряная]

Стараясь не смотреть в сторону Реджины и теперь вызывающего жгучую ненависть парня, синеволосая крепко задумалась, усилием воли заставив себя отключиться от реальности. Итак, машина принадлежит охраннику местной шишки, более того - криминального авторитета. Ну, разбилась машина и разбилась, положили в ней кого-то. Но тогда почему так взволнован хозяин этой странной вечеринки? Из этого можно было сделать несколько выводов. Первый - дело здесь не только в Красной Луне, Альфа чётко провёл для себя грань между небесным светилом, и сегодняшним происшествием, как ей показалось - реакция говорила именно об этом. Далее, нападение обезумевших тварей, ранее гордо именовавшихся оборотнями, и вот теперь это. Ясно, что всё это не является простым совпадением, и следует копнуть как можно глубже. Разумеется, здесь есть люди, знающие и побольше её, да что там говорить - почти все! Но, сидеть без дела тоже нельзя. А пока что следует пойти в бар, и поразмыслить над открывшимися фактами. Бросив последний взгляд в сторону подруги, Исгера вошла внутрь, унося в своих глазах вечернюю грусть...

 

X

Изменено 17 февраля, 2016 пользователем Серебряная

[Плюшевая Борода]

OPENER

 

 

Спойлер

 

Адалберто припомнил, что Джордже, босс нерадивого водителя чарджера — шестерка мистера Джи, в узком кругу и за глаза именуего Густавом. Отловленный Рурком наркоша поведал еще более интересные подробности — оказалось, что Мистер Джи содержит некий притон, именуемый Комнатой Божьей Коровки и что пускают туда либо по приглашению, либо после предъявления билета, а билетом является игральная карта — трефовый туз, причем масть карты неслучайна — она символизирует паучью суть хозяина, который, судя по всему, был Азлу, потому что никем иным он быть не мог. В ответ на заданный Калебом вопрос «а почему не мог и что это вообще за херня», альфа ответил многозначительным молчанием и задумчивым взглядом, после чего наркоше дали продолжить и он рассказал о том, что про Комнату ходит множество разных слухов: одни говорят, что само ее существование стало возможным еще в незапамятные времена благодаря сделке с Дъяволом, другие утверждают, что комната кочует из города в город,третьи с пеной у рта клянутся, что видели, как из дверей Комнаты выходил сам мэр или шеф полицейского управления или еще какая-нибудь шишка, а четвертые и пятые вообще несут лютый бред про жестокие снафф-фильмы, девственниц на продажу, «тринадцатый этаж», отыгранные у Дьявола души и про то, что этот самый Дъявол в этой самой Комнате «обучив десять неонатов искусству лжи и злых козней, всегда берет десятого в качестве платы» и тому подобное. В общем, альфе было о чем подумать, а видения, ниспосланные юному кахалиту Грэди самой Зурхатан, тотемом и охранительницей стаи, не только подтвердили уже известное, но и вскрыли на первый взгляд невозможное — стая имеет дело с причудливым, если не сказать чудовищным симбиозом Многих-В-Одном Азлу и Бешилу. В ответ на недоумевающие взгляды молодых волков — мол, а что это вообще такое — альфа пустился в пространные объяснения, из которых можно было понять не все, а только то, что и Азлу, и Бешилу представляют из себя единых существ во множестве тел и что стоит им собраться вместе, как они сливаются воедино, многократно увеличивая свою мощь, интеллект и защитные свойства, а разница между первыми и вторыми заключается в том, что Азлу — Паучье воинство, а Бешилу — Крысиное. Убить — почти невозможно, прогнать — необходимо, потому что Воинства враждуют с Уррата еще с тех седых времен, когда Отец-Волк был жив, а Азлу и Бешилу в одном теле вообще никто никогда еще не встречал, а если и встречал, то не доживал до того, чтоб рассказать, и если такое не уничтожить... Потом один любознательный и сообразительный Уррата (должно быть, это был Киган или Каллен,в общем, его имя точно начиналось на К) осведомился у аьфы, а какого, собственно, черта в машине забыла мертвая девчонка и какое она имеет отношение ко всей этой истории, на что альфа не нашелся, что ответить и только пожал плечами, а потом принялся рассказывать какую-то очередную из своих баек....

 

— Сколько себя помню, эта история всегда звучала у нас дома, на тот или иной лад, передаваясь из поколения в поколение, от деда к отцу, от отца к сыну и... - после очередной театральной паузы альфа затолкнул тугой горячий комок назад в горло вместе с дымом последней затяжки и достал из нагрудного кармана пиджака новую пачку, — ... и когда-нибудь я должен был рассказать её своим детям так же, как мой отец — мне, но... впрочем, неважно... навострите ушки, волчатки, сейчас я расскажу вам кое-что такое, что стоит услышать, определенно стоит... — задумчиво и отчего-то грустно протянул альфа и неспешно распечатал пачку - хотя знай собравшиеся его чуть получше, могли бы подумать, что Уррата просто тянет время - и, наконец закурив, продолжил говорить все так же размеренно и неторопливо, словно торопиться было некуда и можно было посидеть вот так просто и потрепаться за жизнь, - ...про Первое Призрачное Дитя, Тан-Хашу-Им. В переводе с Первого имя это значит «божья коровка» - Луна, родив на свет дитя, увидела, что шерсть его была черной с красными подпалинами и все пыталась отмыть, слизать эти пятна, думая, что это лишь следы её крови, но... это были не они. Вскоре она уснула, потому что те роды дались ей тяжелее всеъ прочих - ей еще никогда не было так больно, ведь отцом десятого был сам Дъявол, коварно принявший вид и суть Урфахара, Отца-Волка, и имевший на десятого щенка свои виды, ибо сказано было в скрижалях, что запечатаны в глубинах Пандемониума - «обучив десять неонатов искусству лжи и злых козней, всегда бери десятого в качестве платы». Луна рыдала кровавыми слезами — и тогда, и после, и всякий раз, стоило ей вспомнить об утраченном для нее навсегда сыне — и проклинала себя, но поделать ничего не могла, ибо Дъявол был много искуснее в науке обмана, чем любой из Уррата когда-либо мог бы стать. Она отдала ему десятого, а девятого, восьмого и седьмого, тех, что дали жизнь нашим извечным врагам, Чистым, позволила обучить... обучить своему проклятому ремеслу. Получив свою плату, Дъявол удалился из угодий Уррата и заточил Тан-Хашу-Им в междумирье, — хитроумно спрятанном кармане между реальностями, не имеющем в мире смертных физического воплошения, но способном на него влиять и улавливать колебания струн реальности — где мог терзать своего сына и потешаться над ним до скончания времен, и не было для него ничего более сладкого и приятного, чем это, только вот сынуля оказался не пальцем сделан: поимел папку, фигурально выражаясь, во все щели и свалил в Хисил, а карманный план, собственность отцовскую, в иную реальность с собой прихватил, только их и видели. Владыка Ада позлобствовал, поорал, потопал ножкой - ему ведь в Мир Теней ходу не было... да и угомонился — а Тан-Хашу-Им... - Юдж, который давно уже перешел с куртуазного слога на простой и незайтейливый и даже этого не заметил, видимо, погруженный в состояние сродни трансу, осекся и зашипел от боли, — окурок давно потухшей сигареты обжег заскорузлые пальцы — но тут же закурил следующую, — Охрененная байка, правда, волчатки? Ну да ладно, не об этом сейчас... Вы лучше вот что... раздобудьте-ка мне адресочек того места, где сейчас находится эта хренова Комната. Потому что если в наших краях завелось то, на что я думаю, да к тому же с собственностью в виде личного карманного плана, то у нас с вами, ребятки, нарисовались большие проблемы... Впрочем, нет...вместе пойдем. И вот что — держитесь-ка рядом... - последние слова он произнес почти что с пылом и в глазах на миг сверкнула ярость и...отеческая забота? Да нет, показалось, наверное.

