Фолси

- Сегодня у нас просто дворцовый уют - усмехнулся он. Реакция норда была бесхитростна - окинув взглядом всю громадину, он вытянул губы трубочкой и лихо свистнул. Маслами тебя умастили, дворец подали, красавец-любовник так близко, что кровь начинает шуметь в голове.. и прочих местах. Что дальше? Пажи-ксивилаи с экзотическими фруктами из садов Азуры? Мужчина усмехнулся и с натугой подбросил в руке топор, поигрывая им. Всё существо наёмника переполняла странная безбашенность. Вот и позволяй этим бардам себя кусать - ещё не то подцепишь. Где-то в стороне раздавались знакомые голоса, отражённые от стен. Остальная группа. Молодцы, что зачистили проход. Эшер никогда не бежал от схватки, в которой можно было проверить себя и мастерство противника на прочность. А звери - они звери и есть. Почти как он. Но именно почти.

Закончив свое "лечение", Лейв вернул рубашку на место и уставился на доспехи, не очень понимая, что куда. Jeg elsker deg, min nattergal Эшер сделал несколько шагов назад, перехватил взгляд барда.. и, запрокинув голову, счастливо засмеялся. - Ты не испугался проклятия даэдра, но пасуешь перед.. доспехами? - наёмник склонил голову чуть набок, с каким-то совершенно непривычным умилением взирая на Лейва. Продолжая тихо смеяться, норд подхватил броню и ловко нацепил её, попутно объясняя спутнику премудрости крепления ремней. В пещеру они спустились самыми последними - оно и к лучшему. Хотя бы не пришлось прорубаться сквозь заслоны неразумных тварей.

- Сними доспехи -  попросил норд, роясь в своем тощем мешке. - Это ненадолго.   Наймит поморщил лоб - не хотелось ему снимать и снова одевать доспехи перед спуском. Напрасная трата времени, особенно когда уже настроился на дело.  - Хорошо. Но снова одевать их будешь ты. Я все пальцы себе стёр с этими ремнями, - получить от воина разрешение "заколупать" его в доспехи было знаком высшего доверия. В конце концов, жизнь норда зависит от того, насколько хорошо сидит броня. Эшер недовольно выдохнул в ночь две струйки белого пара и стал распутывать крепления пластин. Топорище перед этим он пристроил к дереву.  Вскоре доспехи причудливой мозаикой сложились вместе и были аккуратно размещены поверх дорожных сумок. 

Лень цитировать, но я с ФК согласен по всем пунктам выше, если что)))

А где Томатос? Он в мафчасть играть-то будет?  

Угу. В холодное синее море.. напихав в гипс сталгримовых кирпичей xD

- Мы взяли деньги. Похоже, это предложение, от которого нельзя отказаться. Так что наверное имеет смысл пойти. Я бы пошел. А ты... ты не хочешь? - Он с беспокойством посмотрел на Эшера. - У меня к тебе еще одно маленькое дело... Он озорно улыбнулся своим мыслям.   - Ты взял деньги, - пожал могучими плечами северянин. "А я взял куда более ценную награду - тебя, мой Соловей". - Но разве это что-то значит? Можем уйти, если захочешь. Меня устроит любая дорога.  Топор молчал, словно в.. растерянности. Заполучив в свои сети две влюблённые души, скрепленные  вместе терновыми узами обоюдных страданий, он мог наконец-то.. отомстить. Отомстить бесправному грязному норду, рука которого заточила своего хозяина в эбонитовую клеть. И предвкушение скорой мести кормило тёмный пламень топора в разы сытнее самой пылкой крови.    - Если пойдёшь вниз, то я с тобой, - воитель поднялся, встав вплотную к барду. Ледяные небеса вновь согрел застывший мёд напротив. Негоже теперь расставаться тем, кто облюбовал общий берег по ту сторону реки забвения. Да и, положа руку на замершее в давно забытом упоении сердце, не хочется. - И что за дело? Уже темнеет, нужно собрать вещи. 

Летать голышом, сутками отмокать в банях и тиранить всех своим пепельным.. молчу-молчу ^__^'' 

Лейв обернулся на голос, встал и подошел к наемнику. - Соскучился? -  пошутил он. - Ну вот он я.   - Что ты будешь делать дальше? - норд вскинул голову, пронзая взглядом Соловья. - Пойдёшь в пещеру?  Мужчина опустил точильный камень  и с силой воткнул топорище в снег. 

Я даже себе в подпись скоммуниздил))))

Эшер сидел на очищенном от снега и накрытом плотной тканью валуне, задумчиво востря топор. Движение это было столь же бессмысленным, сколько необходимым именно сейчас. Занять себя чем-нибудь, отвлечься от навязчивого шёпота, который со вчерашнего вечера становился лишь сильнее.  Норду не хотелось лезть в пещеру. По большому счёту, на работу он не нанимался, чужих денег не брал, сокровище своё уже нашёл. Синие глаза на миг оторвались от искажённого отражения наёмника на изгибе лезвия и одарили затаённой лаской соловья. Ради чего ему продолжать этот нелепый и бесцельный в высшей степени поход? Слишком долго Умбра лежал без дела в ножнах. И казалось, что кровью одной альтмерки топор уже насытиться не мог.  Помочь барду выполнить работу? Почему бы и нет.. с паршивого волка хоть шерсти клок.    - Лейв, - негромко позвал парня Эшер. - Подойди ко мне.  Сам наёмник предпочёл не вторгаться в уютную атмосферу, что сейчас царила вокруг общего костра. Его присутствие не сделает сидящих меров счастливее. 

