Perfect Stranger

Поместье Селестиев   - Какая разница? Если слухи верны, этот магистр Селестий к концу своей жизни стал с ума сходить. Мало ли, что ему могло в голову придти, - сказал Анхель, услышав краем уха разговор Лавиния и Рейлиана. - Что там в камине, чего вы там толчетесь? - заинтересованно подошел он к месту, возле которого сгрудились Лавиний, Рей и Игнитус. Кошачий скелет отреагировал на прикосновение магии к себе и внезапно шевельнулся. - АЙ! - от неожиданности отпрянул ривейни, хватаясь за кинжалы. - Э... вы это видели? Видели?! Скелет медленно поднялся, отряхнулся от золы и, не обращая внимания на окружавших его живых, со скрипом подпрыгнул и вытащил что-то из печной трубы, застрявшее внутри. В ладонь Лавиния упал разорванный кошачий ошейник. На покрытой сажей круглой бляшке было выгравировано сердечко и имя "Нэтти". Скелет кошки склонил голову набок и провалами глазниц посмотрел на мага, его хвост нервно дернулся.   - Лавиний получает Ошейник Нэтти (артефакт; позволяет раз за бой призвать на поле боя дух милой кошечки, которая снижает попадание всех врагов на 1 единицу на 3 хода)

Поместье Селестиев   - А как прежний хозяин расстался с ним? Или для кого он его приобрел?   - Может, Сорока сможет что-то разузнать. Мы в сердце Империи, если и есть способ снять проклятие, то найти его можно здесь, - пожал плечами Анхель. Пожалуй, все могло бы закончиться гораздо хуже: Рей мог бы превратиться в одержимого или призвать могущественного демона, который снова затянул бы их всех в свои проклятые сны. А так у него был неплохой посох, которым можно было бить врагов по голове. - Не волнуйся, решим проблему. Главное пока быть осторожными и больше не хватать тут ничего подозрительного, - улыбнулся он и решил тоже осмотреться, на всякий случай. Однако, похоже, что все интересное уже нашли - кроме сломанной и обгоревшей мебели и упавшей в центр холла гигантской люстры ничего такого найти ему не удалось.   - Наблюдательность   Ничего не найдено.

Поместье Селестиев   Из сундука не вылез демон, посох не взорвался, но Рейлиан в ту же секунду ощутил, как в голове возник тихий звон. Он все нарастал, переливаясь, становясь то тихой и приятной мелодией, то превращаясь в оглушительно-громкие торжественные звуки тромбона и барабанов; когда же наконец все утихло, он услышал в своей голове голос. Шепот, не более, но почему-то от него веяло древней силой, с которой нельзя было поспорить. "Теперь ты мой..."   - Рейлиан получает Благословение Андорала (посох; раз за бой позволяет призвать силу Андорала, подчинив себе противника (не босса) до конца боя; противник должен пройти проверку на Волю с порогом 6). ПРОКЛЯТИЕ: невозможно сменить на другое оружие или снять. ПОДСКАЗКА: можно попытаться пройти задание на доске на следующей неделе для того, чтобы уничтожить посох.   Тем временем Игнитус осматривал остальное помещение. Его внимание привлек камин - пусть холодный и заваленный хламом, пропитавшимся водой, но когда-то, наверное, возле этого камина в красном кресле, обитом бархатом, любил сидеть сам хозяин дома, покуривая трубку и читая книги. Подойдя поближе, он присел и принялся вытаскивать обломки древесины, расползающиеся под его пальцами, пока не наткнулся на свалявшуюся в комки мокрую золу. Под ее слоем покоились тонкие косточки. По виду они напоминали кошачьи... Неужели какое-то бедное животное нашло свою смерть в камине? Если так, то кто в здравом уме бросил бы несчастную кошку в огонь?..   - можно пробросить на Магию (порог 9)

Поместье Селестиев   Когда крышка сундука открылась, внутри оказался сложенный вдвое посох. Украшенный золотом и с обвитой черненой кожей рукоятью, он поблескивал покрытым пылью навершием с темно-синим камнем, внутри которого словно переливались какие-то неясные тени. Наклонившись чуть ниже, Рейлиан заметил руны, опоясывающие круглое навершие, и до его ушей донесся чей-то шепот... который затем стих. Лавиний, стоявший рядом, снова почувствовал волну темной магии. Что-то тут было не так. Он ощущал силу посоха, ощущал, как он будто бы призывает взять себя в руки, насылает смутные видения власти, силы, божественного благословения тому, кто владеет этим оружием. Это было... ревнивое оружие, очень ревнивое. Оно не позволило бы своему хозяину отступить. Однако его сила требовала платы, и плата была не так уж высока. Руны на древнем тевине, наконец, удалось расшифровать: они говорили "Андорал, Бог Цепей".     - взять посох?