 

По истечении пары часов и трех литров виски стая, затарившись по меньше мере десятью колодами игральных карт и колюще-режуще-стреляющим арсеналом, наконец отыскала заветную Комнату и во главе со своим альфой дружно ввалилась в аппартаменты со стволами, кастетами и битами наперевес. Дьявола там не обнаружилось, к вящей радости гостей, а коробка из-под пиццы с надписью «Файона для вас — 24/7. МЫ не довезем за час — ВЫ можете не платить за пиццу!» была всего одна, но пицца в ней действительно была почти нетронута, а картон коробки был обильно перепачкан в крысином помете. К этому моменту Уррата, уже готовые перекинуться в Гауру по первому слову, а точнее — вою вожака, готовы были растерзать того самого Азлу-Бешилу, появившегося из задней комнаты в человеческом обличье (а на самом деле, просто искусно натянутой коже трупа) и окружении дюжины верных паучьих псов и крысиных шавок, но Адалберто, желая узнать всю подноготную произошедшего тем вечером в Корке и кое-как успокоив сходящих с ума волков, завязал с тварью разговор, в котором, слово за слово, выяснилось несколько нелицеприятных фактов: сросшуюся воедино крысопаучью тварь, не так уж давно (по меркам твари, конечно) перебравшуюся в город, с очень стародавних времен зовут не иначе, как Куштууном (что в переводе с Первого означает «Кожедер»), племянник Файоны, исправно доставлявший сюда регулярно заказываемую пиццу, сгинул почти что без следа в пасти того самого Куштууна на самой заре его кровавой карьеры в Корке, а вот дожевать Шиобан Кожедеру не дала Матерь, почуявшая его присутствие и наславшая на Корк изгоняющее заклятье в виде сотворенного по ее приказу проливного ливня огромной сакрально-магической силы, «очищающего души от скверны». Коварная тварь, будучи осведомленной заранее одним из предателей-Чистых, успела подготовиться и направила оружие Матери против нее же самой, заставив ту обливаться собственной кровью. Волки так же узнали, что их альфа уже однажды сталкивался с Куштууном, только тогда Кожедер выглядел и звался иначе. Стая к этому моменту обезумела почти уже вся и даже приказы альфы уже были неспособны помешать впадению группы в Курут, т.е. Смертельную Ярость — так остро и свирепо все волки почувствовали боль своей извечной  Матери - и завязалась схватка...

 

 

 

 

 

Спойлер

 

Он утратил всякое сходство с человеком задолго до того, как его четырехметровое туловище с налитыми кровью глазами, изрыгая из широко разинутой пасти оглушительно-громкий вой и сверкая огромными желтыми клыками, черной тенью метнулось к твари. Когти, как бритвы, резали и кромсали и тварь, будь она из плоти и крови, давно уже испустила бы дух под таким смертоносным напором, вот только она была не из плоти и крови. Там, куда пришлись удары огромных лап, зияли бескровные прорехи, но вот по блестящему множеством маленьких чешуек телу взбирался новый паучий выводок и прореха пропадала без следа — сначала одна, потом другая — а роящиеся под ногами истошно визжащие крысы усложняли и без того почти невыполнимую задачу подобраться к твари вплотную. Стоило избавиться от одной дюжины, как их место занимали еще три. Стены и потолок словно ожили от мириад копошащейся на них мерзости, торопливо перебирающей тысячью маленьких ловких лап - сплетенная паутина раскинула нити в ожидании своих жертв... и огромный волкоподобный зверь принял то единственное решение, на которое был способен сейчас, под грузом великой Ярости -  протяжно взвыв, он бросился на Кожедера  и, впечатав его в стену, погреб выродка Хисиму под четырьмястами фунтами собственного веса и черт знает сколькими фунтами рухнувшей от напора волчьей туши кирпичной кладки. Тварь пронзительно зашипела и, сделав рывок, в мгновение снова оказалась на ногах, цела и невредима — словно не её только что придавило обломками стены — а Юдж так и остался лежать нелепо изломанным красно-серым мешком в куче кирпичей... Кажется, все было кончено. Шансов на спасение не было... ни у кого. Даже у самого матерого из всех, даже у Адалберто.

