Поместье баронессы
Саундтрек
Хексарион медленно шел вверх по лестнице, чувствуя, как под пробитыми доспехами бегут ручейки крови. Кровь капала из глаз, изо рта и из разбитого носа. Он попытался выпустить Зверя, и его сила оказалась настолько жестокой, что попросту смела его, как пыльная буря сметает ветхие деревушки. Возможно, нужно было немного подождать и перевязать раны, но бастард понимал, что времени у них на это попросту нет. Вряд ли Эрих и те трое были единственными, кто находился в здании, и очень скоро на звуки боя сбегутся и остальные - стража, зеваки из слуг, а может, и сама матушка.
Но поместье было пустым. Абсолютно пустым.
Пинком открыв дверь в спальню баронессы, потрошитель зашел внутрь с мечами наперевес. Постель нетронута, окна распахнуты настежь так, что под ними уже намело приличные сугробы. Лужи воды растекались на полу, пятная великолепные ковры, которые столь ценила Аннабет и всегда наказывала своих сыновей, если они приходили сюда в грязной обуви. Теперь же одного взгляда на комнату хватало, чтобы понять - здесь уже очень давно никто не жил. Бегло осмотрев спальню, наемники убедились, что баронессы здесь нет.
- И где теперь ее искать?
- Не знаю. Попробую... "Здесь пахнет злом".
Он замер, прислушиваясь к тихому голосу Зверя в своей голове. Он напился крови - и врагов, и своего носителя, и теперь успокоился, но было и что-то еще. Он... кажется, он был чем-то встревожен. Обычно такое с ним почти никто не происходило. В последний раз Хекс испытывал нечто подобное только год назад, в Браннворте, но и песня лириума замолчала. Закрыв глаза, он втянул воздух, слушая тишину и ветер за окнами. Один из витражей был разбит вдребезги, и его разноцветные осколки валялись на полу. Зло притаилось где-то внизу, но точнее он сказать не мог, и поэтому напряг память, пытаясь выловить в ней хоть какой-то намек на то, где могла быть сейчас мать. Когда-то давно, он почти не помнил уже, когда, она показывала ему вход в подвал, в катакомбы, где находились темницы, пыточная камера и еще несколько помещений, которые почти не использовались. Построил эти катакомбы бывший владелец, живший здесь несколько поколений назад.
- Идемте за мной, - коротко бросил потрошитель, выходя из пустой спальни и спускаясь обратно по лестнице. Найти нужную дверь оказалось не так просто, но с помощью наблюдательной Мэйрис и взломщика вскоре отыскался тайный проход, замаскированный под большую картину. На редкость безвкусную, надо сказать - это был портрет покойного барона, бледного, болезненного на вид мужчины. Безо всякого пиетета Хексарион снял картину и бросил ее в угол. За ней обнаружилась дверь, что самое неожиданное - открытая. Из-за нее доносились приглушенные, искаженные эхом голоса.
Вниз, вниз, вниз по ветхим ступенькам из крошащегося гранита, и вот они уже в подземелье. Камеры были пустыми, как и пыточная, но на орудиях была заметная свежая кровь. Не сейчас, подумал Хекс. Он потерял и так слишком много крови, и его шатало от слабости, но упрямство и сила воли не давали просто сдаться и остановиться. Он убьет матушку, чего бы это ему ни стоило - если понадобится, голыми руками свернет ее тоненькую шейку. Она заслуживала этого уже слишком давно. Хекс шагнул вперед, толкая очередную дверь, из-за которой доносился этот сводящий с ума запах, заставляющий Зверя беспокойно ерзать и царапать душу острыми шипами. Голос матери он различал уже совершенно точно, это была она, но... с кем она разговаривает?
- ...больше. Он придет за мной, я знаю.
- Ты правильно угадала, - сказал бастард, глядя на спину Аннабет, которая склонилась перед чем-то вроде алтаря. Он не видел ее лица и не видел, что она держала в руках, но в темной комнате горели свечи. Они были повсюду, оплывшие, заляпавшие воском голый каменный пол со стоком в центре. Больше здесь не было ничего, лишь какие-то бумаги разбросаны в углу, промокшие от влаги, стоявшей в воздухе. А еще в углах притаилось зло. Оно было почти физически ощутимо здесь, в этом месте, и потрошитель сглотнул. В горле неожиданно пересохло, но отступать было поздно. Сегодня все должно было окончиться.