Поместье Селестиев   Пока что решено было оставить дверь в покое, и Лавиний направился осматривать остальное поместье - если эти руины можно было так назвать. В алькове в углу, у запертой двери, ведущей куда-то в коридоры для слуг, он нашел сундук. Украшенный рунами и изображениями драконов, тяжелый, окованный металлом, он чудом выстоял целым при пожаре. Быть может, и он был защищен какой-то магией, но та давно исчезла, и теперь это был обычный сундук с навесным замком, который можно было взломать. Однако, когда Лавиний приблизился к нему, то почувствовал некое дуновение темной магии. Что бы ни находилось внутри, оно было пропитано ею. Анхель, следовавший за магом, присел рядом и попытался отпереть замок - хитрый, весьма хитрый. Магистр явно пекся о том, что находилось внутри, и позаботился о сохранности этого содержимого, но, видимо, в панике пожара о сундуке все забыли, а сам Селестий решил, что спасать его нет нужды. - Кто бы ни сделал этот замок, он был настоящим мастером, - после нескольких тщетных попыток сказал Кастильяно. - Рей, попробуешь ты?   - взлом замков (9)   Неудача!

Поместье Селестия   Что будем делать, кого ловить? - Спросил он у остальных сопротивленцев,   - Ловить? - фыркнул Анхель, улыбнувшись, и сделал шаг вперед. - Бери мою кровь, маг. Я не буду приносить в жертву чужого человека для наших целей. Пару дней отлежусь, да и в себя приду, раз это не смертельно. Но может быть, сначала осмотрим остальное поместье? Вдруг здесь будет какой-нибудь другой способ проникнуть за дверь? - предложил он. Идея искать кого-то, тащить сюда и резать для открытия двери казалась ему... мерзкой.

Какого бомжа? Вы взяли с собой бомжа?)   Можно Анхельма использовать.

Поместье Селестия   Лавинию удалось нащупать магический невидимый замок - и поняв, что нужно делать, он похолодел. Магистр Селестий был не из тех, кто слишком печется о здоровье своих слуг или рабов, понял он, когда расшифровал ритуал, нужный для открытия двери. Магия крови... и не просто магия крови, а весьма мощное заклинание, требующее жертвы собственной жизненной силы. Опытный маг крови мог использовать свою или чужую кровь, но при этом на жертву накладывалось проклятие, которое препятствовало применению лечебной магии. Видимо, такие меры предосторожности были для того, чтобы никто из чужаков не мог проникнуть внутрь - а если и проникал, то был сильно ослаблен, и хозяин дома мог с легкостью с ним справиться.   - чтобы открыть дверь, нужен Маг Крови. Он может принести в жертву свое или чужое здоровье, при этом цель МК получает "Травму", которую невозможно вылечить в течение 7 реальных дней.

Поместье Селестиев   Войдя внутрь, Рейлиан тут же понял, что поиски будут нелегкими; второй этаж почти полностью обвалился и лестница к находящимся наверху помещениям исчезла, превратившись в кучу обломков, валяющихся то тут, то там на полу, так что приходилось пробираться буквально как сквозь заросли через остатки когда-то огромного дома. Кроме того, на полу было по щиколотку воды; крыша отсутствовала, и дожди залили и так болотистую землю. Шлепая по застоявшейся воде, он заглянул во все уголки первого этажа, где раньше был холл и, возможно, столовая. Краем глаза заметив что-то под лестницей - или ее останками - алхимик подошел поближе к стене, на первый взгляд ничем не отличавшейся от остальных, однако при ближайшем рассмотрении он понял, что часть стены отодвигалась, открывая потайной проход. Куда? Это еще предстояло выяснить. Никакого рычага, камня, кнопки или чего-то подобного вокруг он, как ни старался, найти не смог. Но это был дом мага. Магистра, представителя древнего рода. Быть может, ключ к этой двери был за пределами возможностей обычного человека.   - возможен бросок на Магию (порог 8) для определения способа открыть дверь

