Perfect Stranger

Жилой квартал   Стражники кинулись к Реджинальду и Присцилле, грубо поднимая их на ноги. Девушка была бледной, как смерть, и держалась на ногах только благодаря тому, что ее поддерживал один из легионеров. Сопротивляться у нее уже не осталось ни сил, ни воли, и она уже готова была смириться с тем, что ее раскроют и она попадет в тюрьму, а затем и на плаху - за предательство государства. Впрочем, похоже было на то, что Лавиний сдаваться не намеревался. Пока двое стражников скручивали ее и Реджинальда, прохожие с удивлением и больным любопытством оборачивались на разгорающуюся у борделя сцену, хотя обычно клиенты такого дорого заведения не поднимали бучу, но порой случалось, что кто-то отказывался платить или же причинял вред имуществу мадам. Несколько человек, перешептываясь, уже сгрудились чуть поодаль - зевакам в Минратосе явно было на что посмотреть.   - напасть на стражей (Магия/Сила/Ловкость, порог 6 - по 1 броску на каждого) - сдаться страже

Жилой квартал   - Жми за подкреплением! - заорал один из стражников, увидев, как Игнитус ломанулся огородами прочь, однако за ним не побежал, оставшись охранять остальных подозреваемых. Похоже, побег одного из них только укрепил стражу в подозрении, что они в чем-то замешаны. Впрочем, тот, кто должен был бежать за подкреплением, рухнул, как подкошенный - удар точно в темечко от алхимика, знающего анатомию человека не хуже своих пяти пальцев, оказался до неожиданности сильным. Оставшиеся двое охранников оскалились и попытались заломить руки Лавиния за спину. - А ну, с нами пойдешь! Бери второго! - рявкнул стражник, и его товарищ подскочил к Рейлиану. - Пойдете в кандалах, коль добровольно не хотите! Присцилла лишь печально проводила взглядом исчезнувшую вдали фигуру Игнитуса. Вот и все. Любой альтус в первую очередь думал лишь о собственной шкуре, и этот ничем не отличался от остальных. Попятившись назад, она решила, что раскрытие ее личности повредит Сопротивлению гораздо хуже, чем что-либо иное, и, повернувшись, попыталась сбежать под шумок, пока вязали Лавиния и Рейлиана. Однако чемпионом по легкой атлетике магесса не была никогда, а потому поскользнулась на разлитом кем-то под окном борделя масле (ей хотелось думать, что это масло), она рухнула назад, больно ударившись спиной. Перед глазами заплясали звезды, а боль пронзила ее подобно раскаленному пруту, и, задыхаясь, девушка инстинктивно схватилась за живот.   (Ловкость + Выносливость, бонусы 0)   Неудача х2!

Жилой Квартал   - Не смейте, - прошептала Присцилла. Глаза ее подернулись дымкой, словно она на миг перенеслась в какое-то другое место. Другое место к другим людям. - Не смейте трогать меня. - Поговори еще, - прорычал ей на ухо стражник, который сделал шаг назад, осмотрев все ее карманы. Авгур почувствовала себя облитой из ведра с помоями. На такое она точно не подписывалась, да еще и ее магия из-за волнения и злости, похоже, перестала работать. Разум стражника не поддался, и она про себя подумала, что нужно было оставаться в замке. Похоже, Лавиний решил покончить с собой - услышав его слова, тевинтерка вздрогнула. На улице рядом с борделем он намеревался, похоже, вступить в бой с представителями закона.   (попытка законтролить 2 стражника + резист)   Неудача!

Жилой квартал   Пока один из стражников принялся за обыск Рейлиана, Присцилла попыталась привести в порядок мысли и чувства. Не следовало выдавать свое происхождение и тем более настоящее имя, но у каждой девушки было оружие и помимо власти и денег, поэтому она попыталась улыбнуться одному из незанятых легионеров. - Пожалуйте, мы обычные горожане, разве мы можем быть виновны в чем-то настолько страшном? - спросила она. Легионер посмотрел на нее мрачно. - Выворачивайте. Карманы, - с паузой повторил он, и Авгур поняла, что ее нелепая попытка расположить к себе стражу провалилась. Осторожно она принялась выкладывать содержимое своих карманов и сумки на мостовую. К счастью, там ничего криминального не было. - Остальные - тоже, - бросил третий легионер, глядя на Реджинальда и Лавиния. - Ты, проверь ее, - приказал он своему соратнику, и Присцилла, поняв, что сейчас произойдет, побледнела. Один из стражников подошел к ней и принялся шарить по ее одежде руками. К горлу подкатил крик, но она сделала все, чтобы сдержать его и не попытаться вырваться, а вытерпеть эту жуткую пытку. Ее трогали. Пусть и через одежду, пусть и ради дела, но ее трогал мужчина - и, кажется, делал это уж слишком рьяно. От него несло дешевым пивом, а на лице возникла похабная улыбка. Против воли она сжала руки в кулаки. Если они не остановятся, то познают силу мага крови. Сдерживаться было все сложнее.   Неудача!

