Плюшевая Борода

Шестипалый   Полемика, развернувшаяся в общей, интересовала его меньше всего в Галактике, даже меньше, чем одиноко ползущий по перекрытию астромех. Ноги сами привели его в каюту. Забрав все, что могло ему понадобиться - две капсулы с раствором, голокрон и пару "Игл" - ситх включил запястный датапад: кропотливое и вдумчивое изучение функционала предоставленного техниками устройства показало, что в него внесены сведения обо всех шестнадцати участниках группы, что, по мнению Кратоса, было жутко удобно и любезно со стороны техперсонала, а еще удобнее было то, что геолокаторы оставшихся пятнадцати датападов были все как один включены и утруждать себя длительными поисками не было никакой необходимости - достаточно было вывести сигнал на проектор. СREW, INSTRUCTIONS, TEAM... После тщательного изучения краткой сводки по каждому из членов группы ситх знал имена и профессиональную специализацию каждого из них. Запросив местоположение авангарда, он узнал, что Майя сотоварищи уже покинула пределы Шестипалого и в данный момент в компании Тиваса и пары джедаесс, а также некого Дерека просматривает информацию на одном из местных терминалов. Решив, что пора к ним присоединиться, ситх неторопливо вышел в коридор. Каюту он запирать не стал - там все-равно не осталось ничего ценного или такого, о чем стоило беспокоиться.   оос: хистросделанные ситхи

скажите, где и главное с кем сейчас кратос?  :sweat: доброе утро ^_^'

аналитика от Бороды, DA ex-fan, лол. кратенько и не по пунктам в принципе, после можно уже было и не читать, но я промокнул сочащуюся из глаз кровь салфеточкой и продолжил продираться сквозь тернии довольно несвязного текста (который по неясной для меня причине называется аналитикой).хватило дочитать до исключительно благодаря им, конечно же. OST, уникальный визуальный стиль и антураж(из сравнимого - morrowind кстати, который серия tes), balance, in all thing? who gives a fuck! а призыв, точнее вопрос вообще за гранью добра и зла на фоне таких-то эпитетов и т. д. хотя и вполне в духе Резчицы-такой-Резчицы и столь высоко ценимых ей двойных стандартов и бессмысленного и беспощадного уничижения всего, что без лого BW на коробочке у меня все, продолжайте

Каюта 509   Он почувствовал, как что-то хлестко обожгло щеку. Мэтт, Мэтт, Мэтт... Услышал женский голос, звонкий и взволнованный, затем еще один - тоже женский и тоже взволнованный, певучий и бархатистый... По глазам резанул яркий свет, словно кто-то включил лампу и направил ее ему в лицо. Он зажмурился, чтобы в следующую секунду широко распахнуть веки и увидеть, что он лежит на чьем-то плече, еще спустя одну резко оторвать голову, почувствовать головокружение, тошноту и медный привкус во рту, а на третью понять, что той, которая говорила второй, здесь больше нет и испытать необъяснимое чувство утраты...   - Где я? - он облизнул сухие губы сухим языком. Взгляд, бесцельно блуждающий по комнате, наткнулся на чайный cервиз и он, резко вскочив, нетвердым путающимся шагом подошел к столу и опрокинул одну из чашек в пересохшее горло.   Х

Каюта 509   - "Все ведь может быть, даже то, чего быть не может вовсе", - Гражина осталась совершенно неподвижна, в точности повторив слова собеседника. - Впрочем, это всего лишь ответ в вашем стиле, Мэтт. Но это отнюдь не значит, что нашим разговором я неудовлетворенна. А если вы выльете из чашек воду и повторите свое предложение о помощи, так и вовсе останусь довольной. Не хотелось бы оказаться в неловкой ситуации, если Адель обнаружит, что мы увлеклись беседой. Ведь это поставило бы вас в неудобное положение?   - Все, что угодно, лишь бы не...   Что именно "не", так и осталось сокровенной энигмой гаснущего разума. В горле пересохло в долю секунды так сильно, что судорожно схваченный ртом глоток воздуха прокатился по слизистой лавиной колкой боли, а сдавившая виски тяжесть, кажется, всерьез собралась расколоть череп на части, и сознание, в который раз не выдержав напора странного недуга, соскользнуло в небытие. Он завалился набок, почти что рухнул, и, упершись лбом в девичье плечо, так и застыл где-то между явью и беспамятством - даже не успев смежить век.