 

И в глазах у него сейчас — бесконечная, невыразимая свобода. Свобода неба. Свобода духа. Cвобода ветра. Свобода от страха и от печали. Свобода от всего, что ненавидел, от всего, что любил. Свобода от себя самого. И когда он бросится навстречу неизбежному, в нем не останется ничего от прежней шелухи Адалберто, Юдж, Юда, Баскин-Роббинс, Курут-Хиштун — любое из этих имен и прозвищ или из многих других, которые он когда-то носил, уже не будет ему принадлежать, как не будет принадлежать им и он. И миру, который давно уплатил ему по всем долгам сполна, он тоже больше ничего не будет должен. Только тем, что стоят сейчас у него за спиной — только им он должен все, все, что у него осталось. А шансов ведь нет. Нет шансов, да и черт с ними.

 

 

 

 

Спойлер

 

Мать всегда оплакивает своих детей, каковы бы они ни были — она оплакивает их. Легкими прикосновениями теплого ветерка ли или разбушевавшимся подобно чумному зверю ураганом, сметающим все на своем пути, но она простирает над ними свои объятия, робкими каплями дождя ли или градом, сбивающим с ног, но она проливает по ним свои слезы, ведь Матерь не может иначе, и пускай она непостоянна, в одном для нее нет и не может быть сомнений — все волки принадлежат её любви, как принадлежат они и её скорби. Элодим фахрат дакадрам, нумеа. Покойся с миром, Курут-Хиштун, и да откроются пред тобой врата священной Пангеи, где ты сможешь охотиться вечно и вечно играть, ловко перебирая мощными лапами, мчаться меж стеблей, вонзать клыки в горячую плоть трепыхающейся лани и перекатываться с бока на бок в мягкой траве.

 

- Ты мой отныне… Мой и ничей больше, нумеа, дитя моей печали, - возрыдала Луна, запевая извечную песню грома и облаков и звезд и небо вторило ей, пока не выплакало все свои слезы. Заморосил мелкий дождь и капли падали, роняя все более и более тяжелые потоки воды на выцветшую почву, пока стена ливня не стала сплошной. Небосклон то взрывался яркими вспышками грозовых плетей,  то становился темным, почти непроглядным... скорбным. И то была скорь, величайшая из возможных, но то была и величайшая радость — Дитя вернулось к своей Матери. Дитя вернулось в любовь, в ласковые объятья Луны. А потом дождь прошел. Небо, затянувшись туманной дымкой, стало серым и Юдж, протяжно взвыв напоследок, испустил дух.

 

Небо??! Придя в себя, вы изумлённо озираетесь вокруг: разрушенная до кирпичика Комната растворилась в бледном, почти монохромном пейзаже и теперь со всех сторон, сколько хватает взгляда в плотном тумане, вас обступает черная вода, подернутая легкой рябью. Подошвы обуви словно бы вязнут в липкой тине, с каждым движением или попыткой вырваться увлекающей вас в булькающую массу все глубже, а руки безрезультатно ищут хоть что-то, за что можно ухватиться, но пальцы лишь хватают воздух — и больше ничего. Кажется, вы тонете и нет в целом мире силы, способной вытащить вас из этой трясины. В гаснущем сознании проносится мысль: пора умирать... и сердце начинает колотиться еще быстрее, хотя секунду назад вам казалось, что быстрее уже невозможно...

 

Оно существовало в этом месте давно, так давно, что уже забыло — а были ли другие....

 

...В придорожной закусочной «У Бенджи» почти никого не было, когда внутри появилась она. По-лисьи грациозная, подиумно-безупречной походкой haute couture девушка прошла мимо официантки так, словно шла не по грязному полу заблеванной тошниловки для дальнобойщиков, а по воздуху. Легко, почти небрежно встряхнула копной густых иссиня-черных волос, проходя мимо стола, за которым, уставившись в одну точку, сидел угрюмый и отрешенный мужчина с коротко-остриженными волосами цвета солнца и песка...

 

...Она выйдет за него, она станет его женой! Он не мог сдержать своей радости и уже, кажется, вся Восьмая и угол Пятнадцатой знали, что она сказала ему ДА! Господи, как же он был сейчас счастлив...

 

… А ведь это она научила его хмурое лицо улыбаться и за это он любил ее так сильно...

 

...Врач сказал, что надежда есть...

 

… Врач сказал, что уже слишком поздно и мы должны были решиться на химию раньше, что метастазы распространились слишком глубоко, чтобы их можно было удалить хирургически. Ублюдок лжет! Сука! Он лжет! Он должен ее спасти, иначе...

 

...Он купил револьвер, магнум. Продавец сказал — хороший выбор для новчика. Ну да, конечно, он новичок, ведь как еще можно назвать человека, который впервые взял оружие в руки на тридцать седьмом году жизни. Хорошо лежит в руке, не выскальзывает. Сгодится...

 

...Её больше не было с ним, она ушла. Они обрили ей голову и в глаза у нее поселилась тоска. Это резало его больней ножа, но еще хуже ему было от того, что он ничем не мог ей помочь. Когда она клала голову ему на ладони и тихонько, беззвучно плакала, его сердце обливалось кровью. Ничем. Ничем не мог...

 

...Доктореныш пищал и выл, как немытая шавка, но это не смягчило его сердца, не растопило в нем льда. Сдохни, лживая тварь.Надежда есть... Надежда на что, сука? На что? БЩЩЩ...

 

...Иди сюда, маленькая наглая дрянь! Как ты смеешь так разговаривать с отцом? Тебе всего восемь, а ты уже сквернословишь! Дрянь! Дрянь! Дрянь! Он со всей силы ударил ее кулаком по лицу, наотмашь, и когда она упала на живот, ее юбочка задралась...

 

…Во что он превратился, чем он стал... Воя по ночам словно лютый зверь, он запирался изнутри, напивался вдрызг и крушил мебель...Как же он устал от её вечного плача...