А я умилялся, когда летающий на ледяном скейте голый лорд-в-сапогах  думал о "мишках" и "лосяшках".. ровно до того момента, пока он на них лавину не обрушил  :ermm:

Все скайримские звери произошли от саблезубых кроликов?))))   На месте, как всегда - до ночера) Иду в игру))

Скоро будет Эшер  :spiteful: Апд.: ой, нет. Он как раз оттуда сваливает))))

Я о подтверждении своего участия в мафчасти) Просто сейчас глаза болят, не очень хочется посты писать)) Вздремну часок - и в бой на всех фронтах))

Ничего страшного, если я в пещеру зайду, скажем, часов в 6 по мск?)) Не поздно?) 

:girl_blush2:

Манная каша с зубами. Зато без комочков! 

Я пас. Не успеваю читать тему)) Лучше барда буду охранять))

Ой да. Забыл  :blush2:

fixed ^^

От топора, кстати, тоже до сих пор никто не помер  :-D Непослушных данмерских детей кормят манной кашей из этой ложки  :crazy:

Ой, а что это у вас тут кишочки разбросаны творится? Тоже хочу! ^_^

- Заткнись, - безмятежно ответил наёмник, счастливо усмехаясь, своему велеречивому соловью. - И лежи смирно, а то швы разойдутся. Иначе всего перевяжу.  Доспехи давили своими острыми гранями, впивались в плоть.. но разве замечаешь такие пустяки, когда рядом с тобой лежит и радостно сияет живое солнце? Пусть морозное. Но даже лёд способен обжигать.  - Остальные.. всё равно без нас не уйдут, - норд хрюкнул, подавив смешок. - Ты только вспомни, сколько времени они ещё в таверне собирались.    Потом не выдержал и собравшись с дхом, приподнялся и коснулся губами его щеки, свалился, смеясь, без сил.   А в следующий миг горячий, взмокший лоб норда коснулся виска беззвучно смеющегося парня. Слова им были не нужны. Одна душа на двоих - это так удобно..

Я северянин. Делай, что надо. - Бард закрыл глаза, и тихо пел народную песню, вздрагивая и втягивая воздух сквозь сжатые зубы со свистом, когда было особенно "весело".   Норд передвинул колено, наступив им на ладонь раненого - пальцы к тому моменту должны были онеметь от потери крови, неудобства им это не причинит. А руку зафиксировать следовало.  Наёмник рванул зубами крышку фляги и задумался. Соловьиная трель лилась теплом куда-то внутрь - туда, где, как привык считать берсерк, в нём оставалась лишь ненасытная пустота. Не хотелось прерывать чарующий напев. Но ещё меньше хотелось, чтобы на сорвавшийся крик, раненой птицей взметнувшийся в небо, сбежалась половина лагеря. Мужчина подождал, пока Лейв допоёт очередной куплет, и широкая ладонь заскользила вниз - медленно и нежно. Уголки обветренных губ чуть дрогнули в усмешке, когда прерывистое дыхание барда щекотало волку кожу. Накрыв губы молодого норда, наёмник  крепко зажал ему рот и плеснул из фляги спиртом на открытую рану.    Переждав, пока болевые конвульсии перестанут сотрясать ставшее настолько родным и близким, что сам диву даёшься, гибкое тело, Эшер убрал руку и начал штопать рану. Сколько народу Потрошитель убил, сколько изувечил, сколько раз упивался горечью чужих страданий - но никогда ещё он не испытывал боли своих жертв. А сейчас.. наёмник словно загонял иглу в собственную руку. Всякий раз, когда голос барда срывался, нечто тупое и ржавое оставляло рваную рану на сердце. Одна душа на двоих, говоришь? Быть может, что-то в этом есть..    Когда со швом было покончено, Эшер аккуратно приподнял светлую голову и приложил горлышко фляги к губам барда. После чего снова отошёл к поклаже, достал свою запасную рубашку и сильным движением оторвал оба рукава. Одним он перевязал руку Лейва, второй смочил брагой и обмотал им собственную шею. Кожа мгновенно вспыхнула пылающим клеймом - но разве это боль? Смотреть на страдания любимого и понимать, что их причина - ты, вот это настоящее мучение.    Распихав по сумкам всё, что вытащил из них, наёмник услышал со стороны общего лагеря перекличку многих голосов, среди которых уловил только "пещера" и "поход".  - Похоже, скоро нам придётся выдвигаться. Отдохни пока. Я рядом, - и норд действительно лёг возле барда, как был - в доспехах. Топор обиженно валялся где-то.. там.