Каюта 509   - Первый - зачем вы разлили кипяток по чашкам? Я хоть и слепа, но в своем уме и насыпала чай в чайник из сервиза. - Впрочем, бросьте, это легко исправить. Тем более, что один путешественник поделился со мной интересным знанием: в Китае чай заваривают именно так, обдав перед этим сосуды кипятком во время особой ритуальной церемонии. Вы, случайно, не имеете восточные корни? - Гражина посмотрела на Мэтта темными стеклами очков, сохраняя улыбку. - Ах, ведь это уже и есть второй вопрос. Тогда позволите третий? Женское любопытство мне не чуждо, а, как оказалось на верхней палубе, Адель крайне агрессивно реагирует на личные вопросы, поэтому я решилась поговорить именно с вами. Мэтт, вы давно знакомы с моей подругой по этому кораблю?   Он помнил себя крайне недолгое время, которого ему, впрочем, хватило на то, чтобы кое-что о себе понять. Например...   - Думаю, она знакома со мной несколько дольше, чем я знаком с ней, - несмотря на некоторую витиеватость, ответ не содержал ни грамма лжи, - Что же касается моих корней, то я, признаться, не особенно задумывался на их счет, мне... не хватало на это времени. Впрочем, вряд ли они имеют восточное происхождения, хотя...как знать. Все ведь может быть, даже то, чего быть не может вовсе. А вот насчет кипятка... - Мэтт тихо засмеялся и немного подался вперед, навстречу темным стеклам, - ..насчет кипятка и чашек я сплоховал, каюсь. Но вы же меня за это не пристрелите, правда?   ...теперь он не знал, что не любит отвечать на вопросы в том порядке, в котором они были заданы. Знал, что рассеян и невнимателен к мелочам, потому что легко мог забыть услышанное секунду назад. Знал, что он почти ровным счетом ничего о себе не знает. Знал, что в эту самую секунду флиртует с Гражиной и получает от этого удовольствие. 

Каюта 509   - О, в этом совсем нет нужды... - Впрочем, если вы поможете мне залить чай, я не откажусь - мне действительно неудобно это делать.   Чайник закипел и Мэтт, удивленно и с легкой досадой отметив про себя, насколько он отстал от жизни, особенно от той ее части, что касалась научно-технического прогресса - подумать только, электрический чайник! - разлил кипяток по чашкам и, вернув чайник на место, присоединился к упорхнувшей на диван девушке. Перекинув ногу за ногу, он откинулся на спинку и вполоборота головы посмотрел на Гражину.    - Могу я задать вам один вопрос, Мэтт?   - Всего один? - напряжение, которое случается между двумя не слишком хорошо знакомыми людьми, пошло на убыль и Мэтт улыбнулся, - Я весь внимание.

а у меня все с точностью до наоборот прочлось - на блондинку и чайник я внимания вообще не обратил  :sweat: boroda, what's wrong with you?

Каюта 509   Польского Мэтт не знал, но слово, которым его кратко охарактеризовала крупная блондинка весьма настороженного и недружелюбного вида, показалось ему смутно знакомым. Простофиля - примерно так это звучало в переводе с венгерского, которым, судя по всему, он владел довольно сносно -  открытие, не сказать чтоб до глубины души его поразившее, но оставившее легкий флер озадаченности на лице.   - Гражина, я не знаю, как у вас с помощницей это получилось, но здесь и правда очень уютно. А моя каюта всё равно похожа на комнату в отеле, пусть и приличном.   Что он мог сказать? Что даже не знает, чисто ли у него в каюте и похожа ли она на номер в отеле, потому что не помнит? Вряд ли подобное относилось к тому, что стоило говорить в компании двух миловидных особ, и уж тем более вряд ли - к тому, что они ожидали услышать. Он устроился рядом с Адель и, слегка взволнованный столь близким соседством, не сразу смог расслышать ее голос...   — У тебя есть сигареты? — Давай ключ, я схожу за ними. Заодно зайду к себе, возьму сумочку. Вернусь моментально, - и она протянула открытую  ладонь.   - Да, конечно... вот, - он порылся в кармане, отыскал ключ и отдал его ей. Бесхитростная душа... Проводив взглядом Адель, Мэтт уставился на Гражину, чувствуя, как в воздухе между ними с каждой секундой сгущается все более неловкая тишина. Нужно было что-то сказать... или сделать. Предложить помочь!   - Позвольте мне... - он встал с дивана и подошел к девушке.