 

...Палец сам собой лег на рифленый металл спускового крючка. Ничего уже не исправить. Не вернуть тех, кого больше нет, как не заставить колоситься рожью поле, выжженное дотла, не исправить того, что сделано, как не вылечить того, кто болен смертью. Не быть способным даже взглянуть на собственное отражение в зеркале — едва ли худшее из проклятий. Едва ли худшее, чем то, что... Не искупить. Никогда. Не вернуть... На секунду ему вдруг стало страшно, потому что он всегда боялся темноты, с самого детства, а потом он подумал, что если будет темно, то он больше никогда не увидит залитого дорожками слез тринадцатилетнего лица родной дочери, умоляющего его прекратить, и нажал на спуск...

 

Так давно. Так давно...Это был так давно.

 

Когда под сводами черепной коробки прогремел выстрел, вы  почувствовали, как пуля пробила височную кость и вошла в череп. Пока вы дрожащими пальцами судорожно ощупывали голову в поисках несуществующего отверстия, видения рассеялись, оставив в голове тугой ком боли, а чавкающие звуки под ногами бесследно исчезли. Туман развеялся и вашему взгляду явилось то, что прежде было скрыто в белесом коконе: словно огромные шрамы, неровные рытвины траншеями испещрили землянистую кожу, а покосившиеся, изогнутые с вычурной нелепостью кресты могил, груды ржавых обломков металла самых фантасмагоричных и безумных форм и бритвенно-острые камни, само существование которых не могло быть ничем иным, кроме как прихотью развращенного мучителя, вонзившись в землистую плоть, изуродовали некогда безмятежную гармонию простора. Воздух, колюще-холодный, пропитавшийся леденящими кожу эманациями боли и страха, швырнул вам в лицо пригоршню мельчайшего черного пепла и красного песка, потом еще одну и еще... и стоило хлопьям мельчайшей бурой пыли, больно впивающейся в кожу мириадами песчинок, вас коснуться, как вы почувствовали ЭТО. Вы почувствовали ЭТО. Неупокоенное, пожравшее сотню и один грех, ненасытное и слепое. Вы не можете знать того, что вам неведомо, но ваши инстинкты могут. Они знают, что то, что явилось вам в видениях...сотый и первый грех...случилось когда-то на самом деле и что ваше сознание уберегло вас от предыдущих ста, явив вам лишь вершину айсберга — они знают тоже...

 

...Визгливые полчища воронья, сорвавшись с насиженных мест, взметнулись вверх подобно черному облаку и небо чужого мира потемнело, укрытое сонмом беснующихся чернокрылых духов...и в этом шумном и оголтелом многоголосье так ясно звучали у вас в ушах ЕГО слова...

 

...Запомни мои имена, потому что они и твои отныне. Тан-Хашу-Им. Такхрам-Артираш.Твои отныне. Дэва Мучений. Твои. Ловчий Боли. Твои. Десятое Дитя. Твои...Это было так давно...

 

 

FINISHER

 

До встречи в логической части игры, волчатки.

[Laion]

где-то ранее..

Побледневший мужик у стены что-то забормотал неразборчиво. Оглянувшись на Джеймса, стоящего рядом, Реджина пожала плечами и встряхнула водителя за плечо:

- Эй!  Да все уже, все, вот, смотри, ты жив и почти цел. Пойдем лучше для успокоения выпьем где-нибудь.

 

В паб тащить мужика было  далековато, да и, пожалуй, бессмысленно, лучше было  найти местечко поспокойнее, где поменьше народу. Поделившись идеей с Джеймсом, быстро сообразившим, куда идти, Реджина помогла подняться водителю, и они  поплелись в маленькую забегаловку, расположенную буквально в паре десятков метров отсюда.

 

- Так что, все-таки произошло?  - когда водитель, уже "дернувший" виски, слегка успокоился, продолжила Реджина.

- Они меня убьют! - снова задрожал водитель.  - Я разбил машину шефа. Не видели? Там, в квартале отсюда.  Мой шеф... - мужик еще раз глотнул виски. - Работает на Джордже Григораша.  Того самого Джордже, известного  как Мистер Джи.  А он не Джииии.   Я-то знаааю.. Густав! Густав, мать его.. Я-то помню, как его еще Гусем звали... А теперь  - Мистер Джи.   Ха! выбился! В люди вышел, дворовых друзей не признает...

 

Заинтересованная откровениями водителя, Реджина коротко взглянула на Джеймса, кивнув на виски. Пожалуй, этот размякший от пережитого стресса тип мог бы выложить еще кучу интересного... Если вовремя ему подливать. Правильно поняв жест Реджины,  Джеймс поднялся и вскоре вернулся с еще одной бутылкой виски и парой бутербродов на тарелке.

Уже не дожидаясь, пока ему нальют, водитель сам плеснул в стакан виски и криво усмехнулся, качая головой.

 

- Они думают, что никто ничего не знает, ага.  Репс..  Респ.. Эрект..  Респ.. эректа... пабельный,   да!  Респ..эрект..абельный человек, тыры-пыры.. А он же на притоне деньги делает, только никто этого не видит. А мы маленькие люди, мы все слышим и все видим. Может быть, что-то и додумываем, но ведь.. - мужик прищурился и погрозил пальцем кому-то. - Дыма ж без огня не бывает? То-то же, да...  Притон, или подпольное казино, а может и все вместе.. Дьявол их разберет! Но есть, есть что-то. «Комната Божьей Коровки» называется. Думаете, просто так попадете туда? Фигу вот!  Карта! карта - пропуск в эту самую Божью коровку.  Какая - не знаю, врать не буду. То ли восьмерка бубей, то ли трефовый туз. Один  дьявол, дьявол знает все, которому он и служит.

- А где эта «Коровка» находится?  - осторожно уточнила Реджина, пока водитель наливал очередную порцию виски.

-  Не был я там, да и не приглашали. Но найти его  - невозможно, если не знаешь, где искать. - мужик откусил сразу пол-бутерброда и забубнил с набитым ртом. - Она на одном месте недолго остается, каждую неделю на новое место переезжает.. Или прячут так хорошо, не знаю. Ты что думаешь, я про Дьявола зря говорю? - мужик опасливо огляделся по сторонам и горячо зашептал: - Говорят, эту  «Божью коровку» лет восемьдесят назад один лох выторговал у НЕГО самого, заложив ему душу, так-то. А я  - не.. Не был там ни  разу. Мордой не вышел! А еще друзья детства, тоже...