Штаб - Руины поместья Селестиев     На том и порешили, оставив разговор с агентом и суд на следующий день - и, оседлав лошадей, двинулись на ночь глядя за город. Оставляя Минратос позади себя, Анхель думал, что он никогда прежде не бывал в подобном городе. Здесь соединились воедино передовые технологии гномов, самая мощная магия во всем Тедасе и невероятная, поражающая воображение нищета. Альтусы с их приемами, золотыми вилками и нарядами из мехов редких животных вполне спокойно уживались с бывшими рабами и обитателями трущоб, покрытыми вшами и коростой. Университет Магических Искусств, где преподавали последние разработки в сфере магии, уживался с огромным количеством совершенно неграмотных людей. В Сиире все были более-менее равны. Да, и там были свои авторитеты и свои богачи, и свои попрошайки, но такой пропасти, как здесь, в столице, Кастильяно не ощущал. Ему вдруг стало невыносимо грустно от того, что он, возможно, никогда уже не увидит родные края. И пусть всю жизнь он болтался, как лист на ветру, по всему миру, теперь все чаще стал задумываться о том, а что будет в конце. И будет ли он, этот конец, таким, каким он его себе представлял. Ударив лошадь пятками, ривейни послал ее в галоп. Не стоило зря терять времени. Поместье располагалось на окраинах, там, где некоторые ищущие уединения магистры и альтусы иногда строили свои огороженные высоченными заборами имения. Вскоре оно показалось из-за горизонта, окутанное поднявшимися без хозяйской руки выше человеческого роста сорняками и подступающим подлеском. Забор покосился и погнулся, во многих местах он буквально уже лежал на земле, поэтому забраться на территорию поместья не составило большого труда. Правда, кони начали нервничать и дергаться, и было решено оставить их чуть поодаль, попастись. Спрыгнув на землю, Анхель осмотрелся. Пожалуй, это место можно было назвать одним словом - "запустение". Сад давно зарос, розовые кусты увяли, плодоносные деревья превратились в дикие и давно не давали урожая. Сзади дома располагался прудик, но сейчас он представлял собой затянутую тиной грязную лужу, в которой давно померли все золотые рыбки. Сарай и конюшня пустовали, но им досталось при пожаре куда меньше, чем основному дому - и они выглядели относительно целыми. А вот основной жилой дом выглядел плачевно. Обгорелые каменные стены и фундамент, обломки и останки когда-то пусть и не особенно богатого, но древнего наследия фамилии Селестий - вот и все, что от них осталось. У Селестиев не было наследника, когда случились печально известные события; жена господина Селестия умерла от какой-то болезни, а перед этим долго не могла зачать, сам же хозяин дома после этого только еще больше погрузился в отшельничество и, по слухам, начал медленно сходить с ума. Слуги перешептывались о каких-то голосах в доме, о том, что мастер Селестий все время просыпался ночью с криками, и о других странных вещах. Вскоре, когда его новая воспитанница из Ферелдена сбежала с рабом, он поджег дом, предварительно вызвав в округе несколько десятков демонов. Тогда нападение на город удалось предотвратить, однако в поместье погибли множество слуг, а сам Селестий бесследно исчез, чтобы потом, через много лет, вернуться уже как пророк Разикаль.   - у каждого есть бросок на Наблюдательность (1-10), после каждого броска ждем реакции. Очередь: Рейлиан, Лавиний, Тано, Игнитус, Анхель, Редж.