Медленно поднявшись, Аннабет развернулась и окинула спокойным взглядом отряд из десяти человек, пришедший по ее душу. Конечно же, она знала, что этот момент настанет, но абсолютно не выказывала страха. Казалось, она ждала их - всех их, и не рассчитывала, что Эрих сможет остановить наемников. Этой женщине на вид нельзя было дать больше сорока, и ее лицо, обрамленное светлыми, платиновыми волосами с проблесками седины, было невероятно красивым. Миниатюрная, тонкая, как трость, Аннабет была совершенной и полной противоположностью своего единственного выжившего сына.
Протянув руку, она позвала:
- Сынок...
Хекс не двинулся с места. Он сжимал в руках свои мечи, покрытые кровью убитых врагов, кровью своих братьев. Когда-то их было пятеро. Теперь остался только он... и Аннабет, как единственная преграда к выполнению своего глупого обещания, данного в снежную пустоту. Теперь, когда он был в полушаге от цели, все перестало казаться имеющим смысл.
- Идем со мной, - мягко сказала баронесса, шагнув вперед и протягивая к нему руки. - Идем. Я прощаю тебя. Ты - мой единственный настоящий сын, ты сильнее их всех. Ты достоин власти, и я дам ее тебе, дам ее столько, сколько ты захочешь.
- Отойди от меня. Тварь.
- Пожалуйста, Хексарион. Пожалуйста.
- Нет!
Этот истошный крик эхом отразился от покатых стен подземной комнаты, кажется, даже пламя свечей дрогнуло, когда он резко поднял мечи и рубанул что есть силы. Аннабет, подошедшая почти вплотную с протянутыми руками, охнула, когда отрубленные кисти, рассыпав веером капли рубиновой крови, упали на каменный пол. Бастард зарычал - то ли от злобы, то ли от отчаяния, но баронесса лишь покачнулась, подняла обрубки к лицу и удивленно посмотрела на то место, где когда-то были ее руки. А потом подняла взгляд, и за ее спиной шевельнулось нечто... нечто черное, бесформенное, злое. "УБЕЙ!" - вопль Зверя заставил зрение бастарда помутиться. Он бросился вперед, но мечи прошили пустоту, а баронесса каким-то образом легко ушла с линии атаки, будто и не чувствовала боли. Она, казалось, не стояла на полу, а плыла, парила в нескольких дюймах от него. Что-то коснулось его плеча ласково, словно прощаясь.
- Мне жаль...
А затем черное, темное нечто вспыхнуло и ослепило их всех, погружая во мрак. Последним, что они слышали, был высокий смех, похожий на перезвон легких колокольчиков.
Тень
"ОТОЙДИТЕ! ЗАМОЛЧИТЕ!"
Что-то впивалось в шею, будто длинный раскаленный кинжал, а вокруг плыли обрывки серого тумана. Хекс закашлялся и поднялся с чего-то, смутно напоминающего потрескавшуюся землю. Голоса вокруг него обрели форму, полупрозрачные фигуры обступили со всех сторон, и он понял, что остался один на один с ними. Никого из отряда вокруг не было. Не было вообще ничего, кроме бесконечной туманной равнины, сливающейся с небом, только где-то вдали почти неразличимо пронзали серость шпили какого-то города. "Сделай нас единым, и непобедимым. Вернись домой. Дом ждет тебя", - повторял монотонно эти слова голос красной фигуры с неестественно растянутым в улыбке ртом. Его губы не двигались.
Это были не единственные голоса, но красная вытянутая фигура и нечто, напоминающее то ли дракона, то ли человека с полной пастью острых зубов и горящими красными глазами говорили громче всех. Хекс видел, как хвост "Зверя" дрожит и бьет по земле, как красный покачивается в такт своей монотонной песне. Но были и другие. Темные бесформенные массы со смеющимися лицами (мордами?) наползали со всех сторон, привлеченные запахом слабости и свежей души. Их становилось все больше, пока они не затмили собой даже ровную, гладкую стальную поверхность неба. "ХВАТИТ! АААА!" - завопил "Зверь", крутясь на месте волчком и отбиваясь от тварей, но постепенно отступал - даже его сил не хватало на то, чтобы сдержать волну темноты. Что-то снова впилось в шею Хекса, и он дернулся. Изо рта полилась черная, дымящаяся жидкость, похожая на кровь, но слишком густая. Он кашлял, задыхался, он чувствовал, что умирает. Он умирает. "Я УМИРАЮ", - свистящий шепот исторгся из разверстой пасти "Зверя", когда он вплотную подступил к Хексу. В глазах было сожаление. Но не страх. Он никогда и ничего не боялся.