"Женщины... Как их тут много и какие они все разные и одинаковые в то же время..." Выдержка из книги "Как понять женщину? Никак." by Профессор Северус :sweat:

Прогулочная палуба->Рай   - Напрасно вы так, Адель. Этот человек явно не замышлял ничего дурного. Так что, может, вы лучше отвели бы своего спутника в кафе? Он очень трогательно просит чай, - строгим тоном проговорила девушка. — Мне наплевать, что замышлял этот человек, дурное или доброе. Для него люди - это мясо, - она встряхнула головой и взяла Мэтта под руку. - Пойдёмте с нами, Гражина. Здесь холодно.. И вообще пора уже поесть. Хотя.. я не уверена, что стоит идти в ресторан.. Cazzo!.. - одними губами выругалась она и вдруг, осенённая идеей, вскинула голову. - Послушайте, Гражина, а пригласите нас в гости? У вас же большая каюта. Закажем чай туда.   Мэтт совершенно случайно зевнул, но не успел поднести ко рту ладонь, как Гражина...нет, это была Адель... взяла его об руку. Он посмотрел на нее с улыбкой и сжал ее ладонь в ответ. Она ему нравилась, она была теплой, как нагретое молоко, ароматной и густой, как мед и терпкой, как...как корица, а ее напористая манера общения навевала ему ассоциации с фуриями...или с валькириями, но, поразмыслив как следует, он вспомнил, что валькирии - дочери битвы и войны, реющие на крылатых конях и собирающие жатву из павших воинов, "выбирающие убитых", и нашел сравнение неудачным... хотя местами поразительно точным. Там еще что-то было про густо капающую с гривы коня оплодотворяющую росу, но когда он вспомнил еще и об этом, то его щеки занялись негасимым огнем и чтобы отогнать эти мысли, ему потребовалось почти физическое усилие. Лучше думать о том, подают ли здесь молоко с медом и специями...или, быть может, глинтвейн...   - Что же, почему бы и нет. Я буду только рада принять вас у себя, в моём скромном жилище на ближайшие полторы недели. Заодно оцените усилия моей помощницы, которая под чутким руководством постаралась навести уют настолько, насколько это в принципе возможно в данных условиях. Только делать заказ совершенно не обязательно... Пойдемте.   Он был благодарен ей хотя бы за то, что она увела его с этой проклятущей палубы. Он обязательно должен был поблагодарить ее, но благодарность, выраженная в словах и брошенная в спину нелепым "Спасибо", не стоила ни черта. Оставалось придумать способ, которым он мог ее отблагодарить и Мэтт, погрузившись в размышления (часть из которых снова заставила его покраснеть, а может, причиной тому была приникшая к нему Адель) последовал за Гражиной.

на то они и друзья, чтоб их заводить  :sweat: нахожу скрытые смыслы и двойное дно в самых безобидных фразах. недорого. гарантия качества.