Бордель - Жилой квартал   - Успехов вам, - пожелала им госпожа Баттерфляй. - И вам всего наилучшего, - ответила Присцилла, пожалуй, оказавшаяся единственной, у кого эта леди не вызывала неприязни. Остальные, кажется, не могли дождаться того, чтобы покинуть это место. Пит проводил их к выходу, и прежде, чем повернуться и уйти, бросил печальный взгляд на Авгур. - Простите меня, - сказал он и исчез за дверью. Девушка хотела было спросить, что он имел в виду, но тут же до ее ушей донеслись звуки тяжелых шагов - шагов кого-то закованного в броню. Сердце ее остановилось, и она медленно повернулась, глядя, как из-за угла выходят трое легионеров, вооруженных мечами и щитами, а судя по их лицам - не особенно настроенных на милую беседу. Остановившись, один из них выступил вперед. - Господа, вы арестованы. Прошу пройти с нами, - рявкнул он. - Вы являетесь фигурантами дела по подозрению в мошенничестве, - добавил второй стражник, перехватывая меч поудобнее, но пока что они не пытались применить силу. - Выворачивайте карманы, милсдари. Присцилла почувствовала, как голова у нее закружилась, и она едва удержалась на ногах. Тревога и ужас обуяли ее. Подняв глаза, она заметила, как шторка на окне на втором этаже борделя быстро задернулась.   - Манипуляция, Соблазнение, Запугивание (требуется репутация у Альтусов не менее 10, 1 попытка) - попытка сбежать (Ловкость + Выносливость, порог 6) - Магия Крови (3 стражника, по 1 попытке на каждого) или Оглушение (Сила, порог 6)

Бордель   Мы заинтересованы в сотрудничестве с вами, но не настаиваем и не хотим вас вынуждать.   - Возможно, вы и правы, - кивнула ему беспристрастная мадам Баттерфляй, а затем зачем-то посмотрела на большие напольные часы рядом с диваном, у стены. Они как раз показывали ровно два часа дня. - Я подумаю об этом и дам вам знать о своем решении. А что касается девушек, то я дам им увольнительную и пришлю в вашу больницу, господин Реджинальд, - легкая и какая-то лисья улыбка расчертила ее идеальное лицо. Щелкнув пальцем, она подозвала одного из слуг и сказала: - Проводи господ на выход, Пит. И еще... - она ловким, почти воровским движением вытащила из-за корсета небольшой мешочек, перевязанный шелковой ниткой, и бросила его на стол. - Моя благодарность. Здесь сотня золотых, и надеюсь, они пойдут на наше с вами общее дело.   - взять кошелек?

Бордель   - Конечно, про данный случай никто не узнает.   - Вы даете слово? - спросила Баттерфляй после небольшой паузы, во время которой ее лицо не изменилось. Ну точно, выглядела, как статуя, пронеслось в голове Присциллы. Хотела бы и она уметь так же скрывать свои настоящие эмоции, потому что когда Крауфорд читал ее чувства, как раскрытую книгу, ей казалось, что все ее воспитание и тренировки от матушки не имели абсолютно никакого значения. За это даже становилось немного стыдно. - Вы должны понимать, что на кону моя репутация и мне необходимо удостовериться, что ни один секрет не выйдет за пределы этого заведения. Возможно, вы не до конца понимаете, то если взять всю информацию, что скопилась в этих стенах, можно начать несколько гражданских войн.