Он горько махнул рукой и  приложился снова к стакану с виски.

- Там только богатеньких,  да важных шишек привечают. А мож и кого поважнее.  Им-то ведь греховодничать прилюдно нельзя! А уж в этой комнате им, будьте-нате, все, что пожелают - и девочки, и картишки, и рулетка.. да это  только самое безобидное... Хотите девочку купить?  Завсегда пожалуйста.  На выбор!  А у ней даже еще может и сиськи-то не выросли, но - любой каприз за ваши деньги. Хочешь убить ее и на кино заснять?  Да без проблем! Плати только денюшки.. Купи себе девочку, и измывайся над ней на камеру. Или мальчика, это уж кто чего любит. Тебе и оператора дадут, и этого.. Режиссера, и гримершу даже, все по-правдашнему.   Но... Я этого не говорил... - мужик пьяно икнул и поводил пальцем перед носом Реджины. -  Это все врааааки.  А хочешь... Хочешь узнать больше? Так вот.. Книга.  Есть книга, где про такую вот комнату  говорится.  Уж не знаю, как называется, а может и вообще в этом вашем  интернете  только она.. Так вот там про «Дом Боли»  говорится. Якобы это бродячее между мирами место, место-которого-нет, «тринадцатый этаж», куда войти можно лишь в полнолуние и где  заблудшие и проигравшиеся в пух и прах «счастливчики» пытаются отыграть у Дьявола свои души. Напоминает?  От то-то же... думай....

 И, свалившись головой на стол, водила захрапел.

 

Больше, пожалуй, из мужика ничего не вытянуть, если только жилы..

- Идем..   - Реджина потянула Джеймса за рукав, уводя из забегаловки. Сейчас она была непривычно серьезна и сосредоточенна.  - Альфе надо рассказать все. Думаю, его это заинтересует.

 

Вернувшись вместе с Джеймсом  в паб, первым делом Реджина огляделась, высматривая Адальберто. Взбаламученные происшествием, посетители бара шумели, что-то бурно обсуждали, но самого оборотня пока не было видно.  Подойдя к бармену, Реджина коротко объяснила ему, что ей нужно что-то рассказать Адальберто и она его подождет вооон за тем столом. После этого, кивнув и взяв в залог будущей оплаты (она обязательно расплатится, точно-точно!) бутылку минералки, Реджина вернулась к столу, за которым сидела насупившаяся Исгера.

Подойдя неслышно  со спины, она склонилась к ней и, шутливо лизнув в ухо, плюхнулась на соседнее место, пододвинув стул вплотную к стулу Исгеры. При взгляде на поникшую девушку  в  груди Реджины снова что-то заныло и,  потеревшись щекой об ее плечо, она заглянула в ее лицо, ловя взгляд: - Что грустим?  Испугалась?

 

И опять.. Опять это странное влечение. Ей безумно захотелось обнять Исгеру, прижать к себе,  и  целовать, целовать  взахлеб, ненасытно,  эти глаза, щеки, губы.. Испугавшись своих мыслей, которые, наверняка сейчас явственно проступали во взгляде, Реджина вспыхнула  и отодвинулась. Совсем чуть-чуть, на какие-то пару десятков сантиметров, чтобы только не сходить с ума от этой близости.

[Серебряная]

Взметнувшись, девушка стояла, с яростным видом озираясь по сторонам. Сейчас в её груди клокотала ярость, первобытное желание рвать всё и вся, чтобы мстить за погибшего Альфу. Ярость, ярость, ярость... Она ударила кулаком себя в лицо, брызнула кровь из рассечённой щеки, боль привела её в себя. Находясь здесь в таком жалком виде, ничего ведь не исправить. Драться может любой, а вот отыскать виновного - только тот, кто мыслит с холодным интеллектом охотница, бредущего сквозь тени. К тому же, это место было ей как будто знакомо. В своих снах она бывала за той гранью, где начинались похожие ощущения. Нет, это был не их мир, сейчас они где-то в другом месте - вот только почему ей всё так знакомо? Глаза синеволосой загорелись призрачным светом, и она тихонько завыла, возвещая самой себе новый этап Жизни. Теперь она больше не будет одна...

 

Ранее в баре

 

- Не хотела мешать тебе и новому другу. Olc, olc, olc... Я всем мешаю!

 

Девчушка отпрянула, как будто её обожгли раскалённым железом - глаза уставились на рубашку, и она торопливо отвернулась. Мысли её путались, ведь она сама видела всё на улице, теперь же Реджина ведёт себя, как ни в чём не бывало. Конечно, для неё это ведь наверняка игра! Что ещё ожидать от той, которую всегда любили? Детство с родителями, красивая внешность и фигура, возможность каждый день пить в баре напитки, пусть и не самые дорогие - а у неё не было ничего! Но, вот имела же глупость поверить, так что теперь нужно расплачиваться. *Я ведь думала, что нельзя верить тем, у кого денег больше, чем у тебя! Решила вот проверить что-ли? Молодец... А ей нужно добить, как видно. Нет, нет, нет!* Лицо девчушки потемнело, она плотно сжала губы.

 

Изменено 18 февраля, 2016 пользователем Серебряная

[Laion]

ранее , в пабе

- Не хотела мешать тебе и новому другу. Olc, olc, olc... Я всем мешаю!

Девчушка отпрянула, как будто её обожгли раскалённым железом - глаза ставились на рубашку, и она торопливо отвернулась.

 

 Такая реакция Исгеры  поставила Реджину в тупик.    Посмотрев на свернутую курточку в руках, она расправила ее, накинув на плечи подруги, которую до сих пор била дрожь.

-  Ты замерзла, солнышко...   Извини.. Я задержалась чуть дольше, чем рассчитывала. Там.. Авария была, а потом мы ее виновника  догоняли и расспрашивали. Не сердись, пожалуйста..   Я вон даже переоделась, чтоб тебе курточку вернуть, потому что ты мерзла. А  давай... - тут Реджина запнулась, не зная как предложить. - А давай я тебя обниму крепко-крепко, чтобы ты быстрее согрелась?