Прогулочная палуба   - Наша подруга осуждает нас за то, что мы пили вино раньше кофе, и видимо она совершенно права, - тихо, по-светски рассмеялась Адель, обращаясь к подошедшему встревоженному мужчине. - Ничего страшного, я думаю, Мэтту надо выпить чаю, и всё пройдёт.    Услышав такое горячее, почти обжигающее слово "чай" он вдруг понял, что до костей продрог. Поежившись, Мэтт... Oh for fuck's sake! Matt? Really?... обнял себя руками и посмотрел на Адель. Такая бойкая...   - Да, чаю... Мне неловко вас просить, однако, не могли бы вы ...   Тревор посмотрел на Адель, и по его лицу она бы ни за что не догадалась, что майор абсолютно не верит ей. Приблизившись вплотную к парню, майор бесцеремонно, но аккуратно, схватил того за подбородок, всматриваясь в глаза. Через пару секунд Тревор отпустил Мэтта и сделал шаг назад.   Нет, не об этом он хотел попросить своих невольных спутников, совсем не об этом. Мэтт замер, не в силах произнести ни звука или даже двинуться - осмотр, проведенный в столь фамильярной манере, уверенностью движений и жестов буквально пригвоздил его к полу. Кто-то внутри его головы завопил, чтоб он оттолкнул от себя наглеца и двинул ему в морду, и лучше, если пару раз, но Мэтт лишь отмахнулся от внезапно зазвучавшего под сводами черепа внутреннего голоса, напоследок обозвавшего его трусом и растворившегося где-то на задворках сознания.   — А вы кто? - очень мило улыбаясь спросила итальянка. - Врач? Или, быть может.. полицейский? И "часто" что? Часто ли мы пьём вино до завтрака или, может быть, вас интересует ещё что-то?..   - Тревор Торнтон, майор в отставке, - представился по форме Тревор. - И благодарить меня абсолютно не за что: помочь все равно не могу, а за участие - так мы же все в одной лодке. Майор усмехнулся такому каламбуру.   - Мэтт... - хрипло выдохнул он, - Чай...Можно мне выпить чаю? Пожалуйста...   Ему хотелось уйти отсюда как можно быстрее. Ему здесь не нравилось. Здесь было холодно.

Прогулочная палуба   - Мэтт, ты можешь подняться?..    Он медленно поднял глаза и посмотрел вверх. Размытое стало резким, пятна - лицами, а отголоски на грани слышимости - отчетливыми звуками речи, но все происходящее по-прежнему казалось ему не более чем одним из тех снов, в которых ты падаешь вниз.   Красивая. Подняться. Это мне? Мне. Зачем? Подняться. Ну, пускай...   Он встал, машинально отряхиваясь, и обернулся - повсюду, куда хватало взгляда, простиралась темная встревоженная бездна. Он подумал, что мог бы прыгнуть и плыть, зачерпывая руками воду, и, устав, обессиленно лечь спиной на спину океана, и позволить ему увлечь себя, позволить ему нести себя до самого горизонта. Но ведь горизонта невозможно достичь. Никогда. Первой осмысленной мыслью его разум воплотил себя в новую жизнь и кое-что встало на свои места. Кое-что, но не все.   - Добрый день, мисс... мисс, - одна из назвала его Мэттом, другая назвала ту, что назвала его Мэттом, Адель, а ту, другую, первая назвала Гражиной. Он чуть не запутался...   Мэтт улыбнулся обеим. Вторая тоже была красивая. Надо же. Нет, все же иногда, когда ты падаешь - ты летишь.   - Сынок, ты в порядке?   Он кивнул, все еще пребывая в замешательстве.   - Вроде цел...   Адель. Ему нравились ее ласковые прикосновения, в них чувствовалась забота и взволнованность. Не отводя взгляда, он накрыл ее ладонь своей, прижал к лицу и поцеловал теплую кожу. 

хочешь узнать, как испортить аппетит воздух продукты нужное подчеркнуть романтику - спроси у мэтта, как. он расскажет  :sweat:

Прогулочная палуба   - Добрый день? - неуверенно по-английски переспросила девушка, повернув голову в сторону, откуда донеслось приветствие. Темные очки, снятые за несколько минут до этого, были спешно нацеплены обратно. - Мы знакомы?   - Мы...да...   Мэтт смущенно улыбнулся Адель, словно бы в оправдание, и, сам не понимая, зачем, шагнул навстречу Гражине. Наверное, затем, что в ее руках была трость, а на переносице - очки с темными стеклами. Наверное, он был достаточно сострадательным парнем и считал своим долгом подхватить ее под локоть, не допустив при этом даже мысли, что, возможно, она вовсе не нуждается в его помощи. Так и вышло - девушка довольно уверенно чувствовала себя и без его потуг. Она приблизилась и подала ему руку, которую он тут же широко и по-мужски пожал.   - Ах, Адель, это вы, - Гражина улыбнулась, услышав знакомый голос и прошагала вперед увереннее. - Удивительно, что вы не забросили поиски, но, наверное, это того стоило? Прошу меня простить, Мэтт, я не смогла вас узнать без сопровождающего нашу прошлую встречу грохота мебели.   Поиски? Грохот..мебели? Он определенно понял меньше половины из сказанного, и недоумение моментально и весьма красочно проявилось на его лице в виде вскинутых над слегка округлившимися глазами бровей.   - Может быть, если Гражина уже нагулялась и не против, спустимся втроём куда-нибудь, где тепло, и выпьем кофе? Вот теперь я, пожалуй, действительно замёрзла.. - и она добавила совсем тихо: - И вернёмся сюда как-нибудь.. ещё.   - Конечно, вернемся, - он и сам искренне в это верил, так что в голосе не проскользнуло ни тени сомнения, а на лице расцвела улыбка, чуть более теплая, чем обычно, - А не отправиться ли нам...   Ресницы над немигающими глазами застыли и все вокруг затянула чернильная тьма. Время остановилось и даже курить расхотелось. Он сполз из черного и пустого забвения по металлическому борту прямо на палубу и, обхватив голову руками, бессмысленно уставился прямо перед собой. В пол.

Прогулочная палуба   — Нет, не холодно, - ответила она и лукавый огонёк в глазах перестал прятаться, рассиявшись вовсю. - Ну.. может быть совсем немного. Чуть-чуть. Но я боюсь, что если я скажу, что замёрзла, и ты обнимешь меня, то сразу поймёшь, что я соврала. Что же мне делать?..   Он не успел ей ответить, что "эта ложь была бы во спасение, ведь я бы очень хотел тебя обнять и кому какая разница...", когда Адель повернула голову в сторону и со вздохом произнесла...   — Мэтт, смотри, Гражина тоже гуляет.. Я думаю, мы должны поздороваться.   ...и ему не послышалось, что в ее голосе проскользнули досадливые нотки. Он проследил за ее взглядом и увидел...   - Гражина... ах да, Гражина... - Мэтт покатал незнакомое имя на языке, но никаких воспоминаний оно в нем не разбудило, и он, повысив голос, поприветствовал незнакомку, - Добрый день, мисс!   Тут ему кое-что вспомнилось и он, выудив из заднего кармана блокнот, принялся его листать. 

увидел слово амфетамин, залип на полчаса и забыл, что хотел написать :sweat:

Прогулочная палуба   - Да, - кивнула Адель, сделав шаг ближе и глядя на него, так удачно перекрывшего вид на бесконечные водные глади. - Мне.. хочется вина.   Она приблизилась на шаг и сердце в груди забилось немного чаще, но, к счастью для него, горлышко бутылки, мерно позвякивающее по тонкому стеклу бокала, почти не выдавало волнения в длинных тонких пальцах, а если и выдавало, то Мэтт втайне рассчитывал на то, что Адель спишет это на дрожь от ветреной сырой погоды. Надежды юношей питают... Он передал ей наполненный вином примерно на треть бокал и улыбнулся:   - А мне... - он осекся и, взяв ее за руку, привлек к себе еще на шаг, - ...тебе не холодно?    Ему захотелось ее обнять, но приступ внезапной смелости прошел так же внезапно, как и наступил, и еще он подумал, что она наверняка рассмеется над его дурацкой пылкостью, поэтому он просто покраснел и сделал большой глоток вина.

