— Ох, Праматушка... Кажется, ситуация с каждой секундой накаляется всё сильнее и сильнее, — озабоченно покачал головой Баро, впрочем, не слишком-то порываясь разрешать возникший конфликт. По правде говоря, этот самый конфликт его не тревожил ни на йоту. Что могло случиться, право слово?..
Ну, кое-что могло случиться и, что характерно, случилось. Кое-что, о чём Гринмур со смущением уже упоминал ранее, и что побудило его покраснеть, словно полевой мак: на один из его цветов приземлился крошечный, чуть больше ноготка, мотылёк. Как и все без исключения мотыльки, питание этого конкретного мотылька состояло исключительно из цветочного нектара, и так уж сложилось, что во взъерошенной шевелюре зардевшегося дриада бурно цвело и пахло именно то, что этот нектар создавало.
Пока все обсуждали произошедшее и переругивались между друг дружкой, Баро лишь ёрзал на своём месте, разрываемый противоречивыми ощущениями. Когда пытка, наконец, закончилась, и крошечное насекомое довольно сползло с одного из цветков на голове Гринмура прямо на его лоб, мужчина аккуратно подставил палец, дабы мотылёк переполз на него.
Маленький, с жёлто-розовым пушком, перистыми усиками и большущими глазищами, он безропотно позволил рассмотреть себя всё ещё красному после «делёжки нектаром» Цветущему. Привстав на задние лапки, крошечное существо... отсалютовало удивлённо моргнувшему человеку, и без обиняков перелетело обратно на его волосы.
Хм. Кажется, у него завёлся новый друг.