На этих словах  сердце будто бы ухнуло куда-то вниз, и снова запрыгало уже в сумасшедшем ритме.

 

[Плюшевая Борода]

Уржул (Глашатай, персональный ивент для Каллена)

Спойлер

На первый взгляд, все очень просто - 1D4 для выбора духа, с которым можно будет перекинуться парой фраз.

 

1:Тан-Хашу-Им (Палач)
2:Зурхатан (Судия)
3:Эмахен Идиус (Луна)

4:Фенрис‐Ур (Волк‐Разрушитель)

 

На второй взгляд, все тоже просто - 1D3 для определения кол-ва вопросов, на которые дух согласится ответить, прежде чем уйдет.

 

1: 3 вопроса духу
2: 2 вопроса духу
3: 1 вопрос духу

 

Ахра ту инфат, инфат зах ахра (Смерть не ждет, ожидания умирают, персональный ивент для Реджины)

Спойлер

Красный песок и черный пепел. Красный пепел и черный песок. Больше здесь ничего нет и не было никогда. А само это место? Существовало ли оно когда-нибудь где-нибудь кроме твоего соскальзывающего в небытие сознания? А воспоминания, правдивы ли они, существуют ли в памяти или все это - непостижимая игра твоего разума? Самообман? Ложь во спасение, ложь ради лжи, ложь наказующая? Или, быть может, это сон длиной в семнадцать человеческих лет? Губы не шелохнутся и горло не исторгнет вопль, только немой вопрос повиснет в воздухе среди миллиардов кружащихся в хаотичном танце красно-черных песчинок. А больше здесь ничего нет и не было никогда.

 

Красный песок и черный пепел. Красный пепел и черный песок.Больше здесь ничего нет. Ничего, кроме него. Неотступной тенью он вырастет у тебя за спиной и примется караулить каждый твой шаг, словно ревнивый любовник. Он будет пытать тебя ожиданием смерти и когда-нибудь ты сломаешься. Все померкнет и останутся лишь клочья бурой сажи. А больше здесь ничего нет и не было никогда.

 

- Ты пришла, Отверженная, - старик не отрывает головы от плящущих язычков пламени и губы его не шевелятся, будто приросшие к безжизненной маске лица, на которой причудливыми узорами морщин написана вся его жизнь. На опущенных веках написано, что глаза эти давно слепы, что они белы, как дым от костра, на щеках, что так похожи на бока перекидной походной сумки, выделанной из грубой потрепанной кожи, начертано, сколько ударов по ним пришлось, а на тонких, плотно сжатых губах, что напоминают сросшийся тонкой кожицей свежий шрам, нацарапано самое страшное. Я умер здесь когда-то, вот так же сидя у костра и дожидаясь своей жены, что была прекрасна и круглолица и бронзовокожа и румяна - вот только костер погас, а возлюбленная так ко мне и не вернулась. Где теперь мягкий овал ее лица, где ее бронзовая кожа, где румянец на щеках? - Присядь к костру, волчица, согрейся и ответь - кто я таков?

 

Хирфасса Ул (Кости Грешников, персональный ивент для Грэди)

Спойлер

В плане дайсов все весьма буднично - 1D10

 

1-3: Тебе тяжело, тебе больно, ты чувствуешь себя так, будто тебя пережевали и выплюнули, тебя даже выворачивает наизнанку - но ты, мать твою,кремень, ты сделан из камня. Встань и иди, там, кажется, есть ребята пожиже и им может понадобиться твоя помощь. Помоги братьям и сестрам, во имя Матери-Луны и данной ей клятвы.

Видения не повредили твой разум слишком сильно или же ты переборол наваждения, насылаемые этим местом - так или иначе, ты в относительном порядке.

4-7: Ты не слаб - ты просто немного устал. Веки опускаются, налитые небывалой тяжестью, но, кажется, в тебе еще есть силы  перебороть это тщедушие. В тебе еще есть силы стать собой.

Видения повредили твой разум, но до беспамятства дело не дошло. Ты НЕ теряешь сознания и можешь ползти или встать на колени.

8-10: Небеса заполнились тьмой, а сознание жуткими видениями. Незачем бороться, незачем страдать. Просто спи, потому что когда по твою душу придет Тот-Чье-Имя-Так-Трудно-Запомнить, тебе лучше этого не видеть.

Видения существенно повредили твой разум - настолько, что ты теряешь сознание. Защитная реакция, инстинкт самосохранения, слабость - воспринимай как угодно, но ты в отключке.

[Кайра]

Волчонок чувствовал себя  так, как  наверное чувствует себя кусок бифштекса, который долго   мусолили  во  рту, а потом  выплюнули, но он  волк, даже с перебитыми  лапами  должен сражаться, а не  скулить лежа на полу,   Постепенно он встал, обостренные чувства  донесли до него голоса братьев  и сестер, его народ который   Грейди дал клятву защищать,  должен помочь, а значит встать и идти.

[Серебряная]

Ранее, у стойки бармена

- А давай я тебя обниму крепко-крепко, чтобы ты быстрее согрелась?

 

- Ta? Ni thuigim... Olc, olc,olc! Разве вы ещё не обнимались там, у открытой двери машины? Не испачкай об меня рубашку, она наверняка стоит больше, чем вся я! Исгера глупая, но она всё, всё-всё-всё видела... Ты уже хорошо пошутила, можешь идти праздновать!

 

Последние слова девчушка выкрикнула, и тут же испуганно огляделась по сторонам, но в баре почти никого не было, все были заняты происшедшим на улице. Уткнувшись в чашку, она даже немного расслабилась - хорошо было высказать это в лицо, а не переживать впустую. На миг её даже захотелось напасть на стоящую рядом, и просто рвать ту на куски. За то, что причинила ей такие страдания, хватит - теперь все будут отвечать! "Все, все, все! Теперь я сильная, и больше никто не обидит маленькую Исгеру... Может, просто убежать куда-нибудь, подальше ото всех? Где не будет ни её, ни других вокруг, только Тень и я. И бежать,, бежать, бежать - и драться со всеми! Выслеживать, драться, да! Да! Да! Да! Тень? Это всё знакомо...* Она продолжала думать, а плечи мелко тряслись, но не холод был тому причиной...

