Алмазные залы, темница
Хекс пришел в себя, когда вокруг образовалась темнота – хоть глаз выколи. Только откуда-то лился свет одинокого факела. На грязном полу в тесной камере, помимо потрошителя, валялся Здоровяк, а где-то в углу он разглядел силуэт Тощего.
«Неразлучная парочка, как всегда», - подумал бастард и с тяжелым стоном поднялся. Гномы хорошенько его приложили, даже среагировать не успел. Затылок болел нещадно, а перед глазами медленно плавали цветные круги. Подойдя вперед, он попробовал на прочность решетки, но те оказались толщиной с половину его ладони. Сломать такие не представлялось возможным никак, даже для Здоровяка.
- Просто отлично.
Рухнув обратно на пол, потрошитель сжал зубы и принялся раскачиваться туда-сюда, а потом столь же резко и безмолвно подорвался на ноги и подбежал к стене. Послышался глухой удар, когда его кулак встретился с камнем, а затем повторился – еще раз, и еще раз. Вольфер молча, яростно и жутко избивал ни в чем не повинную стену, пока с костяшек пальцев на пол не закапала кровь.
А еще он чувствовал, что Фелкин стала ближе. Где она – сказать было трудно, но она определенно приблизилась. И в ней что-то… изменилось. В ее крови он чуял чужеродность, которая только заставляла его бросаться в слепой ярости на окружающие предметы, не обращая внимания на остальных. Он был в темнице, а она – там, где-то совсем рядом, и он не мог пойти к ней. Это злило даже больше, чем проклятые гномы.
Где-то мимо решетки пробежала жирная крыса. С шипением и рычанием кинувшись вперед, Хекс со всего размаху припечатался головой об решетку. Ему просто необходимо было кого-нибудь убить… Хоть кого-нибудь.