Штаб   - Вот, если кто голоден, угощайтесь, - улыбнулся юноша и плюхнулся на диванчик. - Ну что, решили, куда идти?   - О, благодарю, - улыбнулся Анхель и потянулся за куском мясного пирога, впиваясь в него зубами. Все же пить вино на голодный желудок было опасно для миссии, хотя после пережитого в подвале есть не особенно хотелось. Однако стоило себя заставить: беготня по городу и сражения с демонами требовали энергии и сил. - Честно, мне ровно, куда идти. Можно сгонять поговорить с нашим агентом, что в тюрьме сидит - Сорока вроде упоминала, что подкупила охрану, так что нас пропустят к нему. Естественно, только поговорить, ничего такого. А можно съездить за город, туда, где поместье старое стояло. Я слышал, что оно давным-давно сгорело, но руины еще стоят. Сорока думает, что мы там можем найти что-то полезное, что поможет в битве против Разикаль.

Трущобы - Штаб   Оставаться слишком надолго в этом доме или даже рядом с ним Анхелю хотелось еще меньше, чем путаться с портовыми шлюхами. Поэтому он отправился прямиком в штаб, по дороге купив в трактире бутылку вина  и откупорив ее уже внутри. Рухнул на диванчик и, запрокинув голову, сделал несколько длинных глотков. После такого приключения, когда их едва не захавал какой-то особо противный демон, а спаслись только благодаря удачно оказавшимся в правильном месте девушкам, заставила ривейни поломать над этим голову. - Не, нам точно нужны девушки, - буркнул он, вытирая губы тыльной стороной ладони. - Они-то хоть знают, что делают. Отставив бутылку, он стал ждать остальных. Вечер еще был в самом разгаре, и можно было бы успел сделать еще пару дел до того, как придется идти спать.

Я тоже отваливаюсь уже.

Подвал   - Они ушли к Винни? - спросила девочка со светлыми волосами, без всякого страха глядя на три неподвижных тела, одним из которых был старший мальчик, угрожавший гостям заточкой. - Да? Теперь они будут играть с Винни... - Он тоже ушел, - признался смуглый паренек. - Сказал, что его тело ему больше не нужно. И нам не будет нужно в том месте, куда мы должны отправиться. - Жуть, - фыркнул Анхель, отбрасывая облезлую лошадку-качалку и, заметив веревку, которую Анхельм предусмотрительно бросил вниз вместо сломанной лестницы, полез наверх. Ему хотелось поскорее покинуть это здание, полное пыли, болезненных воспоминаний и тоски. Невероятно, оглушающей тоски детей по своим родителям. Быть может, именно это чувство и пробудило демона, и Винни, этот несчастный ребенок, дал ему силу проявиться в этом месте. Он желал возвращения матери так страстно, так отчаянно, что она действительно... вернулась.

Заброшенный дом, подвал   Заклинание Аматы, к которой присоединилась Ассария, помогая и поддерживая, направляя и соединяя свою силу с силой тевинтерки, наконец-таки пробило брешь в ауре зачарования демонессы. Откуда-то из-за стен, из-за Завесы донесся злобный крик, переходящий в нечеловеческий визг, а затем оборвался - существо Тени отбросило назад, в пустоту, откуда оно и появилось, и аура растворилась, исчезла в полутьме, оставив только разбегающихся из-под ног сколопендр и копошащихся в гнилье червей. Анхель моргнул, уставился на собственные руки, а затем понял, что до сих пор сидит на деревянной лошадке, а затем поднял глаза и посмотрел на двух девушек, что стояли у входа. Половина свечей погасла, но даже в этом неверном свете можно было различить три тельца, лежавшие вокруг алтаря. Трое из десяти детей... не дышали. Они сделали все, что смогли, и спасти хотя бы большую часть беспризорников, но и в этом им помогли. Если бы не Ассария и Амата, кто знает, что стало бы с ними всеми. - Ну и ну... - проведя рукой по лбу и стирая капли холодного пота, выдохнул Кастильяно. Этих девушек он не знал, но кажется, они знали остальных. - Спасибо. Давайте-ка убиратся отсюда, и детей заберем. Мало ли, что сюда еще может пролезть...   - Получено 2 ОР и +7 к репутации с Трущобами каждому.

Итак, выжившие - захоодим в кубик. И готовимся превозмогать.