Подняв руку к шее, бастард ощутил, как его пальцы прошли сквозь пустоту. Ничего не было материальным здесь, в этом жутком и странном мире. Но его душу в облике зверя рвали на части.
А потом все закончилось. Резко, так же резко, как он провалился в Тень, что-то вырвало потрошителя из нее - как вырывают вонзившуюся в живот стрелу. Болезненно и жестоко. Но только так можно было спасти то, что от него осталось.
Поместье баронессы
- Демоны. Я ненавижу демонов! - Атаназ стоял рядом с Хексом, вытирая пот со лба и пытаясь выровнить дыхание. Только говорил не Атаназ. Глаза мага, желтые раньше, светились темно-багровым светом, словно два лавовых озера. И говорил он... четче. - И вас, смертные, тоже не очень люблю.
Он вытащил их. Каждого, по отдельности, из их личного кошмара. Выдрал из щупалец существа, которое уже давно сожрало душу Аннабет и ее детей. Кроме Хекса. Кого-то было вытащить просто, например Мэйрис, которую демон не успел "обработать" или Алейру, которая не зря носила титул магистра. Других сложнее. Рико, например, было вытащить почти нереально. Слишком в нем засело чувство вины, которым питался демон. Тем не менее, маг справился. Только платить пришлось большую цену - отдать себя духу, который в нем засел.
Хекса он вырвал последним, как последний сорняк с грядки. Грубо, зло, на исходе сил - духа и своих - но выдернул.
- Можете благодарить, куски мяса. - Атаназ сплюнул и сел прямо на пол, рядом с креслом, на котором полулежала бессознательная Мэйрис.
Бастард валялся на полу, свернувшись в клубок, и дрожал. Эхо голосов, до того оглушительных, что они едва не разрывали барабанные перепонки, все еще переполняло его. Он почти ничего не слышал и ничего не видел, ткнувшись лбом в холодные камни. Лишь через несколько минут, когда голоса ушли, он сумел пошевелить конечностями, которые будто сковало льдом. Тело казалось чужим. Его душу насильно впихнули обратно в смертную оболочку, и потрошителю казалось, что все его внутренности медленно перемешивают длинной раскаленной кочергой. Медленно потряс головой, встал, оперся о стену и попытался прочистить голову.
- Что пр...
"Ты здесь? Ты здесь?" - попытался он воззвать к Зверю, но не услышал в ответ ничего. Только тишину. На несколько секунд его переполнил такой ужас, какой Хекс не испытывал никогда в жизни, словно он потерял часть себя. Но неохотно, тихо, его душа все же отозвалась. "...я здесь."
Вспомнив о странной боли, бастард быстро ощупал левую сторону шеи. Какой-то причудливый шрам, будто клеймо. Похоже на дерево или трезубец. Словно поняв что-то, он резко подошел к Мэйрис, которая еще не до конца пришла в себя, и приподнял ее голову, отодвигая растрепанные волосы и не глядя в ее глаза. Точно такой же знак, темно-красным простым росчерком украсивший ее прежде гладкую бледную кожу.
- Что за херня? - Хекс неверяще повернулся к магу. - Что за херня тут происходит?!
- Херня? Не херня, Проклятый. Хотя, да, мы все прокляты теперь. Спасибо тебе большое, браво! - маг похлопал в ладоши и даже засмеялся. Но не натурально. - Демон оказался сильнее, чем я думал, Проклятый. И теперь... В общем, у нас полгода до того момента, пока мы все не отправимся ему на корм. Радуйся, что тут оказался я и Атаназ. Иначе вы бы стали кормом для него сразу. - Маг задумался. - А я бы не стал. Тьма, и чего Атаназ сюда поперся... Старый дурак.
- И что теперь? Это... проклятие... - Хекс остановился, снова ощупав клеймо. - Его можно как-то остановить? "Проклятый трижды - проклят навеки", - вдруг сказал Зверь. Но бастард не обратил на его слова внимания. Он смотрел на мага, понимая, что в нем изменилось - теперь он говорил не с Атаназом, а с другим. Но это его не беспокоило. В конце концов, у всех были свои внутренние демоны.