Бар который so cozy you w'ont want to leave it   - ..или сигареты есть у меня. Если ты, конечно, не предпочитаешь курить свои, - сказала Адель, почему-то до тех пор молчавшая о том, что у неё в кармане пальто полная пачка. - Но если так.. я, пожалуй пройдусь с тобой. Вдруг тебе опять станет нехорошо.   Может, в его картину мира не вписывался мужчина, которого угощает сигаретами женщина, а может, он просто очень хотел, чтобы она спустилась с ним в его каюту за номером двести пятьдесят девять (так ли было важно, что он даже представления не имел, где она находится?) и раз уж она сама предложила... Он раскрыл было рот, чтобы произнести что-то вроде "пройдись со мной, непременно пройдись, а то вдруг потеряшка Мэтт выпадет за борт в холодную черную воду", но в последний момент внутри затрепетало какое-то подспудное, путаное чувство тревоги - осаживающий тычок, невежливая просьба заткнуться, словно кто-то накрыл его рот ладонью - и он плотно сжал губы. Кто-то, кто очень хотел, чтобы Мэтт вспомнил.   - Mi scusi, ma le da fastidio se la fisso per un momento? Voglio ricordarmi il suo viso nei miei sogni...   Они стоят на булыжной мостовой, почти у самого бордюра. Один из случайных прохожих, бредущих мимо, раздраженно прикривает "посторонись, ишь взяли моду" и он вспоминает, что ему давно пора. Он отдергивает ладонь, но она крепко сжимает горсть его выскальзывающих пальцев. Ее темно-серые глаза смотрят на него с запрокинутого назад лица с влажными дорожками слез. Без упрека, с тоской. С неба падают первые серые капли дождя вместе с цепью фугасных авиабомб и ее слезы умирают вместе с ней у него на руках.   Он не стиснул зубы, не побледнел и его глаза остались сухими - там, в проступившем почти наяву кошмаре, был кто угодно, только не он. Только не он. Мэтт провел рукой по волосам, приглаживая неподатливые вихры и с улыбкой посмотрел на Адель.   Прогулочная палуба   Лестница не была ни темной, ни крутой, ни шаткой и Мэтт, наплевав на правила приличия, пропустил даму вперед. Бутылка вина к этому моменту уже перекочевала к нему в руки, поэтому сам он взбирался по ступенькам слегка покачиваясь в отсутствие возможности нормально взяться за поручень, а потому насладился видами не в той мере, в которой рассчитывал. Хранитель бокалов и бутылок, невесело подумал про себя он, но, встретившись взглядом с Адель, сразу приободрился и даже улыбнулся. И теперь они медленно шли вдоль борта...   - Вина? - он остановился и оперся спиной об ограждение.   * Прости, можно я посмотрю на тебя еще немного? Я хочу запомнить твое лицо, чтобы мне было о чем мечтать....

- Ты хотел подняться на самую верхнюю палубу, на прогулочную площадку. Не передумал? Может быть.. - но она всё таки не сказала "пойдём к тебе или ко мне", прервав саму себя и крепко сжав улыбающиеся губы.   На самую верхнюю палубу, где они будут много смеяться, пить вино, облокотившись о перила или даже немного свесившись за борт, а после, возможно, даже уронят один из бокалов или оба. Примета, говорят, хорошая.    - Да. То есть нет. Не передумал... - ему вдруг захотелось курить и он, похлопав себя по карманам, обнаружил в нагрудном картонную пачку, а вот в пачке, в свою очередь, он уже ничего не обнаружил - та была совершенно пуста. В том же самом кармане отыскался и ключ с номерком. Двести пятьдесят девять. Мэтт, сделав мысленную зарубку при случае зайти и посмотреть, что там к чему, попросил у бармена пачку сигарет, но их, как назло, в распоряжении услужливого брюнета не оказалось. Прихватив бокалы, Мэтт перевел взгляд на свою спутницу, - Я спущусь вниз, за сигаретами. Подождешь меня здесь или...?   Х <3