Подвал   То, что увидела Ассария в подвале, куда ее привел Анхельм, не поддавалось никакой логике. Десяток детей ровным кругом стоял вокруг алтаря, заваленного хламом и гниющей едой, взявшись за руки, и низко опустив головы. Они что-то негромко напевали, похожее на детскую считалочку или песенку; а те, кто должен был их спасти, сидели внутри круга на полу и... играли в игрушки. Анхель, чернокожий разбойник и недавнее пополнение отряда Сопротивленцев, качался на лошадке из дерева, натужно скрипевшей под его весом, и весело хихикал; Реджинальд деловито раскладывал кубики, стеклянными глазами глядя прямо перед собой; Лавиний, лежа на животе в грязи и пыли, водил пальцем по скомканному листу бумаги, словно что-то пытался изобразить на нем; Рейлиан с утроенной внимательностью разрезал живот плюшевому мишке и осторожно извлекал из него скомканную желтую вату; а Игнитус, взяв двумя руками погнутый деревянный меч с отломанным кончиком, приняв героическую позу, лупил "оружием" по лысой кукле с провалившимися глазами, приговаривая: "Вот тебе, тварь рогатая! У-у, я тебе задам!" Она попробовала прочитать заклинание, снимающее ауру очарования, но ничего не вышло. Попятившись назад, магесса поняла, что лучше здесь не задерживаться, но попыталась создать нечто вроде "маяка", который был бы путеводным знаком для душ, застрявших в Тени, во владениях демона. Самой же демоницы нигде не было видно...   Сон   Место, где они собрались - Игнитус, Реджинальд и Лавиний - напоминало какой-то пустырь. Такие есть в каждом городе, в каждой деревне, и каждый из них уже видел его когда-то в детстве, когда гулял в одиночку, сбежав от родителей. Только когда они подошли к пустырю - все трое с разных сторон - то увидели, что впереди десяток маленьких детей, возрастом напоминавших их самих, водит непонятный хоровод вокруг чего-то, издали напоминающего мусорную кучу. Только приблизившись, они смогли понять, что в центре хоровода находилось существо, шевелящееся, живое. Похожее на сваленные вместе куски мяса, палки и прочий хлам. Существо повернуло к ним маленькую голову на тонкой шее, и его жидкие седые волосы зашевелились от невидимого ветра. - Плохие дети! - рявкнуло оно. - Плохие, плохие, непослушные дети! Вы заслуживаете наказания! Разве я не дала вам все, чего вы хотели? Вы могли бы быть счастливы в моем доме, но нет. Вы решили отплатить мне за доброту и любовь непослушанием. Вы знаете, что бывает с такими, как вы? Лавиний вдруг почувствовал, что в руках у него неизвестно как оказался знакомый посох. У Реджа и Игнитуса тоже, как оказалось, все это время было их оружие. Оно словно подсказывало, что нужно сделать дальше.

Сон   - Ты ведь не пойдешь к обрыву? - вдруг строго нахмурила брови Эсме, резко сев на землю и глядя на сына сверху вниз. - Анхель, я ведь просила тебя не ходить. Чего тебе там, медом намазано? Оставайся-ка ты дома, поиграй с братьями, а на рыбалку мы потом вместе сходим, всей семьей. - Но... - начал было мальчик, однако мама подняла руку, и он прикусил язык. Удар у Эсме был поставлен отлично - воспитывать ораву непоседливых мальчишек было по плечу только очень сильной женщине, а его маленькая сестра все еще была в колыбели. - Ладно, - буркнул он, вспоминая, как получил подзатыльник в прошлый раз, когда спер Яблоньку и загнал ее до белой пены изо рта. Брать лошадь и кататься на ней родители строго-настрого запрещали, кобылка была уже старая и годилась только для того, чтобы телегу тащить. - Да не кисни ты. Пойдем назад, я твой любимый ореховый суп сделала. - С морковкой? - Ага, с ней. Пошли, - поднявшись и отряхнув юбку, она протянула руку Анхелю. Рука была теплой и сухой, покрытой твердыми мозолями после работы в огороде, но столь родной и любимой, что он против воли улыбнулся. Он был дома, и зачем куда-то бежать, если можно наслаждаться временем под надежной крышей, утепленной соломой и дегтем? Если можно дразнить сестренку, которая так смешно корчит рожи в ответ? Если мама всегда будет с ним, и он никогда-никогда не вырастет и не будет один. Никогда.