 

Изменено 18 февраля, 2016 пользователем Серебряная

[Плюшевая Борода]

Хирфасса Ул (Кости Грешников, персональный ивент для Грэди, продолжение)

 

Спойлер

 

"Эй, вставай!" "Не спать!" "Да вставай же ты" "Ты волк, твою мать, или кто?!"

 

1-3: Ковыляя к месту наибольшего скопления Уррата, ты успел перебудить, по меньшей мере....всю стаю. Или почти всю - Реджина так и не проснулась. Ты хороший волк и ты не нарушил клятву, а значит, ты еще и верный волк.

 

4-7: Троих кое-как растормошил и то ладно. Слабоположительный результат - тоже результат.

 

8-10: В следующий раз кричи погромче и не стесняйся практиковать более действенные способы приведения в чувство недавно побывавших за пределами разумного. Пощечины, растирания, массаж... В общем, старайся лучше, Луна ведь все видит, даже то, что от твоих потуг так никто и не очухался.

 

[Laion]

Присядь к костру, волчица, согрейся и ответь - кто я таков?

 

Медленно, как будто ступая по раскаленным углям, Реджина приблизилась к костру и присела рядом на корточках.

- Я не мерзну... - внимательно глядя на старика, мотнула она головой. - Ты знаешь, кто я? Но твои глаза.. ты мертв.. Или это я мертва? Что это за место?

 

 

ранее в баре

Разве вы ещё не обнимались там, у открытой двери машины? Не испачкай об меня рубашку, она наверняка стоит больше, чем вся я! Исгера глупая, но она всё, всё-всё-всё видела... Ты уже хорошо пошутила, можешь идти праздновать!

 

Это было похоже.. На ревность? Кажется, теперь Реджина начала понимать перемену в настроении Исгеры. Боясь испугать девушку, она не говорила ей о том, что чувствует, но при этом даже не подумала о чувствах самой Исгеры. Она беспомощно оглянулась на Джеймса. Почему все так сложно? Почему нельзя просто плыть по течению, откуда в ней это неправильное, невозможное, но такое сильное влечение к этой девочке? К черту! К черту все сомнения. Схватив Исгеру за руку, Реджи буквально силой вытащила ее из-за стола, уводя в подсобку. Здесь спокойнее. Никто не смотрит на них, никто не будет тыкать пальцами, здесь можно будет поговорить.  Дверь захлопнулась с грохотом.

- Маленькая моя.. - обнять за дрожащие плечи, прижать к себе, уже не сдерживаясь, зарыться лицом в синие мягкие волосы, осторожно целовать мокрые щеки, зажмурившиеся глаза, тонкую шею с бьющейся голубой жилкой, плечи, боясь прикоснуться  невзначай к маленьким холмикам под майкой.

- Маленькая моя.. Я не знаю, что со мной...

[Кайра]

Он правда  старался,   слезы бессилия, почему они не просыпаются,    парень  кричал,    но мощи его легких не хватало, готов был царапать  лицо  и руки  в кровь  лишь бы они очнулись и он бы выполнил  клятву   перед своим народом  и смог  пробудить стаю.

 

Боль, отчаяние  и горе переполняло его ..

[Плюшевая Борода]

Реджина
 
Я не мерзну... - внимательно глядя на старика, мотнула она головой. - Ты знаешь, кто я? Но твои глаза.. ты мертв.. Или это я мертва? Что это за место?
 
- Ну, раз только за стужей дело стало, я не поскуплюсь... - улыбка на лице старика стала пугающе широкой и оскал становился тем шире, чем громче он хохотал, все шире и шире... пока кожа не слезла с головы полностью и из разинутой во всю голову пасти не появилось другое лицо, мужское, но гораздо моложе прежнего, - Ты - маленькая невоспитанная дрянь! Вот ты кто! Дрянь! Дрянь! Дрянь! Мертва.... - словно в исполнение своего обещания мужчина с соломенными волосами шагнул навстречу Реджине и выдохнул прямо ей в лицо глоток воздуха, заискрившийся льдистым пушком прямо у нее перед глазами. Костер исчез и вместо бескрайней степи вокруг появились стены, судя по всему - номера в каком-то занюханном мотеле. Послышались звуки - полицейских сирен, громкой ругани, запахи - засохшего на диване пива и детской рвоты, цвета - режущего по глазам яркого неона чванливых дешевых вывесок и крови... Везде была кровь... она стекала по стенам и по креслу и по стульям и по ножкам стола и по дверце холодильника... а потом мужчина сунул дуло новенького тристапятьдесятседьмого себе в рот и нажал на спуск. Раздался глухой хлопок и крови стало еще больше - теперь даже Реджина была перепачкана в этой липкой мерзости с ног до головы...
 
1D10
 
1-3: Убегай из этого чертового номера, пока можешь, тем более дверь, кажется, не заперта...
4-7: Дверь, кажется заперта, а вот окно...через него ты могла бы ускользнуть...
8-10: Дверь заперта, окно заколочено - кажется, выхода отсюда нет. И чьи-то тяжелые шаги слышатся в коридоре...
 
Грэди
 
Боль, отчаяние  и горе переполняло его ..
 
...эй малыш...малыш!...ты здесь....здесь? …. поиграй со мной, малыш... видишь, я тут....ну поиграй, ну что тебе, жалко, что ли...ну вот же он я...
 
Писклявый голосок принадлежал никому иному, как самому обыкновенному резиновому мячику ярко-красного цвета у ног Грэди... Охренеть можно....
 
Мячик, мячик улизнул...
мячик, мячик ускользнул...
мячик, мячик ускакал...
мальчик, мальчик ты пропал...
 
...было, а потом в голове раздался незайтейливый мотивчик песенки и вервольф...
 
1-3: переборол искушение последовать за убегающим резиновым изделием. Что-то тут было нечисто...
4-7: замер на секунду в раздумьях, а не последовать ли ему за мячом, но никак не мог решиться сделать шаг...
8-10: резко развернувшись вслед убегающему кругляшу, припусти за ним что было мочи. Эх, гулять так гулять...