- "Остановить проклятие"! Только такие безмозглые, безродные твари как вы могут так невозвышенно выражаться! - Маг изобразил притворное возмущение словами Хекса. Но потом все же смилостивился. - Можно, конечно. Для этого надо всего-то найти демона и убить его. Ну и пару ритуалов провести. Их я на себя возьму, все равно у вас мозга на это не хватит. У тебя - точно. Двести лет по земле в этом теле шастаю, а таких болванов еще не видел. Ладно, хрен с ней, с лирикой. Ваша задача - найти демона и твою мамашу. Кстати, симпатичная мадама, да? Кхм. - Атаназ махнул рукой. - В общем, демона надо убить. Именно убить, а не изгнать. Это сложно, но возможно. И только в Тени. Так, что еще... Ритуалы... Ритуалами я сам займусь, для этого мне нужна пара-тройка ингредиентов и несколько артефактов. Эльфийские, думаю, подойдут. Еще вопросы, пока я не заскучал?
Бастард кивнул, не удостаивая больше Атаназа вниманием. Его взгляд упал на сваленные в углу вырванные листы бумаги. Что-то же должно быть, какая-то подсказка, куда ушла баронесса вместе с тем "демоном", о котором говорил маг. Хотя он и не был похож на обычного демона из тех, с кем наемники уже сражались и которых побеждали. Спотыкаясь, бастард подошел к листкам и поднял их, бегло читая написанное. Чернила расплылись от влаги и многое было уже совершенно не разобрать, но кое-что привлекло его внимание.
21 Фервентиса, 9:40.
Где-то под Халамширалом.
...эти идиоты опять изгадили все инструменты. Сколько раз обещала себе не нанимать местных, а пользоваться только своими слугами.
22 Фервентиса, 9:40
Там же.
И опять я слышала странный шепот. Когда вышла из палатки, рядом никого не было. Комары достали.
23 Фервентиса, 9:40
Сегодня мимо проходил отряд шевалье. Капитан симпатяжка, весь вечер развлекал меня разговорами, угощал хорошим вином... А потом, курва, убежал с Иохимом на охоту, оставив меня мерзнуть в палатке!
Кстати, эти остроухие, кажется, нашли-таки что-то интересное. Остатки храма или дворца, пока не разобралась... Шепот. Снова.
24 Фервентиса, 9:40
Вскрыли вход в руины. Это не похоже ни на что прежде виденное мною! Открытие? Новые тайны? Возможно.
Иохим странно улыбается. Отряд шевалье задерживается на еще один день.
*неровным почерком*
25 [зачеркнуто] Фервентиса
Мы нашли! Я нашла! Как открыть? Не знаю! Оно зовет, но не поддается! Оно что-то хочет? Что-то предлагает?!
*почерк крайне трудно понять, писали второпях, бурое пятно внизу страницы*
Жеро точно обезумел! Он один перебил почти всех! Оно снова говорило со мной, угрожало, звало, молило! Оно сделало мне предложение... Я боюсь. Я не знаю...
*Идеально ровный почерк*
26 Фервентиса, 9:40
Долы, 251:17:98 по TE.
Ты согласилась.
- Халамширал... Долы... год назад... - бормотал он, перебирая листы и чувствуя, как дрожь постепенно отпускает его тело. Когда тебя вот так швыряют в Тень, а потом на грани смерти и безумия возвращают обратно, без последствий это не проходит. Пускай голосов стало больше, потрошитель знал, что справится и с ними. У него еще было время. Пусть и не так много, как он себе представлял час назад. - Эльфийские ингредиенты, говоришь? Что ж, кажется, я знаю, куда нам надо идти, чтобы добить суку и ее ручного демона.
Смяв бумагу, он сунул ее в карман и повернулся к отряду, медленно приходившему в себя после кошмара. Теперь у них не было выбора, кроме как продолжить поиски. И дело уже было не в деньгах, которые все равно остались в Нордботтене. А ход туда был заказан им всем - по крайней мере, пока Аннабет не будет мертва, а Хекс не сможет предъявить доказательства того, что он законный наследник баронства.
- Дело еще не закончено, - сказал он, обводя взглядом отряд. - Мы идем в Орлей. Я знаю короткую дорогу через горный перевал Охотничьего Рога, долину и лес, а там через Блуждающие Холмы. Не знаю, как вы... - он усмехнулся, и сказал почти одновременно со Зверем в собственной голове. "...но я не собираюсь подыхать".
ГРУППА ПОКИДАЕТ НОРДБОТТЕН!