Бордель мадам Баттерфляй   - Игнитус, есть другие методы. - Произнес Лавиний направляясь на выход из комнаты. - Идемте к Баттерфляй и побеседуем с ней.   Вернувшись в главный зал (днем в борделе посетителей было совсем немного, в основном вокруг ходили скучающие работники и работницы да обслуживающий персонал), наши герои отправили записку госпоже через притихшего охранника, который лишь зыркнул в сторону Лавиния, хмыкнул что-то под нос, но ничего не сказал. Через несколько минут Баттерфляй вернулась и расположилась на давешнем диванчике, за это время успев сменить прическу и платье. Присцилла даже в некотором роде позавидовала тому, с какой грацией она умудрялась держать голову, а ведь на голове этой была шляпа с огромным плюмажем, по орлесианской моде. - Итак, что вам удалось разузнать? - спросила мадам. Авгур стало неуютно. Она знала, что по совести, нужно было рассказать ей правду. В конце концов, скрывать факт контроля девушек со стороны радикалов было опасно. С другой стороны, если рассказать правду, госпожа Баттерфляй наверняка убьет их или сошлет к корректорам, чтобы те окончательно стерли им память и сделали из них подобие Тано. Ей по-прежнему трудно было для себя понять, какая судьба хуже.   - сказать правду - солгать (Манипуляция, не более 3 попыток, порог 7)

Бордель, комнаты девушек   - Именно так мы ей и объясним.   - Нет, нет, не говорите ей, - замотала головой Роуз. - Она не поверит. А даже если и поверит, то все равно избавится от нас - ведь этот человек мог вложить в наши головы какую-нибудь идею. Например, убедить нас в том, что нужно убить госпожу Баттерфляй. Она очень осторожна и устраняет все, даже малейшие угрозы себе и своему бизнесу. Пожалуйста, просто скажите ей, что ничего страшного не произошло, что мы боялись, потому что... - она запнулась. - Придумайте что-нибудь. Я обещаю, если вам когда-нибудь понадобится помощь, мы поможем, только не подставляйте нас под ее гнев. - Мы должны рассказать Баттерфляй правду, - заметила Присцилла, поправляя прическу и шляпу. - Кто знает, на что мог запрограммировать этих девушек тот радикал. Если оставить все как есть и произойдет трагедия, кровь невинных людей будет на наших руках. К тому же, нам ведь нужно расположить к себе именно мадам, об этом говорил Сокол.

Бордель, комнаты девушек   - Тогда вы должны рассказать нам все без утайки, и про Линайну и про Баттерфляй. Иначе мы не сможем вам помочь. - Попробовал он склонить девушек к сотрудничеству.   - Я не знаю, что еще рассказать. Госпожа Линайна была... - понизив голос и воровато оглянувшись, блондинка подошла чуть ближе к Лавинию, почти прижимаясь к нему своим телом. Учитывая, что одежды на ней был минимум, выглядела подобная картина довольно интригующе. - Она делала ужасные вещи. Даже после того, как Верховный Жрец отменил рабство, она продолжала... делать это втайне. Мы сбежали, потому что Торви... стало плохо. Она почти потеряла рассудок и почти перестала говорить. Нам повезло, что нашелся охранник, который нас пожалел и помог бежать, но если госпожа Линайна поймет, где мы, то нам конец. Мадам Баттерфляй была единственной, кто никогда и никому не раскрывал секретов, и про своих работниц тоже. Она придумала нам новые имена, дала крышу над головой, работу... если бы мы остались на улице, госпожа Линайна рано или поздно бы нас нашла. В общем, это все, - развела она руками. - А про того человека я тоже ничего не помню. Но он, наверное, оставил этот рисунок в комнате Торви. А Баттерфляй, она... она очень сурова и всегда следует своим принципам. Если она поймет, что мы могли нарушить запрет рассказывать посетителям любые секреты, она накажет нас. Мы ведь не помним, о чем был тот разговор. Что, если тот человек спрашивал нас о чем-то, что мы не должны были говорить?

Бордель, комнаты девушек   - Что связывает тебя с Торви и Роуз?   - Мы... мы трое принадлежали... одной госпоже... - сказала ривейни. Контроль начинал спадать. - Госпожа... Линайна. Мы сбежали... стражники... сжалились над нами. Мадам... тоже сжалилась. Госпожа была очень жестока. Мы должны были... спасти свои жизни, - выдохнув, она опустилась на пол мешком, свернулась клубочком и закрыла глаза. Блондинка смущенно подняла взгляд на Лавиния и пожала плечами. - Это правда, - сказала она. - Только, прошу, не говорите госпоже Линайне, что мы здесь. Пожалуйста. И не говорите мадам Баттерфляй про... блок. Если она поймет, что мы могли разболтать что-то посетителю, она прикажет перерезать нам горло и выбросить в канаву. Прошу, - взмолилась она. - Если вам нужна помощь, какая угодно, мы сделаем это, только скажите мадам Баттерфляй, что ничего страшного не случилось. Она и так подозревает нас в том, что мы сделали... что-то, что может повредить ее бизнесу.