в любом порядке

Сон   - Поймала! - раздался позади Анхеля крик матери, и ее руки, красивые, но сильные после работы в поле и со скотом, подхватили упирающегося мальчишку, длинного и худого, как жердь, и подняли в воздух. Заливаясь смехом, она не выдержала и потеряла равновесие, падая на землю среди толстых и мохнатых стеблей и початков кукурузы. Их дом был на краю Сиира, там, где жили фермеры и крестьяне, опоясывающие городок, как живая стена. А дальше, если пройти трактом, раскинулись бескрайние кукурузные поля, за которыми лежал Ривейн. С другой же стороны город омывали бесконечные воды Северного пролива. Анхель иногда убегал туда посмотреть на волны, бьющиеся о скалистый утес, и порой ему приходило в голову, что если ринуться с обрыва в воду, его подхватят белые руки призраков ветра и морей. Но мать строго-настрого запретила ему даже приближаться к краю, боясь, что мальчик не удержится и сорвется на острые камни. Почему-то сейчас этот обрыв особенно ярко всплыл в его памяти, будто бы там произошло нечто важное. Будто бы он манил к себе юного Анхеля. - Ты в порядке? Какой-то задумчивый, - спросила Эсме, опираясь на локоть и все еще улыбаясь. - Мам... а разве сегодня мне не надо встречаться с друзьями? Мы собирались отправиться на рыбалку, - вдруг вспомнив об этом, мальчик сел, подобрав под себя ноги. Кукуруза шумела от ветра, но здесь, у ее корней, было тихо и спокойно. Прибрежный город славился своими рыбаками и рыбным производством, а еще - своим криминалом и тем, что часть населения уже обратилась в Кун. - Разве это было сегодня? А не завтра?- уточнила темнокожая красавица, рисуя пальцем странные символы на песке и подперев голову другой рукой. - Да и отцовая удочка сломана, ты же знаешь. - А я из ветки вырежу, - сказал Кастильяно. - Ну пожалуйста, мам. Пожалуйста-пожалуйста! - начал притворно молить он, чувствуя, что обрыв буквально заполнил все его естество. Он должен был узнать, что там.   - чтобы найти своих товарищей во Сне, необходимо бросить кубик на Наблюдательность или Магию (порог 6).

Нет, но выбраться из "сна" будет нелегко. Рейлиан может привести кого-то из магов чтобы попытался снять заклятие.

Рейлиану лучше делать ноги, да. На побег бросок на выносливость :)

Прокинул только Рейлиан что ли?)

Итак, все, кто НЕ пробросил Волю, видят на месте женщины собственную маму, а вместо подвала - свой дом в детстве. Вы ощущаете, что стали ребенком снова. Пишем.

Подвал   - Н-нет... я не ... я не могу, - Анхель отступил, прижимая руку ко рту и носу и стараясь не дышать, но перед глазами уже зарябило, словно он выпил пинту крепленого вина и залил все это дело сверху пиратским ромом. Отступив еще дальше назад, он споткнулся о валяющийся под ногами деревянный предмет, который оказался на поверку деревянной лошадкой-качалкой. Такой же, какая была у него когда-то. Он помнил, что отец выстругал для него качалку собственными руками, покрасил и отшлифовал, а затем торжественно вручил как самое ценное сокровище в мире, и это на самом деле было так. Юный Анхель, в окружении своих многочисленных братьев и сестер, радовался так, что сорвал голос. Правда, потом ему приходилось кулаками и хитростью отстаивать свое право поигратьт с лошадкой, поскольку этого страстно желали все. А потом он бежал на улицу, падал в сено и дергал за хвост их старую клячу по кличке Яблонька. Маленький мальчик с длинными черными волосами, ослепительной улыбкой, глазами, что горели восторгом и бесконечной жаждой приключений, в тот день был самым счастливым ребенком в Сиире. Это время вернулось к нему, вернулось так, как он никогда не мог бы и пожелать; исчез затхлый подвал и ужасная женщина, покрытая слизью. Теперь его молодая мать, прекрасная, словно выточенная эбеновая статуя, смеялась и бежала вместе с ним через кукурузное поле, крича: "Поймаю! Вот поймаю, поймаю сейчас!"