Бар->НеБар   - Сейчас пойдём, cuore mio. А.. ты ничего не забыл?.. - она замолчала, и пауза длилась и длилась, пока она не уточнила: - Твой блокнот. Возьми его, ветер может подняться и унести его в море..    Подернутые легкой, едва уловимой дымкой миндалевидные глаза. Он не мог вспомнить, но он и не забыл. Прошло не меньше минуты прежде, чем он сумел оторвать взгляд от ее лица, и ему подумалось, что это, наверное, жутко неприлично - вот так беззастенчиво пялиться.   - Что? Ах, да, блокнот... - он убрал ладонью со лба непослушные волосы, но спустя секунду ветер растрепал их снова. Он подошел к столу и, взяв блокнот, всмотрелся в нескончаемые ряды черточек и перечеркивающих их линий. Бессмыслица какая-то. Впрочем, без разницы. Он уже собирался засунуть книжицу в задний карман брюк и благополучно о ней забыть, когда очередной порыв ветра перелистнул несколько страниц и он увидел знакомый профиль и написанное рядом с ним имя.   - Адель... - он обернулся и улыбнулся. Да, это имя ей шло. Мэтт... ладно, тоже сгодится. Он подошел к ней и взял ее за руку, - Идем.

Бар   — Мэтт?.. Выпьешь вина? И пройдёмся.. если ты не хочешь присесть. Или зайти в лазарет.   Юноша, вначале застывший изваянием в приступе безотчетного страха на грани паники, понемногу приходил в себя. Ему по-прежнему хотелось убежать, спрятаться, не видеть никого вокруг, вжаться в угол и сидеть там, не вставая, быть подальше отсюда, но теперь он хотя бы был способен нормально дышать. Кто она и почему зовет его Мэттом? Вина? Да, черт возьми! Он выхватил бутылку из рук брюнета и наполнил бокал почти до краев, расплескав при этом немного вина на стойку. Запрокинул голову и влил терпкий напиток внутрь. В голове немного прояснилось, страх отступил и теперь он озирался кругом уже не с таким ошарашенным видом, как всего десять секунд назад. На одном из столов лежал раскрытый примерно посередине блокнот, но он не придал этому факту никакого значения - лежит себе и пускай. Как она сказала? Мэтт... надо запомнить.   - Пройдемся... - он немного отстранился, но ее руки не выпустил. Какие все-таки красивые у нее глаза.   Он не знал, что ему делать. Он стоял в полнейшей растерянности посреди места, которое даже близко не было ему знакомо, и совсем не знал, что ему, черт побери, со всем этим делать.

Бар   — Ты.. - она смотрела на него, улыбаясь, и изумление всё ещё читалось в глазах. - ..ты ненормальный. Поэтому ты так нравишься мне. Скажи, чего ты хочешь сейчас.. Мэтт. Я хочу, чтобы ты взял меня за руку и повёл.. куда тебе угодно.   Ее маленькая ладошка покорно спряталась в его, и тут ему в голову пришла мысль, что места хватило бы и на обе... Образ, весьма живо и красочно воплощенный его сознанием на мысленном полотне, ускорил ток крови и привнес ощутимый сумбур в и без того путаный ход его мыслей, с каждой секундой стремящихся в область запретного все быстрее и быстрее. Отрезвило его, как и всегда, осознание неизбежного и Мэтт торопливо увлек Адель в направлении бара.    - Бутылку красного и пару бокалов, если вас не затр....   Выпалив скороговоркой почти всю фразу, он не успел досказать всего лишь самое последнее слово, хотя вряд ли теперь это имело какое-нибудь значение. Глаза стали стеклянными и пустыми, как множество раз до этого, и враз побледневший юноша, судорожно схватив ртом воздух, мешком обмяк на отполированной до блеска поверхности барной стойки.

Бар   — Красное. Для белого ещё слишком прохладно, - откусив кусочек пирожного она вернула остаток на тарелку и поднялась. - пойдём?   Он последовал ее примеру, но в гораздо более порывистой и спешной манере, чуть не опрокинув стол со всем его звонко подпрыгнувшим содержимым. Щеки и уши обдало жаром. Не смей краснеть. Бросив мимолетный взгляд на часы, Мэтт понял, что настало то самое время и, схватив Адель за плечи, не слишком умело, но очень самозабвенно и с чувством, а самое главное - жадно, поцеловал ее в губы. Зажмурился и... ничего. Ничего не произошло. Приступ мигрени не взорвал его череп изнутри острой болью, приступ тошноты не наполнил рот кислой слюной, а нутро - слабостью, руки не повисли безвольными плетьми, а ноги не подкосились в коленях. Он открыл глаза и виновато улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу и не зная, куда себя девать.