Бордель, комнаты девушек   - Опиши этого человека и расскажи нам что ты о нем знаешь.   - Н-ничего... он просто пришел, как обычный посетитель. Сначала говорил с Торви... потом с Роуз... а потом со мной, - после небольшой паузы, и немного успокоившись, ответила ему ривейни. - Он ничего... ничего не делал из того, что обычно делают с проститутками. Просто сидел на стуле и говорил... говорил... говорил. Это был... мужчина, кажется. Да, мужчина. С низким голосом. Но его лицо... я не помню, - беспомощно развела руками девушка. - Блок не позволит ей вспомнить лицо и суть разговора, - сказала Присцилла, подойдя поближе к Лавинию и встав на цыпочки, чтобы прошептать эти слова ему на ухо. - Если давить, можно нанести вред.

Бордель, комнаты девушек   - Что хотели скрыть, когда ставили вам блок? - Задал Лавиний первый из трех вопросов.   Ривейни стояла, как манекен - магия крови имела этот довольно жуткий побочный эффект, а ее лицо походило на лицо статуи. Блондинка с некоторой треовогой покосилась на свою подругу, но не сказала ничего, лишь сжалась, будто пытаясь раствориться в обоях. - Человек... его лицо... его голос... он говорил: "Наступает долгая ночь — ночь Тедаса, но рассвет истины недалеко", - выдавила ривейни. - Он не хотел, чтобы мы помнили. Он лишь хотел, чтобы мы поверили. И мы... поверили. Он хотел... хотел... - она издала низкий стон, будто бы продираясь сквозь заросли колючих кустов, причиняющих боль при каждом движении, и из ее носа закапала кровь. - Не могу...

Бордель, комнаты девушек   - А я могу подстраховать, на случай осложнений. - Согласился Лавиний. - Девушки, вы готовы сотрудничать? Мы будем осторожны и аккуратны, кто знает, что в ваших головках оставили эти безумцы - лучше проверить сейчас, чем ждать сюрпризов или сойти с ума.   Ривейни набрала воздуху в легкие и сделала шаг вперед. - Я вызываюсь, - сказала она храбро. Блондинка же на вид явно нервничала. - Делайте, что вам там нужно делать, только быстро. - Я бы не стала говорить за Торви, но... наверное, это действительно единственный способ, - осторожно предположила ее подруга. - Но начните с нее. Она стойкая.   -Если решитесь то творите, если считаете что не сможете то не творите милая леди, как чувствуете так и поступите-сказал Аргентиус Присцилле   Присцилла кивнула Аргентиусу и поднялась, поправив рукава и осторожно вытащив из одного тонкий серебряный нож. Прежде она использовала подобные заклинания на коте, да еще один раз - в той битве на дороге, но там на нее нападали враги, радикалы, ужасные террористы и преступники, которые не медлили бы и отрубили бы ей голову, если б могли. Сейчас же перед Авгур было двое ни в чем не повинных девушек, попавших в лапы мадам Баттерфляй и вынужденных продавать свое тело за деньги. Вздохнув, магесса полоснула - совсем легко, так, чтобы выступило всего несколько капель крови - по собственному запястью, и попыталась направить высвободившуюся энергию на разум ривейни. Заклинание сработало, но что-то блокировало попытку Присциллы подчинить девушку своей воле. Она нахмурилась, прервала контакт и чуть повернула голову в сторону Лавиния. - Они поставили блок, - пояснила она. - На такое способны только очень умелые маги крови. Прочитать ее мысли будет трудно.   (МК, порог 6, сопротивление - 5)

Бордель, комнаты девушек   -Чтож милая конфетка, расскажи пожалуйста что произошло с Торви и что значит вот это письмецо? Ради вас старания, что бы вам хорошо было.   Милая конфетка? Ривейни с удивлением уставилась на Игнитуса, а затем мотнула головой и взяла из его рук письмо. Точнее, зарисовку с одной-единственной строчкой. Ее глаза немного расширились, и прикусив губу, она сделала шаг назад. - Это... я это помню, - прошептала она, поднимая глаза на остальных. - Помню этот рисунок. И надпись. Все как в тумане, знаете... ничего невозможно понять, - она беспомощно вздохнула. - Но я это уже видела где-то. Может, во сне. - Не говори глупостей, - резко возразила ей блондинка. - Это был не сон. - Я могла бы попробовать вытащить что-то из воспоминаний, но мне нужно будет использовать заклинание вмешательства в разум, - предложила Присцилла, чувствуя некоторый стыд за то, что не помогала в расследовании. Однако у нее был лишь один инструмент, и этот инструмент был неприятным, как воткнувшаяся в глазное яблоко игла.