[Laion]

Раздался глухой хлопок и крови стало еще больше - теперь даже Реджина была перепачкана в этой липкой мерзости с ног до головы...

 

" Что за.... Дьявол! Так не бывает! " Брезгливо морщась,  и едва сдерживая рвоту,  Реджи заметалась по комнате..

 Дверь! Осторожно приоткрыв ее, Реджина выглянула в коридор. Перекинуться в волка? будет быстрее...  Но вдруг придется лезть куда-то по лестнице?  Волчьи лапы не приспособлены для занятий гимнастикой.. Рывком распахнув дверь, Реджина выскочила из номера, убегая как можно дальше.

[Beaver]

! Мастер

Ранее

Каллен не знал, сколько он так провалялся на грани между жизнью и смертью, но через какое-то время поднялся и, пошатываясь, побрел в сторону своей съемной квартиры, стараясь не показываться никому на глаза в таком виде и не вспоминать ту жуткую тварь.

Парень принял душ, осмотрел почти затянувшиеся раны, переоделся в чистую одежду и потопал к бару, пиная попадающийся на пути мусор. Что интересно, там его ждало довольно большое столпотворение, и люди все взбудораженно перешептывались и переговаривались не пойми о чем. Но добиться от них хотя бы мало-мальски полезной информации не удалось.

И тогда юноша решился на нечто необычное. На контакт с духом. Это не сразу, но получилось. О чем же поведал обитатель Хисила?

Броски

Cullen: Ололо. Как всегда, ничего не узнаю с водилой, но попробую.

Cullen: Связь с духом ^^
Cullen rolls 1d2 = 2

Cullen: реролл
Cullen rolls 1d2 = 1

Cullen: Персональный ивент ^^

Cullen rolls 1d4 = 1
Cullen rolls 1d3 = 2

Сейчас

Голова, как и все тело, жутко болела. Что произошло? О'Коннелл огляделся. Стоп. Что?! Небо?!

А потом еще и это ужасное видение...

Более-менее придя в себя, он понял, что все очень хреново. Прямо-таки очень-очень.

"Я отбросил коньки? - с тоской подумал оборотень. - И что это значит?"

Глубоко вздохнув и взяв себя в руки, он обратился к духам. На зов откликнулся Тан-Хашу-Им (Палач).

[Серебряная]

Вокруг была лишь Тьма, как будто заставляющая отключить все чувства обычного человека, и полагаться лишь на волчьи. Нет, она как будто чувствовала, что нельзя сейчас принимать другую форму, нужно попробовать выкрутиться так. Но что, если она здесь всё-таки одна? Эти отзвуки чужих мыслей на краю сознания... Среди них есть насквозь знакомые... Рычание, шрам на лице, вот длинные волосы и ссора... Мыли девушки путались, она всеми силами пыталась собраться, но пока это получилось не слишком хорошо. Рука коснулась земли, и ощущения подтвердили - это слишком реально для сна. Бред, какие-то нелепые декорации вокруг. В своих снах оба бежала через Лес, и лишь чуяла что-то подобное на его краю.

 

Ранее, подсобка в пабе

- Tu! Cad ba mhaith leat? Olc... Не боишься испачкаться? И что скажет твой друг? Или он не против?

 

Исгера сдерживалась изо всех сил, пытаясь не поддаться своим чувствам. Один раз уже попробовала, и вот теперь во что это вылилось. Нет, нет, нет! *Держись, маленькая Исгера! Она уйдёт,  а ты останешься одна, как и прежде. И всё будет идти своим чередом, ты закончишь школу и уедешь отсюда навсегда, не будешь знать ничего о городе. Его жители, все они пропадут для тебя. Но однажды ты вернёшься, и снова придёшь в тот паб, вся красивая и при деньгах. И на тебя будут смотреть обожаемыми глазами, но ты никого к себе не подпустишь. Месть спустя много лет...* На щеках показались мокрые дорожки, смывая ещё кое-где сохранившуюся грязь, пальцы до хруста костей сжались в кулаки, и она нанесла удар. Деревянная полка разломилась пополам, брызнули осколки стекла - и  её рука окрасилась кровью, но она ничего не чувствовала...

Изменено 18 февраля, 2016 пользователем Серебряная

[Laion]

ранее, подсобка паба

Успев отвернуть голову, так, что кулак Исгеры не задел ее, ударив в полку, Реджина медленно выпустила девушку из объятий. Она ошиблась и Исгере противны ее чувства?
- Хорошо. Я.... Извини.
Она уже шагнула было назад, но остановилась. Всего раз.. И она уйдет.  И, не обращая внимания на угрожающе блеснувшие глаза, она перехватила окровавленную руку, уже поднимавшуюся снова вверх, прижала ее к своей груди и, так и придерживая одной рукой Исгеру за затылок, а второй - за руку, требовательно коснулась ее губ поцелуем, получившимся неожиданно жарким и властным.

"Что я делаю?!!! Черт! Я же сама все рушу.."  Но остановиться уже не могла, очарованная магией поцелуя.

[Серебряная]

Ранее в подсобке паба

- Cad... é atá... tú?

 

Расширенные глаза смотрели на Реджину, и в бездонной глубине на самом дне виднелось какое-то непонятное чувство... Симбиоз ненависти, обожания, неприятия и влечения - всё это рождало доселе невиданные эмоции. Отпрянув, девушка врезалась в стенку, и начала медленно оседать на пол, заливаясь счастливыми слезами. Сколько она испытала за свою Жизнь, и наконец маленькое существо дождалось. Она не была изгоем, теперь и её персона что-то да значила! Но как же то, что она видела в окно? Плевать! Теперь она будт бороться, и путь только попробуют к ним приблизиться... Продолжая реветь, она нашла в себе силы посмотреть на подругу - и, не выдержав эмоций, снова уронила голову на колени. Часть джинсов теперь хоть выжимай, ещё и грязные! Это было так неважно...

 

- Sinn? Хорошо, хорошо, хорошо... Я...

 

Всё было так неважно...