Бордель, комнаты девушек   - А вы из каких номеров? - поинтересовался Рейлиан, вытирая ладонь своим чистым платком. - Нам еще с двумя пообщаться нужно.   - Из девятого. - И четырнадцатого, - ответили ему девушки. Блондинка поправила волосы и одернула достаточно фривольный наряд, не прикрывающий, по сути, ничего, и добавила: - Торви была еще одной, к кому приходили те странные люди. Они что-то сделали, - она наморщила лоб, словно пытаясь изо всех сил вспомнить. - Но мадам спрашивала, как они выглядели, что говорили, что делали, а в голове пусто. Знаете, будто в котле, из которого весь суп вылили. Присцилла подняла глаза и отвлеклась от лимонада. - Магия крови... - прошептала она в пустоту, вспоминая процедуру коррекции. Может ли быть такое, что с этими девушками произошло нечто подобное тому, что сделали с Тано? Если да, то радикалы куда опаснее, чем можно было себе представить.

Бордель, комнаты девушек   - Как видите, я не скорчился в муках и не умер, попробовав сей напиток. Не изволите ли освежиться по жаре, госпожа Сова, коварного яда в нем нет - проверено   - Спасибо, - улыбнулась ему Присцилла и после нескольких секунд сомнений взяла чашку из его рук. Придется довериться, если она хочет, чтобы доверяли ей. К тому же, действительно было ужасно душно и хотелось пить. Пригубив лимонада, она прикрыла глаза от удовольствия. - М-м-м... То, что нужно в такой летний день. Впрочем, долго рассиживаться им не удалось. Девушка, которую пытался допросить Игнитус, только плакала и скулила, и ничего вразумительного от нее добиться не получилось; однако уже через несколько минут, явно услышав звуки голосов снаружи, открылись две оставшиеся двери - в те комнаты, от которых дала ключи мадам Баттерфляй. Из-за одной двери высунулась кудрявая голова молодой темнокожей ривейни с проколотым ухом, из-за второй показалась длинноносая блондинка с усыпанными веснушками щеками, на вид лет тридцати. Обе переглянулись, о чем-то пошушукались и вышли к "гостям". - Э... вы пришли по поручению Мадам? - осторожно спросила ривейни. - Она вроде говорила, что пришлеть кого-нибудь, кто сможет помочь. - Вы только не обижайтесь на Торви, - поспешно добавила блондинка. - Она всегда была немного того. А после того, что случилось, и вовсе в себе закрылась.

Я заинтересован)

Бордель мадам Баттерфляй, Комната №5   Игнитус заглянул за придвинутый к стене комод с зеркалом и заметил торчащий из-за угла край листка. Осторожно подцепив его кончиком ногтя, маг вытащил смятый пергамент. Развернув его и разгладив бумагу, альтус ожидал увидеть письмо или записку, что угодно, кроме того, что предстало перед его глазами. На листке было чернилами выведено горящее сердце, а над ним - восходящее солнце. Под рисунком, до странности талантливым, была лишь одна строка, выведенная крупными печатными буквами.   «Самая темная ночь — перед рассветом».   Почему-то девушка начала тихонько всхлипывать, краем глаза заметив, на что уставился один из ее посетителей.

Бордель мадам Баттерфляй, Комната №5   К счастью или нет, но комнаты в этом коридоре, похоже, были совершенно одинаковы, отличаясь лишь цветом постельного белья и занавесок да уровнем беспорядка. Присцилла сморщилась, представляя, что именно происходит в этих спальнях. Бедные девушки! Им, наверное, приходится заливать отвращение и ужас алкоголем, и терпеть противные домогательства от клиентов. Будь ее воля, она закрыла бы это место, но увы, мадам Баттерфляй была слишком влиятельна. Девушка-рабыня сидела на полу с другой стороны кровати, противоположной двери, поэтому заметили ее не сразу. Сидела тихонько, поджав колени, и смотрела в пустоту. Только лишь когда к ней подошли почти вполтную, она вздрогнула и подняла испуганные глаза, которые расширились от ужаса, когда она пересчитала посетителей. Ей было на вид не больше шестнадцати лет, хотя вид мог быть обманчивым, а короткие темно-каштановые волосы были взъерошены, как у упавшей из гнезда птицы. - В-вы... кто вы? - спросила она.   - можно обыскать комнату (Наблюдательность, порог 7 - не более 1 броска от человека) - магия крови на девушку (порог 6, спас-бросок с порогом 5)

Бордель мадам Баттерфляй - Комнаты девушек   -Отлично леди, просто замечательно.   - Тогда возьмите ключи, - Баттерфляй положила на кофейный столик у диванов три ключа с пометками "5", "9" и "14". Видимо, это были номера комнат наверху. - Девушки страшно напуганы чем-то, но сами не знают, чем. Мои инстинкты подсказывают, что здесь замешано нечто большее, чем просто алкогольное похмелье, - серьезно сказала она. - Кроме того, эти трое - бывшие рабыни, все до одной. После того, как наш сиятельный лидер, - она фыркнула, едва заметно, но Присцилла заметила и нахмурилась. Ей это не понравилось. - Отменил рабство, многим стало некуда идти, а возвращаться к своим бывшим жестоким хозяевам было участью хуже смерти. Поэтому здесь им лучше, чем на улицах, но сами понимаете... у рабов своя психология. Они не похожи на обычных людей, - встав, Баттерфляй откланялась. - Если что-то найдете, передайте через записку. Мои охранники больше не будут задавать вопросов. Поднявшись наверх, группа остановилась в начале длинного коридора с номерами на дверях. Можно было бы разделиться, или же отправиться проверять комнаты и разговаривать с бывшими рабынями по одной, всем вместе.

да все уже, там Редж убедил :)

Бордель мадам Баттерфляй   -Мы, готовы решить вашу проблему, сказал Редж.   - Великолепно, - промурлыкала женщина, хотя ее лицо почти не изменилось. Осталось таким же высокомерным и холодным. Присцилла все это время старалась молчать, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, но украдкой глядела на Баттерфляй и... неужели она когда-нибудь станет такой же? Жестокой, расчетливой, преисполненной гордыни женщиной? Пожалуй, бессмысленно было противиться судьбе, к тому же, ее матушка была точно такой же. И всегда говорила, что невозможно выжить в этом мире, оставаясь нежным цветком. Вероятно, в чем-то Верания все же была права. Нежные цветки затаптывали подковами лошадей каратели и легионеры, а выживали те, кто сумел стать острым кинжалом, завернутым в шелк. - Моя небольшая проблема заключается в том, что нескольких моих девочек недавно посетили некие господа, после чего они стали страшно бояться. Расспросы ни к чему не привели - девушки не помнят, кто к ним приходил и зачем, а в книге регистрации мы не пишем настоящих имен наших гостей. Сами понимаете, правила, - очаровательно улыбнулась Баттерфляй. - Я дам вам доступ к самим девушкам, если нужно их расспросить, и к их комнатам, если в них удастся найти хоть какие-то зацепки. Но помните: причините вред хоть кому-нибудь из моих работниц, и вы пожалеете о том, что вас не схватила Тайная Служба, - все так же улыбаясь, закончила мадам.

Бордель мадам Баттерфляй   – Ваша помочь и сведения были для нас полезны   - Я знаю об этом, - спокойно ответила мадам, отставляя бокал и наконец-то соизволив снизойти до ответа. То ли ей понравился Реджинальд, то ли она просто решила, что раз уж спустилась, то стоит и поговорить. В любом случае, взгляд ее стал чуть-чуть мягче. Совсем чуть-чуть. - И я скажу вам то же, что говорила мессиру Соколу. Мне все равно, кто сидит на троне, кому бьет поклоны чернь в Церкви или Храме, пока никто не пытается мешать мне вести дела. Или ограбить меня только потому, что кому-то в пику факт превосходства знати над простолюдинами. Впрочем... - задумчиво протянула она, глядя на гостей так, словно пыталась по одному их виду определить, стоит ли им доверять. - Раз уж речь идет о взаимовыгодном сотрудничестве, у меня встречное предложение. Вы решите для меня одну проблему, а я в ответ поделюсь несколькими ценными секретами, которые наверняка пригодятся мессиру Соколу. В ином случае, боюсь, нам не о чем больше разговаривать и я вернусь к своей работе.

Драж, кубики бросаются в игровой теме. Если что.